Текст книги "Создатель снов"

Автор книги: Андрей Фролов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Почти минуту Апокалифтис молчал, размышляя и мигая малиновыми огоньками планшета.

– Мерзавцы… – наконец выдохнул он. – Чего вы хотите?..

И только тогда Витькины плечи опустились, выдав напряжение, в котором мальчик пребывал последние минуты. Он съежился, как воздушный шарик, из которого откачали воздух. Тяжело осел на пол перед открытым пультом. Пальцы его подрагивали.

– Кто ты такой?

– А это важно? – утомленно спросил в ответ Лифт. – Я один из тех, кто воспользовался медленным крушением Спасгорода… Хоть вы и мелюзга, но уже можете знать: в любом обществе найдутся те, кому все равно. Люди, которыми легко управлять. Которых легко вести. Причем неважно, куда именно…

В голосе Апокалифтиса слышались усталость и печаль. Он внимательно следил за руками Витьки, но открыть двери или стращать расправой больше не пытался. Дима и Настя, не в силах и дальше выдерживать давящий на плечи стресс, кулями повалились на диван. Бутылка с дурманом, которым Голос опаивал членов общины, все еще стояла перед ними.

Где-то снаружи их по-прежнему ждали толстяк и сотни жителей Благодати, с восторгом и нетерпением взиравшие на запертые двери кабины. Люди славили Лифт, восхищались привезенными дарами. В который раз они объясняли детям, откуда на поляне берутся все мыслимые блага, вроде вкусной еды, лекарств, одинаковых комбинезонов устаревшего образца или инструментов…

– Их не волнует, что происходит на других этажах, причем уже очень давно, – продолжал свою речь Апокалифтис. – Со дня моего открытия сменилось три поколения, о чем тут еще говорить? Да многие из них вообще не верят, что существуют другие поляны!

– А ты возишь вещи со Штамповальни, где их целые горы? – со злостью спросил Витя.

– Ба… – искренне удивился Лифт. – Знаете про Фабрику-БАП?.. Вы очень интересные малявки, нужно отметить. Если сможем договориться, вы станете моими новыми Голосами, а толстяка я отправлю в отставку. Только подумайте, как легко и богато мы тогда заживем!

– Замолчи! – крикнула Настя, опередив братьев. – Не смей предлагать нам такое, ты – сумасшедший предатель!

– Ладно, ладно, не горячитесь… – поспешно произнес Лифт. – Я должен был попробовать, разве нет?.. Проехали, не берите в голову. Итак, вот уже много лет я одеваю, кормлю, пою и лечу общину. Стал ее благодетелем, если вы не заметили. Опекаю и желаю добра в соответствии с заложенными в меня гуманитарными программами. Кстати, они неплохо научились и кое-что делать сами. Построили фермы, выращивают овощи и скот, растят и учат детей.

– Чему учат? – фыркнул Димка. – Что поляна одна на свете? Что всадники на Птицах уничтожат мир? Что провинившихся нужно закидывать гайками? А замурованные шахты – это всего лишь колонны, подпирающие потолок? Толстяк, управляющий поселком, ничем не лучше Смотрителей!

– Знаешь, мальчик, – вздохнул Лифт, – в жизни встречаются неприятные открытия. Если стадом не управлять, оно либо передохнет, либо сломает заборы и вытопчет урожай…

– Ты отвратителен! – сквозь зубы процедила Настя, хватая бутылку и швыряя ее через всю кабину.

Сосуд разбился, ударившись о стену, и на ковровые дорожки Лифта хлынула пахнущая медом темная жидкость. Апокалифтис молча пронаблюдал за ее поступком, потом из стен выдвинулись примитивные механизмы для уборки, сметая осколки в совок и пылесося ковер.

– Я отвратителен? – задумчиво переспросили динамики. – А вы? Так много знающие дети… Уверен, вы тоже успели обмануть немало народу, например учителей и родителей. Ведь так? Что вы вообще делаете тут, на закрытой поляне, которой и на картах-то нет? Сбежали из дома? Захотели вольной жизни, наплевав на все правила? Чем вы лучше меня?

На последний вопрос, заданный с горечью и сарказмом, не ответил никто.

Наши герои переглянулись, чувствуя жгучую вину (ведь, если задуматься, Апокалифтис был кое в чем прав), и потупились, вспоминая все предыдущие побеги из дома.

– Ладно, мелкие шантажисты… – убедившись, что попал в точку, Лифт осмелел чуть больше. – Чего нужно?

– Ты отвезешь нас наверх, – уверенно сказал Витя, снова беря нить управления разговором в свои руки. – На поляну под названием Сонник. Прямо сейчас. Никому не расскажешь об этом, и тогда мы сохраним твою тайну. Это ясно?

– Сонник? – хохотнул Апокалифтис. – Вы явно не жалеете собственных голов, раз взялись посещать такие интересные поляны. Хоть представляете, что Гильдия сделает с вами, если узнает?

– А с тобой? – грозно поинтересовался Виктор. – Хватит болтовни! Вези.

– Хорошо, хорошо, не кипятись. – Кабина пожужжала амбикамерами, мигнула диодами на пульте. – Но на Сонник я не ходил даже в лучшие времена. Могу доставить только на пару полян ниже, а дальше пойдете сами. Устроит?

– Устроит, – важно кивнул мальчик, не отпуская проводов.

И посмотрел на брата и сестру, согласно кивнувших в ответ.

– Ну что ж… – Апокалифтис завел моторы, и близнецы воочию представили себе, как шарахнулась от шахты ожидавшая снаружи толпа. – Праздник Снисхождения окончен. Пусть все думают, что вы оказались не Предвестниками, а самыми настоящими избранными и  вознеслись…

Все трое в тот же миг представили себе, как во время следующего праздника кабина Апокалифтиса приходит на Благодать пустой и внутри нет ни следа чужаков. Какую легенду придумают Лифт и Голос Его, чтобы упрочнить пошатнувшееся могущество? Поверят ли в нее жители поляны? Этого беглецы знать уже не могли…

В полнейшем молчании Апокалифтис начал подъем, покачивая хрустальными подвесками и тихонько скрипя обивкой диванчиков. Было тепло, уютно, перегрузка почти не чувствовалась, но тройняшки и не думали расслабляться – Витька все еще держал руки на штекерах и клеммах, продолжая угрожать безопасности Лифта-обманщика.

Время снова превратилось в подтаявшую карамель, плавное движение кабины навевало дрему. Лишенные возможности засечь часы и минуты, братья и сестра не знали, как долго длился мягкий безмятежный подъем (Лифт и вправду оказался Экстра-класса). Несколько раз их начинала морить дрема, но они щипали и пихали друг друга, чтобы не потерять контроль над ситуацией.

Когда Витя устал, возле пульта его подменил брат. Запомнив, какие разъемы и куда именно следует воткнуть, если Апокалифтис откажется подчиняться, он уселся на ковер под планшетами, поигрывая проводами.

Наконец включились тормозные моторы и кабина начала замедляться.

– Прибываем, маленькие шантажисты, – невесело отчитался пленный Лифт-мошенник.

– И где мы сейчас? – тут же встрепенулся Виктор, отгоняя сон.

– Техническая поляна для внутреннего пользования, соподчинена центральной администрации Спасгорода, – послушно ответил Апокалифтис. – Простой люд ее Библиотекой называл, а по официальным протоколам она проходит как Банк Данных-1-НЗУ. Говорит о чем-то?

Вместо ответа Витька нервно дернул плечом. Признавать, что про такую поляну они слышали впервые (и хоть как-то демонстрировать противнику свою слабость) не хотел никто.

– До Сонника далеко?

– Две поляны вверх.

– Ну, гад! – Димка демонстративно потряс шлейфами. – Если обманул!..

– Да не обманывал я, – вздохнул Апокалифтис. – Смысла нет. Рано или поздно Гильдия головенки-то вам все равно поотрывает…

– Ты о своей башке позаботься, врун! – Мальчик нырнул в открытый пульт, что-то там изучая. – А свои головы мы уж сами побережем.

– Да как скажете, мелюзга, – равнодушно протянул Лифт. Если бы он мог пожимать плечами, как мы с вами, обязательно добавил бы к своим словам этот жест. – С прибытием, так сказать…

Кабина окончательно остановилась, качнувшись в последний раз. Двери начали трансформироваться, расползаясь на сложносоставные фрагменты. Внутрь ворвалась легкая прохлада и стерильный запах (едва-едва уловимый аромат медикаментов), какой мама иногда приносила домой после дезинфекции на рабочем месте.

– Доброго пути не пожелаю, должны меня понять, – напоследок съязвил Апокалифтис, когда дети уже переступали порог. – Но если передумаете, всегда буду рад сотрудничеству, вы толковые…

– И не надейся! – процедил Дима, едва удержавшись, чтобы злобно не плюнуть на ковер.

Но когда сегментарная дверь собралась в непроницаемый щит, а внешние створки плавно отсекли сверкающие поверхности, выдвинувшись из стенок шахты, он все же пнул по ним, выплескивая гнев.

– Посмотрим, гаденыш, как тебе понравится, когда Гильдия придет посмотреть на общину!

– Димка? – испуганно охнул его брат, вдруг догадавшись. – Что ты сделал, пока сидел под планшетом?

– Незаметно установил связь с сетью города, – прищурившись, подтвердил тот. – Не хочу даже думать, что эта сволочь и дальше будет мучить жителей Благодати…

– Молодец, братик! – захлопала в ладоши Настя, вдруг ощутив прилив сил – только теперь ей показалось, что справедливость восторжествовала. – Так его!

– Зачем ты это сделал? – тут же возмутился Витя, озабоченно качая головой. – Он же теперь точно выдаст нас Страже! Пойдет на дно шахты, но и нас попытается утащить…

В ответ Димка хмыкнул, словно говоря этим – ты, братец, меня явно недооцениваешь.

– Может, ты забыл, но мой папа тоже механик высшего разряда, и я тоже кое-что умею, – горделиво подбоченился он. – Я нашел в пульте реле, позволяющее начать соединение только через пару часов. Так что этого гада скоро ждет крайне неприятный сюрприз! Ну а мы к тому времени будем уже далеко…

И он хищно улыбнулся, потирая руки. Настя, которую происходящее на Благодати потрясло сильнее всех, согласно кивнула и ободряюще похлопала брата по плечу. Витька же, более сдержанно оценив подобный способ решения конфликта, только потер переносицу.

– Пусть будет так. Но задерживаться теперь тем более не стоит. – Он поправил очки и отвернулся от шахты. – Давайте-ка поймем, куда попали на этот раз. Может, нам повезет, и здесь мы найдем хоть один путеводный знак Облачка?..

Глава пятая,
в которой становится известна истинная цена знаний, а кое-кто из одной беды попадает в другую

Технический этаж, который Апокалифтис почему-то назвал Библиотекой, был не похож на обычные ярусы Спасгорода. Но и псевдополяны или лабиринты внешней стены он не напоминал тоже. Потолки оказались вовсе не давящими, метров десять высотой, но все равно не могли сравниться с искусственными небосклонами любого из жилых уровней (например, печального Многодворовска).

Труб, решеток радиаторов, паровых котлов и поршней, вентилей, шестеренок или пучков высоковольтных проводов – неизменных атрибутов коммуникационных помещений – тут не было и в помине. Правда, не было и книг, как это принято в библиотеках, к каким дети привыкли в школе или Доме культуры.

Зато были огромные, поднимавшиеся почти под потолок шкафы, очень напоминавшие книжные. Только вот заполнены эти шкафы оказались железными коробками, сплошь напичканными электроникой и сияющими ярко-голубыми диодами. Эти стеллажи (с виду совершенно одинаковые) занимали, казалось, все пространство поляны. Образовывали проходы, коридоры, целые комнаты, холлы, дворики, переулки, улицы, площади и даже проспекты.

За такими «библиотечными шкафами», совершенно не содержащими книг, змеясь и переплетаясь, вились сотни и тысячи проводов, убегавших в потолочные отверстия. Сперва они напомнили путешественникам искрометы, с которыми им когда-то пришлось столкнуться, но почти сразу стало ясно, что местные провода собственной жизнью не обладают.

За время доставки на Банк Данных-1-НЗУ наши герои успели немного перевести дух и успокоиться, однако о покинутой поляне все равно вспоминали с содроганием. Неужели Облачко и его таинственный друг знали, через чтотам придется пройти близнецам? Отчего были уверены, что тройняшки смогут сбежать от сектантов, поклоняющихся Лифту?..

Впрочем, визит на Благодать (как и все плохое) дети, поглощенные исследованием новой поляны, забыли довольно быстро.

– Ух ты, – выдохнул Виктор, едва прошло первое ошеломляющее впечатление от зрелища сотен огоньков на информационных блоках, – вот это да… Хранилище информации, настоящая сокровищница… Да тут, наверное, все знания о городе, вы только взгляните!

И он призывно, будто бы брат и сестра не любовались стеллажами вместе с ним, протянул руку.

– Даже если каждый модуль памяти содержит всего один терабайт… или даже неполный терабайт… тут все равно очень, очень, очень много информации…

Глаза мальчика загорелись, словно сейчас он снова принимал участие в увлекательной школьной экскурсии, а вовсе не продолжал опасное путешествие, едва вырвавшись из лап безумных поклонников Апокалифтиса.

– Витька, ну-ка угомонись, чтоб тебя Птицы заклевали! – возмутилась Настя, недовольная таким неуместным энтузиазмом. – И вообще, в них, скорее всего, сухая и неинтересная статистика. Я уверена, эта поляна – обычная буферная зона, где обрабатываются данные о действующих в Спасгороде машинах или Лифтах. Апокалифтис же сказал, что она для административного пользования – ну какой тут может быть интерес?

– Нет, сестренка, – мечтательно произнес Витя, продолжая разглядывать шкафы, заполненные модулями. – Лифт-жулик сказал, что это как раз банк данных.

– Банк это или буфер, – отрезал Димка, шагая вперед и увлекая за собой остальных, – значения не имеет. Потому что для нас это место – всего лишь еще одна ступенька к таинственному Соннику, ясно? И давайте не будем об этом забывать. Чем быстрее найдем возможность подняться к вышестоящей поляне, тем меньше шансов наткнуться на тех, кто захочет вернуть нас на Заботинск.

– Ой, а ведь верно… – неуверенно поддержала его девочка, озираясь. – Наверняка тут дежурит кто-то из операторов или чиновников, как старики на Амбаре.

– Сомневаюсь, – помотал головой Дмитрий, продолжая шагать по одной из пустынных «улиц» и тем самым заставляя остальных ускориться. – Если бы на ярусе была зафиксирована биологическая активность, Апокалифтис не стал бы нас здесь высаживать, чтобы не рисковать самому. Я уверен, поляна полностью автоматизирована.

И Настя, вздохнув, замолчала.

Во-первых, потому что брат, скорее всего, был прав. А во-вторых, потому что сейчас Дима говорил так похоже на отца, что Анастасии стало не по себе – словно за один день ее брат лишился частички чего-то детского, беззаботного и легкого, как это часто бывает при взрослении…

Как бы то ни было, все трое продолжали двигаться вперед (говоря точнее, они куда-то шли, не имея ни малейшего представления о направлении движения). Температура на Библиотеке поддерживалась невысокая, что обеспечивало большую работоспособность машин, а потому через какое-то время дети начали зябнуть.

Они до горла застегнули рваные школьные куртки (вновь помянув одичавших благодатинцев недобрым словом) и подпоясались найденными на полу обрывками проводов, стремясь сохранить быстро убегающее тепло.

А лабиринт между тем затягивал все глубже и глубже, оставаясь удручающе однообразным. Конечно, в нем было даже отчасти уютно – повсюду мерцали светодиоды разных оттенков синего, да и пыли на полах почти не наблюдалось. Но схожесть коридоров и почти полное отсутствие открытых пространств все же угнетали. А через какое-то время странникам стало казаться, что они и вовсе ходят по кругу.

– Стойте! – в какой-то момент вдруг скомандовал Димка, и близнецы устало опустились на пол, вытягивая гудящие ноги. – Так дело не пойдет. Сидите тут, я залезу вот на этот шкаф и посмотрю, что видно сверху.

– Только будь, пожалуйста, осторожнее, – заботливо попросила Настя, сжимая кулачки. – И смотри, чтобы тебя не ударило током.

– И еще постарайся не повредить модули памяти. Если что-то выскочит из пазов, немедленно вставь обратно… – наставительно добавил Витька, и брат как-то странно посмотрел на него в ответ.

Затем, старательно примерившись к ближайшему стеллажу (похожему на остальные, как сам Дима был похож на Витю), мальчик полез вверх, цепляясь пальцами за железные края полок и размеренно подтягиваясь. Ноги его вставали на самые краешки, упираясь в хрупкие диоды на модулях, но он не обращал на это никакого внимания. Даже когда несколько раз ботинок соскальзывал, с хрустом разбивая крохотные лампочки, разведчик продолжал карабкаться, ни разу не обернувшись.

Виктор, снизу наблюдавший за повреждениями уникальной электроники, морщился, будто от боли, но молчал.

Забравшись на самый верх шкафа и устроившись на его пыльной крыше, Димка улегся на живот, давая отдых нывшим от натуги рукам.

– Ну, что там?! – нетерпеливо спросила Настя, привставая от любопытства.

– Темно тут, – донеслось до них сверху. – Внизу модули свет дают, а потолочных светильников нет. Поэтому темно. Но я вижу проходы, да. Они словно бы подсвечены… кстати, это и правда напоминает лабиринт. Витька, ты был прав, когда сравнивал это место с тем островом из греческих мифов… Как он назывался, Крот?

– Крит, это был Крит… А шахту? – Витя поднялся на ноги, задирая голову. – Ты видишь хоть одну шахту?

– К сожалению, нет, – честно сознался наблюдатель, вглядываясь в густой сумрак, царивший над поляной. – Я вижу, как что-то темнеет вдали, но это может оказаться и шахта Апокалифтиса, от которой мы шли. Большего разобрать не могу. Отсюда даже не видно, в каком направлении ближайшая внешняя стена…

– Пожалуйста, Димочка, спускайся аккуратнее! – попросила Настя, тяжело и устало вставая.

– Ладно-ладно, не будь занудой…

Передохнув, Димка полез обратно, при этом возвращение заняло у него гораздо меньше времени. Когда до пола оставалась пара метров, он и вовсе разжал ладони, ловко спрыгнув и приземлившись точно между братом и сестрой.

– И все равно, я кое-что заметил, – не без гордости сообщил шкафолаз, подбочениваясь.

– А почему сразу не сказал? – насупился Виктор.

– Хотел видеть ваши лица. – Дима хохотнул. – Ладно, не обижайтесь. В общем, вон в той стороне, – он махнул куда-то налево и за спину, – свет, выбивающийся снизу, вроде как ярче. Подозреваю, что там находится что-то вроде центра управления. Может быть, там мы найдем планшет внутренней связи или карту.

– Браво, – кивнул Витя, хлопнув брата по плечу, – теперь у нас есть курс. Без него мы и правда могли бы неделями блуждать в этом лабиринте знаний. И еще неизвестно, не водятся ли тут минотавры…

– Кто? – испуганно и торопливо поинтересовалась Настя.

Но Витька лишь покачал головой, продолжая через запыленные очки щуриться на однообразные стеллажи, заставленные столь же однообразными информационными модулями.

Они двинулись в направлении, указанном Димкой. От наличия хоть какого-то плана всем троим показалось, что идти стало легче, а воздух немножко потеплел. Звуки шагов таяли в равномерном электрическом гудении, окружавшем со всех сторон, разговаривать не хотелось.

Разбитые, потерянные и одинокие, они брели вперед в самое сердце огромного, занимавшего всю поляну лабиринта. Брели, опасаясь столкнуться с чем-то, что Виктор небрежно назвал «минотавром». Брели в надежде целыми и невредимыми выбраться из этого страшного и непредсказуемого приключения, достигнуть указанной ботом цели и поскорее вернуться домой. Но приключение заканчиваться отнюдь не собиралось…

Вдруг Дима остановился, вытягивая руку и призывая остальных тоже застыть на месте.

– Тихо, – попросил он, хотя они и так вели себя, словно пугливые лабораторные мышки. – Вы что-нибудь слышали?

Настя и Витя отрицательно покачали головами, но теперь насторожились.

– Мне показалось, вон там что-то мелькнуло, – прошептал Дмитрий, указывая на один из проходов впереди. – Что-то вроде человека, но только совершенно бесшумное, клянусь…

– Может, тебе все-таки показалось? – неуверенно предположил Виктор, чувствуя, как спина покрывается мурашками.

– Может. Но все же я…

– Мама! – пронзительно вскрикнула Настя, вцепляясь в братьев и дрожа всем телом.

Она смотрела направо в ближайший проход, наполненный приятным приглушенным мерцанием разноцветных ламп и индикаторов.

– Я тоже что-то видела. Там… Похожее на человека… Но прозрачное.

– Что? – Витька усиленно всматривался в полумрак, но не видел ничего, кроме коридора, его ответвлений, ровных рядов модулей памяти и россыпи ярких ламп. – Прозрачный человек?

– Мамочка, – повторила Настя, клацая зубами. – Кажется, здесь тоже живут психолептоны…

– Дуреха, – нервно огрызнулся Димка, потому что и сам был напуган. – Усыпальница на весь город одна!

– Но я же видела! – с обидой всхлипнула сестра. – Давайте быстрее уйдем отсюда, пожалуйста! Если тут стоит установка по подавлению эмоций… я не хочу, чтобы повторилось, как в прошлый раз…

Этого не хотел никто – все трое хорошо помнили, в какую стремительную и глубокую депрессию скатилась девочка, увязнув в атмосфере Усыпальницы. И когда они уже приготовились продолжить свой путь к центру управления поляной (разумеется, предположительно, потому что никто из них не мог точно знать, что именно находится в центре лабиринта), странное прозрачное существо заметил и Виктор.

От испуга и удивления он даже невольно выругался, чего практически никогда не позволял ни себе, ни брату (когда, конечно же, уличал его в этом). Остолбенев, Витя разглядывал странный образ, парящий в полуметре над полом в одном из боковых коридоров.

С одной стороны, тот в самом деле напоминал психолептона Усыпальницы. Но с другой – был на него совсем не похож.

– Витька, что это? – шепотом поинтересовался Дима, словно брат мог сразу сообразить, что за необычное существо предстало перед путешественниками. – Психолептон? Оно опасное?

– Я не всезнайка, – таким же шепотом ответил Виктор, на всякий случай отодвигаясь. – Но на жителей Усыпальницы вроде похож, опасным не выглядит…

И правда – светящийся полупрозрачный силуэт, парящий в воздухе, не демонстрировал никаких враждебных намерений. Высокий, одетый в ниспадающий до пят плащ с капюшоном, скрывавшим лицо (как у старших Смотрителей, с которыми когда-то работал их папа), – призрак напоминал персонажа из амбивизора. Выглядел незнакомец спокойным и умиротворенным.

Словно голографическое изображение, образ пульсировал и переливался, становясь то четче, то практически растворяясь в полумраке. Парил, чуть поджав колени (этим он в самом деле походил на психолептона), и чуть заметно перебирал длинными тонкими пальцами.

– Ой, а вон еще один! – Настя резко повернулась в другую сторону, тыча пальцем. Они увидели новое привидение, похожее на первое, как распечатки из копировальной машины. – А вон еще!

Затем из соседних коридоров выплыло третье, четвертое, пятое и даже шестое существо. Укутанные в одинаковые накидки, прячущие лица, они выглядели загадочно, но вовсе не казались врагами. Однако стоящие в их кольце тройняшки все равно чувствовали себя неуютно.

Окутанные ровным голубоватым светом, привидения мерцали и меняли яркость, плавая в воздухе вокруг наших героев.

– Здравствуйте, дети, – мягким, преисполненным заботы женским голосом произнесла одна из фигур, но близнецы так и не смогли сообразить, какая именно.

Казалось, звук льется со всех сторон, словно говорят все шесть призраков разом. Впрочем, пугающего впечатления такой хор не производил – напротив, от кружащего стереоэффекта по необъяснимой причине становилось тепло и уютно.

– Рады приветствовать гостей нашей Библиотеки, хотя это и не частое явление. Что привело вас сюда? Необходимость, беда или жажда новых знаний?

Сбившись в кучку и не решаясь расцепить крепко сплетенных рук, Димка, Витька и Настя вертели головами, озираясь.

– Здравствуйте, – неуверенно произнес Виктор, в очередной раз исполняя роль того, кто первым вступает в переговоры. – Мы тут по стечению обстоятельств, если так можно сказать.

– И из-за беды, – пискнула Настя, не сдержавшись. – А вы – психолептоны, так?

– Удивительно, – изумилось существо (или одновременно все шестеро?), вполне человеческим жестом разводя руки. – Нечасто встретишь человека, осведомленного о природе визуально-эмоциональных матриц Специфического Хранилища Памяти. Но нет, дети, мы не психолептоны. Мы – существа иного порядка, хоть и имеем определенное сходство.

– А мы можем попросить вас о помощи? – продолжила Настя (вероятно, девочка хотела хоть как-то загладить свой эмоциональный срыв на Усыпальнице, которым чуть не поставила под угрозу их предыдущее путешествие).

– О помощи? – переглянулись прозрачные фигуры, сотканные из светло-голубого света.

– Бедные, бедные дети, – сказала мужским голосом одна из них.

– Они попали в беду, – сказала вторая женским.

– Мы постараемся помочь, если это в наших силах, – добавила третья, и все шестеро одновременно кивнули. – Но мы лишь хранители знаний, Библиотекари, и не сможем защитить вас от угрозы.

– Явной угрозы нет… пока нет. – Димка неуверенно оглядывался, не зная точно, к какому из существ обращаться. – Понимаете, нам нужно наверх, на определенную поляну. На Сонник. Или хотя бы поближе к нему…

Прозрачные люди по-прежнему парили вокруг них, внимательно ловя каждое слово.

Вам кажется, любой на месте наших героев испугался бы? Или как минимум онемел и оцепенел от удивления? Но не будем забывать, что путешественники испытали слишком многое, чтобы реагировать так, как мы с вами. К тому же ребята знали о природе психолептонов, обитавших на Усыпальнице. А еще – звуки приятных, чуть механических голосов Библиотекарей прогоняли тревожные мысли.

– Мы поможем. – Бархатно шелестящие слова заставляли чувствовать себя в безопасности. – Мы покажем вам путь наверх, хоть он ведет и не на Сонник.

– И вы сможете покинуть Библиотеку, – добавила фигура слева.

– Если, конечно, не захотите воспользоваться ее богатствами, – подтвердила фигура справа.

– Мы будем вам очень-очень благодарны. – Настя выступила вперед, складывая ладони, будто умоляла парящих перед ней привидений. – Вы бы только знали, как нам нужно добраться до Сонника и вернуться домой…

– Если это все, чем мы можем помочь вам, то ступайте следом, – мягким женским голосом молвил один из мерцающих образов, выплывая из правого коридора и направляясь в соседний. – Это меньшее, что Возвышенные могут сделать для детей Спасгорода.

– Возвышенные? – заинтересованно вскинул голову Витька, наблюдая, как остальные призраки тянутся по воздуху следом за ними. – Что вы имеете в виду?

– Я говорю о нас, Библиотекарях, молодой человек, – произнесла женская фигура впереди, но звук опять полился со всех сторон. – О самых могущественных и авторитетных обитателях города. Я говорю о тех, кто владеет бесценными сокровищницами информации, а значит – возвышен над остальными!

Сейчас в мягком голосе Библиотекарши звучала гордость, какую заботинцы не раз слышали на школьной линейке в речах Колючки (да еще от Компетенции – всезнающего Лифта, когда-то помогавшего отважным странникам).

– А ваша сила может доставить нас на Сонник? – не без ехидства поинтересовался Димка, почесывая нос, чтобы скрыть ухмылку. – Вы ведь сказали, что всего лишь храните знания.

– Доставить не в силах, – хладнокровно ответили ему из-за спины. – Но мы располагаем теоретической информацией о том, как именно вы сможете туда попасть. С минимальными затратами сил и времени. Если бы наши голографические оболочки обладали функцией перемещения между полянами, мы бы непременно сопроводили вас до конечной точки путешествия, оберегая в пути своими знаниями.

Коридоры шкафов с модулями памяти сменялись новыми коридорами. Гости и хозяева яруса все поворачивали и поворачивали, не прибавляя шага, но и не замедляясь. Это была странная процессия – трое детей в рваной школьной одежке и светящиеся призраки, парящие вокруг них.

– О какого рода знаниях вы говорите, уважаемая Библиотекарь? – осторожно поинтересовался Витя, и брат с сестрой тут же переглянулись, уловив что-то странное в его голосе.

– Это сложно описать словами, мальчик, – ответила ему одна из женских фигур сбоку. – Мы говорим об информации в целом. О Знаниях с большой буквы. О бесконечных объемах данных, накопленных человечеством во времена Спасгорода и до его создания…

– До строительства города?! – Витька, шедший последним из троих, чуть не подпрыгнул на месте. – О временах до Большой Болезни?

Остальные сразу вспомнили лекцию на Амбаре, которую, увы, слушали самым краешком уха.

– И о временах до Большой Болезни, – снисходительно согласилось привидение. – Мы знаем все и обо всем. Мы знаем о зарождении человеческих цивилизаций и об их падении; знаем об империях и республиках, о войнах и искусстве, о науке и философских течениях. Мы знаем, как рушился старый мир и как создавался Спасгород. Мы знаем о Птицах. Мы знаем все.

– Этого не может быть, – ошеломленно прошептал Виктор, и родные вновь взглянули на него с тревогой. – Столько знаний… Но как вам это удалось? Ни один человек не может столько знать! И Лифт не может!

– Мы не совсем люди, малыш, – мягко поправил его мужской силуэт слева. – Мы – Возвышенные Библиотекари. Мы впитываем знания, как губка впитывает воду. Мы множим их, мы сохраняем их. Мы сами часть этих знаний.

– Как бы я хотел узнать хотя бы сотую часть того, что известно вам… – мечтательно прошептал Витя, не обращая внимания на предостерегающие Димкины взгляды. – Узнать о том, что такое океаны. Или о временах, когда Человек не воевал с Птицей. Чем на самом деле являются космос и звезды, о которых рассказывают в сказках… Как бы я хотел изучить все это… Но, увы, школьная программа суха и однообразна, в нее входит далеко не все…

Он грустно уставился себе под ноги.

– Особенно мало наши учителя рассказывают об эпохе до рождения Спасгорода…

– Нет ничего проще, чем познать истину.

Все шесть фигур разом кивнули, остановившись.

Замерли на своих местах и дети, недоуменно оглядываясь. И лишь Витькины глаза за линзами поцарапанных очков горели странным и шальным огоньком азарта.

– Библиотека открыта для тех, кто находит ее на своем пути, – произнесла первая фигура. – Открыта для тех, кто выбирает ее своей судьбой, кто желает познать. О нашем ярусе известно немногим. Но те, кому уготовано попасть в Библиотеку, обретают здесь счастье. Они обретают могущество, сравниться с которым могут лишь Смотрители!

– Ага, потрясно. Но, пожалуй, нам пора дальше! – Дима бесцеремонно прервал торжественный монолог Библиотекарши, схватив брата за край куртки и решительно потянув за собой. Хрустнули нитки. – Время уходит, есть охота, а нам еще предстоит долгий путь…

Сотканные из света силуэты словно бы замешкались, переглянулись. Но затем устремились следом за детьми. Один из них снова выплыл вперед, указывая путь.

– Да не тяни ты меня. – Витька недовольно вырвался из хватки, но продолжил шагать. Повернулся к Возвышенным: – И вы хотите сказать, что готовы поделиться информацией с любым желающим?

– С любым, – подтвердили призраки со всех сторон, – кому судьбой уготовано найти Библиотеку.