Текст книги "Я не могу без тебя (СИ)"
Автор книги: Анастасия Волкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)
– Тима, что с тобой? – тихо спросила меня.
– Со мной все нормально. Мира, я врал тебе. Я прекрасно знал, что с тобой может случиться, и только по просьбе твоего дяди я оказался там в деревни. Сам бы я не приехал, – я пытался говорить это все безразличным тоном.
– Ты врешь, – прошептала она, смотря мне в глаза.
– Мне все равно, веришь ты или нет. Все, пока. Счастливо оставаться.
– Тима! Что ты делаешь!? Не поступай так со мной! С нами! – кричала она и уже вцепилась в меня двумя руками, я пытался ее руки оторвать от себя.
– Мира! Да отцепись от меня! – крикнул в ответ я. Мне было тяжело от нее отказываться, но так будет лучше для нее. Она замерла, смотря на меня. Больше всего я боялся увидеть в ее светло-голубых глазах слезы. Но их не было. Мира выпрямила свои плечи, и с гордым лицом посмотрела на меня. Вот это моя девочка.
Я развернулся и пошел от нее прочь. У меня внутри начала образовываться тонкая корочка льда. Я все правильно сделал. Ей не нужна та жизнь, в которой я живу. Мира – сильная девочка, она переживет, и ее влюбленность в меня тоже пройдет. А то, что она влюблена – это я видел в ее глазах. Как она смотрела на меня. В этих глазах я был для нее чуть ли не герой. Но я далеко не герой. Мире нужен такой парень, как, например, мой брат. Вот он сможет ей дать стабильность и спокойствие.
– Я сяду за руль, – сказал я Алану, когда подошел к нему.
Сев за руль, дождался, когда Алан сядет рядом, я завел автомобиль. Мимо нас проехала машина Гриши. Миру я не видел, окна были затонированные, но чувствовал ее взгляд, где-то на подсознательном уровне. Когда машина скрылась из виду, мы тронулись. Я старался через скорость выпустить все, что так сейчас творилось в душе. Это тяжесть непонятная внутри сгибала меня до земли. Да, я все сделал правильно.
***
Смотря на календарь, я обвела красным карандашом число в кружок. Сегодня ровно два месяца, как пытаюсь жить и отвыкать от Тимы. После его слов, я постаралась взять себя в руки и не заплакать перед ним. Не знаю почему, но чувствую, что тогда он мне врал. Врал мне прямо в глаза. Мне было плохо. Не от того, что я пережила, а от того, что Тимы нет рядом. Первые две недели ходила по квартиры сама не своя. Мама очень переживала за меня. Ее беспокоило то, что я была молчалива, не плакала. Она считала, что надо мне все выплеснуть через слезы или еще через что-нибудь. Но не было ничего, только кошмары. Они стали моими спутниками каждую ночь. Однажды родители отвезли меня к психологу. Он пытался вытащить всю душу, чем меня разозлил, наорав на него, покинула кабинет. Больше родители не лезли ко мне. Со временем мне надоело сидеть дома, я окунулась в учебу. Сначала было страшно выходить одной на улицу, но я пересилила этот страх, и все стало на свои места. В универе постоянно искала глазами Тиму, но его нигде не было. Из-за этого я очень расстраивалась. Увидела его только через три недели. Боже, я смотрела на него через окно и впитывала все его черты, все движения, ну, короче, всего его. Была благодарна судьбе за то, что могу его хотя бы видеть, пусть и издалека. Я стала как маньячка. Все время ждала, когда он приедет на своей машине, как выйдет из нее и пойдет на пары. Потом, на каждой перемене, старалась находиться от него недалеко, так, чтобы мне было видно его, но при этом, чтобы он не заметил меня. Были моменты, когда мы сталкивались в коридорах универа, но Тима просто проходил мимо, не замечая меня. И когда это произошло в первый раз, у меня случилась сильная истерика. Я кричала, ревела, в комнате перевернула все. Родители испугались за меня, делали попытки успокоить. Но все было напрасно, и они оставили меня одну. Мама и папа даже не догадывались, что это все было из-за Тимы. Папа думал, что эта истерика из-за того, через что мне пришлось пройти. Но то, что случилось со мной, не шло в сравнение с тем, как плохо и мучительно жить без Тимы. Тогда, сидя на его коленках, мне было ужасно страшно. Но сила Тимы успокаивала. Прекрасно зная, он не дал бы никому меня обидеть. Было сильно жаль, что умер Миша. Его мертвое тело до сих пор стоит у меня перед глазами. Но следом приходят воспоминания, как Тима загораживал его тело, заставляя поесть. Он заботился обо мне и поддерживал, как мог. Поэтому я не могла поверить его словам. Не может человек так защищать и оберегать, не чувствуя при этом ничего ко мне. Я не говорю, что он любит меня, нет, но то, что неравнодушен это точно. Эти мысли заставляли двигаться вперед. Но то, как он прошел мимо, не посмотрев в мою сторону, это убило меня. Позже, привыкла к его безразличию, не принимала это близко к сердцу. По крайней мере, очень старалась. Душа радовалась просто тому, что он прошел близко от меня. В такие моменты рядом со мной был Митя. Он не знал, что произошло. Просто сделал вывод, что мы с Тимуром расстались. Митина поддержка сейчас очень нужна мне. Он говорил мне, что Тима к ним больше не приходит, от этого его мама очень переживает. Как-то Митя принес ко мне домой все диски Тимы. Это был для меня бесценный подарок. Спросила его, какой любимый диск Тимы? Митя мне показал. И с того дня этот диск играл у меня в комнате постоянно. Я стерла в мр3 плеере всю свою музыку, закачала туда все любимые песни Тимы. Иногда спала в кофте, которую Тимур мне дал, когда меня пытались изнасиловать в первый раз. Она все еще пахла им, от этого мне было спокойнее. Да, я точно маньячка. Но мне все равно. Так я хоть как-то могу существовать.
– Мира, ты еще не одета? – зашла ко мне в комнату мама.
– Я сейчас быстро, – сегодня начались зачеты, и мама переживала, что я ничего не сдам. Папа даже предлагал мне помочь, чтобы мне поставили автоматы. Но я отказывалась, когда я готовлюсь к ним, у меня нет времени думать о Тиме. Ну, все, надо идти в универ.
Быстро собравшись, вышла из дома. На остановке возле универа меня, как всегда, ждал Митя. Сейчас мы с ним очень сдружились, он замечательный друг.
– Привет, – подошла я к нему.
– Привет, Мира. Ну как, готова к зачету? – спросил он по пути в универ.
– Готова, наверное, – я улыбнулась ему.
– Ты должна сегодня порвать Станислава, – мы рассмеялись с ним. Да, Станислав до сих пор никак не отстанет от меня. Мой смех прекратился, когда я увидела, как машина Тимы паркуется возле универа. Я остановилась и смотрела, как он выходит из нее. Ужасно хочется подбежать к нему, и кинутся на шею. Стоя на коленях, умолять, чтобы он, как минимум, посмотрел на меня.
– Мира, пойдем, – позвал меня Митя. Я взяла себя в руки, и мы отправились дальше.
Но сегодня для меня был хороший день. Поднимаясь по лестнице, Тима вдруг позвал Митю. Мы остановились и повернулись к нему. За все время я впервые вижу его так близко. Мое сердце застучало в удвоенном ритме, даже ладони стали мокрые от волнения.
– Надо поговорить, – сказал он Мите.
– Мира, ты иди, я тебя догоню, – обратился ко мне Митя. Я кивнула, и последний раз посмотрела на Тиму. Но его взгляд был направлен только на Митю. Молча развернувшись, стала поднимать дальше.
На глазах наворачивались слезы. Я пыталась моргать чаще, чтобы они исчезли. Стоит ли плакать, когда судьба сделала тебе такой подарок. Для меня лучше счастья не найти, вот так близко на него посмотреть. Ладно, сейчас надо думать о зачете. Ведь Станислав вряд ли надо мной сжалиться. Но, как ни странно, он меня не заваливал, даже, наоборот, где-то помогал. Выходя из универа, я улыбалась. Но моя улыбка пропала, когда я заметила на лавочке Тиму с девушкой. Она прижималась к нему и что-то шептала на ухо. Тима на это только улыбался. Я почувствовала, как ревность сжала мое сердце, стало больно. Эта боль меня разозлила. Бешенство накрыло меня с ног до головы, когда девушка поцеловала его в губы. Как он может так поступать со мной? Хотелось закричать и сказать ей, что он мой! Никто не имеет права его целовать, кроме меня! Тима поднялся с лавочки и потянул ее за собой. Он обнял ее и стал целовать. Я так и стояла, смотрела на них. Тима вдруг открыл глаза и посмотрел на меня. Мне захотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не видеть в его глазах безразличие ко мне. В голове прокручивались идеи, чем-нибудь ударить его и вырвать все волосы этой девке. Но меня отвлекли. Кто-то сильно толкнул меня в спину. От неожиданности я приземлилась на колени.
– Девушка, извините нас. Мы тебя не заметили, – проговорил парень, помогая мне подняться. Рядом с парнем стояли еще двое ребят, и все смотрели на меня.
– Смотреть надо, куда идете, – рявкнула на них. Я стала отряхивать свои брюки, они были грязные на коленях и в зеленых пятнах от травы. Вот же!!! Угораздило меня сегодня надеть белые брюки!
– А ты случайно не девушка Тимура Бесова? – испуганно спросил меня парень. Я удивилась такому вопросу. Посмотрела на них, но они все смотрели мне за спину. Я тоже повернулась и увидела, как злой Тима надвигался на нас.
– Кто из них тебя толкнул? – спросил он меня, когда подошел. Я онемела. Не могла выговорить ни слова. А все потому, что он, наконец-то, посмотрел на меня в упор. Я пользовалась этим моментом, рассматривая, с любовью, черты его лица.
– Я ее толкнул, – решил признаться парень. Тима перевел свои глаза на него, потом поманил его пальцем. Тот парень, видно, был не из трусливых и подошел ближе к Тиме. Он резко взял парня за грудки и приподнял над землей.
– Отпусти его! – кинулась я на защиту парня. – Он не виноват. Это я стояла посередине дороги!
Тима опустил его и со всего размаху врезал ему по лицу кулаком. Парень упал бы, если его не поймали друзья.
– Извиняйся перед ней, – приказал Тимур. Парень посмотрел на меня со злостью в глазах, у него из носа текла кровь.
– Извини, – с гневом он сказал. Я только смогла кивнуть в ответ. Сейчас мне было так стыдно! Ведь он ни в чем не виноват!
– Свободен, – грозно отпустил его Тима. Они пошли внутрь универа. Я посмотрела на Тимура.
– Ты зачем его ударил!? Ты совсем больной!? – стала я кричать на него. Но он просто смотрел на меня, ничего не отвечая. К нам подошла его девушка и с любопытством оглядела меня. Это меня разозлило!
– Что смотришь!? – грубо у нее спросила.
– Ничего, – спокойно и с улыбкой ответила она.
– Раз ничего, тогда нечего на меня смотреть! – мои нервы сдали, я стала на нее кричать.
– Мира, – предупреждающе сказал Тима.
– Скажи своей девушке, что не прилично так смотреть на людей. Хотя о каком приличии я говорю, если она с тобой, – со злостью посмотрела я на него.
– Ты тоже когда-то была на ее месте. И что-то я не помню, чтобы тебе это не нравилось, – спокойно и, усмехаясь, проговорил Тима. Это был очень больной удар по моему сердцу. Невольно на глазах появились слезы.
– Нравилось. Только до того момента, когда я узнала, какая ты сволочь! Я ею ты был всегда! – я развернулась и покинула их.
Я шла домой, но перед глазами стояли смеющиеся глаза Тимы. Ему все равно на меня. Это я сейчас очень отчетливо поняла. Но это понимание не помогает мне вырвать Тиму из своего сердца и души. Я ненавижу его!... И очень сильно люблю. Мне тоскливо без него. Я просто медленно умираю.
– Какая грозная девушка, – смеясь, проговорила Роза.
– Очень, – сказал я, смотря вслед Мире. На лице появилась улыбка. Я соскучился по ее ужасному характеру и гонору.
– А как ее зовут? – поинтересовалась Роза.
– Мира, – машинально ответил ей.
– А это случайно не из-за нее ты стал меня целовать? – с усмешкой спросила она.
– А ты против?
– Нет. Ты же знаешь, ради тебя я готова на многое. Даже сделать так, чтобы она приревновала тебя ко мне.
– Ладно, все. Тебя подбросить до клуба?
– Не надо. Я сама доберусь, – она подошла в плотную ко мне и поцеловала в губы. – Звони, если тебе опять понадобится помощь, – Роза ушла, а я пошел к своей машине.
Сегодня я наконец-то решил поговорить с мамой. Два месяца я не видел ее. Эти два гребаных месяца! Мне казалось, что прошел через настоящий ад. Стоило только отказаться от Миры, и мой мир просто опустел. Ничего меня больше не волновало. Хотелось просто лежать и не двигаться. Каждый день заставляю себя что-то делать, как-то жить. Рус и Алан были постоянно рядом. Они боятся, что я могу что-то натворить непоправимое. Но они не понимали, что я это уже сделал. Больше не мог смотреть, как Мира смотрит на меня, как постоянно ищет со мной встреч. Ее взгляд был, как у побитой собаки. Это переворачивало мне душу, и скручивало все в узел. Ничего лучше придумать не смог, как только позвонить Розе и попросить мне подыграть в одном деле. Она согласилась. Я увидел, как Мира вышла из универа, и разыграл всю эту омерзительную сцену. Как меня не вырвало от этого, могу только удивляться. Особенно, когда посмотрел в глаза Миры. В них я видел всю ее боль, которая медленно превращается в ненависть. Мне самому было больно на все это смотреть. Но так надо. Так лучше будет для нее. Тогда, когда я бросил ее, сразу поехал к себе на квартиру и не вылезал из нее три недели. Бухал сутками напролет. Алан замучился покупать мне алкоголь. Но хоть молчал, понимал, что сейчас не стоит меня трогать. Когда пришел более менее в норму, решил все выяснить с отцом. Разговор у нас получился так себе. Приехав к нему, застал его в кабинете со шлюхой.
– Пошла отсюда, – злобно приказал ей. Она посмотрела на отца, дождавшись его кивка, покинула кабинет.
– Я не ждал тебя, – первый прервал наше молчание отец.
– Не сомневаюсь, – я сел напротив него в кресло и долго смотрел на отца.
– Я так понимаю, ты хочешь поговорить?
– Да. Мне, знаешь ли, очень интересно узнать, как ты связался с Соломоном?
– Откуда ты узнал? – удивился отец.
– Это уже не важно. Ну, так как?
– Все очень просто. Он сам меня нашел и предложил выгодную сделку.
– Какую? Твою мать, ты можешь нормально все объяснить! Или мне из тебя надо все вытаскивать!? – я взорвался. Мои нервы и так были на пределе.
– Успокойся. Я все тебе расскажу, – отец поднялся с кресла и подошел к окну. Его долгое молчание меня добивало. – Ты же знаешь, как я горжусь всем, что имею и кем стал. И когда Соломон стал угрожать, я испугался, что могу все потерять. Я не мог ему позволить это сделать.
– Чем он угрожал?
– У него есть на меня одна очень важная информация. Где он ее нарыл, до сих пор для меня загадка. Но факт остается фактом.
– Что у него есть на тебя?
– Прежде чем стать тем, кто я есть сейчас, мне пришлось немало натворить дел. Шел по головам, переступая через многих людей. Очень серьезных и опасных людей. Я подставлял их, воровал любую информацию, которая была полезна для меня. Ни один из них даже и не представлял, что это все делаю я. Уж очень мне доверяли, чем я пользовался. И вот, постепенно я выбрался из низов и стал одним из людей, которого боятся. Мне нравиться эта сила. И поэтому не могу рисковать всем. Если об этом узнают, я мало того, что останусь ни с чем, они просто убьют меня. И, конечно же, всех вас, – отец повернулся и посмотрел на меня. Его рассказ никак меня не затронул.
– Ну, хорошо, я согласен, что за это тебе пришла бы крышка. Но ты бросил мать по его приказу.
– Да, бросил. И поверь мне на слово, это было сложно сделать. Но чтобы добиться своей цели, если надо бросить свою семью, значит так и будет.
– Ты просто отказался от нее, потому что тебе так нужно было!? – где-то в душе я иногда надеялся, что он не такая сволочь.
– Да. И думаю, ты меня прекрасно понимаешь, – ответил отец спокойно.
– Что ты имеешь виду?
– Ты тоже бросил Мирославу...
– Я не бросал ее! Я это сделал для нее! Без меня ей будет лучше! – меня задели слова отца.
– Ты сколько хочешь, можешь себя оправдывать. А итог все равно один. Ты мой сын и значит такой же, как и я.
– Я не такой! – а хотя почему я не такой? Нет, он не прав. Отец бросил маму, потому что ему так было выгодно. А я для того, чтобы у Миры была спокойная жизнь. Ей не нужен, такой как я. "Но, ты все решил за нее, не спросил ее мнения",– прошептал мне внутренний голос.
– Тимур, твое место здесь со мной.
– Зачем я тебе? Ты даже ни во что меня не посвещаешь.
– Не будь глупым. Не делай так, чтобы старания твоей матери были напрасны.
– Какие старания? – спросил я, прекрасно понимая, что ответ мне не понравится.
– Твоей матери никогда не грозила опасность. Все мои угрозы были просто слова.
– Но она тогда же действительно попала в аварию, – я не могу поверить, что мама пошла на это.
– Нет. Все было подстроено. Не надо на нее злиться. Твоя мама очень любит меня и просто не смогла мне отказать. Ты мне нужен здесь. Сделка с Романовым состоялась, за это тебе спасибо. Если бы ты не бросил Миру, все могло полететь, к чертям собачим. Сейчас у нас Соломоном одна цель. И мы уже почти достигли ее...
– Как мама могла так сделать? – у меня был большой шок. Ведь это был единственный человек, которому я верил и доверял.
– Тимур, перестань, не веди себя как маменькин сынок! Ты – мой сын! Я – твоя семья! – начал кричать отец.
– Нет! У меня нет семьи! Ты все разрушал!
– Что тебе могла дать твоя мать!?
– Многое! Ты конченый ублюдок! – я встал напротив отца, мы враждебно смотрели друг на друга.
– Ты просто сейчас злой и мало что понимаешь. Когда успокоишься, твоя голова придет в норму. Сейчас мы должны обсудить дела поважнее...
– Я ничего не хочу знать.
– Сейчас ты напоминаешь мне Семена. Такой же гордый и ни черта не понимаешь, так же, как и он. Без меня вы никто. Все что ты имеешь, это я тебе дал.
– Что ты с ним сделал? Ты убил его?
– Я позволил ему остаться в живых, только если он уберется с моего города, – довольно произнес отец. Зная Семена, он не оставит это, пока не уничтожит отца. Я бы даже помог ему в этом. Но больше не хочу ввязываться во все это. Я дико устал.
Тогда я, молча, вышел из кабинета и поклялся себе, что без серьезной причины не приду к нему. Собрал все свои вещи и ушел. Я возненавидел отца еще сильнее. Но мама! Как она могла так поступать? Это не укладывалось у меня в голове. И все эти два месяца не мог себя заставить прийти к ней и просто поговорить. Понял только сегодня, что готов услышать все, что она мне скажет. Остановившись возле ее дома, выключил зажигание, но так не мог заставить себя выйти из машины. Все, хватит думать и гадать. Надо это сделать. Я быстро поднялся на этаж и, чтобы не передумать, открыл дверь своим ключом. В квартире была тишина, но я знал, что мама дома. Не разуваясь, пошел к гостиной. Через приоткрытую дверь я увидел маму. Она сидела на диване и разглядывала какую-то фотографию. Тихо открыл дверь до конца, зашел в гостиную комнату. Мама испуганно оглянулась, потом улыбнулась мне неуверенной улыбкой. Она чувствовала себя виноватой, я это видел по ее взгляду. Но это меня никак не трогало.
– Привет, сынок, – тихо поздоровалась мама.
– Привет, – сухо ответил ей.
– Я все ждала тебя. Смотри, я нашла твои детские фотографии. Ты всегда был такой красивый. Когда я тебя родила, весь роддом не мог никак на тебя налюбоваться, – она перевела свои глаза на фото. – Я так виновата перед тобой, – из ее глаз потекли слезы.
– Мне просто надо знать, зачем ты так сделала?
– Тимочка, я очень люблю тебя. Когда он попросил меня помочь ему, я не смогла отказаться. Он пообещал мне, что ты никогда об этом не узнаешь. Я так этого боялась. Мне всегда было страшно за тебя. Я была против того, чтобы ты занимался всем тем, чем занимается твой отец. Но он так этим гордился. Он очень любит тебя, я это видела и всегда боялась, что он заберет тебя у меня.
– И ничего умнее не придумала, как играть в его игры? – я старался еще держать себя в руках.
– Антон сказал, что так будет лучше...
– Для кого лучше!? Он всегда думает только о себе! Для него нет ничего ценного в жизни! Он бросил тебя! Нас! Потому что ему так было выгодно! Я вообще не могу понять, как ты вышла за него замуж!? – все-таки не выдержал я, стал кричать на нее.
– Я очень любила его...
– Хватит! Не надо рассказывать, как ты его любишь! Ты предала меня, встав на его сторону! Я, как последний мудак, переживал за тебя и Митю. А ты все это время знала и была с ним заодно! Когда я приходил к тебе, ты была замученная. Я думал, что отец тебя достает. Это меня мучило, черт подери! Я выполнял все его приказы, потому что боялся за тебя! А оказывается, все это время, ты была в полном порядке, и тебе ничего не угрожало! – я кричал, как сумасшедший. Мне нужно было все это сказать, иначе просто взорвусь. Мой монолог прервала хлопнувшая дверь. К нам в комнату забежал Митя, а за его спиной стояла Мира. Что она вообще здесь делает!?
– Тима, ты чего кричишь? – спросил меня Митя.
– Я больше не приду к тебе. Не знаю, смогу ли когда-нибудь тебя простить, – проигнорировав Митин вопрос, обратился я к матери.
– Тима, прости меня, пожалуйста! – слезно умоляла мама. Посмотрев на нее в последний раз, развернулся и пошел на выход. Возле входной двери стояла Мира. Остановившись напротив, посмотрел в ее глаза. Если бы мама не вышла следом за мной, думаю, не смог бы сдержаться, просто бы обнял Миру. Мне сейчас так нужна чья-то поддержка.
– Тимочка! Прошу тебя, дай мне шанс все тебе объяснить, – мать говорила, а я все не мог оторвать свои глаза от Миры. Но, как только Мира протянула руку, чтобы коснуться меня, я отступил на шаг назад. Мама замолчала, видимо поняв, что здесь что-то происходит.
– Отойди, – гневно попросил Миру. Она, молча, отошла в сторону. Открыв дверь, я быстро вышел из квартиры.
Я не могу и не хочу ее понимать. Во мне сейчас столько злости и обиды, что боюсь разорваться на куски. Надо что-то с этим сделать.
Приехав в спортивный клуб, я молотил боксерскую грушу. Пытался выгнать из себя все, что с такой тяжестью давило мне на плечи. Пот струился по телу, попадая в глаза, но меня это не останавливало. Все напряженные мышцы ныли, и это тоже меня не сдерживало. За глухими ударами кулаков я не услышал, как ко мне подошел Алан.
– Эй, может, пора сделать перерыв? – спросил он.
– Я тебе мешаю? – грубо спросил я. На то Алан мне друг, что все прекрасно понимает и знает мой характер. Поэтому никогда не обижается на меня.
– Ты ее молотишь уже три часа. Остановись, – Алан рискнул и положил свою руку мне на мокрое плечо.
– Слушай, Ал, отвали от меня, – сбросил я его руку. Он вытер салфеткой свою ладонь.
– Тим, я не знаю, что у тебя опять случилось, но от того, что ты вывихнешь себе руки, толку не будет, – я остановился, посмотрел на друга.
– Что ты ко мне пристал?
– Не кипятись. Я хочу предложить развлечься, – с улыбкой проговорил он.
– Нет, спасибо. Что у тебя за привычка, всегда под меня баб подкладывать?
– В этот раз я хочу предложить сходить со мной в один ресторан.
– Тебе некому составить компанию? – идти мне никуда не хотелось.
– Почему? Есть. Я хочу познакомить тебя со своей девушкой.
– С чего это вдруг? Помнится мне, ты этого делать не хотел.
– Ты прости за те слова, брат. Я не прав и не должен был так говорить.
– Проехали. Я не в обиде. Но в ресторан все равно не пойду.
– Да почему?
– Не хочу быть третьим лишним.
– С ней придет ее двоюродная сестра.
– Тем более не пойду. Ты что свахой записался?
– Она просто приехала в гости к Алене, и ей неудобно ее оставлять одну. Вот мы и подумали, что один мой друг может мне помочь.
– Позови Руса.
– Он уехал.
– Куда опять? Что-то в последнее время он зачастил уезжать. Может, у него в другом городе жена и дети, – смеясь, предположил я.
– Ты же знаешь, что после смерти Лили он ни на кого не смотрит.
– Знаю.
– Ну, так что ты согласен?
– Ладно, черт с тобой согласен. Во сколько и где? – от меня не убудет, если один вечер я проведу вне дома.
Вечер оказался не таким уж и скучным, как я предполагал. Алан познакомил меня со своей девушкой Аленой. Она была красивой и очень общительной. Смотрел на друга, который не сводил с нее глаз, ясно было, что он к Алене относится очень серьезно. Ее сестра оказалась противоположность Алены. Тоня была скромной девушкой и за весь вечер проронила от силы пару слов. Всегда, когда она ловила на себе мой взгляд, краснела и смущенно опускала глаза. Меня это смешило. Тоня напоминала мне Миру. Нет, не своей скромностью естественно. Просто у нее были того же цвета волосы и глаза. Могу ответить на сто процентов, что если бы здесь сейчас была Мира, она бы нашла общий язык с Аленой. Мира. Что скрывать, я скучаю без нее. Мне не хватает наших скандалов, споров. Да и вообще я скучаю по ее ужасному характеру. Хотя он меня всегда бесил и раздражал. А сейчас многое отдал, лишь бы еще раз увидеть, как она злиться. Даа, смешно прямо! Бред! Сколько раз за два месяца я подрывался ей позвонить или просто приехать к ней. Но постоянно себя останавливал. В душе появилось сомнение, а правильно ли я поступил? Ведь я сделал все, как посчитал нужным, не спрашивая ее. Я такой же, как отец, решил все за всех.
***
И зачем я согласилась помогать украшать наш спортивный зал? У меня уже руки болят вешать разные украшения и плакаты. Сегодня к нам приезжает команда баскетболистов из другого универа, чтобы сразится с нашими. Все ходили такие возбужденные, я их не понимала. Но Станиславу отказать не смогла, уж больно он был настойчив. Но больше всего я не хотела оставаться на игру, на которой тоже должна быть обязательно, как мне сказал Станислав. Конечно, всем интересна сама игра, а я буду пялиться только на одного игрока. Что совсем меня не радовало. Все никак не могу забыть тот его взгляд у него дома. Было такое чувство, будто он просил меня о чем-то. Я пыталась понять, но так и не смогла разобраться. В тот день я вообще оказалось там случайно. После того, как высказала все Тиме, хотела пойти домой, но Митя позвонил мне и попросил его подождать. Мы с ним решили отпраздновать наши зачеты в кафе. После, Митя предложил зайти к нему в гости, я согласилась. Домой совсем не хотелось идти. Подойдя к квартире, мы услышали, как кричит Тима. Митя испугался и быстро открыл дверь. Я понимала, что лучше всего уйти, но любопытство взяло верх. Не знаю, что произошло между Тимой и его мамой, но мне было жаль ее. Она так плакала, когда Тима ушел. Митя кое-как ее успокоил и уложил спать. Он тоже был расстроен, не став его напрягать, я ушла.
– Мира, а куда повесить фотографию Миши? – спросила меня Леся. Я аккуратно спустилась со стремянки и взглянула на фото. Здесь он улыбался своей красивой улыбкой. Перед глазами сразу появилась картина, как его убили.
– Мира, – позвала меня опять Леся. Я посмотрела на нее. – Тебе плохо? Ты вся побледнела.
– Нет, все в порядке. Я не знаю, спроси лучше у Станислава.
– Хорошо, – она пошла, спрашивать, а я все никак не могла прийти в себя. У меня начала кружится голова и подташнивать. Я облокотилась об стену. Интересно, я когда-нибудь смогу забыть весь тот ужас?
В спортзал стали заходит ребята из нашей баскетбольной команды, для разминки. Мне надо выйти на свежий воздух, здесь совсем нечем дышать. Медленно я пошла на выход, но меня кто-то схватил за руку.
– Что с тобой? – я посмотрела на Тиму.
– Ничего, – я попыталась вырвать свою руку, но он вцепился в меня мертвой схваткой.
– Ты бледная...
– Так, Бесов, все свои личные дела на потом. Сейчас марш на разминку, – перебил его тренер. Тима еще немного посмотрел на меня, и отпустил мою руку.
До улицы я так и не дошла, меня встретил Станислав, попросил вернуться в зал, так как скоро должна начаться игра. Сев на трибуну, ко мне присоединился Митя. Все стали ждать начало игры. Когда обе команды были в сборе, игра началась.
– Добрый день, – начал говорить Станислав. – Мы начинаем игру. Я желаю обеим командам удачи. Но прежде чем мы начнем, давайте почтим память, покинувшего нас Михаила Рогова, минутой молчания. Он был выдающимся игроком и очень хорошим учеником.
Все поднялись со своих мест. Я встретилась глазами с Тимуром. Только мы оба точно знали, что с ним произошло. Эта наша общая тайна, с которой мне придется жить. Тима не спускал с меня глаз, а я не смогла больше этого выдержать и опустила свои глаза. После минуты молчания, наконец, началась игра. Мне казалось, эта игра не на жизнь, а на смерть. Обе команды были какие-то агрессивные. Особенно капитаны команд. В нашей команде был Тима, а в другой я не знаю кто. Но потом я поняла, в чем дело. Тот капитан неожиданно толкнул в живот Тиму, и он упал. Все одновременно ахнули, только я задержала дыхание. Тима поднялся и с ненавистью посмотрел на того парня. Я тоже туда посмотрела и узнала в нем парня, который недавно мне толкнул. Это же его Тимур тогда ударил. О, Боже, что сейчас будет?! Тима медленно надвигался на него, сжав руки в кулаки. Его пытался остановить Алан, но это не помогало. Если Тима сейчас начнет драку, то его могут дисквалифицировать из команды. Мой мозг стал думать в ускоренном режиме. Не хочу, чтобы у Тимы были проблемы. Я притворилась, что мне плохо и облокотилась на Митю. Он испугался. Попытался поднять мою голову.
– Помогите, позовите врача! Здесь девушке плохо! – стал кричать и звать на помощь Митя. Я старалась не рассмеяться и не открывать глаза.
Не знаю, что происходило вокруг, только слышала, что поднялась паника. Митя пытался меня приподнять, но я чувствовала, что ему тяжело это дается. И молилась, чтобы он меня не уронил. Меня кто-то поднял на руки и куда-то понес. Я положила свою голову на плечо и поняла, что это Тима. Он вынес меня из зала. В коридоре, как я поняла, мы встретились с врачом. По пути в кабинет врача, я наслаждалась своим маленьким триумфом. Когда мы пришли в кабинет, Тима положил меня на кушетку.
– Ты плохая актриса, – прошептал мне он на ухо, при этом касаясь губами его.
– А ты дурак, – тоже прошептала я.
– Так, молодой человек, отойдите от девушки, – проговорила врач.
– Давайте мне нашатырь, я сам все сделаю, – он, по-видимому, забрал у нее все и приложил вату с нашатырем к моему носу. От резкого запаха в горле запершило, я стала кашлять, из глаз потекли слезы. Я быстро села, пытаясь откашляться. Тима улыбался. Он специально так сделал.
– Пришла в себя? – спросила врачиха, я ей кивнула. В кабинет ворвался взволнованный Митя.
– Мира, ты как? – с беспокойством обратился он ко мне.
– Все нормально, Мить, – улыбнулась ему. Он присел рядом со мной. И получилось, что я сидела между Тимой и Митей. Эта ситуация мне показалась забавной.
– Сколько у тебя кавалеров, – улыбаясь, сказала врач.
