Текст книги "Верните мне дистанционку! (СИ)"

Автор книги: Анна Митро

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 30

Проснулась я оттого, что над ухом кто-то зудел. Вернее, мне так показалось, а на самом деле у меня в комнате тихо переговаривались ректор с деканом. И что они тут делают без моего разрешения? В голову упрямо полезли воспоминания вчерашнего вечера: ухаживания Рокмонда, поцелуй Саймона, их откровения. Тоже мне, роковая женщина… Но так было интересно, что они обсуждают, что я решила не подавать вида, что уже не сплю.

– Саймон, ты ведешь себя не адекватно, если мне нравится женщина, то я за ней ухаживаю до тех пор, пока она не станет отвечать мне взаимностью.

– Да, Рокмонд? Может тебе нравится Эллион, раз ты так трогательно за ней ухаживаешь? – сердито ответил ректору куратор.

– Идиот, – коротко отрезал демон, но абсолютно беззлобно. Словно он объяснял доисторическому человеку почему небо голубое, но тот не понимал в силу отсталого развития. – Не думал, что придется объяснять тебе дважды, почему у меня к этой девушке особое отношение. Даже она поняла меня с первого раза. Веди себя как взрослый мужчина, а не как сбрендивший от весны котяра.

– Понимаешь… Моя вторая сущность уже приняла ее, и кот признал ее парой, ведь ответив на поцелуй, по его мнению, она дала согласие на это. Но как человек я понимаю, что вряд ли девушка даже взглянет на меня, после тех-то лет ее мучений со мной как ученицы и как аспирантки.

– Не понимаю. Серьезно. У нее нет второй сущности, она уже ответила на поцелуй, более явного доказательства ответной симпатии просто быть не может. Все, я умываю руки. Смотри за ней неотрывно, не нравится мне, что вокруг нее творится. И дядя этот… Совсем страх потерял, нам такие аспирантки самим нужны, – после этих слов ректор ушел.

А кровать рядом со мной прогнулась – Саймон присел рядом и тихонько поцеловал в висок, отчего у меня по спине пробежала толпа мурашек. Мне было так приятно и очень хотелось, чтобы этот момент длился вечность. Но как в плохих фильмах, в самое неподходящее время зазвонил телефон. То есть войсир. И мне пришлось срочно «просыпаться», делая вид, что я в недоумении от того, что мой куратор сидит у меня на кровати. С другой стороны, мы были оба одеты, а значит все прилично.

– Здравствуй, Кирк! – вот расскажу тебе, от чего ты меня отвлек – сам рад не будешь, что родился на свет.

– Привет, гроза студентов и деканов, – друг просто не знал, какие кары я посылала на его голову. – Кирстен приехала! Она в восторге от подарка и жаждет с тобой познакомиться. Говорит, что должна тебя лично расцеловать за то, что ты не дала мне пустить семейный фонд на всякую ерунду. Поэтому приглашаем тебя на обед, – куратор, все так же сидевший рядом со мной, замахал руками, всем своим видом показывая, что одной мне за территорию академии ход заказан.

– Хорошо, я согласна, – засмеялась я. – Только… Можно, я приду не одна?

– Да ладно? Маленькую фри ван Лейтон не отпускают без сопровождения? – заерничал друг. – Ты еще спрашиваешь? Конечно, бери с собой свою охрану. Ждем часа через два-два с половиной.

– Какой же он… Жизнерадостный, – подобрал слово куратор.

– Зато с ним легко, Саймон. Он не усложняет жизнь, – со вздохом я посмотрела на измятое и местами припыленное платье.

– А я, значит, усложняю? – возмутился мужчина.

– Нет, я сама с этим прекрасно справляюсь, – усмехнулась я. – Так, у меня мало времени, чтобы привести себя в надлежащий вид после наших вчерашних приключений. Да и тебе бы неплохо было ополоснуться. Ты что, не был в своей комнате?

– Я обещал ректору, что не спущу с тебя глаз, – пожал плечами оборотень. И если бы не смешинка в тех самых глазах, то можно было бы подумать, что он серьезно.

– Вон! – кинула я в него подушкой. – И не возвращайся, пока не осознаешь содеянное, – тут надо было патетично вскинуть руку, но я запуталась в платье и чуть не упала, вызвав смех у куратора, который, впрочем, очень быстро ретировался за дверь. – Вот же… Кот!

Я же стянула с себя платье и с широкой улыбкой залезла в душ. Никогда не понимала, как так получается, что вода смывает грязь не только с тела, но и с души. После ванной всегда чувствуется легкость, эмоциональная чистота и расслабленность. Я подставляла по летящие брызги голову, а сама с придыханием вспоминала, как нежен был Саймон. Как осторожен, и в то же время уверен в своих действиях. Не помню, чтоб в прошлой жизни мне хоть раз встречался такой мужчина. И почему мне кажется, что такие мысли в этом мире меня уже посещали?

Я уже оделась, когда вернулся Ригетти, держа в руках небольшой пакет с бутылкой вина и горшком с маленьким розовым кустом в нем.

– Неожиданно, – восхитилась предусмотрительностью мужчины, он же странно засмущался, а я поразилась этому факту, не думала, что он умеет.

– С пустыми руками не принято…

– Нет, что ты, я очень рада, что ты позаботился о подарках хозяевам, это очень приятно, – от моих слов куратор расслабился. – Спасибо.

– У тебя есть адрес четы Асеведо?

– Да, возьмем извозчика от городского портала?

– Я уже заказал, магобиль будет ждать нас через тридцать минут на площади. У тебя есть еще время, если ты не закончила.

Я кивнула, вернулась к зеркалу, чтобы закончить макияж и причесаться. Но нет-нет да поглядывала на декана в отражение, а он украдкой наблюдал за мной. Пока, наконец, мы не встретились взглядами и не расхохотались.

– Очень притягательное зрелище – смотреть, как ты наводишь красоту, – прокомментировал он свое поведение, – видимо, настала моя очередь краснеть. Но за последние лет тридцать это самый милый комплимент, что мне дарили.

Дорога не заняла много времени, ведь извозчик оказался вовремя в положенном месте. И вот мы уже стоим перед нужной дверью.

– Элли, привет! – Кирк, как обычно, сгреб меня в охапку. – Фри Ригетти, неожиданно, но рад, очень рад, – при этих словах друг подозрительно довольно посмотрел на нас двоих. – Знакомьтесь, Кирстен, моя жена.

– Саймон, – декан пожал руку воздушнику и его супруге. – Просто Саймон.

– Элли, – представилась я, изучая женщину, покорившую моего друга. – Фото не передают всей вашей красоты.

– Брось, зови меня Кирой, – широко улыбнулась она. – Этот плут про тебя и твои приключения мне уже все уши прожужжал. Проходите в дом.

– Мне очень жаль, что я не видел, как она вас уделала, – уже за столом Кирк повернулся к Саймону, а я на секунду напряглась, но мужчина лишь ухмыльнулся.

– Ученик должен превосходить учителя, иначе эволюции не будет. И я рад, что Элли выбрала мою кафедру для аспирантуры, ее нестандартный подход ко всему пригодится в исследованиях.

– И расследованиях, – добавила я.

– Элли, все же я хотел попросить тебя сконцентрироваться на своих экспериментах, а не на практике в следственном комитете.

– Ого, да тут такие страсти, – засмеялась Кира. – Тогда, пожалуй, сразу к горячему.

– Кирк, – вдруг я вспомнила, что мы пришли не «пустые». – Ты с порога атаковал, и мы забыли кое о чем. Саймон?

– Да, точно, – он вытащил из пакета горшочек и вино.

– Тут сразу понятно, что кому, – хохотнул волк. – Нужно немного охладить, как раз с горячим покончим, – он прихватил бутыль и испарился.

– О, это же роза марлоу! – хозяйка явно оценила подарок. – Не выходные, а сплошной праздник!

– И чем так примечательны эти цветочки? – любопытный оборотень, не успев вернуться, сразу сунул нос в бутоны.

– Ты что, – удивленно посмотрел на него декан.  – Настоянные на спирту или меду цветки лечат заболевания горла.

– А отваренные и смешанные с медом помогают иммунитету пережить тяжелую болезнь, – добавила я.

– Ванна с ними снимает мышечные спазмы, оказывает успокаивающее воздействие, – продолжила Кира.

– Все, я понял, это не цветы, это панацея от всех болезней. А три лекаря в одном доме это кошмар, – поднял руки вверх Кирк, ну тут же был расцелован женой.

– Прости, знаешь же, как мне сложно найти людей, которые меня понимают, и не только людей, – женщина кивнула на моего куратора. – Вы же оборотень, как и Кирк?

– Не совсем, я – из рода пантер, но приятно иметь дело с таким наблюдательным человеком.

– Ты грациозен до безобразия, наставник, – кивнула я. – Иногда мне даже завидно.

– Не прибедняйся подруга, я видел пару раз, как ты преодолеваешь полигон. Достойная конкуренция оборотням.

– Да ладно, что там, полигон и полигон, – махнула я рукой. – Кира, расскажи лучше о командировке.

– Тремя словами: жарко, жарко и еще раз жарко, – хихикнула она. – На самом деле местами страшно. Высокие температура и влажность дают болезням такой простор, что если бы не волонтеры-маги, то юг уже бы выкосило парой эпидемий. Мы пока не определили источники появления этих гадостей.  Но даже простая простуда, если ты после жаркого дня вечером попал под холодный проливной дождь, может за пару дней превратиться в двустороннюю пневмонию с дикой температурой. Народ еще не очень богат и часто отказывает себе в медицинской помощи. С чирием на ноге не пойдут к лекарю, замажут чем-нибудь вроде козьего помета у местного шамана, а до нас доползают, когда лечить нечего, только ампутировать. И еще возмущаются, ты же маг, должен с того света вытаскивать, что тебе гангрена. Сложно. Женщин-специалистов ни во что не ставят, а своих прячут под накидками, до рожениц не допускают. Там очень высокая смертность у младенцев. И это в нашем развитом государстве. Я туда вообще, как в другой мир приехала.

– Традиции и уклад местных одним махом не изменить, – ответила я ей. И не стала говорить, как она права на счет другого мира. На земле тоже много таких мест, какое она описала.

Дальше Кирк принес уже охлажденное вино, и разговор перетек в более эмоционально нейтральные темы, Кира долго благодарила меня за то, что я наставила непутевого мужа на путь истинный, то есть помогла ему с выбором подарка, а после и вовсе посыпались шутки и рассказы о студентах.

В академию мы с Саймоном возвращались на закате, и посмотрев на садящееся солнце решили прогуляться до портала пешком. Насладиться прохладным воздухом улиц.

– Мне кажется, что за нами кто-то следит, – сказала я декану, спустя кварталов пять.

–  Ты кого-то видела?

–  Нет, если честно, даже оборачиваться страшно, но под лопаткой так и зудит от чужого взгляда.

– Я тоже это чувствую, и даже могу поймать наблюдателя, если обернусь, но тогда мне придется оставить тебя одну, а этого мы себе позволить не можем. Вдруг это подосланные твоим дядей наемники, они могут только и ждать, когда я оставлю тебя одну.

На следующей улице мы взяли извозчика, что доставил нас до портала. Короткий переход и мы уже на территории академии. Куратор довел меня до моей комнаты, повернул к себе и улыбнулся.

– Полдня хотел это сделать, – прижал к себе и поцеловал. – Никто тебя у меня не заберет. Не позволю, – прошептал он и исчез в темноте коридора.

Я же зашла в комнату и счастливая упала на кровать.

– Тоже мне не позволяльщик нашелся, – хмыкнула я, но в глубине души прекрасно понимала, что этот черствый и вредный оборотень туда уже запал.

Глава 31

Насыщенные выходные сменились мерным лекционным будним днем. С первым курсом мы дошли до грибов. И я хотела бы с головой погрузиться в учебный процесс, лишь бы не перебирать с нежностью события прошедших дней.

– Лесли, где потерялся Миша?

– Он что-то съел не то, фри ван Лейтон. И приболел.

– Ага, заболел. Воспалением хитрости, – съязвила я. – Как можно съесть что-то не то в нашей академии, когда в столовой вы сами заказываете еду и все продукты исключительной свежести? Максимум, где вы можете отравиться, так это у меня на практике. Пиши ему, я требую либо его присутствия здесь, либо в лекарском крыле, и соответственно со справкой оттуда на следующем занятии.

– Он сейчас придет, – буквально через мгновенье отчиталась вампирша, настукивая ругательные сообщения, как я понимаю своему парню. Как они сдружились с первого занятия у меня.

– Хорошо, можешь написать ему, чтобы не боялся, на этот раз никаких санкций применять к нему не буду. Но это в последний раз, когда он так легко отделался. Итак, грибы. Отравление грибами происходит за счет ядовитых метаболитов, кто мне скажет, как они называются? – взметнулась вверх рука Игрема. – Давай Ларс.

– Микотоксинов! – не успел он ответить, как я чихнула. – Будьте здоровы.

– Молодец. Спасибо, я учту это на зачете, – улыбнулась я, а студенты засмеялись. – И чаще всего отравление связывают с употреблением в пищу грибов, которые называют макромицетами, их принимают за съедобные виды. Или, кто-то умудряется отведать блюдо из испорченных грибочков: перезревших, червивых, неправильно хранившихся. Хотя при этом некоторые виды плесени, а я напоминаю, что плесень это грибы, мы используем и для кулинарии, и для создания лекарств. Записываем, макромицеты это высшие грибы, микромицеты  – все остальные, имеющие микроскопические размеры. Именно они представляют собой наибольшую опасность в токсилогическом отношении. Поражают продукты и даже живность, что мы употребляем в пищу.

– А как понять, поражена ли еда или нет, если они микроскопические? – раздалось с парт.

– И это мы тоже изучим, чуть позже, – улыбнулась я, все же умеют они задавать практические вопросы. Знают, что теория теорией, но ей одной сыт не будешь. – А пока записываем. Афлатоксины, преимущественно поражают печень, можно определить по симптомам: вялость, отсутствие аппетита, нарушение координации движений, судороги, парезы, нарушение функций желудочно-кишечного тракта, потеря массы тела. Так же отеки, водянка и в некоторых случаях желтуха.

– Мне уже страшно идти на обед, – прошептала Лесли, усердно записывая за мной.

– У нас такого не предложат, не волнуйся, магический контроль не пропустит. Эрготоксины, действующие вещества гриба спорыньи, что очень любит злаковые культуры, – студенты взвыли, а я продолжила достаточно бодро диктовать, ведь нам нужно было успеть пройти не только возбудителей и симптомы отравления тем, что невидимо глазу, но и вполне заметными ложными опятами и прочим. Следующая практика у нас в лесу, будем собирать грибочки, и ребята должны знать, что и как нужно собирать.

Вторая пара пробежала еще быстрее, третий курс прилежно слушал последние изменения в уголовном кодексе королевства и усердно делал себе пометки. Только Трой подошел ко мне и сказал, что выбрал криминалистику в качестве специализации, попросив договориться с их куратором о дополнительных для него занятиях в следующем семестре. А еще спросил, что произошло с его мамой, на что я просто пожала плечами. Не говорить же правду? Да и подтереть память это не исправить характер. Просто скорректировать отношение к определенным обстоятельствам.

А вечером меня ждала боевка в новом формате. Один на один с Саймоном. Я ждала ее с нетерпением и в смешанных чувствах, не зная, как себя вести. У нас и свиданий-то не было, а уже целовались. И он не обещал мне ничего, но подслушанный разговор подтверждал серьезность его намерений. Но он-то не знает, что я в курсе. И что мне делать?

– Здравствуй, – растерянно произнесла я, подойдя к одиноко стоявшему посреди полигона куратору.

– Здравствуй, – эхом ответил он мне. – Готова к индивидуальному занятию? – вопрос был явно с подвохом, так как Ригетти ехидно улыбался.

– Даже и не знаю, что ответить… Всегда готова?

– Оригинальный ответ, – рассмеялся мужчина. – И хороший. И мы изменим тактику обучения. Обычно, как ты могла заметить, мы тренируем в аспирантах силу, ловкость, выносливость, достигать цели в условиях работы в команде или в одиночку. Ты, Элли, удивительная, ведь пошла дальше, начала думать раньше и шире, чем все остальные. В случае с любым другим деканат принял бы решение просто увеличить нагрузку, так сказать «закрепить результат». Но не с тобой.

– Что же во мне такого особенного?

– Твоя сила и твой характер, – покачал головой куратор. – Твоя магия невероятна, но ты сама упряма и своевольна. И должна осознать и запомнить, что дар не бесконечен, уверенность в себе это прекрасно, но самоуверенность может привести к неприятным последствиям. А потому будем учиться не использовать магию там, где можно обойтись без него, и вбивать в голову то, что у тебя могут быть все дары, но это не значит, что резерв будет на каждый отдельно.

– И что мне делать?

– Сейчас? Бежать. Десять кругов вокруг полигона. Начинай! – улыбнулся мужчина.

Вот тебе и романтика, вот тебе и совместные занятия. И чего я ворчу? Хорошо бегу, разминаюсь, наверное, он будет давать мне что-то такое, для чего нужны хорошо разогретые мышцы.

И если бы я знала, как права, то бежала бы не вокруг полигона, а подальше от него.

Не зря этот предмет назывался «боевые искусства», и так грубо и коротко его сократили до боевки, потеряв вместе с этим и смысл названия. И потому я уже сорок минут раз за разом падаю на землю после очередного приема.

– Видимо, индивидуальные занятия состоят в том, чтобы оставить на мне как можно больше синяков, – проворчала я, поднимаясь и отряхиваясь.

– Если хочешь, – Сайсон заломил мне руку в захвате и прижал к себе, – у меня есть замечательная мазь, которая избавляет от них за пару часов.

– Ты же лекарь, мог бы вылечить и без мази, – парировала я.

– Без мази я буду лечить не касаясь и через одежду, – усмехнулся он.

– Спасибо, справлюсь как-нибудь сама.

– Все, закончили, бой в темноте изучать пока рано. Кстати, неплохо бы было продолжить научную деятельность, которую ты уже почти месяц как забросила.

– Да, конечно, и я не забросила, я изучала некоторые несостыковки, что возникли в прошлый раз, в ближайшее время повторит эксперимент,

– Надо ли мне тебе напоминать, чтобы ты не делала ничего в одиночку. Нужен тот, кто может помочь.

–  Обязательно, может быть, это будешь ты? – ответила я, а потом сделала серьезное выражение лица. Хотя… Ты же стесняешься меня в нижнем белье, поэтому пусть за мной присмотрит лаборант, у него девушка есть.

–  А что, в одежде ритуал проводить нельзя?

– Нет, конечно, как такое вообще можно было подумать, – откровенно смеялась я.

Так, перешучиваясь, мы пошли в общежитие. И он снова проводил меня до двери, поцеловал и ушел. Но я не расстроилась из-за этого странного поведения. Наконец поняла, что он боится меня напугать, почувствовала, что он сдерживался все это время из последних сил.

А ближе к ночи мне написал Томми. Вроде бы они нащупали ниточку, один из свидетелей сознался, что видел пару раз шныряющего в подвал странного парня. И то, он его запомнил только потому, что у мальчишки была фибула лекаря на плаще, мужик подумал, что тут делать лекарю, в таком нехорошем месте. Они же на вес золота. Да, человек с такой «приметой» в столице как иголка в куче иголок, и не факт, что это тот, кого мы ищем, но хоть что-то. А еще серж сказал, что Саймон зачастил к инспектору. К чему бы это? Неплохо бы поразмышлять, да только сон сморил меня раньше, чем я придумала хоть какое-то путное объяснение.

Глава 32

Сегодня у меня всего одна лекция и вечером практика у фри Амоса, поэтому я решила заняться экспериментом – нужно опробовать скорректированный ритуал. Но сначала нечисть у вторкурсников.

– Доброе утро! Сегодня изучим тварей, что обитают в воде.

– М-м-м, русалки, – протянул Майкл, но осекся под суровыми взглядами соседей.

–  И они в том числе, –  улыбнулась я, миры разные, но мысли у молодых людей все о том же. Но начнем не с них. А с кикиморы, это вредный дух, что иногда селится на болотах и имеет вид неряшливой старухи. Присутствие ее легко определить по мокрым следам. Путает все, что можно спутать, – сразу почему-то вспомнились клубки из наушников в школе и бабушка одного из всученных мне пятиклассников, вот как есть – кикимора. – Бьет посуду, птиц на подворье кружит до изнеможения. И в древние времена говорили, что ворует в деревнях малышей и подсовывает вместо них полено.

– А что она с ними делает? – проявила любопытство Найтли.

– Предположительно… Ест, – оскалилась я, студентка подпрыгнула и вся группа рассмеялась. –  Нет, растит новое поколение кикимор. Так, дальше у нас банник, не обольщайтесь названием, живут они не только в банях, но и в местах, где много душевых или ванных комнат, в комплексах с бассейнами. Если вдруг у вас часто в ванной стали происходить казусы, например: шампунь почему-то пролитый, мыло тает, как роса поутру, кран течет и лейка душа ломается, то либо вы плохой хозяин, либо к вам захаживает банник.

– А как от него избавится? – дернулся Левин.

– Ну, во-первых, если вы почувствовали, что в душе не одни, то нужно покинуть его спиной вперед, так не дадите на себя напасть. Во-вторых, оставьте банные принадлежности конкретно для него, а еще ржаной хлеб с солью, тем и подкупите. Дальше у нас водяной. Хозяин пресных вод, не агрессивный, но вполне может утащить к себе, просто ради развлечения. Жены его, водяницы, они же русалки, парни, они страшнее для вас, чем для девчонок. Чтобы избежать их чар не смотрите купавкам водяного в глаза и держитесь ближе к земле. И кстати, Майкл, ты перепутал русалок с берегинями, восхищаться лучше вторыми. Они добрые, охраняют брод и путников от водяниц. Ну и остались шишиги, эти тащат всех подряд зазевавшихся в воду, но активны только в сумерках. Основных представителей я вам перечислила, ваше домашнее задание – рефераты по более эксклюзивным представителям водной нечисти. Свободны, – стоило мне произнести это волшебное слово, как студенты исчезли. – Эх, если бы пыль и проблемы испарялись бы так же легко, как вы, – вздохнула я и пошла в деканат искать Саймона.

Вот только куратора там я не обнаружила, только записку, что он уехал в Трент. Расстроившись, что эксперимент на сегодня отменяется и откладывается на неопределенное время, я пошла в комнату, но по пути наткнулась на Игрейя.

– Привет, Эллион! Что в печали?

– Да Ригетти запретил мне проводить исследования в одиночку, а сам уехал в столицу.

– И это вся твоя проблема? – парень усмехнулся, а я посмотрела на него внимательно.

– Слушай, Игрей, а ты сможешь мне ассистировать?

– Я уж думал, ты меня никогда не попросишь, – рассмеялся лаборант. – Так и быть, подстрахую, а то Лора меня придушит, да и как не помочь грозе всех деканов. После твоего выступления они от каждого аспиранта дергаются, боятся повторения «подвига ван Лейтон».

– Скажешь мне тоже. У тебя есть пары часа через полтора? Мне нужно все, что пригодится на эксперименте, собрать.

– Да, давай через полтора часа в спецлаборатории. Я пока схожу, закажу себе обед в комнату и возьму ключи.

– Договорились! Спасибо тебе больше, с меня билеты на новую постановку.

– Сводница, – отшутился парень.

– Да вы уже сами сошлись, там сводить нечего, – хихикнула я и довольная отправилась к себе. Как вовремя я встретила Игрейя, нельзя откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня.

Свечи, мел, чертеж с символами, пара книг, восстановительные зелья, мало ли что пойдет не так, Тоффин должен иметь все возможные средства под рукой, чтобы меня откачать.

Спецлаборатория находилась в полуподвальном помещении на максимально возможном расстоянии от общежитий. В ее защиту вкладывались все, кто имел хоть какое-то отношение к преподавательскому составу, просто потому, что самые серьезные испытания проходили именно тут. И видимо, Игрей решил, что эти стены смогут компенсировать вероятные магические или энергетические эманации. А я надеялась, что благодаря им я не улечу далеко и смогу вернуться в тело.

У входа меня уже ждал лаборант.

– Спасибо еще раз, что согласился потратить на меня время.

– Не стоит благодарностей, кто, если не я? И вообще, мы должны друг другу помогать. Не чужие же люди.

– Это точно, академия давно заменила мне семью, – вздохнула я, осознав, что говорю чистую правду.

– Так, что от меня требуется? – развел руками парень.

– Обведешь духовный круг? А я расставлю свечи и курильницы. Потом вместе нарисуем символы.

– Да, конечно, – Игрей работал споро, линии у него были четкие, рука ни разу не дрогнула.

– Слушай, как так вышло, что ты стал лаборантом? Обычно в лаборатории отправляют исполнительных, но…

– Не очень умных аспирантов?

– Вроде того. Только каким образом к ним отнесли тебя, я не понимаю.

– Все очень просто, – улыбнулся Тоффин. – Я не люблю учить, и студенты вызывают у меня стойкое желание спрятаться где угодно, хоть даже в шкафу.

– Если бы я знала, что так можно! – воскликнула я.

– Да брось ты, у тебя отлично получается ладить с этими монстрами. Так, вроде все готово.

– Хорошо, надеюсь, тебя не смутит, что я буду в минимуме одежды?

– Если только ты не будешь ко мне приставать и не расскажешь Лоре, – шутя, отпрыгнул от меня Игрей.

– Зуб даю, – изобразила я присказку. – Кстати, как у вас с водницей?

– Она лучшая, но мне кажется, что я ревную ее к каждому столбу. Ведь она флиртует даже со столбами!

– Она лисица, Игрей, у них это в крови, – я осталась в одной короткой комбинации, которую предусмотрительно нацепила, чтобы не щеголять перед парнем совсем уж в нижнем белье.

Но он смотрел куда-то мимо меня, мечтательно улыбаясь. Вот оно, лицо влюбленного человека.

Вот кто придумал делать пол каменным? Если бы мы не проходили базовые охлаждающие и, что сейчас актуальней, согревающие заклинания, то мне не хороший исход эксперимента, а воспаление легких и всего прочего было бы гарантированно.

Я прочитала заклинание с вектором на себя, не хотелось бы случайно задеть парня, как вдруг у меня закружилась голова, тело стало совсем невесомым, мне показалось, что я взлетаю. Вот только не шиша не показалось. Я в прямом смысле взлетела, а тело Элли осталось внизу. Пришлось напрячься, чтобы встать рядом с Игрейем. Я помахала перед ним рукой, но он меня не увидел. Зато то, что разглядела я, мне очень не понравилась. Его мечтательная улыбка превратилась в злобный оскал, он склонил голову набок, ухмыльнулся и вдруг бросился к кругу и одним движением мелка изменил символ. Я попыталась вернуться обратно, но у меня ничего не вышло.

– Знаешь, я не вижу тебя, лишь легкий отзвук энергетической оболочки, но все равно ясно представляю, как ты пытаешься вернуть себе свое тело. Но оно уже не принадлежит тебе, оно мое! – дико расхохотался парень. – Ты не представляешь, как долго я ждал этого момента. Все так удачно складывалось, твоя замкнутость, твои исследования – просто дар стихий, симпатия ректора, которую ты даже не замечала. Хотя ты ничего вокруг не видела. Эльза эта дура набитая, наивно поверившая, что если переселится в твое тело, то завоюет демона. А взамен передаст мне мое наследие. Как старшему рода ван Лейтон. Да, Элли, ты не ослышалась, твой отец крутил роман с моей матерью, когда вдруг встретил твою. И даже то, что я должен был родиться через несколько месяцев не остановило его от женитьбы на другой. Предатель! – Я висела над телом, слушала этого маньяка и поражалась. Либо он сумасшедший, либо это правда. Хотя, даже если это правда, то он все равно сумасшедший. – Да, сестренка, придется все переиграть Я нашел замечательное заклинание, так что твое тело какое-то время протянет и без души, как и Эльзино. Хоть на что-то девка сгодилась. А пока ты будешь вроде как жива, твоя ручка подпишет нужные мне документы. Как жаль, что ты ничего не можешь мне сказать. Но пока нужно скрыть лабораторию от лишних глаз. Все немного о ней забудут. Надеюсь, тебе страшно. Жаль я не увижу, как ты будешь метаться вокруг, не в силах ничего изменить. Твоя мать была не такая уж и идиотка, как считают многие. Она, конечно, отказалась от влиятельности ван Лейнов, от королевского двора и почестей, но наш отец может и не мог похвастаться родовитостью, зато оказался очень одаренный. Знаешь, как трудно притворятся среднесилком, не дотягивающим до уровня большей части преподавателей? Ладно хоть не пришлось изображать не любовь к детям, чтобы меня оставили простым лаборантам. Зато я мог следить за тобой, изучать твою работу и ждать подходящего момента. Наконец-то он настал!

– Пс, – тихий свист вклинился в его монолог, я обернулась и увидела Глафиру.

Точно, подруга же говорила, что младшие народы видят все, у них другой уровень восприятия действительности. И сейчас она усиленно махала руками, изображая пантомиму, которую я расценила, как «не падай духом, я с тобой». А после она исчезла.