Текст книги "Вовка-центровой - 4 (СИ)"

Автор книги: Андрей Шопперт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Аркадий Николаевич.

– Ссука! Не в игры же играем, может, будущее футбола в стране от нас двоих сейчас зависит. Победите со счётом пять – ноль?

Так хотелось сказать, что «легко». Только, на самом деле, это не так. Это одна из лучших команд Европы. То, что серебро у неё, а не золото, не важно. Однако, если «Динамо» в нормальной истории побило хвалённых венгров 5 : 0, то его пацаны, эту «динаму» уже три раза побеждали. Так это было весной. Сейчас, вообще, стопчут. «Динамо» выдохлось к концу сезона, а они сейчас в лучшей своей форме, и подросли, и в росте, и в мастерстве.

– Порвём, как тузик грелку.

– Хочется поверить тебе, зятёк. Ох, как хочется. Ты своим одноклеточным мозгом даже не представляешь, какие силы с небес за этим матчем смотреть будут. Уверен, что если Сам не придёт, то по радио будет слушать. Если проиграете, то меня, может и не расстреляют, но турнут колхозом в Ивановскую область руководить. А тебе прямая дорога в дворники в Куйбышеве. Не разрешат больше играть. Понимаешь это?! – Аполлонов всё же закурил, прошёл к форточке. – Понимаешь? – Махнул рукой, – Ни, хера ты не понимаешь. Сейчас такое время неудачное эксперименты проводить. Ладно. Чем либо, помочь могу?

– Естественно. Нужно притащить на стадион полевую кухню. – Челенков вспоминал, как они в Куйбышеве готовились к детскому турниру. Блин, ведь и полутора лет не прошло.

– Кухню? Ну, решаемо. И цель ясна, не ездить чёрте куда на автобусе за жиденьким супчиком.

– Точно. Нужно готовить три раза в день, а то и четыре, блюда, типа, макарон по-флотски. Рис с большим количеством мяса постного, гречку тоже с мясом или с печенью, ещё лучше, и много сладкого чая. Ночевать ребята должны в одном месте и их туда должны довозить машинами, или лучше автобусами, чтобы не продуло. Подождите, Аркадий Николаевич, а когда игра-то? – Вовка, себя по лбу хлопнул. Организатор, блин! Может, венгры завтра приедут.

– Двадцать шестого октября. На следующий день после финала кубка.

– Двадцать четвёртого финал же, – мотнул головой Вовка, не справившись с математикой.

– Ну, они двадцать пятого приедут. Первая игра двадцать шестого, а вторая двадцать девятого. Синоптики обещают, что снега ещё не будет. Хотя дожди возможны.

– Аркадий Николаевич, а кто знает про этих венгров с голыми жопами? – Только про психологию Челенков Аполлонову втирал. А ведь буквально через несколько дней финал Кубка СССР по футболу и играть не с кем-нибудь, а со «Спартаком», который настроен на реванш. То есть, если по честному, то, на самом деле, одной из самых сильных команд в СССР на сегодняшний день. В реальной истории оба эти трофея, разделавшись с «Динамо» и со «Спартаком» поочерёдно, выиграли армейцы с Бобровым. Тут динамовцев спасло его участие в Чемпионате. Но Кубок, это Кубок. Тут всё нужно начинать с нуля. И у «Спартака», ставшего третьим в чемпионате, есть огромным стимул взять второй трофей, раз уж первый буквально на расстоянии вытянутой руки оказался, да не дался. Вот, нужно отомстить динамовцам. Замотивированы спартачи будут. С первых секунд бросятся атаковать.

– Ну, прилично народу, а что? – дымит, стоит, довольный, спихнул с больной головы на здоровую проблемищу.

– Не говорите Якушину и вообще никому в «Динамо». И вообще, максимально засекретьте информацию. Нет, нужно сообщить во всех газетах, что приедут эти «Вашиши», но с кем будут играть, не говорить. Наоборот. Даже в газетах устроить конкурс читательский, кто правильно первым назовёт обе команды – тому приз в десть билетов бесплатно. А ещё лучше первым десяти человекам. И всем по десять билетов. Сильно-то и не рискуете, не думаю, что вообще кто-нибудь про две «динамы» угадает.

– Боишься за игру со «Спартаком», разволнуются твои от информации, что им с венграми потом играть? – Раскусил его Аполлонов, но Вовка и не собирался скрывать.

– Да, Аркадий Николаевич. Боюсь. Очень не простая игра. И, наверное, главная в моей жизни.

– Добро. Переговорю с Дубининым прямо сейчас по телефону, пусть всех обзвонит и предупредит, чтобы молчали, как ты говоришь? «Как рыбы об лёд». Ох, и интересная молния тебя стукнула.

Глава 11

Событие двадцать второе

Добрый день уважеамые читатели. Это третья и последняя глава написанная в основном Дмитрием Политовы. Я чуть воды долил.

Шопперт Андрей

24 октября 1948 года. Финал Кубка СССР

Холодный октябрьский день. То выглядывает робко солнышко, то набегают тучи и начинает моросить противный дождь. А сильный ветер добавляет «радостных» эмоций и футболистам, и зрителям. И если первым ещё куда ни шло – после того, как побегаешь хотя бы минут пять, уже перестаёшь обращать внимание на капризы природы, то болельщиков было откровенно жалко. Сидят, бедолаги, на продуваемых всеми ветрами трибунах. И, что удивительно, продолжают азартно болеть, словно и нет никаких проблем с льющейся сверху водой. Вот ведь поколение. Да и «Охота пуще неволи».

Вовке-то грех жаловаться, опять взял проверенную «верблюжку» и закутался в нее по самые уши. А на голову шапочку. К слову, сегодня и остальные запасные притащили с собой кто пледы, кто – одеяла. И правильно, не хрен уши и прочие важные органы морозить. Не май месяц.

А вот то, что Якушин, чтоб его приподняло и потом приплющило, снова не поставил Фомина в основу, уже начало раздражать. Что ему, спрашивается, еще надо – выходит Вовка на поле и, как правило, обеспечивает результат. Даже Аполлонов уже с некоторым недоумением стал интересоваться, что это, мол, зятек, ты все время на «банке» начинаешь – неужто со здоровьем проблемы? И посмеивается так ехидно. На Наташку поглядывает. Дескать, смотри, доча, может бросить тебе этого инвалида-доходягу, пока не поздно? А у той сразу глаза на мокром месте. И тревога: «Скажи, что это неправда?!» Эх, Аркадий Николаевич, закатать бы вам в ухо за каждую ее слезинку!

Ответил один раз, после чего "папа" ржал целый час.

– Вы Аркадий Николаевич – "Свадебный генерал".

– Это как? – шляпу сдвинул пижонскую набекрень.

– Ну, меня всё зятьком обзываете, выходит о свадьбе думаете. Получается – "Свадебный генерал".

– Уморил, "зятёк". – отсмеявшись и, вытерев слёзы выступившие, иахнул рукой генерал-полковник.

Поле на «Динамо» сегодня, мягко говоря, не радовало. И так-то игры поздней осенью в Москве почти всегда напоминали борьбу в грязи. Ага, и в качестве участниц девицы в бикини – довелось как-то Федору во время турне «Спартака» по США наблюдать за подобным кувырканием. Та еще веселуха. Главное, рядом с ареной не сидеть, брызги во все стороны летят. Но сегодня газон вообще представлял собой жалкое зрелище. Ну а что вы хотели, за две-три недели его усердно вспахали не по одному разу в кубковых баталиях. А сверху потом еще и дождичек отлакировал. Наслаждайтесь, товарищи футболисты, и ни в чем себе не отказывайте.

В будущем будут оговорить: «битва на картофельном поле». Садисты, блин.

Было, правда, одно обстоятельство, которое вселяло надежду на то, что динамовцы сегодня получат серьезное преимущество над своими соперниками. И звалось это самое обстоятельство «мокшановскими бутсами». Нежданно-негаданно перед самым финалом приехал мастер на базу, где команда готовилась к игре и торжественно вручил каждому игроку основы по паре новехонькой спортивной обуви. Той самой, в которой Вовка уже как-то над «заслуженными» издевался. Обрезанные, с шестью ввинчивающимися прямоугольными шипами. Как раз для мокрой погоды и тяжелого грунта. А если учесть, что колдовал чудо-мастер над каждой парой не по-детски, то времени на разнашивание не требовалось – надевай и вперед, на поле.

Михей аж затрясся от восторга, когда увидел новенькие бутсы. И потом, в кои-то веки, пожал Фомину руку: «Не обманул, малец, выполнил обещание». Да и футболисты от своего тренера не отставали. И потому плечи Вовке отбили качественно, со всей пролетарской мощью. Или с милицейской? Даже за спину опять побаиваться стал.

Эх, вот бы, как прежде, размечтался парень. Выдают перед сезоном по одной паре шести– и тринадцатишиповок в обязательном порядке, владей и пользуйся. Тот же шестишиповый «Адидас» Федору Челенкову целых три года верой и правдой прослужил. Правда, надевал его только в сырую погоду. А белые тринадцатишиповые от «Мизуно»? На ноге как носок сидели. Уже шитые-перешитые, а расстаться сил не было – это ж как с любимым другом попрощаться. В сборной как-то на них внимание Блохин обратил, так у него глаза на лоб полезли: «Что это у тебя?» Они ведь к тому времени уже и цвета непонятного были. Хотя сам Федор их в шутку всегда «белоснежками» называл.

– Фомин, а почему у них шипы покороче сделаны? – подошел к Вовке с вопросом Бесков. – На твоей прежней паре длиннее были, я точно помню.

– Понимаете, – пустился в объяснения юный изобретатель-рационализатор. – Я специально попросил так сделать. Как раз по опыту с той парой. В бутсах с длинными шипами бежать труднее, уж очень они в газон вгрызаются. Да и сам себя в таких шипах зацепить можешь.

– Любопытно, – задумался Бесков. Вот-вот, мотай на ус, Константин Иванович, потом пригодится, когда сам тренировать начнешь.

В общем, благодаря так вовремя появившейся «вундервафле», очень хотелось верить, что золотой дубль вполне по силам. И к знамени чемпиона страны «Динамо» добавит еще и хрустальный кубок. Другое дело, что спартаковцы, которые в два предыдущих сезона выигрывали этот почетный трофей, вряд ли горели желанием с ним расстаться. Особенно, на фоне не слишком удачного сезона. Всего-то «бронза».

Глядя за тем, как капитаны команд – Леонид Соловьев и Василий Соколов – обмениваются букетами цветов и кидают жребий перед началом матча, Вовка ощутил некоторый дискомфорт. В самом деле, ему, коренному спартаковцу, чья судьба была красно-белой с самого детства, сегодня, возможно, предстояло сделать все, чтобы кубок прописался на год в Петровском парке. И это после въевшегося под кожу девиза Николая Петровича Старостина: «Бей „динаму“ проклятую!»

Фомин тихонько вздохнул. Да уж, судьба играет человеком. А человек играет на трубе. Ладно, будем отталкиваться от того, что имеем. И, если сегодня доведется выйти на поле, «треху» некогда родной команде отгружать не будем. Но все равно, смотреть на кумиров юности: Сальникова, Парамонова и других, не менее знаменитых спартаковцев было интересно. Тем более, что сейчас-то они молодые и можно вживую увидеть их игру.

Больше трех десятков репортеров и кинооператоров атаковали обе команды перед началом игры. Под стрекот камер и вспышки фотоаппаратов завершилось определение начала встречи и принадлежность половин поля в первом тайме. Игроки заняли исходные позиции. Свисток Николая Латышева, погнали!

Как Вовка и ожидал, грунт поля был скользкий и вязкий. И очень быстро мяч набух, впитав в себя приличное количество влаги. Эх, остается только мечтать о специальной пропитке. Кстати, не забыть себе поставить зарубку в памяти, вдруг уже изобрели подобную? А что, подкинуть идейку артельщикам о новой возможной статье доходов. Озолочусь!

Игроки «Спартака» на таком поле играли неважно. Осторожничали, предпочитая длинные забросы в надежде на «авось, пройдет» коротким точным передачам ближнему.

Их соперниками было проще. Ну а что, если уверенно стоишь на ногах, не едешь, будто на коньках, можешь себе позволить многое. Немудрено, что инициатива в матче практически с первых минут перешла к динамовцам. Держались они по-хозяйски и даже защитники при первой возможности выходили далеко вперёд, играя в высокий прессинг, пресекая попытки «Спартака» атаковать на дальних подступах к воротам Третьякова.

Удивляла некоторая пассивность средней линии красно-белых. Так-то у них полузащита всегда задавала тон и в последней очной встрече, когда «Динамо» потерпело сокрушительное поражение 0-3, именно превосходство в этом компоненте предопределило итоговый результат. Правда, ближе к середине тайма спартаковцы все же наладили взаимопонимание и все чаще стали тревожить Третьякова. Но к огорчению их болельщиков, встрепенулись их любимцы уже после того, как пропустили.

На двадцатой минуте Сергей Соловьев с видимым удовольствием продемонстрировал опекавшим его защитникам тот самый финт Пеки Дементьева, при помощи которого Вовка как-то издевался над игроками основы. И Анатолий Сеглин не придумал ничего лучше, как схватить нападающего «Динамо» и завалить того на самой границе штрафной.

Возле мяча собралось сразу несколько игроков атакующей команды. После короткого совещания, после сигнала арбитра, сам же пострадавший от души приложился по мячу. Тот буквально прошил рассыпавшуюся стенку и вонзился в пустой угол ворот Алексея Леонтьева. 0-1

Якушин расцвел. С широкой улыбкой обменялся крепким рукопожатием с Чернышевым и с удовольствием, точно кот, наевшийся сметаны, продолжил смотреть за игрой. А повернувшись ненадолго к Вовке, постучал по ботинку и показал большой палец. Фомин понимающе кивнул. Конечно, бутсы первый класс. Кто бы спорил. Не забыть Мокшанову премию в случае победы пробить. Заслужил. А что, вроде бы где-то в ложе почётных гостей сегодня сам Лаврентий Павлович мелькал, вот пусть и примерит на себя роль золотой рыбки. Главное, умело подать заслуги мастера. Не все же спортсменов баловать. Пора, пора уже понять, что команда – это не только игроки. И без тех, кто обеспечивает им возможность демонстрировать свои лучшие качества, многого не добьёшься. Жаль, что даже в позднем СССР функционеры частенько забывали об этом. А ведь умелый массажист, сапожник, точильщик коньков – это та самая соломинка, что ломает хребет слону. Или кому там? Муравью?

После пропущенного гола «Спартак» ринулся отыгрываться. Наплевав на осторожность, красно-белые уходили в набег аж вдевятером, оставляя позади лишь голкипера и одного защитника. Такая авантюрная манера сразу дала о себе знать. Три раза подряд с глазу на глаз с Леонтьевым оказывались Бесков и Сергей Соловьёв. И только собственная небрежность и великолепные броски спартаковского вратаря не позволили изменится счёту на табло стадиона.

В конце концов, даже благодушный поначалу Михей вскочил на ноги и начал громко кричать что-то нелицеприятное в адрес своих форвардов. По-хорошему, прав, конечно. Перевес всего в один мяч очень скользкий. Мячик-то круглый, залетит «дурак» какой-нибудь и привет, начинай все сначала.

Но в целом работы было объективно больше у Третьякова. Соперники взялись за него всерьёз и совсем скоро Володька напоминал персонажа стихотворения Чуковского «Мойдодыр»: «Ах ты, гадкий, ах ты, грязный, Неумытый поросёнок! Ты чернее трубочиста, Полюбуйся на себя…» Зато не холодно!

В одном из моментов Сергей Сальников пошел напролом, продрался сквозь динамовскую оборону и Третьяков в последнюю секунду, когда весь стадион уже зашёлся в предвкушающем «Ну?!», в отчаянном броске пролетел-проскользил по грязи в тучах брызг и забрал круглого намертво. При этом ещё и получил мощный удар бутсой в плечо, так как нападающий красно-белых ногу убрать уже не успевал.

Вся скамейка «Динамо» в это время дружно ахнула. Неужели ещё одна травма голкипера? А ведь в запасе лишь Яшин. Михей за сердце схватился. Но Володька кое-как поднялся. Хоть и морщился, тряс ушибленной рукой несколько неловко, но замену или помощь доктора не просил. И даже мяч выбросил вполне уверенно.

Так и дотянули до перерыва. В раздевалке Фомин сразу же бросился осматривать Третьякова. Синяк, конечно, уже проявился. Да и морщился Володька, когда приятель-эскулап его ощупывал. Но храбрился.

– Ерунда, Вов. Небольшой ушиб и все.

– Ну-ка, подними руку, – недоверчиво кривился Фомин. – А теперь помаши. Да резче, резче!

– О, интересную вещь вспомнил, – сказал вдруг Всеволод Радикорский, наблюдая за тем, как вратарь выбрасывает руку вверх. После травмы, полученной в игре с ЦДКА, он сегодня даже не раздевался в запас, но команду поддержать пришёл, дома не остался. – Сейчас, наверное, мало кто помнит, но в сороковом, прямо перед войной, я вместе со «Спартаком» на игры в Болгарию ездил.

– Подожди, как это тебя к ним занесло? – удивился его тёзка Блинков.

– А, обычное дело, – усмехнулся Радикорский. – У нас же как, едет кто-нибудь заграницу и на всякий случай нескольких игроков из других клубов одалживает. Вон, тот же Бобёр за нас в Англии бегал. Так вот, Болгария. Они ж тогда у Гитлера в союзниках ходили. Но, несмотря на это, нас встречать почти вся София вышла. Люди улицы заполнили до отказа. В газетах даже тогдашние правители их возмущались: как же так, царя и правительство встречает несколько сотен человек, а каких-то футболистов – несколько сотен тысяч! А особо активных граждан били и в тюрьму бросали.

– Вот, гады! – зло бросил Третьяков. – Фашисты проклятые!

– И не говори, – вздохнул защитник. – Представляешь, каково нам было смотреть, как человека, который нам букет цветов бросил или просто крикнул что-нибудь хорошее, полиция окружает, бьёт, затаскивает в автобус и увозит? Кулаки сжимались, очень хотелось броситься на помощь, отбить, спасти. Но, – Всеволод с сожалением развёл руками, – нельзя.

– Почему? – искренне удивился молодой вратарь. – Вмазали бы этим сволочам!

– Почему-почему. По кочану, – передразнил его Радикорский. – Знаешь поговорку: «В чужой монастырь со своим уставом…» Нам строго-настрого товарищи из посольства запретили вмешиваться. Чтобы на твоих глазах не случилось, стой и терпи. Зубы сцепи и молчи! Политика, брат.

– Да хорош перебивать, пионер, уши оборву! – не выдержал Бесков. Он слушал товарища с интересом. – Дай человеку рассказать.

– А там уже немного осталось, – улыбнулся Всеволод. – Простые люди за нас были, не скрывали симпатию к Советскому Союзу. Но их царь-батюшка под немецким влиянием находился. Я почему ту поездку вспомнил: смотрел, как руку вскидываешь, – Радикорский показал на Третьякова, – а перед глазами футболисты болгарские стоят. Мы первую игру со «Славией», по-моему проводили. Так представляете, мужики, эти уроды не нашли ничего лучшего, как нас приветствовать фашистским салютом!

– Да ладно, – не поверил Савдунин. – Что, прямо всерьез, как «Хайль, Гитлер»?

– Представь себе.

– Порвать сволочей надо было, – хмуро процедил сегодняшний сменщик Радикорского, еще один ветеран «Динамо» Иван Станкевич. – В землю втоптать!

– А мы так и сделали, – улыбнулся Всеволод. – И так уже на взводе были после всего, что на улицах увидали, а здесь такая злость взяла – шесть штук им положили. Даже, несмотря на то, что жарища жуткая на улице, в тени под сорок. Никого подгонять не требовалось, все бились, как в последний раз. Самое смешное, что тогда на матче какие-то министры из Германии присутствовали. Вот мы им праздник-то подпортили. Они ж собрались посмотреть, как Советы продуют. А вместо этого такой конфуз. 6-1 Не верите? Можете у Михея спросить, он в том матче тоже играл. Там, если разобраться, сборная Москвы бегала. О, вспомнил, Федотов из ЦДКА у нас нападающим был.

Динамовцы восхищенно загалдели. На лицах у них появились одобрительные улыбки.

– Здорово! Молодцы! – с жаром воскликнул Третьяков, возбужденно подпрыгивая на месте. – Умыли гадов!

– Сиди спокойно, – строго прикрикнул на него Фомин. – Ишь, распрыгался, кузнечик чумазый. Иди вон, лучше, моську оботри, а потом пусть тебе массаж сделают. Лишним не будет.

Футболисты заржали.

– Кузнечик чумазый! – утирал слезы Блинков. – Вот сказанул, так сказанул!

– Так, кузнечики, – ухмылялся в дверях раздевалки Якушин. – Готовьтесь к выходу. У нас еще, если не забыли, второй тайм.

Прекрасно понимая, что преимущество пока зыбкое, динамовцы после перерыва сразу решили додавить «Спартак». Забить гол, а лучше два, и снять все вопросы о победителе матча. Но и красно-белые вовсе не собирались сдаваться. И потому на поле разгорелась жесткая, мужская борьба. Которая то и дело переходила границы дозволенного. Латышев с ног сбился, фиксируя многочисленные нарушения. А вот зрителям такое развитие событий явно пришлось по душе. По крайней мере, шум и крики с трибун не умолкали ни на секунду. Вовка даже заметил, как пару раз в сектора, где страсти кипели особенно сильно, вламывались наряды милиции, чтобы удалить заводил. Ха, это здесь еще не додумались из пожарных шлангов фанатов поливать. По нынешней погоде такое себе развлечение. На любителя

Михей минут через пятнадцать не выдержал и отправил Вовку разминаться. И вскоре Фомин вышел на поле вместо наевшегося Сергея Соловьева. Зябко поеживаясь на холодном ветру, дождался первого паса, совершил хороший рывок. В конце, правда, не очень получилась передача на Бескова, но, лиха беда начало. И вскоре уже здорово принял верховую передачу от Савдунина, перебросил защитника и сильно приложился подъемом по опускающемуся мячу. И ведь почувствовал каким-то верхним чутьем, что попал, как надо. Леонтьев даже не дернулся, а лишь заворожено наблюдал за тем, как кожаная сфера сначала взмыла вверх, а потом вдруг резко клюнула вниз и влетела точнехонько в «девятку». 0-2

– Хорошо положил, – легонько потрепал Фомина по стриженному затылку Бесков. – Молодец. Давай еще одну. А то видишь, народ зрелища требует.

Вовка оглянулся. Трибуны и точно, словно сошли с ума. Народ вскочил с мест и бурно праздновал забитый мяч. В воздух то тут, то там взлетали шапки, кепки, фуражки. «Чепчики».

Спартаковцы сникли. По инерции еще попробовали несколько раз пойти вперед и, чем черт не шутит, отквитать один гол, зацепиться за игру, вытащить ее на зубах. Но оборона «Динамо» стояла насмерть. И вскоре красно-белые завяли окончательно. Игра их стала тусклой, без огонька. Чувствовалось, что они и сами уже не верят в благоприятный для себя исход. Из того, что заслуживало внимания – особенно для Фомина – был разве что появление совсем молодого сутуловатого парня в центр полузащиты «Спартака». Вовка вздрогнул, когда диктор по стадиону объявил, что: «Вместо Олега Тимакова на поле вышел Игорь Нетто…» Надо же, еще одну легенду довелось увидеть на взлете.

А окончательно все стало понятно, когда Вовка разыграл изящную трехходовку с Трофимовым и Бесковым и Константин Иванович несильно, но очень точно пробил в правый от вратаря нижний угол. 0-3

Эх, жалко, что здесь пока еще медалями не награждают, мелькнула в голове у Вовки шальная мысль. А как было бы здорово бросить их в завоеванный Кубок, наполненный до краев шампанским и встретить губами, словно целуя. Что ж, придется опять довольствоваться сладкими губами Наташи Аполлоновой.