![](/files/books/160/oblozhka-knigi-gorod-h2-379187.jpg)
Текст книги "Город Х2"
Автор книги: Анастасия Гигрей
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)
– Ты ранен, – взволнованно прошептала она, смотря на то, как Саша тяжело дышит.
Услышав ее слова, он открыл глаза и взглянул на свою рану, но ничего не заметив в темноте, он, как это обычно бывает в голливудских фильмах, лишь усмехнулся и заявил:
– Это всего лишь царапина.
Женька раздвинула края порванной ткани и убедилась, что это далеко не царапина и что лучше всего такую рану сразу зашить. Саша хмурился и все сильнее сжимал челюсть, пытаясь скрыть истинную боль, которая только сейчас волной прокатилась по телу.
– Рану нужно промыть и зашить. – Сделала заключение Женька и стала рыться в рюкзаке, надеясь, что у богатенького мальчика в аптечке есть хотя бы бинт.
– Откуда ты знаешь что нужно делать? Ты что училась на врача? – улыбнулся Саша будучи уверенным, что она просто в очередной раз умничает.
– На медсестру, – сказала Женька, – я проходила курсы первой помощи, когда собиралась уехать отсюда.
– И почему не уехала?
– Не сложилось, – просто ответила Женя.
Как она и предполагала, в аптечке кроме нескольких пачек обезболивающего ничего полезного не нашлось. Оторвав кусок ткани от своей футболки она коснулась его плеча, и заметила как он вздрогнул. Ему явно было больно и она до сих пор ждала, когда же начнется нытье о том, как он устал и о том, как сильно он страдает. Но Саша молчал.
– Нам нечем перевязать рану. – Тихо проговорила она.
– Думаю и этого хватит. – Спокойно ответил он, но не смотрел ей в лицо.
– Нам нужно продезинфицировать и зашить рану, так, что давай без глупого геройства. Мне нужно подняться на улицу, в брошенных машинах должны быть аптечки.
– Говоришь без глупого геройства, а сама собираешься отправиться за аптечкой, когда у меня глупая царапина на руке. – Усмехнулся он. – Я пойду с тобой.
Саша попытался подняться на ноги, но его пошатнуло. Он чуть не упал, но Женька заботливо его придержала и усадила на место. Саша в одно мгновенье побледнел и выглядел, так, будто потерял большое количество крови, но Женя знала этого быть не могло. Она еще раз внимательно осмотрела рану, были задеты лишь мягкие ткани и кровопотеря должна была быть минимальной.
– Как ты себя чувствуешь? – неожиданно испуганно спросила Женя, коснувшись его лица и заглянув в помутневшие карие глаза.
– Нормально, – сонно ответил он и сразу же зевнул. – Только спать очень хочется. Что происходит?
– Скорее всего пули чем-то смазаны. – Нахмурилась Женька. – Ладно, будь здесь, я пойду за аптечкой.
Она поднялась на ноги и выложив все из рюкзака собралась уходить.
– Эй, – позвал ее Саша, – помнишь, на реке я дал тебе обещание говорить правду?
– Да, ты сейчас хочешь мне в чем-то признаться? – вздернув брови спросила она.
– Нет, – покачал головой Саша, – я хочу чтобы ты тоже дала мне обещание.
– Какое?
– Пообещай мне, чтобы не случилось, ты вернешься.
Женька смотрела ему в глаза и на секунду задумалась. Они остались вдвоем, можно сказать против всего мира, или города, и эту малость было так легко пообещать, и так тяжело выполнить, но не смотря на это, она сказала:
– Обещаю, я тебя не брошу.
Больше они не сказали друг другу ни слова. Женька взяла фонарик и ушла, боясь только одного, что вернувшись, подвал окажется пустым, а Саша исчезнет, как и другие люди.
Сам Саша, оставшись в одиночестве, сразу забыл о безопасности, точнее, он ничего и не смог бы сделать, даже если бы в этот самый момент ворвались солдаты. К тому моменту, когда за Женькой закрылась дверь, он уже крепко спал от снотворного, которым были пропитаны пули.
10
Женька прошла несколько домов по подвалам и сразу ощутила, что быть одной гораздо страшнее, чем с Сашей. Но ей нужно было побороть этот страх. Для этого она поставила перед собой очередную цель, она не позволит ему остаться в одиночестве. Она должна его спасти и позаботиться о нем. Выбравшись на поверхность, она столкнулась с сумерками, в которые медленно погружался безлюдный город.
Выключив фонарик и закрыв за собой дверь, она оказалась в пустынном переулке. Вокруг не было машин, двери домов были закрыты, а магазины, напротив, открыты, ведь почти все люди исчезнувшие в тот день, когда все началось, уходя на работу не думали, что могут не вернуться. Каждая дверь была заперта, а все ближайшие аптеки находились на приличном расстоянии от дома, в котором она оставила Сашу. Женька двинулась вниз по улице. Темнота приняла ее в свои объятья и стало намного проще передвигаться, но заметить солдат становилось сложнее.
Она ощущала опасность и от этого, адреналин зашкаливал, почему-то постоянно хотелось побежать, как будто кто-то уже следовал по пятам и вскоре, она окажется добычей, на которую идет охота. Пройдя несколько кварталов, Женька оказалась на большом перекрестке. На нем стояло несколько десятков столкнувшихся машин. Двери почти каждой были распахнуты и она начала поиски. Первые две машины принадлежали явно не бдительным водителям, кроме мусора внутри, она ничего так и не нашла. Третья машина подарила ей книжку в которой находились карты города и ближайшего пригорода. Она запихнула книгу в рюкзак и двинулась дальше. Она облазила еще несколько машин и наконец нашла аптечку. Бросив ее в рюкзак, Женька осмотрела еще и грузовик, там тоже нашлась коробка с медикаментами, собрав уже увесистую сумку она собиралась уходить, когда заметила чьи-то ноги под грузовиком.
Разум говорил не ходить и не смотреть, но что-то другое заставило ее обогнуть машину и взглянуть, кому принадлежит неподвижное тело. Это был солдат, одетый в обыкновенную военную форму, а на лбу зияла кровавая рана. Женька вздрогнула от такого зрелища, но потом заметила пистолет на его поясе. Руки сами потянулись к кобуре, словно наконец-то нашли то, чем можно защищаться. У Женьки дрожали руки, разглядывая пистолет, она ощущала, что делает что-то неправильное, но тем не менее убрала его в рюкзак. Ноги приросли к асфальту, она смотрела на молодое лицо убитого солдата и продолжала задавать вопросы. Как такое произошло? Кто это с ним сделал? Все происходящее пугало. Чем дольше они оставались в неведении, тем больше вопросов скапливалось в голове.
Услышав шум машины неподалеку, Женька приготовилась бежать, но было уже поздно. Машина солдат появилась на горизонте, мысли закрутились ураганом, если она побежит в любую из сторон, они ее заметят и она не сдержит обещание. Глаза в панике бегали вокруг, пытаясь найти любой способ чтобы выжить. Не найдя ничего более подходящего, Женька забралась в кабину грузовика и спряталась на спальном месте, которое находилось прямо за спинкой водительского кресла. Она и не знала, что машины со спальным местом еще существуют, но сейчас ей лишь казалось, что она намеренно загнала себя в угол.
Она услышала, как машина остановилась совсем близко. Послышались шаги тяжелых сапог, она задержала дыхание и зажмурилась. Солдаты тем временем остановились около тела солдата и она услышала их голоса. То, что говорили солдаты ее не удивило, а вот голос и интонация привели в замешательство. Казалось будто эти люди были запрограммированы говорить, как неживые, без эмоций и каких-либо чувств.
– Еще один солдат погиб. – Безразлично проговорил один.
– Других погибло в сотни раз больше. – Ответил другой.
– Мятежников почти не осталось, они погибнут сами по себе, от голода или от нас.
Она слышала, как они взяли тело солдата в руки и снова раздались их тяжелые шаги.
– Все мятежники должны умереть. – Заключил бесчувственный, отдаляющийся голос.
Услышанное шокировало и обрадовало. С одной стороны, это значило, что они с Сашей были не одни, значит где-то в городе, скрываются такие же люди, почему-то не исчезнувшие и не попавшие в руки солдат. Но с другой стороны на них шла охота. Послышалось рычание мотора и шум отъезжающей машины. То, что творилось в городе, становилось все более непонятным. И больше всего сейчас ее интересовало, что сделали с солдатами раз они стали такими бесчувственными и кому они подчиняются?! Ведь кто-то явно отдает им приказы. А еще кто-то им противостоит, раз труп одного из них только что увезли…
Она выждала достаточно времени, лежа в грузовике и задаваясь очередной порцией вопросов. Ее ждал Саша и она должна была вернуться, ведь она пообещала. Аккуратно спрыгнув на землю, Женька осмотрелась по сторонам и убедившись, что в округе нет движения, двинулась обратной дорогой к Саше. Почему-то возвращаться было легче чем идти в пункт назначения. Ей показалось, что дорога до той самой подвальной двери заняла в два раза меньше времени, чем в прошлый раз. Она спустилась в темноту и зажгла фонарь. Быстро сориентировавшись, она преодолела коммуникации и вскоре открыла дверь в помещение, где оставался Саша. Вокруг было пусто. Лишь его рюкзак и несколько капель крови на том месте, где он заснул.
– Саш, – шепотом позвала она и осмотрелась.
– Слава Богу, – прошептал он, выходя из темного угла. – Я услышал шаги и подумал, что это солдаты.
Ссутулив плечи, он опустился на пол около рюкзака. Саша выглядел ужасно, казалось, что его рана была намного серьезнее, чем выглядела на самом деле, но Женька все списывала на вещество, которым пропитали пулю.
– Я думала, ты будешь спать. – Ответила она, устроившись рядом с ним.
– Я спал и знаешь, сны, которые мне снились, – он покачал головой, – меня как будто насильно держали во сне. Богом клянусь, там постоянно звучал этот монотонный голос о точнее сбора.
– Ты думаешь это какое-то вещество влияющее на подсознание?
– Если честно, я так и подумал, потому, что проснулся только с одним желанием поскорее пойти в центр.
– Что же тебя остановило?
– Твое обещание, – улыбнулся он. – Ты должна была вернуться, значит, я должен был ждать.
– Вот и хорошо. Я принесла все, что нужно, так что раздевайся. – Проговорила она, раскладывая все необходимое рядом с ним.
– Будь сейчас другая ситуация, я бы обязательно пошутил на эту тему, но у меня нет на это сил.
Саша стиснул зубы и снял верхнюю одежу, оставшись в одной футболке. Теперь рука начала болеть, и пульсирующая боль добралась до головы. Он прикрыл глаза и попытался представить, что-то хорошее. Прикосновения холодных пальцев Женьки, будто успокаивали горящую кожу вокруг раны. Саша улыбнулся и сквозь непонятную дремоту услышал ее голос.
– Сейчас будет щепать.
Что-то ледяное обожгло рану и он вздрогнул, но не издал ни звука, кроме скрежета зубов. Женька снова удивилась, почему он все еще не визжит, как девчонка!?! Но Саша упрямо продолжал ее удивлять своим поистине мужским терпением. Она делала все быстро, промыв рану дезинфицирующим средством от бактерий и микробов, она протерла кривую иглу с уже вставленной в нее нитью и глубоко вздохнув начала делать быстрые стяжки, словно не зашивала в грязном подвале руку человека, а штопала плюшевого медведя у себя в комнате.
Спустя час на руке Саши красовалась чистая марлевая повязка. Он с трудом надел балахон, но вздохнул уже с облегчением.
– А тебе стоило пойти в медицинский, – заключил он. – Я почти ничего не почувствовал.
Она улыбнулась в ответ, но ничего не ответила. Протерев руки влажной салфеткой, Женя убрала все необходимое в свой рюкзак и устроилась рядом с ним.
– Я встретила солдат на улице. – Спустя несколько минут тихо сказала Женька, смотря в маленькое, заросшее грязью окошко ведущее на улицу.
– И что произошло? Они тебя видели? – забеспокоился Саша и пристально посмотрел ей в лицо.
– Нет, я спряталась, – ответила она и рассказала все, что услышала от солдат. Саша несколько минут молчал, потом задумчиво произнес:
– Значит, мы для них мятежники, но радует то, что мы не одни. Где-то точно есть еще люди, которые не исчезли.
– Да, но как я поняла их мало.
– Ничего, – кивнул Саша, – мы выясним, что произошло и найдем других людей, после того, как доберемся до твоего дома.
Он тяжело вздохнул и подмяв под голову свой рюкзак лег на спину, чтобы заснуть.
– Надеюсь, – одними губами прошептала Женька, и последовала его примеру на последок ощутив под головой оружие, о котором она не сказала Саше ни слова.
11
Спать на бетонном полу было холодно и неудобно. Сморенные усталостью они не замечали, как двигались друг к другу во сне в поисках тепла и прижавшись спинами, долго спали без сновидений, пока все тот же кошмарный сон, не заставил Женьку вздрогнуть и открыть глаза. Она повернулась на спину и посмотрела в темный потолок. Осадок от кошмара был как всегда ужасным и выражался в накрывающем чувстве вины. Она пережила потерю, точнее прошло время, а вот утверждать, что она ее пережила было неправильно. Время бежало вперед, боль стала привычной, а вот вина… порой это чувство причиняло дикую боль, оно ввергало в панику и заставляло раз за разом прокручивать альтернативный сценарий случившегося, и думать как бы все могло повернуться, поступи она тогда по-другому.
Посмотрев на мирно спящего Сашу, она была уверена, ему точно ничего не снится. Во всяком случае кошмары его не посещали или он умел их контролировать. За окошком блекло мерцал свет заходящего солнца, Женька не знала сколько времени они проспали и вообще, было очень непривычно перестать следить за временем и не смотреть на часы. Она чувствовала себя одновременно свободной и потерянной. Как будто больше не нужно было спешить, куда-то бежать и что-то решать. Все застыло, а с исчезновением людей, они тоже как будто застыли.
Саша тяжело вздохнул и перевернулся на спину, коснувшись рукой пола он проснулся, явно от неудобства и боли. Открыв сонные глаза, он посмотрел на Женьку и нахмурился.
– Давно не спишь?
– Пару минут, – соврала она. – Как рука?
– Болит.
– Нужно сделать перевязку и уходить. Через несколько часов совсем стемнеет.
– Хорошо, – кивнул Саша и приподнялся. – Приступай.
Женька протянула ему две таблетки обезболивающего и принялась менять повязку. Рана выглядела намного лучше, кровь сочилась лишь слегка и то из-за снятой повязки. Она обработала швы и перевязала все бинтом. Саша наблюдал за ее аккуратной работой и снова удивился тому, как сильно ему повезло очутиться в такой ситуации именно с ней. Будь на ее месте другая, она бы наверное, все время рыдала, а при виде крови шлепнулась бы в обморок.
– Все готово. – Улыбнулась Женька, снова собирая все в рюкзак. – Нам пора выходить.
– Спасибо, – искренне прошептал Саша и медленно поднялся на ноги.
Они вышли на улицу, когда вокруг властвовали сумерки. Еще не было темно, но и свет от солнца уже практически скрылся за горизонтом. Женька и Саша медленно шли по улицам города, и оба понимали, что даже в этой пустынной тишине, может скрываться опасность. Если солдатами кто-то руководит, значит этот человек виноват во всем, что случилось. Попытки представить как выглядит этот изверг, заканчивались ничем. Женька не верила, что на это способен человек, но тем не менее люди ИСЧЕЗЛИ, как это произошло никто не знал, и Женька, как и Саша, боялась представить куда на самом деле делись более двух сотен тысяч человек.
Они прошли мимо офиса, в котором работала Женька. На площади перед входом в здание продолжали лежать вещи оставленные людьми, куча сумочек, портфелей, пустых стаканчиков из под кофе и бумага. Всюду валялись документы, которые были важны для кого-то, ведь каждый человек шел по своим делам и просто исчез. Они оставляли следы на этих белых листах бумаги, но не обращали на это внимание, все уже потеряло смысл и если что-то вдруг изменится, то людям (выжившим) придется строить мир заново.
Саша выглядел уставшим и бледным, но по-прежнему держался молодцом. Женька решила, что он все это терпит, исключительно из-за мужского эго. Он не мог себе позволить раскиснуть, пока Женька держала всю свою усталость и панику под контролем. Но на самом деле Саша просто задумался, он снова погрузился в свои размышления. Вспоминая прошлое, думая о будущем, он шел вперед и не замечал ничего вокруг. Самым тяжелым для них оказалась именно дорога. Время бесконечных размышлений и мыслей. В голове невозможно было выключить звук и просто ни о чем не думать. Даже когда ты думаешь о тишине, эта мысль приводит тебя в самые неожиданные уголки памяти.
Саша мог размышлять о чем угодно, хотелось конечно думать о хорошем, но обстановка совсем не располагала к позитивным мыслям. Даже в обычные дни, когда все вроде бы шло как обычно, он думал о своих проблемах, переживаниях, постоянно готовясь к худшему. Ну, а сейчас, все мысли неизменно приводили его сюда в эту реальность, в эту пустоту и заканчивались банальным вопросом, что делать дальше? Сейчас они идут к Жене домой, а что потом? Что они будут делать, когда убедятся, что ее родные пропали так же как и все? Или если произошло чудо, и они сумели пережить солдат и бой часов? Что будет дальше? Скорее всего они отправятся на точку сбора и попытаются выяснить, куда делись остальные люди. Но как правило, такие походы заканчиваются тотальным разочарованием и пониманием, что реальность рухнула и потеряна навсегда. Пнув валявшийся камень на дороге Саша взглянул на Женьку. Она явно была озабочена своими собственными глубокими размышлениями и такими же вопросами. Тонкие брови сошлись у переносицы и глубокая морщинка разрезала лоб. Она кусала губы, словно думала над чем-то очень важным, но он не спрашивал, продолжая просто идти вперед, как один из тех солдат-роботов. Плечо болело, но таблетки делали свое дело притупляя боль, чтобы она не стала совсем невыносимой. Глядя, как дорога ведет их все дальше от центра, он все больше погружался в комок своих бесконечных вопросов.
Женька крутила в голове только одну фразу: нельзя думать о прошлом. Но как ни странно именно о нем она постоянно размышляла. Вопрос, а что если…? Самый ужасный из всех, что, когда-либо звучал в ее голове. А что если они не выживут? А что если они не дойдут до дома? А что если Саша погибнет и она останется одна? А что если бы она успела на тот автобус?… И тут все рухнуло. Она отмахнулась от этих мыслей согнав их куда-то в глубину сознания и взглянула на горизонт. Они прошли городскую полосу и вышли в пригород. Здесь было много богатых особняков, но все они были разными, какие-то большие и ухоженные, другие чуть поменьше и требующие небольшого ремонта, но все же аккуратные и теплые. Лучшее слово для описания таких домов – домашние. Эти дома были именно домашними, где мама всегда домохозяйка, а папа бухгалтер и у них трое дружных, хороших детей.
– Дальше будет гипермаркет. – Проговорила Женька, смотря куда-то вдаль.
– Отлично, – ответил Саша, – я бы хотел немного отдохнуть, тем более скоро рассвет, и рука невыносимо ноет.
Она посмотрела на его бледное лицо, по которому ручьями катился пот и поняла, что им непременно придется остановиться в магазине, чтобы переждать день и отдохнуть. Кивнув ему в ответ, они ушли с главной дороги пригорода и оказались на темной аллее ведущей вдоль очередного квартала домов. Как же страшен может быть мир ночью без света. Окна домов были пустыми, нигде не было даже малого отблеска света. Все казалось зловещим, словно они действительно оказались в фильме про конец света, где по улицам бегают зомби и убивают всех без разбора. Поморщившись от своих мыслей, Женя медленно шла вперед, пока улица не кончилась и они не оказались на шоссе. По табличке стало ясно, что до гипермаркета оставалось несколько километров, а по небу и звездам, что рассвет наступит через несколько часов. Они заторопились, но тем не менее шли аккуратно, по обочине, не выходя на главную дорогу. Именно там на полпути к магазину их застал очередной бой часов, он длился недолго, боль в голове стала явно меньше, но вот звук в ушах, он все равно заставил остановиться и закрыть уши, но это не помогало, казалось у них в голове, есть маячок, который реагирует на каждый удар. Несколько минут простояв на дороге, они заметили очертания темного здания вдалеке.
– Ты в порядке? – спросил Саша, глядя в ее синие глаза.
– Да, просто этот звук…
– Ничего более ужасного в жизни не слышал.
Они двинулись дальше.
– А ты не боишься встретить других людей? – неожиданно спросил Саша.
– Почему, я должна бояться? – удивилась Женька.
– Ну не знаю, просто всегда бывают хорошие ребята и плохие.
– Не знаю, – пожала плечами Женька, – наверное, если я встречу людей, в первую очередь спрошу у них хорошие они, или плохие.
– Это не смешно. Я бы например хотел иметь при себе оружие для спокойствия.
– А ты умеешь им пользоваться? – вздернула бровь Женька.
– Да, отец однажды возил меня на стрельбище, и инструктор был удивлен моей точности.
– Буду знать, что в нужный момент ты не промахнешься.
Они завернули на дорогу ведущую ко входу в магазин. Женьке стало спокойнее от этого разговора, теперь объяснить присутствие оружия в рюкзаке, будет намного проще. Но ей стало интересно, действительно ли Саша был метким стрелком или он просто пытался произвести на нее впечатление? Проверять это она не хотела, и надеялась, что им никогда не придется применять оружие, но все же ей было интересно.
Оказавшись у открытых дверей гипермаркета, они обернулись на медленно возвышающееся солнце и оба понимали, что опасность им несет именно день, а не ночь. Шагнув в темное здание, они думали только об отдыхе и еде. Большего сейчас им было и не нужно.
12
Благодаря тому, что магазин находился недалеко от пригорода, в нем было все. Начиная от детских товаров и заканчивая садовыми инструментами. Но больше всего, Саше понравилась демонстрация солнечных батарей. Они собирали в себя энергию солнца посреди магазина, где был огромный стеклянный купол и можно было с легкостью воспользоваться каким-нибудь электрическим прибором, также от этих батарей продолжал работать фонтан, радуя их журчанием воды. Оба мечтали принять душ, но мыться в фонтане никто не решился. Лишь умывшись прохладной водой, они продолжили бродить среди кучи товарных полок и брали все, что им хотелось. Единственным минусом в этом, казалось бы, райском месте оказался запах. Он конечно не был очень сильным благодаря постоянно открытым дверям, но все же растаявшие продукты и протухшие овощи источали поистине огромное зловоние. Тем не менее Саша и Женька совершенно не хотели есть. Наверное, дорога для каждого из них была слишком изнурительной и они сразу отправились в отдел “все для дома” где нашли кровати.
В продаже этого магазина, были целые комнаты. На обозрение покупателям выставили спальни с заправленными постелями, с удобными матрасами и даже кинули пару книг для красоты на прозрачные столики и прикроватные тумбочки. Но на осмотр каждого павильона у них не было сил. Разместившись на разных кроватях, они укрылись одеялами и мгновенно уснули.
Саша ненавидел боль пронзающую руку, но больше всего он ненавидел того, кто в него стрелял. Он лежал на спине и долгое время смотрел в этот ненастоящий, высокий потолок и мечтал забыться сном, что и произошло, как только на улице окончательно взошло солнце. Ему ничего не снилось, он просто закрыл глаза и оказался в темноте, где не было боли и вопросов. Он отдыхал, пока на соседней кровати за картонной стеной Женя уже металась от очередного ужасного сна.
Этот сон никогда не менялся. Никогда не наполнялся красками или деталями, все одинаково и точно. Она сидела на мостике и как всегда искала то, что навсегда потеряла в воде, то, что невозможно было вернуть или забыть. Казалось, что она найдет это, иногда она даже просыпалась с дуратской мыслью, что это просто сон и ничего в реальности не изменилось и только фото говорило, нет, реальность – это тот кошмар, который преследует ее уже несколько лет. Она металась по кровати от невозможности найти на ней удобное место, но где-то в голове, глубоко в подсознании блуждала мысль, что дело тут вовсе не в кровати и не в матрасе, дело в том, что она потеряна по жизни и именно там, в реальном мире, она не знает где ее место.
Вздрогнув от неожиданно ушедшего сна, она открыла глаза. Голова раскалывалась на части, ноги ныли, как и все тело. Работа в офисе отучила мышцы работать и теперь день проведенный на ногах, явно сказывался на всем теле. Поднявшись Женька заглянула к Саше, он крепко спал и она решила его не беспокоить. Медленно шагая по коридорам гипермаркета, который она никогда не видела пустым, она заглядывала в магазины и в маленькие лавочки. Свет проникающий сквозь стеклянный купол не давал полного освещения, он лишь делал это здание чуть светлее, но его углы по-прежнему оставались в темноте.
Оказавшись на втором этаже, она нашла магазин одежды и сбросив с себя неудобные джинсы и балахон, переоделась в одежду точно подходящую по размеру и удобству. Кроссовки, теплые черные штаны, футболка, толстовка и жилетка без рукавов. Эта одежда была абсолютно новой, но неизменно черной, ведь она понимала, что путь предстоит им долгий, да и обстановка не соответствовала красочной одежде. Проходя мимо окон выходящих на дорогу и парковку, заставленную машинами, она остановилась.
Этот мир, стал для нее, наверное, лучше чем был. Она никогда не выделялась из толпы, и толпа ее никогда не замечала. Быть серой очень просто. Как только в глазах потухает огонек жизни, ты становишься обыкновенной и цвет одежды совершенно не имеет значения. Она смотрела на мир и понимала, что он никогда не смотрел на нее в ответ. Может, она была неправильной и думала не так как все, но боль научила ее воспринимать все по-другому. Мир без людей стал немного другим, но не стал для нее чем-то поистине шокирующим и пугающим. Она боялась правды, но, кажется, мир для нее не сильно изменился.
Саша открыл глаза от боли. Он по привычке ворочался во сне и как только перекатился на больную руку, она тут же дала сдачи, заставив открыть глаза. Повязка пропиталась кровью и ее нужно было менять. Он поморщился и с большой неохотой сел на кровати. Будить Женьку ему не хотелось, но самостоятельно он бы не справился. Саша встал на ноги и заглянул за стену, но ее кровать уже была пуста. Наверное, она бродила по коридорам или пошла за едой. Кричать в пустом здании, он не стал и отправился на ее поиски, чтобы вместе позавтракать или поужинать, ведь солнце уже клонилось к горизонту и наступала очередная ночь.
До того как из мира исчезли люди, Саша почти всегда жил ночной жизнью, когда мама забирала младшую сестру и отправлялась в очередное путешествие. Он гулял с друзьями, веселился в клубах и отдыхал, как многие сказали бы, прожигал жизнь, но потом что-то изменилось, и он просто решил стать взрослым. Такое решение пришло к нему само по себе и никак не касалось отца или его попыток втянуть сына в свой деловой мир. Так решил сам Саша, и отцовское мнение тут было не к месту, хотя бы потому что он всегда только и делал что шел наперекор отцовской воле.
Обойдя весь первый этаж в поисках Женьки, Саша поднялся на второй этаж повсюду таская за собой ее тяжелый рюкзак с медикаментами. Когда он увидел ее сидящую на подоконнике и смотрящую в окно, он вдруг осознал, что совершенно ничего о ней не знает. Она почти всегда грустила, мало говорила и вообще вела себя так, словно пропала задолго до того, как пробили часы. Вслед за его мыслями раздался бой часов. Он был слабым, но боль в ушах неизменно повторялась. Их взгляды встретились и оба понимали, что такая боль это ужасно и если бой часов будет повторяться, это ни к чему хорошему не приведет.
– Привет, – проговорил Саша устроившись рядом. – Выспалась?
– Да, – просто ответила она, и сразу взялась за дело, понимая, что он таскал портфель уж точно не потому, что боялся его потерять.
Женька помогла ему снять кофту и разрезав повязку приступила к уже привычной процедуре. Промыла рану, проверила, чтобы не было нагноения и наложив свежую повязку выдала ему порцию обезболивающих таблеток.
– Спасибо, – снова улыбнулся Саша и посмотрел в окно где за горизонт пряталось солнце. – Не хочешь позавтракать?
– Ты хотел сказать поужинать? – улыбнулась она краешком губ.
– Ну раз уж весь мир перевернулся, почему бы нам не переименовать ужин в завтрак?
– Согласна.
– Кстати хорошо выглядишь. Не видела по пути магазина с мужской одеждой?
– Пошли покажу. – Кивнула она и забросив рюкзак на плече, они отправились в тот же самый магазин одежды, в котором уже побывала Женька.
Саша переоделся с трудом. Плечо не давало ему покоя. Вообще, он конечно предпочитал дорогую одежду из хороших материалов, но что-то подсказывало ему, что говорить об этом Женьке это все равно, что совершить огромный киноляп из-за которого вся картина будет испорчена. Сейчас, как никогда он должен быть именно мужчиной, а не мальчиком. Он это понимал, именно поэтому, казался серьезным, чем кстати делал Женьке огромную услугу. Ведь раскисни он первым, она бы тоже не удержалась.
После магазина с одеждой, они отправились в продуктовый. Постоянно питаться полуфабрикатами и консервами конечно, неприятно, но лучше это, чем ничего. Саша раздобыл в каком-то из отделов газовую горелку, и им удалось поужинать горячим. А Женька позволила себе выпить бокал вина. Усталость отступила, они сидели в одной из многочисленных гостиных и смотрели на ботанический сад, в котором уже завяли почти все растения. Это было не красивое зрелище, но смотреть в стену еще более скучное занятие. После получаса молчаливых посиделок и закончившейся бутылки вина, они решили перебраться к тому окну где за закатом солнца наблюдала Женька.
Саша принес еще несколько бутылок и они, как и почти любые люди в таких ситуациях, решили напиться. Сидя на удобных садовых креслах, которые притащила Женька, они просто смотрели на темную дорогу и звезды, которые от отсутствия электричества в городе стали намного ближе и горели ярче, и просто молчали. Но первым не выдержал Саша.
– Удивительно, – тихо проговорил он, разливая вино по бокалам. – Как только я решил, что нужно взрослеть произошло все это.
– Чем тебе не ускоренный курс взросления? – тихо ответила она.
– Кажется, это слишком жестоко.
– Может быть это знак, – сделав глоток вина сказала Женька, – ты слишком долго шел к этому решению, поэтому придется изучать взрослую жизнь ускоренными темпами.
– Никогда не любил работать, но что-то изменилось, – протянул Саша, – а потом бум и бах.
– Хм, – усмехнулась Женька, – как только, я поняла, что нужно менять работу ударили часы.
– Ты веришь в судьбу?
– Не знаю, мне, кажется, жизнь человека это просто сценарий, куда надо, туда тебя и приведут.
– Значит, по сценарию я должен был оказаться именно в твоем кабинете, именно в тот день.
– Да, – кивнула она. – И Стася, именно в эту минуту, должна была пойти поговорить со своим ухажером.
– Да, думаю окажись она на твоем месте, мне бы пришлось туго.