Текст книги "Мой любимый Клон (СИ)"
Автор книги: Анна Кривенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
Глава 13
Специфическая ментальная чистка
Он оказался молниеносным. Совался с места смазанным росчерком и буквально набросился на меня, сковывая по рукам и ногам стальным захватом.
И снова поцелуй, показавшийся наглой атакой, но! С какого-то перепугу я не спешила клона отталкивать. Даже не знаю, почему…
Может потому, что никто и никогда ещё не пытался взять меня нахрапом? Бывший возлюбленный по традиции начинал с очень церемониальных ухаживаний, расшаркивался часами, прежде чем позволял себе просто меня поцеловать. Дань извечным традициям, так сказать…
А я ведь по натуре неправильная зоннёнка: люблю всё то, что нетипично и непривычно. Люблю узнавать новое, окунаюсь с головой в запретное…
Движения Лукаса стали настойчивыми: кажется, он решил содрать с меня одежду. Его губы переместились мне на шею, вызывая волны горячего возбуждения…
Так, пора это прекращать. Бедное создание не знает, что творит…
Я при помощи телекинеза высвободила руки и схватила его лицо ладонями, заставив посмотреть себе в глаза.
Так и есть: во взгляде – абсолютный туман, зрачки, как и прежде, расширены, любой намек на осознанность отсутствует…
Парень попытался вырваться из моих рук, но не преуспел. Я подключила ментальное влияние и мгновенно провалилась в ментальное поле клона…
* * *
Метальное поле любых высокоразвитых существ представляло собою мир образов, созданных воображением его носителя. Чаще всего эти образы несли в себе ту самую составляющую существа, которая называлась личностью. Если эта личность была раздражительна, мрачна и наполнена негативом, то и в ментальном поле было холодно, колюче и неприятно. Страх обычно выражался гнилостными запахами и темнотой, покой и радость – бурным цветением растительности…
Сейчас же я попала в место, которое удивило меня до глубины души.
Это был… офис. Да, да, самый обычный иширский офис с огромными окнами в пол и новёхонькой мебелью. Я огляделась, ища глазами ментальное воплощение Лукаса, и увидела сидящего за столом молодого человека в костюме.
Да, это был он – мой клон. Но только совершенно очеловеченный и красивый, как картинка. Одежда от знаменитого бренда, прическа волосок к волоску, на запястье – золотые часы…
То есть… клон отражает в себе личность своего прототипа – того самого Лукаса Тьерри, которого давно заменили подделкой?
Однако, присмотревшись, я обратила внимание, что на шее парня полно отталкивающих кровоподтёков, а из уголка глаза тонкой струйкой течет кровь. Невольно отшатнулась, наблюдая, как он хватает со стола салфетку и начинает вытирать лицо.
– Лукас? – шепчу я осторожно, мгновенно беря себя в руки.
Особенностью ментальной проекции является то, что здесь невозможно солгать. Все мои чувства сейчас, как на ладони, поэтому выдавать своё смятение мне категорически нельзя. Правда, и его чувства я ощущаю также сильно, как свои. Он смотрит на меня удивленно, растерянно, с какой-то непонятной болью…
– Ты… та самая девушка… – начинает он, вставая со стула и делая ко мне шаг. – Ты спасла меня! Да, кажется, я вспомнил! А потом… потом…
Он морщится, и я понимаю, что у парня огромные проблемы с памятью. Очень похоже на регулярную чистку сознания с последующим ментальным внушением или, как говорят на Ишире, зомбированием.
Нервно сглатываю.
Значит… он запрограммирован. Скорее всего при помощи кодовых слов или фраз. Упоминание предтечей заставляет его становиться сексуально агрессивным. И, возможно, найдется пара слов, которые заставят его убивать…
Я вздрагиваю от осознания того, насколько этот милый юноша на самом деле опасен. Может, и не для меня, но для обычных иширцев точно. Если кто-то прикажет ему действовать, остановить подобное существо можно будет, только убив…
Выходит, у меня лишь один выход – взломать его установки как можно скорее… Я закусываю губу, понимая, что это крайне непростое дело нужно провернуть с ювелирной точностью, иначе я угроблю его своими собственными руками.
Решительно иду к нему навстречу, чтобы проникнуть в более глубокие ментальные слои личности, и решаюсь вдруг на кое-что революционное…
Даже не знаю, откуда взялась эта идея. Наверное, моё подсознание выдало, что такой способ метального влияния будет самым простым, самым быстрым и самым действенным. Я рывком хватаю его в охапку и начинаю целовать…
* * *
Парень опешил, но ненадолго, потому что уже через пару мгновений ответил на поцелуй, восприняв его как потрясающий подарок. Его настороженность и опасения мгновенно растворились, сознание с легкостью открылось мне навстречу, а я начала стремительный поиск вдолбленных в его подкорку установок.
Целоваться в ментальном поле было весьма… специфично. Причем, ощущения были не менее яркими, чем при настоящем физическом контакте. Я невольно сравнила этот процесс с теми скромными ласками, которые дарил мне зоннёнский возлюбленный, и поняла… что многое потеряла в жизни.
Сколько огня, сколько эмоций обрушивалось на меня сейчас! Кажется, зацепило даже физическое тело, потому что по коже побежал озноб, внизу живота отчетливо потянуло, и я начала сбиваться в процессе своего поиска, отвлекаясь на сладкие ощущения.
Ой, что-то я не учла такого эффекта. Я типа работаю, а не…
Лукас сдернул с себя пиджак, сорвал галстук, после чего принялся расстегивать рубашку. Не будь это просто проекцией в его разуме, я бы серьёзно забеспокоилась. Ладно, надо успеть закончить до того, как он оголится полностью…
Напряглась, ныряя в образы его сознания, и начала выхватывать острые неприятные картинки, которые казались очевидно чужеродными на фоне остальных его мыслей и желаний. Всплеском ментальной энергии очищала эту черноту, вписывая иные задачи: спокойствие, послушание, полное владение разумом и прочие…
К этому времени Лукас остался уже без штанов, а меня оттолкнул к стене, потянувшись к пуговицам моей рабочей блузки.
О, дело пахнет жареным! Пора сворачиваться!!!
– Ты свободен… – зашептала ему на ухо, позволив напоследок впиться себе в шею. – Отныне прежние установки не имеют никакой силы…
Щелкнула пальцами и мгновенно вынырнула из ментальной проекции в реальный мир.
В первое же мгновение я поняла, что… лежу в кровати. Глаза расширились от изумления, потому что Лукас лежал сверху и тяжело дышал мне в шею.
Он что, во время ментального вмешательства умудрился перенести меня в кровать? Значит, те поцелуи… были в реальности???
Я покраснела.
Конечно же, перед уходом из ментальной проекции я приказала ему обо всех этих безумных ласках забыть. То есть… он не должен был помнить то, каким способом я почистила ему разум. А тут выходит, что мы то же самое проделывали и в реальности!
Проклятая бездна! Я так не планировала!!!
Уперлась руками в его обнаженную грудь, давая понять, чтобы он слез с меня.
Парень вздрогнул, но всего лишь приподнялся надо мной, нависнув горой мышц. Его всколоченные волосы местами прилипли к вискам и от влажности начали виться, создав вокруг головы красивый ореол.
– Лукас, что ты помнишь? – осторожно спросила я, чувствуя, как меня заливает смущение. Все-таки я не привыкла вот так целоваться с первым встречным и надеялась, что он ничего не запомнит.
– Ты набросилась на меня с поцелуями… – прошептал он вполне серьёзно. – И хотя мой прототип никогда не начинал отношений в первый же день знакомства, но я ведь всего лишь клон, поэтому… согласен переступить через это правило.
Я закатила глаза.
О нет! Только этого мне и не хватало! Просто отлично!
Значит, как впечатал меня в стену он не помнит, а как я пыталась его спасти специфическим способом, он, видите ли, не забыл! И теперь решил, что я девушка свободных нравов и готова воспользоваться клоном для развлечения.
Моей тщательно хранимой благонравной репутации конец!!! Если что, это сарказм…
Выдохнула.
Ладно, придется кое с чем разобраться…
– Лукас, – проговорила я натянуто. – Давай будем считать, что… это была шутка. Такая глупая-глупая шутка, которая не удалась…
На лице парня отразилось недоверие и непонимание. Кажется, у его прототипа был упрямый характер.
– Почему ты передумала? – не унимался клон. – Всё дело в моём происхождении? Все потому, что я не человек?
Так, начинается… Похоже, у меня отличная возможность заколотить клону комплексы неполноценности…
– Нет, Лукас, дело не в этом… Просто… мне пришлось это сделать, чтобы изменить ментальные установки в твоем разуме. Это была просто работа. Но приятная, если что. Это так, чтобы тебя утешить…
Лицо парня неожиданно помрачнело. Ого, неужели я сейчас уязвила его гордость?
Точнее, неужели у клонов вообще бывает гордость?
Он стремительно слез с меня и замер перед кроватью.
– Я тебя понял, – проговорил он холодно. – Это была просто работа. Просто притворство во благо. Всего лишь для того, чтобы изменить что-то у меня в мозгах. Всё ясно. Какие еще будут распоряжения?
Я слушала его ехидный тон и остро ощущала разливающиеся вокруг него негативные чувства.
О Создатель, неужели мой клон… обиделся???
Глава 14
Совет Руэля
Клон давно спал на полу: умаялся, похоже. Я же не могла уснуть.
Всё время думала о том, что произошло, и понимала, что скорее всего неправильно парня воспринимаю. Подсознательно считаю клона некой бездушной машиной, которая не способна мыслить и чувствовать, как полноценное живое существо. Ведь Руэль сказал, что производство качественных клонов у преступников пока не налажено, и они получаются крайне ущербными. Но этот парень… выглядел иначе. У него внутри бушевали бури эмоций, существовало самолюбие, которое мне удалось даже уязвить, живой ум и отличный словарный запас.
Выходит… он на редкость качественный экземпляр? Но почему его тогда пытались убить вместо того, чтобы использовать для своих преступных целей?
В общем, картина как-то не особо складывалась, но у меня еще было время, чтобы попытаться во всём разобраться.
С этими мыслями я наконец-то уснула, а утром, когда наспех приготовила завтрак из хрустящих вафель и поставила их перед Лукасом на стол, то попыталась извиниться.
Вышло, правда, крайне неуклюже, потому что с моим бунтарским характером мне почему-то было крайне неловко признавать свои грубые ошибки в таком просто вопросе, как общение.
– Извини за вчерашнее… – начала я с легким напряжением. – Между прочим, я действительно всего лишь пыталась помочь. А поцелуй был способом снять твоё естественное опасение, иначе мне пришлось бы ломать сопротивление слишком долго…
Парень посмотрел на меня исподлобья, но выглядел при этом скорее опустошенным, чем обиженным.
– Странно это слышать. Передо мной еще никто и никогда не извинялся…
Моё сердце отчего-то ёкнуло, и я поспешила прикрыть ментальные щиты. Не хватало еще, чтобы клон смог прочитать мои потаенные эмоции, которые смущали меня саму.
– Ну вот и помирились… – выдохнула я, изобразив улыбку. Собралась поговорить о чем-то нейтральном, но Лукас вдруг огорошил меня вопросом:
– Что ты намерена со мной делать дальше? Для чего ты меня спасла?
Я напряглась: говорить на столь серьезные темы хотела позже, но если он настаивает…
Пожала плечами. Ладно, сейчас, так сейчас.
– Твой прототип исчез, – начала я, помешивая сахар в чашке и наблюдая, как сахарная пена пузырится на поверхности чая. – На его месте уже давно находится клон, которого придут заменить где-то через тридцать календарных дней. Мы должны выйти на тех, кто этим управляет. Для этого ты заменишь того клона, а когда придет время появиться подозреваемым, сообщишь полиции…
Наступила тишина, в которой слышался лишь шелест лопающихся сахарных пузырьков.
– Понятно… – проговорил Лукас после некоторой паузы. – Всё предельно ясно….
Я думала, что он выразит больше эмоций, но… чувства клона были от меня закрыты….
В этот момент раздалась трель звонка по голосвязи, и я, взглянув на экран смартфона, поняла, что со мной пытается связаться Руэль.
Говорить с послом в присутствии Лукаса я не хотела, поэтому заторопилась прогуляться на улицу, попросив парня подождать меня минут пятнадцать.
Накинув легкую куртку, я выскочила в коридор, а оттуда телепортировалась прямиком в городской парк, где можно было уединиться даже в дневное время суток…
* * *
– Кодовые фразы? – Руэль на экране смартфона выглядел удивленным. – И тебе удалось разрушить эти установки? Постой, я хотел бы поговорить лично…
Не прошло и пары мгновений, как изображение на экране погасло, а рядом на лавку опустился зоннёнский посол, вынырнувший из подпространства совершенно бесшумно.
Я вздрогнула и посмотрела на него испуганным от неожиданности взглядом.
– Фух, господин посол, как вы меня нашли? Я ведь не сообщала никаких координат…
Руэль, одетый сегодня, на удивление, по-иширски – в рубашку и брюки – блеснул белозубой улыбкой.
– Я увидел позади тебя на экране знакомую местность, поэтому найти тебя не составило труда… И вообще, хватит обращаться ко мне официально, мы ведь не чужие друг другу…
Ну вот, опять он о родственных связях…
Я невольно опустила глаза и покрепче прикрыла ментальные щиты. Не хочу, чтобы он чувствовал, что для меня это болезненный вопрос.
– В общем, я хочу послушать тебя во всех подробностях, – продолжил Руэль, игнорируя мои попытки прикрыться от него. – Это очень важно для понимания того, что из себя представляют клоны.
Мне было стыдно рассказывать о том, в какие чувственные дебри я уже успела опуститься с бедным Лукасом, но… мне и самой хотелось больше понять ситуацию. Поэтому решила плюнуть на свои внутренние преграды. О какой чести я пытаюсь заботиться? По-моему, я уже давно персона с полностью уничтоженной репутацией. И если после этого братец-посол презрительно отвернется, то так тому и быть…
На удивление, Руэль мой рассказ воспринял совершенно спокойно, а когда я поведала, что поцелуем сломала волю клона, даже одобрительно цокнул языком.
– Молодчина, отлично сориентировалась… – проговорил он задумчиво. – Очень хорошая работа, и главное – быстро! Хвалю!
Я так и застыла с открытым ртом. Совершенно не ожидала похвалы!
Заметив моё шокированное выражение лица, Руэль звонко рассмеялся, после чего в его глазах заплясали яркие искорки.
– Не смотри на меня так, Тианна! Это Правитель Арраэх* мог бы сейчас отчитать тебя за аморальное поведение, но я не такой, поверь мне. Я и сам… далеко не образец зоннёнской добродетели, так что расслабься.
После этих слов что-то неуловимо изменилось в моем сердце. Я посмотрела на далёкого родственника другими глазами. Поразительно! Но он действительно оказался единственным в моей жизни соплеменником, который не был фанатично предан традициям. Что ж, пожалуй, с этого момента я начала его уважать.
– А теперь вернёмся к клону, – посерьезнел Руэль и снова задумался. – Судя по всему, этот образец превосходит по своим способностям всех тех клонов, которых нам удалось пленить или, лучше сказать, вызволить. А уж клон, обладающий ментальным телом – это вообще нонсенс. Хочу, чтобы ты завтра отправилась с ним на наш флагман, где его просканируют зоннёнской техникой. Нам нужно доподлинно узнать, чем он так стильно отличается от остальных…
Я скривилась. Поручение меня не обрадовало.
Во-первых, не хотела встречаться с зоннёнами, а на нашем флагмане, который уже несколько лет курсировал недалеко от Ишира, соотечественников будет немеряно. Во-вторых, мне вдруг стало неприятно, что придется отправить Лукаса на исследования, словно он лабораторная мышь.
Кажется, я плохо следила за ментальными щитами, потому что Руэль вдруг удивленно приподнял брови.
– Смотрю, ты уже изрядно привязалась к нему… – вдруг произнес он, после чего печально выдохнул и… положил мне руку на плечо. – Не стоит, Тианна, даю тебе честный совет. Клоны не живут больше года, но даже если ему удастся прожить чуточку дольше, это все равно просто мгновение, которое пролетит слишком стремительно, и ты испытаешь боль, когда он уйдет…
От слов посла моё сердце начало колотиться, как сумасшедшее.
Неужели правда успела привязаться? Так быстро? Из-за банальной жалости? Или чего-то еще?
А ведь Руэль прав: Лукас умрет очень скоро. Слишком скоро даже для человека. Не стоит относиться к нему с симпатией…
Проклятье. Но ведь это так несправедливо!
Во мне снова поднялся безумный и всеобъемлющий бунт…
* * *
*Арраэх – правитель зоннёнов, младший брат Руэля, герой пятой книги цикла «Мой любимый Небожитель»…
Глава 15
Исполню любое желание
Лукас был очень мрачен, когда заходил на борт небольшого космического челнока. Я шла позади него, остро ощущая его закрытость и напряжение.
Как я и предполагала, новость о полете на флагман ради лабораторного исследования клон воспринял просто отвратительно. Мое сердце разрывалось от чувства вины, ведь я понимала, насколько это для него болезненно.
Мой кузен Мириэль, которого в детстве продали космическим пиратам и который провел в плену много лет, был наглядным примером жертвы лабораторных экспериментов. Мое сердце рвалось на части всякий раз, когда мы с ним встречались и когда я замечала на его лице легкую отчужденность.
Скорее всего, он до сих пор не простил нашу семью, ведь это именно мой отец постарался избавиться от мальчишки в свое время*.
Наверное, поэтому я сопереживала клону совершенно особенным образом и постоянно следила за его лицом в надежде увидеть хотя бы малейшие изменения в лучшую сторону.
Но их не было. Лукас отказывался разговаривать и просто молча шел вперед, мгновенно превратившись в послушную машину. Прямо-таки киборг, честное слово!
На судне оказались зоннёны: видимо, этот челнок Руэль вызвал прямиком с флагмана. Меня встретили вежливо, но отстраненно. Ментальные щиты у всех были наглухо закрыты, и никто даже не попытался ради элементарной вежливости приоткрыть их хотя бы на мгновение (в правилах зоннёнского этикета существовал пункт открытия щитов для трансляции кому-нибудь положительных эмоций, если таковые, конечно, были).
Что ж, это было ожидаемо. Мое пребывание на Ишире уже давно раскрыто, поэтому прятаться нет никакого смысла. Но я уверена, что новость о моей иширской работе пролетела не только по флагману, но и успела рвануть к Мироану**. Всё-таки я дочь очень высокопоставленной семьи…
Внутри челнока нас сопроводили к креслам и попросили незамедлительно пристегнуться.
Мы взлетели буквально через несколько минут, а я вспомнила свой последний полет на Ишир, и сердце затопила тоска…
Да, мне стоило признать правду, что даже на Ишире я не нашла счастья. Здесь я смогла избавиться от ненавистных правил своего народа, смогла почувствовать себя свободной, но… это была чужая планета и чужой народ. Ненавидя уклад зоннёнского общества, я всё равно оставалась дочерью этой расы, и сердце мое… пришлось признаться самой себе… скучало по пейзажам родного Мироана, по запахам привычной с детства еды, по зоннёнским праздникам и неповторимому звучанию нашего языка…
Выдохнула, ощущая, как челнок ускоряется, разрезая атмосферу Ишира острым носом…
Клон выдохнул вместе со мной, и я всего на мгновение почувствовала, как дрогнули его ментальные щиты. Вырвавшиеся эмоции оказались… полнейшим опустошением, которое было сравнимо разве что с отчаянием, и меня это поразило.
Что происходит? Неужели он мне не верит? Я долго убеждала Лукаса в том, что всё будет просто и совершенно безопасно. Ему никто не причинит вред, никто не станет задерживать его слишком надолго или, например, угрожать…
Но парень словно меня не слушал. Не слушал от слова совсем, погрузившись в свои собственные, непонятные переживания…
* * *
Лукас
Полет на зоннёнский флагман стал для меня приговором. Почему? Потому что я отчетливо чувствовал, что моё тело начинает сбоить. Процесс стремительного старения запущен, и меня стопроцентно спишут со счетов…
Не то, чтобы я рвался поучаствовать в задании, ради которого меня спасли. Нет, но… эта работа могла продлить мне существование хотя бы ненадолго и создать иллюзию некой значимости.
Да, я должен был признать, что боюсь смерти. Боюсь того, что уже через несколько недель стану слюнявым идиотом, которого останется только усыпить из жалости…
А зоннёнские ученые однозначно заметят начавшееся разрушение моих клеток. А это значит, что для меня закончится абсолютно всё!
Скорее всего, этот флагман и станет моей могилой…
Весь полет в голове вертелись чувственные картинки с участием горячей блондинки, сидящей напротив.
Да, Тина все-таки дала мне возможность напоследок почувствовать себя мужчиной. И пусть ее поцелуи были всего лишь «работой», как она выразилась, но они всё равно принесли мне ощущение, что я живу…
Это чувство так меня затопило, что я рассердился на ее оправдания и извинения. А это значит, что я умудрился в короткие сроки разбудить в себе такую бесполезную черту характера, как гордость. Потом меня, правда, быстро отпустило. Что я такое, чтобы вообще предъявлять какие-либо претензии? Я самая настоящая развалина, скрывающая свое состояние под фасадом молодого тела. И зоннёнские ученые скоро раскроют этот постыдный секрет…
Разговаривать не хотелось. Эмоции душили так сильно, что я едва их сдерживал. Больше всего на свете хотел их скрыть от окружающих: все-таки гордость – черта прилипчивая, так просто в покое не оставит…
* * *
Громадный флагман встретил нас белоснежными коридорами и легким ароматом цветочной свежести, витающим в воздухе. Да уж, хваленое зоннёнское совершенство во всей красе! Четкие линии, ничего лишнего, преимущественно светлые тона отделки и страшно дорогие качественные стройматериалы. Моя раса была образцом. Вот только чего?
Наверное, пафоса, не иначе…
Я последовала за провожатыми киборгами, Лукас поплелся следом, больше не впуская меня в свое ментальное поле. А он действительно очень силен ментально. Словно самый настоящий зоннён…
Лаборатория встретила нас холодным белым светом, льющимся с потолка. При нашем появлении в нашу сторону обернулись несколько работников с красивыми и привычно бесстрастными лицами. Ни удивления, ни любопытства на этих лицах не отразилось. Я почувствовала раздражение.
Чем мне реально нравился Ишир, так это некой живостью населяющих его людей. В больницах не так уж часто можно было встретить столь замороженных личностей, как зоннёны. Иширцы обычно спешили наладить контакт с больным или испытуемым, задать парочку вопросов дружелюбным тоном, улыбнуться без причины и этим просто-напросто своего клиента расслабить.
А эти куски льда вообще не собирались заниматься чем-то подобным.
Именно поэтому подобную роль взяла на себя я.
Повернулась у Лукасу, широко улыбнулась, всматриваясь в бледное угрюмое лицо, после чего схватила парня за плечи и бодро произнесла:
– Лукас! Не волнуйся: полчаса – и ты будешь свободен! Обещаю!!!
Он ничего не ответил, но глубочайший скепсис, который сквозил в его взгляде, сообщил мне всё, что было нужно.
Итак… парень морально разбит. Это очень скверно!
Почувствовала накатившее чувство беспомощности, закусила нижнюю губу в раздумье, после чего ляпнула первое, что пришло в голову:
– Как только вернемся на Ишир, я выполню любое твое желание… кроме возможности покинуть наше задание. Над этим я, как ты понимаешь, не властна…
Лукас наконец-то проявил эмоции. Одна его бровь вопросительно вздёрнулась, глаза удивленно блеснули, хотя улыбка, тронувшая губы, выглядела откровенно горькой.
– Прямо-таки любое? – спросил он с вызовом, и я легко почувствовала: клон на грани эмоционального срыва. О Создатель, да что же это такое? Неужели всё так плохо???
Сердце затопила жалость. Жалость, которую я не звала, но которая пришла ко мне сама и без спросу. Она же и заставила меня дать совершенно безумное обещание:
– Да, любое! – проговорила твердо, приподнимая подбородок в знак своей уверенности.
Парень странно улыбнулся. Горечи в этой улыбке стало меньше, а вот боли значительно больше.
– Тогда я выбираю… ночь с тобой! – заявил он, а у меня сошли все краски с лица. Рот шокировано приоткрылся, глаза расширились, а у ближайшего к нам зоннёнского ученого из рук выпала пробирка, звонко разлетевшись на тысячи осколков.
Я посмотрела в ошарашенные лица соплеменников, чувствуя, что начинают гореть уши. О Боже, что же они теперь подумают обо мне??? Это даже хуже, чем потерять невинность вне брака, чем меня давно и так клеймят…
Но в тот же миг во мне восстала яркая бунтарская природа, которая заставила выпрямиться, задрать подбородок еще выше и смерить ученых высокомерным взглядом.
Хватить переживать о пустяках!!! Мнение этих зоннёнов – пустой звук для меня, как и всегда! Они не имеют права судить мою свободу, потому что я больше не принадлежу им…
– Договорились, дорогой… – я театрально улыбнулась, зыркнув на соотечественников крайне мимолетно. – Ночь, так ночь…
И, наклонившись, поцеловала клона в щеку…
И только в глубине сознания слабо забилась мысль, что я об этом еще очень пожалею…
* * *
*Мириэль, он же Энджел – герой восьмой книги цикла «Мой любимый Темный Ангел»…
**Мироан – планета пребывания зоннёнов на данный момент времени…
