Текст книги "Колдовской Мир (сборник)"
Автор книги: Андрэ Нортон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 59 страниц) [доступный отрывок для чтения: 24 страниц]
Глава 17
ВЗОРВАННЫЙ МИР
Солнце стояло высоко и, как предвидел Саймон, стало так жарко, что даже легкая рубашка нестерпимым грузом давила на плечи. Вместо шлема он обмотал себе голову своим коддеровским мундиром на манер тюрбана, но все равно было очень жарко, когда они добрались до Врат. Саймон долго их рассматривал, но, как и в тот далекий день, когда он впервые увидел старинное сооружение в саду у Петрониуса, он позади Врат не заметил ничего, кроме той же скалистой пустыни, что была вокруг. И эти Врата, быть может, действовали лишь в определенное время суток? Он решил, что строительство Врат завершено, так как возле них никого не было, хотя в лагере там и сям лежали люди, словно свалившись в изнеможении.
– Саймон!
Джелит и Алдис устроились под козырьком скалы, и это было единственное возможное укрытие от солнца. Алдис поднялась на ноги, глядя на своих спутников, а потом туда, где стояли в мерцающем воздухе Врата. Руки ее сжимали талисман, лицо оживилось, на нем теперь было такое выражение, словно она видит перед собой то, к чему стремилась. Она двинулась вперед, сначала неторопливо, а затем все убыстряя шаг. Саймон хотел было остановить ее, но Джелит подняла руку предупреждающим жестом. Алдис бежала под палящими лучами солнца, не обращая на них никакого внимания, ее изодранное платье волочилось по камням.
– Скорей! – крикнула Джелит, кидаясь за нею вслед, и Саймон бросился бежать за ними.
Беглецы были ближе к Вратам, чем те, что в лагере, и враги заметили их не сразу, потому что некоторое время они укрывались позади застывших в неподвижности вездеходов и наваленных рядом с ними ящиков.
Алдис бежала к Вратам, и хотя на всем пути до этого места она все время спотыкалась и падала, сейчас от ее усталости не осталось и следа. Она бежала с невероятной, нечеловеческой скоростью впереди своих преследователей.
В лагере раздался крик, но Саймон не осмелился даже повернуть голову, ибо нужно было следить за Алдис, которая выбежала на ровное место и неслась, как птица. Джелит не слишком от нее отставала, а Саймон бежал позади женщин.
Джелит сделала отчаянный рывок и сумела ухватиться за подол платья Алдис. Материя затрещала, но Джелит не выпустила платья Алдис, которая изо всех сил рвалась к Вратам, волоча за собой Джелит. Саймон подбежал к женщинам, тяжело дыша и задыхаясь от бега. И почти сразу же что-то просвистело у них над головами, и спас их только очередной отчаянный рывок Алдис. Их начали обстреливать из лагеря. Но Саймон сделал то единственное, что могло вывести их из поля огня. Всей своей тяжестью он навалился на борющихся женщин, рванулся, и все трое оказались на поперечине Врат.
И сразу же их словно поглотила ночь после сияющего дня. Ощущение того, что он вторгается туда, где нет места ему подобным, охватило Саймона с такой силой, что эти несколько мгновений показались ему вечностью. А потом он провалился в мрак, и косые струи дождя хлестали его тело.
Сверкнула молния, и раздался оглушительный раскат грома. Джелит, лежавшая в его объятиях, всем телом прижалась к нему.
Дождь бил им прямо в лицо. Саймон задыхался и отплевывался, но упорно продолжал пробираться вперед, волоча за собой Джелит. Она что-то крикнула ему, но он не услышал за свистом ветра, и только при свете вспыхнувшей молнии увидел лежащую ничком Алдис. Вода хлестала ее неподвижное тело. Саймон наклонился и взвалил себе на плечи бесчувственную женщину: ее глаза были закрыты, голова беспомощно болталась.
Они находились в долине между двумя каменными стенами, и вода быстро заполняла эту впадину. Саймон добрался до стены и осмотрел ее, ища точку опоры. Подъем на нее оказался изнурительным, особенно из-за Алдис, но в конце концов они выбрались наверх и рухнули рядом на камни. Саймон лежал спиной к ветру, прикрыв голову рукой.
Когда он собрался с силами и сел, чтобы оглядеться, обе женщины даже не пошевелились. Небо было темным, дождь лил по-прежнему. Неподалеку Саймон увидел какую-то темную массу и решил, что там они найдут убежище от непогоды.
Он легонько встряхнул Джелит, но она едва нашла в себе силы открыть глаза, потом с трудом встала на четвереньки, и Саймону удалось поставить ее на ноги. Он довел ее до укрытия и пошел за Алдис.
Только вернувшись обратно, Саймон заметил, что укрылись они не под нависшей скалой и не в расщелине, а в развалинах какого-то здания. Стены комнаты, в которой они очутились, полуобвалились, в крыше зияли отверстия. Между плитками пола там и сям пробивалась трава – значит, развалинам было несколько веков. И, несмотря на свежесть гулявшего по развалинам ветра, здесь воняло тлением и гнилью.
На полу валялись камни, обломки чего-то непонятного, но Саймон решил осмотреть комнату. Спотыкаясь и едва не падая, он пошел в дальний угол, где стены обвалились сильнее всего. И почти сразу же он наткнулся на какой-то предмет, затрещавший от толчка. Саймон протянул руку и нащупал шелковистую ткань, сразу же разорвавшуюся под его руками, затем – металлический стержень. Саймон взял прут и вернулся обратно к двери, где мрак, казалось, начинал понемногу рассеиваться.
То, что было у него в руках, вполне могло сойти за оружие и чем-то смутно напоминало ружья его мира. Во всяком случае, здесь были ствол и барабан, но весило все это поразительно мало.
Джелит положила руку на лоб Алдис.
– Она умерла? – спросил Саймон.
– Нет, она, вероятно, ушиблась, когда падала. Это и есть тот самый мир, из которого пришли колдеры? – в голосе у нее не было страха, только интерес.
– Похоже на то…
В одном он был уверен: им не следует удаляться от этого места, где они проникли через Врата. Если они заблудятся, то вряд ли сумеют вернуться обратно в свой мир.
– Интересно, есть ли с этой стороны какой-нибудь след Врат? – Джелит, как всегда, прочитала его мысли. – Ведь должны же они иметь ориентир, если хотят проходить сквозь Врата туда и обратно!
Постепенно буря утихала. Темнота ночи, встретившая их, когда они прошли через Врата, сменилась серым светом приближающегося рассвета. Саймон стал с интересом рассматривать окрестности. Это была пустыня, как и по ту сторону Врат: было видно, что некогда здесь обитали люди. То, что он поначалу принял за обломки скал, оказалось многочисленными развалинами домов.
Некогда ему приходилось видеть подобные картины: когда армия с боями проходила через Францию и Германию. И там тоже все выглядело примерно так же: последствия войны или, по крайней мере, великого бедствия. И точно так же там стояли здания в руинах, и сквозь плитки пола пробивалась трава.
Солнце так и не появилось, но уже наступил день. И теперь Саймон разглядел, что земля в руинах местами запеклась, напоминая черный шлак. И перед ним снова воочию возник кошмар его родного мира. Атомная война? Радиоактивная земля? Но ведь атомная бомба не могла бы вот так снести половину здания, оставив вторую половину в целости и сохранности. Значит, какое-то другое оружие.
– Саймон!
Он и сам заметил какое-то движение за разрушенной стеной. Что-то живое, такое огромное, что внушало ужас, двигалось в направлении их убежища. Саймон бросил взгляд на оружие, которое нашел на полу. Джелит потянулась к ножу, висевшему на поясе. Саймон вновь подивился сходству этого стержня с земным ружьем. Но его озадачило слишком узкое выходное отверстие – через него не проникла бы даже игольчатая стрела эсткарпских самострелов… Чем же могла служить такая тонкая трубочка? Ведь тут не было курка, только какая-то крохотная кнопочка. И, не ожидая никакого результата, Саймон нажал на эту кнопку.
Куст, на который он направил чужеземное оружие, вздрогнул, роняя капли воды, потом его побеги склонились до самой земли, листья стали сворачиваться в трубочки. Саймон не верил своим глазам: растение дрожало и гнулось все ниже и ниже. Рядом тихонько вскрикнула Джелит. Они оба, замерев, уставились на серый комочек, тихо упавший на землю – все, что осталось от цветущего куста. И все это произошло без единого звука, без всякого видимого движения… они увидели только результат действия чужого оружия.
– Саймон! Что-то приближается…
Он и сам почувствовал то же самое: ничего не было видно, но он ясно чувствовал, что сейчас должно что-то произойти. Он ясно ощущал опасность.
– Будь наготове…
Слова едва сорвались с губ Джелит, это было больше похоже на тихий вздох. Она сжала его руку. Напряжение Саймона достигло крайнего предела. И вот…
Они появились с трех сторон и молча бежали к их укрытию. Один выскочил из-за стены, другой – из густых зарослей, последний – из полуразрушенного здания. Это были люди, вернее, поправил себя Саймон, имели их облик. Лохмотья одежды еще кое-как прикрывали их тела, но это только производило жуткое впечатление и не прибавляло им человеческого вида. Ибо тела их были невообразимо тощи, руки и ноги – костлявы, настолько что кости едва не прорывали туго натянутую кожу. Головы на вытянутых тонких шеях больше всего напоминали высохшие черепа. Словно в этих руинах вдруг ожили мертвецы, встали на ноги и двинулись вперед.
Саймон обратил свое ружье против этой троицы, повел им из стороны в сторону. Долгую секунду ему казалось, что в ружье больше нет заряда, ибо некоторое время они еще бежали вперед. Потом вдруг остановились, как вкопанные, и тела их обратились в пепел, как тот куст, в который Саймон стрелял раньше.
Но перед смертью они вдруг закричали высокими странными голосами, и заплясали, и задрожали на месте, словно в странном танце. Только потом они рухнули, и на месте их тел осталась кучка пепла. Саймон ощутил приступ тошноты, рот наполнился горечью. Джелит вскрикнула и вцепилась ему в руку.
– Вот как…
Они оба вздрогнули, услышав позади себя голос. Алдис стояла у них за спиной, придерживаясь рукой за стену. Улыбка на ее лице, которая появилась при виде того, что осталось от живых мертвецов, вызвала у Саймона новый прилив тошноты.
– Значит, они все еще живы – последний гарнизон? – Она не обращала внимания на Саймона и Джелит, словно их не было вовсе. – Что ж, их вахта все равно должна была закончиться.
Джелит отпустила руку Саймона.
– Кто это такие? – спросила она. Алдис даже не обернулась. Все еще улыбаясь, она рассматривала останки.
– Гарнизон… Они были оставлены, чтобы защитить последний барьер. Они не знали, разумеется, что их единственная обязанность – продержаться до тех пор, пока Командиры не окажутся в безопасности. Они считали, бедные дурачки, что им вот-вот придут на помощь. Но у Командиров были совсем другие проблемы. – Она рассмеялась, потом продолжила. – Во всяком случае, это неожиданность для хозяев, потому что эти продержались дольше, чем можно было ожидать.
Откуда ей все это было известно? Алдис ведь не была колдером по рождению. Насколько известно, среди колдеров вообще не было женщин. Но почему-то Саймон не сомневался, что все обстояло именно так, как она говорит. Джелит снова сделала предупреждающий жест.
– Там есть еще…
И на этот раз Саймон не нуждался в предупреждении, ибо чувство опасности не уменьшилось. Но никакого движения впереди он не заметил. Джелит повернулась в ту сторону, откуда они пришли.
– Они собираются, но не против нас…
Алдис издала короткий смешок, в котором была нечеловеческая злоба.
– О, они ждут, – подтвердила она. – Ведь они ждали долго, очень долго. А теперь они вышли на охоту, и охота будет отчаянной… – она снова засмеялась горьким смехом, похожим на крик боли.
В том, что она говорила, не было ничего неожиданного. Колдеры непременно пойдут во Врата, охотясь за тремя беглецами. А эти существа – они наверняка собираются у Врат, чтобы встретить тех, кто сейчас должен явиться. Знали ли колдеры, кто ждет их?
Саймон бросил короткий взгляд на край утеса, по которому они взобрались. Из укрытия выйти, конечно, очень опасно, но ведь только так они смогут увидеть Врата в действии. И поэтому не приходится считаться с тем гнетущим страхом, который мучил его все это время.
Если встать спиной вон к тому каменному остову, то можно будет наблюдать за Вратами. Стиснув в руке ружье, Саймон схватил Алдис за руку и потащил ее вперед. Джелит следовала за ними.
То, что ночью Саймон принял за ложе ручья, на самом деле оказалось остатками каменной мостовой, заваленной обломками камней, упавших сверху. Но в середине той впадины бежал ручей. Немного вправо от того места, где они сейчас стояли, через дорогу виднелись колонны из зеленоватого металла.
– Врата! – сказала Джелит.
– И их защитники, – добавил Саймон. Теперь уже ясно были видны фигуры, движущиеся по дороге. И хотя вид у них был совершенно жуткий, хотя в них не было совершенно ничего человеческого, действовали они как разумные существа или, по крайней мере, как существа, разум в которых еще не совсем угас. У некоторых из них Саймон заметил в руках трубки, подобные той, которая была у него.
– Они проходят через Врата!
Металлические колонны нисколько не изменились, словно никто ими не пользовался. Но внезапно, словно из воздуха, перед ними стали появляться люди…
Одержимые воины из мира Джелит двигались с осторожностью, и те, что притаились в укрытии, поджидая их, не показывались… И солдаты колдеров начали двигаться вперед. Через Врата уже прошел большой отряд, вслед за ним показался бампер одного из вездеходов, за ним двигались остальные. Один из одержимых вел вездеход, но рядом с ним сидел колдеровский агент.
Саймон ощутил, что вокруг них в воздухе что-то реет, он явственно ощущал, как тяжело давит атмосфера.
– Они ненавидят… – прошептала Джелит. – Как они ненавидят!
– Ненавидят! – передразнила ее Алдис. – Но пока что они ждут. Они ведь научились ждать, потому что жили только ради этого.
Из пустоты появился второй вездеход. К тому времени пешие силы захватчиков прошли уже добрую часть дороги. Кабина второго вездехода была намного больше, купол у нее был прозрачным. Внутри сидели два настоящих колдера, один из них – в металлическом шлеме.
Облака носящейся в воздухе ненависти так сгустились, что Саймону казалось – сейчас все вокруг задымится. Но по-прежнему те, что ждали, тихо сидели в засаде. Группа одержимых все так же шла вперед по дороге.
– Вот оно!
Низкий звук, словно отдаленный раскат грома, полный звериной ненависти, в котором не было ничего человеческого. Ярость, которую так долго сдерживали, выплеснулась наружу!
Одержимые содрогались, тряслись, словно в лихорадке, складывались пополам, падали один за другим.
Вездеходам негде было развернуться на узкой дороге. Тот, в котором сидели колдеры, дал задний ход, безжалостно давя шедших за ним одержимых. Но вот водитель тоже вздрогнул, затрясся и упал на пол кабины. Вездеход еще некоторое время продолжал двигаться, затем ударился об обломок скалы и замер. Гусеницы его беспомощно вращались, тщетно пытаясь вернуть машине подвижность.
Колдер в шлеме даже не пошевельнулся, не открыл глаз. Возможно, он пытался усилием воли заставить вездеход двигаться, а может быть, это именно его воля спасала обоих колдеров от участи, постигшей тех, кто был вокруг них.
Его спутник все время вертел головой, рассматривая дорогу, но лицо его ничего не выражало.
– Они получили то, чего хотели, – сказала Алдис с тем же смешком. – Они поймали хозяина, который даст им ключ от Врат.
Наконец живые скелеты показались из укрытий – колдеры были в западне, и бояться было больше нечего. Некоторые шли с голыми руками. Через минуту эти привидения облепили вездеход и стали лезть на стеклянный колпак.
И сразу же раздались дикие крики, и половина нападающих свалилась на землю: обугленные тела с отчаянно дергавшимися в судорогах ногами. Но остальные не отступили. Несколько человек отошли и сразу же вернулись со стальным тросом. Трижды они забрасывали металлическую петлю, пока она наконец не обвилась вокруг стеклянного колпака вездехода. Потом по тросу побежала огненная полоса, и когда петлю убрали, дело было сделано. Верхушка колпака отвалилась, и те, что сидели внутри, теперь были во власти нападавших.
Джелит закрыла лицо руками: ей приходилось видеть, как грабили города и издевались над потомками Древней расы, но то, что происходило сейчас, было ни с чем не сравнимо. Она не могла смотреть на это.
– Только одного… – поперхнулась смехом Алдис, одного надо сохранить – им ведь нужен ключ! Колдер в металлическом шлеме бился в руках нападющих, глаза его были все еще закрыты. Живые скелеты сгрудились вокруг вездехода; теперь те, у кого не было такого ружья, как у Саймона, подобрали оружие одержимых. И ненависть их все еще была отчаянной и жаркой. Подхватив колдера, они двинулись вперед, словно на марше, ка будто вних ожила былая привычка. К Вратам…
Саймон вздрогнул от ужаса. Сначала – колдеры, теперь – вот эти… Какое еще зло будет развязано теперь в том мире, который он привык считать своим?
– О. да! О, да! – воскликнула Джелит. – Сначала ветер, потом гроза, а теперь еще и буря!
Глава 18
ОСАДА КОЛДЕРА
Только мертвые остались на дороге, когда Врата поглотили всю эту орду. Сколько же их прошло через Врата? Пятьдесят или сто? Саймон не мог сосчитать, но надеялся, что не больше сотни. А что могут они поделать против той огромной мощи, что таится позади Врат? Однако колдеры все же будут теперь слишком заняты, чтобы помнить о беглецах, так что сейчас было самое время возвращаться, держась позади беснующейся орды.
– Мы возвращаемся обратно…
Алдис снова издала злобный смешок. Она отошла от них и стояла сейчас на краю оврага, поглядывая на них с лукавой усмешкой на тонких губах. Последние следы былой красоты исчезли с ее лица.
– И как же вы пойдете? – крикнула она. – Эта дверь без ключа, вы не сможете ее открыть! Как насчет этого, великий воин и леди волшебница?
Она бросилась бежать зигзагами обратно к провалу.
– За ней! – воскликнула Джелит. – Разве ты не понимаешь? Этот талисман – это же ключ для нее! И для нас!
Если она права… Саймон бросился за Алдис. Чужое ружье, хотя и легкое, мешало ему бежать, но он не мог его бросить. Он мчался вперед, замечая на бегу, что эти развалины – это все, что осталось от огромного города – так обширны они были. И спрятаться здесь было проще простого. Саймон и Джелит выбежали на открытое пространство, но Алдис нигде не было видно.
– Где она? – Он заметил, что во взгляде Джелит не было обычного понимания. – Она должна быть где-то поблизости, но где же именно?
Джелит прикрыла глаза руками и с минуту постояла неподвижно. Она стояла молча, а Саймон ждал, полагаясь на нее. Наконец она опустила руки и повернулась к нему.
– Вон туда!
– Откуда…
– Откуда я знаю! Там колдеровский барьер, пустота, а у нее талисман колдеров.
Слабая ниточка, но единственная, других у них не было. Саймон кивнул и пошел за Джелит. Она повела его по узенькой тропинке между развалинами. Саймон старался оставлять заметки на камнях, пригибать ветки, чтобы можно было найти дорогу обратно.
Они вышли на открытое место, где вокруг мощеной площадки стояли менее разрушенные здания. В них проскальзывало что-то знакомое: они напоминали суровую архитектуру колдеровской твердыни. Как видно, красота и грация, которые были известны миру Саймона и Джелит, были совершенно чужды тем, кто строил эти здания. И в любом уголке этих развалин Алдис могла надежно укрыться.
– Где же она? – спросил Саймон.
Джелит положила руку на остатки невысокой стены, за которой открывалось свободное пространство. Она тяжело дышала, глаза ее были обведены темными кругами, и хотя они вдоволь напились дождевой воды, но не ели уже много часов. Саймон сомневался, что они смогут продержаться здесь долгое время. А Джелит медленно покачала головой:
– Я не знаю… я ничего не ощущаю…
Она готова была разрыдаться. Саймон обнял ее и привлек к себе, и она с благодарностью прижалась к нему, словно черпая в его утешении и поддержке силу.
– Послушай, – мягко сказал он, – ведь мы могли бы, наверное, заставить ее выйти на открытое пространство?
– Мы должны непременно это сделать! – голос ее звучал хриплым шепотом, и в нем слышались истерические нотки.
– И мы можем это сделать… Припомни-ка, ведь во время осады Карса, когда было срочно нужно вызвать превращение, ты сказала, что воспользуешься моей волей, чтобы ускорить церемонию превращения. И теперь будет то же самое: мы соединим наши воли, и ты сделаешь то, что нужно.
Она повернулась, не отрываясь от него, так, чтобы стоять лицом к открытому пространству. Пальцы ее стиснули его руку и впивались в нее все сильнее, по мере того, как она собирала все свои силы. И тихонько запела ту самую песню, которую Саймон впервые услышал во время осады Карса. Песня начиналась с низких нот и поднималась все выше и выше, и с каждым звуком Саймон ощущал все сильнее растекающиеся по его телу горячие волны. Вскоре напряжение достигло такого предела, что Саймону приходилось напрягать всю волю, чтобы только устоять на ногах. Ничего не было в мире кроме той песни-заклинания, ничего… ничего… Исчезло время, не стало пространства, только эти звуки… только они…
А потом вдруг все вокруг затихло, и он очнулся посреди развалин покинутого города. Только теперь среди обломков что-то двигалось. Существо ползком выбиралось на открытое пространство. Алдис… Она не стала подниматься на ноги, а вдруг упала на землю вниз лицом и затихла. Джелит отпустила руку Саймона.
– Она мертва…
Саймон бросился к телу и перевернул его. Руки его сразу же обагрились кровью, и тут же она потекла широкой струей. Лицо Алдис не пострадало, но на груди… Там зияла страшная рана, на том самом месте, где Алдис носила талисман колдеров. Джелит вскрикнула. Но Саймон схватил руку Алдис и стал с усилием отгибать стиснутые уже окостеневшие пальцы. И вот на ее ладони он увидел то, ради чего Алдис рассталась с жизнью – талисман колдеров.
– Пошли.
Саймон встал и оглядел развалины, стараясь увидеть того, с кем встретилась Алдис.
Джелит наклонилась и набросила на лицо Алдис лоскут изодранного платья, прикрыв глаза и рану на груди.
Они шли обратно к Вратам как можно быстрее. Саймон все время оглядывался назад, боясь, что их настигнет то существо, которое лишило жизни Алдис. Быть может, обладание талисманом само по себе таило опасность? Саймон почему-то считал, что талисман может навлечь на них беду.
Они снова спустились на дорогу и остановились перед Вратами. Саймон поднял руку с зажатым в ней талисманом, Джелит положила руки ему на плечи. Саймон шагнул вперед, под перекладину Врат. Он не знал, чего ему ждать, но не удивился, ощутив, что предмет, зажатый в его руке, становится все холоднее и холоднее, ибо все это уж очень напоминало заслон колдеров против контакта разумов. Но ведь и Алдис тоже не была колдером по крови, а талисман подчинялся ей.
Еще один шаг, и они оказались точно между колоннами. И сразу же их охватила дрожь и они почувствовали, что проваливаются в страшную пустоту, враждебную им. Саймон рванулся вперед… И ощутил себя стоящим на четвереньках на скале, еще теплой от солнца. Джелит была рядом.
Хотя солнце почти село, все же тьма не скрыла следов того, что здесь недавно закончилось сражение. Но картина совсем не была похожа на ту, что они застали по другую сторону Врат. Скала не только была раскалена солнцем, на ней там и тут виднелись выжженные черные полосы, такие же полосы были и вокруг Врат, а кругом лежали трупы…
Саймон с трудом поднялся на ноги, помог встать Джелит. То, что он сейчас решил сделать, быть может, было ошибкой, но это казалось ему единственным возможным и правильным в борьбе за освобождение этого мира от Колдера и от того, что колдеры принесли сюда с собой.
Он поднял ружье и выпустил из него всю энергию в основание ближайшей колонны. С минуту ему казалось, что заряда в ружье вовсе нет, но потом сооружение задрожало, и это мерцание распространялось все дальше, пока не добралось до верхней перекладины, потом до второй колонны. Потом мерцание расцвело целым снопом искр, и Саймон отчаянно вскрикнул:
– Рука!
Он все еще сжимал в руке колдеровский талисман, когда стрелял во Врата, и вот теперь этот таинственный предмет выпал из его пальцев, оставив на руке обугленную горящую рану. Талисман покатился к Вратам и обратился там в искристое мерцание. А потом раздался взрыв, взметнулось зеленое пламя – и талисман исчез. Но вместе с ним исчезли и Врата. Саймон и Джелит теперь видели перед собой ровную площадку.
Неверными шагами, поддерживая друг друга, они двинулись вперед. Они направлялись к колдеровскому лагерю, благодаря судьбу за то, что уже достаточно стемнело и никто их не заметит. Саймон опустился на землю возле одного из застывших в неподвижности вездеходов, прижал больную руку к груди так бережно, как Алдис прижимала когда-то талисман. И тут же его охватила страшная, невыносимая боль. Он ощутил невероятную слабость, а боль становилась все сильнее и сильнее, он просто не в силах был ее перенести, он даже не мог вздохнуть как следует, он задыхался от жгучей боли…
Боль немного успокоилась, и он притерпелся к ней. Саймон почувствовал во рту влагу, потом что-то жесткое и твердое, и чей-то голос уговаривал его поесть. Так сколько же времени он пробыл в царстве боли? Саймон не знал этого. Но голова его работала сейчас вполне ясно, и он чувствовал, что сейчас темная и холодная ночь. Голова его лежала на коленях у Джелит, и женщина пыталась привести его в чувство, но слова ее не сразу дошли до его сознания.
– …должны идти. Мы не можем оставаться здесь…
Как приятно было лежать вот так, рука теперь только ныла, а не болела так невыносимо, как раньше. Саймон попытался пошевелить пальцами и увидел, что на руке повязка. «К счастью, рука левая», – сонно подумал он.
– Прошу тебя, Саймон!
Эта была не только мольба, но и приказ. Джелит нежно гладила его щеки, тормошила, потом подсунула руку под его плечи и попыталась приподнять.
Саймон запротестовал.
– Но мы должны идти! – она наклонилась к нему. – Пожалуйста, Саймон, сюда кто-то приближается.
Память постепенно возвратилась к нему, он сел. Тень, окружавшая их, стала совсем черной, наступала ночь. Он ни о чем не стал больше спрашивать, поднялся на ноги, с минуту размышляя, не стоит ли им воспользоваться вездеходом, но тут же решил, что не стоит, ведь он не знал, как им управлять. Выпрямившись, Саймон, как ни странно, почувствовал, что стоит на ногах довольно твердо. Они двинулись вперед, спотыкаясь о рытвины, оставленные гусеницами вездехода.
– Кто приближается? Колдеры?
– Думаю, что нет…
– Те, другие?
– Может быть. Ты разве ничего не ощущаешь?
Саймон ничего не ощущал в этой ночи, он так и сказал ей. Впервые за долгие часы Саймон вспомнил о тех, кто оставался здесь.
– Лойз… салкары… Где они?
– Я пыталась найти их. Но здесь развязаны какие-то новые силы, Саймон, что-то уж такое, чего я не могу понять. То возникает барьер, сквозь который мне не пробиться, то внезапно исчезает и появляется в другом месте. Мне кажется, что это Колдер борется за свою жизнь, что все они прибегли к полному арсеналу своего оружия – причем такого, какое нам даже и не представить. К тому же, то, что прорвалось из-за этих Врат, все еще живо, и оно ненавидит, и оно охотится за колдерами. И если мы не хотим, чтобы нас тоже втянули в эту войну, нам необходимо держаться в стороне. Ибо колдеры сражаются с колдерами, или с теми, что пришли в этот мир с ними вместе. Наш мир еще не видел подобной войны.
Постепенно к Саймону возвращались силы. Джелит стащила из лагеря еду и питье и сообщила ему об этом совершенно спокойно. Но он понял, как было страшно то, что она там увидела, и привлек ее к себе. Они пошли вперед, поддерживая друг друга, и Саймон был счастлив, что наконец-то они стали едины душой и телом.
Они как раз огибали скалу в том месте, где расстались с салкарами и Лойз, когда сверху упал довольно большой камень. Саймон мгновенно прикрыл собой Джелит. Ружье, уже бесполезное, он бросил около Врат, но Джелит отдала ему свой нож. Он прислушался, готовый отразить нападение.
– Сал… – это не был боевой клич, а лишь громкий шепот в ночной тишине.
– Сал! – ответил Саймон.
Сверху упало еще несколько камней, вниз скользнула какая-то тень.
– Сигрод, – назвал себя человек. – Мы видели, как вы оба появились откуда-то из пустоты, лорд. Но только тут все кишит какими-то исчадьями ада, и они уничтожают все вокруг, поэтому мы и не осмелились присоединиться к вам.
– Что здесь произошло?
Сигрод рассмеялся:
– Легче ответить, чего не произошло! Эти самые колдеры прошли во Врата и тут же исчезли, словно растворились у нас на глазах. А потом… ох, потом словно распахнулись врата ада. Из Врат вышли те, другие. Они маршировали колонной, словно армия оживших мертвецов, которые поднялись из гроба, чтобы вступить в схватку за дело, такое гиблое, как они сами! Они направились прямо в лагерь колдеров – я говорю вам чистую правду, клянусь водами Аспера! Стоило им только взглянуть на человека, как он весь съеживался и умирал! Это было волшебство, леди, но такого я никогда не видал в Эсткарпе. Они бросились прямо в лагерь, а там их встретил такой же луч, как тот, что охотился за нами на берегу, и многие из демонов обратились в прах. Но на смену им сразу же появлялись другие, а потом появилась еще одна группа, они тащили с собой одного колдера и направлялись к морю. И с тех пор там на берегу происходит что-то странное. Только сейчас со скалы я смог разглядеть кое-что. Леди, ваше сообщение принято – на море появились паруса!
В Саймоне сразу же проснулся боевой офицер.
– Но ведь, если флот попадет под этот страшный луч… Как же им послать предупреждение? А может, колдеры сейчас слишком заняты войной с ожившими скелетами, чтобы отвлечь свои силы на корабли? А сами скелеты – возможно, им все равно, с кем воевать: с колдерами или с новыми врагами? Необходимо поточнее узнать, что там происходит…
Когда они втроем добрались до укрытия, где находились Лойз и Инглин, они устроили совет.
– У нас есть возможность без особых усилий добраться до берега, – сообщил им Инглин. – А я, например, чувствую себя намного безопаснее, когда я ближе к воде. Этот остров чересчур хорошо приспособлен для игры в охоту, причем, у преследуемого и охотника шансы равны. Уже некоторое время на берегу не видно никаких вспышек. И скелетов тоже становится все меньше и меньше. Но у них не такой вид, как у тех, кто боится чего-то или спасается от врага.
– Может быть, они осадили колдеров в их крепости, – вслух размышлял Саймон. – И если это так, то, направляясь к морю, мы непременно наткнемся на них.
Саймон пытался взвесить все возможности. Салкары были опытными и осторожными моряками. Вряд ли они повели бы свой флот прямо в логово врага, зная, какие хитрости и ловушки тот может им расставить.
