![](/files/books/160/oblozhka-knigi-gorod-h2-379187.jpg)
Текст книги "Город Х2"
Автор книги: Анастасия Гигрей
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 7 страниц)
– Сев, – позвала Женька, – посмотри на меня, ты меня помнишь?
– Я… иду… мне нужно идти… – бубнил он синими губами.
– Сев, посмотри мне в глаза, – снова попросила Женька, но он ее не видел, только повторял одно и тоже, пытаясь сделать очередной шаг.
– Жень, он зомби. – Шокировано произнес Саша, помахав перед лицом Севы рукой.
– Что они с ним сделали?
Женька отчаянно посмотрела в глаза Саше и нахмурилась. Она была напугана, так сильно, что даже Саша почувствовал ее страх. Взяв Женю за руку, он собирался завести ее в дом и поговорить, когда раздался очередной бой часов. Сева остановился как вкопанный, лишь хлопая глазами и слушая, словно ему давали какие-то важные указания, которые он обязан был выслушать. Женька и Саша схватились за голову, ощущая боль в несколько раз сильнее, чем была на заводе. Упав на колени Саша зажмурился, пытаясь заглушить громкий писк в голове. Несколько долгих минут, он стиснув зубы терпел этот шум, когда звук прекратился он осмотрелся по сторонам. Сева опять поник и пытался продолжить свой путь. Женька лежала на земле без сознания.
Саша подполз к Женьке и заглянув в ее лицо убедился, что она жива. Тяжело пыхтя от боли в плече он взял ее на руки, и зашел в дом. Поднявшись на второй этаж, он оказался в маленькой комнате. Уложив девушку на кровать, он глубоко вздохнул и сел рядом. Она должна была проснуться, больше всего он боялся, что ее отключка может продлиться как в самый первый раз. Молча сидя рядом с ней, он смотрел в пол и тяжело дышал. Саша не хотел оставаться один, это было самым худшим, что могло произойти в его жизни.
Спустя несколько долгих минут, которые вскоре превратились в часы, Саша наконец осмотрелся по сторонам. Это была комната Женьки, в шкафу висела ее одежда, куча черного и серого, рядом в ряд стояла обувь, тоже серая и черная, как будто вся ее жизнь состояла из двух цветов. Заметив около кровати открытую железную коробку, он пододвинул ее к себе и заглянул внутрь, там лежали несколько фоток и детские рисунки. Кривые, неаккуратные линии выведенные разноцветными карандашами не несли в себе никакого смысла. Саша взял в руки фото, они явно были совсем старыми. На них была Женька с разными людьми, скорее всего одноклассники или соседи, но не было ни одного фото с родителями, только дети. На этих фото, она улыбалась словно была совершенно другим человеком, маленьким, но счастливым. Взглянув на ее бессознательное лицо, Саша убрал растрепанные волосы с ее щек и нахмурившись, тихо прошептал:
– Что же ты скрываешь?!
Поднявшись на ноги он решил воспользоваться тем, что Женька без сознания. Саша отправился на поиски правды и зашел в соседнюю комнату, которая служила хозяйской спальней. Но она была, как и весь этот дом, пустой. Около окна стояла кровать, на прикроватной тумбочке валялась куча пустых тюбиков от таблеток, под кроватью оказался целый склад пустых бутылок от спиртного. Саша нехотя рисовал себе ужасную картину жизни Женьки. Во всем доме, он так и не нашел ни одной фотографии более ранней или поздней, чем те, что лежали в железной коробке.
Вернувшись к Женьке, он сел рядом и стал ждать момента, когда она проснется.
Она пришла в себя глубокой ночью, когда Саша уже успел выспаться. Открыв глаза, она поморщилась от дикой боли в висках. Женька посмотрела на знакомый потолок и резко сев, в панике осмотрелась по сторонам. Ей казалось, что она вновь вернулась в прежнюю жизнь забыв закрыть дверь, и сейчас мачеха ворвется в комнату с криками, или того хуже, один из ее любовников попытается забраться к ней в постель. Тяжело дыша, она встретилась с глазами Саши и все встало на свои месте, хриплым голосом Женя спросила:
– Как я здесь оказалась?
– Бой часов, – нахмурился он, – ты отключилась больше чем на десять часов. Я уже успел испугаться, думал придется тебя тут оставить и вернуться через месяц.
Она потерла дрожащей рукой лоб и собрав волосы в хвост подняла на него испуганные глаза.
– Спасибо, что не бросил меня. – Сдавленно прошептала она.
– Мы же договорились, – усмехнулся он. – Что будем дальше делать?
Саша присел на кровать и заглянул в ее синие глаза, которые явно хотели заплакать, но держались, и бегали по углам комнаты словно там можно было найти ответ.
– Я не знаю, – тяжело выдохнула Женька и взяв рюкзак встала на ноги.
Саша никогда не видел столько страха на ее лице, сколько увидел в момент ее пробуждения. Казалось она увидела нечто из своего прошлого и это повергло ее в настоящий ужас. Даже он сам на долю секунды испугался.
– Предлагаю вернуться в город и посмотреть, что происходит в точке сбора. – Сказал Саша следуя за ней на первый этаж. Женька выпила стакан воды, за ним еще один и повернувшись к Саше, кивнула в знак согласия.
– Тогда выходим. – Произнес он и направился к двери, когда они услышали шум очень похожий на взрыв, где-то выше по улице.
– Солдаты. – Испуганно сказала Женька и схватив Сашу за руку, потащила его к задней двери.
Они выбежали на улицу, когда через три или четыре дома от них в небо поднималось оранжевое зарево. Солдаты жгли дома и явно не собирались останавливаться. Женька показала Саше направление и они побежали, перепрыгивая через деревянные заборы, преодолевая различные участки, они бежали не останавливаясь чувствуя лишь то, что за ними гонится кто-то невидимый. Перепрыгнув через очередной забор Женька услышала за спиной сдавленный крик Саши и удар чего-то тяжелого о землю. Она боялась, что Саша упал и сломал себе что-то, но обернувшись она увидела, как солдат вдавил Сашу в землю, пытаясь придушить ногой и в то же время целясь ему в голову из автомата. Послышался выстрел, но Саша увернулся от пули сбросив с себя ногу солдата, но тот явно оказался сильнее, вновь подчинив его своей власти. Растерянная Женька вспомнила об оружии в рюкзаке, думать было некогда, она вытащила его из внутреннего кармана и дрожащей рукой направила в спину солдата, который почему-то даже не обратил на нее внимание за все время схватки. Женька понимала, что должна спасти Сашу и зажмурившись она нажала на курок. Прогремел выстрел, но солдат лишь обернулся и пробормотал что-то невнятное, Женька выстрелила еще раз, и еще, пока не услышала как он упал.
Открыв глаза она видела как на земле растекается лужа крови, Саша громко кашляя поднялся с земли, забрал оружие у солдата и схватив за руку Женьку, бросился бежать.
17
Они бежали долго, слыша за спиной выстрелы, и взрывы, обернувшись они могли видеть лишь пылающий квартал пригорода, который для многих людей был домом. Глаза Женьки застилала красная пелена, она не слышала, что говорил ей Саша, возможно он молчал, но даже крикни он ей на ухо, она бы не услышала. В голове крутился звук выстрела и только одна фраза “я убила человека”, она так четко била в мозгу каждым импульсом, каждым ударом сердца, что Женька даже не заметила, как они оказались в поле недалеко от завода на котором ночевали. Страх, стал для них силой, которая всегда дремала где-то глубоко внутри, он помогал им преодолевать расстояние, подгонял их и не давал падать. Забежав на территорию завода, они не могли поверить своим глазам. Они оказались на месте когда горизонт уже освещало солнце.
Запыхавшись они поднялись в ту самую кладовку, в которой провели ночь и наконец закрыв дверь остановились. Женька застыла, как только Саша отпустил ее руку. Она смотрела на пистолет, который по-прежнему сжимали ее побелевшие пальцы и молчала. В глазах стояла пелена, ей хотелось уйти, забиться в угол, где нет Саши, где она окажется одна, но он крепко схватив ее за плечи грубо тряхнул и она посмотрела в его темные глаза. Он что-то спрашивал у нее, она видела как его губы шевелятся, но она слышала лишь выстрел, один за другим, и ощущала дикую боль в запястьях от отдачи.
– Жень, скажи что с тобой? – наконец расслышала она.
– Я в порядке, – прозвучал ее спокойный голос, который удивил их обоих.
– Ты уверена? – заботливо спросил Саша.
– Да. Просто нужно отдышаться, – она освободилась от его рук и сбросив рюкзак села на пол глубоко и часто дыша.
Разговаривать с Сашей по поводу случившегося она не хотела, поэтому просто прикрыв глаза восстанавливала дыхание и ощущала, как все тело лишилось силы, словно одеялом ее накрывала усталость. Почувствовав прикосновение к своей руке, она вздрогнула и распахнула глаза, увидев перед собой Сашу.
– Спасибо, – прошептал он сжимая ее пальцы. – Ты мне жизнь спасла.
– Ты на моем месте поступил бы так же. – Ответила она. – Я очень хочу отдохнуть.
– Ты права, нам нужно поспать. – Кивнул Саша и расстелил найденные в доме Жени шерстяные одеяла.
Они несколько часов лежали без сна, каждый думал о своем, но молчал. Страх подгоняющий их при побеге медленно превратился в тяжелые крылья усталости.
Саша был ей благодарен, и понимал как эта ситуация может повлиять на нее, но она спасла его. Прикрыв глаза он вспомнил как сильно был напуган под ногами солдата. Его глаза смотрели на него, словно он был животным, опасным, диким животным с заразой, которая могла поразить всех людей мира. Он никогда не видел столько злости, именно это напугало его больше чем выстрел, от которого он чудесным образом увернулся. В том солдате явно не было ничего человеческого, а эта злость была похожа на инстинкт, один единственный, словно кроме него он больше ничего не умел чувствовать. Женька нашла в себе силы не испугаться, а спасти ему жизнь, не остолбенела, не убежала, а сделала то что нужно было сделать. Саша верил в слова Женьки, что будь он на ее месте, он поступил бы также, но больше всего для него было важно знать, что она так считает. Теперь он не мог обмануть ее ожиданий, ведь за ним должок за спасенную жизнь, а это куда больше, чем простое обещание говорить правду.
Она не могла уснуть. Лежа на полу Женька смотрела в одну точку, продолжая слышать выстрел за выстрелом, и видеть перед глазами расплывающуюся лужу крови. Ей становилось душно, казалось она сейчас задохнется от этих мыслей. Услышав, как дыхание Саши стало ровным, Женька выждала до того момента, когда стала балансировать на грани истерики и нервного срыва. Она знала это ощущение своей души, если она прямо сейчас не останется одна, то Саша увидит то, что никто не должен видеть, ведь эта забитая, несчастная девушка душит ее изнутри уже столько лет.
Тихо поднявшись на ноги, Женька бесшумно вышла из комнаты и побежала, она остановилась лишь около той самой трубы, откуда было видно город и гипермаркет. Усевшись у самого края решетки, она обхватила себя руками и по ее щекам покатились слезы. Угнетающая тишина округи заставляла ее плакать бесшумно, сдерживая крик, который хотел вырваться наружу, но она терпела закрывая рот руками, и напряженно дыша, она ощущала, как яд в виде слез так долго копившихся внутри обжигал все лицо снаружи. Ей было больно, она терла ту руку, которая отняла жизнь у человека, словно собиралась содрать с нее кожу. Она стала убийцей, она отняла жизнь. Внутри был пожар морали и совести, инстинкт самосохранения даже не пытался вступать в борьбу, здравый смысл тоже молчал, даже разум не пытался вмешаться и хоть как-то оправдать этот поступок, она осталась наедине со своим главным страхом и этот страх продолжал кричать где-то глубоко внутри о том, что он победил, а она проиграла, темная сторона выиграла и свет больше никогда не попадет туда, где ему нет места.
Саша ощутил, что она ушла, когда стало холодно, он проснулся и осмотревшись, понял, что Женька сбежала, испуганно выбежав из комнаты, он отправился на ее поиски. Саша боялся за нее только потому, что у нее была привычка все держать в себе, она копила внутри себя все, а такие люди похожи на атомную бомбу в тишине и спокойствии они безвредные, но как только проходит землетрясение это может стать катастрофой. Саша отправился туда где нашел ее в прошлый раз и не ошибся. Он издалека услышал ее тихие всхлипы, заглянув в трубу, он заметил как она сжавшись в комок душила свои рыдания, но подойти и утешить ее он так и не смог. Облокотившись спиной о стену он сполз на пол и просто слушал. «Почему она плачет? – задавался вопросом Саша. – Потому что убила человека или же это просто была последняя капля?» Судить о том, как все это отразится на поведении Женьки он не мог, ведь он совершенно ничего о ней не знал. Единственное чем он мог ей помочь, это быть рядом. Сидя на выходе до тех пор пока она не затихла, он понял что, она должна себя поругать, должна принять, и смириться, а потом он попытается доказать ей, что этот поступок был неправильным, но она спасла его жизнь, и это того стоило.
У нее кончались силы, она смотрела на далекий город, но даже думать о нем не хотелось, солнце светило во всю, но Женька понимала она должна вернуться, а проснувшись, просто делать вид, что ничего не было. Однажды это помогло, должно помочь и сейчас, достав из внутреннего кармана жилетки блокнот с маленькой ручкой, она открыла его на пустой странице и написала: «День 1. Я убила человека…»
Она вернулась к Саше, когда день уже клонился к вечеру. Он лежал на боку и явно спал глубоким сном, плотно закрыв за собой дверь, она легла рядом и поправив рюкзак под головой повернулась к нему спиной. Сейчас Женька мечтала согреться и просто уснуть, слезы забрали не только силы, кровопролитная моральная война забрала все тепло, она дрожала под шерстяным одеялом и Саша это словно почувствовал. Он притянул ее к себе и небрежно обняв, засопел в макушку. Она не сопротивлялась, сейчас ей было слишком холодно, да и сил на сопротивление не осталось.
Сам Саша лишь улыбнулся тому, что она его не отвергла. Он проснулся как только она вернулась, но понимал, что она не ответит на его вопросы, пока сама не захочет. Все что он мог, это дать ей частицу своего тепла, и уверенность, что ему можно доверять. Он хотел, чтобы она ему доверяла и то, что она его не пнула за объятье, говорило только о том, что он на правильном пути. Согретый и спокойный Саша уснул, чувствуя, как она расслабилась в его руках и размеренно задышала отправившись в страну снов вместе с ним.
Он проснулся намного раньше, чем планировал, занять себя было нечем и Саша начал поиски воды для завтрака. В столовой где раньше обедали рабочие, он нашел воду и кастрюли. Вскипятив воду на крыльце завода он тщательно потушил угли и вернулся в комнату где спала Женька. Запах растворимого кофе, сразу заставил ее проснуться, а чувство дикого голода скрутило живот. Она смотрела, как Саша зажег свечку и разложив кое-какие припасы, что-то бормотал себе под нос. Странно, но его тихое бормотание она считала очень забавным и успокаивающим.
– Доброе утро, – проговорила Женька потирая глаза, которые слиплись от вчерашних слез.
– Доброе, я сделал нам кофе.
Она приняла горячий стаканчик с бодрящей черной жидкостью и поежившись сделала глоток.
– Спасибо. – Зевнула Женька и плотнее укуталась в одеяло.
– Нам нужно решить, что делать дальше. – Протянул Саша и уселся рядом с ней.
– Мы пойдем на точку сбора и попытаемся узнать, что произошло с миром.
– Нам нужно быть предельно осторожными, думаю солдаты не просто так сжигают дома.
– Ты думаешь, что они пытаются найти таких как мы?
– Им явно не нравится, что мы не даем себя убить. – Кивнул Саша и сделал глоток кофе.
– Надеюсь, что в городе много таких.
– Почему?
– Обычно именно такие люди, спасают весь мир, – улыбнулась Женька, но Саша заметил, что улыбка была ненастоящей.
– Это хорошая мысль, мне нравится, – улыбнулся он в ответ. – Значит, ночью возвращаемся в город и проводим разведку.
– Да, но очень осторожно. Нам стоит опасаться не только солдат. – Серьезно заметила Женька.
– А чего же еще?
– Часы, последний раз их звук вырубил меня на десять часов.
– Да, – согласился Саша, – в последнее время они каждый раз действуют по разному, то просто терпимая боль, то доводят до потери сознания. Такое ощущение, как будто кто-то ищет подходящую частоту.
– Ты думаешь, это как то связано со звуком?
– Да, низкие частоты, – произнес Саша, – есть же свистки для животных, люди не воспринимают этот звук, а животные с ума сходят.
– Думаю именно на это похож бой часов. Голова как будто взрывается от непонятного звука и боль всегда начинается где-то в ушах.
– Интересно, кто изобрел этот прибор?
– И чего он хочет добиться?
– Думаю, – протянул Саша, – изобретатели хотят подчинить себе людей, те что тогда следовали за солдатами, были овощами и Сева, твой сосед, он как будто перестал быть человеком. А тот солдат? Я никогда такого не видел, он был зол и как будто кроме злости, ничего не мог испытывать.
Напоминание об убитом солдате заставило Женьку поморщиться как будто на свежей ране, оторвали пластырь и она снова начала болеть.
– Я начинаю думать о пришельцах, – спокойно произнесла Женька. – Не думаю, что люди способны на такое.
– На сколько же должен быть спятившим тот, кто это придумал. – Покачал головой Саша, – но твоя идея о пришельцах вполне похожа на правду. Хотя, мы же должны были заметить их появление.
– Я уже не знаю во что верить и какие предположения строить, просто хочется узнать правду, чтобы понять как все это предотвратить.
– Ты думаешь мы сможем вернуть все как было? – грустно спросил Саша.
– Нет, – честно ответила Женька, – так как было уже не будет. Нас ждет долгая дорога к новому миру, но так как прежде мы уже никогда не будем жить.
– Именно это пугает.
– Будущее всегда пугает.
После завтрака они собрали вещи, и вышли на крыльцо завода. Смотря на город, который выглядел темной грудой огромных камней без света и без жизни, они медленно двинулись на поиски правды. А как правило, правда всегда находится в гуще любых событий и узнав ее, ты лишь решаешь верить или нет.
18
Дорога до города заняла два долгих дня, они несколько раз меняли направление боясь наткнуться на отряды солдат. Погода портилась, им приходилось ночевать на открытом воздухе, а утром просыпаться от дикого холода и чтобы не замерзнуть постоянно находиться в пути. Осень сдавала позиции уступая место зиме и готовя все вокруг к ледяной спячке.
Женька потерла озябшие руки, ветер беспощадно пробирался сквозь одежду и ничего казалось не могло их спасти от холода. С каждым мигом приближающийся город, казался все более зловещим. Им больше не попадались люди, они не встречали таких как Сева, несколько сотен тысяч человек пропали. Их всех убили? Спрятали? Но куда могли спрятать всех этих людей? Что с ними сделали эти часы? Кто так сильно жаждал исчезновения целого города и его обитателей? И главный вопрос, есть ли на земле место, где все осталось по-прежнему?
Смотря на Сашу, Женька не переставала удивляться, он все также молча шел рядом, хотя она ждала, что он сдастся, она не готовила воодушевляющую речь, чтобы его подбодрить, но ей почему-то хотелось знать, что он слабее чем она. Она ощущала силу своего духа и гордилась этим, хотя воспоминания о тех слезах в трубе всегда напоминали ей о том, что можно обмануть окружающих, убедить их в своей уникальности, но себя самого, обмануть не так просто. Эта сила приходила к ней только после срыва. Слезы были той слабостью, которую она себе позволила и теперь все изменилось. Она больше не хотела быть слабой, не хотела этого показывать и надеялась, что в следующий раз, а она не сомневалась что он будет, она отнесется ко всему с холодным расчетом и чувство вины даже не проснется. Спрятав руки в карманы, она шла дальше по-прежнему пытаясь согреться, но не подавала виду до какой степени замерзла.
Они вошли в город ночью пробравшись под мостом. Периметр города уже охраняли солдаты. Эти люди в военной форме, казались статуями с оружием в руках. Они словно не чувствовали холода и ветра, что бесчинствовал на улице бросая дикие порывы на округу. Шаги двух человек никто не слышал видимо из-за вечно повторяющегося сообщения о точке сбора. Но оказавшись на улицах города, Женька и Саша заметили, что все изменилось.
Дороги были пусты, даже припаркованных машин нигде не было, те вещи, которые раньше были разбросаны повсюду куда-то исчезли и только кое-где стояли огромные бочки из которых струился темный дым.
– Они, наверное, сожгли все, что валялось на улицах. – Тихо произнес Саша.
– Чтобы стереть все упоминания о людях?
– Скорее всего.
Они шли по маленьким улочкам, скрывались в переулках, но совсем скоро показались первые лучи солнца и им пришлось укрыться в чьем-то доме. Оба валились с ног от усталости, ноги болели и ныли, хотелось согреть замершее тело в теплой воде, но им приходилось довольствоваться лишь комнатой, в которой не дует ветер. Установив ловушки у окон и дверей, они прошли в хозяйскую спальню, которая была самой большой комнатой в доме и собирались лечь спать, когда послышался очередной бой часов. Он подействовал на них одинаково, оба упали на пол хватаясь за голову, Саша терпел боль, даже пытался ее побороть, но она была слишком сильной, казалось голова сейчас лопнет, но к счастью все вскоре закончилось.
Лежа на полу он заметил, что Женька не двигается, а из ее уха покатилась тонкая струйка крови. Саша испугался, думая, что настал конец. Он бросился к ней и взяв ее лицо в свои руки, заметил, как Женька тяжело открыла глаза и глубоко вздохнула.
– Я уж думал, что ты откинулась.
– Отвратительное слово. – Прохрипела Женька ощущая боль в правом ухе.
Коснувшись его, она посмотрела на пальцы и увидела кровь. Молча поднявшись на ноги она все стерла, но поняла, что боль и шум в ухе не проходят. Несколько раз моргнув она думала, что слух восстановится, но когда ее позвал Саша, она поняла, что ничего не слышит на одно ухо.
Вернувшись в комнату, она застала Сашу у окна. Он стоял спрятавшись за шторой и наблюдал за улицей.
– Что там? – шепотом спросила Женька и встала рядом с ним.
Это были солдаты. Они занимались тем о чем говорил Саша, подбирали все что лежало на улице и разжигали огонь в бочках. Вся улица, и казалось, весь город покрывал черный струящийся дым от плавления пластика. Они сжигали все, сумки, документы, вещи и детские игрушки. Это выглядело ужасно с учетом их полного подчинения кому-то и их синхронных роботизированных движений.
– Нам нужно поспать. – Произнесла Женька и отошла от окна.
Устроившись на кровати под несколькими одеялами, она почти мгновенно уснула, впервые раньше чем Саша.
Он стоял у окна еще несколько долгих минут наблюдая за происходящим. Его не покидало ощущение, что до этих людей все же можно как-то достучаться, как-то их вернуть к тому состоянию в котором они когда-то были. Когда солдаты покинули улицу Саша устроился рядом с Женькой и уставился в потолок. Обычно усталость делала свое дело, но в этот день он не мог уснуть, толи от того, что Женька его напугала, толи от увиденного, или же от зародившейся в голове идеи, что этим солдатам можно помочь.
Взглянув на спину Женьки он снова отвернулся, да она его напугала, одиночество всегда пугало, но в некоторых моментах оно привлекало его. Именно страх за нее делал одиночество таким привлекательным. А что если с ней что-то случится и она больше не сможет идти дальше? А если она погибнет у него на глазах? Это пугало его сильнее, чем одиночество. Ведь был бы он один, не нужно было бы переживать за нее и тогда было бы намного легче, но они вместе и каждый дал обещание не бросать другого. Саша закрыл глаза, впервые он попытался представить, что их ждет дальше. Он рисовал себе картину как они смогут найти способ помочь людям и спасти всех от произошедшего. Саша в деталях описывал спасенный мир и чувствовал себя героем, совершенно забыв о Женьке. В его мечтах ей не было места и этот эгоизм позволил ему насладиться лучами славы в одиночестве.
Она проснулась раньше Саши и чувство разбитости, к которому она никак не могла вновь привыкнуть вылился в ноющую боль по всему телу. Лениво потянувшись, разминая, казалось, неподатливое тело, Женька зашла в ванную, но воды не было. Достав бутылку она хотела умыться, но понимая, что это вода питьевая, она убрала ее обратно. Им нужно экономить. Пока Саша продолжал сопеть, Женька прошлась по квартире кого-то, кто явно хорошо зарабатывал. Она смотрела на фото покрывшиеся пылью, книги, статуэтки, но в этом доме все равно чувствовалось одиночество. Здесь никогда не было детей и либо тут жил холостяк, либо женщина, которая преуспела в карьере. Женька осмотрела все шкафы в поисках полезных вещей, единственное, что она нашла это консервы, минеральная вода в бутылках и аптечка. Упаковав все, что влезло в рюкзак, она услышала шорох на верху и убедилась, что Саша проснулся.
Они позавтракали черствым печеньем и водой, и прежде чем выйти на улицу решили осмотреть город сверху. Поднявшись на чердак, они оказались на крыше. Ночной город по-прежнему выглядел неприветливо и грязно, только горевшие бочки лишь немного освещали улицы. Ровно в полночь послышался бой часов, это было странно, но они слышали просто бой старых башенных часов и даже боли в голове не было. Переглянувшись Женька и Саша нахмурились.
– Все это жутко странно, – проговорила Женька.
– Больше всего меня пугает то, что нет никакой последовательности, часы то бьют, то не бьют.
– Это самое мерзкое, никогда не знаешь где они тебя настигнут и с какой силой ударят.
Продолжая смотреть на город Саша пытался понять где лучше всего наблюдать за точкой сбора. Она находилась в центре города около самого высокого здания и вокруг него были лишь площади и мелкие строения. Подобраться незамеченными было невозможно. В подтверждение его слов высотка вспыхнула светом и на фасаде здания он заметил слово. «Смерч» – это явно и была та самая точка сбора и центр, где находились те, кто устроил весь этот апокалипсис.
– Нам нужно туда, – кивнул Саша в направлении высотки.
– И почему мне кажется, что это дурная идея?
– Потому что так и есть, – улыбнулся он. – Ладно, нам пора. Попробуем подобраться как можно ближе и попытаемся спуститься в метро, если выход не завален.
Они вышли на улицу, но Саша оказался прав, все входы в метро были завалены, скорее всего взорваны, чтобы такие как они не могли там спрятаться. Им пришлось двигаться по поверхности, что было опасно и глупо, но желание узнать хоть что-то, притупляло страх. Чем ближе они подходили к Смерчу, тем чаще им на глаза попадались солдаты патрулирующие окрестности. Им удавалось скрываться в темноте переулков, но выбежав на очередную улицу они наткнулись на внедорожник с солдатами.
Первым выстрелил Саша, чем возможно и привлек внимание, но судить его за страх Женька не могла, это было на уровне инстинкта. После выстрела они бросились бежать, взвыл мотор и внедорожник двинулся за ними. Солдаты стреляли им в след, но благодаря узким улицам и переулкам в виде лабиринтов им пришлось спешиться и они оказались на равных, за исключением оружия. Женька стреляла не видя цели и вскоре патроны кончились, она бросила пистолет и бежала изо всех сил. Заметив, что она отстает Саша схватил ее за руку, они пытались уйти от погони, но каким-то чудесным образом солдаты всегда оказывались за спиной, как бы долго они не бежали и как бы хитро они не меняли маршрут.
После очередного поворота Саша заметил канализационный люк и с трудом открыв его, он скомандовал Женьке спускаться, но на горизонте уже были солдаты она заметила одного из них и испуганно смотря на его автомат готовилась прыгнуть. Солдат выстрелил и Женька вскрикнув упала вниз. Послышались выстрелы Саши и он последовал за ней. Она бы точно переломала ноги, но зацепившись за лестницы смягчила падение. Саша закрыл люк и смог задвинуть щеколду, чтобы за ними сразу не бросились в погоню.
Женя спускалась медленно, нога ровно по середине бедра горела адским огнем. Схватившись за нее Женька упала на решетку и ощутила, что все руки в чем-то темном и липком, это была кровь. Саша спустился и хотел бежать дальше, но заметив, что Женька не двигается, бросился к ней.
– Что случилось? – в панике спросил он осматривая ее ногу. Ощутив кровь Саша побледнел. – Так, Жень сосредоточься, что делать? Говори, что мне делать?
– Нужно замедлить кровотечение, – сдавленно проговорила она, – хотя, если задета артерия, то я умру через несколько минут.
– Нет, я уверен это не так. Как замедлить кровотечение? – продолжал в панике кричать Саша хотя сам этого не замечал.
– Нужен жгут, – выдохнула Женька.
– Отлично, ремень, ремень же подойдет?
– Да.
– Дальше что? Жень говори, что дальше?! Я ни черта в этом не понимаю!
– Завяжи ремень выше раны так сильно на сколько хватит сил.
– Хорошо, – кивнул Саша и принялся за дело, Женька закричала от боли и он сразу остановился.
– Почему ты так кричишь? – испуганно произнес Саша.
– Потому что мне больно придурок! – воскликнула Женька, – продолжай.
– Ага.
Саша затянул жгут настолько, насколько у него действительно хватило сил. Послышался шум прямо над ними, Саша помог Женьке подняться и они отправились вперед по трубам совершенно не зная куда двигаются. Вокруг шумела вода, толи от реки, толи от городского водопровода, но спасало лишь то, что дикой вони не было, лишь сырость и плесень. Они блуждали по лабиринту труб Саше было не легко, но какого было Женьке он даже не хотел представлять. Сбылось именно то, чего он боялся, он не хотел чтобы она умерла, но ее рана и бледность пугали его до безумия.
По подсчетам Саши они прошли несколько кварталов, оставив Женьку внизу, он отправился на разведку и убедившись, что вокруг никого нет, Саша спустился обратно. Она была почти без сознания, но как только он спрыгнул рядом, чем скорее всего напугал ее, Женя открыла глаза.
– Жень, тебе придется хорошо постараться, нам надо выбраться отсюда, солдаты знают, что мы где-то здесь, они будут нас искать. – Проговорил Саша пытаясь понять, слышит она его или нет. – Ты понимаешь?
– Да, – прошептала Женька.
– Тебе нужно держаться за мою спину, чтобы я мог нас вытащить, справишься? – она лишь кинула и Саша приступил к делу.
Он взвалил Женьку на спину и аккуратно боясь ее падения полез вверх. Женька держалась за него и мечтала потерять сознание, но зная, что Саша ничего не сможет с ней сделать, она держалась поистине из последних сил. Оказавшись на дороге Саша закрыл люк и схватив Женьку на руки побежал к первому дому, но его дверь оказалась заперта, вторая и третья тоже, когда четвертая дверь не поддалась, он уже не мог ждать и выбив ее ногой зашел внутрь.
За окном сгущались сумерки они пробрались в самую дальнюю квартиру в этом многоквартирном доме и уложив Женьку на кровать Саша тяжело вздохнул. Что же ему делать? Бледность Женьки и тот факт, что простынь и покрывало уже пропитались кровью, которая продолжала сочиться из раны доводили его до панического безумия.