Текст книги "Старая дорога (СИ)"

Автор книги: Анна Завгородняя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

Глава 3

Не зря говорят: «Хочешь рассмешить богов, расскажи им о своих планах»

Вот так и я.

Понадеялась. Решила, что смогла оторваться от учителя, а зря. Недаром он считается одним из лучших колдунов королевства.

Едва переступив порог комнаты, которую теперь снимала и, мысленно приготовившись привести себя в порядок: умыться и прочее, – я застыла на месте, сделав всего пару шагов.

Нет. Внутри было пусто. Дневной свет заполнял помещение. Здесь же лежала уже моя сумка, в которой я рискнула оставить только одежду (направление на работу и деньги, конечно же, взяла с собой, когда спустилась позавтракать). На столе застывшей лужицей красовалось то, что осталось от свечи. Я почему-то зацепилась взглядом за черный фитилек, да так и вздрогнула, заметив над ним золотое свечение.

«Проклятие!» – подумала, осторожно отступая на шаг. Затем очень медленно повернула голову и принялась осматривать номер уже более пристальнее.

«Нашел!» – промелькнула отчаянная мысль, когда от кровати, на которой прежде ночевала госпожа Гретель, отделился крошечный, размером со спичечную головку, мотылек: золотой, яркий, шустрый. Он поднялся вверх и некоторое время висел в воздухе, словно купаясь в лучах солнца. Затем из углов, из-под кровати, да откуда только возможно, к нему начали слетаться точно такие же мотыльки.

Я шагнула к двери, бросив быстрый взгляд на сумку с вещами.

«Бежать! Прямо сейчас!» – простучало сердце, когда мотыльки, собравшись в крошечную стаю, дружно развернулись в мою сторону.

Выругавшись, я все же нырнула под золотое облако, рывком прыгнула к кровати, дернув сумку и также быстро выскочила за дверь, захлопнув ее собой. Позволив всего на секунду перевести дыхание, заторопилась вниз.

Я шла и не знала, куда иду. Скоро мотыльки найдут лазейку. Хвала всем богам, они не умели проходить через стены, зато отлично протискивались в малейшую щель, порой даже в ту, которая не видна глазу. А значит, далеко мне не уйти.

Почти сбежав с лестницы, я бросилась к господину Кригеру. Трактирщик наливал кому-то пиво и на меня уставился в удивлении.

«Так, без паники, – велела себе. – Паника – всегда первый шаг к поражению!»

– Чего изволите? – спросил хозяин постоялого двора.

Я мысленно отвесила себе оплеуху, прогоняя страх. Сделала вдох и спокойно спросила:

– Подскажите, когда ближайший дилижанс…

– Куда? – поинтересовался господин Кригер.

«Да куда угодно!» – едва не закричала я, но снова вспомнила, что такое паника. До сих пор мне удавалось отлично справляться. И сейчас все получится.

– Мне нужно уехать как можно скорее, – ответила, на что господин Кригер только плечами пожал.

– Утром был дилижанс. Теперь, может, вечером, часов так к одиннадцати.

У меня сердце едва не упало в пятки. Еще только утро! Это сколько мне предстоит ждать?

Я судорожно сглотнула, и трактирщик, заметив мое смятение, поспешил наполнить стакан простой водой.

– Пейте, госпожа.

– А лошадь? – Я не хотела опускать руки. – У вас есть лошадь? Я куплю.

– Откуда? Да если бы и были почтовые, кто же вам ее продаст? Они же казенные. Мое добро – этот дом да в нем трактир. Из живности только куры да свиньи. Не желаете оседлать? – Кригер улыбнулся, а я скрипнула зубами: что за тупая шутка? Очень по-мужски.

Поблагодарив мужчину, я взяла стакан и отошла в сторону. Присев, вздохнула и покосилась на стол, за которым когда-то сидела странная компания во главе с неким господином Максом.

Я пригубила воду и нахмурилась.

А что, если попытаться? Что, если попроситься с этими людьми, ну и не совсем людьми, и плевать, что они поедут по проклятой старой дороге. Для меня все лучше, чем снова столкнуться с Рихтером.

Не отдавая себе отчета в том, что делаю, невольно вскинула руку, коснувшись ключа, спрятанного на груди. В какой-то момент в голове промелькнула мысль снять ключ и оставить его здесь. Спрятать. Рихтер все равно отыщет. Может быть, тогда он оставит меня в покое?

Подумала и прогнала прочь подобную идею. Будто я не знала господина Вайнса. Такие, как он, не отступят. Они идут до конца. И вовсе не ключ ведет его за мной.

Решительно поднявшись, я побрела к выходу из трактира. Скрипнувшая дверь пропустила меня во двор и тут я снова увидела их: золотые мотыльки парили вокруг высокого человека, стоявшего в нескольких шагах от постоялого двора.

Мое сердце пропустило удар. Я шумно сглотнула и отпрянула, ударившись о дверь, а затем во все глаза уставилась на незнакомца, отчаянно мечтая, чтобы это был не Рихтер.

Несколько секунд, долгих, как сама вечность, мы стояли друг напротив друга. Я рассматривала черный плащ, перепачканный в грязи, под ним темные брюки и куртку, шляпу с широкими полями, ронявшую густую тень на лицо. Постепенно сердце успокоилось. Я сообразила, что Рихтер никогда не стал бы надевать что-то подобное. Даже в дорогу. Даже в дождь и в слякоть.

Выдохнув, распрямила спину. Как назло, во дворе больше никого, кроме нас с незнакомцем, не было. А звать на помощь не в моем характере.

Вот мужчина сделал шаг вперед, поднял голову, и я позволила себе перевести дыхание.

– Нашел, – произнес он и оскалился, словно волк.

Я заглянула в серые глаза своего преследователя и улыбнулась в ответ.

– Вальтер Зальц, – протянула я с облегчением. Хвала всем богам, что это не мой учитель, а всего лишь один из его учеников. Да, сильный. Да, способный. Но не сильнее меня. – Думаешь, Рихтер тебя за это наградит? – спросила обманчиво мягко.

Тут волос словно коснулся легкий ветерок. Я даже глазом не моргнула, когда золотые мотыльки пролетели мимо, направившись к своему хозяину. Окружив Вальтера, они застыли в воздухе, выполнив свою миссию. Ученик колдуна поднял правую руку, раскрыл ладонь и мотыльки, один за другим залетели к нему под кожу и исчезли, будто растворившись.

– Надо же, Рихтер поделился с тобой своими любимчиками? – Я усмехнулась.

– Возвращайся по-хорошему, – предложил колдун. – Учитель накажет, но не лишит жизни. Он так и просил передать. А еще велел мне забрать у тебя то, что ты украла.

– Я ничего не крала, – ответила резко. – И возвращаться не собираюсь. Сам уходи, пока цел. А Рихтеру так и передай: я больше не его пешка!

Вальтер прищурил серый взгляд.

– Неужели, рискнешь? – спросил он. – Используешь магию?

Ага, поняла я. Значит, колдун еще не сообщил учителю, что нашел меня. Решил сделать сюрприз – поймать беглянку и вернуть хозяину, получив за это достойное вознаграждение. Что же, все вполне ожидаемо, зная, какие амбиции переполняют Вальтера.

– Только если ты не оставишь мне выбора, – ответила тихо и сделала мягкий шаг в сторону, надеясь отойти от здания, стремясь заманить Вальтера за угол, туда, где нет окон. Сейчас мне не с руки быть замеченной, особенно господином Уве или кем-то из его компании. Менее всего сейчас мне нужны вопросы, на которые я не смогу дать ответы. С Вальтером я уж как-нибудь справлюсь – это не Рихтер. Вот с учителем я пока тягаться не смогу. Мы в слишком разных магических категориях.

– Если не согласишься пойти со мной, придется отвести тебя силой. – Зальц неприятно улыбнулся, а затем произнес то, чего я не ожидала: – Давай, сделай так! Давно хотел поставить тебя на место, госпожа-выскочка! – попросил он.

– Хватит ли сил? – Я указала на угол дома. – Идем. Поговорим, – предложила, и колдун довольно улыбнулся, явно не сомневаясь в своих силах. Затем он резко раскинул руки в стороны, так что длинный плащ взвился за его спиной, словно вороньи крылья, хлопнув на несуществующем ветре. Воздух пошел теплой волной, и я покачнулась от магии Зальца, успев выставить перед собой руки в самом обычном блоке, не сразу сообразив, что это не было атакой. Просто мой противник окружил нас колдовским пологом, и теперь никто не мог не видеть, не слышать нас.

«Хитро», – подумала я, когда Вальтер атаковал.

Выставив перед собой руки, он швырнул в меня трещащей молнией. Уклонившись, я стиснула зубы, понимая, что не могу позволить себе атаковать в полную мощь. Чем меньше я использую силу, тем вернее, что Рихтер не почувствует всплеск колдовства. А значит, что делать? Действовать, но не колдовством.

Прыгнув вперед, перекатилась по грязной земле, успешно уклонившись от очередного пучка молний. Несмотря на свое обещание доставить меня живой, Вальтер бил насмерть. Это придало мне маневренности.

– Дерись! – прошипел колдун.

Я кошкой взвилась на ноги и снова прыгнула в сторону, предугадав очередной удар.

Уже не молнии. Зальц был отличным колдуном. В его арсенале находилось более двадцати видов магических ударов. Следующий состоял из горячего воздуха с вкраплениями пламени. Я пошатнулась, когда меня зацепило краем ударной волны. По телу пробежала дрожь. На секунду показалось, будто в меня швырнули горсть раскаленных углей. Но в тот же миг я передернула плечами, сбросив наваждение, и снова прыгнула, подбираясь к Вальтеру.

Зальц меня не боялся. Зря. Он твердо стоял на ногах, даже не подумав двинуться с места. Колдун не собирался убегать. А я планировала сделать так, чтобы он больше не мог меня преследовать. Для этого было необходимо физическое взаимодействие.

– Хочешь померяться силами на кулаках? – выкрикнул колдун, едва я оказалась рядом, поднявшись на ноги в паре шагов от противника. – Ты всего лишь женщина. Я даже без магии сильнее.

– Так докажи, – выплюнула насмешливо, пытаясь надавить на его чувство собственного достоинства. Зальц был гордым и вспыльчивым. Ну да и не таким рога обламывали.

– Да без проблем, лучшая ученица, – ответил Вальтер. Одним движением он развязал тесьму под горлом. Тяжелый черный плащ упал за его спиной, а колдун двинулся на меня, гадко улыбаясь. Я видела, что он уже предвкушает победу. С Зальца станется ухватить меня за волосы и волоком вернуть назад. Но не позволю. Не просто так я столько лет оттачивала свои навыки борьбы.

Я встретила противника серий ударов руками, вынудив его отпрянуть назад. Вальтер выставил блок, злобно парируя мои выпады. Затем, улучив момент, резко присел, намереваясь ударить меня кулаком в живот. Но я знала этот прием. Вовремя повернулась, подняв ногу, направляя по бедру силу, так что колдун лишь охнул, когда его рука достигла своей цели.

– Маленькая стерва! – рявкнул он и вскочил, но тут же получил ребром ладони по шее и на секунду замер, хлопая ресницами.

– Больно? – спросила я и качнулась к колдуну.

Он зашипел, отряхнулся, как пес, и снова атаковал. Я отпрыгнула, но недостаточно быстро. Кулак Вальтера зацепил меня, угодив в плечо. От силы удара, приправленного колдовством, меня развернуло на месте, а следующий, пришедшийся в спину, повалил меня лицом в грязь.

Я успела перекатиться, когда нога Зальца опустилась четко на то место, где я лежала долю секунды назад. Глаза колдуна горели, словно пламя ада, когда он с криком бросился на меня, намереваясь ударить сапогом в бок. Я приготовилась отразить удар, когда воздух вокруг с жутким звуком лопнул и рядом промелькнула размытая тень. Успев лишь охнуть, я приподнялась на локтях, наплевав на то, что ладони шлепнули по луже, и увидела, что рядом возник белолицый Уве. Одной рукой мужчина держал моего противника за горло, подняв над землей так, что ноги Вальтера болтались в воздухе, а сам он отчаянно цеплялся за удерживающую его руку.

– Как некрасиво бить женщину, – произнес Уве, не глядя на меня.

Я встала, тревожно следя за происходящим. Интересно, как Уве смог нас увидеть? Вальтер ставил отличные пологи. В этом он был мастером. И все же белолицый здесь и явно считает, что спас мою жизнь. Впрочем, я не собиралась его в этом разубеждать.

– Итак, что здесь происходит? – спросил Уве.

Изловчившись, Вальтер попытался ударить моего защитника по руке – вести беседы в планы Зальца не входило. Колдун не оставил попытки освободиться. Увидев, как золотые мотыльки вспыхнули вокруг правой руки Зальца, я выкрикнула:

– Берегитесь!

Уве отреагировал молниеносно. Он отшвырнул колдуна, а затем выставил перед собой руку, и мошки, атаковавшие мужчину, ударились о незримое препятствие.

Я быстро поднялась, а мой неожиданный защитник бросился на Вальтера. Да только ученик Рихтера уже сделал ноги – помчался так, что лишь пятки засверкали. Увы, белолицый не был в курсе моих проблем, поэтому не стал догонять колдуна. Он лишь отряхнул ладони и проследил, как золотые мошки ринулись за убегающим.

Наверное, стоило запустить в спину Зальцу огненный шар, но я удержала руку и только вздохнула, когда ученик колдуна, отбежав на приличное расстояние и оказавшись уже на дороге, резко развернулся в мою сторону, после чего сунул руку в карман и выудив что-то, с силой швырнул оземь.

– Как интересно, – проговорил Уве, глядя, как перед Вальтером соткался черный, как ночь, скакун. Колдун стрелой влетел в седло, сверкнул глазами и пришпорил сумрачного жеребца, помчавшись прочь от постоялого двора.

«Интересно, когда он сообщит обо мне Рихтеру?» – подумала я и, опустив взгляд, уставилась на свои перепачканные руки и одежду. Кажется, сейчас самое время вернуться в трактир и попросить господина Кригера подать в мой номер горячей воды. Но прежде следует поблагодарить спасителя.

Я повернулась к Уве. Белолицый стоял, возвышаясь надо мной на добрые полторы головы.

"Какие интересные у него глаза, мелькнула мысль, – особенно вблизи".

– Уве фон Дитрих, – представился мой спаситель.

«Ого, – подумала я. – Предо мной настоящий аристократ!» – А затем тоже назвала имя. Не свое, конечно. А то, что было в документах, оставленных оборотницей.

– Благодарю, что помогли, – сказала я, а про себя подумала, что было бы лучше, если бы фон Дитрих не вмешался. А еще лучше, чтобы он вообще не стал свидетелем моего, так сказать, общения с колдуном.

– Кем был тот человек? – спросил Уве.

В этот момент мне жутко захотелось протянуть руку и коснуться магией собеседника, но я сдержалась. Не здесь и не сейчас.

– Один мой недоброжелатель, – ответила я и тут же, извинившись, ушла, объяснив свой уход тем, что мне срочно необходимо привести себя в порядок.

Наверное, белолицый аристократ ожидал чего-то большего. Возможно, что я ему руки стану целовать? Наверное, степень благодарности зависела от того, как много он увидел. Если понял, что я обладаю магией, мне же хуже. А если успел лишь к моменту, когда мы с Вальтером приступили к рукопашной, то мне повезло.

Стараясь не оглядываться, я стремительно вошла в трактир. Пока шествовала через зал, на меня с любопытством уставились пара десятков глаз. Но я лишь гордо вскинула голову (пусть смотрят) и приблизившись к прилавку, позвала хозяина.

Господин Кригер, стоявший нагнувшись и что-то подбиравший с пола, резко распрямил спину и даже икнул от удивления, уставившись на мое грязное платье и лицо.

– Упала, – объяснила коротко.

Трактирщик молча кивнул.

– Велите принести мне в номер воды, да побольше, – добавила я, а затем чуть тише, наклонившись к Кригеру и одновременно извлекая из кармана небольшую монетку, спросила: – Не подскажете, когда отправляются в дорогу господа, которые вчера решили ехать по старой дороге?

Господин Кригер удивленно моргнул и явно не пожелал раскрывать эту страшную тайну. Но стоило ему увидеть деньги, как он тут же улыбнулся, сгреб в карман монету и произнес:

– Экипаж господ уже готовят. Они отправятся через час, не меньше.

– Вот и славно! – Значит, у меня есть время. Но все равно, следует поспешить. Вдруг трактирщик ошибся?

Я улыбнулась хозяину постоялого двора, а затем четко произнесла: – Воды мне. Быстрее и побольше. Я хорошо заплачу.

– Будет исполнено, – кивнул Георг Кригер.

Я уже поднималась по лестнице, когда услышала скрип входной двери и следом за ним прозвучавший крик:

– Быстрее! Лохань и свежие полотенца в номер нашей гостьи.

Достигнув последней ступеньки, я все же не выдержала, обернулась и посмотрела в зал.

Уве фон Дитрих вошел в трактир и занял место за прежним столом. Белолицый аристократ, не таясь, следил за мной напряженным взглядом. А когда наши глаза встретились, Уве улыбнулся.

И от его улыбки дрожь прошла по коже.

Я стиснула зубы и заторопилась к себе.

Глава 4

Итак, решено: я отправляюсь по старой дороге, присоединившись к друзьям Уве фон Дитриха. Только как убедить странную компанию взять меня с собой, я пока не знала, но была уверена, что добьюсь своего.

Сменив после купания испачканное платье, я взяла вещи, надела накидку настоящей Элоизы и вышла в коридор.

Если верить господину Кригеру, времени у меня оставалось предостаточно. Поэтому я решила, что сейчас спущусь вниз, заплачу по счету, возьму с собой в дорогу съестных припасов и…

… и пойду к Уве и его компании.

Не сомневаюсь, что придется очень постараться, дабы они взяли меня с собой. Больше всего, я отчего-то, опасалась единственной женщины в этой компании. Внутренним чутьем осознавала: от нее можно ожидать чего угодно. Женщин сложнее в чем-то убедить и обвести вокруг пальца. Знаю по себе.

– О, госпожа, вы уже нас покидаете? – Взглянув на тощую сумку в моей руке, господин Георг Кригер сделал правильный вывод. – Я полагал, вы хотели дождаться, когда расчистят дорогу?

– Увы, но мне пора. Время не ждет, – ответила и достала кошелек. – Сколько я вам должна за постой и все остальное?

Трактирщик назвал сумму. Я отсчитала монеты и, пока Кригер пересчитывал деньги, оглядела зал, надеясь увидеть Уве, или кого-нибудь из его спутников. Но увы, в трактире никого не оказалось, кроме нескольких посетителей, жевавших запоздалый завтрак.

– Все в порядке, госпожа, – кивнул Кригер и сгреб монеты в карман.

– А скажите, компания, о которой я недавно интересовалась, еще не уехала? – спросила у трактирщика, а у самой сердце сжалось от недоброго предчувствия.

За секунду я вспомнила, что не слышала ни голосов во дворе, ни ржания лошадей. Но, возможно, когда мылась, задумалась и упустила важный момент?

– А, господа несколько минут как покинули постоялый двор, – улыбнулся трактирщик. – Думаю, они отбудут с минуты на минуту и…Госпожа? Госпожа?

Последние слова ударили в спину, когда я, круто развернувшись, бросилась к выходу.

Вот как чувствовала, когда торопилась! Реши я плескаться дольше, сейчас бы пришлось в окно прыгать за уезжавшим экипажем. А так еще есть шанс!

Эх, плакали мои запасы в дорогу! Ну да ладно! Сейчас важнее не еда, а попасть в экипаж к фон Дитриху!

Я выскочила из здания и тут же увидела, как в запряженную карету забирается господин Уве. Его спутники уже находились в салоне экипажа, а кучер, здоровенный детина в широкополой шляпе, держал наготове хлыст. Лошади нетерпеливо переминались с ноги на ногу, готовые двинуться в путь.

– О, боги! – воскликнула я и побежала так быстро, как еще никогда не бегала.

– Подождите! Господин фон Дитрих! Прошу вас!

Белолицый забрался в карету, но услышав мой крик, выглянул наружу. На его красивом, аристократическом лице не отразилось ни тени удивления. Уве взирал на меня так, будто заранее знал, что я появлюсь во дворе.

Остановившись перед экипажем, я вцепилась рукой в ручку дверцы, перевела дыхание и выпалила:

– Прошу, возьмите меня с собой, господа. Мне крайне необходимо добраться в Шварцбург как можно скорее! – и еще торопливее добавила, надеясь, что данный аргумент окажет должное воздействие, не сразу сообразив, что люди, путешествующие в своем экипаже, явно не нуждаются в деньгах. – Я могу заплатить!

Одна бровь фот Дитриха изогнулась с толикой иронии. Его спутница выглянула из салона, смерила меня насмешливым взором и неприятно улыбнулась. Еще двое мужчин, сидевших спиной к движению экипажа, тоже посмотрели на меня удивленно.

– Моя милая, – произнесла незнакомка. – Вы решили, что у нас почтовая карета? Что граф фон Эберштейн и его друзья нуждаются в ваших деньгах? – Она рассмеялась, а у меня дрожь пробежала по телу.

Смеется? Тоже мне, принцесса нашлась!

– Макс, – обратилась надменная незнакомка к хозяину экипажа, – будь добр, дай этой девочке несколько монет. Мне кажется, она в них нуждается. Будет на что бедняжке переночевать и дождаться дилижанса. – Взор насмешницы снова вернулся ко мне и оценивающе скользнул по потрепанной накидке и неприметному платью. Я в ответ посмотрела на ее наряд: богатый, яркий. На все эти кружева и шляпку с пером. На драгоценные побрякушки, украшавшие шею и уши женщины.

Подумаешь. У меня и не такие платья были. Да и цацки эти… Не в них счастье.

– Мне очень надо, – стараясь не потерять остатки достоинства, я распрямила спину. – Я могу поехать с кучером. Я… – произнесла и осеклась.

Погодите-ка! Как эта госпожа назвала своего спутника?

Мое сердце забилось быстрее.

Боги всемогущие! Нет! Я решительно отказываюсь верить в подобные совпадения! Но я точно знаю, что отлично расслышала фамилию!

– Уве, – скомандовала госпожа, – закрывай дверь. Нам пора. Мы и так слишком задержались в этой дыре.

Бросив быстрый взгляд на фон Дитриха, я принялась судорожно рыться в сумке, спиной привалившись к дверце экипажа, отчаянно надеясь, что господин Уве не станет отталкивать женщину, которую недавно спас.

Я не ошиблась. Белолицый аристократ и не подумал выполнить просьбу своей спутницы. Более того, он и с интересом принялся следить за моими манипуляциями.

– Она что там деньги ищет? – пошутила незнакомка.

– Лорелей, подожди, – раздался голос из темноты экипажа. Кажется, фразу произнес брюнет с короткими волосами.

Макс, вспомнила я. Точно! Лорелей называла мужчину Максом! Я слышала вчера в трактире, когда они вместе изучали карту.

Достав направление, я вскинула голову и посмотрела на мужчину, к которому ехала оборотница Элоиза. Так вот он какой этот граф Максимильян фон Эберштейн! Я на секунду застыла, изучая лицо своего будущего, как я надеялась, работодателя. Граф не был так красив, как фон Дитрих, но я вдруг поняла, что он мне определенно нравится.

Наши взгляды пересеклись, и я решительно протянула фон Эберштейну свое направление.

– Взгляните, пожалуйста, ваша светлость, – попросила Максимильяна. – Возможно, вы передумаете и возьмете меня с собой.

– Что это? – Лорелей заинтересованно взглянула на документ. Хозяин экипажа взял направление, вскрыл его и прочел. Пока мужчина читал, я следила за выражением его лица и молилась, чтобы все получилось по-моему.

– Как интересно, – минуту спустя произнес Макс. Он еще раз бегло пробежал взглядом по содержимому документа, затем сложил его и посмотрел на меня. – Вы уверены, госпожа Вандермер, что готовы рискнуть и отправиться с нами?

Я нервно сглотнула.

– Обещаю, что не стану вас винить за опоздание, – продолжил фон Эберштейн. Остальные с удивлением посмотрели на него. Кажется, никто не понимал, что происходит. Даже белолицый аристократ Уве.

– Я хочу прибыть в ваш дом в назначенный день, ваша светлость, – ответила графу. – Я должна там быть вовремя и мне очень нужна эта работа.

На его лице промелькнула тень. Было заметно: Максимильян не хочет брать меня с собой и, в то же время, не спешит отказать. Значит, шанс есть.

– Я вас не стесню, ваша светлость, и вас, господа, – проговорила, оглядев спутников фон Эберштейна.

– Если дорога так опасна, как говорят… – предположил третий мужчина, имени которого я пока не знала.

– Что такого сказала тебе эта особа, что ты не отказал ей сразу? – удивилась госпожа Лорелей.

– Не ты ли еще утро жаловалась на то, что не можешь справиться без приличной горничной? – вдруг покосился на свою спутницу фон Дитрих.

Она уставилась на белолицего, несколько секунд размышляла, затем чопорно поджала губы.

– Вы же сумеете прислужить баронессе? – обратился ко мне Уве и улыбнулся.

Я тут же живо кивнула, хотя сама мысль о том, чтобы прислуживать этой женщине, вызывала отторжение. Но мне крайне необходимо как можно скорее покинуть постоялый двор и отправиться в Шварцбург. В доме графа никто не станет меня искать. Тем более Рихтер. Учителю никогда даже не придет в голову, что его лучшая ученица могла стать гувернанткой.

– Я вам пригожусь, – произнесла уверенно.

Уве снова улыбнулся и посмотрел на Максимильяна.

– Ну же, Макс… Нельзя отказывать, когда тебя так настойчиво просит очаровательная девушка, – произнес он.

– Эта дорога может таить опасность. – Фон Эберштейн вернул мне документы, которые я тотчас опустила в сумку.

– Я смогу за себя постоять, – произнесла уверенно.

– Кстати, да! – оживился Уве. – Могу подтвердить: госпожа, э… – Он вопросительно посмотрел на меня.

– Элоиза Вандермер, – быстро произнесла, и белолицый одобрительно кивнул.

– Могу подтвердить: госпожа Вандермер не растеряется, если придется дать отпор, – продолжил фон Дитрих и снова улыбнулся, да так, что у меня дрожь прошла по всему телу. Стало интересно, рассказал ли он своим друзьям о том, чему стал невольным свидетелем? Почему-то я в этом сомневалась. Не похож фон Дитрих на болтуна.

– А мне бы все же хотелось узнать, что за документ показала вам эта особа? – не унималась баронесса.

– Эта, как ты выразилась, особа – госпожа Вандермер и она едет с нами, – решил Максимильян. – Госпожа является будущей гувернанткой моего племянника.

– О! – округлила рот Лорелей. – Надо же, какое чудесное совпадение! Даже не верится.

– Мне тоже, господа, – ответила я искренне, когда Уве, выбравшись из экипажа, вдруг протянул мне руку.

– Добро пожаловать в нашу тесную компанию, – произнес он и я положила пальцы в кружевной перчатке на его широкую белую ладонь. Какой же холодной она мне показалась!

Я невольно подняла взгляд и встретила ответный, пристальный. Увидела ухмылку на красивых губах мужчины.

Кажется, он кое-что понял обо мне.

Кажется, я тоже кое-что поняла о нем. Причем, еще когда впервые увидела.

– Какие занятные у вас перчатки, госпожа, – проговорил фон Дитрих на секунду опустив взор и посмотрев на мою руку.

"Еще бы не были интересными", – подумала я. Цена этого аксессуара, даже не учитывая магическую составляющую, выше, чем наряд баронессы вместе с ее украшениями.

– Подарок от хозяйки с прежнего места работы, – отозвалась мягко и села рядом с баронессой.

– Видимо, вас высоко ценили, – предположил Уве, но я лишь мило, как мне показалось, улыбнулась в ответ.

Лорелей смерила меня недовольным взглядом и даже не подумала хоть немного подвинуться, но граф лишь щелкнул пальцами и…

И в салоне стало намного уютнее и совершенно точно – шире.

Колдун, поняла я. Мой будущий наниматель очень непрост. Следует быть осторожнее в данном обществе, чтобы не выдать себя. Хватит того, что Уве уже что-то подозревает.

Фон Дитрих забрался в салон. Хлопнула, закрываясь, дверца и кучер свистнул хлыстом, разрезая воздух.

Лошади тронулись. Карета покатились с постоялого двора к проклятой дороге, и я отчаянно молилась, чтобы все то, что рассказывал о старом тракте господин Кригер, оказалось не более, чем обычным суеверием.

***

Где-то с милю-другую дорога была как дорога. Она тянулась серой лентой вдоль облезлого поля: грязного, глубоко-осеннего, с торчащими то тут, то там, пучками жухлых, пустых колосьев, так и не познавших остроты серпа, с темным горизонтом гор и покрывала леса, растянувшегося у подножия. В какой-то момент я разглядела забавное пугало – оно торчало на покосившемся шесте в нескольких шагах от тракта, дружелюбно раскинув в стороны соломенные руки, и скалилось размытой дождями счастливой улыбкой, настолько добродушной, что было сомнительно, как нечто подобное может напугать наглых птиц.

Мы провели в пути еще несколько минут, когда поднявшийся ветер пригнал тяжелые тучи. Он налетел столь стремительно, что оставалось лишь удивляться, откуда он только взялся?

Небо быстро стало темным и тяжелым. Оно грузно дышало и, казалось, готовилось пролиться холодным дождем, повторив недавнее ненастье.

Когда раскат грома потревожил ворон, копошившихся в земле, и стая дружно взмыла вверх, возмущенно каркая, дорога, наконец, свернула в сторону темнеющей полосы леса, успев за несколько секунд до того, как небосклон взорвался стеной дождя, рухнувшей на землю. Мне стало искренне жаль кучера, сидевшего на козлах. Вот уж кому сейчас хуже всего.

Сидя между баронессой и фон Дитрихом, я чувствовала себя не в своей тарелке. Лорелей сначала делала вид, будто не замечает меня, а когда ей, вероятно, стало скучно, принялась откровенно рассматривать.

– Какие прелестные перчатки, – выдала она, и я невольно сжала пальцы, крепче вцепившись в сумку.

– Это подарок, – ответила баронессе, которая лишь хмыкнула на мои слова.

– Интересно, кто же оказался настолько щедрым? – уточнила она.

Я повернула голову и взглянула на говорившую. Неужели, баронесса решила, что я расскажу ей больше, чем Дитриху? Не сомневаюсь, Лорелей уже мысленно прикинула стоимость моего аксессуара. Взгляд женщины потемнел, а затем она перевела взор на хозяина экипажа, сидевшего напротив, и мило улыбнулась.

– Мы проехали уже несколько миль. Ничего особенного в этой дороге я не заметила. Разве что по ней реже ходят экипажи и, – тут карета покачнулась, когда колесо попало в очередную яму, – и очень размытая.

– Насколько я помню, нам предстоит провести в пути двое суток, и это с учетом того, что дорога не преподнесет неприятный сюрприз. Пока рано о чем-либо судить, но я бы многое отдал, чтобы твои слова оказались правдой, Лора, – ответил Максимильян фон Эберштейн.

– Все это суеверия необразованных людей и не более того, – сказала баронесса и откинулась на спинку сидения. – Я уверена.

– Ну-с, госпожа Вандермер, – обратился ко мне Уве. – Расскажите нам о себе и о своей работе. Признаться, я ни разу не путешествовал в обществе гувернантки. Ехать долго и невероятно скучно. Вы могли бы скрасить часть пути и разбавить наш досуг. Заодно Макс будет иметь представление о том, кто войдет в его дом.

– Мне кажется, сейчас не время и не место обсуждать подобные вещи, – сухо сказал граф. – Мы поговорим с госпожой Вандермер, когда прибудем в Шварцбург. И ты прекрасно знаешь, Уве, что существуют некоторые нюансы.

Мужчины переглянулись, а я невольно призадумалась, о каких нюансах идет речь. Видимо, есть вероятность, что я не придусь ко двору графа, или не понравлюсь своему будущему подопечному.

Впрочем, подумала я, буду решать проблемы по мере их возникновения. Сейчас для меня важно лишь то, что я не осталась в трактире, где меня могут с легкостью отыскать. Даже если не получу место, Шварцбург – огромный город. В нем проще затеряться и укрыться от Рихтера.

Экипаж резко повернул и снова попал в ухаб. Мы с Лорелей дружно покачнулись, ударившись плечами.

– Мерзкая погода. Отвратительная дорога, – проворчала баронесса, когда где-то вдали раздался протяжный вой. Я выглянула в окно, но разглядела только черные стволы деревьев, проплывавшие навстречу, серый дождь, щедро поливавший лес, да туман, клубящийся в густой чаще.