Текст книги "Связующий (СИ)"

Автор книги: Антон Демченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Я вспомнил свой пансион на Гнозисе и, вздохнув, отправился в кают-компанию, на ходу отдав приказ трём сопровождавшим нашу компанию, нагруженным скудными пожитками моих гостей сервис-ботам следовать за Ариссой и Ирмой.

Обед на добрых полсотни человек стал тяжёлым испытанием для пищевого синтезатора. Всё же по максимальному штату в блоке Корпуса предполагалось проживание не более двух десятков человек, считая возможных гостей. Так что, аппарату пришлось поработать до перегрева. Тем не менее, он справился с задачей не хуже, чем обычно, так что недовольных обедом не было. Но судить об этом мне пришлось лишь по ровно-довольному эмофону, наполнившему кают-компанию по завершении трапезы. И был он сравнительно мощным, что меня немного удивило. Дети же вели себя поразительно тихо. Молча поели, молча поблагодарили и... дисциплинированно разошлись по выделенным комнатам. Вспоминая своё детство и недолгое пребывание в приюте, могу сказать, что это совершенно нетипичное поведение для детей, даже оказавшихся в новой, незнакомой обстановке. Ещё один повод для удивления? Что ж, возможно беседа с кураторами детей поможет мне разобраться и с этой непоняткой.

Сбросив девушкам приглашения к беседе и, мимоходом отметив несуразно развитые для их довольно простых и дешёвых интеллонов пси-модули, я прошёл в кабинет, настраиваясь на долгое ожидание, но... уже через несколько минут морф пискнул, предупреждая о подошедших к двери посетителях. Однако быстро…

Ирма и Арисса уселись в кресла… точнее, «отзеркалили» друг друга в одинаковых позах. «Двойной крест», сжатые кулаки... это будет сложный разговор. Впрочем, а чего ещё стоило ожидать от людей при встрече с представителями «Корпуса»?

Вытянуть двух женщин на разговор оказалось очень непросто. А учитывая, что от их эмоций я старался держаться подальше... впрочем, они и сами их неплохо скрывали, что и навело меня на определённые мысли.

– Как давно вы прошли инициацию? – От этого вопроса обе девушки вдруг сжались, а старательно удерживаемый ими эмоциональный щит просто снесло! Чтоб я еще раз…!!!

Кое-как придя в себя от ударившего по мне страха, я помотал головой и, окинув взглядом замерших в креслах собеседниц, тяжело вздохнул.

– Вот ведь, харг! – Рука сама нашарила один из стаканов, предусмотрительно выставленных мною на сервировочный столик, булькнула туба с синтезированным по «рецепту» Арно виски... Залпом! Тёплая волна прокатилась по пищеводу и ухнула огненным комком в желудок. Почувствовав, что, наконец, отошёл от удара, я встряхнулся. – Фух, девушки... больше так не пугайте, пожалуйста.

– Извините. – Тихо произнесла Арисса, переглянувшись с Ирмой. Я махнул рукой.

– Ничего страшного. Просто постарайтесь держать себя в руках и... поймите простую вещь. Здесь у вас врагов нет. – Максимально открывшись, произнёс я.

Не знаю, что повлияло больше, снятие щитов или просто нервная усталость девушек, но несколько секунд спустя плотину прорвало, и на меня вылился целый поток сведений. В два голоса да с чудовищным эмоциональным напором... я уже зарекался лезть в чувства женщин? Повторюсь. Лучше сдохнуть!

Но историю они поведали весьма занимательную...

Две группы воспитанников закрытого пансиона в сопровождении двух же кураторов-воспитателей были неожиданно отправлены в экскурсионный тур на орбитальную станцию. Разновозрастную компанию из пятидесяти человек... уже интересно. Кто додумался до такого идиотизма? Тем не менее, оспаривать приказ начальника приюта, молодые кураторы, специализирующиеся на пси, не могли и, собрав детей, вот совпадение, всех как один проходивших у них первичное обучение пситехникам, послушно погрузились в пассажирский флаер. Машина оторвалась от земли и, влившись в транспортный поток, понеслась вперёд.

Почти до самого порта всё было спокойно, но когда на горизонте показался шпиль наземного комплекса, рядом вдруг появилась тройка чёрных флаеров с характерными эмблемами моих коллег. Дважды потребовав остановиться, разогнавшие большую часть потока машины открыли огонь по полному детей флаеру. Теоретически одного попадания должно было хватить, чтобы обстрелянный транспорт рухнул на землю в облаке огня и дыма, но он выдержал больше десятка попаданий, после чего водитель флаера приказал своим пассажирам «держаться крепче», и машина, врубив гравипривод, взмыла вверх, уходя в стратосферу и выше. Туда, где ни один флаер летать не может по определению!

Не знаю, какие глаза были у диспетчеров орбитальной станции, когда на одну из посадочных площадок село это недоразумение, но подозреваю, что очень немаленькими. А пилот машины, оказавшийся капитаном всё того же Корпуса, чуть ли не пинками выгнав всю компанию из флаера, придавив детей и их воспитателей пси, потащил их куда-то по техническим переходам станции. В конце концов, они оказались у шлюза, ведущего на борт какого-то корабля, где их принял весьма неразговорчивый экипаж.

Сопротивляться давлению профессиональных псиоператоров компания из детишек с едва пробудившимся пси и двух молодых девушек, чьи познания в этой области едва перевалили базовый уровень, не смогла и послушно выполняла все указания, не задавая вопросов. Последнее, что видела Арисса, когда их принимали на борт корабля, это падение на керамитовый пол стартовой площадки привёзшего их на станцию пилота, и растекающуюся под его головой кровавую лужу. Учитывая, что у шлюза в тот момент было пусто, а оружия в руках встречающих не было вовсе, могу сделать вывод, что бедолага был убит собственным морфом. Побег от коллег не прошёл для него даром.

Прежде чем добраться сюда, компанию юных псиоператоров и их кураторов трижды передавали с борта на борт, пока, в конце концов, четверо суток спустя, когда они оказались на транспорте, идущем к станции «Странник», им не объяснили происходящее. В Федерации объявлена неофициальная охота на псиоператоров, и их компанию просто вытаскивают из той... в общем, девушкам предложили считать происходящее спасательной операцией, во время которой уже погиб человек, пытавшийся увести их из-под носа чистильщиков.

Нельзя сказать, что я так просто поверил в рассказ девушек. Дослушав их историю, я проверил полученные сведения самым простым и доступным способом: через инфоры новостных агентств. Уж гонка флаеров Корпуса по одному из крупнейших транзитных центров Федерации не могла остаться незамеченной... И нашёл лишь одну маленькую скупую заметку, проходящую по теме курьёзов, да ещё под таким наслоением всяческой ерунды, что это не могло не укрепить мои подозрения, до рассказа девушек бывшие слишком уж размытыми. Для их проверки я и сделал служебный запрос в Верхний Информаторий, задав поиск словосочетания «смерть псиоператора». И получил триста шестьдесят семь тысяч ссылок на новостные инфоры, только за последнюю неделю. Многочисленные «несчастные случаи», не менее случайные «самовозгорания» домов, квартир, падения флаеров и «жертвы уличных бандитов»… и всё это под вопли об опасности неприспособленного к гражданской жизни псиактивного контингента и необходимости его социализации. Словно мы дикари какие-то и гибнем от неумения обращаться с бытовой техникой!

Морфу понадобилось несколько минут на то, чтобы сделать статистическую выборку, и результат был удручающим. За эту неделю псиоператоров погибло в три раза больше, чем обычных людей... Это притом, что нас в тысячи раз меньше, чем неодарённых!

Ну а полное отсутствие в статьях и репортажах о гибели псиоператоров перекрёстных ссылок и упоминаний о похожих инцидентах, которыми обычно полны любые новостные блоки, говорит только об одном. Информацию глушат на весьма профессиональном уровне, доступном, разве что, государственным структурам. Точнее, даже не глушат, просто не позволяют тем же новостным инфорам провести сбор статистики и открыть полученные данные. Знакомый почерк. Не надо ничего секретить, зачем? Инфомацию проще разбить и подать так, чтобы никому даже в голову не пришло собрать её воедино. Сообщить на одном краю Федерации, что где-то на обеспеченной и сытой планете одного из центральных миров сдох какой-то «высокопоставленный» военный псиоператор... и внешники только плечами пожмут, мол, туда зажравшейся скотине и дорога. Вывесить на инфоре курортной планеты короткую заметку о гибели пары сотен военных в конфликте у какого-то забытого тёмными звёздами куска льда на периферии Федерации, и никто не почешется. А о том, чтобы задаться вопросом, почему все погибшие были псиактивны, и почему большинство гибнущих псиоператоров состоит из недавних отставных военных, и речи не идёт. Страшно и просто… И ведь самое паршивое, что даже если как-то обнародовать эту информацию, ничего не изменится. Большинство промолчит. Кто из зависти, кто из равнодушия, а кто-то… ну, поднимут вой несколько «правозащитных» организаций о «страшной опасности грозящей псиконтигенту», примут под крылышко тех немногих, действительно сочувствующих, и ещё шустрее пойдёт поддерживаемая этими «правозащитниками» программа социализации, превращающая нашего брата в бесправного раба. И всё.

Вот так... ларчик просто открывался. Похоже, девушкам не соврали, и Федерация... или некие силы в ней действительно решили форсировать процесс уничтожения неподконтрольных псиоператоров, отказываясь от тех, кого взращивали сотни лет. Точнее, низвести их... нас... до ранга ручных животных. Отсюда, кстати, и все эти программы «социализации и переориентации активного псиконтингента на мирную жизнь» при полном умолчании вопроса о соответствующем уравнивании «социализированных» псиоператоров в правах с обычными гражданами. Животным права не нужны, верно?

И почему же меня так коробит при одной мысли о причастности Корпуса к этому.... беспределу?

В ответ на просьбу Ирма скинула мне короткую запись со своего интеллона, на которой оказался запечатлён их похититель. Всего несколько секунд мельтешения, но мне хватило... Вечная память тебе, такт-капитан Сезар Арно.

Я с трудом представляю, какой силой воли нужно обладать, чтобы сделать то, что совершил этот человек. Умыкнуть из-под носа пятьдесят приговорённых к смерти, точно зная, что уйти от наказания самому не удастся... наплевать на последствия и выиграть… пусть даже ценой собственной жизни. Это... у меня нет слов.

Молча поднявшись с кресла, провожаемый растерянными взглядами собеседниц, я плеснул в три стакана виски и, не дожидаясь пока девушки сообразят, чего я от них хочу, залпом опрокинул содержимое одного бокала себе в глотку. Пусть тебя примут тёмные звёзды, ка... Сезар!

Ирма поняла первой. Тихо звякнул о крышку стола бокал, её примеру последовала Арисса.

– Он спас. – Проговорил я. – Вас от смерти, а ваших воспитанников... скорее всего, от постановки ментальных закладок и принудительной «социализации». Их ещё не приглашали на какие-нибудь тесты, скажем, в управление образования?

– Нет. – Вздохнула Арисса. – Вроде на следующий год что-то такое планируется... Но это только слухи.

– Повезло. – Констатировал я. Девушки переглянулись, и Ирма не выдержала первой, вежливо, но непреклонно потребовав объяснений. Что ж, хотели? Получат.

Рассказ получился довольно коротким, но ёмким. А на единственный вопрос девушек о месте, где они оказались, я ответил так, как думал. Подсказку для этого ответа мне дал поступок Сезара, а подтверждение своим мыслям я только что получил от Старика, подключившегося к нашей беседе, едва я скинул ему сообщение с новостью о смерти Арно.

– Здесь собираются родственники одарённых. Те, на кого должен был прийтись следующий удар системы. – Вздохнув, проговорил я.

– А... сами одарённые? – После небольшой паузы спросила Арисса. Я пожал плечами.

– Кто-то, лишённый соответствующих ментальных закладок, очевидно, будет прятаться самостоятельно, отвлекая охотников на себя. Те же, кто не свободен в своих действиях, будут продолжать службу. До конца... Может быть, им повезёт, и они закончат её, как знакомый вам такт-капитан Арно. А может быть, попадут под программу «социализации»... В любом случае их родственники, псиактивные они или нет, будут в безопасности.

Честно говоря, это не мои слова, я лишь повторил то, что сказал мне по этому поводу оставшийся на связи Борье. «Не будешь же ты мямлить, словно поплывший на экзамене неудачник? А авторитет надо поддерживать…» Тоже его слова. Надеюсь только, что это не очковтирательство. Иначе, случись что с девушками или их воспитанниками, и мне останется только зарезаться своим псевдоножом. Но честное слово, перед этим я постараюсь отправить Старика на тот свет. Чтоб другим врать неповадно было!

– А если среди них найдётся предатель? – Спросила Ирма.

– Не вариант. Слишком узок круг посвящённых. – Покачал я головой. Сам я такой уверенности не испытывал, но сейчас у меня задача успокоить сидящих напротив женщин… а со своими сомнениями управлюсь как-нибудь позже.

На обсуждение дальнейшей жизни «приютской команды» у нас ушло почти два часа, зато к моменту завершения разговора девушки выглядели куда увереннее и спокойнее, чем в начале нашей встречи. И это хорошо... А потом мне пришло сообщение от Вельди, и мы отправились осматривать результаты переоборудования бывшего медблока в жилой комплекс на пятьдесят человек.

По пути к новому месту жительства юных псиоператоров я отправил запрос интендантам на представление нашему «детскому саду» малого синтезатора. Всё же стремительное бегство, которым обернулась экскурсия, не предусматривало для них возможности прихватить и без того небогатые пожитки, а всё, чем они успели обзавестись за время короткого путешествия, уместилось на трёх малых сервис-ботах, которые в принципе не могут похвастаться хоть какой-то грузоподъёмностью. В общем, и девушки, и их подопечные нуждались в вещах. От верхней одежды и обуви до нижнего белья и предметов гигиены. Попытку хранителей богатств станции сберечь вверенное им имущество я пресёк сброшенным на интеллон дежурного кладовщика приказом Старика. Так что, когда мы вошли в просторный жилой модуль, созданный на месте медблока инженерными ботами Ургена Вельди, в будущем общем зале уже стоял малый производственный дроид, готовый немедленно приступить к созданию в модуле любой необходимой мебели по заказу клиента, а в углу притулился техсинтезатор с огромным вещевым каталогом. Подобные устройства используются спасателями при ликвидации последствий катастроф для обеспечения пострадавших предметами первой необходимости... и не только. В общем, ни одежда, ни игрушки для этого синтезатора не проблема, а о всяких мелочах можно и вовсе промолчать.

Глава 5. Муравейник живёт

– Ну, что скажешь, дар Клод? – Поинтересовался страт-полковник, когда Борье озвучил причины своего внеочередного «звонка» и поделился новостями о прибытии «детского сада» и разговора Дрёма с воспитателями.

– А что я могу сказать? Даже если бы не сегодняшний случай, он бы и сам вскоре разобрался в происходящем. – Пожал плечами Борье в ответ на вопрос собеседника.

– В этом я даже не сомневаюсь. – Хмыкнул тот. – Я спрашивал о другом. Как он себя повёл?

– Хорошо повёл. Правильно.

– Дар Клод, из тебя ответы клещами тянуть надо? – Осведомился собеседник гард-полковника.

– Дар Септим, не морочь мне голову. Вот запись его разговора, и разбирайся сам с вопросами, которые не можешь задать внятно и чётко.

– Солдафон.

– Интриган.

Полковники одновременно фыркнули... правда, совершенно невесело. Иллюстрация той судьбы, что ожидает большинство военнослужащих псиоператоров, как-то не располагала к безудержному веселью.

Просмотрев запись беседы, переданную ему гард-полковником, Зейд нахмурился.

– Значит, Сезар мёртв? – Спросил он.

– Да. – Коротко кивнул Старик.

– И что ты думаешь по этому поводу?

– Мат опустить? – Оскалился Старик. Зейд пожал плечами. – Тогда я промолчу.

– А если серьезно? – Спросил его собеседник после небольшой паузы.

– Я серьёзен, как пастор у свежей могилы. – Ответил Борье, стирая с лица злую ухмылку. – Смерть Арно совершенно не входила в мои планы. А отправка его на спасательную операцию иного итога не предусматривала. При любом раскладе дело кончилось бы его гибелью. Не от закладок, так по мастеркоду. А ведь этого можно было избежать, отправив вместо офицера Корпуса флотских или планетарников. Это ж только вашему брату закладки в мозги вворачивают! Короче говоря, случившееся либо просчёт эвакуаторов, либо… – Договаривать Борье не стал. Идея о том, что кто-то из участников проекта решил таким образом «сдать» заговорщиков, ему претила.

– Может, кто-то из эвакуаторов решил, что потеря одного человека в данной ситуации оправдана? – Медленно проговорил Зейд. – Или просто иных вариантов в том случае не было?

– Именно так всё и выглядит. – Кивнул Старик. – Вообще я далёк от мысли о предательстве. Всех эвакуаторов я знаю лично, и сомнений в их лояльности у меня нет. Зато есть подозрение, что принятое решение было обусловлено обычным недоверием к офицеру Корпуса, уж извини, дар Септим, но ты и сам знаешь, как относятся к Корпусу военные. Вполне возможно, что эта неприязнь вылезла и тут. Дескать, справится – хорошо, а нет, так туда ему и дорога...

В ответ страт-полковник только плечами пожал. Мол, ничего странного, привык.

– Считаешь, решение было ошибочным? – Осведомился Зейд, прервав молчание.

– Разумеется! – Воскликнул Старик. – Даже если, фактически, иного выхода в той ситуации не было, отправка Арно и его смерть были неприемлемы. Гибель офицера Корпуса в насквозь мирной обстановке... тебе ли объяснять, чем это грозит?

– Следовательской группой Корпуса. – Кивнул страт-полковник и, помолчав, добавил. – Как бы в секторе не решили устроить проверку нашему лейту.

– Это не единственное, чего я опасаюсь. – Кивнул Борье. – Рассматривая версии случившегося, следователи наверняка сунутся на последнее место службы такт-капитана, то есть придут ко мне в гости.

– Возможно. Вполне возможно. А тут его преемник. Могут копнуть. Неглубоко... всё же они были знакомы чуть больше декады. – Согласился страт-полковник. – Надо будет дать кое-какие инструкции Дрёму, чтобы он не спалился.

– Да какая разница, глубоко они будут копать или нет?! На твоём лейте, между прочим, свет клином не сошёлся! – Вспылил Борье. –Нам хватит и одного визита проверяющих из Корпуса, чтобы все планы пошли коту под хвост. Или ты думаешь, они не заинтересуются происходящим на базе?

– Не шуми, дар Клод. – Невозмутимо кивнул Зейд. – Да, могут. И заинтересуются. Но... я что, просто так тебе лучшего выпускника-орма отдал?

– Всучил, скорее. – Вздохнул Старик. – Если бы не эта «удача», Сезар продолжил бы службу здесь, глядишь, и нынешних проблем не было бы.

– Не было бы этих, были бы другие. – Пожал плечами Зейд и нахмурился. – Дар Клод, я хочу напомнить, мы не в игрушки играем. На кону судьбы без малого двух сотен тысяч доверившихся нам людей. Мне тоже не нравится, что эвакуаторы допустили ошибку, но это не значит, что мы должны заламывать руки и истерить о несбывшемся. Нужно принять к сведению случившееся и идти дальше. Работать! Думаешь, Арно не понимал, чем закончится порученная ему операция? Прекрасно понимал, но выполнил долг... разменяв свою и без того подходящую к концу жизнь на жизни пятидесяти человек. При других раскладах эти дети сейчас уже сидели бы в карантине в ожидании «социализации». Разве не так?

– Так, дар Септим. Так. – Старик откинулся на спинку кресла. – А теперь я сижу на «Страннике» и жду следователей Корпуса, которые приедут сюда для допроса персонала базы. Как думаешь, сколько времени им понадобится, чтобы посчитать присутствующих на станции? О перестройке её конструкций я и вовсе молчу. Так что ты там говорил об ответственности за жизни доверившихся нам людей? Один против пятидесяти или пятьдесят против двухсот тысяч? Как я скрою от следователей происходящее на базе, ответь?

–  Повторю, дар Клод. Я что, зря отдал тебе лучшего орма своего выпуска? Поставь ему задачу, и он даже тебя сможет убедить в том, что станция только что прошла расконсервацию, и никого кроме перегонного экипажа на ней нет.

– Ты так в нём уверен?

– А почему нет? На полевой практике в одном из внешних секторов ему удалось убедить орбитальную крепость пиратов со всеми её обитателями в том, что база подверглась атаке крейсерской группы Четвёртого флота. В результате два эсминца перещёлкали десяток лоханок с удирающими главарями, словно мишени в тире. А всего-то и надо было, что подменить данные с сенсорных блоков… всех сенсорных блоков систем наблюдения и контроля.

– Человек не СПИБ, ему ложные данные не подсунешь. – Прищурился гард-полковник, на что Зейд хищно улыбнулся.

– Это мне будет рассказывать псиоператор, от которого мастера Вероятностей шарахаются? – Осведомился глава учебного центра. Борье на миг отвёл взгляд, но тут же спохватился.

– Не морочь мне голову, дар Септим!

– И не думаю. Если лейт возьмёт на себя техническую часть задачи, а ты обеспечишь «пустую» зону внимания, останется только самый минимум: не дать гостям сорваться с «поводков».

– Нет, ты серьёзно? – Удивлённо протянул Старик. Страт-полковник только вздохнул. Обычно невозмутимое выражение его лица на миг сменилось усталым видом лектора, вынужденного по сотому разу читать одну и ту же тему.

– Абсолютно. Технику он обманет без проблем. Организовать пустой эмофон, не должно стать проблемой для тебя… на случай, если среди «свояков» найдутся псиоператоры, в чём я, честно говоря, сомневаюсь. Лимит доверия нашему брату исчерпан более чем полностью. Ну, а лазить по переходам незнакомой станции без «поводка» не станет ни один пустотник… если он не археолог, конечно… или не тупой планетник, но таких среди сотрудников Корпуса нет в принципе.

– Как же всё просто на войне. – Вздохнул гард-полковник.

– А у нас, что… не война? – Прищурился его коллега. Борье, чуть подумав, кивнул.

– Война, да не та. – Медленно проговорил он.

– Ну уж, извините, дар гард-полковник. Чем богаты, тем и рады. – Развёл руками Зейд и вновь посерьёзнел. – Дар Клод, есть ещё один вариант на случай непредвиденных осложнений со следователями.

– Какой? – Спросил тот.

– Можно дать им ложный след. – Проговорил страт-полковник и, заметив неподдельный интерес собеседника, пустился в объяснения.

– Корпус. – Выплюнул Старик, дослушав Зейда. Тот кивнул.

– Как я и говорил, мы не в игрушки играем, дар Клод. – Хмуро глядя на гард-полковника, произнёс глава учебного центра Корпуса.

– Не надо повторов, дар Септим. – Махнул рукой Борье. – Скажу честно, эта идея мне не по нраву. Но ожидать чего-то иного от вашей структуры всё равно не приходится.

– Кто-то должен делать такую работу, дар Клод. – В голосе Зейда проскользнули нотки недовольства, но он их тут же задавил. – И кто виноват, что большинство боится запачкать руки?

–  Это бессмысленный спор, дар полковник. – Холодно проговорил Борье.

– Пусть так. –  Не стал спорить его собеседник. – Но в случае…

– Да чёрт с тобой, Септим! – Рыкнул Старик. – Согласен. Но лишь при самом дурном повороте дела.

– Это верное решение, дар Клод. – После небольшой паузы проговорил Зейд. – Я понимаю, что тебе такой подход не по нраву, но…

– Иди к чёрту, а? – Скривился гард-полковник. Собеседник пожал плечами.

– Всего хорошего, дар Клод.

– Тебя туда же. – Произнёс Старик, и изображение страт-полковника, маячившее перед его внутренним взором, исчезло, оставив после себя лишь лёгкое чувство усталости от долгого и довольно напряжённого разговора.

Покрутив головой до хруста в шейных позвонках, гард-полковник Клод Борье поднялся с кресла и, сделав шаг в сторону от рабочего стола, застыл у голографического сфероида карты Федерации. Пальцы привычно коснулись контактного поля, и голопроекция шара из сотен тысяч звёздных систем закрутилась вокруг вертикальной оси. Совсем как древний глобус в доме его давно умершего деда. «Чучело Земли», именно так старик именовал водружённый на стальную подставку пластолитовый шар метрового диаметра, по семейному преданию когда-то вывезенный с полулегендарной прародины человечества. Будучи мальчишкой, Клод любил рассматривать выгравированную на блестящей поверхности крутящегося шара карту. Хитро изрезанные береговые линии, морщины горных хребтов, трещины речных русел и точки городов, подписанные старыми разноязыкими названиями... пунктиры границ древних государств.

Кто бы мог подумать, что когда-то человечество ютилось на одной единственной планете и притом умудрялось делиться на отдельные страны. Дед усмехался и говорил, что ничего не меняется. Он не верил. Ведь со времён Начала прошло не одно тысячелетие! Зря. Сейчас, прожив почти две сотни лет, имея за спиной десяток войн и сотни побед и поражений, выросший и постаревший Клод Борье мог с уверенностью сказать, что его дед был прав. Идут века, а человечество не меняется. И какая разница, носит человек на поясе меч, примитивный телефон, игольник... или таскает в своей голове вычислительный центр, за обладание которым открывшие эпоху Начала учёные продали бы всю Терру с потрохами? Жизнь остаётся прежней. Деньги и власть для сотен, пот и кровь для миллиардов. И смерть неугодным во все времена.

Тряхнув головой, Борье отвернулся от голопроекции и, на миг прикрыв глаза, резко выдохнул.

– Спать. А то уже всякий бред в голову лезет. – Пробормотав это, гард-полковник погасил свет в кабинете и скрылся за дверью, ведущей в личные апартаменты.

Старик вызвал меня к себе на следующий день после нашего разговора с Ариссой и Ирмой. И если до сих пор у меня ещё оставались какие-то надежды на то, что история с давлением на псиоператоров, не более чем череда совпадений или дезинформация… хм, или простое объяснение для людей, подобных кураторам прибывшего на станцию «детского сада», то после беседы с гард-полковником эта надежда приказала долго жить. Подборка доказательств у Старика оказалась не только огромной, но и, практически, пластобетонной с керамитовым напылением. Факты, факты, факты… на разбор полученной информации ушло больше восьми часов субъективного времени при полном напряжении всех возможностей морфа.

Самое паршивое, что политика уничтожения псиоператоров началась не сегодня и была вовсе не сиюминутным решением, о чём говорит и давность создания международного общества «Пси», ратующего за так называемую социализацию псиоператоров, и статистика оказавшихся на «вечном» гражданском контракте псиактивных отставников, согласно которой количество угодивших в рабство псиоператоров зеркально отражает их процентное соотношение с обычными гражданами, проходящими действительную службу в армии, флоте и других военизированных структурах Федерации... И даже тот факт, что вот уже десять лет, как по указанию Зейда из личных дел курсантов исчез пункт об уровне псиактивности, лёг дополнительным кирпичиком в здание доказательств, представленных Стариком. А их, «кирпичиков» этих, было куда больше, чем я перечислил.

Закон об ограничении прав псиконтингента, направленный на «обуздание» поначалу нередко срывавшихся с резьбы первых псиоператоров и предусматривающий для них равные права с гражданами Федерации только в том случае, если псиоператоры находятся на действительной службе, был принят харг знает когда, на самой заре эпохи «пси». Но здесь он сыграл на руку тем силам, что решили уничтожить беспокойный псиконтингент. Под идею «социализации» была подведена солидная база. Дескать, предки видели опасность «этих существ», но не имели возможность ограничить их агрессивность. Хотя реально наука не стоит на месте и за сотни лет нашла вполне эффективные способы «обуздания» таких как я.

В Корпусе, например, уже лет пятьдесят используют ментальные закладки на верность службе и на запрет применения пситехник к неодарённым, если того не требует служебная необходимость. Среди военных... ну, тут достаточно вспомнить форму обучения тех же иф-офицеров. Минимальный набор умений в зубы и вперёд. Тем же джошам, от природы неспособным к оперированию пси без технических костылей, хватало и простейших приёмов, чтобы сливать псиактивному противнику одно сражение за другим.

Но всех этих ограничений кому-то показалось мало… и «псиконтингент», на который ещё сто лет назад возлагались огромные надежды, решили вырезать под корень. Тех, что находятся на службе, уничтожат физически или выпрут под любым предлогом на гражданку, чтобы подвести под «социализацию» вместе с цивильными псиоператорами, после которой все они станут радостно улыбающимися существами с уровнем развития пятилетнего ребёнка, способными лишь на одну заложенную ментальной программой функцию – активировать пси-модули на заводах-производителях. Впрочем, вру. Ещё у них останутся способности к  размножению. Незавидная судьба...

Интересно, что ментальные закладки и программы по-настоящему эффективны только в применении к псиоператорам, причём активным или потенциальным, не суть важно. Но, вот незадача: обеспечить лояльность обычного человека ментальными закладками невозможно. Максимум через полгода после установки она слетит, и хорошо, если человек останется в здравом уме. Если бы не эти «мелочи», население Федерации давно было бы зомбировано властями либо корпорациями. Роботами ведь управлять куда проще, не так ли? А вот псиоператоры... нам в этом плане не повезло, если уж ментальные закладки установлены, изъять их без потерь для носителя невозможно. Обратная сторона могущества, так сказать.

На фоне этих новостей информация о следственной группе Корпуса, наверняка отправленной для расследования смерти Арно, и о возможном визите её представителя на станцию выглядела ерундой. Впрочем, это не повод расслабляться...

Глава 6. Кто там кодит…

– Но ведь это дикость! – Констатировал я, прочитав и прослушав всё, что предоставил мне Старик. Борье усмехнулся.

– Разумеется. С точки зрения офицера Корпуса, любого военного или даже просто сознательного гражданина Федерации, проект уничтожения «псиконтингента» назвать иначе, как предательством, невозможно. – Согласился гард-полковник. – Но если взглянуть на ситуацию под другим углом… Суди сам. Эффективность работы дознавателей того же Корпуса в несколько раз выше, чем у обычных следователей, но вот их цели... скажем так, фигуранты дел Корпуса отнюдь не в подворотнях пьяных грабят. Корпорации, чиновники... они, знаешь ли, не очень рады, когда им ставят палки в колёса. А ведь есть ещё и сообщество псиактивных. Постоянно набирающая вес неофициальная структура, поддерживающая псиоператоров и абсолютно закрытая для иных граждан... Конечно, в масштабах Федерации она невелика, но если сравнивать её с карманными партиями тех же корпорантов, перевес будет не в их пользу. Да, сообщество не заинтересовано в политике, но это знаем мы, а вот власти не могут не подозревать иного. Кстати, именно публичные политики занимают большинство должностей в созданном ими обществе «Пси». Созданном, замечу, в противовес нашему сообществу. В общем, «личных» врагов у псиоператоров хватает. И их неприязнь запросто перевешивает любые государственные интересы. Ну, а кроме того, есть джоши, с которыми у нас в последнее время мир и дружба. Вот кому любой псиоператор, как кость в горле. И я убеждён, что без шаловливых ручек чёртовых зубастиков тут дело не обошлось.