Текст книги "Четыре Стороны (СИ)"

Автор книги: Анатолий Заклинский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

Расположившись напротив, он протянул ему открытую пачку с сигаретами и зажигалку. Когда Ноэл закурил и попытался вернуть их обратно, он сказал ему оставить их себе. Воцарилась тишина, в которой Ноэл услышал тихие постанывания со стороны одного из сараев. Они перемежались с всхлипываниями, которые он узнал. Это была Келли. Иногда поверх этих звуков кто-то начинал монотонно бурчать.

– Хочешь сучку? – спросил бандит, посмотрев Ноэлу в глаза и улыбаясь.

Ноэл покачал головой.

– Зря. Они будут неплохие, когда научатся. Но тебе бы сгодилось и сейчас.

Ноэл увидел бутылку из тёмного стекла, стоявшую рядом с ногой Вилза. Она была закрыта грубой пробкой, которую бандит вынул, уцепившись за неё зубами и потянув. Что это была за жидкость, он не знал, но, судя по состоянию самого Вилза – алкоголь. Рейдер сделал глоток, поморщился, а потом понюхал небольшую пёструю тряпку, повязанную на запястье.

– Значит, ты не знаешь, что это за планета? – спросил он, оглядевшись по сторонам.

Взгляд его был туманным и задумчивым, как будто он со своего места мог окинуть взглядом всю планету, и как будто бы это должно было что-то говорить Ноэлу.

– Нет.

– Слышал когда-нибудь о Хияме?

– Нет, – покачал головой Ноэл.

– Ещё бы! – усмехнулся Вилз, но уже не в своей обычной манере, а как-то обречённо, – хочешь что-нибудь спрятать от федералов, прячь в том месте, которого они сами боятся.

– Почему боятся?

– Видел там корабли в лесу? Думаешь, это мы всё сюда натащили? Нет, – он победно улыбнулся, – максимум, что сделали такие, как мы, это подняли всё это добро со дна. Мы, конечно, не можем глубоко нырнуть, но здесь, как ты уже понял, бываем не одни мы.

– Но откуда здесь тогда вообще взялись все эти корабли?

– Глупыш, – усмехнулся Вилз, – это была красивая планета. Такая, как Земля, вот только никто не хотел колонизировать её, как это надо было делать. Уж слишком удобно расположена система. Можно спрятаться в глубине территории и строить здесь корабли. Проблема была в том, что планету никто не жалел, и со временем её угробили. Она отомстила. Жестоко отомстила. Все льды растаяли, и она поглотила всё, что на ней находилось. Причём, произошло это очень быстро, как я слышал. Все эти заводы, доки и верфи теперь на дне океана. Мы с тобой находимся, можно сказать, в высокогорных районах. Только они остались над поверхностью разлившегося океана, и их, как видишь, немного.

Речь Вилза была плавной и красивой, как будто бы он читал по бумаге какую-то старинную сказку. Возможно, из-за этого Ноэлу казалось неправдоподобным всё то, что он говорил. Ещё бы, планета, о которой ты никогда не слышал, события, о которых ты не знаешь ни из общих информационных блоков, ни из школьных уроков. Кто бы на месте выпускника школы, оказавшись в такой ситуации, поверил бы в это?

– И что делать, если такое случилось? – продолжал тем временем свою историю Вилз, – рассказать об этом в новостях? Может быть, постараться как-то исправить всё это дерьмо, а?

Он посмотрел на Ноэла, как будто ждал от него ответа, но юноша только и мог, что промолчать. Хорошо, что вопрос оказался риторическим.

– Нет! – усмехнулся бандит, – отсюда надо свалить и забыть даже о существовании этого мира, пока он сам не придёт в норму. Пока снова не появятся льды, а уровень океана снизится. Планета сама себя очистит от чего угодно, нужно только дать ей на это время. А потом федералы явятся снова, чтобы опять всё здесь засрать. Понимаешь?

Ноэл осторожно кивнул. Опьянение от курительной смеси придало ему смелости, хоть и делало слова бандита ещё более нереальными, но сейчас ему было всё равно. Он даже толком не мог сам себе сказать, верит он в то, что услышал, или нет. Ускорившиеся мысли всё более явно курсировали вокруг желания что-либо предпринять. Правда, пистолет Вилза был вне досягаемости, и потом, нельзя было забывать, что один выстрел привлечёт внимание его дружка в сарае, так что как минимум одного бандита нужно убить тихо. Сделать это сейчас не представлялось возможным. И хотя Ноэл приблизился к своей цели, его манера действий по-прежнему заключалась в том, чтобы выжидать и готовить выстрел.

– Если бы они не были такими раздолбаями, что не удосужились даже заглянуть сюда, хрен бы мы тут развернулись, но они как раз такие. Насрать где-то, а потом делать вид, что они не при делах. Одно хорошо – они много чего здесь оставили ценного. Корабли это так, херня. Чтобы добыть их, не нужно глубоко нырять. Здесь не так далеко был космопорт и сортировочная станция в горах. Там этого добра навалом, а по глубине, сам понимаешь, это мелководье. Вот если бы нырнуть поглубже и добраться до заводов и верфей, которые и сейчас стоят нетронутые, а некоторые, поговаривают, могут быть даже не затоплены водой внутри. Вот это была бы тема. Если бы ты только знал, Ной, чего там можно найти. Федералы лохи, оставили здесь такое сокровище без присмотра. А всё почему? Да потому что им и в голову не придёт, что кто-то может развернуться здесь, у них под самой задницей. Но не тут-то было. Они уже решили, что самые умные. Вот будет сюрприз, когда они рано или поздно сюда явятся.

– Но раз вы тут, значит, хотите тут что-то найти, – осторожно поинтересовался Ноэл, воспользовавшись паузой.

Вилз ответил не сразу. Он сидел, держа бутылку в руке, и смотрел на пламя, а оно играло ещё и в его блестящих глазах.

– Если иметь корабль, – тихо сказал он, – настоящий корабль, то здесь можно найти много чего. Но обычным людям не разрешено иметь амфибии. Максимум с возможностью посадки на воду, но без возможности погружения. Что из этого следует?

Он посмотрел на Ноэла.

– Что такой корабль сложнее раздобыть?

– А ты и впрямь соображаешь, чёрт подери, – он ухмыльнулся и сделал ещё один глоток, после которого поморщился, – на нелегальных верфях делают в основном то, что и на легальных, и то, для чего легко достать чертежи и прочую хрень. Сам понимаешь, если федералы не делают корабли-амфибии на обычных заводах, то откуда и нам взять технологии?

Он говорил "нам", хотя даже Ноэл понимал, что Вилз не имеет никакого отношения к производству. Говоря так, он подразумевал, скорее всего, даже не работников нелегальных верфей, а вообще всё сообщество, которое предпочитало не регистрировать свои транспортные средства, а частенько и самих себя.

Слушая его и куря уже ещё одну сигарету, юноша бросил взгляд себе под ноги и увидел впереди, около самого огня кусок ребристого металлического прутка. Тот, кто сидел на этом месте до него, очевидно, использовал его для того, чтобы ворошить головешки в костре, но сейчас Ноэл загорелся мыслью использовать его в качестве оружия. Вилз всё больше раскисал, и главное, чтобы у него не появилось желание отвести пленника обратно в клетку до тех пор, пока он сам наберётся настолько, что перестанет контролировать ситуацию.

В сарае неподалёку, напротив, наметилось оживление. Снова неразборчивые стоны и громкое дыхание. Кажется, отдохнувший бандит решил-таки пойти на ещё один заход. Однако Вилза это интересовало мало. Он утолял свою жажду в общении с людьми не его круга, а Ноэлу это нравилось в первую очередь тем, что бдительность рейдера притупилась. Во вторую очередь ему было интересно, что вообще происходило и происходит на этой планете.

– Говорят, что ОН ищет их. Здесь делали особые реакторы для дальних переходов. Говорят, крутую навигацию только от таких и можно запитать. Если, конечно, не использовать несколько электростанций, но тогда ты улетишь только в один конец. Сол с ума сошёл со всем этим, а я никак ума не приложу, куда это он собрался лететь так далеко? Там же нет федералов, которых мыс ним обычно грабим, а? Скажи мне, а?

Ноэл не понял решительно ничего из этой тирады слов. Лишь немного встревожился от того, что Вилз упомянул кого-то, о ком он до этого не слышал. Выходит, что убить этих пятерых недостаточно? И кто вообще этот "ОН"? Ладно, с этим они разберутся. Самое главное сейчас – сбежать, а дальше они уже смогут если не одолеть своих пленителей, то хотя бы протянуть время до того, как к ним прибудет помощь.

– Может быть, там будет кто-то ещё? – пожал плечами Ноэл.

Он старался подыгрывать. Ему казалось, что из-за смеси наркотиков и алкоголя его собеседник уже даже плохо отдаёт себе отчёт в том, с кем разговаривает. Наверное, будь он трезв, вряд ли бы рассказал что-то Ноэлу. Это, конечно, было очень на пользу, особенно если бы юноша что-то понимал.

Со временем подыгрывать нужно было всё меньше, а речь Вилза всё больше превращалась в невнятное бормотание. Уже нельзя было различить ни слова, а потом он стал прерываться, как будто засыпая, но через несколько секунд ненадолго оживлялся, продолжал бормотать, после чего снова угасал.

Вот он, момент для атаки тааная. Минута, которой так ждал Ноэл. Он и его враг, находящийся почти без сознания, наедине. Он не успеет выхватить оружие, а у юноши под рукой пруток, пары точных ударов которым должно хватить для того, чтобы размозжить Вилзу череп. Ноэл уже несколько раз прокручивал в голове этот момент. Быстро подняться, подхватить железяку, размахнуться и ударить, а дальше уже будет легче. Однако каждый раз, когда он уже было решался на этот рывок, Вилз оживал и продолжал что-то бормотать.

Всё могло закончиться в любой момент. Из сарая мог появиться кто-то ещё из бандитов, или же сам рейдер, сидевший перед Ноэлом неожиданно очнулсяся, и тогда момент был бы упущен. Но не стоило забывать и о том, что, как и у тааная, у Ноэла только одна возможность атаковать.

И вот, бросок. Развитая зрительная система уже намертво зафиксировала цель. Змеиная пасть открывается, и в тушу врага летит отравленная игла. Ноэл видел, как Вилз поднял на него свои мутные глаза, перед тем как горячий пруток лёг почти между них. Наверное, хватило бы и одного этого удара, потому что сразу после него что-то хрустнуло, а тело бандита безвольно завалилось назад, но Ноэл не останавливался. Он со всего размаха ударил ещё несколько раз, пока череп его врага не превратился в непонятную массу из крови, мозгов и осколков костей.

Нужно было действовать быстро. Несмотря на то, что ни он, ни Вилз не произнесли ни слова, его могли слышать. Он быстро выхватил пистолет из кобуры на поясе рейдера и снял его с предохранителя. На счастье, модель была очень старой, и Ноэл знал, как это делается, благодаря играм и фильмам. Правда, ещё в одной из документалок говорилось, что для стрельбы из этого оружия требуется навык, которым он не обладал. Что же, на один выстрел в упор должно было хватить.

Когда он открыл дверь сарая, из-за которой слышались стоны и всхлипывания, его глазам открылось отвратительное зрелище в свете тусклой, слегка мерцающей лампы. Справа на грубой железной койке, едва укрытой простынями, лежала без движения Китти. Рядом, на точно такой же кровати находилась Келли, которую насиловал Марсон. Он даже не обернулся, подумав, что это его дружок.

– Я ещё не кончил, подожди.

Только закончив фразу, он повернулся, но увидел ствол пистолета. Это было для него как ведро холодной воды, вылитое сверху на разгорячённое тело. Он выставил руки, как будто бы это могло защитить его. Он пытался что-то промямлить, но Ноэл не слышал. Он сделал два шага и остановился, когда между пистолетом и головой рейдера осталось меньше полуметра, и, не дожидаясь, пока тот что-то предпримет, нажал на спуск.

Руку сильно отбросило назад, выстрел оглушил Ноэла, а Келли, на которую рухнул труп, завизжала. Ноэл помог ей высвободиться и обнял, пытаясь успокоить. Она вцепилась в него руками и заплакала ещё сильнее. Хотела что-то сказать, но не могла, захлёбываясь слезами. Он взял с кушетки одеяло и укутал её, а потом подошёл к Китти. Но та уже даже успела остыть. Это было как удар током. Ноэл отступил назад и выронил пистолет, а после схватился за голову. Никакой новой реакции со стороны Келли не последовало, значит, именно об этом она хотела ему сказать. Однако пребывать в замешательстве слишком долго Ноэлу было не суждено. Уже в следующую секунду он получил сильный удар по затылку и рухнул без чувств.

Ноэл шевельнулся, и тут же услышал злобный щелчок дрона. Потом последовал писк. Он открыл глаза. Джонси висел где-то внизу. Вернее, вверху, потому что Ноэл был подвешен за ноги. Руки были связаны за спиной и дополнительно примотаны к телу. Голова раскалывалась, как будто он вчера был пьян до бессознательности, как Вилз.

Ноэл испугался огромного количества мыслей, одновременно возникших в его голове, как только он вспомнил об этом бандите с мускульными усилителями. Он убил его. А ещё второго. А ещё он вспомнил, что Китти тоже погибла.

– Ной, – он услышал негромкий голос сбоку.

Повернувшись, он увидел знакомые клетки. Его звал Томми. Вкрадчиво, осторожно, как будто боялся, что дрон услышит. Но тот, похоже, был запрограммирован реагировать на движение, и сейчас не проявлял активности.

Ноэл осторожно повернулся и посмотрел на друзей. Клетку, в которой сидели девушки, ему видно не было, и он не мог сказать, ошибся ли насчёт Китти. Только бы ошибся. Только бы она сейчас была там.

– Ты правда убил их? – спросил Томми.

В горле у Ноэла пересохло, и он не смог сказать ответ, а просто покивал.

– Охренеть, – сказал Коул.

Ноэл не понял, было ли в этом его слове удивление, восторг или осуждение. Впрочем, это было совсем неважно. От Хомяка его судьба как не зависела, так и не будет зависеть, а вот от тех, по чьей воле он оказался привязанным вниз головой, вполне. Но раз они до сих пор не убили его, значит, скорее всего, не сделают это. По крайней мере, просто так.

– Ки... Китти, – прохрипел Ноэл, после чего закашлялся.

– Она умерла, брат, – тихо сказал Томми, потупив глаза.

– Суки, – прохрипел Ноэл, снова кашлянув.

Ни Томми, ни кто-либо из остальных больше ничего не сказал. Ноэл только успел заметить, как их глаза повернулись в сторону ангаров, и не просто так. Оттуда к нему приближался человек. У него был искусственный глаз, но какие-либо другие искусственные изменения в теле отсутствовали, по крайней мере, видимые. Одет он был в идеально подогнанный тёмный камуфляж с бронежилетом и шагал очень уверенно, чем разительно отличался от двух других бандитов, которых Ноэл видел до этого.

– Как голова, маленький герой? – строго спросил он, усаживаясь напротив Ноэла, – болит?

Ноэл не испытывал желания отвечать, и не сделал этого. Он просто закрыл глаза и сделал вид, что рядом с ним никого нет.

– О, да мы и правда с характером, – усмехнулся Сол, – в другой раз я бы посмотрел, как он испаряется, но сейчас случай особый. Ты лишил меня двух людей, и я должен был бы убить тебя за это, но, с другой стороны, я понимаю, что они сами это заслужили, так что передо мной дилемма.

Ноэл открыл глаза и посмотрел на него.

– Нравится, что я говорю? – он злорадно посмеялся, – я знал, что тебе понравится. Не всякий смог бы сделать то, что сделал ты. Признаться, я и сам в это не верил бы, если бы не видел трупы. Ладно. Джонси заменит десяток таких, как эти двое, так что ты герой только для своих друзей, а на деле тебя можно не бояться.

Он встал, достал нож, который был закреплён на лямке его бронежилета, и обрезал верёвку, которой был привязан Ноэл. Тот отвернул голову, чтобы не удариться ей, и инстинктивно подставил земле плечо. Сразу стало немного легче, когда кровь оттекла от головы, но полностью от боли это не избавило. Потом бандит срезал верёвку, которой были связаны руки Ноэла и бросил ему контейнер с водой.

– Пей, – скупо сказал он, после чего снова отошёл.

Ноэл почувствовал себя намного свободнее, но даже если бы у него был удобный момент, он не был уверен в том, что смог бы повторить то, что сделал вчера. Дополнительным ограничивающим фактором был дрон. Если с человеком и удалось бы справиться, этой машинке нужна максимум секунда, чтобы продырявить голову Ноэла. Этот рейдер, качественно отличавшийся от других, виденных здесь Ноэлом, знал это, и только поэтому освободил его. Оставалась, правда, ещё верёвка на ногах, но с ней Ноэл справился, едва закончив с водой.

– Моя сестра очень хорошо разбирается в людях. Беда в том, что я её частенько не слушаю, да и делится она этими мыслями редко. Но ты, Ноэл, подтверждаешь её слова насчёт тебя. Ты был лучше них двоих, и только поэтому их не спасло ни оружие, ни физическая сила, ни что-то ещё из того, на что они привыкли надеяться. Настоящая сила в действии.

– Что за настоящая сила? – поинтересовался Ноэл, хотя ему было не слишком интересно.

– О, это долгая история. Не думаю, что ты когда-нибудь будешь готов услышать ответ на этот вопрос. По крайней мере, не сейчас точно, так что не нужно.

В этот момент появилась рыжая. Она была всё так же немногословна. Когда бандит перевёл на неё глаза, она сказала только одну фразу, даже не обратившись к нему по имени.

– Зонды вернулись.

– Что-то есть? – спросил он.

В ответ она просто кивнула.

– Сейчас разберусь здесь и приду.

Она ещё раз кивнула и ушла.

– Нравится? – ехидно и недобро усмехнулся рейдер, когда увидел, что Ноэл смотрит на задницу рыжей.

Ноэл осёкся и испуганно посмотрел на него.

– Правильная реакция. Правильная, – строго сказал бандит, – но в клетку я тебя всё равно посажу. Давай.

Он кивнул в направлении клеток, где сидели друзья Ноэла и следили за их разговором. Ноэл встал и подошёл к замку, который обычно открывал робот, чтобы выпустить его.

– Нет, нет, нет, нет, нет, – ехидно улыбаясь, покачал головой рейдер, – ты пойдёшь в среднюю, потому что в ней мы будем держать самых опасных. Один твой дружок поплатился рукой, а второй тоже огрёб между глаз. Теперь они оба неопасны. В отличие от тебя, Ной. Так что Джонси приглядит за порядком, пока я вас пересажу.

Он сделал всё, как и обещал. Сначала открыл крайнюю клетку, в которой находились Томми и Коул, а потом среднюю, где были Брайан и Алекс. Их он перегнал на край, а Ноэла в центр. Входя в клетку, юноша снова отметил для себя, что Китти нет. Радовало лишь, что хотя бы Келли на месте.

– Так будет лучше, – сказал бандит, когда робот закрыл замок, – пойду разберусь с делами, а потом навещу вас. Всё ещё не знаю, что с вами делать, но надеюсь, ты, Ноэл, поможешь мне решить. Будь умницей.

– Ещё один псих, – тихо сказала Чесси, когда Сол ушёл.

– Как ты? – спросила Ноэла Келли, прижавшись к пруткам своей клетки.

– Нормально. Ты как? – он посмотрел на неё с сочувствием.

– Как вообще можно быть в таком положении? – она пожала плечами и горько улыбнулась.

Её верхняя губа была разбита, а на левой щеке был небольшой синяк. Ей и правда досталось, и гораздо больше, чем Ноэлу, хотя тот не смог бы сейчас найти место на своей голове, которое не болело. Однако зацикливаться на этом было нельзя. Самое главное им ещё предстоит. У него пока не было плана, как сбежать, но он не сомневался, что у него появятся мысли на этот счёт.

Тем временем Райли и Соломон смотрели на большой экран, куда Харт вывел данные зондов. Их можно было рассматривать в виде таблицы, в которой были просто отмеченные по тем или иным причинам точки и их координаты, а можно было сразу вывести на карту. Первый вариант был информативнее, а второй нагляднее, особенно для Соломона, способности к концентрации которого ещё не полностью восстановились после проделанного перелёта. Именно поэтому сейчас перед ними была карта, которую можно было счесть таковой только в основном благодаря тому, что разные глубины океанов были выделены разными оттенками от светло-голубого близко к маленькой нынешней суше, до тёмно-синего в северном полушарии, где и в хорошие для планеты времена был океан.

Примерно в семидесяти километрах к северу от острова, на котором они находились, была засечена электромагнитная активность. И хотя Харт постоянно работал над зондами и увеличивал их чувствительность, всё равно источник излучения должен был быть очень сильным, чтобы его можно было засечь через водную толщу в несколько километров.

– И у тебя есть уверенность, что это они? – спросил Сол задумчиво.

– В прошлый раз там не было и намёка на активность, если сам объект расположенный там не ожил, что вряд ли.

Он говорил немного пафосно, постоянно поглядывая на Райли. Если бы даже активности в тех широтах не было, её стоило бы придумать, чтобы заслужить её внимание. Но она была, и притом очень интересная, а вот Соломон всё ещё частично пребывал в прострации. Для обычных дел этого хватало, но для того, чтобы проанализировать информацию с зондов, он недостаточно хорошо осознавал реальность.

– Твои машины шли на бреющем? Есть подводные? – спросил он наконец.

– Есть, но, – он снова покосился на рыжую, молча стоявшую в стороне, – если это тот, кто мы думаем, он засечёт нас, едва мы перейдём водную кромку. Если уже не засёк.

– Не засёк, раз мы ещё не радуемся встрече. Но насчёт водяных ты, пожалуй, прав. Какая там глубина?

– Большая. Не меньше двенадцати километров.

– И он может выдержать такое давление, – Соломон говорил, придавая своим интонациям смесь восторга и восхищения, но Харт воспринял их как вопрос.

– Я не знаю, из чего сделан Буревестник, но если он не может, то здесь и ловить нечего.

– Выведи карту периода стабильности, – не обращая внимания на его слова, приказал Сол.

Харт щёлкнул несколько пиктограмм, и перед ними предстало изображение, в котором не возможно было узнать и очертаний того, что было на мониторе ещё несколько секунд назад. Появились континенты. Самый крупный из них был в районе, где и до этого была суша. А вот на месте активности действительно был океан, и достаточно глубокий. Причём глубина начиналась не постепенно, а очень резко, что, в итоге, и определило выбор места для строительства стратегически важного объекта.

– Там и тогда был океан. Сходится, – заключил Соломон.

– Да, – подтвердил Харт, – мы же уже обсуждали это. Объект должен был быть в относительно безопасном месте, и потом, не нужно было бы доставлять воду для охлаждения.

– Да, – кивнул Сол, как будто опомнившись, – если бы рвануло, не было бы так страшно, да и затопить проще, если что...

– Да, – снова подтвердил Харт, на этот раз украдкой взглянув на Райли, для которой состояние собственных ногтей было интереснее их диалога.

На самом же деле, она всё внимательно слушала, но при том, что всю нужную информацию ты получаешь благодаря ушам, не нужно смотреть на говорящих, чем она и пользовалась.

– Интересно, он всё ещё там? И всё ещё нетронут? – спросил Сол, глядя на пометки на карте, – может быть, это он сам фонит?

– Нет. Если посмотреть внимательнее, вокруг есть следы, но более слабые. Лёгкая радиация, точно от турбин. Вода, правда, смазывает сигнал, тем более, прошло много времени, но этот постоянен и не смещается.

– Значит, это не вода. Значит, они действительно там. Чёрт!

Он взялся за голову, задумавшись. Райли отвлеклась от ногтей и посмотрела на него с ожиданием.

– Без этих двоих мы не сможем даже последовать за ним. Мы, наверное, долетим только до Ксартаса, – сказал Харт.

– Я знаю, – сказал Сол, – сейчас мы не долетим даже до туда. Мне нужно время, которого у нас может не быть.

Несмотря на то, что мозг его был повреждён, он отдавал себе отчёт в том, что не может лететь. Вернее, чисто физически он может. У него получится войти в интерфейс – особенно если предварительно принять мозговой стимулятор – и даже проложить курс, но только он не может ручаться, что на той стороне не выйдет из капсулы инвалидом. Даже никто из врачей, с которыми он имел возможность обсуждать своё состояние, не решился бы назвать ему ту грань, за которой изменения в мозгу станут необратимыми. Равно как никто не мог сказать, что будет за этой гранью – сможет ли он хотя бы осознавать себя хоть для какой-то деятельности, или же это приведёт к полному разрушению интеллекта, сознания, и, как следствие, к уничтожению личности.

– И что мы будем делать? – спросила Райли, нарушив затянувшееся молчание.

Сол посмотрел сначала на неё, потом на Харта. Да уж, никто из них точно не мог годиться в навигаторы. Тем более, что сам он не смог бы справиться с обязанностями одного из них. Райли, конечно, скажет, что справится без Марсона и Вилза, и это будет правда, но ситуация может повернуться так, что им жизненно необходима будет грубая сила. Вернее, ситуация скорее всего так и развернётся, так что каждая минута, в течение которой они находятся здесь в урезанном составе, увеличивает степень риска.

– Может быть, это судьба? – сказал Сол, продолжая переводить глаза то на одного, то на другую.

– Что? – Райли поморщилась.

– Только не говори, что ты хочешь использовать кого-то из этих детей! – поддержал её Харт.

– Они всё равно почти точно покойники. А так у них будет шанс. Нам нужен только один.

– Навигация – это дар! – закричал Харт, как будто бы Сол посягнул на самое святое, что у него было.

– А завалить двух дебилов с оружием не дар? Я понимаю, что они были под наркотой, но и у него только и было, что пятёрка по физкультуре, да железка. И он не побоялся выстрелить и вышибить мозги. Другой бы на его месте в штаны наделал.

Ему удалось осадить этой фразой Харта, но не Райли. Та была гораздо расчётливее их техника, и, в отличие от него, ничуть не боялась перечить брату.

– Это другое, – сказала она, – может быть, его и получится научить потом, но сейчас на это тем более нет времени.

– Не другое. И ты это знаешь. Ты либо способен на многое, либо не способен ни на что. Эти двое как были аморфной плазмой, так ей и остались, и ты это знаешь! А так-то – два здоровых лба, у которых в черепе здоровый с биологической точки зрения мозг. И как они им распорядились? Отравили дешёвой наркотой, а теперь у одного кора мозга на стенке сарая, а у второго – смешалась с пылью и кусками черепа. Начало и закономерный конец.

Спорить с его жизненной философией было самым сложным для Райли. И дело тут даже не в аргументации или том, что Сол всё обосновывал. Решающую роль играла его абсолютная вера в то, что он делает и чем руководствуется. Переубедить его было невозможно даже для неё.

– Харт, – Сол хотел заручиться поддержкой техника, хоть и знал, что он не ровно дышит к его сестре, но всё же надеялся, что здравый смысл перевесит личные чувства.

– И ты доверил бы навигацию одному из них, даже если бы это было возможно в техническом плане?

– У нас нет выбора. Но сейчас я точно уверен, что у нас может получиться.

– Может получиться? – снова вступила в разговор Райли, – с каких пор этого стало достаточно?

– Ты забыла первую фразу, – сказал он, поднимаясь, – у нас нет выбора, если мы хотим сделать то, что всегда хотели. То, для чего прилетали сюда всегда. Так сложилось, что на этот раз у нас появились определённые трудности, но судьба дала нам новый шанс. Мы вдвоём войдём в интерфейс. Я буду ведущим, он – ведомым. Я смогу повести его, указать путь, а он будет дополнительным мнением. У него должно получиться видеть, а я проложу курс. И да, если придётся драться, я буду в силах. Он сможет научиться быстро. И если мы всё сделаем правильно, то не просто справимся, но станем лучше!

– С этими школьниками? – удивилась она, – федералами, не забывай об этом!

– Все они лишь мясо. Речь только об одном.

Он показал ей указательный палец и направился на выход.

– Уж не хочешь ли ты освободить его? – она подалась за ним.

– Я разберусь, – сказал он, – или ты думаешь, что я как эти двое? Мы лучше, и только поэтому заслуживаем место на Буревестнике.

Одноглазый появился примерно через двадцать минут. Настроен он был серьёзно, вышагивал уверенно, и сразу направился в сторону клетки, в которой сидел Ноэл.

– Есть дело, Ной. Долтон, открой.

Робот послушно вставил ключ в замок и повернул, а потом раскрыл дверь и выпустил Ноэла.

– Бродил по здешним лесам? – спросил бандит, ехидно улыбаясь, – да знаю я, что бродил, можешь не прикидываться. Не бойся, никто тебя не убьёт за то, что ты здесь видел. Пойдём.

Ноэл не знал, как реагировать на слова своего неожиданного собеседника, но это, к счастью, и не требовалось.

– Кстати, я Соломон. Можешь звать меня просто Сол.

– Хорошо, – неуверенно ответил Ноэл.

Его не покидало ощущение того, что этот человек хочет о чём-то с ним поговорить, вот только о чём? Вряд ли у них было что-то ценное. Вернее, всё ценное, что у них есть, сейчас находится в распоряжении этих бандитов, так что говорить, выходит, особо не о чем. И всё равно, провожаемый взглядами одноклассников, Ноэл следовал за главарём бандитов.

– Спорю на что хочешь, ты не остановился здесь, – сказал Сол, когда они вышли на широкую тропинку между двумя рядами кораблей. Когда я в первый раз их увидел, я тоже не мог остановиться. И я пошёл дальше.

– Но разве не вы их сюда притащили? – осмелился спросить Ноэл.

– Мы? Ты что! Ближайшая ремонтная площадка находится у подножья гор, которые сейчас поросли лесом. Наверное, здесь когда-то было небольшое плато. Теперь это всего лишь самый большой остров в архипелаге. Именно поэтому его выбрали пираты.

– Пираты? – удивился Ноэл.

– Ах да, у вас, у федералов не принято не то что говорить о них, так вы даже отрицаете то, что они существуют. А знаешь, почему?

– Нет. Почему?

– Потому что федералам стыдно вспоминать те моменты, когда они сталкивались с пиратами. Те грабят их по-чёрному, да ещё и уходят.

Сол заливисто рассмеялся, но за секунду до этого Ноэлу послышалось что-то сзади. Оглянувшись, он увидел Райли.

– О, моя сестрица решила составить нам компанию, – сказал Сол, тоже увидев рыжую, – смотри Ной, не шути с ней. Это я добрый, а она без угрызений совести выбьет твои мозги из коробки, в которую их положили твои родители. Поверь, снаружи им лучше не будет.

Рыжая не подошла к ним близко. Она остановилась в десяти шагах не доходя, и стала рассматривать один из кораблей. Так, как будто бы Ноэла и Соломона не существовало.

– Пойдём, не засматривайся на неё. Ты ей не подходишь, – строго сказал Соломон.

Ноэл послушно пошёл за Солом. Ему было интересно, собирается ли бандит рассказать своему пленнику о Соколе Фивы. Хотя, если все эти корабли на поверхность вытащили пираты, то и то, что случилось с легендарным кораблём, с большой вероятностью их рук дело.

– Вы доходили до сюда, – интонации Соломона уже перестали быть мягкими. Напротив, он говорил с небольшим оттенком таинственности, как будто хотел напугать, – и можешь мне не врать. Я видел ваши следы.

Он посмотрел за спину Ноэла.

– Твои Ной, именно твои. И ещё троих любопытных. Двое из них были девчонками. Но я уверен, что только ты из всех понял, что к чему, так ведь?

– Я не понимаю, о чём вы, – осторожно ответил Ноэл.