Текст книги "Покидая царство мертвых"

Автор книги: Антон Грановский

Соавторы: Евгения Грановская
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

11

Домой Иван вернулся поздно вечером.

– Клава все еще здесь? – спросил он от двери, прислушавшись к льющейся в ванной воде.

Тимур отвел взгляд от экрана телевизора.

– Слушай, браза, тут выяснилось, что ей негде жить, – виновато сказал он. – И кстати… я так и не понял, что тебя в ней не устраивает? Она же не суется на твою половину.

– Но она постоянно торчит в ванной, – хмуро сказал Иван. – Тимур, пожалуйста, сделай так, чтобы к завтрашнему вечеру ее здесь не было.

– Не волнуйся, брат, завтра я ее выставлю. Слушай, не сгоняешь за пивом?

– Тим!

– Прости, прости. Просто ты в пиджаке, вот я и подумал… Ладно, забудь!

У себя за ширмой Иван скинул пиджак с джинсами и переодел футболку.

– Твой друг? – спросил Максим, сидя в кресле и кивнув в сторону ширмы.

– Угу, – отозвался Холодков, натягивая спортивные штаны. – Семь раз поступал в театральный вуз и все семь раз проваливался.

– Кажется, он не теряет надежды.

– Ага. Валяется с утра до вечера в кровати и играет в свою приставку.

– Во что?

– Неважно.

Макс улыбнулся:

– Он мне понравился.

– Да уж… Вы бы с ним поладили.

Переодевшись, Иван сел на кровать и посмотрел на Макса.

– Что дальше? – спросил он.

– Дальше? Ты сказал, что не помнишь деталей моего убийства. Так?

– Так.

– Значит, нужно найти того, кто знает. Того, кто был рядом… Ведь не один же я брал этого бандита!

– И кто был с вами рядом? – спросил Холодков. – Как его имя?

– Его имя… Его имя… – Несколько секунд Макс хмурил лоб, припоминая, а потом просиял: – Жора! Вержбицкий! Мой коллега и друг!

– Друг? – усомнился Иван.

– Да, – кивнул Макс. – Даже у таких людей, как я, бывают друзья, малыш.

Иван хмыкнул:

– Могу себе представить. Погодите… – Он вдруг вскинул голову. – Вы сказали, Жора Вержбицкий? А какое у него было отчество?

– Кажется, Сергеевич. А что? Ты его знаешь?

– Георгия Сергеевича Вержбицкого? Конечно! Он наш вице-мэр.

Максим посмотрел на Холодкова недоверчивым взглядом.

– Жорик? Вице-мэр? Да он даже в партии не состоял!

– В наше время это плюс, а не минус. Сейчас пороюсь в Интернете.

Иван вскочил с кровати, шагнул к столу и уселся за компьютер. Пробежался пальцами по клавишам.

Макс смотрел на него и на компьютер с интересом.

– Это что – какая-то база данных? – поинтересовался он.

– Угу. Что-то вроде этого.

Иван вбил нужное имя в окно браузера и клацнул на кнопку «пуск». Затем увеличил одну из открывшихся в поисковике фотографий и повернул монитор к Максу.

– Вот, смотрите! Это Георгий Вержбицкий, вице-мэр Москвы! Похож на вашего Жору?

Орлов вгляделся в снимок.

– Похож. Но слишком старый. И слишком… солидный.

– Сейчас покажу молодого. – Иван пробежал пальцами по клавиатуре. – Вот, смотрите! Надыбал из биографической статьи!

Он снова повернул монитор к Максиму. Тот посмотрел на фотографию и шумно вздохнул.

– Да, это он! Надо срочно к нему ехать!

Макс поднялся с кровати. Однако Иван не спешил переходить к решительным действиям.

– И как вы себе это представляете? – скептически поинтересовался он. – Я войду в мэрию и скажу охранникам, что вице-мэра хочет видеть призрак его старого друга? Меня спустят с лестницы, и это в лучшем случае. А в худшем…

– Не продолжай, я все понял. – Макс задумчиво потер пальцами щеку. – Нужно что-то придумать.

– Что, например?

– Ты же работаешь в милиции.

– В полиции, – поправил Иван.

– Неважно. Скажи, что тебе нужно встретиться с вице-мэром, чтобы взять у него показания.

Иван хмыкнул:

– Вы серьезно? Да меня к нему и близко не подпустят.

– Ты же вроде говорил, что у вас демократия? А, насколько я помню из школьного курса истории, демократия – это власть народа.

– Только не в нашей стране, – грустно сказал Иван.

– Н-да, – задумчиво протянул Максим. – Вижу, многие вещи у вас остались прежними.

– Вам виднее. С Вержбицким встретиться не получится, но, может, на месте вашей гибели был еще кто-то? Какой-нибудь другой коллега?

– Другой коллега?.. Да, там была еще одна девушка. Как же ее… Не то Катя, не то Юля… Имя какое-то простое.

– И чьей девушкой она была? – поинтересовался Иван.

– Ничьей. Она работала в милиции. Надо вспомнить ее имя. Как же ее… – Макс снова задумчиво сдвинул брови. – Кажется, я с ней даже спал…

– Вы что, не помните имя девушки, с которой спали? – изумился Холодков.

– Само собой. А ты что, помнишь имена всех своих девушек?

– Да. Всех трех.

Макс посмотрел на Ивана насмешливо.

– Мне бы твою память, – сказал он.

Из кухни, пошатываясь, вышел Тимур. Проходя мимо закутка Ивана, он взглянул на Макса мутными глазами и сказал:

– Пока, глюк!

И скрылся за ширмой.

– Я знаю, как нам встретиться с вице-мэром! – объявил вдруг Иван.

– Правда? И как?

– Мы пойдем самым простым и верным путем. Встретимся и поговорим с ним, но при одном условии.

– Что за условие? – насторожился Макс.

– После этого вы отстанете от меня навсегда. Обещаете?

– Слово коммуниста! – поклялся Орлов.

12

Утро наступило неожиданно. Иван открыл глаза, прищурился от яркого солнца и зевнул. Потом взглянул сонными глазами на Максима Орлова, сидящего за столом, и хмуро проговорил:

– Судя по тому, что вы здесь, я все еще в аду.

– Не будь пессимистом, – бодро сказал на это Макс. – Представь, что я твой ангел-хранитель.

– Да? Тогда, может быть, сварганите мне яичницу?

– Перебьешься. Давай вставай! У нас впереди много дел!

Иван поморщился.

– Башка болит… И вообще, я чувствую себя разбитым.

Максим продолжил прерванное пробуждением Ивана занятие. Он снова и снова пытался что-то взять со стола. Холодков взглянул на него и озадаченно спросил:

– А что вы делаете?

– Пытаюсь поднять фломастер, – ответил Орлов.

– Вы же призрак!

Макс остановился, потряс рукой, как бы расслабляя мышцы, и сказал:

– А ты слышал такое выражение – «буйство духов»?

– Нет, – ответил Иван.

– А полтергейст?

– Про полтергейст слышал. Это когда вещи ни с того ни с сего начинают летать по квартире.

– Вот это и есть буйство духов, – сказал Макс.

Он снова посмотрел на фломастер, медленно выдохнул воздух, сосредоточился, а затем протянул к фломастеру руку, секунду помедлил и вдруг схватил его пальцами и приподнял над столом.

Фломастер провалился сквозь пальцы и с легким стуком упал на столешницу.

Максим откинулся на спинку стула и выдохнул:

– Получилось!

Иван усмехнулся.

– Это и есть «буйство духов»? – саркастически уточнил он.

– Не все сразу, – резонно заметил Макс и шумно перевел дух.

Холодков вгляделся в его лицо.

– Плохо выглядите, – сказал он. – Какой-то вы прозрачный.

– Что-то мне хреново, – пробормотал Макс глухим голосом. – Я чувствую себя так, будто целый час поднимал стокилограммовую штангу.

– И все это из-за простого фломастера? – удивился Холодков.

– Видимо, есть какой-то закон, запрещающий призракам манипулировать предметами, – сказал Макс усталым голосом. – И тому, кто нарушает этот закон, приходится туго.

– Что же, отдыхайте, – сказал Иван. – Набирайтесь сил. У вас для этого целый день.

Макс взглянул на него непонимающим взглядом:

– В смысле?

– Я не пойду сегодня на работу. Скажу, что затемпературил.

– Не говори ерунду, – сказал Макс. – Ты не можешь не пойти.

– Это еще почему?

– Потому что ты мент. Опер! А «опер» – это звучит гордо.

– Во-первых, я не мент, а полицейский. А во-вторых, меня всегда отпускают, когда мне нездоровится. Да и не пропадут они без меня. Сами же говорили: мне даже табельное оружие не выдают.

– Ты все это серьезно? – прищурился Макс.

– Угу.

Орлов вздохнул.

– Н-да… Видно, проку от тебя на службе никакого. Ты балласт. Мертвый груз.

– Это я – мертвый груз? – Иван усмехнулся. – Кто бы говорил. Вы сами-то кто? Всего лишь моя галлюцинация.

– Вся твоя жизнь – галлюцинация, – сухо сказал Максим.

Иван накрыл голову подушкой и глухо проговорил:

– Я болен. Это все глюки.

– Ну вот, опять, – нахмурился Орлов. – Может, хватит валяться? Я пришел к тебе не для того, чтобы торчать в четырех стенах и ничего не делать! Пора работать. Эй!

– Отстаньте от меня, – проговорил Иван из-под подушки.

– Как хочешь! Но тогда я буду преследовать тебя вечно.

Иван пару минут не двигался. Наконец он убрал подушку и нехотя сел на кровати, опустив босые ноги на пол.

Из-за ширмы вышла Клава, замотанная в полотенце.

– Привет, Иван! – сказала она и прошествовала в ванную.

Холодков проводил ее взглядом и недовольно проговорил:

– Умываться придется на кухне. – И добавил с саркастической усмешкой: – Если, конечно, Тимур там не писает.

13

Дорога к остановке маршрутки шла мимо обнесенного лесами кинотеатра. На заброшенном стенде болталась на ветру старая киноафиша. Взглянув на нее, Максим удивленно поднял брови:

– «Ирония судьбы-2»? Да вы шутите!

– В наше время модно снимать продолжения старых фильмов, – пожал плечами Иван.

– Подожди. И чем там у них все закончилось? Надя Шевелева и Женя Лукашин поженились?

Иван покачал головой:

– Нет. Надя вышла замуж за Ипполита.

– За Ипполита? Какого черта?

– Он надежный. Она родила ему дочь. А Лукашина бросила, потому что он слишком импульсивный.

Максим вздохнул и с горечью констатировал:

– Выходит, вы и тут нас кинули.

Шагая рядом с Иваном, капитан Орлов обвел задумчивым взглядом улицу с рекламными щитами, растяжками, витринами, потом дорогу, запруженную автомобилями, вздохнул и сказал:

– Ваш мир сводит меня с ума.

– Знаю. Вы уже об этом говорили.

– Как вы сами еще не свихнулись?

Иван хмыкнул.

– Держимся из последних сил.

Внезапно он остановился, и Максим, задумавшись, прошел сквозь него. Остановился и спросил:

– Что случилось?

Иван смотрел на вывеску кофейни «Кофе-кантри».

– Зайдем, – сказал он. – Хочу выпить чашку латте.

– Чашку чего?

– Кофе.

– Так бы сразу и сказал!

Иван двинулся к кофейне, Максим последовал за ним.

Внутреннее убранство кафе заставило Орлова одобрительно покивать головой. Здесь было уютно, чисто и интеллигентно.

Сделав заказ и дожидаясь, пока его принесут, Иван сказал:

– Значит, вы вернулись с того света, чтобы завершить какое-то дело?

– Да, наверное, – ответил Макс. – По-твоему, это глупо?

– Нет, но… – Иван пожал плечами. – Возвращаться из-за работы… это как-то странно.

– Работа была моей жизнью.

– Почему?

– Потому что она была тем, что я умел делать лучше всего.

– Я в детстве собирал марки. У меня была отличная коллекция, и я ее обожал. Но возвращаться ради этого с того света…

Иван не договорил, как-то странно посмотрел на капитана Орлова и вдруг протянул к нему руку.

– Э-эй! – отпрянул Макс. – Ты что это задумал?

– Хочу вас потрогать.

– Не люблю фамильярностей.

– Один раз.

– Ладно, валяй, трогай!

Иван потрогал его щеку пальцем – палец прошел насквозь.

– Вы и правда призрак, – скорбно проговорил он и опустил руку.

К столику подошла красотка-официантка. Она поставила перед Иваном чашку с ванильным латте и тарелочку с круассаном.

– Что-нибудь еще? – осведомилась девушка.

– Пока нет.

Официантка удалилась. Макс проводил ее взглядом и мечтательно улыбнулся.

– Как тебе девочка? – спросил он у Ивана.

– Ничего, – вяло ответил тот, макнув в чашку с кофе круассан.

– Ничего? Да она первый класс! Хочешь ее закадрить?

– Нет.

– Но ведь хочешь?

– Отстаньте.

– Ва-ня, – насмешливо позвал его Макс. – Она тебя зацепила, так?

– Ну, допустим. И что с того?

– Тогда почему ты не действуешь? Или ты у нас из тех парней, которые любят фантазировать больше, чем действовать?

– Ничего я не фантазирую. И познакомиться могу. Просто… не было подходящего момента.

– Подходящие моменты, Ваня, нужно создавать самому. Давай-ка прощупаем почву.

– Как?

– Увидишь. Позови ее!

– Не хочу.

– Позови, не будь тюфяком.

– Я не тюфяк!

– Докажи.

Иван бросил круассан на тарелку, повернулся в сторону бара и, махнув официантке рукой, чтобы привлечь ее внимание, позвал:

– Девушка!

Официанта подплыла к столику.

– Слушаю вас.

Иван вопросительно покосился на Максима, который улыбнулся и как бы невзначай толкнул локтем чашку с кофе. Чашка кувыркнулась со стола, и кофе выплеснулся красотке на юбку.

– Твою мать! – тихо вскрикнула официантка. – С ума сошел, слизняк?!

– Простите.

– Ты что – слепой?

– Это не я. Это… призрак.

– Ты еще и придурок!

Бормоча под нос ругательства, официантка удалилась в подсобку. Иван уставился на Орлова и строго спросил:

– Зачем вы это сделали?

– Нужно было прощупать ситуацию, – последовал ответ.

– И как? Прощупали?

– Да. Одно мы теперь знаем точно.

– Что именно?

– Ты не нравишься девушкам.

– Это я и без вас знал!

– Ты это только предполагал. А теперь знаешь наверняка. Она назвала тебя слизняком. Следовательно, в ее глазах ты и есть слизняк. Из этого следует один простой, но очень полезный вывод.

– Какой?

– Таким парням, как ты, нужно реально определять цели. И не пытаться прыгнуть выше крыши.

– Что это значит?

Максим вздохнул:

– Эта девчонка тебе не пара.

– А кто пара? Стокилограммовая жаба с прыщавым лбом?

– Ну зачем же так радикально! На свете есть много дурнушек со стройными фигурами. Кстати, иногда закадрить дурнушку очень даже приятно. Из чувства благодарности за то, что ты ее заметил, дурнушка такое делает в постели, что…

– Я не хочу это слушать, – сердито перебил Иван. – Ох, навязались же вы на мою голову!

– Думаешь, я сам этому рад? Почему меня слышишь и видишь ты, а не какой-нибудь толковый, умный, опытный парень?

– По-вашему, я бестолковый? Все. Можете делать все, что хотите, я не буду вас замечать.

– Но у нас договоренность: ты помогаешь мне, я оставляю тебя в покое!

Иван помолчал, хмуро глядя на своего спутника, а потом проговорил:

– Можно задать вам вопрос?

– Нет, но ты ведь все равно задашь.

– У вас с кем-нибудь были длительные отношения? – спросил Иван.

– Что значит «длительные»?

– Ну, скажем, месяц или больше.

Макс задумался, потом качнул головой:

– Нет.

– И кто из нас после этого моральный урод и неудачник?

Орлов нахмурился.

– Что-то я не понял. Ты на что намекаешь?

– Вы не способны на длительные отношения. Вы их просто боитесь. Следовательно – вы боитесь женщин.

– Глупости!

– Боитесь.

– Нет!

– Боитесь, боитесь! Вы – закомплексованный неудачник. К тому же мертвый!

Макс недобро прищурился.

– Это удар ниже пояса, – глухо проговорил он.

– Об этом я и говорю, – сказал Иван.

– Черт! – мрачно выругался Макс. – Этот парень меня доведет. Ладно, черт с тобой! Ты не бестолковый. Ты просто рассеянный. Теперь будешь мне помогать?

– Чем быстрее я устрою вам встречу с вице-мэром, тем быстрее от вас избавлюсь.

– Верный ход мыслей, – кивнул Орлов. – Кроме того, на тебя уже смотрят люди. Пора нам отсюда линять.

– Кстати, а почему вы обращаетесь ко мне на «ты»?

– А где ты видел призрака, который всем «выкает»? Ты тоже можешь перейти на «ты». Топай к барной стойке и проси счет. Пора браться за работу.

Глава 4

1

План, придуманный Иваном Холодковым, сработал на все сто. Стоило ему передать секретарю Вержбицкого, что он собирает информацию о лучших оперативниках МУРа, а в частности – о Максиме Орлове, как вице-мэр сразу же связался с ним и назначил время встречи.

– Я знал, что так будет, – удовлетворенно сказал на это Макс. – Старая дружба не ржавеет!

– Да, – согласился Иван. – Мне повезло. Через пару часов я избавлюсь от вас навсегда.

Час спустя Георгий Сергеевич Вержбицкий встретил их в своем кабинете на Тверской, тринадцать. Он сидел за широким столом и занимался, несомненно, чрезвычайно важными для города делами, но едва Иван Холодков переступил порог кабинета, как вице-мэр тут же поднялся ему навстречу, пожал руку и с радушной улыбкой усадил гостя на мягкий кожаный диван.

– Я рад, – сказал он. – Очень рад, что кто-то наконец вспомнил о моем старом друге и коллеге!

Макс разглядывал постаревшего Жору с грустным интересом.

– Ох, друг, как тебя жизнь-то потрепала, – проговорил он. – Пузо, лысина… Настоящий партийный функционер.

Георгий Сергеевич уселся в кресло и взглянул на Ивана:

– По телефону вы сказали, что собираете информацию для книги?

– Не совсем так, – сказал Иван. – Мы хотим сделать буклет к юбилею Московского уголовного розыска. Руководство поручило мне собрать материал.

– Что же, похвально, – кивнул Вержбицкий. – Похвально, что вы не забываете своих героев. А Максим Орлов заслуживает упоминания в буклете как никто другой. Он сам – история МУРа. Он был лучшим из нас, а лучшие уходят раньше других.

– Спасибо, Жора! – с чувством сказал Макс. – Я знал, что ты настоящий друг!

– Максим Орлов был лучшим оперативником в Москве, – сказал Георгий Сергеевич. – Мент от бога! Сила, ум, храбрость – все это в нем было. Кроме того, Макс был очень прозорлив. Однажды он сказал мне: «Георгий, ты прирожденный политик». Его слова заставили меня задуматься о своей жизни и о пути, который мне следовало избрать. И вот я здесь!

Макс усмехнулся:

– Вообще-то, я сказал, что таким идиотам, как ты, нечего делать в политике. Но твоя версия мне тоже нравится.

– Однако справедливости ради следует сказать, что многие недолюбливали Максима, – продолжил вице-мэр. – Людям не нравились его эгоизм и вечное хвастовство. Им не нравилось, что он плевал на всех вокруг и думал только о себе.

– Что? – Максим удивленно поднял брови. – Ты что городишь, Жоржик?

Иван, записывая в блокнот, переспросил:

– Так, говорите, он был хвастун и эгоист?

Мэр улыбнулся:

– Между нами говоря – да. Но не стоит делать на этом акцент.

– Эгоист? – возмущенно воскликнул Максим. – Я – эгоист? Да я сто раз спасал твою шкуру!

Мэр улыбнулся:

– Будь он сейчас здесь, он бы стал кричать, что сто раз спасал мою шкуру. И он был искренне в этом уверен. Но на самом деле это мы, простые опера, прикрывали его «звездный зад».

– Жоржик, ты сволочь, – отчеканил Макс.

Иван улыбнулся:

– Хорошо, что вы говорите о нем правду. Это поможет нам восстановить реальный облик капитана Орлова. Понять, каким он действительно был. Георгий Сергеевич, расскажите, как он погиб?

– Ну, давай, – прищурился Макс, – расскажи!

Вержбицкий сдвинул брови, несколько секунд молчал, а потом сказал со вздохом:

– Если говорить честно, то Максим Орлов погиб по глупости.

Лицо Максима вытянулось от изумления.

– Что-о?

– Ну да, по глупости, – повторил Вержбицкий. – Мы знали, что в квартире укрылся бандит Колюжный. Нужно было просто дождаться подмоги, но Макс не хотел ждать. Он ринулся в дом один и получил несколько пуль.

– А Колюжный?

– Колюжный попытался скрыться, но я его остановил.

– Я об этом читал в Интернете, – сказал Иван. – Кажется, после этого вас наградили и пригласили на работу в горсовет?

– Да, с этого началась моя политическая карьера. Так уж получилось, что гибель Максима стала для меня… в некотором роде судьбоносной. Но если бы можно было все вернуть назад… – Вице-мэр достал из кармана шелковый платок и промокнул им глаза. – Жалко Максима, – сказал он. – Очень жалко. Талантливый был человек, а погиб ни за грош.

Максим грубо выругался и в сердцах ударил кулаком по стакану с водой. Стакан перевернулся, и вода разлилась по столу, закапала на пол.

Вержбицкий и Иван уставились на упавший стакан.

– Вероятно, сквозняк, – сказал Иван.

– Да, – проговорил вице-мэр задумчиво. – Наверное.

Он протянул руку и поставил стакан на стол.

Иван посмотрел на хмурое лицо Максима и понял, что пора уходить.

– Спасибо за подробный рассказ, Георгий Сергеевич! – поблагодарил он.

– Не стоит благодарности, – улыбнулся вице-мэр. – Знаете, я ведь любил этого сукиного сына! Любил как брата, и даже сильнее. Пожалуй, я был единственным, кто его любил!

– Это неправда, – хмуро сказал Макс. – Люди любили меня.

Иван и Георгий Сергеевич поднялись.

– Держите меня в курсе дела, – с улыбкой сказал вице-мэр. – Я хочу первым увидеть ваш буклет, когда он будет готов.

– Хорошо. Спасибо, что уделили мне время.

– Ну что вы! Это совершенные пустяки.

Иван вышел наконец из кабинета, но Максим остался еще на несколько секунд, чтобы посмотреть старому другу в лицо и сказать:

– Жоржик, когда-нибудь ты тоже умрешь. И когда мы встретимся, эта встреча тебя не сильно обрадует!

Вице-мэр нахмурился, будто и впрямь что-то услышал, повернул голову и задумчиво посмотрел на стакан. Затем протянул руку и нажал на кнопку коммутатора.

– Слушаю вас, Георгий Сергеевич! – проворковал из динамика нежный голос секретарши.

– Марина, как твоя мама?

– Уже поправляется.

– Рад за нее. И за тебя тоже. Передавай ей привет!

– Обязательно, Георгий Сергеевич!

– Принести мне, пожалуйста, кофе. И приготовь проекты застройки Люберецких полей, но не заноси. Когда я буду уходить, заберу их с собой.

– Хорошо, Георгий Сергеевич. Что-нибудь еще?

– Пока нет.

Отключив коммутатор, Вержбицкий надолго задумался. Время от времени он поглядывал на упавший стакан и хмурил брови. Вице-мэру было не по себе. Его мучили неприятные предчувствия.

Наконец Вержбицкий вышел из задумчивости, протянул руку и снова нажал на кнопку коммутатора.

– Слушаю вас, Георгий Сергеевич, – пропел из динамика бодрый голос секретарши.

– Марина, я хотел у тебя спросить. Ты, кажется, говорила, что твою мать поставила на ноги какая-то суперцелительница?

– Да, Георгий Сергеевич.

– Еще ты говорила, что она колдунья.

– Она не любит, когда ее так называют.

– Я ее понимаю. Сообщи-ка ты мне ее адрес и телефон.

– Хорошо, Георгий Сергеевич, я занесу вам ее визитную карточку.

– У нее и визитка имеется? – Вержбицкий усмехнулся. – Продвинутые нынче пошли колдуньи.

– Да, Георгий Сергеевич, и не говорите. Только… Я забыла вам сказать, что Роза Матвеевна – цыганка.

– Кто бы сомневался, – проворчал Вержбицкий.

– Что?

– Ничего, Марина. Жду визитную карточку.

Он отключил связь.

* * *

На этот раз Иван заказал себе в кафе чашку зеленого чая и пирожное эклер. Пока он пил чай, Макс сидел молча, погрузившись в мрачные размышления. Минут через пять он взглянул на Ивана и глухо проговорил:

– Я все думаю над словами Жоры…

– И что надумали? – поинтересовался Иван.

– Может быть, он прав? Я ведь и в самом деле не замечал никого вокруг себя. Особенно когда мы выезжали на дело.

– Не корите себя. На свете много самовлюбленных болванов. И не все из них так самокритичны, как вы. Хотите эклер?

Макс усмехнулся.

– Издеваешься?

– Ой, простите, я забыл, что вы всего лишь бесплотный призрак. Кстати, насчет бесплотного… Как вы сумели проделать этот фокус со стаканом?

– Не знаю. Я здорово разозлился. Может быть, дело в этом?

– А чашка с ванильным латте в кофейне?

Максим пожал плечами:

– Понятия не имею. Просто повезло.

Орлов снова задумался. Он долго сидел молча, потом вздохнул и пробормотал:

– И когда я успел стать таким козлом?

– Лет двадцать пять назад, – сказал Иван. – Кстати, я сделал то, о чем вы просили. Теперь вы оставите меня в покое?

– Да. Слово есть слово. Но перед тем, как мы расстанемся… Слушай, Иван, у меня к тебе просьба.

– Какая?

– Отвези меня в одно место.

– Прямо сейчас?

– Можешь, конечно, дождаться темноты, но ночью тебе там точно не понравится.