Текст книги "Tango mistico (СИ)"

Автор книги: Анна Савански

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

– Ты действительно этого хочешь? – Эль ощущает, как ее голос дрожит от волнения. Господи, ответить на предложение Рикардо Диаса согласием было намного проще, чем сейчас согласиться стать женой Шерлока Холмса. Вот уж сложная задача.

– Я согласен на все, лишь бы удержать тебя подле себя, – серьезно ответил Шерлок, продолжая смотреть в ее темные глаза.

– Хорошо, я согласна, – улыбаясь, произнесла Альба.

– Тут нет никакого подвоха, как это было в прошлый раз? – напомнил ей Шерлок о разговоре в Брайтоне, когда она ответила ему «да» и, спустя время, сказала, что у аргентинцев это может значить «возможно».

– Нет. – Она встала на цыпочки, целуя его в губы. – Нет никакого тайного смысла, я говорю то, что думаю. Правда, потом я пожалею об этом.

– Это еще почему? – смеясь, спросил Шерлок.

– Потому что наш брак не продлиться долго. – Она взяла его за руку, потянув в сторону дома.

Шерлок ничего на это не ответил, решив, что это всего лишь страхи Альбы. Он помнил, как она говорила ему о том, что не хочет начинать то, что изначально обречено на провал, ведь он никогда не сможет жертвовать чем-то, никогда не изменится, а работа для него всегда будет важнее всего на свете. Но времена изменились, сейчас Шерлок Холмс готов связать себя по рукам и ногам браком, отрезая все пути для отступления. Для него это обдуманный поступок, а не сиюминутный порыв. Он все решил для себя несколько дней назад, и только Сол подкинула мысль о том, что на самом деле Альба очень одинока и несчастна со своим женихом, а значит, она нисколько его не любит.

– Подожди, давай покончим с формальностями. – Шерлок достал из кармана пиджака бархатную синюю коробочку. – Кольцо.

Холмс надел на палец женщины простое незамысловатое кольцо. Эль посмотрела на тонкий платиновый ободок. В тусклом свете уличного фонаря сверкнул небольшой изумруд. Конечно, Рикардо дарил безделушку куда дороже, но какое это имеет значение, раз Альба все равно ее продала, когда бывшего жениха арестовали за убийство. Счастье – не в кольцах, а в том, что рядом с тобой тот единственный, которого ты любишь уже давным-давно.

– Пойдем в дом, – попросила Эль, открывая ведущую в гостиную дверь. – Только тихо. Все уже спят.

– Боишься, что нас увидит твоя мать? – подколол ее Шерлок.

– Мы никогда не водили в дом мужчин, если только женихов, а наши парни спали в отдельных комнатах. Такие правила в этом доме, и ничего с этим не поделаешь. – Альба закрыла за ними дверь, выключая свет в гостиной. Пока не погас свет, Шерлок успел отметить, что недавно здесь сделали ремонт. – Сними туфли.

На такое хотелось лишь рассмеяться. Кажется, они оба давно вышли из подросткового возраста, когда боишься гнева своего отца, если ему покажется, будто делаешь что-то противозаконное. Можно было подумать, что это всего лишь шутка, но Альба была абсолютно серьезна. Ей двадцать восемь лет, почему она так боится своей матери? И все же Шерлок сделал так, как попросила Эль.

Они тихо поднялись наверх, прошли по полутемному коридору, крадясь, словно воры. Альба, оглядываясь по сторонам, открыла дверь своей спальни, впуская Шерлока в комнату. Она не стала включать свет, так что все пришлось делать на ощупь: скидывать одежду в неизвестном направлении, кидать обувь в угол, где явно что-то стояло, натыкаться на мебель.

– Можно как-то тише? – шепотом спросила Альба, когда Шерлок наткнулся на угол кровати. – Ты сейчас разбудишь весь дом.

– Если бы ты не была такой принципиальной, то я побывал бы здесь еще в прошлый раз и сейчас знал, что где находиться, – ответил Шерлок, дотрагиваясь до ее обнаженного плеча, ощущая, как она дрожит при упоминание той ночи, когда Энтони Бордес рассказал ее семье всю правду.

– Моя мать в жизни бы тебя не пустила сюда, особенно в ту ночь. Ты был гостем, а не моим мужчиной, и потом, я тебя в тот вечер послала, помнишь? – спокойно сказала Альба, прижимаясь к Шерлоку. – А еще я могла сделать за это время ремонт.

– Ты редко бываешь здесь, так что смысла делать ремонт нет, – колко заметил Шерлок, целуя ее в губы. – Не находишь все это странным?

– По-моему, мы уже занимались этим, – напомнила Эль, пряча хитрую улыбку у него на плече. – И не один раз, кажется. Ты ведь не забыл?

– Я сейчас совсем не об этом. – Шерлок попытался отстраниться от нее.

– А я сейчас именно об этом. – Она сплела руки у него на шее. – И ни одного вопроса, с кем я успела переспать после того, как ты вышвырнул меня с Бейкер-стрит.

– Так с кем? – дразня ее, спросил Шерлок.

– Только с Рикардо и еще с двумя мужчинами с милонг, – серьезно ответила Альба, запуская пальцы в его темные кудри.

– Теперь на этом все. – Он запечатлел долгий поцелуй на ее губах. – Отныне для нас двоих все будет иначе.

В темноте все кажется не таким, как при свете дня. Чудится, будто за эти несколько лет Эль нисколько не изменилась. Все те же плавные изгибы тела, мягкая кожа, чувствующаяся в ее движениях уверенность. Впрочем, Эль как-то неуловимо переменилась: женщина, бывшая в его объятьях два года тому назад в Буэнос-Айресе, отличалась от той, что находилась с ним сейчас. Трудно было назвать, что именно поменялось, но Шерлок ощущал это в ее легких прикосновениях к коже. В Эль появилась некая раскованность, толкавшая ее на разные безумства, такие, как, например, сейчас.

Однако Шерлоку было с ней хорошо. С аргентинкой можно было забыть обо всем, на миг раствориться в темноте комнаты, в их томных тихих вздохах и горячих влажных прикосновениях, переходивших в безрассудные смелые ласки. Сегодня они оба словно познавали какое-то откровение, будто все это происходило с ними впервые. Эль была права: они в полной мере ощущали весь этот восторг обладания. И никто более не виноват в том, что когда-то они его потеряли.

С Эль никогда ничего не было однозначного, никогда нельзя было быть уверенным в чем-либо, но сейчас Шерлок просто знал, что, надев его кольцо на свой палец, она не упорхнет прочь.

– Слышишь, как поют сверчки? – вдруг произнесла Альба, вставая со смятой постели. Она открыла окно, отодвигая в сторону плотные портьеры, и только сейчас Шерлок понял, что окно не было закрыто.

– И? – Шерлок явно не понимал, к чему она клонит.

– Они поют о любви. – Альба вдохнула свежий ночной воздух. – О чем же еще они могут петь? Только о ней. У нас в Вьедме они часто пели вечерами песни, хотя на самом деле эти существа – обычная саранча. Но их пение всегда завораживало меня. По-моему, это даже лучше скрипки.

– Я не слышал их в Вьедме, – заметил Шерлок, бросая внимательный взгляд на Эль.

– Ты спал, как убитый, – легко смеясь, так, чтобы их никто не услышал в доме, заметила женщина. – Нет, правда, они даже в такую прохладную погоду пели под нашими окнами, а ты не слышал.

– Женщина, я не привык замечать красоту. – Шерлок сел на постели, ожидая, когда Альба вернется к нему.

– Однако любишь ходить в оперу. – Эль повела плечами, меняя позу и становясь спиной к Шерлоку, ощущая, как его взгляд скользит по ее обнаженной спине.

– Джон сказал, – ответил Шерлок.

– Нет, я сама догадалась. – Альба снова обернулась к нему. – Представляешь, я тоже имею кое-какое представление о людях.

Шерлок ничего не ответил на это, просто откинулся на подушки, слушая сверчков под окнами. Он и не заметил, как уснул, и только спустя время почувствовал, как Эль легла рядом с ним. Шерлок машинально обнял ее, прижимая к крепкому плечу.

Снова все было так, как тогда, в первую ночь, что они провели во Вьедме. На чистых простынях просторной кровати в старом деревянном доме. Тогда они будто скинули с себя все маски, и сейчас все получилось ровно также. Они стали искренними. Им больше нечего было скрывать друг от друга. Не надо было прятать прошлые секреты. Сейчас они свободны, и так будет даже тогда, когда ночь уступит власть дню.

Утром он проснулся, когда Эль уже во всю готовилась выйти к завтраку. Признаться, она не знала, что сказать домашним, как представить Шерлока, чтобы Соледад не поняла, что в ее спальне ночевал мужчина. В их доме все знали об отношении матери к тому, что ее дочери приводили мужчин к себе в комнаты.

Холмс не видел ничего в этом плохого. Эль давно выросла и сама могла распоряжаться своей жизнью. Однако, он ощущал напряжение в ее теле и движениях. Она постоянно хмурилась, явно думая о чем-то.

– Внизу пока никого нет, – вдруг начала она. – Так что сможешь спокойно уйти. Маме я все скажу сама… Почему ты улыбаешься?

– Вспоминаю школьную жизнь. Хорошо, что я от всего этого был очень далек, и меня не касались все эти амурные дела. – Шерлок нажал на дверную ручку. – Ты и в школе себя вела так?

– Я была не целованной, но при этом спала со взрослым мужчиной, – прошептала Эль. – Так что моя школьная жизнь была куда интересней.

– Да, а я потом расхлебывал последствия этой милой жизни. – Они вышли в коридор и спустились по лестнице, подходя к двери.

– Давай уже, иди. – Она подала ему его пальто.

– Ты даже не поцелуешь меня на прощание? – подколол ее Шерлок, сжимая тоненькие пальцы.

– Обойдешься, – сказала Альба, прикасаясь к его щеке.

– Я на это не особо-то и рассчитывал, учитывая, что ты выгоняешь меня из дома, как юного Ромео, – пробормотал Шерлок.

– Шерлок, ты уже давно не Ромео, – возразила Эль.

Они были увлечены разговором – взаимной перепалкой из воспоминаний прошлого и казуса настоящего. Со стороны можно было подумать, что они вовсе и не расставались на два года и всегда были вместе, но это было лишь иллюзией. Ни Шерлок, ни Альба не слышали, как к ним подошла Соледад.

– Альба Аресели Альварес Альказар! Может быть, ты объяснишь мне, что здесь сейчас происходит?

– Давайте лучше это сделаю я, – вызвался Шерлок, и в эту минуту детектив напомнил ей того, с кем они когда-то давно познакомились. Его все это забавляло – другого ответа и не было. – Мы с вашей дочерью…

– Вы разбили ей сердце, причем дважды! Из-за вас она страдала и чуть не покончила с собой, так что я не хочу, чтобы вы находились здесь! – гневно произнесла Соледад, испепеляя Шерлока взглядом.

– Мама, мне уже не двадцать лет, – вставила Альба. – Шерлок сделал мне предложение, и я согласилась.

– Ты с ума сошла!

– Конечно, – согласилась Эль. – И я прекрасно понимаю, мама, что через пару лет мы разбежимся, потому что я устану все время его перевоспитывать. Так что все хорошо.

– Подумай о Сол, – попыталась воззвать к остаткам разума дочери Соледад, но та лишь широко улыбалась. Кажется, она откровенно веселилась.

– Я ее удочерю, – неожиданно заявил Шерлок. Эль вопросительно посмотрела на него. В эту ночь они об этом точно не говорили.

– Хорошо, – просто согласилась аргентинка. – Пойдемте завтракать, – быстро сменила тему женщина.

– Ты безнадежна, Альба. – Соледад тихо рассмеялась.

– Ничего с этим не поделаешь, мама.

– Так вы не против? – вмешался в их разговор Шерлок.

– Нет, конечно, раз она отлично знает о том, что будет дальше. Только и сами хорошенько подумайте. После развода вы от нее просто так не отвяжитесь: аргентинские жены продолжают мило смотреть на своих бывших мужей, говоря им приятные слова, а мужчины в это время сами отдают им все свои деньги. Так что, женившись на аргентинке, вы возьмете ее в жены на всю свою жизнь. – Соледад жестом пригласила их в столовую.

– Я знаю об этом, – холодно заметил Шерлок.

– Нет, вы даже и не подозреваете, на что подписываетесь, мистер Холмс. – Соледад замолчала, явно обдумывая, что сказать дальше. – Да, и фамилия у нее останется прежней. Испанскую фамилию не меняют на другую.

Альба на это рассмеялась, понимая, что Шерлок сейчас находится в настоящем замешательстве.

– Хорошо, я согласен. – Шерлок протянул руку своей будущей теще.

– Мама, только что ты нашла на свою голову самого худшего зятя на свете. – Альба смахнула слезы, выступившие от смеха.

– Что ж, значит, такова судьба.

Комментарий к 3. О чем поют сверчки

Группа:

https://vk.com/clubdubo.savanski.dupont

========== 4. В поисках рассветов и закатов ==========

Carla Morrison – Amor, Amor

Альба часто бывала в Вьедме после того, как ее семья переехала в Англию. Здесь она родилась и выросла, и этот провинциальный город навсегда останется в ее душе как напоминание о безвозвратно потерянном детстве. Сейчас она была здесь с Шерлоком, желая показать ему место, где жила долгое время и которое оставила ради Лондона и лучшей жизни. Но на самом деле Альба надеялась, что здесь сможет усыпить бдительность Шерлока и скрыть от него самый главный секрет своей жизни – Сол.

Холмс бросил краткий взгляд на Альбу – она расчесывала волосы, укладывая их в какую-то простую прическу, и старалась не смотреть на него. Еще два дня назад между ними все было иначе: они провели восхитительную ночь в Буэнос-Айресе, избавившись на время от всех предрассудков и страхов. Вчера ночью Эль дала понять Шерлоку: между ними ничего не будет, и они будут спать в одной кровати лишь только потому, что ее дед думает, будто они пара. А так ли это на самом деле? Конечно, нет. Всего одна ночь не может определять их отношения, уж это правило Шерлок хорошо усвоил после Карачи.

Да, Эль снова провела черту дозволенности между ними, но ее оказалось легко стереть. Всего одно касание к руке, всего один теплый поцелуй – и она уже в его руках. Стоило ожидать, что утром она сделает вид, будто ничего не случилось, но этого не произошло. Утром после завтрака она потащила его гулять по городу.

Шерлок ничего не понимал, пытался отыскать причину ее странного поведения, но не находил. И по этой причине он и решил в этот раз отдаться на волю случая, позволив Альбе вести его в неизвестность.

Не говоря ни слова, она надела ажурный зеленый свитер, узкие джинсы и белые кеды. Детектив метнул в ее сторону вопросительный взгляд, потому что она выглядела совсем просто без ярко-накрашенных глаз и малиновых губ. Она ничего не ответила ему, лишь взяла со столика маленькую сумочку на серебряной цепочке и протянула руку Холмсу, снова приглашая его следовать за ней.

Шерлок догадывался, куда она его вела, что на этот раз хотела показать ему: очередной бар, где будет звучать какая-нибудь дурацкая музыка, а парочки будут прижиматься друг к другу, изображая жалкое подобие танца.

До бара они шли молча, лишь иногда Эль что-то рассказывала ему про свое детство. Шерлок почти ее не слушал, просто выхватывал отдельные фразы, которые складывались в какой-то бессмысленный рассказ, не дающий никого представления о том, кто такая на самом деле Альба Альварес. Конечно, Эль понимала это, поэтому и говорила так мало, ведь она столько всего могла поведать ему. Вот только нужно ли это было Шерлоку? Наверное, нет, ведь его интересует лишь только одно – как добраться до Энтони Бордеса.

В «La Balsa» звучала испанская музыка, но никто не танцевал – посетители либо пили у бара, либо ужинали, ведь время было уже вечернее. Странно, что же они здесь делают, ведь Альба так любит танцы, а вместе этого они сейчас будут вести разговоры и пить.

Эль, не обращая внимания, на своего спутника, прошла к барной стойке, заказала содовую и повернулась к Шерлоку, ожидая, когда он подойдет к ней. Холмс решился, и Эль улыбнулась, когда он оказался рядом.

– Еще одну содовую, – попросила она у бармена.

– Хорошо, – ответил мужчина, бросая оценивающий взгляд на аргентинку. – Может быть, что-то еще?

– Пока все. – Альба снова улыбнулась. – Хватит киснуть. – Девушка протянула Шерлоку стакан с содовой, но мужчина даже не прикоснулся к нему, равнодушно смотря, как его спутница поставила напиток на дубовую столешницу.

Шерлок глядел по сторонам, ощущая, что в этот миг Альба не строит глазки присутствующим мужчинам, как она очень часто делала в Буэнос-Айресе. Нет, она просто пила содовую и старалась делать вид, будто для нее существует только он один – и больше никого. От этой мысли Шерлок улыбнулся, чувствую, что и он подвержен идиотской ревности. Стоило бы ее пресечь на корню, но ничего не получалось, как и каждый раз, когда Шерлок пытался отмести в сторону это странное чувство.

– Я вас угощу за свой счет, – услышал Шерлок испанскую речь, и бармен придвинул к нему стакан с виски, – видно, что заскучали.

Шерлок кинул в сторону Альбы вопросительный взгляд, но она только улыбнулась, видимо, понимая правила этой игры. Она сделала глоток холодной содовой, аккуратно отодвигая полупустой стакан от себя, опустила ноги на пол и подошла к Шерлоку.

– Он не пьет, – сказала Альба по-испански, сзади обнимая Шерлока за плечи, – и плохо понимает по-испански.

Шерлок хотел ей возразить, что уже научился разбирать торопливую эмоциональную речь аргентинцев и теперь практически все понимает, что ему не нужно все переводить на английский. Но вряд ли она поверит ему. Значит, нужно продолжать делать вид, будто она взяла над ним шефство, потому что только так можно ближе подобраться к ней, понять, что сейчас у нее на душе, какие мысли бродят в голове, потому что чем ближе становилась встреча с Виктором Флемингом, тем больше Эль замыкалась в себе, явно что-то скрывая от Холмса.

– Трезвенник? – удивился мужчина, наливая ей Мальбека, хотя она его не заказывала. – Удивительно.

– Ничего удивительного в этом нет. – Альба отпила немного вина. После содовой оно казалось не таким терпким, но именно за терпкость она полюбила этот сорт, который был намного вкуснее французского. – Просто он не умеет пить и к тому же плохо начинает соображать, а быстро думать – это его особенность.

– Сразу видно, что ваш парень отличается от всех здешних мужчин. – Бармен хитро улыбнулся. Альба тоже изобразила в ответ улыбку.

– Он англичанин, – просто ответила она, сплетая руки в замок на груди Шерлока, касаясь щекой его колючего пальто.

– О, я знаю, что они почти все выпивохи, – воскликнул бармен, вспоминая распространенный миф о жителях Туманного Альбиона.

Отчасти это была сущая правда, уж Альба хорошо это знала: в колледже они только и делали, что кутили. После одной такой вечеринке они с Джошем переспали, но, славу богу, у них хватило ума остаться после всего этого хорошими друзьями.

– Не все. – Шерлок ощутил, как она снова прижалась щекой к его плечу.

– Тогда вам повезло, если он решится женится на вас.

«Что за вздор?» – чуть не сказал вслух Шерлок. Жениться на Эль Альварес? Никогда и ни при каких обстоятельствах. Хоть ему с этой женщиной и хорошо сейчас, слишком уж много от нее проблем. Хотя… Нет, нет и еще раз нет.

Эль не стала возражать, что он ей вовсе не парень, просто тихо рассмеялась. Они не обсуждали это, вовсе не говорили о своих отношениях, несмотря на то, что сильно сблизились за последние дни. Но одних ночей и прогулок совсем не достаточно для того, чтобы быть вместе. А Эль это словно и не заботило, она будто наслаждалась происходящим. Здесь, в Аргентине, никто не знал, кто он. Здесь ни одна газета не напишет о том, что холодного детектива заметили с девушкой. Здесь можно ни о чем не думать – но это только в этой стране.

Альба прекрасно понимала, что в Лондоне все это пройдет. Там все закончится сразу же, как только они приземлятся в аэропорту. Шерлок поймет всю абсурдность их отношений, а сама она посчитает этот короткий роман небольшим приключением. По-другому и быть не может, потому что они заложники обстоятельств: не останься они в городе в ожидании Виктора, да еще и в одном номере, то ничего бы между ними вообще не произошло.

– Сеньорита, хотите потанцевать? – услышал Шерлок. Он поднял глаза, увидев рядом с Эль высокого темноволосого мужчину. Видно, он настолько был поглощен своими мыслями об Альбе, что даже не слышал, как к ним подошел, может быть, с виду и привлекательный мужчина, но на деле редкостный обманщик.

– Нет, – ответила она, вставая рядом с Холмсом и беря его за руку, – думаю, что мне не разрешат. – Как же ему польстила эта заигрывающая фраза.

Сегодня она вообще всем в баре давала понять, что они пара и что у них все совершенно серьезно. Может, это и было враньем, но в эту минуту он не ощущал, что делит ее с Энтони Бордесом. Хоть это все и красивые иллюзии, главное то, что происходит сейчас. Наша реальность там, где мы – так, кажется, любила твердить постоянно Эль.

Заиграла какая-то песня, на ее лице появилась улыбка. Альба потянула его за собой, увлекая в центр зала. Шерлок не стал сопротивляться, просто позволил ей сделать то, что она хочет. Ему всегда нравилось танцевать с ней, что бы он ни говорил на самом деле, но это было именно так, и, похоже, Альба об этом знала. Она почему-то странно улыбнулась и снова продолжила напевать песню.

Ее пальцы сплелись у него на затылке, голову она положила ему на плечо. Шерлок обнял ее за талию, медленно ведя в танце. Это было не чувственное танго или же сдержанный вальс, а, скорее, топтание на месте, но это было не важно. Главное, что сейчас они вместе. Смотрят друг другу в глаза, чувствуют, как бьются от волнения и легко смущения сердца.

Она снова улыбнулась. Ему нравилась такая Альба: без яркого макияжа и откровенных нарядов. В простых джинсах, зеленом свитере и кроссовках она выглядела лучше, чем на высоких каблуках и платье, открывающем слишком много тела. Так она больше напоминала Шерлоку ту тринадцатилетнюю девчонку, с которой он долго бродил по лесу в поисках трупа. Однако, эта девочка давно выросла, и жизнь сильно побила ее, отчего в глазах ее появилась меланхолия.

– Они все тебе завидуют, – прошептала она ему на ухо.

– Ну и пусть, – также шепотом произнес Шерлок, замечая в ее темных глазах удивление.

– Скоро будет закат, – она улыбнулась, – давно хотела тебе показать самый красивый закат в мире. Пойдем?

Он снова слепо последовал за ней. Они вышли на улицу. Шерлок запахнул свое пальто, ощущая, как влажный ветер треплет волосы. Еще чуть-чуть – и скоро на улице станет совсем темно, но пока золотые всполохи окрашивали мрачнеющее небо, напоминая о том, что скоро наступит ночь и станет холодно.

Эль повела его к набережной. Оранжевые зарницы озаряли темные воды Рио-Негро. Солнце клонилось к закату, и тени на деревьях горели пурпурно-алым. Издалека силуэты зданий сливались с очертаниями церквей, с их выступавшими на горизонте шпилями, словно поддерживающими вечный багряно-синий покров заката, накрывшего Вьедму.

Они смотрели на закат, и Альба только сейчас поняла, что всю жизнь стремилась не к тем идеалами. Она мечтала работать, делать карьеру, только не заметила, что упустила самое главное в своей жизни – такие закаты и рассветы. Она каждый раз видела их, но никогда не представляла, что они могут быть такими красивыми. Наверное, это потому, что она сейчас не одна, а с мужчиной, к которому никак не могла подобрать верный ключ, а заодно дать название возникшим к нему чувствам.

Это была страсть? Вряд ли, Альба давно не школьница, да и уже много лет умеет видеть ее, различая все признаки, ведь она танцевала танго. Может быть, это симпатия? Возможно, но разве она толкает в постель? Конечно, нет. Все это Эль уже проходила и не раз. Или это любовь? Не смешите, конечно же, нет. Это странное чувство, почти какое-то запретное, потому что Шерлок совсем не в ее вкусе. Он не женат, слишком молод, хоть и намного старше ее.

Альба прислонилась спиной к дереву, смотря на Шерлока из-под опущенных ресниц. То, что она хотела сказать сейчас, покажется ему странным, но так хотелось, чтобы, пока солнце окончательно не скрылось за линией горизонта, Шерлок наконец-то отпустил себя.

– Открой мне сердце, – попросила она, протягивая ему руку. – Открой мне сердце.

– Что тебе нужно, Эль? – Он сделал шаг к ней. Косые лучи солнца скользили по ее фигуре, и казалось, что у нее есть нимб, что теперь он не только чувствует ее свет, но и видит его.

– Скажи мне, что тебя гложет, что тебя беспокоит. Расскажи мне все. Открой мне сердце. – Она наклонила голову набок, легко улыбаясь. – Ведь ты не просто так раз и навсегда отказался от чувств. Что за тайны есть у тебя?

– Зачем? – В его голосе скользила прежняя сталь. – Это что-то поменяет? Что за бессмыслица.

Альба отвернулась от него, собираясь уйти, но Шерлок не дал ей этого сделать. Его руки обвили ее талию, подбородок коснулся щеки.

– Все не так просто, как тебе кажется, Эль Альварес. Я давно перестал любить, потому что это приносит боль и разочарование. Всегда больно терять тех, кого любишь. Тебе же знакомо это, поэтому ты легко можешь меня понять. – Шерлок выдохнул, ощущая, что вот сейчас легко сможет рассказать ей историю про его пса. – Мне было пять, кажется, когда усыпили моего пса, моего лучшего друга. Вот тогда все в моей жизни и изменилось в корне.

– Оу… – лишь протянула она, ощущая, как его руки все теснее прижимают ее к себе.

– В школе у меня почти не было друзей, как и университете. Я считал это лишним, ненужным, пустой тратой времени, пока не появился Джон. Поверь, я слишком нелепый, чтобы быть с тобою рядом. Даже сейчас не верю, что делают то, о чем ты меня попросила. Изливать душу – не моя стезя. Любить – тоже. Однако, Альба Альварес, многое в жизни меняется. Если бы я не был тем, кем считаю себя, если бы ты не спуталась с Бордесом, а он не сломал тебя, то все было бы сейчас иначе. Однако, я не могу открыть тебе сердце, как того хочешь ты, потому что я не могу просто так впустить кого-то в свою жизнь, отдаться на волю случая, решив: будь что будет. Но я здесь с тобой, и, кажется, именно это сейчас главное.

И все же женщина смогла растопить холодное сердце мужчины. Она просто слушала, закрыв глаза и не видя его, только ощущая, как пальцы на ее талии сплетаются в замок. Он защищал ее от ночного ветра, не выпуская из своих рук, теснее прижимая к себе. Солнце давно уже зашло за горизонт, на темно-синем, почти черном небе появились звезды, а он все продолжал и продолжал говорить, не замечая, что часть секретов все же смог ей рассказать. Она не задала ему ни единого вопроса, чтобы не спугнуть, чтобы не разрушить магию, что возникла между ними здесь, в Аргентине.

Это особая магия, которая бывает только в этой стране, только у тех, кто читал когда-то Маркеса и боготворил Борхеса, зачитывался книгами Альенде и верил, что на самом деле чудо всегда рядом с нами. В это Альба верила всегда и очень хотела, чтобы и Шерлок поверил, понял ее мир.

– Не хочу возвращаться домой, – услышал Шерлок ее легкий шепот.

Что она имела в виду? Она не хочет возвратиться в Англию или в Буэнос-Айрес?

– Мы можешь пока остаться здесь. – Шерлок накинул на ее плечи свое пальто. – Я расскажу тебе еще о чем-нибудь.

– Нет, – Альба покачала головой, – завтра самолет, и тем более у меня другие планы на ночь.

Ее глаза нехорошо сверкнули в темноте, и Холмс понял ее намек. Он не был намерен отказываться от страсти, которую предлагала ему Эль. Он подсел на ее, как на наркотик. Это пугало Шерлока, но такой яд был безвреден, если его контролировать. Или хотя бы пытаться.

Комментарий к 4. В поисках рассветов и закатов

Небольшая интерпретация Главы 30. «Открой мне сердце»

Группа:

https://vk.com/clubdubo.savanski.dupont

========== 5. Клятвы ==========

Tanghetto – La Noche Sin Rumbo

Неужели этот день настал? Неужели она выходит замуж? Альба подошла к своему свадебному платью, надетому на манекен. Она аккуратно дотронулась до нежных, но таких прочных кастильских кружев, словно боясь их смять и испортить.

Странно, много лет Эль думала, что не способна стать хоть чей-то женой, да и сейчас она не сильно надеялась на то, что сможет быть хорошей супругой на протяжении нескольких лет, но все равно шла под венец с мужчиной, в ответственность которого не особо-то верила, полагая, что он так и остался тем же несносным детективом. Нехорошая вся это затея, но попробовать все же стоит, ибо как еще можно узнать, на что ты способен, если ты никогда даже и не старался этого понять.

Она быстро привела себя в порядок, хотя стоило бы уделить себе как можно больше внимания. Эль и так выглядела в последнее время очень свежо. Наверное, многие невесты вот так мгновенно меняются. Ей даже не пришлось сидеть на строгой диете, чтобы влезть в безумно тесное платье: танго всегда позволяло ей оставаться в форме. Так, немного макияжа и простая, но аккуратная прическа – Шерлоку это понравится куда больше ее крикливых нарядов для танго и яркого грима.

Облачившись в телесный чехол, она надела прозрачное свадебное платье. Соледад оно ни капельки не понравилось, но сама Эль была в диком восторге: она вроде и не обнажена, но кажется, что одежды на ней не так уж и много, а выглядит все это вовсе не пошло.

Что ж, теперь пора спуститься ко всем и уехать на венчание в город. Жаль, что в этот день рядом с ней нет отца, который повел бы ее к алтарю. Его никто заменить не мог, поэтому Альба решила пройти меж скамей до самого алтаря в гордом одиночестве.

Эль не ожидала, что Шерлок будет говорить много или останется доволен всем происходящим; она знала, что их клятвы перед алтарем не будут веселыми или трогательными, скорее всего, они получатся скупыми, будто их двоих заставляют заключать этот брак, хотя это совсем не так. Все именно так и произошло, хотя кто-то да успел пустить слезу, а кто-то уже вовсю делал ставки, сколько они вдвоем протянут в браке и когда же Эль убьет Шерлока. Это вызывает легкую улыбку на лице невесты, ибо она и сама не знает, когда же он ей успеет надоесть.

Фотографии, подарки, снова поздравления – все это так утомительно. Удивительно: когда ты сама подружка невесты, то на тебя все это навевает не такую скуку, нежели чем когда ты исполняешь на этом торжестве главную роль.

На банкете все стало куда веселей. Джон, словно решив поиздеваться над другом, произнес длинную, но такую прекрасную речь. Шерлок в это время успевал отпускать колкие фразы, и Альба нисколько его не сдерживала, позволяя быть самим собой, ибо для него это было самое важное.

– Мы тут с Мэри поспорили, когда твоя жена уже начнет пилить тебя за твой скверный характер и твое порой просто ужасное поведение, – хитро улыбаясь, сказал Джон. – Впрочем, тут многие захотят поддержать наше пари.

– Завтра, Джон, – вставила Эль, поднимая глаза на шафера. – Завтра я уже буду собирать чемоданы и завтра же начну его пилить.

Конечно, все посмеялись над этими тонкими колкими шуточками, ловя себя на мысли, что все это выглядит странно, ведь сам Шерлок Холмс решился отвести к алтарю женщину не такую умную и безрассудную, как он.

Вместо скучного вальса Альба выбрала свадебное танго. Она не стала переодеваться, легко танцуя в длинной юбке. Гости уже явно привыкли к тому, что в этот вечер их ждет нечто необычное: стол сервирован исключительно латиноамериканскими блюдами, вина и шампанское отнюдь не французские или итальянские, да и музыка с того же континента.