Текст книги "Мантикора и Дракон. Эпизод I"
Автор книги: Анна Кувайкова
Соавторы: Юлия Созонова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Коварная улыбка появилась на лице. Меня прямо-таки распирало от гордости за собственную, едва ли не гениальную идею с таким полезным подарком. Потому что расставаться с только что обретённой любимой женщиной не собирался. Во всяком случае, надолго.
Войдя в прихожую, принюхался к вкусным запахам, идущим с кухни. Туда-то и прошёл, следуя интуиции. Она подсказывала, что нужный житель этого придуманного дома находится именно там. Вскоре эту догадку подтвердил слух, уловивший возмущённый голос Коры.
Остановившись в дверях, прислонился плечом к косяку, сложив руки на груди и склонив голову набок. С улыбкой смотрел на возившуюся на кухне женщину, ворчавшую себе под нос проклятия в адрес одного конкретного дракона:
– Твою мать, что ж он всегда сначала делает, а потом думает? Мозги у него явно ушли не в то место, куда надо!
Корана дёрнула плечом, с раздражением поправив сползшую тонкую бретельку жёлтого летнего сарафана с завышенной талией, чётко подчёркивающего все достоинства её фигуры.
– Хм… И почему у тебя сложилось такое странное мнение о моих умственных способностях? Неужели я не заслужил хотя бы каплю благодарности за такую возможность узнать о делах собственного ребёнка? – На этот раз решил выбрать точкой соприкосновения ребёнка, справедливо рассудив, что рассуждения о моей любви Корана высмеет или, что ещё хуже, завтра же снимет подарок.
Корана замерла, схватившись побелевшими пальцами за край стола. Напряжённая спина и линия плеч выдавали её настроение. Я явственно видел, как боролись в ней противоречивые чувства. Желание послать меня куда подальше и всё же спросить, как там ребёнок.
И второе стремление побеждало, судя по тому, что она стремительно успокоилась, выпрямившись и вытерев вспотевшие ладони о белый фартук, повязанный поверх сарафана. Медленно повернувшись, мило улыбнулась, сложив руки на груди. Только взгляд выражал крайнюю степень недовольства сложившейся ситуацией.
Украдкой вздохнул, понимая, что скандал мне всё-таки устроят. Без масштабных разрушений, зато основательно проедутся по личности, мозгам и способностям принимать здравые решения. Хотя я сейчас даже на это согласен… если удастся подойти и поцеловать. В конце концов, какая женщина устоит перед такой бездной обаяния, очарования и красоты?
Воодушевлённый собственными мыслями, подошёл к Коре, опёршись ладонями на стол позади неё, тем самым не давая своей добыче возможности ускользнуть. Склонившись, коснулся губами виска женщины, затем сместился чуть ниже, к аккуратному ушку, прикусив мочку зубами. На мгновение сердце Коры пропустило удар, но снова вернулось к мерному, спокойному ритму.
С сожалением вздохнув, отстранился, ласково улыбаясь и заглядывая в сверкающие карие глаза.
– Закончил? – тихо поинтересовалась Кора, склонив голову набок и чуть подрагивающими пальцами заправив выбившуюся прядь волос. Это оказался единственный признак, что мои прикосновения хоть как-то на неё действуют.
– Просто не хочу на тебя давить. Рагдэн посоветовал, – мурлыкнул и уткнулся носом в волосы Коры. – Он скучает…
– Я тоже, – усмехнулась Корана и чуть дёрнула головой, пытаясь уйти от прикосновений, но места для манёвра не хватало, так что пришлось смириться. – Как он?
– Всё идёт к тому, чтобы твои слова стали своеобразным пророчеством. Вернёшься, а я буду седым-седым драконом. – Я рассмеялся, медленно продвигаясь пальцами от её запястий к плечам.
– А ещё старым, больным и облезлым. Он тебе чешую на амулеты растащит, – съязвила Корана, раздражённо фыркнув. Впрочем, несмотря на внешнее раздражение, чувствовалось, что она заметно смягчилась, услышав о сыне.
– И ты будешь ухаживать за мной, заботиться и любить? – умилился, расплывшись в широкой довольной улыбке. – Учти, я, когда болею, становлюсь совершенно невыносимым.
– Знаешь такую древнюю поговорку у людей? – вскинула брови Кора, едва заметно усмехнувшись. – Нет невыносимых людей, есть узкие двери. Думаю, она применима и к твоей персоне.
– Я знал, что ты меня любишь, дорогая.
– В твоих мечтах, солнышко.
– Так это она и есть, милая. – Одной рукой я обвёл окружающую обстановку. – Вот это, как и твоя одежда, – пальцы второй скользнули по её талии, – всего лишь моя самая сокровенная фантазия.
– Всего лишь? А что же так скромно? – притворно удивилась Кора. – Всего лишь я в роли прислуги, небольшой такой домик, который убрать в одиночку в принципе невозможно, и одна наглая рожа, считающая себя умнее всех!
– Кора…
– Что Кора? Ты своими мозгами подумал, что сотворил, или они перекочевали в другой, не менее важный орган? – зло поинтересовалась любимая, сложив руки на груди. – Я что, по-твоему, просто так отгородилась даже от сына? Блажь в голову пришла, да?
– Корана, – взял её за подбородок и легонько коснулся губ, заглушая слова и дальнейшие рассуждения.
Поцелуй почти мгновенно перерос из невинного в соблазнительный, пропитанный страстью и желанием.
Оторвавшись от неё, погладил большим пальцем припухшие губы, коснулся опущенных век, разгладил складку между бровями. Прижал к себе крепче и тихо зашептал, уткнувшись носом в её волосы:
– Это дом, который я построю для нас. Для тебя, меня и Рагдэна, хотя последний мне сегодня все нервы истрепал.
– Мало трепал, значит, – буркнула Кора куда-то в район моей груди. – И я же сказала: когда закончится это чёртово дело, мы разойдёмся в разные стороны. Ты – в одну, я и Рагдэн – в другую. Что непонятно?
– Кора, ну вот в кого ты такая упрямая? – страдальчески поморщился и отодвинулся, удерживая Кору за плечи. Увидев поджатые губы и твёрдый взгляд, устало вздохнул: – Я не хочу сейчас об этом спорить. Лучше расскажи, как ты?
– Нормально. – Корана высвободилась из моей хватки и отошла к окну, сцепив пальцы в замок. Повела плечами, о чём-то задумавшись. Спустя минуту фыркнула и спросила: – Ты как к прибавлению семейства относишься?
– Ты беременна? – с трудом скрыл ликующую радость в голосе.
– Мне одного ребёнка за глаза хватило. Если так хочется, можешь сам попробовать родить. Может, понравится? – раздражённо откликнулась Кора. – Не собираюсь, не собиралась и не хочу пока что.
– Тогда о чём речь? – Я уселся на стул, подперев подбородок кулаком. – К чему тогда разговор о пополнении семейства?
– У меня появилась… воспитанница. В скором времени я отправлю её к тебе. – Корана к чему-то прислушалась и весело хмыкнула: – Пока что – это всё, что я могу тебе сказать. Увы, но кое-кто терпеть не может, когда мешают ему спать.
– Ты о чём? – нахмурился, ничего не понимая.
– Увидимся, Сеш’ъяр. Надеюсь, в следующий раз всё будет так, как я хочу. – Послав воздушный поцелуй, Корана исчезла.
Недоумённо смотрел на то место, где секунду назад стояла любимая женщина…
Рывком сев, потёр глаза, отрешённо оглядываясь по сторонам. Была ещё где-то середина ночи, рядом спокойно спал Рагдэн, распространяя вокруг себя ауру тепла и умиротворения. Только в голове засели слова Коры, никак не желавшие оставлять в покое.
И что это, в конце концов, за воспитанница такая?!
СЕШ’ЪЯР РЕЕС’ХАТ
Не считая странного поведения Коры, можно сказать, что ночь прошла вполне спокойно. Рагдэн спал, даже доверительно прижался к отцовскому боку, что вызвало крайнюю степень радости у внутреннего зверя.
Значит, сын доверяет, несмотря ни на что. Маленькая личная победа.
Правда, сильно не надеялся. Учитывая, какой характер у Коры, маловероятно, что удастся быстро убедить Рагдэна в том, что показывать свои настоящие чувства не просто надо, а необходимо. По крайней мере, в отношении родного отца.
Вздохнув, задумчиво провёл пальцем по тонкому ободку кольца. Сомнений в правильности своих поступков я не испытывал, в мрачный цвет мысли окрашивало совсем другое. То, что Кора могла и не вернуться со своего так называемого дела.
Сначала даже не задумывался над этим вопросом, а вот услышав вчерашнее заявление, что кто-то не любит разговоров по ночам, да ещё и претензии по поводу щитов и прочего…
В общем, мысли плавно свернули в совсем уже не нужном направлении. И теперь меня съедало чувство, до этого момента никак не проявлявшее себя и незнакомое, но от этого не менее противное.
Сжал кулаки и прикрыл глаза. Это был страх. Банальный, ничем не обоснованный и неприкрытый страх потерять только что обретённое счастье. Маловероятно, что кто-то рискнёт хотя бы подумать о причинении вреда чужой равной. Только есть маленькая такая загвоздка. Кора не станет распространяться о том, чьей же женой, пусть она и не приняла это, является. Тем более выполняя какое-то там задание.
Чертыхнувшись, потёр глаза. И на кой я её отпустил? Мог ведь удержать, мог закрыть или ещё что-то сделать. Да только толку-то от этого?
– Па-а-ап? А я хочу молока с печеньем! – раздалось сонное требование с кровати, вызвав едва заметную усмешку.
По всей видимости, подумать как следует над проблемами не получится… В который раз.
– Мелкий, а давай ты для начала умоешься и приведёшь себя в порядок? – насмешливо предложил, мысленно сделав пометку подумать над тем, как выяснить, с чем связалась Корана, позже.
– А… а надо? – помолчав минутку, слабым голосом поинтересовался Рагдэн, ещё глубже зарывшись в одеяла.
Я рассмеялся. Поднявшись с кресла, подошёл к постели и быстро выпутал своего личного бесёнка из белья, после чего, схватив его за одну ногу, вниз головой понёс в направлении ванной комнаты.
В неё вела небольшая дверь в другом конце спальни. Сама ванна представляла собой небольшой, утопленный в полу бассейн, с постоянно сменявшейся водой, подогревающейся специальным самообновляемым заклинанием. Небольшой полумрак и пара магических светильников дополняли обстановку, создавая некий… полумрак. Интимный. М-да… До звания отца мне ещё расти и расти, а планка, судя по всему, с каждым годом будет подниматься всё выше и выше.
– Эй, отпусти меня! – требовательно крикнул Рагдэн, размахивая руками в разные стороны. Даже попробовал пнуть меня свободной ногой. – Отпусти! Я не хочу купаться!
– А тебя, мелкий, никто и не спрашивает, – фыркнув, отпустил ногу сына.
Раздался пронзительный визг и громкий плеск, после чего над поверхностью воды появилось обиженное лицо ребёнка, хлопающего ладошками по воде.
– Ну? Сам искупаешься или помочь?
– Сам, – буркнул мальчишка и уверенно поплыл в сторону примостившихся около бортика склянок и баночек. Опёршись ладонями о выступ, подтянулся и, усевшись на край бортика, стал стаскивать с себя намокшую одежду, состроив такое скорбное выражение лица, словно перед ним весь мир провинился.
Улыбнулся, наблюдая за сыном, и едва заметно качнул головой. Вот уж точно, что чудо неугомонное. Сидит сейчас, дуется как мышь на крупу, хотя скорее дракон. А через пять – десять минут придётся вытаскивать из воды за уши, причём ещё не факт, что удастся.
Убедившись, что с ребёнком всё нормально, вернулся в спальню. Как ни крути, работу никто не отменял. Студенты народ такой: оставь их без внимания хоть на пару дней, и то, что мне Рагдэн устроил, покажется лёгкой сказкой на ночь. Особенно отличится, как всегда, один небезызвестный эрхан.
Тяжело вздохнув, коснулся браслета. Встреча с Корой лишь раздразнила воображение и собственнические инстинкты. Жажда обладать ею и необходимость, чтобы она всегда была рядом, стали неотъемлемой частью моих мыслей. Если бы мог всё бросить, то сейчас уже искал бы свою пропажу. Только обязательства никто не отменял. Да и сейчас важнее заполучить внимание сына, его уважение, чем гоняться за строптивой женщиной по всему миру. Рано или поздно она сама вернётся.
Улыбнувшись своим мыслям, внимательно прислушался к царившей в комнатах тишине. Это настораживало, ведь Рагдэн по идее должен был вовсю плескаться в бассейне, но ни шума воды, ни детского смеха, ни что там ещё бывает в таких случаях… В общем, ничего.
Поправив манжеты рубашки тёмно-зелёного цвета, провёл пальцами по волосам, приведя их в ещё больший беспорядок, и направился обратно к ванной. Всё же за сына я волновался, хотя и подозревал, что тот творит безобразия только из вредности, а не в попытке довести отца до седин.
Заглянув в помещение, нахмурился. Мальчишки нигде не было видно, вихрастую чёрную макушку сложно было бы не заметить. Ну и куда унесло это мелкое недоразумение на этот раз?
– Рагдэн.
А в ответ тишина. Нет, сына я люблю… Точнее, полюбил, хотя не до конца и освоился с самим понимаем того факта, что стал отцом. Только конкретно сейчас все мысли занимали другие представители так называемых «детишек», правда, с куда более опасными играми, чем безобидные прятки.
Подождав пару минут и так и не получив отклика, уже куда более строгим и раздосадованным голосом снова окликнул ребёнка:
– Рагдэн! Мне некогда играть с тобой в прядки! Тем более кое-кто хотел позавтракать!
Едва слышный писк вызвал бездну удивления, а когда я догадался посмотреть на потолок, то вспомнил все ругательства, какие только слышал за свою не самую короткую жизнь.
Прямо надо мной, уцепившись крохотными коготками за расщелины в досках, висел небольшой, метр в длину дракончик, весело скалясь и довольно щуря янтарные глаза. Цвет чешуи варьировался от тёмно-алого, едва ли не шоколадного цвета до золотистого, играя таинственными отблесками в свете магических светильников.
Показав длинный раздвоенный язык, драконёнок пополз, цепляясь за трещины в досках, в сторону выхода, старательно обходя по кругу застывшего на месте отца, который всё ещё пытался осмыслить, что тут происходит.
Отреагировать смог только тогда, когда мелкая живность смылась из ванной комнаты, оставив меня в гордом одиночестве. Именно в этот момент до моего разума дошло, что на моих собственных глазах из комнаты слинял шустрый отпрыск, легко и без каких-либо проблем обратившийся во вторую ипостась, при этом он явно проделывал такой трюк не в первый раз! А Кора ни словом не обмолвилась об этом!
Выскочив в коридор, вынужден был признать, что Рагдэн благополучно смылся. Выругался так, что проходившие мимо адепты испуганно отпрыгнули в сторону от неожиданности, впервые видя своего обычно невозмутимого, спокойного и даже насмешливого директора в состоянии близком к ярости.
– Рагдэн! – рявкнул на всю Академию, чувствуя, как внутри просыпается зверь, поднимая голову и разрывая выработанный годами контроль.
Естественно, никто на этот вопль не отреагировал. Раздражённо повёл плечами и резко махнул рукой в сторону, не глядя умертвив на месте некстати попавшую под горячую руку нежить. То ли упырь, кем-то призванный, то ли зомби, то ли ещё кто. Я особо не разбирался. Сейчас меня больше всего волновало, что по коридорам Академии шастает один мелкий непослушный дракон, напрашивающийся на применение порки в качестве воспитательного средства. Нет, не зря говорят, что детей, особенно мальчишек, должен воспитывать отец!
«Ну, Кора… Вернись только, – тихо мысленно рыкнул, неспешно направляясь в ту сторону, куда, судя по удивлённым возгласам, убежал сынок. – Я тебе устрою… Всё, что подскажет моя фантазия!»
Тем временем маленький дракончик успешно преодолел несколько секций коридора и только после этого спустился на пол. Неловко расправив крылья, он спланировал, сделав несколько неуклюжих махов. К сожалению, мама запрещала превращаться без её ведома и присутствия. Так что полёты приходилось осваивать втихаря, как и умение пользоваться телом второй ипостаси.
Дракончик весело фыркнул. Вот во что, во что, но в то, что мать не знала о его проделках, он верил очень слабо. Любимая родительница отличалась изрядной проницательностью в отношении непутёвого отпрыска и на одни поступки откровенно закрывала глаза, другие лишь спокойно обсуждала и только за некоторые полноценно ругалась с сыном. Нет, она не кричала. Но умела говорить так, что лучше бы наорала или руку подняла, на худой конец.
Поёжившись, дракончик скорбно вздохнул. Он очень скучал по маме и не понимал, почему отец, пусть и появившийся столь внезапно, никак не поймёт, что от него требуется. А как именно объяснить это, малыш не знал.
Встряхнувшись, мелкая рептилия неспешно направилась в ту сторону, откуда доносился едва уловимый аромат той самой девушки, Саминэ. Ему очень хотелось увидеть того, кто хоть как-то понимал тоску по самому близкому и родному существу в этом мире.
Дракончик привлекал к себе внимание как проходящих мимо адептов, прибывших в Академию раньше начала учебного года, так и преподавателей, занимавшихся подготовкой к занятиям. Некоторые даже пытались поймать это дивное чудо, вплоть до применения ловчих заклинаний. Однако все они отскакивали от переливающихся чешуек либо от вспыхивающих щитов, если магия была слишком серьёзной и могла навредить ребёнку. Прекрасно понимая, что небольшой чешуйчатый непоседа может влезть куда угодно и наткнуться на всякие возможные заклинания, мамочка заранее наложила на кулон, с которым Рагдэн не собирался теперь расставаться ни за что и никогда, весьма заковыристые и интересные, с точки зрения изучения плетения магии, защитные чары.
Успешно лавируя между встречающимися по пути людьми и нелюдями, перескакивая, а то и обегая по стене непонятных существ, появляющихся вдруг, откуда ни возьмись, мелкий упорно следовал к своей цели, ориентируясь на отголоски ауры девушки и, что уж греха таить, её спутников. Несмотря на свой малый возраст, дракончик прекрасно понимал: другого эрхана и того странного полукровки, в окружающей силе которого читалась принадлежность, в прошлом, к упырям (Рагдэн сильно в этот вопрос не вникал, обрабатывая информацию больше на интуитивном уровне, чем осмысливая происходящее), в этой странной Академии не найти.
И он полностью игнорировал крики отца, слышимые за спиной. А что? Он же игнорирует его желания и просьбы! Чем Рагдэн хуже?
Будь сейчас здесь Кора, она бы всыпала обоим по первое число. Одному за то, что бегает по не самым тёплым коридорам сразу после ванны, а второму – что позволяет делать это первому. Только вот вездесущей мамочки не было в непосредственной близости, отчего мелкий отпрыск наглел с каждой минутой всё больше и больше, позволяя себе плюнуть маленькой струйкой пламени в особо не понравившуюся ему нечисть или кого-то, кто помешал достигнуть поставленной цели.
Ящер остановился возле небольшой, скромной двери, из-за которой доносились знакомые голоса и такой приятный аромат, щекотавший сейчас его ноздри. Поведя крыльями, Рагдэн жалобно пискнул, скребя коготками по деревянной поверхности. О том, чтобы превратиться в человека, он даже не подумал. Зачем? Так ведь гораздо удобнее удирать от противного родителя!
На его импровизированный стук никто не откликнулся. Обидевшись на такое пренебрежение к его скромной персоне, дракончик стал ковырять дерево когтем указательного пальца, ворча что-то себе под нос. Он заканчивал выводить одному ему понятные закорючки, когда дверь резко распахнулась, больно ударив мелкого по носу.
На пороге стоял тот самый эрхан. Растрёпанный, с непередаваемым выражением лица и явным желанием прибить нарушителя покоя. Правда, увидев причёску и несколько заспанное выражение лица, Рагдэн перестал обиженно тереть лапкой пострадавший нос и весело фыркнул.
Пока Ариатар, коли он правильно запомнил имя, осматривал коридор на предмет поиска смертника, решившего побеспокоить его с утра, мелкий примерился и прошмыгнул между его ног.
Чтобы тут же угодить в цепкую хватку полукровки и обиженно захныкать. Прямо картинка к поговорке «Что такое не везёт…».
– Ну и кто тут у нас? – улыбаясь, поинтересовался Рик, внимательно рассматривая удерживаемого за крылья дракончика. Тот лишь показательно чихнул, выдав сноп искр. – Фу, Рагдэн, ну что так грубо-то? Ничего я тебе не сделаю, сейчас осмотрю и поставлю обратно на пол.
Мелкий недоверчиво покосился на бывшего упыря, но, решив, что он гораздо более приятное общество, чем недовольно щурящийся демон, покорно замер, позволяя рассматривать себя со всех сторон.
Получив добровольное согласие невольного пациента, Рик радостно оскалился, подойдя к каминной полке и скинув с неё всё на пол. На протестующий вопль Ариатара и негодующий взгляд Саминэ (хоть и непонятно, к чему конкретно он относился, взгляд Саминэ то есть) полуэльф растянул дракончика на очищенной поверхности во весь рост, точнее длину, щупая, поглаживая, пощипывая переливающуюся шкурку. Он внимательно пересчитал все выступающие гребни на спине, потрогал шипы на хвосте, попробовал остроту когтей и проверил наличие всех зубов. Когда дракошик в ответ на такое обращение недовольно зашипел, Рик лишь отмахнулся, продолжая изучать нового подопытного кролика.
Только «кролик» изучаться больше не хотел. Вывернувшись из хватки мужчины, он щёлкнул зубами, выдал струю пламени и уселся на задние лапки, передними прижав к груди самое драгоценное – хвост.
– Ты чего? – несколько удивлённо поинтересовался Рик, совершенно не понимая причины недовольства дракончика.
Тот одарил исследователя многозначительным взглядом, но тут же утратил к нему всякий интерес. К камину подошла Саминэ, сегодня выглядевшая необычно довольной собой и мирной, даже в чём-то домашней. Нервно дёрнув крылом и задней лапой на полуэльфа, Рагдэн, счастливо попискивая, пополз в сторону девушки, уверенно уходя от попыток Рика вернуть жертву его научного познания на место.
Девушка робко улыбнулась и, протянув руку, погладила пока ещё мягкий костяной нарост на носу. От лёгкой ласки дракончик доверчиво прикрыл глаза, прильнув к ласкающей его ладони. Такая реакция на подобное прикосновение появилась у него после первых неудачных попыток превратиться. Мама помогала завершать переход в новую форму и держала на коленях, мягко поглаживая дрожащего ребёнка по тёплому, влажному носу и только-только намечающемуся наросту.
В сознание ненавязчиво пришёл чужой вопрос, оформленный чувствами и мыслеобразами. Приоткрыв один глаз, дракончик лизнул ладошку Саминэ и продемонстрировал картинки из собственной памяти, добавляя по чуть-чуть окрас испытываемых им эмоций в тот или иной момент.
Беззвучно хихикнув, девушка неодобрительно качнула головой и взяла его на руки, едва не упав под тяжестью пусть и маленького, но довольно весомого тельца. Сзади её подхватили уверенные сильные руки эрхана, нацепившего самое скорбное из всех возможных выражение лица. Он усадил девушку в глубокое мягкое кресло и поинтересовался:
– Ну и что ты тут делаешь, мелкий?
Рагдэн скорбно вздохнул, потупив взгляд и опустив морду. Ну да, он тут, можно сказать, прятался от гнева отца, хотя скорее просто очень хотел увидеть Саминэ. Ну и пробежаться немного, папу позлить и вообще…
Что там вообще, додумать дракончик не успел, дверь распахнулась, явив присутствующим запыхавшегося, встрёпанного и злого директора Академии, сейчас похожего, пожалуй, на хищника, загнавшего свою жертву в угол.
Дракончик испуганно пискнул, юркнул с колен девушки на пол и спрятался за её ноги, прекрасно ощущая эмоции своего отца и чётко представляя, что его может ждать.
СЕШ’ЪЯР РЕЕС’ХАТ
Сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Получилось так себе. Единственным изменением стала мягкая улыбка, вместо того оскала, что был на лице несколько секунд назад. Всё же не стоит пугать ребёнка, пусть и заставившего меня изрядно побегать по всей Академии, да ещё и перепугаться за него до чёрных точек в глазах!
– Спасибо, что сообщил, Ариатар, – сухо кивнул насмешливо улыбающемуся эрхану и подошёл к креслу, где испуганно сжалась в комок Саминэ, тем не менее пытаясь спрятать за своими ногами сверкающего янтарными глазами дракончика. – Рагдэн, вылезай. Думаю, нам есть о чём поговорить.
Мальчишка только сильнее вжался в тот небольшой закуток, что находился за ногами девушки, пытаясь стать совсем крошечным и остаться незамеченным.
– Сын, выходи, – чуть повысил голос, снова чувствуя, как внутри начинает подниматься злость.
И не сказать что меня так уж взбесило поведение сына или то, каким его увидели преподаватели или адепты. Нет. Я злился на себя – за то, что не был рядом с ребёнком в течение этих долгих пяти лет, на мать сына – за то, что ушла и ничего не сказала. За то, что не позвала.
Но больше на себя. Потому что, как ни крути, а в моих силах было всё изменить. Но не стал, не захотел.
Теперь приходится огребать по полной программе.
Словно понимая, что ничем хорошим разговор с отцом, когда тот в таком состоянии, не может закончиться просто по определению, Рагдэн едва слышно пискнул, бросив умоляющий взгляд на застывшего в дверях эрхана. Ариатар, то ли не поняв, о чём его просят, то ли просто не захотев, лишь пожал плечами, продолжая ехидно улыбаться.
Нагнувшись, я ловко, без труда вытащил из укрытия Рагдэна, прижимающего к груди маленькими лапками свой хвост. Мимолётным взглядом оценив состояние сына, холодно улыбнулся:
– Ещё раз благодарю за помощь. Не возражаете, если я переговорю с сыном в вашей спальне?
– Нет, конечно, господин директор. – Демон кивнул, сделав приглашающий жест.
Тревожный взгляд Саминэ и обеспокоенное выражение лица Рика, переводившего взгляд с меня на моего сына и обратно, предпочёл проигнорировать.
Благодарно кивнул, продолжая внимательно рассматривать висящего в моей хватке дракончика. Прошёл в указанном направлении, легко преодолев защитные заклинания и даже не заметив, как резко изменился цвет шкуры ребёнка. Заклинания, запитанные тьмой, оказались слишком мощными для защитных чар ребёнка, и те дали слабину, вынудив ощутить мелкого всю гамму «приятных» последствий, которые были заготовлены для чужака.
Напуганный реакцией отца на собственный поступок, тоскующий по матери и тем не менее осознающий собственную вину, мальчишка напряжённо пытался понять, что ему делать. Только как назло в голову ничего толкового не приходило.
Поставил маленького дракончика на середину комнаты, отошёл к окну. Сжав пальцами подоконник так, что дерево хрустнуло под ними, ещё немного помолчал, стараясь успокоиться, после чего бросил через плечо:
– Сам превратишься или помочь?
Дракончик тихо хныкнул, потёр лапой нос и тяжело вздохнул. Видимо, собственные идеи ему не казались теперь такими уж удачными. Ещё раз вздохнув, прикрыл глаза и перекинулся в человека.
Кожей почувствовал всплеск трансформации и высвобождения некоторой доли магической энергии, как его следствия. Потерев переносицу, медленно повернулся, прищурившись и недовольно взирая на растрёпанного темноволосого мальчишку, стоявшего босыми ногами на ковре и хлюпающего носом.
Едва заметно хмыкнул. И ведь боится, паршивец, на самом деле боится. Да только губы упрямо поджал, кулаки стиснул и стоит, не двигается. Ждёт, когда приговор вынесут.
Опёрся на пострадавший подоконник и сложил руки на груди. Иронично изогнул бровь, склонив голову набок:
– И что это было?
– Я хотел поиграть, – помявшись, выдавил Рагдэн, шмыгнув носом и вытерев его рукавом чистой, вчера ещё купленной рубашки. – Я не виноват, что ты такой…
– Какой?
– Неправильный, – бросив на него обиженный и в то же время виноватый взгляд, пробурчал Рагдэн. – Я думал, мой отец другой. Был бы ты другим, мама не ушла бы от тебя…
– Так, может, поищешь себе другого отца? – В голосе засквозил яд, и, как ни старался я его убрать, не получалось. В груди засела занозой обида пополам с горечью. – Или дождёшься, пока мама подберёт подходящего кандидата? А может, кто на примете уже есть?!
– Мама хорошая! – звонко крикнул мальчишка, крепче сжимая кулаки и смотря на меня злым взглядом. – Она меня любит! И тебя! Только не знаю за что!
Что послужило причиной дальнейших поступков, я так и не смог ни понять, ни объяснить. Даже перед самим собой.
Просто неожиданно совсем рядом оказалось перепуганное лицо мальчишки.
Просто рука сама оказалась в замахе.
Просто удар обжёг детскую щёку, заставив ребёнка отлететь в сторону.
Просто в ушах раздался невыносимый крик, обжигающий нервы.
Просто… В таких ситуациях всё бывает слишком просто.
И почему-то в душе не появилось ни удивления, ни злости, ничего, когда рядом мелькнула яркая вспышка. Рыжеволосый смерч отработанным ударом ноги в солнечное сплетение отбросил меня к стене. Я и не сопротивлялся, всё ещё пытаясь осознать произошедшее.
Казалось, всё это произошло с кем-то другим, но ладонь всё ещё горела от удара, а чёрные глаза, полные слёз, смотрели с болью, упрёком… С рушащимся доверием, только-только начавшим выстраиваться между нами.
Сердце матери… Громовым эхом в ушах прозвучало значение имени Рагдэн на языке эрханов.
Поднявшись с пола, сел, опираясь спиной на стену, и закрыл глаза рукой. В душе оказалось неожиданно пусто. И больно. Как будто не я ударил ребёнка, а меня избили до полусмерти.
– Что же я сделал-то… – сдавленно шепнул.
Такое не забудешь и не сотрёшь из памяти. Особенно из памяти маленького, пятилетнего ребёнка. Как и его матери, которая обязательно обо всём узнает. Корана такое не простит. Убьёт. И я даже не стану сопротивляться.
Если, конечно, кто-то её не опередит.
Стоило этой мысли оформиться в моей голове, как мозг вновь начал работать, словно в попытке заглушить поднимающуюся из глубины души вину.
Рыжеволосый смерч. Ни у кого из присутствующих в этих апартаментах не было рыжих волос. Даже не так, тёмно-красные, с медным отливом и длиной до плеч, с неровно остриженными прядями. И ни у кого из них не было светло-зелёных с золотистым оттенком глаз.
Приоткрыв глаза, посмотрел на стоявшую на коленях перед сжавшимся в комок ребёнком девушку. Даже в такой позе было ясно, что она высокого роста, даже слишком высокого для женщины. Где-то около метра восьмидесяти. Пряди волос, яркого цвета, рассыпались по плечам, окутав не только её, но и Рагдэна, доверчиво прижимающегося к ней. Телосложения среднего, одета просто, в длинную домашнюю юбку, блузку из плотной ткани и фартук. На ногах туфли на плоской подошве.
– Тихо, малыш, – шептала гостья, поглаживая мальчишку по голове и спине. Рагдэн плакал, уткнувшись носом ей в плечо и смотря на меня больным взглядом. – Ну всё-всё, успокойся. Я рядом, я помогу. Посмотри на меня, Дани. Дани?
Мелкий перевёл затравленный взгляд на гостью. Та вытерла слёзы и поднялась, подхватив ребёнка на руки. И только после того, как он обнял её за шею, она повернулась ко мне.
Прокашлявшись, попробовал заговорить:
– Я…
– Закрой рот, дракон. Честно говоря, от того, чтобы убить тебя здесь и сейчас, меня останавливают разные весовые категории в плане магии и то, что он всё-таки твой сын. – Голос у девушки оказался глубоким, низким, с хриплыми нотками.
Овальное лицо. Плавные, чёткие линии, прямой нос, с лёгкой горбинкой, чуть раскосые большие глаза, тонкие губы. Назвать красивой нельзя, но что-то в ней было. Как и в Коре. Какой-то стержень, что ли, или просто что-то такое внутри, вызывающее уважение, пусть и незаслуженное пока.
