Текст книги "Запретная страсть (СИ)"

Автор книги: Анна Феррари

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

Глава 32

Мира

Один год спустя.

Мы покинули страну и спрятались в надёжном месте у моря. Жили на окраине города в большом доме с видом на море. Отец поселил нас у одного местного авторитета. Когда-то отец спас его от тюрьмы и теперь он возвращал долг. Здесь находилось много охраны, да и к дому можно было попасть только со стороны моря. Что достаточно тяжело сделать, так как морской простор хорошо просматривался охранниками. Мы неплохо устроились. Все восемь месяцев проводила или в ботаническом саду, или на море, созерцала красоту. Это было спокойное время, полное раздумий.

Теперь я просыпалась под шум волн и, казалось, моя психика пришло в норма. К тому же мне некогда было скучать: у меня родилась дочка, Вика.

Мне тяжело было смериться с тем, что он обманывал меня все это время. Меня снова подвели наивность и доверчивость. И теперь, когда я стала матерью, не знаю на чтобы пошла чтобы огородить своего ребенка от боли. Все эти года у меня была надежда. И поняла, что не всегда стоит говорить суровую правду.

Я не могла и оттолкнуть отца. В конце концов из-за своей глупости и жадности он тоже потерял жену. Знала, что есть доля вины в случившемся. Не бери он взятки и не прислуживай местным бандитам, Игорь не решился мстить.

Игорь сдержал слово и ни разу не побеспокоил нас. Ни писал, ни звонил, не приезжал. Честно сказать не ожидала равнодушия с его стороны.

Они оба виноваты. Игорь причинил мне боль, отец тоже. Только я по-прежнему любила их обоих. Теперь, когда у меня на руках спала дочка я не хотела смотреть в прошлое. Мне нужно было сконцентрироваться на настоящем.

Отец не сторонился внучки. Но наоборот дарил всю свою любовь. Я никогда не видела его таким. Мне кажется, он хотел искупить свою вину перед ней. За то что совершил. Наши с отцом отношения оставались натянутыми. Он больше не обижался на меня за то, что я встречалась с Кольтом. Внучка стала для него поддержкой и смыслом жизни. Как и для меня.

Сегодня стояла привычная духота. Я спустилась к морю, малышка не могла уснуть. Отец сидел на шезлонге. В одной руке он держал открытую бутылку водки в другой телефон. За все время пока мы были здесь не разу его не видела пьяным.

– Кажется, все закончилось.

Я присела рядом с ним. Теплая волна окатила ноги. Море не как не успокоится после шторма. Малышка успокаивалась, слушая шум волн. Для нее эта самая лучшая колыбельная. Особенно ночью, когда шум города затихал.

– Рано или поздно они пришли бы за мной.

– О чем ты?

– Нагаев погиб. Разбился в аварии.

– Неужели? Не похоже на случайность!

– Обратное никто не докажет.

– Это значит, что нам не нужно прятаться и нам больше ничего не угрожает.

– Да, Игорь позаботился об этом. Сделал то, что не смог я. Отомстил за твою мать.

– Испытываешь облегчение?

– Нет. Совсем нет. Знаешь, я сфабриковал улики, потому что у меня не было выбора. Или ты или он. Я не мог потерять и тебя. Ты должна меня понять и простить.

Он снова повторил, что я уже и так знала.

– Понимаю, теперь это уже не важно.

– Я плохой человек, и сделал то, что сделал любой другой родитель – защитил своего ребенка.

Снова тяжело вздохнула, но не позволили злости и обиде взять верх. Просто устала, уже не хотелось кого-то обвинять. Не соврала, когда сказала, что все в прошлом. Не хочу, чтобы ошибки прошлого преследовали нашу семью.

Малышка причмокивала во сне, казалось, ни что не потревожит ее сон.

– Он знает где мы?

– Я ему не сказал, но думаю, он все знает.

Ждала ли я его? Не знаю. Иногда мне хотелось, чтобы он приехал и умолял о прощении и снова признавался в любви. А иногда хотелось снова ударить и причинить такую же боль какую он причинил нам. Но в целом воспоминания притупилось, боль тоже забывалась. Но окончательно попрощаться с прошлым не могла. Раны на сердце зарубцовываются и можно двигаться дальше. Но ты уже не остаешься прежним. Дочка стала моим островком надежды и помогала справиться со штормами прошлого. Я не знала, что принесет нам приезд Игоря, была уверена лишь в одном: наша жизнь изменится.

Я пошла отнести Вику в дом.

Подул ветер, где-то хлопнула дверь или окно. Малышка встрепенулась, но не проснулась. Игорь. Он стоял посреди комнаты и обернулся, услышав мои шаги.

Я растерялась. внимательно разглядывая его лицо. Он изменился. Похудел. Но остался таким же сильным и могучим.

– Что ты тут делаешь?

– Тоже рад тебя видеть, Мира. Приехал посмотреть на свою дочь.

Он потянулся ко мне, но я сделала шаг назад. Жадно вдыхаю полной грудью воздух, мысленно считаю до десяти.

– Тебе не нужно меня бояться. – Он говорил спокойно.

– Я не боюсь. Не хочу, чтобы Вика проснулась.

Он понимающие кивнул.

– Мне надо отнести ее в спальню.

Игорь пошел следом за мной. Я вдохнула запах дочкиных волос и уложила в мягкую постель и прикрыла одеяльцем. Сейчас она очень походила на него. Интересно, в кого пойдет характером. Тихо уложила дочку в кроватку.

– Могу посмотреть?

– Да, только тихо. Не разбуди её.

Он приблизился к кроватке и с любопытством разглядывал Вику. Не знаю сколько он так простоял, но не сводил с нее глаз. У меня не нашлось слов, у него – тоже. Он попытался было что-то сказать, закашлялся, развернулся и вышел.

Позже застала его курящим. Мы упрямо смотрели друг на друга. Вздрогнула, когда услышала оглушительный гром за окном. Над морем сверкали молнии. Глаза Игоря казались такими же черными, как и небо. Только в них плескалась боль от раскаяния. Раньше я видела в его глазах равнодушие, злость, похоть, но не боль. Все, что случилось и на него тоже повлияло. Молнии полосовали небо. С неба хлынул настоящий водопад. На море поднималась буря, как и внутри меня. Так долго его ждала, что не знала, что сказать сейчас. Да и он молчал. Возникшее молчание красноречивее всяких объяснений.

Он находился рядом, но я сопротивлялась. Без боя не могла сдаться. Он поселился в отеле, но каждый день приходил к нам. Теперь Вика не только под шум моря засыпала, но на его руках.

Иногда он тоскливо глядел на меня. Он знал, что может легко всего лишится. Но, с другой стороны, он часть дочки и мне не хотелось лишать его общения с ней. У нее могут быть родители, которые не ссорятся.

Я боялась не его, а своих чувств к нему. Он будоражил то, что спрятала от самой себя. Но я по-прежнему любила его. И внутри все бурлила радость, потому что он здесь, рядом, с нами.

Он ни к чему не принуждал, наоборот ждал. Ждал, когда оттаю и снова привыкну к нему. И я привыкала. Мне нравилось видеть его утром. Обычно он плавал. Вот и сейчас вышел из волн. Мокрая кожа блестела на солнце. Я могла бы вечно смотреть на загорелую кожу, на мокрые, отросшие растрепавшиеся волосы. Хорошо, что длинные поля шляпы закрывали и я могла его рассматривать, не боясь, что он заметит мой интерес.

Несмотря на то, что опасность миновала, я не хотела возвращаться домой. Да и что мне там делать. Здесь я ожила, в заточении обрела внутреннюю свободу и больше всего хотела, чтобы моя дочь росла на море.

Мне не хотелось лишать его общения с ней. Прекрасно понимаю какого это расти без матери.

За время, проведенное вдалеке от него, много думала о прощении и ненависти. Никто никого не должен прощать, если не хочет. Но месть приводит к разрушению всего что тебе дорого. Смогу ли дать еще один шанс, если он попросит? И вот, сейчас, он здесь.

Пройдя через боль больше ценишь любовь и добро. Когда у тебя забирают самое ценное, во второй раз не можешь по собственному желанию отказаться от того, что дорого. Вот и я не могла отказаться от него, от возможности быть счастливой.

Гнев постепенно менялся на милость. Мне стало бы намного проще, если бы я могла просто принять это, оттолкнуть его и никогда больше не думать о нем, но я не могу. Мое сердце не позволяет мне думать иначе о Игоре, как бы сильно я этого ни хотела. Я ненавижу то, что чувствую к нему, и еще больше ненавижу то, что не могу ничего сделать.

Отец молча обходил Игоря. Похоже они договорились. По крайне мере при мне не спорили. Не думаю, что они станут мило общаться, но в присутствии Вики оба вели себя прилично.

Глава 33

Кольт

Дочь! У меня есть дочь. Пока не увидел собственными глазами не мог до конца это осознать. Примеряю на себя роль отца и чувствую замешательство. Она такая маленькая и хрупкая. Хочется защитить от всего мира. Как я могу ее оставить. У меня никогда не было нормальной семьи и никогда не пожелал такого своей дочери.

Не просто начать с нуля. Но только уничтожив () мне удалось перевернуть черную страницу в своей жизни.

Не знал сможет ли она меня когда-нибудь простить. Но готов ждать сколько угодно. Не могу представать ее с другим.

Боже, как был счастлив увидеть ее улыбку. Хотелось обнять ее, прижаться всем своим телом к ней и вдыхать ее аромат. Как же я по ней соскучился. Не передать словами. Ни по кому так не скучал. Просто нужно хоть раз в жизни ощутить дикое одиночество, чтобы понять как человек тебе дорог.

Я ни на минуту о ней не забывал. Хотя честно пытался. И как же больно и трудно было жить без нее. Без нее я как будто находился под водой и не мог всплыть на поверхность и только Мира дала глоток воздуха.

Она сопротивлялась, но со временем стала меньше избегать меня.

Сначала заглядываю к малышке, она спит. Выхожу на улицу и бреду к морю. Слушать шум моря и стрекотание цикад – мое новое увлечение и лекарство от бессонницы. Но не я один любил ночные прогулки. Мира сидела на песке и всматривалась в ночное море. Распущенные волосы развиваются на ветру.

– Можно? – Указываю на место рядом.

– То, что было, между нами, не забывается. Я пытался стереть из памяти все что связано с тобой, но не смог. От них не уйдешь. Все что было, между нами, это по-настоящему. Уверен такого больше у тебя не будет ни с кем.

– Жить на грани – не вариант для меня. – Она одаривает меня колючим взглядом. Улыбается она только ()

– Но тебе было хорошо

– Пока не узнала кто ты.

– Я не могу изменить прошлое, но готов пойти на многое ради нашего будущего. Я не могу смириться, что наши пути разошлись, тем более у нас есть общая дочь. Ты сопротивляешься ради сопротивления?

– Что? Нет? – Она усмехнулась, но поджала губы как ребенок. – Я уже сказала, что никуда ни уеду. Подчиняться тебе не собираюсь.

– Знаешь, готов остаться, рискнуть и начать сначала.

Замечаю, как Мира прячет глаза и пытается смотреть куда угодно только не на меня. Но я вижу, как вспыхивает взгляд, как там зажигается знакомое мне желание. С каждым днем в ней все меньше и меньше колючести.

– Никуда не поеду, – снова повторила.

– Позволь мне остаться.

– Зачем.

– Чтобы находиться рядом с вами. Не хочу пропустить важные события в жизни Вики. Я и так пропустил ее рождение. Хочу увидеть, как она начнет ходить, говорить, как назовет меня папой.

– Знаю, что не заслуживаю твоей любви. – Слова застряли в горле. – Хочу исправить все ошибки. Хочу, чтобы все осталось в прошлом. Хочу, чтобы у нее была нормальная семья.

– Слишком много боли ты принес в жизнь, много страхов и переживаний. И когда ты исчез мне казалось, что я рассталась со своей жизнью и только Вика подарила мне смысл.

Пальцами касаюсь ее волос. Осторожно провожу рукой по щеке.

– Мне плохо без тебя. Ты мое наваждение. – Она прикрывает глаза. Задыхаюсь, прижимаю ее тело к себе. Мира не сопротивляется. – Хочу тебя, – шепчу в губы между поцелуями.

Пользуюсь моментом и целую со всей страстью словно это в первый и последний раз.

Глава 34

Мира

За год привыкла к одиночеству, и сейчас он мне казался чужим и в тоже время родным. Наклонись он еще ближе, его дыхание обожгло бы мне шею. Он притянул меня к себе. Он впился в мои губы. Поцелуй не походил на нежный и романтичный. Раскаленное, бушующее пламя, искря, побежало по моим венам. Он остался таким же – диким волком. И переменчивый, будто черное море. Отстраниться я не могла. Да и сопротивляться я не могла. Не хотела. Он не отпускал, пока мое тело не обмякло в его урках. Я зарылась пальцами ему в волосы.

Он вдохнул полной грудью и медленно выдохнул. Игорь крепко сжимал меня в объятиях, словно самую ценную вещь на свете.

– Теперь я никогда тебя не отпущу, – шепчет он мне в губы.

– Это я никуда не уйду.

Вновь прикрываю глаза, стараясь запомнить этот момент. Впервые за долгое время глаза наполняются счастливыми слезами.

Он подхватывает меня на руки и осторожно уносит в дом, оставляя следы поцелуев вверх и вниз по шее, как будто я самая хрупкая вещь на свете.

– Тогда мы можем начать с начала, потому что ты моя.

– А ты мой.