Текст книги "Хранитель полнолуния (СИ)"
Автор книги: Анна Дементьева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
– Боишься? – спросила Аня, подходя к нему.
Мужчина отрицательно покачал головой.
– Даю последний шанс, чтобы рассказать мне, что ты собираешься делать, – сказал он, отрываясь от стены.
– Увидишь, – ответила девушка, выдыхая и надевая капюшон толстовки.
– Куртку лучше снять, – заметил Ян. На нем самом был надет только тёмный свитер.
– Я не оборотень, я чувствую холод, – возразила Анюта, но послушно расстегнула ее.
– Я положу ее в твой шкаф, – сказал мужчина, когда она сняла ее. Взял в руки куртку и исчез, вернувшись уже без нее.
Пальцы мужчины привычно обхватили худую руку, но Аня остановила его:
– Подожди!
– Мы переместимся не сразу в огонь и воду, не переживай. Посмотришь издалека, скажешь, как поступим дальше. Не бойся так.
– О-о-о, легко сказать…
Анюта нервно переступила с ноги на ногу и посмотрела на оборотня. Ян сделал шаг к ней, и вмиг они оказались около какого-то темного контейнера. Девушка огляделась. Контейнеров здесь было с сотню, наверное. Они стояли как рядом, так и друг на друге.
Мужчина подвел ее к углу, и Аня выглянула. Взгляд пробежался по открытой площадке, что была окружена этими разноцветными контейнерами со всех сторон. Среди пустыря, обдуваемого ледяным ветром, стояли четверо – они о чем-то переговаривались вполголоса, и слов было почти не разобрать. Из-за плохого освещения всего в несколько стареньких фонарей невозможно сказать, находились ли они тут одни, или же вокруг мрачными тенями восседали оборотни-сторожи, словно хищные гарпии скалившиеся на добычу. Во всяком случае, Ане среди темных провалов мерещилось именно последнее, но она уверенно отмахнулась от наваждения и страха и спросила, разглядывая мужчин:
– Кто из них Габриэль?
– Тот, что стоит подальше отсюда, – ответил Ян и рывком повернул девушку к себе лицом. – Что ты собираешься делать?
– Ты использовал свой последний шанс, – глянув в его глаза, ответил Анюта.
– Хоть что-то скажи, я же должен знать, на что мне нацеливаться. – Мужчина смотрел на нее сосредоточенным взглядом, в котором плескалось раздражение. Наверняка, не будь она девочкой – он бы схватил ее за шею, и пару раз встряхнул так, чтобы клацнули зубы, а затем в ярости швырнул на землю. Но Аня, к счастью, была собой, поэтому ничего такого не произошло. Только в темных, почти черных глазах-тоннелях она увидела огромного монстра-оборотня, что выл от злости и готов был рвать на куски.
– Ты должен переместить меня так, чтобы я оказалась у него на спине, – девушка задумчиво покачала головой и поднесла палец к губам, поясняя: – Мне нужно его укусить. Этого достаточно?
– Достаточно. Сейчас сделаем вот как, – произнес он, выглядывая из-за стены. – Я разберусь с остальными, и подхвачу тебя. Нельзя медлить, мне кажется, эти ребята здесь далеко не одни… – Мужчина принюхался и глухо зарычал. – Все понятно?
– Да, – неуверенно ответила Анюта, кивая.
– Стой здесь, – приказал Ян – как будто она могла убежать! – и исчез.
Девушка аккуратно выглянула из-за угла. Сердце мелко-мелко стучало где-то в горле, да так громко, что происходящего было практически не слышно.
Ян переместил первого оборотня, на ходу разрывая его глотку руками, затем второго… Габриэль и оставшийся человек быстро направились в сторону Ани – так как она стояла у единственного выхода. В груди похолодело, она прижалась спиной к ледяному, жгучему железу и зажмурилась. Шаги слышались совсем близко, когда вдруг остановились, видимо, Ян разобрался и с третьим.
– Племяшка! – раздался громкий голос Гэбриэля. Судя по всему, он был в хорошем расположении духа, и появление Яна никак не смутило его, даже в голосе слышалась улыбка. – Решил навестить любимого дядю?
Ян появился перед Аней неожиданно, в оцепенении она совсем позабыть о том, что по времени приближался ее выход на сцену. Анюта вздрогнула и посмотрела на оборотня широко распахнутыми глазами.
– Готова? – на выдохе спросил он.
Девушка кивнула и повернулась к нему спиной.
– Сейчас, – тихо прошептала она, хотя все ее существо было против, голова внезапно загудела, в ушах зашумело, ноги почти подкосились, но сильные руки грубо обхватили предплечья.
Легкое колыхание воздуха, и колючий порыв ветра с силой хлопает по лицу. Аня видит перед собой ссутулившуюся, но все же довольно широкую спину врага, в горле мгновенно пересыхает. Ян помогает ей оказаться на спине Габриэля, и девушка без раздумий обхватывает чужую шею руками.
Она понимает, что промедление грозит полным провалом и, возможно, смертью, поэтому, поглубже вдохнув, она впивается острыми зубами в шею убийцы. Кожа кажется куском резины, который с легкостью поддается ножу, рот наполняется горькой, солноватой слюной, и в ушах так болезненно громко свистит по-зимнему холодный ветер.
Где-то на задворках реальности Анюта слышит голос Яна, но не разбирает слов. Все её силы сконцентрированы на одном: продержаться достаточно долго, чтобы задумка удалась.
Габриэль издает истошный вопль, выпускает когти, и его спина становится крепче. Он резко разворачивается на месте, едва не сбросив Аню с себя, одним ловким движением он откидывает Яна в сторону и рычит, почти ревет.
Девушка почти чувствует, как чужие когти проезжаются по спине и задевают волосы, она почти понимает, что происходит вокруг, почти готова…
Ян подскакивает с земли, однако замирает на месте, с ужасом и непониманием глядит на развернувшуюся картину. Анюте больше не нужна помощь, она как маленькая летучая мышь вцепилась в огромного оборотня, и тот… Не скинул ее, ему попросту не хватило сил. Как это понимать?
Глаза Гэбриэля в считанные секунды теряют цвет, клыки и когти с хрустом врастают обратно в мясо, а он сам валился на холодный снег, словно его кто-то ударил под колени.
До слуха доносится сдавленный крик – рычать он уже не в состоянии. Все это происходит в считанные доли секунд. Ян словно в прострации, он смотрит немигающим взглядом на произошедшее, и что-то щелкает в голове. Он подхватывает Аню, когда та вот-вот готова свалиться на землю, оттаскивает ее в сторону и пытается принюхаться, понять – что происходит с этим трясущимся ребенком.
– Это тебе за родителей, – буквально выплевывает Анюта вместе с чужой кровью, когда жестокие бесцветные глаза вспыхивают в последней конвульсии. Она машинально вытирает рот рукавом и приглушенно стонет, когда внутри что-то скручивается в тугой узел.
– Что ты с ним сделала? – Ян выглядит абсолютно потерянным и озадаченным, с долей презрения и отвращения глядя на ослабленного дядю.
Аня не успела ответить. С разных сторон послышались шаги, глухие рыки и смех. Оборотни из стаи Габриэля довольно быстро приближались, окружая: они спрыгивали с контейнеров, выходили из-за углов и словно выползали из-под земли. Кто-то в образе волка, кто-то в образе человека.
Ян подхватил Анюту на руки, и они переместились. Вокруг шумели черные макушки многолетних деревьев, и ветер таскал клочья снега, с остервенением швыряя их в разные стороны. Судя по разряженному воздуху и непривычным порыва ветра, они находились где-то на склоне горы.
– Больно… – тихо проговорила Аня, обхватывая себя руками. Она чувствовала режущую боль, словно колючая проволока сжималась на легких, на сердце и в голове. Холод больно жег открытые участки кожи, и дышать было тяжело из-за морозного свежего воздуха.
Ноги предательски подогнулись, и Аня повалилась в снег, утягивая Яна за собой. Она пыталась что-то сказать, шевелила губами и из последних сил обхватила голову мужчины, вцепляясь в короткие жесткие волосы ногтями.
– Ближе, – попросила она.
– Что? – Ян растерянно оглядел ее, опускаясь рядом на колени, совсем не обращая внимания на снег.
– Опустись ближе, – повторила девушка.
Мужчина послушно опустил голову, думая, что она что-то хочет сказать ему, но Анюта из последних сил подтянулась и вцепилась зубами в его шею, проникая жгучим укусом сквозь кожу. Мужчина хотел оттолкнуть ее, но не мог пошевелиться. Она как будто обездвижела его.
Теряя контроль над своим телом, Ян в ужасе смотрел на свои руки: вены вздулись, кровь вмиг потемнела и сгустилась, когти стали длиннее и крупнее, с чавканьем вылезая из лунок. Страха не было, оборотень давно растерял способность переживать это слишком человеческое чувство. Он лишь с волнением прислушивался к изменениям в организме, протекавшими так внезапно и так мощно.
Когда девушка совсем ослабла и, наконец, оторвалась от шеи, Ян почувствовал настолько острый прилив сил, что выгнул спину и зарычал. Так громко, что с ближайших ветвей осыпался снег, и даже, казалось, затряслась земля.
Сейчас мужчина слышал все: каждый шорох в лесу, звук машин на трассе в километрах отсюда и даже голоса людей, находящихся на противоположном склоне горы. И это чувство, почти граничащее со всесилием, опьяняло и пугало.
Тихий стон Анюты привлек его внимание. Девушка лежала в его руках и смотрела перед собой невидящим взглядом.
– Что ты сделала? – спросил Ян, ощущая даже то, что клыки стали намного больше и прочнее.
– У тебя теперь сила Габриэля, – тихо ответила Аня. – Я отняла ее у него и отдала те…
Он слышал все, каждый шорох, но сейчас вдруг перестал слышать биение ее сердца. Тело девушки как-то неестественно обмякло, а голова наклонилась вбок.
– Эй, эй, эй. Посмотри на меня.
Ян повернул ее к себе. Глаза Анюты были открыты, но они были какими-то пустыми. Он вдруг почувствовал себя странно, словно липкий, давно забытый страх просочился под кожу и теперь плескался по венам вместе с кровью. Единственное, что пришло ему в голову, – перенести себя с Анютой на руках в особняк своей стаи. Других вариантов он не видел.
Оказавшись в помещении, Ян свалил девушку на диван и зарычал:
– Самуила сюда, быстро!
В комнате на этот момент находилось двое, парень тот час выскочил за дверь, а девушка подскочила к Яну.
– Кто это? – спросила она.
– Мия, уйди, – прорычал он, одарив девушку уничтожающим взглядом.
Та недовольно фыркнула и направилась к двери, а в комнату как раз вбежали Самуил, советник стаи, и сестра Яна. Самуил был очень низким старичком азиатской внешности, что не очень проходило к его имени. Из-за седых волос и тонкой, аккуратной бородки он был похож на какого-нибудь сенсея и имел большую схожесть с Магистром Йодой, только не зеленый.
– Посмотри, что с ней, – приказал старику Ян, отходя от дивана на несколько шагов, чтобы ничем не помешать старику.
– Кого она кусала? – спокойно спросил Самуил, осматривая Анюту. Он обхватил пальцами ее лицо, повертел голову и с каким-то недоверием окинул взглядом руки.
– Неважно, – грубо ответил Ян. – Она забрала силу у одного и отдала ее другому. Скажи мне, что с ней. Перенести ее в медчасть?
– Не спеши, – остановил его старик. – Это ее первый опыт использования своей способности?
– Думаю, да.
– Ты должен сказать мне, у кого она забрала силу, иначе я бессилен. – Самуил рассматривал зубы Анюты, затем осторожно перебрал руками поочередно пальцы и, наконец, вздохнул.
– У Габриэля.
– У Габриэля?! – переспросила Эмма, сестра Яна, но он проигнорировал ее, раздраженно поведя плечом.
– Значит, всё, – тихо произнес Самуил, выпрямляясь.
– Что значит – всё?! – сорвался на крик Ян. – Сделай что-нибудь! Сколько раз ты меня вытаскивал, не сможешь справиться с девчонкой?!
– Слишком мощная сила прошла через нее, – вздохнул старик, обтирая руки о влажное полотенце. – Тем более, если она отдала ее кому-то. Для этого требуется вдвое больше жизненных ресурсов, а ты посмотри на нее: она слабая. Тем более, что она в первый раз делала это. Ее организм просто не выдержал.
– Уйдите, – выдыхая произнес мужчина.
– Она умерла, Ян…
– Пошлите вон! Убирайтесь!
Он схватил с пола большую фарфоровую вазу и швырнул ее в стену. Она разбилась с громким звоном, рассыпаясь осколками по полу. Эмма и Самуил поспешно вышли, выталкивая из прохода любопытных оборотней стаи, которые пришли на шум.
Как только Ян остался один, он устало упал на колени перед диваном и посмотрел на Анюту. Ее сердце не билось, и она неподвижно лежала перед ним. Мужчина протянул руку и закрыл ей глаза, чувствуя, как сухие, тяжелые слезы вот-вот были готовы сорваться с глаз. Он зарычал, злясь на собственную слабость, и уткнулся носом в еще теплую руку девушки.
Тихо… Звенящая тишина разрывала его изнутри. Зачем он помог ей? Какой в этом был смысл? Она ведь наверняка знала, что ее ждет. Зачем… Зачем? ЗАЧЕМ?!
Ян вдруг вспомнил, как она стояла напротив, с разбитой губой, с щенком на руках и улыбалась так, будто в ее ладонях находилась целая вселенная.
Он усмехнулся воспоминанию, но, подняв голову и поглядев на её побелевшее лицо, вмиг стал серьезным.
– Лучше бы мне тогда отрубили голову, – с горечью произнес он и зарычал что есть силы, разрывая когтями поверхность дивана.
========== 13 глава ==========
Ян подскочил и с рычанием принялся громить все, что находилось в комнате. Сервант с кучей книг и стеклянных фигурок упал на пол с громким звоном и треском, картина со стены полетела в окно и, проделав огромную дыру в стекле, вылетела на улицу. Мужчина швырнул в сторону плазменный телевизор, который с грохотом и хрустом впечатался в стену, вслед за ним полетело и кресло.
Все в доме уже знали, что вожак вернулся. Гулкие удары и его рычание разносились по всему особняку. Ян, весь взъерошенный и раскрасневшийся, никак не мог остановиться. На своем месте стоял только диван, на котором неподвижно лежала Анюта. Мужчина схватил с пола ни в чем не повинный ковер и одним махом выбросил его через уже разбитое окно.
Теперь, когда все было разгромлено, он стоял посередине комнаты тяжело дыша и отчаянно смотрел на бездыханное тело девушки. Девушки-полукровки…
Вдруг его лицо приняло выражение, словно он нашел решение самой сложной в его жизни задачи. Ян вмиг оказался возле дивана и, хмурясь в раздумьях, посмотрел на Аню. Она казалась обманчиво умиротворенной, словно наконец-то обрела долгожданный покой. Но такая глупая смерть не должна была забирать ее у мира!
Твердые белые клыки, разрывая десны, неспешно показались во рту, и Ян склонился над обездвиженным телом девушки. Укусить или не кусать? В голове закрутились мысли, сшибая одна другую, и логические цепочки никак не хотели выстраиваться как полагается.
Казалось, сейчас мужчина не отдает отчета своим действиям – он уже хотел отстраниться, как вдруг почувствовал едва уловимый запах. Тот самый, выведший его из под контроля в комнате Ани пару дней назад. Ян облокотился рукой о диван и наклонился еще ниже, вдыхая его. Голова пошла кругом, и запах дурманил, забиваясь в легкие и сдавливая грудную клетку. В глазах заплясали красные всполохи.
Мужчина будто в трансе коснулся клыками шеи Анюты, но почему-то медлил с укусом. Его что-то останавливало. Может, боязнь, что это не сработает? А ведь раньше его не волновали подобные вопросы. Отгоняя прочь от себя эти навязчивые мысли, Ян пронзил податливую светлую кожу острыми клыками. Во рту появился солоноватый привкус крови, и мужчина сильнее надавил, ощущая, как его яд проникает в тело девушки. «Кусаешь как вампир», – не без отвращения подумал Ян и, резко разжав челюсти, выпрямился. Он небрежно вытер с губ кровь и посмотрел на Анну. Никаких изменений не было. Ее сердце все так же не билось.
Ян развернулся и быстро вышел из комнаты, одолеваемый гневом и отчаянием. Он прошелся по коридору до лестницы, сопровождаемый взглядами членов его стаи. Никто не проронил ни слова, однако сочувствие и жалость в их глазах вызывали раздражение. У самых ступенек Ян остановился и окинул тяжелым, недовольным взглядом толпившихся в проходе, криво усмехнулся и быстро сбежал вниз по винтовой лестнице.
Как только он ушел, Эмма зашла в зал и прикрыла за собой дверь. Она присела на край дивана, внимательно разглядывая укус на шее Ани. Она убрала с ее лица растрепанные волосы и тихо вздохнула. Из разбитого окна тянуло холодом, и ветер гулял среди разбросанных по всему полу предметов.
Ян спустился на кухню, где за столом сидел задумчивый Самуил.
– Если бы эта сила осталась у нее, она бы выжила? – спросил он с порога, присаживаясь напротив старика.
– Разве она оборотень? Я не почувствовал ее сущности.
– Полукровка. Ее мать была вампиром.
– Полукровка не может владеть силой оборотня, она не удержала бы подобную силу в своем теле. Ее попросту разорвало бы от такой мощи.
Самуил встал и хотел было уйти, но замер в проходе, что-то сосредоточенно обдумывая.
– Это дочь Леона Келлера? – спросил он после недолгой паузы.
Ян рассеянно кивнул в ответ, глядя на сжатые в кулак пальцы. Рациональная часть уже давно смирилась с потерей, но упорное сердце никак не хотело верить, что эта маленькая бунтарка больше никогда не полезет во всякие неприятности и не ткнет под нос своим мелким щенком.
– Больно терять? – с сожалением спросил старик.
– Не надо этого тона, – холодно ответил Ян. – Я по горло сыт состраданием.
В помещении повисла напряженная тишина, Самуил уже хотел было что-то добавить, как со второго этажа послышался голос Эммы:
– Ян! – кричала она. – Скорее иди сюда!
Его слух отчетливо передал ему несколько слабых ударов сердца и легкий вдох.
Ян подскочил с места и взбежал по ступеням, с рвением охотника вслушиваясь в каждый звук, доносившийся из зала. Его сердце, доселе не ощущавшее подобного, остро забилось где-то в горле, подорвавшись как раненый зверек.
Он ворвался в комнату, не забыв нацепить на лицо равнодушную маску, однако удивленный и сбитый с толку взгляд не заметить было сложно.
– Все хорошо? – голос Эммы разорвал натянувшуюся пелену нерешительности, и мужчина в несколько шагов преодолел расстояние до дивана.
Аня медленно поднялась и села на край дивана, тут же охая и прижимая ладонь к ране на шее. Она растерянно оглядела комнату: повсюду были разбросаны предметы интерьера, какая-то незнакомая девушка сидела рядом; к этому примешались сильное головокружение и ноющая боль в шее.
– Холодно… – тихо произнесла Аня, опуская ноги на пол. – И почему у меня?.. – Она отняла руку от шеи и какое-то время с ужасом наблюдала кровь, целое море крови на своей руке.
– Выйди, – приказал Ян сестре и подошел к Ане, с осторожностью заглядывая ей в глаза.
– Ян? – девушка покачала головой и не с первого раза сфокусировала взгляд на темной фигуре напротив. – Где мы?
– С моей стаей.
– Я странно чувствую себя – все тело ломит. Я потеряла сознание?
Эмма стояла в дверном проеме и молча, не без интереса наблюдала за происходящим.
Ян ничего не ответил, он рывком поднял Анюту на руки и переместился в соседнюю комнату, что была меньше в два раза. Из мебели здесь находились только кровать, письменный стол и пыльная полка с книгами.
– Почему ты молчишь? – насторожено спросила Аня, когда оборотень опустил ее на кровать.
– Отдохни немного. Все сейчас пройдет. Я приду позже, – он выглядел очень уставшим, но спокойным, когда говорил это, поэтому девушка не стала спорить и просто позволила ему испариться.
Оставшись в одиночестве и почти полной темноте, Аня устало потерла глаза, которые то ли ужасно щипало, то ли адски жгло. Она сомкнула веки, ощущая температурный жар, и тело ныло как после двенадцатичасового рабочего дня на рудниках. Все болело, конечности отказывались двигаться как положено, и слабость все время возвращала мысли в сон. Шею жгло, но проверить, что там, девушка не могла, руки лежали на кровати как пластилиновые.
Постепенно Анюта уходила из реальности, то ли засыпая, то ли впадая в какое-то бредовое состояние. Перед глазами мелькали различные картины. Они были настолько живые и реалистичные, как недавние воспоминания, но… не ее воспоминания. Картинки менялись одна за другой все быстрее и быстрее, пока не исчезли вовсе. Наступила кромешная темнота, но вместо того, чтобы проснуться, Аня окончательно провалилась в сон.
***
Неизвестно, сколько прошло времени, но когда девушка наконец открыла глаза, из окна ей светило зимнее солнце, ослепляя своими желтоватыми лучами. Как ни странно, ничего не болело. Анюта попробовала пошевелиться и с легкостью села на кровати. Сознание было чистым и ясным: девушка чувствовала себя совсем по-новому. Она приложила руку к шее – ничего нет. Казалось, что странные отрывки воспоминаний с разгромленной комнатой и окровавленной рукой были лишь сном, а не явью.
Верхней одежды девушка на себе не обнаружила, и аккуратно поднялась с кровати, опасаясь головокружения. Но все было в порядке, и даже в затылке не ныло. Девушка осторожно подошла к двери и потянула за ручку. Открыто.
Впереди был довольно длинный коридор, чем-то напоминающий этаж отеля. По обе стороны тянулись двери. Комната, в которой девушка обнаружила себя этим утром, располагалась почти в конце коридора. Чуть поодаль находилась лестница, ведущая вверх и вниз.
На ней сидел мальчик лет шести и, обхватив руками резные перила, с детским любопытством рассматривал девушку.
– Доброе утро, – с улыбкой поздоровалась Аня и помахала ему рукой.
– Привет, – поприветствовал парнишка и, поднявшись, подошел к ней. – Ты всегда так долго спишь?
– А сколько я спала? – растерянно спросила девушка, обхватывая плечи руками.
– Я уже два раза поспать успел.
– Ты здесь один? – поинтересовалась Анюта, подходя к лестнице и заглядывая вниз.
– Нет, но ты не должна уходить.
Мальчик встал перед ней и уперся рукой в перила, преграждая путь.
– Хорошо, а… почему? – улыбнулась она.
– Янус сказал, чтобы я дождался, пока ты проснешься и не отходил от тебя, пока он не вернется.
– Янус? – переспросила Аня.
– Наш вожак, – пояснил парень.
– О, полное имя. Ну да, конечно…
– Он будет поить тебя противным настоем трав, так что готовься! – скривился мальчишка, изображая отвращение.
– Зачем мне настой трав? – не поняла Анюта.
– Его пьют все новообращенные. Он типа помогает организму перестрои…
– Новообращенные? В смысле – новообращенные? – рассеянно заговорила Аня, машинально делая шаг назад. – Меня укусили? Ян укусил меня?! – голос дрогнул, но звучал довольно уверенно и возмущенно.
В глазах собеседника она увидела положительный ответ, и чуть не задохнулась от возмущения и злости, всплеснула руками:
– Невероятно! Он укусил меня… Я его убью! Какое он имел право?! Ну-ка, отойди. – Она взяла мальчика за плечи и попыталась отодвинуть в сторону, но тот выпустил клыки и громко зарычал.
– Я должен дождаться Януса. Стой тут!
– Стефан, – раздался позади спокойный мужской голос.
Ян не спеша поднимался по лестнице, держа в руке стакан с жидкостью неопределенного цвета. Анюта со злостью смотрела на него, до боли сжав кулаки. Мужчина подошел к ним и положил одну руку па плечо парнишки.
– Молодец, – кивнул он и подтолкнул ребенка к двери. – Спасибо.
Как только парнишка скрылся в своей комнате, девушка налетела на Яна и занесла руку, чтобы побольнее ударить того в грудь. Мужчина перехватил ее запястье и втолкнул обратно в комнату, из которой она вышла. С первого этажа слышались голоса. Большая часть стаи вернулась откуда-то и, судя по всему, готовилась к обеду.
– Зачем? – обреченно спросила Анюта, отступая и глядя прямо ему в глаза.
– Пей, – негромко произнес Ян, протягивая ей кружку.
– Зачем?! – повторила девушка, отталкивая от себя его руку, в которой он держал стакан.
– Твое сердце не билось.
Мужчина поставил настойку на стол, бросив взгляд на шею Ани.
– Не билось!.. Пускай бы не билось и дальше! Тебе-то что с этого? – прокричала она, но потом вдруг резко переменилась в лице. – Как – не билось?
До нее вдруг начала доходить суть сказанных им слов, и в груди неприятно заныло.
– Укус зажил? – не обращая внимания на ее реакцию, спросил Ян.
Он легко обхватил пальцами подбородок и повернул ее голову, проводя тыльной стороной ладони по месту, где еще недавно был укус. Анюта молча стояла перед ним, осознавая всю серьезность произошедшего накануне.
– Пей и спускайся вниз. Скоро обед, – уже тише, но с нажимом сказал Ян и направился к двери.
– Я настолько слабая? – тихо спросила девушка вдогонку.
Мужчина остановился у двери.
– Сейчас это не имеет никакого значения, – сухо произнес он. – Сильная, слабая… Не важно. Ты не посоветовалась со мной и понесла свое наказание. Поговорим об этом позже. Пей.
Он вышел, и Аня посмотрела на ненавистную кружку.
– Не посоветовалась со мной, – передразнила она и тоже вышла следом за Яном. «Не собираюсь я пить эту дрянь».
Девушка спустилась вниз, по гулу голосов нашла столовую и неуверенно зашла внутрь. В довольно просторном помещении уже собралась вся стая: кто-то сидел за широким дубовым столом, несколько девушек что-то громко обсуждали на кухне.
Во главе столе Аня заметила мрачного Яна, еще двоих мужчин и девушку со светлыми волосами. Неподалеку от них сидел Стефан, который, завидев Анюту, махнул рукой, предлагая присесть рядом. Но вожак жестом остановил его.
– Ты сядешь со мной, – обратился Ян к Ане, похлопав рукой по столу.
Девушка пожала плечами и послушно села туда, где сказано, – ей не было особой разницы, с какой стороны сидеть, – и получила неодобрительный взгляд от блондинки. Это была Мия. Довольно противная особа.
– Добро пожаловать в стаю, – произнесла она с натянутой улыбкой.
– Спасибо, – вежливо обронила Анюта. – Но я еще не решила, останусь ли здесь, – добавила она, хотя прекрасно понимала, что возвращаться домой ей не стоит.
– Я решил, – прервал их разговор Ян. – Ты остаешься.
Девушка хотела что-то ответить ему, но в столовую зашла Эмма. Она несла в руках ароматное блюдо. Нюх у Ани обострился довольно сильно, да и чувство голода давало о себе знать.
Начали заходить другие члены стаи, и их взгляды то и дело метались на новообращенную. Ян, заметив, как девушка принюхивается, еле заметно улыбнулся. Она лишь бросила на него недоверчивый взгляд и демонстративно отвернулась.
– Так, Это Анюта, – громко объявила Эмма, когда все собрались и, наконец, угомонились.
Она встала позади Келлер и положила теплые ладони на ее плечи. Все смотрели в их сторону.
– Дочь Леона? – спросил только что вошедший Самуил.
– Да, – ответила Аня, повернувшись к нему. – Вы были знакомы?
– Да, когда-то, – ответил он, садясь напротив. – Добро пожаловать.
– Спасибо, – с улыбкой ответила девушка.
– Приятного аппетита всем, – пожелала Эмма, возвращаясь на место.
Оборотни оживились и взялись за столовые приборы. Анюта посмотрела на Яна, потом опустила взгляд на его руку. От мизинца до большого пальца на его правой руке тянулся глубокий шрам. Она задержала на нем взгляд, но увидев, что мужчина заметил это, отвела глаза в сторону.
Рядом с Аней был свободный стул и Стефан, обойдя всех, сел рядом с ней. Девушка улыбнулась ему и предложила положить что-нибудь, потому что он не дотягивался. Между ними завязалась беседа. Стефан, похоже, был здесь единственным ребенком, и ему определенно нужен был друг, а Анюта подходила на эту роль как никто другой.
По идее, на этом моменте история должна закончиться. Аня отомстила за родителей, осталась жива и, более того, она теперь оборотень! Но самое интересное порой начинается там, где все, казалось, уже завершилось. Сейчас девушка думает, что самое худшее уже позади, что можно расслабиться, но… Жизнь готовит ей еще немало сюрпризов, и большинство из них будут неожиданными не только для нее. Так что устраиваемся поудобнее. Наша история только начинается.
========== 14 глава ==========
После обеда Анюта нашла укромный уголок на третьем этаже и в надежде, что там её не найдут, забралась на подоконник. Она обхватила руками колени и устало опустила на них голову. Смешанные и очень неприятные чувства поселились в ее сердце еще после того, как она очнулась, и сейчас, когда она осталась одна, и вовсе овладели ей.
Девушке нужно было обдумать все произошедшее за последнее время – а произошло очень много! – и решить, что же делать дальше.
Если сравнить прошедшую неделю с ее обычной жизнью, в которой до встречи с Яном были только учеба, сериалы, семья и иногда самые примитивные тусовки… Анюта невольно покусывала нижнюю губу и, не замечая красоты зимнего города за окном, сверлила взглядом белую стену.
Вот в фильмах и книгах всегда говорят, что месть ни к чему хорошему не приводит и ничего не меняет, но это не так. Во всяком случае, Аня ощущала себя иначе. После падения Габриэля она чувствовала облегчение и гордость за саму себя. Неважно, надолго ли это чувство останется с ней, важно, что она все-таки решилась на этот безумный план и что очень немаловажно – привела его в жизнь. Получив, конечно, в последствие смерть и превращение в оборотня, но… все же.
В нашем мире нет ничего идеального. Интересно, что бы сказали ее родители, узнав о таком поступке? Отец, наверное, гордился бы ей, а мама бы говорила, что это очень опасно, прочла бы пару нотаций, а потом, может быть, вообще наотрез отказалась бы ее выпускать из дома. Все мамы переживают одинаково, и даже если ребенок пришел к победе в той или иной ситуации, мать отчитает его за возможные или реальные риски. Да, они такие…
Сейчас девушка как раз думала о Виктории и Александре, думала о Маргарите… Что они подумают о ней теперь? Может, сестра вспомнит их разговор тем вечером и поймет, о чем говорила Аня. Может, она даже не осудит ее?..
Девушка невольно перебирала пальцами и сжимала их до побеления, нервно покачиваясь из стороны в сторону. Отрицательных эмоций сейчас было намного больше, чем положительных. Она представила, как Константин, преданный и злой, рассказывает командам и членам совета о ее подлом поступке и отвратительном предательстве.
Анюта поморщила нос и сильно зажмурилась. Какая разница, что скажут о ней мало знакомые ей члены клана? Несмотря на попытки придумать себе оправдание, которое было довольно явным, она все равно чувствовала вину перед ними.
Конечно, втрое больше она переживала за Викторию. Ей ведь тоже перепадет за поступки дочери… Если Вы знакомы с преступником, то Ваши соседи будут обходить Вас стороной и коситься так, будто Вы его соучастник. Так было всегда, и с годами ничего не поменялось. А ведь Виктория всегда была такой ранимой… Анюта тяжело вздохнула, чувствуя, как начинает колоть в груди. Вина и переживание наполняли ее душу, и сейчас, когда она наполнилась до краев, глаза девушки невольно заблестели.
Аня больно прикусила ладонь, но из ее груди вырвался предательский стон. Она всхлипнула несколько раз и сильнее сжала челюсти, чуть ли не до крови прокусывая кожу.
Анюта вспомнила даже Анхеля, и на секунду на ее лице появилась едва уловимая улыбка, но тут же исчезла. А ведь Александр может выкинуть его на улицу! Сейчас ему ничего не помешает это сделать, даже взгляд этих щенячьих глаз.
