Текст книги "Возле Тьмы. Чужой"

Автор книги: Андрей Круз

Соавторы: Мария Круз
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

– Прожарил сильно, не беспокойся.

21

«Брифинг» у Пикетта не затянулся надолго. Сначала он познакомил меня с механиком Элом – дядькой лет семидесяти, с таким морщинистым и при этом смуглым лицом, что оно казалось обработанным морилкой, и с совершенно белыми волосами. Затем он дал мне карту с маршрутами, посоветовал все занести в навигатор, после чего сказал:

– Два вылета, с утра и потом еще раз. Искать признаки любой подозрительной активности. В случае чего – сразу связываться с землей.

– А добьет сюда рация? – усомнился я.

– Сюда может и не добить, хотя мы приемник на воздушном шаре поднимаем, но будут еще и наземные патрули, их зоны ответственности будем тебе сообщать каждый день.

– Какая активность подозрительна? – решил все же уточнить я.

– Любая, в которой участвует больше десятка человек. Или трех машин. Особенно если эти три машины едут в эту сторону.

– Они могут ночью ехать, – хмыкнул я с сомнением.

– Могут, – согласился он. – Но это если близко. А если далеко, то не станут, сейчас по ночам гулять не любят: у тварей активность заметно повышается.

– В машине тоже опасно? – спросил я, попутно отметив, что этот момент тоже соответствует моей «теории Тьмы».

– Кто знает, куда ты ночью приедешь и где застрянешь? Один случай уже был в городе, – сказал он и, перехватив мой вопросительный взгляд, продолжил: – Две машины, пять человек, судя по тому, что удалось понять из того месива, что осталось на дороге, – остановились у затора. Видимо, вышли из машин и были откуда-то атакованы. Похоже даже, трупоеды были за этим затором, подъедали мертвецов. Наши были вооружены, но сумели, судя по пятнам, только подранить какую-то тварь. А дальше их разорвали на части.

– То есть они не такие уж трупоеды, так?

– Точно. Но так их с самого начала называть начали – и пошло. Но я это к тому, что в темноте ездить намного опасней. Сумеем обеспечить воздушное патрулирование хотя бы днем – вероятность неожиданного нападения большими силами снизится очень сильно.

– Когда летел сюда, видел людей в Уоллесе, кажется, – вспомнил я. – Про них уже что-то известно?

– Да, – кивнул Пикетт. – Несколько человек с Синдромом, несколько просто выживших, стараются фермерствовать. Мы передаем туда сыворотку для больных, они продают сюда то, что находят в рейдах. Переезжать в Анклавы пока не хотят.

– Я один назначен на эту работу? – прикинул я свои возможности.

– Нет, еще человек будет, завтра прилетит. График тоже завтра составлю, насчет своих двух выходных можешь не беспокоиться.

– Я завтра на вечеринку приглашен, – сказал я скромно, глядя при этом в окно.

– Вечеринка будет поздно, а со второго вылета ты еще до сумерек должен вернуться, – не повелся Пикетт. – Успеешь. Что я еще тебе не сказал?

– Где взять автомат, – напомнил я ему. – У меня винтовка двести сорок третьего, на ней ствол долго не живет, экономить хочу.

– Да, верно, – не стал он возражать. – У нас здесь есть, сейчас и получи. Пошли, – махнул он рукой и поднялся со стула. – Кстати, ты бы вот этот револьвер, – показал он на «сорок четвертый», – положил в самолет, куда-нибудь под сиденье. В коробке. И пачку патронов. Как на Аляске делают и все из наших, кто летает.

– Учту, – кивнул я, решив, что это не самая плохая идея.

Действительно, про «беретту» местный оружейник сказал, что пистолет хороший, можно носить с собой постоянно, а еще будет автомат. Но вот если все пойдет не так, то останется в запасе еще ствол, вполне действенный даже против «демона» – называть эту тварь «трупоедом» у меня все же как-то язык не поворачивался.

Идти пришлось недалеко, всего лишь в другую комнату совсем без окон, в которой просто на столах были разложены автоматы, магазины и упаковки патронов. И гранаты, чего я почему-то никак не ожидал.

– Выбирай любой, – сказал Пикетт, обводя комнату широким жестом.

Выбрать было не то чтобы сложно, но все же задуматься пришлось. Автоматы были вполне новыми с виду, но двух видов – со стволом подлиннее, стандартные военные М4, и совсем короткие, совершенно непривычного мне вида, со складными прикладами вроде как у АКС-74, «рамочками», вертикальной рукояткой, планкой по всему верху и с очень странным стволом, не гладким, как обычно, и даже не с долами, а с какими-то круглыми выемками, как соты пчелиные. Наверное, для быстрого охлаждения: ствол у оружия короткий. Какое-то совсем незнакомое оружие – то ли позже изобрели, то ли в моем мире такого вообще не было.

Складной приклад – это хорошо. Тогда автомат можно будет постоянно держать на себе, даже во время пилотирования. Правда, с коротким стволом далеко не повоюешь, но так на всех и не угодишь. Зато у него явно система с газовым поршнем, а это должно быть надежней, чем стандартная американская, в которой газы прямо в ствольную коробку идут. Прицельные откидные, подразумевающие, что на оружие будет установлен прицел посерьезней, но мне такого никто не предлагал.

Взял оружие в руки, покрутил, глядя на клейма. Узнал, что это «собственность правительства США», что называется это M18 [6]6
  На самом деле в нашем мире это оружие на вооружение не принято, так и остается разработкой компании Knights Armaments из Флориды, равно как и патрон к нему. Хоть и зря, наверное: автомат удачный и интересный. А индекс «М» присваивается уже оружию и технике, стоящим на вооружении.


[Закрыть]и что выпущено некой фирмой «Найтс Армамент».

– Ага, Пи-Ди-Даблъю взял? – уточнил Пикетт, и я кивнул, хоть и не понял, что он имел в виду. – Правильно, мне он тоже нравится, хотя люди им не очень доверяют.

– Почему?

– Новый, – пожал он плечами. – А ведь специально разработали для летчиков, водителей и прочих, оружие персональной защиты, [7]7
  Оружие персональной защиты – Personal Defense Weapon, PDW.


[Закрыть]– по ходу расшифровал он сокращение.

Я взял из большой пластиковой коробки пластиковый же магазин, посмотрел на маркировку у горловины – 6x35 калибр, я про такой не слышал даже. Тоже новый, наверное.

– Сколько магазинов можно взять?

– Шесть штук на ствол у нас получилось, вот шесть и бери. Сто восемьдесят патронов, но в этом тебя никто не ограничивает. Подсумки, – показал он на груду камуфлированных «почей», – и плейт-карриер.

– Гранаты?

– Возьми, но по городу с ними нельзя, – сказал Пикетт. – А вот дома держать можешь. И в сумке таскать.

– Спасибо.

– Можешь взять пластины и сразу вставить. Или не бери, если не хочешь. Многие под задницу суют, вроде как для дополнительной защиты.

– Слушай, а «почи» под магазины к моей винтовке прихватить можно? – спросил я у него, приметив подходящие.

– Бери, без проблем.

Пикетт терпеливо дождался, пока я собрал в камуфляжный «даффэл-баг» все, что я здесь набрал – а я попутно еще прихватил местную версию ременно-плечевой системы, – потом выпустил меня из оружейки, закрыв за мной дверь. На этом и разошлись: он пошел к себе в офис, а я пристроился на креслах в маленьком зале ожидания и взялся набивать магазины и размещать подсумки на разгрузке, или как ее тут называют, оказывается, «плейт-карриере», опять же при этом подумав, что добротное синтетическое изделие куда удобнее, чем домодельные разгрузки из брезента и кожи в Отстойнике.

Потом меня нашел Эл, и мы ушли с ним к самолету. Началась вроде как рутина.

Вернувшись в мотель вечером, я попросил перевести меня в номер с ванной, доплатил немного и потом часа три провалялся в горячей воде, попутно глядя старые вестерны с Джоном Уэйном через приоткрытую дверь. Даже тумбочку с телевизором заранее развернул поудобней. Вообще забытое ощущение, настоящее блаженство, пусть ванна здесь вовсе не большая – не та огромная, с гидромассажем, круглая, что стоит у меня дома в Москве. Да, человек может обходиться без многого, но как же хорошо, когда не надо без этого многого обходиться.

Даже кровать нормальная, с современным упругим матрасом, после панцирной сетки прямо настоящим праздником для тела ощущается, хотя уверен, что этот мотель матрасы закупал самые дешевые. Или вот одежда: туристические ботинки, которые делали в Отстойнике, были вроде неплохи, но сравнить их с этими «тимберлэнд» из светлого нубука, что я нашел в шкафу в своем доме в Грэнби, ну никак невозможно – небо и земля. В них ноги как на именины пришли. И вот этот пикап «рэйнджер», он ведь самый простенький, но в нем тепло, удобно и даже уютно. Не дует, не громыхает, ничто не мерзнет, в общем… все как надо, в общем.

К чему я обо всем об этом? Да к тому, что надо ведь опять о жизни думать, так? Найду Настю, а я ее точно найду, потом что-то делать придется. И где-то. Анклавы, похоже, для нас закрыты, ну так есть земля обетованная где-то в Канаде, так? Надо будет что, оседать? Или искать путь назад вновь? Так не ведет он назад, получается, ведет он куда-то туда, где мы были вдвоем. Как мне кажется. В одну из бесконечного множества действительностей. Рваться в очередной мир? А что нас там ждет?

Кстати, а портал в генераторном сарайчике был «живой», я его чувствовал. Если мы попробуем в него вдвоем, то где окажемся? В Отстойнике? А ведь интересно, действительно интересно. Но вот с компьютерами, горячими ваннами и теплыми машинами расставаться не хочется, откровенно говоря, совсем не хочется.

22

Завтрак в мотеле опять убедил меня в том, что блага цивилизации надо ценить. Как-то правильно все вокруг, музыка играет, тепло, за окном нормальные машины стоят, вытянувшись в рядок. Яичница, бекон аж хрустит, кофе свежесваренный, крепкий, пончики. За стойкой сам Эрл сегодня с утра почему-то.

На аэродроме меня встретил Эл, не знаю даже во сколько приехавший на работу. Самолет заправили, проверили, потом мне дали таблицу позывных на сегодня. Проверили связь, пока с аэродромом и городом, потом дали разрешение взлетать.

Вырулил, разогнался, взлетел. Потом развернулся вдоль шоссе и пошел на восток, в сторону легендарного Додж-Сити, города из вестернов, в котором также успел отметиться легендарный Уайат Эрп.

До самого Додж-Сити особой внимательности не требовалось. На развилке перед городом должен был находиться подвижный пост национальной гвардии из Гарден-Сити, а в самом городе шарили три бригады мародеров, выгружая с тамошних складов всякие полезные вещи. А вот уже за городом начиналась «индейская территория», то есть никем не контролируемое пространство. И уже там могло случиться что угодно.

До Додж-Сити я долетел чуть больше чем за полчаса, вышел на связь с постом, состоящим из восьмиколесного бронетранспортера с автоматической пушкой и бронированного «хамви», утыканного многочисленными антеннами. Машины укрылись за каким-то домом, в кустах, я решил, что в самом доме личный состав устроился на жительство. А вообще позиция удобная, мимо них не проедет никто, и обнаружить засаду до последнего момента не получится. А уж на тутошней плоской местности и открытой на много километров дороге автоматическая пушка много дел натворить успеет.

Чуть снизившись, прошел над городом, в одном месте увидел пару грузовиков, неспешно едущих по улице – видать, те самые мародеры и есть, – а больше никакой активности не заметил. А навигатор между тем вывел меня на пятидесятое шоссе, идущее к северо-востоку. Пронесся над парой совсем крошечных городков и примерно через полчаса долетел до Кинсли, где свернул к северу, следуя за линией на экране.

Пока никакой активности, земля пуста. Плоская, серая, расчерченная прямоугольниками неухоженных полей. Погода ясная, видно все до самого горизонта, лететь – было бы чистым наслаждением, если бы снизу было все по-людски, если бы там машины ездили, трактора по полям катались и люди работали. Даже здесь, на такой высоте, все равно ощущается вот эта самая «мертвость», иначе никак и не назовешь.

Так, а вот это что у нас?

Схватился за бинокль, всмотрелся.

Ну да, опять «демон» и «гончие». Гончих штук пять, вся компания движется через заросшее сухой, колеблющейся под ветром травой поле. А ведь получается, что «демон» управляет стаями этой твари, так? По крайней мере, из того, что я уже видел, другого вывода не сделаешь. Вон они как – пара гончих впереди скачет, вроде как дозором, еще две рядом, одна сзади, чуть отстав, – да они в боевом порядке идут, получается. Интересно, интересно… а еще интересно – сколько ума у этого «демона» и насколько он может своими ручными тварями управлять?

Жаль, у меня не какой-нибудь штурмовик, вроде тех бразильских винтовых, какие я на картинке видел: можно было бы по всей компании из пушек. Или нет, нельзя, я не умею: разбился бы к черту. Я только вот так умею, аккуратно, без резких маневров, никуда не пикируя. И не на штурмовике.

«Демон» остановился, задрал голову, глядя на самолет. А вообще хорошо так высоко сидеть, осознавая, что никакая тварь с земли не дотянется. А про тварей летучих я пока не слышал. Если такие обнаружатся, будет неприятно.

Кстати, я в этой действительности про «одержимость» пока тоже не слышал – ту самую, что «призраки» вызывали. И самих «призраков». Все еще впереди, или здесь по другому сценарию?

Твари с «демоном» остались позади, самолет вышел прямо на городок… нет, не поворачивается язык это городками называть, – на деревеньку Розел. Элеватор, какие-то высокие цилиндры для не знаю чего, сыпучего чего-то, железнодорожная ветка. Дальше несколько десятков простеньких щитовых домов, улицы между ними… даже не пойму – то ли асфальт пыльный, то ли просто грунтовка. Деревья, кусты, амбары, какие-то вышки, ангары, сараи, на северной окраине большое здание со спортивной площадкой рядом – значит, школа.

Высота у меня метров двести, не больше, я специально скинул на подходе, чтобы можно было детали разглядеть. И разглядел – на улице лежал труп. Причем недавний труп, иначе кровь, что запеклась в пыли вокруг тела, давно не была бы видна, впиталась бы или смыло ее дождями.

Завалив машину в плавный вираж, пошел на второй круг, оглядываясь по сторонам в поисках угрозы. Нет, вроде не стреляет по мне никто. А труп – да, труп лежит, причем прямо посреди дороги, лицом вниз, неуклюже и странно, как только трупы и лежат. На нем куртка из тех, что американцы зимой носить любят, в клетку, и вроде как вся кровью пропитана, насколько получилось на втором заходе в бинокль рассмотреть. Вроде как застрелили его. А так одежда целая, труп пока никто не жрал.

Поднял машину повыше, начал запрашивать связь, попутно порадовавшись тому, что правила радиообмена теперь здесь другие, упростились сильно, а то нормальных американских я и не знаю. А вроде лицензия пилотская есть. Откликнулся, к моему удивлению, город – видать, шар с приемником у них высоко висел, дотянулся до него.

– «Город-1», «Крылья-2», в Розеле вижу труп, похоже, свежий, похоже, что убит из огнестрельного.

– «Крылья-2», «Город-1», насколько уверен?

– «Город-1», «Крылья-2», настолько, насколько удалось разглядеть с… – тут я задумался, быстро пересчитывая высоту в привычные для собеседника единицы, – с шестисот футов, в бинокль. Трупоеды его не трогали пока, лежит одним куском.

– Трупоеды могут и не тронуть, им еды на сто лет хватит, – чуть с сомнением ответил голос. – Учтем, дадим указание «Бегуну-4».

«Бегун-4» – это патруль, с зоной ответственности в этом направлении, хотя сам он находится куда ближе к городу.

– «Крылья-2», «Город-1», – проверь дорогу до Лэрнеда и можешь возвращаться. Повнимательней.

– «Город-1», принял.

Конец связи.

Все верно, кто-то же убил этого мужика, что лежит внизу. Убили бы трупоеды или те же собаки одичавшие – сразу бы и растащили труп, а вот так, оставить целым, могли только люди. Люди могли защищаться, а могли и нападать, потому что эти самые люди бывают разные. В общем, и вправду внимательнее надо.

Выровняв самолет по линии шоссе, пошел на Лэрнед. Тут недалеко, километров двадцать, лететь всего ничего. По пути прошел над фортом Лэрнед, который в свое время построили для охраны пути на запад от индейцев, это я успел в путеводителе прочитать, который нашел в мотеле в тумбочке. Теперь там музей вроде как… был. Сверху увидел плац с флагштоком посредине, длинные здания, явно казармы, по периметру.

Город, раскинувшийся впереди, приближался быстро. И в этом самом городе я увидел людей. И похоже, что с машинами. Хоть они и собрались все на стоянке перед каким-то небольшим торговым центром, и машины там и так должны были стоять, но… эти стояли как-то по-другому, аккуратным рядком, а брошенные – вразброс. Я свалил самолет сперва в правый, а потом, почти сразу, в левый вираж, начав обходить их «по тарелочке», а заодно схватившись опять за бинокль.

– Кучерявые какие, – пробормотал я, разглядывая людей на земле.

Они точно постарались выглядеть как бандиты из «Безумного Макса». Кожа, цепи, камуфляж, оружие – все вперемешку. Даже лица у некоторых разрисованы красным. Машины тоже размалеваны – от языков пламени до костей с черепами и свастик.

– Эпатажники.

Тут я увидел, как один из стоящих вскинул автомат, и, решив не дожидаться продолжения, просто уронил бинокль и завалил самолет на другое крыло, уходя в пологое пикирование с одновременным поворотом вправо, отдав газ до упора. Мотор взвыл, но даже через этот звук я услышал сухой треск выстрелов, донесшийся откуда-то сзади.

Не попали, кажется. Самолет быстро сбежал за пределы дальности эффективного огня, противник остался сзади.

– Ка-азлы, – пришел я к выводу.

Можно обратно, я, к слову, отлетел уже далеко, возвращаться не меньше часа придется. А на связь по пути выйду, доложу о том, что видел. Интересно, это они мужика в Розеле завалили?

23

Когда я приземлился на аэродроме, узнал, что Пикетт успел распорядиться о высылке усиления в том направлении, в каком я засек банду. В том, что это именно банда, сомневаться не приходилось. Есть некая незначительная вероятность того, что они просто хотят выглядеть бандой, но тогда их следует полагать идиотами. Если кто-то хочет выглядеть бандитом, он должен ожидать того, что его таковым и сочтут и отнесутся соответственно.

Выстрелы меня не задели, я осмотрел самолет со всех сторон и не нашел на нем ни царапинки. Повезло, а впредь умнее надо быть, держаться чуть выше. Отобедал потом прихваченными сэндвичами, сварив себе кофе в опустевшем кафетерии, а тут и время второго вылета подошло. Вылетел на северо-запад, в направлении городка Трибьюн, а оттуда прошел над девяносто шестым шоссе на восток, в сторону Грейт Бенд, не заметив во время полета ничего подозрительного. И, как и предрекал Пикетт, оказался на аэродроме даже до начала сумерек, а уж до вечеринки у неведомого Реджи была еще прорва времени. Передал самолет на попечение Эла, попрощался со всеми, кого знал и не знал, и уехал в город.

По пути вспомнил, что без пива там лучше не появляться, и поехал в «ко-оп» – заваленный всяким добром немаленький магазин, в котором всем распоряжалась немолодая тетенька в круглых очках. Пива у них хватало, поэтому я прихватил две упаковки по шесть бутылок «Дос Экис», решив, что должно хватить. Шесть залью в себя я, если будет весело, а еще шесть отойдет обществу.

Потом, уже в номере, долго думал, что надеть: как-то отвык в Отстойнике от таких размышлений. Потом сообразил, что выбор совсем невелик и надо просто радоваться тому, что я захватил из своего гардероба пару джинсов «Ливайс» и пару же фланелевых ковбойских рубашек «Рэнглер», так что из этого выбирать и пришлось. Ботинки из нубука вполне подошли в качестве обуви. Вид получился непривычно американистый, особенно с поправкой на «сорок четвертый» в кобуре, в зеркале вроде как и не я совсем, ну да и ладно, привыкать пора, зато у них всякие пидовские мотивы в одежде куда менее выражены. В основном.

Так, с оружием что делать? Как там на вечеринке? Потом сообразил, что никто не мешает оставить оружие в машине: не пешком же иду. Ладно, с этим разобрались, потому как без оружия я никуда, без него уже как голый. Взял дробовик, бандольеро с полусотней патронов к нему, а затем подвесил к ремню кобуру с «сорок четвертым».

Все, вроде готов. Накинул куртку, подхватил упаковки пива и пошел на выход. И в дверях отеля столкнулся с Маром.

– Привет, – протянул я ему руку. – Не видел тебя на аэродроме.

– Летал в Боулдер, за пилота на «каргомастере», только вернулись, – ответил он. – К Реджи?

– Почти что, сначала заеду за кое-кем.

– Люси? – сразу уточнил он, к моему удивлению.

– За ней, – подтвердил я. – Откуда знаешь?

– Догадался. Видел вас вчера за ланчем.

Он подошел к желтому «камаро», который пиликнул сигнализацией и подмигнул светом.

– Твоя?

– Точно, – заулыбался он. – Я его на дороге приметил, у самого Додж-Сити. Фрэнк… Фрэнка знаешь, вертолетчика?

– Нет, не знаком.

– Фрэнк меня на «москито» высадил у машины с набором инструментов, канистрой и аккумулятором в сумке. А обратно сюда я уже своим ходом. Нравится? – хлопнул он по низкой крыше машины.

– Нравится, наверное, – сказал я с сомнением, – но по таким временам грузовик не лучше?

– А куда мне ездить на нем? – удивился Мар. – Я только летаю, а на машине по городу. Зачем мне грузовик?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Может, ты и прав. Ладно, скоро увидимся.

Ему, чтобы сесть в кабину спортивной машины, сгибаться пришлось совсем мало. У меня бы так не вышло. Мне проще вот так, в пикап карабкаться.

Город в темноте выглядел немного незнакомым, я даже проскочил нужный поворот, но потом заложил резкий разворот через сплошную, благо полиции нет и улица пустая, и вернулся на полквартала, свернув налево.

Дом Люси нашел просто, по знакомой машине, стоящей на подъездной дорожке, номер уже позже разглядел. Пристроил пикап рядом, вышел, поднялся на крыльцо и позвонил в дверь. Послышались быстрые шаги, дверь распахнулась, бросив длинную трапецию света на дорожку.

– Привет, заходи, – пригласила она меня. – Мне еще минуты три надо.

Отлично, я оделся вполне в кассу. На ней тоже джинсы, рубашка-ковбойка вроде той, что я напялил, и ковбойские сапоги. Сверху уже знакомая парка, не застегнута сейчас. Ну да, Канзас, собственно говоря, не Нью-Йорк и не Калифорния.

Только сейчас разглядел ее окончательно – очень симпатичная. Не красавица, лицо немного грубовато, волосы ежиком торчат, уши как-то забавно оттопырены, но все равно впечатление очень приятное. И фигура отменная, легкая, спортивная. Интересно, что она с волосами своими сделала такое, что говорить не хочет? Макияжа нет вообще – зря, наверное.

Дом небольшой, обставлен просто, но уютно. Мебель под старину, хоть и видно, что недорогая, диван с креслами песочного цвета, камин кирпичный, на стенах какие-то старые фотографии, мужчины в шляпах и с усами, женщины в длинных платьях, лица у всех суровые и сосредоточенные. На столе, к слову, открытый лэптоп стоит, тот самый, в который мне так залезть хочется. Уставился на него так, что потом даже испугался: как бы хозяйка дома чего не заподозрила, – поэтому вновь отвернулся к фотографиям.

Люси копалась в ящике комода, силясь что-то отыскать. Увидев, как я разглядываю фото, пояснила:

– Это прадед с прабабкой. И прапрадед с прапрабабкой. Они жили в Монтане, держали ранчо и лошадей. Сюда уже мои родители переехали. Любишь лошадей?

– Хм, – задумался я, прикидывая, как ответить вежливо. – Скорее нет, это странные животные.

– Чем странные?

– Спереди кусаются, сзади лягаются, и воняют со всех сторон. И покакать в ящик с наполнителем не ходят, – примерно сформулировал я список претензий.

– А одет как ковбой, – засмеялась она, показав пальцем на мою рубашку.

– Это для маскировки, чтобы сойти за своего, если встречу лошадь. Тогда она не укусит и не лягнет. – Я распахнул куртку, давая возможность рассмотреть себя получше, после чего опять запахнул.

– Все, я готова, пошли.

До места, где была вечеринка, можно было бы и пешком дойти, туда совсем рукой подать, но ходить по темному городу пешком откровенно не хотелось. У меня самого с «прошлого мира» такая привычка осталась, да и здесь никто желанием гулять после заката явно не горел – на улицах было пусто.

– Кстати, в город трупоеды забредают? – спросил я у Люси, выискивая место для парковки у тротуара.

Вроде город почти опустевший, но здесь, возле ярко освещенного дома, из которого на всю улицу гремела музыка, все было занято.

– Конечно, – вроде как даже удивилась она вопросу. – Один раз «демон» в дом вломился, и псов на улице видели не раз.

– «Демон» – это который гуманоид такой, с длинными руками? – уточнил я, удивившись тому, как одинаково срабатывает человеческое воображение.

– Именно. Ты что, не заметил, как много решеток на окнах? Почти все ставят.

Решетки я заметил, но с нападениями тварей не соотнес. Просто потому что решетки мне в Отстойнике настолько примелькались, что глаз их воспринимает как стандартную часть пейзажа: не без решеток же жить!

– Да, скажи мне тогда, как здесь насчет оружия и прихода на вечеринки? А то не знаю, как поступить.

– Я ношу, – сказала Люси, похлопав себя по правому бедру. – У нас все носят.

– Это хорошо, – обрадовался я.

Дальнейших разъяснений не последовало, из чего я сделал вывод, что на пьянках разоружаться не заставляют. Ну и ничего, мы привыкшие, в Углегорске в кабаках только что с автоматами сидеть не разрешали: неудобные они, и некультурно с ними вроде как, – а пистолеты практически у всех были. И ничего, в сущности, особо катастрофического не случалось.

Место нашлось за углом, встали, втиснувшись между большим «сабербеном» и черным «кадиллаком». Почему-то подумалось, что раньше у этих людей наверняка были другие машины, а вот теперь они подобрали себе то, о чем мечтали раньше. Мой прокатный «рэйнджер» смотрелся среди них как сирота. А бензин здесь, к слову, не такой уж и дорогой, к моему удивлению, можно особо не заботиться о расходе. Говорят, что в Анклавах его производят много. Ну и хорошо.

По пути увидел чуть кривовато припаркованный «камаро» Мара. Ага, уже здесь. Чем ближе к дому, тем громче музыка. На крыльце и перед ним толпа курящих – похоже, что их на улицу выставляют. Одеты все просто, так что со стилем я точно угадал. Дверь входная нараспашку, внутри тоже толпа. Все с пивными бутылками в руках или пластиковыми стаканами. Музыка стала еще громче, в углах довольно просторной гостиной большие колонки.

Какой-то высокий тощий парень в очках в квадратной пластиковой оправе, увидев у меня в руках упаковки с пивом и, похоже, заодно отметив некую растерянность, сказал:

– Вон кухня, все там сваливай.

«Сваливал» я здесь точно не первый: весь стол от холодильника до плиты был заставлен разнокалиберными бутылками, хватало их и в других местах. Какая-то молодая женщина задумчиво глядела в открытый холодильник и обернулась на шум, когда я поставил картонки с «Дос Экис» в общую кучу.

– Хотите холодного? – спросила она сразу и у Люси, и у меня.

Я потрогал горлышко одной из принесенных бутылок – прохладное. Похоже, остыло, пока в машине лежало.

– Я это буду, – сказал я, достав бутылку.

– Мне тоже дай одну, – сказала Люси.

Женщина кивнула и вернулась к созерцанию содержимого холодильника. Я открыл обе бутылки, одну отдал своей спутнице, а потом мы вышли в гостиную, забитую людьми. Люси мимоходом представила меня нескольким людям, я вежливо пожимал руки и улыбался. Парень в очках в красной оправе, тот, что указал нам дорогу на кухню, оказался хозяином вечеринки – самим Реджи.

– Приятно познакомиться, – пожал я его руку с длинными тощими пальцами.

– Взаимно, – как-то по-лошадиному заулыбался он. – Развлекайся, знакомься, в общем, чувствуй себя комфортно. Знаком с Барб? – спросил он, когда к нам подошла молодая блондинка с длинными прямыми волосами.

– Нет, только наслышан, – повернулся я к ней.

Лицо «сердечком», большие голубые глаза, какие-то даже ненатурально голубые, как фарфоровые, небольшие пухлые губы, из тех, что раньше назывались «бантиком». Довольно высокая, стройная, складная, одета по-местному, то есть подчеркнуто в стиле «cowgirl» – ранч-джакет, короткая джинсовая юбка и ковбойские сапоги, – но мне почему-то показалось, что она не местная. Не знаю почему, может, как раз потому, что она явно старалась выглядеть именно местной.

Ну что, вполне красивая, не наврал мне Мар. Случалось и покрасивей встречать, но не часто.

– Надеюсь, что слышал только хорошее? – сверкнула неестественно ровными зубами в улыбке Барб.

– Преимущественно. А если плохое, то только от завистниц.

Стоящая рядом Люси скептически хмыкнула.

– Недавно в городе, верно? – спросила Барб. – Я слышала, что ты от самой Эпидемии и до последнего времени просидел у себя дома. Это так?

– Все верно.

– Можешь рассказать об этом? Не сейчас, – предвосхитила она мой вопрос, – позже, в студии.

– А зачем?

– Я делаю что-то вроде сборника интервью с выжившими, самыми разными. Ты получаешься тоже… «разным», – подобрала она слово. – Договорились?

– Не знаю, – я пожал плечами, – там не о чем рассказывать. Просто сидел в доме, выезжал в местный супермаркет за пару миль и брал там продукты. Больше ничего не было.

– Вот об этом и расскажи. Это только тебе кажется неинтересным. А нашим детям будет безумно интересно знать, как выжило общество. Ради них хотя бы, – добавила она немного пафоса.

– У тебя есть дети?

– Нет, у меня нет, – не стала она пускаться в подробности. – Так мы договорились?

– Мне надо сначала уточнить свой график работы и уже потом договариваться, – все же не стал я соглашаться. – Может быть, в следующий раз это обсудим?

– Хорошо, – легко согласилась она и сразу утратила ко мне всякий интерес, причем к заметному облегчению Люси.

Дальше мы с моей спутницей зависли в компании двух женщин и молодого тощего носатого парня. Парня звали Боб, и он был владельцем, а заодно и шеф-поваром местного стейкхауса. Одну из женщин, маленькую и плотную, звали Росита, у нее было лицо с крупными и немного тяжелыми чертами, обрамленное длинными черными прямыми волосами, вторая была ей полной противоположностью – высокая, крупноватая, белобрысая, растягивающая слова на эдакий флегматичный манер, звали ее Шэрон.

Разговор шел ни о чем, я даже не прислушивался особо, просто потягивал пиво. Потом меня немного разговорил Боб, взявшийся обсуждать, что и где он ел в своей жизни и где умеют готовить мясо, а где не умеют. Я пару раз отходил на кухню за пивом, возвращаясь с открытыми бутылками и торчащими из горлышек салфетками.

А вообще как-то беспокойно мне было. Нет, с вечеринкой все было в порядке, люди дружелюбные, напитков хватает, знакомятся все легко, но вот как-то маетно. Даже сосредоточиться не мог на том, что мне говорят. Извинился, оставил компанию, прошелся по другим комнатам, вышел на крыльцо подышать. Людей на улице было меньше, у заборчика курили двое, мужчина и женщина, чуть дальше по улице двое мужчин стояли, набросив куртки просто на плечи, посмеивались негромко. Курил один из них, второй, похоже, просто за компанию вышел.

Фонари уличные светили. Это хорошо, что здесь на это электричества хватает. Свет и в Отстойнике тварей не сдерживал, но увидеть вовремя угрозу тоже важно.