Текст книги "Скука, или Любовь до гроба"

Автор книги: Андрей Райдер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

– Ну… давай… наверное, – видно было, как борется сама с собой Дарья, с трудом пытаясь отпустить собственные тормоза.

– Не так поздно только, а часиков в восемь. Устроит тебя?

– Ну… устроит… думаю… Мы как раз в семь заканчиваем.

– Отлично! Тогда и ночуй у меня опять, что тебе туда-сюда мотаться с гостиницей.

– Ну… хорошо…

– Договорились, – довольно улыбнулась Ксения. – Не тормози, Маша. Все путем же у тебя получилось. Расслабилась ведь, весело было. С таким настроем и продолжай дальше, что ты опять напрягаться начинаешь, ей-богу! Учеба это, и все, у-че-ба. Расслабься.

– Попробую.

– Итак, завтра повторяем усвоенное и работаем над ошибками. Еще раз покажу глубокую глотку. Специально для тебя. Все буду делать четко. Смотри внимательно, поняла?

– Поняла.

– Повторять пока не пробуй, рано еще. Я при этом стараюсь направлять член прямо в глотку. Для этого, смотри, принимаю такое положение и как бы немного вытягиваю шею, – и Ксения, показывая, чуть закинула назад голову.

– Черт! Ведь втянула же меня в конце концов по полной, шельма! Незаметно так втянула, и все, – окончательно дошло до Дарьи. – Вот ты, Ксюха, тонкий психолог. Так незаметненько – раз, и у следующего твоего мужика соси.

– А как ты еще научишься этому делу?! Шанс один, – хитро прищурилась Ксения. – Сосать и еще раз сосать! Станешь лучшей в Питере женой, гарантирую.

– Хотелось бы, – недоверчиво покачала головой Даша.

– А почему бы и нет? Что ты сомневаешься-то? Работать только нужно, и все. Я-то считаю, что тебе все три дня надо тренироваться, коли ты тут до пятницы, и возможность есть. Без всякой халявы. Тогда что-то и удастся реально освоить. Сможешь и с мужем уже кое-что попробовать.

– Думаешь?..

– Уверена! Что тут думать-то? Я же с тобой не с первой занимаюсь. Знаю, что говорю.

– Ну хорошо… Давай завтра посмотрим, что получится… Там и решим.

«В принципе, заманчиво было бы, приехав, с Пашей попробовать по-новому. Удивится он, интересно, почувствует?» – подумала Дарья.

– Выездная сессия у тебя, можно сказать, – хихикнула между тем с довольным видом Ксения. Клиенты-то ее получали весьма приятный сюрприз. – Давай-ка, кстати, уже ложиться, – взглянула она на часы. – Ого! Уже два ночи! Тебе же завтра в восемь вставать. Да и свеженькими нам с тобой надо выглядеть. С солидным человеком будем общаться. Очень известным банкиром.

– Серьезно, что ли?

– А ты думала, я с ларечниками дружбу вожу? – улыбнулась она. – Ты, кстати, язык за зубами держи. Утечки не должно быть совсем.

– Я что, по-твоему, дура, что ли? Да и как ты себе это представляешь? Буду рассказывать как я, замужняя женщина, тут у вас в Москве у незнакомых мужиков в рот беру. Тренировки у меня такие. Семью укрепляю.

– Да уж, вряд ли, – засмеялась Ксения. – Извини, это я так, на всякий случай. Да, и еще вот что. Все мои друзья в основном мужчины женатые, поэтому в будни и встречаемся с ними. Выходные порядочный семьянин проводит дома. Это и хорошо, не люблю я, честно говоря, ночные тусовки и загулы на уикенд. Вредная для здоровья вещь. Ночью спать надо, развлекаться лучше днем. А в выходные – отдыхать и собой заниматься. Все как минздрав рекомендует. Свежее выглядеть будешь, да и тонуса больше.

– Днем, значит, от женушек своих бегают? – кривовато усмехнулась Дарья.

– Не бегают, а снимают стресс. То, что доктор прописал. Приелось им с ними, не кайфово уже, вот и развлекаются на стороне. В кино, что ли, им ходить? Какие к мужику претензии, если на него жена скуку наводит?

– А если он на нее?

– Так и она от него сбежит, причем правильно сделает. Если тебе приятней с другими в постели кувыркаться, так в первую очередь старый партнер и виноват. Он же стал не интересен, пусть и думает, почему. Что же с ним телек теперь с утра до вечера смотреть про чужую интересную жизнь? Разве не так?

– Вот уж не знаю…

– Да ты без прикрас подумай. Как есть. Согласись, что все-таки именно так.

– Да может… и так… наверное… – задумчиво и как бы с неохотой протянула Дарья.

– Не «наверное», а точно. Сама подумай, вряд ли кто после свадьбы сразу об изменах мечтает. Ну а потом надоедает, скука появляется, и все дела. Вот и нужно делать так, чтобы с тобой весело и интересно было. А нет, так что удивляться потом? Особенно это к женщинам относится.

– Почему именно к женщинам?

– А к кому же еще?! Или встает на тебя у мужика или не встает. Так если на тебя не встает, а на другую – да, так что, мужик плохой? Мужик-то нормальный, у него же все в порядке с потенцией. Это же природа. Вот и делай так, чтобы он именно тебя хотел. Казалось бы, проще некуда. Ясно же все как дважды два. Так нет, никто же, как правило, и не чешется, а как изменил мужик, сразу – гад.

– Не гад, считаешь?

– Да какой же он гад? Ты как старый коммунист рассуждаешь или как поп какой-то убогий. Если у мужика хорошо встает, значит, он здоровый. Плохо, что ли? Больным ему надо прикидываться? Так радоваться, по идее, надо, что муж твой в форме. А что делает типичная обманутая баба (причем это она считает себя обманутой)? Не себя ленивой дурой обзывает, а мужика – поганым кобелем… Только лень и бабская тупость – причины мужских измен, Маша. Запомни, и не надо выдумывать ничего. Жены, и только жены виноваты, что мужья изменяют им.

– Вот как ты! Прямо Андрея цитируешь.

– Ну а как же! Мысль-то верная. Сама задумайся. Был он твой с потрохами и об изменах не помышлял. А потом отрастила ты жопу с брюхом, нажрала себе целлюлит и тройной подбородок, потеряла привлекательность и не скули теперь. Хорошо еще, если мужик моралью мучается и не бросает тебя с детьми. Это повезло, считай. Доживай свой бабий век тогда потихоньку и не спугни, смотри, птицу счастья, хоть и общипанную вконец уже. Ну а если мужик сам не сник полностью и отжившими понятиями не страдает, так и свалит при первой же возможности. Правильно сделает причем. Вот такие дела, Машик, – развела руками Ксения. – Таких, как ты, поди найди. Ты – настоящая умница, большинство и не заморачивается на эту тему, а потом волосы на голове рвут.

– Жестко ты, – опять невесело усмехнулась Дарья.

– Да как оно и есть на самом-то деле. Я ведь об этом говорю, потому что за девок обидно. Сама через все это прошла, когда замужем была. Знаю, что говорю. Поняла только поздно, к сожалению.

– Расскажешь? – навострила уши Дарья.

– Потом как-нибудь, – отговорилась Ксения. – Длинная история… Теперь-то я свой взгляд на эти вещи в корне пересмотрела. Да и мужиков послушаешь, аж бесишься иногда. А потом подумаешь, правы-то они, в конце концов. Ну вот Мишуля наш с тобой, например, сегодняшний. Душка просто, а не мужчина. Так что – его жене сложно научиться нормальный минет делать? Так это безумно трудно, или воротит от него? Ну так если ломает учиться, не удивляйся ничему, а если воротит от члена собственного мужа, на хрен ты тогда вообще ему нужна? Я имею в виду постель, а не детей – хозяйство – семейные чаепития. Это – другая история, и мы не о ней.

– Н-да-а, – вздохнув, почесала затылок Даша.

– Вот тебе и «н-да». И все мои друзья хором об этом говорят. Они же активные мужики и умные. Общаясь со мной, называют вещи своими именами. Мне-то что им кривить. Послушала бы ты их исповеди, сразу бы все поняла. Так что не сомневайся, Маша, исключительно правильной дорожкой идешь. Другого пути нет. Либо развитие, либо деградация. В сексе это особенно видно. Тест – наглядней не бывает: член твоего собственного мужа. Либо крепко стоит, как стрелка, указывая в светлое будущее, твое имеется в виду. Либо начинает потихоньку отвисать, свидетельствуя об обратном. Кому он тогда на будущее укажет, это уже вопрос.

– Хотелось бы, чтоб нам, – улыбнулась Даша такому очередному образному сравнению Ксении.

– А кому же тогда еще, спрашивается? Если не нам-то?! – засмеялась та. – Ну все, спать. Завтра ты сама вставай. Я в такую рань не способна. Чур, не стучать, не кашлять, не чихать и песен громко не петь. Захочешь есть, разберешься на кухне сама. Захлопнешь потом за собой дверь? и все. Метро тут за углом направо. Днем созвонимся еще. O’key?

– O’key.

И они разошлись по своим спальням.

Глава 8

– Туц, туц, туц, туц… А я уже танцую, – весело притопывая и пародируя звуки льющейся из музыкального центра клубной музыки, заплыл в квартиру Дима, зажимая под мышкой бутылку шампанского. – Как у вас тут кайфово, девчонки! Сразу причем. Прямо уже хорошо стало. С самого порога.

– А будет-то как! – засмеявшись, чмокнула его в щеку Ксения.

– Ах, не дразни, развратница!..

Спортивного вида, русый, с жестковатым лицом, их новый гость чем-то напомнил Дарье Микки Рурка в молодые годы, и она опять еле сдержала смех. «Прямо встречи с любимыми героями кино, и только»? – хихикнула она про себя. Дашино настроение было опять веселым. Правда, на этот раз она выпила всего одну таблетку, поскольку, во-первых, это было уже не впервой, а во-вторых, надо же было все-таки учиться, а не торчать, находясь в веселой полупрострации. Ей неимоверно сложно было сломать первый психологический барьер, а теперь все воспринималось уже намного проще, и умелая игра Ксении позволила ей быстро расслабиться.

Несмотря на мягкую приветливую улыбку, серые проницательные глаза Дмитрия смотрели оценивающе и как бы немного вызывающе. Даша сразу почувствовала, как его взгляд мгновенно просветил ее своим рентгеном. Судя по изменившемуся оттенку стали в глазах, первый тест у нового гостя она прошла успешно.

В отличие от Михаила, он был заметно агрессивней, при этом чувствовалось, что любит брать свое от души и особо не сомневаясь. Это был совсем другой тип мужчины, причем во всем. Даша сразу вспомнила вчерашний рассказ Ксении о профессиональной минетчице Оксане. Действительно, чтобы научиться по-настоящему понимать мужчин в постели, даже если, казалось бы, это обычный минет, надо реально практиковаться, чувствуя различие партнеров. Если Миша был предупредительным, нежным, сам словно искусно играл губами на флейте, делая Ксении куннилингус, то Дима жадно потреблял. Не то чтобы он делал это очень нагло и грубо, такт у него все же был, но именно брал, даже не пытаясь давать. Беззастенчиво гребущие свое и самозабвенно растаскивающие Родину, молодые шакалы новых времен были такими и в постели.

Ксения же знала свое дело. Ей как универсалу и, согласно ее концепции, настоящей актрисе, было все равно, какую играть роль. Хоть благородной и нежной девицы, хоть беспринципной и развратной шлюхи. А именно на такую роль, похоже, и рассчитывал Дмитрий. Правда, нужно отдать ей должное, готовя Дарью к этой встрече, Ксения сразу предупредила ее, что сегодня им предстоит жесткая и по-своему агрессивная техника.

– Гость молодой, голодный до удовольствий и не любит особых предварительных нежностей. Хоть и тонкий эстет по привычкам и образу жизни, мародерствует он при случае не сомневаясь, такой уж имеет характер. Жена у него – кисейная барышня благородных кровей и со всеми на «вы». Ежедневно – свежие цветы, классическая музыка, приличное окружение, фамильное серебро… Ни о каком члене в рот не может быть даже речи, это в ее понимании слишком, да нет, просто невероятно пошло и грубо. Ну вот поэтому Дима и приходит сюда отрываться по полной. Петтингом он и дома позанимается, – примерно таким образом наставляла свою ученицу Ксения. – Жесткий в бизнесе, здесь он любит, чтобы с ним самим поступали погрубей.

Зная правила этой игры, она все приготовила совсем иначе. И музыка, и детали интерьера переменились крайне существенно. При этом она вырядила их обеих вызывающе эротично, подобрав соответствующим образом макияж. Дашу она одела в черную кожу с клепками, зачесав ей назад волосы. Причем ее лифчик был весьма условным и состоял, по сути, из тонких ремешков, а трусики очень узкими и явно провоцирующими. Маска же у нее была теперь из черного бархата, удачно дополняя общий имидж, созданный одеждой и прической. Даже несмотря на расслабляющую таблетку, Дарья не сразу решилась на такой порнографический вид. Ксении пришлось изрядно постараться, прежде чем уломать ее на эту своеобразную игру. И только когда она сама оделась, нет, скорее, предельно откровенно декорировалась красным латексом, Даша со смехом уступила уговорам. Уж больно дразняще-разительным получился у них в результате контраст.

…Они устроили настоящий спектакль в этот раз, и расслабившаяся наконец Дарья вовсю подыгрывала своей изощренной наставнице, войдя в роль настоящей вакханки. В результате ее появление «на сцене» было встречено самым восторженным образом, и реально обалдевший от такого «выхода» Дмитрий аж потерял дар речи.

Не давая своему гостю опомниться, они вдвоем дружно набросились на него и, сорвав с него в четыре руки всю одежду, начали вовсю ласкать. Тот не успел и охнуть, как, грубо завалив его на спину, Ксения тут же села ему на лицо и, жадно заглотив в рот член, стала увлеченно сосать, заставляя бедолагу хрипеть и извиваться внизу в позе «шестьдесят девять».

Как и в прошлый раз, для Дарьи все происходило словно немного во сне, точнее, будто не совсем с нею. Это ощущалось уже не столь явно, но все же отчетливо. Раскрепощенное сознание позволяло глубже погрузиться в новый необычный урок. А он, этот урок, между тем продолжался, и пока ничего не подозревающий Дмитрий захлебывался от удовольствия внизу, Ксения умело наставляла свою ученицу. Снизу тот ничего не мог видеть и поэтому она, подталкивая Дашу и поправляя, как и в прошлый раз, показывала ей, как и что нужно правильней делать. У бедного Димы не было даже сил лизать ее снизу, он просто стонал и всхлипывал, в то время как увлекшиеся учебой девушки ни на секунду не прекращали свою сумасшедшую эстафету, передавая член изо рта в рот, облизывая и массируя по очереди яйца.

Нежные губы, проворные языки, ласковые пальчики… Его все стремительней уносило куда-то в облака, и сдерживаться не было никакой мочи. Наконец, сдавленно захрипев, Дмитрий судорожно выгнулся, вцепился побелевшими пальцами в простынь и начал бурно кончать. Даша продолжала переминать ладошкой его резко поджавшуюся мошонку, а в это время Ксения, не прекращая минета, а только ослабив давление губ на агонизирующий член, продолжала до капельки высасывать истекающую сперму. Широко открыв рот, Дима словно начал задыхаться. Возникло ощущение, что ему на самом деле не хватает воздуха, и, вспомнив старого немецкого мачо, Дарья испуганно посмотрела на его лицо. И все-таки тот еще дышал, но совсем неглубоко, часто-часто и почти беззвучно, словно сходя с ума и читая про себя какую-то то ли мантру, то ли молитву, а может, просто втихую матерясь.

«Не отвлекайся!» – показала ей жестом Ксения, и у Даши возникло ощущение, что строгая училка даст ей сейчас вполне реальный подзатыльник. А между тем та продолжала сосать и ласкать член. Было видно, что она делает это теперь особо нежно и осторожно, но не останавливаясь в то же время ни на секунду. Губы ее при этом были абсолютно расслаблены, а язык стал очень мягким, словно влажное теплое перышко омывая крайне чувствительную после первого оргазма плоть. Затихший Дима блаженствовал. Мелко подрагивая, он продолжал бессознательно скрести растопыренными пальцами мятую простыню и изредка всхлипывать. При каждом таком всхлипывании Ксения на мгновение приостанавливалась, а затем, чуть касаясь головки члена губами, продолжала обволакивать ее нежным теплом. Пока она не допускала к этим ласкам Дашу, словно боялась спугнуть что-то очень ценное. А та, затаив дыхание, с интересом наблюдала за творящимся на ее глазах священнодействием. Именно так можно было назвать происходящее, настолько осторожно, тонко и изощренно вершила свой обряд Ксения.

И вот, немного сникший, а точнее, чуть расслабившийся, но по-прежнему стоящий член стал вновь набирать силу желания. Ксения обратила на это внимание Даши, изредка вынимая его изо рта и наглядно демонстрируя тем самым свой успех. Видно было, как крепнет подрагивающий ствол члена, как сильнее наливается кровью его головка, как он сам весь постепенно увеличивается в размерах. Наконец орудие любви во всей своей красе было снова готово к тому, чтобы продолжить Дашино обучение премудростям и тонкостям постельного искусства.

Подмигнув Даше, Ксения перекатилась вместе с Дмитрием на кровати в той же позе «шестьдесят девять», но оказавшись теперь уже снизу, чтобы еще раз показать ей технику глубокого горла.

– Хочу заглотить его целиком, как ты любишь, Димуля, – спровоцировала она его. – Только не торопись, пожалуйста. Будь осторожным.

– Давай, – аж зарычал он, дрожа от нетерпения. – А потом я вас трахну. Двоих, по очереди, а затем сразу обеих вместе. Так вы мне, девчонки, нравитесь! Жуть как хочу с Машей познакомиться ближе.

Несмотря на раскованность, веселое состояние и общий настрой, Даша слегка напряглась от этих слов. «Попасть под раздачу» не входило в ее планы, а Дима, похоже, разгорячился не на шутку. «Кто их тут знает», – подумала она, на всякий случай опасливо отодвигаясь немного в сторону.

– Дай его сюда, моего красавчика. Так его хочу, давай скорей, – как и в прошлый раз, Ксения закинула голову и стала заглатывать член все глубже и глубже, крепко вцепившись пальцами в ягодицы Дмитрия.

Внимательно следя за всеми тонкостями ее техники, Дарья, незаметно для себя, начала постепенно возбуждаться от вида происходящего прямо на ее глазах зрелища. Ей было просто не оторваться от него.

Широко открытый рот Ксении с жадной готовностью принимал глубоко входящий в него горячий поршень члена, блестящий и мокрый от ее слюны. Эта слюна потихоньку сочилась наружу, каждый раз капая с нижней губы, когда он выскальзывал из Ксюшиной глотки.

Сопереживая происходящему, Даша увлеченно наблюдала за ходом этого поршня, обжимаемого розовым кольцом губ, то чуть выворачивающихся наружу в момент его выхода, то немного вдавливаемых внутрь с очередным погружением. Забыв обо всем, она вновь придвинулась к ним ближе, ее рот сам собой приоткрылся, а кончик языка чуть высунулся и немного подрагивал. Возбуждение продолжало расти. Незаметно для себя она несколько раз сглотнула слюну, ощущая тепло между ног. Ее глаза заблестели, а соски стали потихоньку набухать.

Невозможно было не почувствовать Дашино состояние. Не переставая скользить членом во рту Ксении и ритмично погружая его в глотку по самые яйца, Дмитрий потянулся к ней. Обхватив за талию и притянув ее к себе, он раздвинул кожаные ремешки ее условного бюстгальтера и начал, тиская, щупать ее груди пальцами, а затем жадно впился в напрягшийся сосок губами. Вздрогнув, Даша робко попыталась отстраниться, но его сильная рука властно держала ее, не отпуская, и неожиданно для самой себя она почувствовала, что теряет способность к сопротивлению. Ее голова начала ощутимо кружиться, а низ живота наполняться желанием, пульсирующим в такт движениям поршня в Ксюшиной глотке.

– Ах, какая ты хорошая в этой своей маске! Так и хочется вогнать тебе поглубже. Такая соблазнительная, аппетитная, спелая… – он заскользил рукой вдоль ее живота, поглаживая, ощупывая, продвигаясь все ниже и ниже. – Мокрая уже, наверное? Хочешь меня? – нетерпеливые пальцы нагло забрались под резинку кожаных трусиков, прокрались вдоль лобка к промежности и начали теребить ее половые губы.

Сопротивляться у Дарьи не было сил, она ничего не могла с собой поделать. Голова у нее совсем закружилась, дыхание перехватило, и она почувствовала, что, теряя над собой контроль, начинает мелко дрожать. С чуть слышным стоном она протяжно выдохнула, и ее ноги непроизвольно раздвинулись, как бы позволяя ему самому убедиться в ее желании.

– Ой, не могу больше! Сейчас опять кончу! – вдруг всхлипнул Дмитрий, быстро вынимая член из Ксюшиного рта. – Ксюшка, ты, похоже, хочешь, чтобы я опять два раза тебе в рот кончил, – буквально прохрипел он, изо всех сил сдерживаясь и судорожно сжав кулаки. – До конца хочешь выдоить меня, развратница?

– Нет, не хочу, – видя, как он уже вовсю подбирается к Дарье, быстро поднялась та. – Ой, какой он у нас стал большой и крепкий! – восхищенно скользнула она пальцами по колом стоящему члену. – Ну-ка, мы сейчас его немножко оденем, такого хорошего, – и Ксения мгновенно натянула губами на член презерватив, который вдруг как-то оказался у нее за щекой. Даша удивленно открыла рот. Такого необычного фокуса она еще не видела. Впившись ему в губы долгим поцелуем, Ксения мягко повалила Дмитрия на спину и, не давая тому опомниться, насадилась наездницей сверху.

…Сильные, ритмичные, волнообразные движения ее ягодиц были по-настоящему красивы сзади. Даша невольно залюбовалась этим зрелищем. Откинувшись на кровати, она, глотая слюни от возбуждения и приоткрыв рот, не отрываясь наблюдала за происходящим. Видно было, как, приподнимаясь и откидываясь, Ксения чуть сильнее сжимает мышцы таза, а затем, на секунду задержавшись в верхней точке, расслабленным, но мощным движением загоняет в себя член вновь. И так – раз за разом, чуть медленнее приподнимаясь и толчком насаживаясь, она творила свою любовь. Дмитрий начал на глазах краснеть, его дыхание становилось все более шумным и частым, руки вновь схватили влажную от пота простыню, и он буквально захрипел, задыхаясь от остроты ощущений. Внезапно его ноги в коленях согнулись, спина выгнулась, и, словно пытаясь встать на мостик вместе с сидящей сверху Ксенией, он начал бурно кончать. Бурно, потому что возникло ощущение, что он сейчас в клочья разорвет простыню, а гарцующая наездница слетит с него на пол, словно сорвавшись с взбесившегося жеребца. Но не тут-то было. Амазонка оказалась опытной и, искусно удерживаясь в своем горячем седле, она продолжала ритмично сжимать ягодичные мышцы. Даша ясно видела это, только теперь они очень часто сокращались и подергивались, будто тщательно и торопливо пережевывали что-то очень вкусное там внутри… И вдруг у Ксении самой вдоль спины пробежала волна мурашек, и, широко раскрыв рот, она стала жадно хватать воздух, часто-часто дыша. Затем резко выгнулась, отводя назад попу и плечи, а испарина в ложбинке ее позвоночника тонкой струйкой пота потекла вниз. Она затряслась, потом сильно втянула живот, задержав дыхание, на мгновение замерла, и, наконец, издала протяжный и длинный стон, кончая.

– А-ах… – расслабленно выдохнув, Дима обмяк и притянул ее к себе, обнимая. Ксения все еще всхлипывала, подрагивая. – Ты невероятная сучка, Ксюха!.. Как же я тебя люблю!.. Так ведь и не дала мне трахнуть свою подружку, – протянув в сторону руку, он расслабленно положил Даше на бедро ладонь и начал чуть лениво поглаживать его. Проглотив горячий воздух, та невольно вздрогнула от прикосновения его влажных от пота и горячих пальцев. Вид этих бешеных скачек до предела возбудил ее и, отпусти подруга Диму, она сама, наверное, набросилась бы на него.

– В следующий раз, Дима! В следующий раз, – с довольным видом подмигнула ему Ксения.

– Обещаешь? – заговорщически шепнул он.

– Обещаю, – взглянув на явно обалдевшую ученицу, улыбнулась та. Дарья расслышала все это, но возражать у нее не было сил. Она вдруг почувствовала такую усталость, словно сама полчаса участвовала в этом сумасшедшем заезде.

Проводив пошатывающегося и раскрасневшегося гостя, они забрались вдвоем в ванну. Похоже, она изначально и не была предназначена на одного человека. Бросив туда ароматический шарик, насыпав немного морской соли и запалив свечи, они расслабленно кайфовали, полулежа напротив друг дружки. После ухода Димы оставалось еще полбутылки шампанского, и они взяли его с собой, не пропадать же было добру.

– Можно после таблетки? – опасливо взяла бокал Даша.

– Уже можно, – взглянула на часы Ксения. – Немножко ведь.

– Сама чуть не кончила в конце… – все еще отдувалась Дарья. – Тако-о-ое ты с ним вытворяла, просто жуть.

– Так кончила бы, – мягко улыбнулась Ксения.

– Еще бы чуть-чуть, только дотронься. Дима это, похоже, почувствовал.

– Я видела. Пальчиками надо было себе помочь, и кончила бы. Что стесняться-то! – ласково глядя Даше в глубину глаз, глотнула шампанское Ксения. – Как и обещала тебе, сделала все сама, – ее взгляд как-то завораживал, и Дарья вдруг почувствовала, что вода в ванной теплая. – Поняла, что я делала, когда не позволила ему отдохнуть?

– Это смотрелось мастерски.

– Нельзя было прекращать ни на секунду. Он бы остыл, и тогда пришлось бы ждать. Одно возбуждение, не пропадая полностью, должно перетекать в другое. Главное, делать все не суетясь и умело. Поэтому я и не давала присоединиться тебе. Момент очень тонкий, его нужно чувствовать. Обратила внимание, как я его осторожно и нежно-нежно ласкала?

– Обратила, конечно.

– Важно при этом не спугнуть дружка. Он не должен почувствовать ни малейшей агрессии. Спрячется в норку мгновенно. Его просто нежно гладят по головке но не убаюкивая, а не давая уснуть. Приятно так, приятно, но вместе с тем дразняще. Потом смотришь, а спать уже и не хочется. Играть опять потянуло. То, что нам, собственно говоря, и надо! Спать-то можно и дома. В гостях неприлично. Да мы, собственно говоря, и не дадим, – рассмеялась Ксения, причем так заразительно, что Даша тоже невольно прыснула шампанским.

– Если он хоть чуть-чуть дрогнул, значит, ты перестаралась, – продолжила поучать ее Ксения. – Тут же сбавь пыл и только затем продолжай. Это принципиально важно. Причем у одного и того же мужчины чувствительность головки после оргазма может быть разной. Никогда не угадаешь, можно только чувствовать это. Очень внимательно следи за его реакцией, даже если хорошо знаешь партнера. Не говоря уже о том, что сами мужчины в этом отношении сильно отличаются. Поняла?

– Поняла… А уж эти-то двое были совсем разными.

– Специально хотела показать тебе контрасты. Для учебы очень полезно. Ведь даже одному и тому же мужчине иногда хочется побыть в разных ролях. Тебе же нужно уметь подыгрывать в любом случае.

– У тебя-то это неплохо получается!

– Годы тренировок. А сколько спектаклей-то сыграно… Не счесть, – с покровительственным видом рассмеялась Ксения.

Так за разговорами они открыли еще одну бутылку шампанского, уж больно хорошо оно, холодное, шло в теплой ванне. Расслабившись, Даша ощущала, как у нее приятно начинает кружиться голова, как все непринужденней она чувствует себя с Ксенией, как все больше доверяет ей. Возникло чувство, будто они постепенно становятся подругами. Эта ее еще недавно казавшаяся такой сомнительной учеба теперь воспринималась уже как вполне нормальное занятие.

– С глубокой глоткой понятней теперь стало? – вопросительно взглянула на нее Ксения, продолжая анализ их второго урока и подливая в бокалы шампанское.

– Само собой! Очень наглядно у тебя все получается.

– Завтра попробуем поучить тебя этому с фаллоимитатором. Занимаемся завтра, надеюсь?

– … Занимаемся, – кивнула Дарья, чуть замявшись, но не потому что вдруг засомневалась, а от того, что шампанское ударило ей в нос. – Ой, какое шипучее! – со смехом потерла она переносицу.

– Ну и хорошо. Надо, конечно, работать дальше. Вон, видишь уже как продвигаешься. Еще кое-что покажу тебе на третьем мужчинке. Тоже своеобразный такой чел. А в конце устроим повторение пройденного и закрепление изученного. Вот и получится у тебя полноценный этап учебы.

– Ну ладно… Давай. Вписалась, так вписалась, что тут поделаешь теперь. Даже не предполагала, что ты меня так затянешь. Вообще не ожидала такого. Думала, что вообще не решусь, а тут…

– Ну так а что? Учиться, так учиться. Иначе какой смысл. Сама же видишь, как все не просто.

– Вижу. Не просто, конечно, – вздохнула Даша. – Не банан сосать.

– Давай за успехи твоей учебы! Чтобы муж не узнал тебя совсем, – чокнулась с ней Ксения. – Звонил он тебе, кстати?

– Разговаривали утром. Чувствует, похоже, свою вину, воркует, подлизывается. Ох, дождется он у меня, в конце концов, – сладко потянулась Дарья, рапластавшись в ванной.

– А то! Покажешь ты ему скоро класс. Да и прикольно же все это, согласись, учеба наша, – хихикнула Ксения и шутливо потрепала Дарью за щеку.

– Ну тебя, издеваешься еще, – проглотив шампанское, с улыбкой отмахнулась та. – Думаешь, легко мне?.. Смотреть, как ты трахаешься тут, у меня на глазах.

– А хочешь, мы тебе фаллоимитатор в следующий раз приготовим? Положим рядом, а ты и возьмешь его, когда совсем уж невтерпеж будет. А то живот потом, не дай бог, разболится.

– Да нет, наверное… Лишнее это, – в голосе Дарьи не чувствовалось уверенности, на самом-то деле она чуть в обморок не упала от желания в последний раз. – А кто завтра-то будет? – и она одним глотком осушила свой бокал.

– А хочешь? – шутливо коснулась Ксения ее промежности пальцами ноги под водой. Она уже явно была чуть пьяненькой.

– Ой! – Даша аж поперхнулась, вздрогнув.

– Какая ты, оказывается, чувствительная!

– Будешь тут чувствительной, когда у тебя перед носом такое два дня творится!

– Гостей ублажаю! Это гостеприимством называется. За гостеприимство! – вновь подлила им Ксения и со смехом подняла бокал.

– И еще у меня один вопрос к тебе появился, – поставив свое шампанское на подиум ванной, задумчиво посмотрела на нее Даша.

– Какой?

– Когда ты села на него… Ах, черт! От одной только мысли уже возбуждаюсь…

– Так! В чем дело, девушка? Соберитесь, в конце концов! У нас же занятия идут. Что вы тут себе такое позволяете?! – и Ксения тут же, словно издеваясь, опять игриво чиркнула Дашину промежность пальцами ноги под водой.

– Ай! – опять вскинулась та. – А сама! Сама что делаешь?! Попробуй, сосредоточься здесь. Не трогай меня! И так не могу уже.

Хитро прищурившись, Ксения с довольным видом улыбалась, словно теперь уже сама вовсю играла с такой же кошкой, как и она, только черной, а не рыжей.

– Ну ладно, больше не буду. Какой у тебя там вопрос? – мурлыкнула она.

– Судя по движениям и мышцам, что-то ты особое делала. Да и Дима как-то кончил слишком бурно. Умирал просто, так бился.

– Влагалищными мышцами его ласкала, как что? Доила, можно сказать, молодого бычка. Слышала что-нибудь про вумбилдинг?

– Слышала, конечно! Даже тренажеры специальные видела. Вот у самой только руки никак не доходят.

– Ну ты даешь! Коли знаешь, так что не учишься-то? Нужная ведь техника.

– Освою теперь. Не буду такой дурой. Говорят, гейши это хорошо умели.

– А что нам гейши-то? – икнув от пузырьков шампанского, Ксения со смехом зажала нос. – Можно подумать, в этом есть что-то сложное! Я же тебе сразу сказала, если мне мужичок попадется, так все, он мой, никуда не отпущу. Помнишь?

– Говорила.

– Ну вот и убедилась теперь сама. Мог он куда-нибудь дернуться, как думаешь?

– Да и желания у него такого, похоже, не было. Сразу про меня забыл. Как в капкан попался.