Текст книги "Единственная для босса. Подарок после измены (СИ)"

Автор книги: Амелия Мур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 45

Когда эта блондинка увидела меня, её выражение лица мгновенно изменилось с надменного на озлобленное.

Белая кожа покраснела, накаченные губы неприятно искривились, отчего стали выглядеть ещё неестественнее. Даже её глаза, казалось, налились кровью.

Я прямо видела, как она горела от злости. Горела от злости, потому что видела меня. И, скорее всего, если ей не нужно было соблюдать хорошую мину при Владимире, она бы подскочила и точно оттрепала меня за волосы.

Однако она сдерживалась и довольно умело. Это жуткое выражение промелькнуло на её лице буквально на секунду, а после, она тут же снова сделала свое лицо благообразным и надменным.

Вторая женщина в возрасте смотрела на меня с каким-то пренебрежительным безразличием. Её взгляд будто проходил сквозь меня, словно женщина не очень хотела меня замечать.

С теплотой смотрел только Владимир. Его взгляд и улыбка будто бы говорили мне: «Ничего не бойся. Иди. Иди и займи своё место, я позабочусь о тебе, и если нужно – смогу защитить.»

Конечно, мне было не очень приятно, что Владимир ничего не рассказал мне о том, что в ресторане будет ещё кто-то. Однако, я уже знала, что если он так поступает, то делает это не без причины. Тогда я решила не устраивать никаких сцен, а просто спокойно занять своё место.

Когда я приблизилась, Владимир демонстративно встал из-за стола, и подвинул мне стул, чтобы я могла удобнее сесть.

При виде этого на лице женщины отразилось сдержанное удивление. А вот молодая блондинка просто горела от бешенства. Это было видно по её глазам. Однако, она продолжала играть роль приличной девочки. А я ведь видела, какой истеричной она может быть. И она знала это. Казалось бы, теперь я имею над блондинкой некоторое преимущество, потому что легко читала её настроение после скандала в магазине.

– Я знал, что ты переживала бы весь день. Потому не сказал, что вечером мы будем ни одни, – тихо шепнул мне Владимир. – Хотел, чтобы ты беззаботно провела сегодняшний день.

Я улыбнулась ему и кивнула.

Когда Владимир вернулся на своё место, то тут же заговорил:

– Вот, знакомьтесь. Это Ирина Сергеевна, моя мать, – указал он на женщину, и та надменно кивнула мне. – А это Светлана, – указал он на блондинку. Потом поочерёдно глянул на свою мать и блондинку и проговорил: – А это, как вы поняли, Анна. Я рассказывал вам о ней.

Вот это да… Вот это сюрприз. Выходит, Владимир позвал меня познакомиться с родителями! Но с мамой-то точно! А кто это Светлана? Кто она такая? Уж точно не сестра. Они даже непохожи! А то, что случилось между нами в магазине, наводит меня на определённые мысли. Кажется, это Светлана довольно близка Владимиру. Или думает, что близка? Ведь я вижу, как он смотрит на неё. И взгляд этот совершенно холоден. Точно таким же Владимир смотрит на каждого своего подчинённого.

– Светлана, – будто бы предугадал мой вопрос Владимир, – моя подруга детства. Мы знакомы с плёнок.

– И довольно близки, – приподняла подбородок девушка и привстала на стуле. Я заметила, что шарики её силиконовой груди чуть не выпрыгнули из довольно откровенного декольте.

– Близки, – Владимир бросил на неё новый холодный взгляд, – как друзья.

Блондинка неприязненно скривила губы и опустила глаза.

– Я очень рада со всеми вами познакомиться, – улыбнулась я.

Разговор не очень клялся. Сначала все начали осматривать меню, чтобы сделать заказ.

– Мне, пожалуйста, этот греческий салат, – начала блондинка, – принесите первым делом его. Только никакой фитаксы. Я всегда ем греческий салат только с фетой.

– Прошу прощения, – начала на хорошем английском (правда, с небольшим акцентом) смуглокожая официантка. – Не фета закончилась буквально двадцать минут назад.

– Ладно, – махнула блондинка, – несите что есть. А всё из-за этой медлительной девчонки, – обратилась она на английском к матери Владимира. Та не ответила, а только хмыкнула. – Если бы она шевелилась побыстрее…

– Напомнить тебе, – также на английском начал Владимир, – кто у нас чемпион по опозданиям? Кажется, в последний раз, когда ты опоздала, я потерял немало денег. Помнишь.

– Ой, – она растерянно засмеялась. – Да ладно тебе! Не стоит о прошлом.

– К слову, – начала я ровным тоном, причём на английском, – ваш английский очень неплох.

Обе: и мама, и Светлана уставились на меня с настоящим изумлением. Светлана даже покраснела от смущения.

– Только вам бы подтянуть акцент. И произношение слова «шевелилась», стоило бы подтянуть.

Владимир искренне засмеялся. Такого весёлого смеха от него я ещё не слышала. Светлана же сконфуженно опустила глаза.

Пока ждали наш заказ, в основном говорила мама Владимира и Светлана. Они вдвоём нахваливали друг друга как настоящие кукушка с петухом из басни Крылова.

Владимир слушал всё это со снисходительной улыбкой. Было понятно, зачем женщины ведут такой разговор. В первую очередь так они явно пытались произвести впечатление на Владимира, однако, по его ухмылке было ясно видно, что это его совершенно не впечатляет.

Он постоянно смотрел на меня довольно тепло и с улыбкой. И я понимала, что Владимир не оставит меня одну, если эти две женщины попытаются как-то меня обидеть.

– Кстати, Анна, – Начала Ирина Сергеевна, смотря на меня как-то свысока, – расскажите нам, в каком статусе вы пришли к нам сегодня? Насколько я знаю, вы приехали на Бали с моим сыном.

После этих слов Светлана чуть не поперхнулась своей фитаксой. Казалось, любое упоминание о том, что я вместе с Владимиром, натягивало её нервы так, будто они вот-вот со звоном лопнут.

– Я…

– Анна приехала сюда по моему приглашению. Я привёз её, – посмотрел Владимир на свою мать. – Потому что захотел. Так что, мама, спроси об этом лучше у меня.

– Ох, – Ирина Сергеевна изобразила усталый вид и слегла, откинулась на спинку стула, тронула веки. – Ну разве я не знаю? Прекрасно знаю, сынок, что вы уже живете вместе, и ты привёз её сюда, как свою очередную женщину. Очередную игрушку. Я порядком устала от них.

– А я постоянно удивляюсь тебе, – Светлана сказала это как-то обиженно. – Не надоело ли тебе всё это? Разве тебе не хотелось бы настоящих отношений, а не всех этих интрижек?

– Вот и я ему говорю, – подхватила мама, – что бы прекращал бегать по каким-то непонятным девушкам, а остепенился. Всё же, пора подумать и о будущем.

Их слова меня почему-то разозлили. Конечно, я не показывала вида, но блин! Я, какая-то непонятная девушка?! В одно мгновение у меня появились вопросы как к Владимиру, так и к этим двум барышням. Неужели я его игрушка? Неужели просто «очередная непонятная девушка».

А у Светланы и Ирины Сергеевны я хотела спросить, какое право они имеют говорить обо мне так в моём присутствии? Я уже открыла рот, чтобы начать, но Владимир меня опередил:

– Потому Аня и сидит здесь, перед нами, – он потянулся ко мне и взял мою руку, на лице матери отразилось недоумение. А физиономия Светланы приняла испуганное выражение.

– В каком это смысле? – спросила Светлана дрогнувшим голосом.

– В прямом. Я считаю наши с Анной отношения серьёзными.

Светлана побледнела. Ирина Сергеевна только рассмеялась.

– И сколько таких отношений у тебя было раньше, сынок?

– Таких отношений, с такой женщиной, у меня ещё не было никогда, – сказал Владимир решительно.

Мама замолчала. В её взгляде на миг блеснула растерянность.

– А как же Светочка? – сказала Ирина Сергеевна, улыбнувшись Светлане. – Вы же когда-то были так близки. Первый поцелуй, первая любовь и прочее. Мы с папой, признаться, хотели бы видеть её твоей супругой. Всё же, она из хорошей, богатой семьи. Женщина твоего уровня, мой дорогой.

– Возможно, ты и хотела бы видеть её, – насмешливо ответил Владимир. – Но я не очень. Я знаю Светлану гораздо лучше, чем вы с отцом, – бросил он на неё холодный взгляд, и девушка не выдержала, отвела глаза. – Но я, честно говоря, не хотел видеть её и сегодня вечером. Но раз уж ты настояла, то пришлось согласиться на её присутствие.

Светлана просто открыла рот. На её лице почиталось величайшее удивление. А потом она совсем поникла.

– Я планировал этот вечер иначе, – продолжал Владимир. – И не очень люблю, когда мои планы меняют. Если даже меняет их моя собственная мать.

Ирина Сергеевна тоже ничего не ответила. Она просто смотрела на Владимира, будто бы ожидая, что же он скажет дальше.

– Сегодня я позвал тебя сюда, в этот ресторан, мама, чтобы познакомить с Анной. С моей будущей женой.

Глава 46

За столом воцарилось молчание. Мать Владимира застыла с каменным выражением лица. Ковырявшаяся до этого в салате с морепродуктами, она замерла на месте. Даже взгляд её остекленел.

Светлана же просто побледнела. Округлила глаза и судорожно переводила взгляд от меня к Владимиру.

Владимир же, не отрывал своего взгляда от меня. И теперь этот взгляд не был холодным. В нём читалось: «Ничего не бойся, что бы ни случилось, всё будет хорошо. Я буду с тобой».

Что касается меня… Да… я была в шоке. Причём в таком, который осознала, наверное, только дома, когда всё это закончилось. Сейчас я чувствовала, что мои конечности похолодели, а в груди что-то зажглось, а потом заскреблось, словно когтями. Шок отразился волнением.

Тем не менее его взгляд… Он согревал. Давал силы. И какую-то уверенность в завтрашнем дне.

– Я против, – жёстко сказала Ирина Сергеевна. – Против вашего союза. Хочешь веселиться? Веселись, – вскинула она подбородок, а Светлана от её слов, побледнела ещё сильнее, – но границу не переходи.

– Ты же знаешь меня, мама, – начал спокойно Владимир. – Скажи, кто я?

Не поняв вопроса, она нахмурилась.

– В смысле, кто? Мой сын!

– А ещё?

В первый раз за вечер я увидела, как глаза Ирины Сергеевны забегали в нерешительности. Кажется, Владимир поставил её в тупик.

– Я управленец, мама. Благодаря мне наша компания получила второе дыхание. Помнишь, что с ней было, пока не пришёл я?

Мать Владимира молчала.

– Она переживала ни лучшие времена, – сказал Владимир, ответив на свой же вопрос. – Чтобы это изменить нужен был тот, кто сможет подобрать правильные кадры. Сможет настроить работу коллектива так, чтобы он чеканил, словно слаженный механизм. А чтобы это сделать, – он, наконец, перевёл взгляд на мать, – нужно хорошо разбираться в людях. И я разбираюсь, мама. Вижу их насквозь. Одного взгляда мне хватало, чтобы понять, что из себя представляет человек.

– Анна, – отступила немного его мать, – может, и не плохая девочка, но она птица не твоего полёта. Посмотри на Свету, видно стать и породу. Видно, из какой замечательной она семьи.

– Мы говорим о людях? Или о борзых собаках? – Парировал Владимир.

Теперь на лице Ирины Сергеевны блеснуло настоящее удивление. И она даже не смогла скрыть его. Более того, не смогла взять себя в руках.

Светлана же была просто в шоке. Её губы побледнели, казалось, яркая помада потеряла свой цвет, а глаза стали блестеть.

– Я знаю Свету. Знаю, кто она такая. Инфантильная девочка, которая не знает сама, чего хочет. Или, – он перевёл взгляд на неё, – думает, что знает. Она капризна и считает, что все на свете ей должны. Я, – его голос ожесточился, – никому ничего не должен. Никому, кроме своих родителей, что дали мне жизнь. Такая, как Света мне не подходит. Мне нужно, чтобы рядом шагала сильная личность.

– Володя… – разлепила Света ссохшиеся губы. – Я…

– Но ты не прав, – перебила её мама Владимира. – Это не так! Она…

– Так, – кивнул он, – а ты просто боишься за меня. Поэтому пытаешься навязать понятную тебе невесту, что близка тебе по характеру.

Ирина Сергеевна открыла рот в изумлении.

– Но ничего. Это скоро пройдёт, – продолжал Владимир. – А вот Анна. Анна с первого взгляда стала для меня загадкой. Вернее, оказалась не той, кем я её видел. Когда мы встретились в первый раз, она была разбита после того, что с ней случилось. Помог я ей просто потому, что так воспитан. Я был уверен, что она не сможет прийти в себя так быстро. Она показала обратное. Через сомнения в самой себе, через невзгоды она всё же смогла остаться собой. Смогла остаться женщиной. Смогла сохранить свою женскую гордость. И когда я увидел это, понял, что не отпущу её. Что ни одна сила на земле не вырвет её из моих рук. Анна – та, которую я искал так долго.

Когда я услышала его слова. То с трудом смогла сдержать слёзы. В этот самой момент, когда он произносил своё откровение, я узнала Владимира с другой стороны. Поняла, что внутри этой глыбы льда находится требовательное, но чуткое сердце. Это осознание заставило всё моё тело трепетать. А душу любить по-настоящему.

– И я нашёл, что искал, – сказал он с улыбкой. – Нашёл чуткую и слабую женщину, но сильную личность.

За столом воцарилась прямо-таки гробовая тишина. Однако, мне было совершенно всё равно. Казалось, что для меня больше ничего не существует. Ничего, кроме Владимира.

– Потому, – он встал, и обошёл стол вокруг, подал мне руку.

Не понимая, что происходит, я встала.

– Я спрашиваю тебя, Аня, – он достал из внутреннего кармана лёгкого летнего пиджака бархатистую красную коробочку, раскрыл её. – Ты будешь моей женой?

В коробочке лежало элегантное золотое кольцо с бриллиантом. У меня аж дыхание спёрло от всего этого. Несколько мгновений мне понадобилось, чтобы вновь его восстановить. После я ответила:

– Да.

Первый раз в жизни, я не чувствовала сомнений в своём решении. Раньше такого никогда не было. Знакомясь с Никитой, съезжаясь с ним, я всегда сомневалась. Всегда боялась неизвестного будущего. И так было с каждым шагом в моей жизни. Я сомневалась. Мне казалось, что это часть моего характера, а может, какая-то неуверенность.

А теперь её не было. Я совершенно точно понимала, что «да» – самое правильное слово сейчас. И эта моя твёрдость и уверенность, удивила меня саму.

– Чудесно, – улыбнулся он, а потом посмотрел на Ирину Сергеевну и Светлану. – Благодарю вас за вечер. Но я со своей невестой хотели бы покинуть вас. Рад был увидеться.

После мы ушли к машине. Оставили за плечами полную тишину, что царила между Светланой и Ириной Сергеевной. Казалось, они всё ещё не отошли от шока.

Когда мы сели в такси и поехали домой, Владимир спросил:

– Как ты себя чувствуешь?

– Прекрасно, – сказала я искренне.

Он улыбнулся. Это было удивительно. Казалось, с другими Владимир оставался той же ледяной глыбой, но для меня он таял. Таял, чтобы согреть своим теплом.

– Хорошо. Извини за этот вечер. Вероятно, это было довольно неожиданно для тебя.

– Да, это точно, – рассмеялась я. – Но ничего, – я посмотрела на него, почувствовала, что первый раз в жизни, мне хочется говорить мужчине то, что я действительно думаю. – То что ты сказал там, за столом…

– Я знаю, – кивнул он. – Я видел, что ты чувствовала.

Мы обнялись.

Когда мы вернулись домой, то весь вечер провели вместе. Прекрасно поужинали, чудесно провели время в бассейне только вдвоём. Ночью же, купались в тёплом, как парное молоко – море.

И казалось, несмотря ни на что, это был лучший вечер в моей жизни.

Глава 47

На следующий день был канун Нового года – тридцать первое декабря. Владимир рассказал мне, что вечером мы пойдём на ужин по случаю праздника.

Когда я проснулась, он уже куда-то собирался. Я видела, как он завязывает галстук и надевает лёгкий светлый пиджак. Дорогая и красивая ткань была легка и элегантна, отлично подходила для местной жаркой погоды.

Странно, что мне казалось, будто мы едем на отдых, но Владимир не переставал работать. Он и здесь постоянно, уже второй день, отлучался на рабочие встречи.

Не сказать, что я переживала об этом. Особенно сейчас. Если вчера, когда он ушёл, я ещё немного нервничала, то после того, что было вечером, эта нервозность полностью пропала. В душе поселилась спокойная уверенность в том, что всё будет хорошо. Если Владимир уходит, значит, так надо.

– Надолго ты? – спросила я, сев на кровати.

– Нет, – он поправил лацканы пиджака. – Думаю, к двум часам дня вернусь. А ты отдыхай. Сходи куда-нибудь. Например, на пляж.

На мгновение, все мысли в моей голове испарились. Я залюбовалась на Владимира. Нет, он всегда был привлекательным. Даже более чем. Но тогда, эта его привлекательность ощущалась как продолжение какого-то животного влечения. Он был красив, как мужчина телесно. Теперь же, я видела в нём какую-то другую, новую красоту. Красоту душевную, которую раньше он показывал мне совсем по чуть-чуть. По лоскутику. Вчера же, будто бы открылся почти полностью.

Почему почти? Потому что я всё ещё чувствовала в нём какую-то загадку. Что-то, что Владимир всё ещё скрывал от меня. И это откроется только со временем, через годы, проведённые вместе. Беспокоило ли меня это? Ещё неделю назад, я бы сошла с ума от мук неизвестности. Я бы боялась этой неизвестности. Теперь же, я спокойно принимала эту его маленькую тайну. Точно так же, как Владимир спокойно принимал мою женскую слабость.

– Хорошо, любимый, – я приблизилась к нему, и он тут же прижал меня к себе, по телу пробежала приятная теплота. Когда он поцеловал меня, теплота скопилась внизу живота.

Когда Владимир ушёл, я начала собираться на пляж. В этот раз я решила надеть другой купальник, закрытый и более скромный. Недавняя встреча с огромным чернокожим парнем до сих пор всплывала в памяти. И меня перетряхивало. Дело было не в нём самом, а в том, что сейчас я не представляла себя рядом с кем-либо другим, кроме Владимира.

Когда я повязала на бёдра красивый пляжный платок, то мой взгляд упал на кольцо. Оно стояло на комоде, в раскрытой коробочке. Приблизившись, я взяла его и ещё раз осмотрела. Какое же оно красивое! Наверно я никогда ещё в жизни не держала в руках такой дорогой вещи.

Вчера в нём я ехала домой, а сегодня решила ещё раз примерить. Оно так чудесно смотрелось на моей миниатюрной ручке!

Некоторое время я боролась с желанием забрать его с собой. Страшно было оставлять такую красоту здесь, в домиках. А с другой стороны, столь же страшно было и разгуливать с ним по набережным и пляжам. И тем более купаться! А вдруг потеряю?

Потом я всё же решилась. Оставила его в номере.

Набережные здесь были просто чудесными. Аккуратные дорожки, смешные домики с соломенными крышами, пальмы, просторные песчаные пляжи и чистое-чистое голубое море до самого горизонта.

Я купалась в море и загорала. Время от времени заходила в ближайший барный домик, где покупала что-нибудь фруктовое, чтобы охладиться. Солнце стояло высоко, и тропическая жара давала о себе знать.

В полдень я решила пообедать в небольшом, но чудесном открытом ресторанчике, в котором подавали морепродукты. Я любила съесть что-нибудь морское, но редко баловала себя подобной едой. А тут решила: почему бы и нет?

Расположившись за столиком, я сделала заказ и стала любоваться морем. Быстро окунулась в собственные мысли.

Я думала о том, как всё же жутко было мне вчера, когда я увидела Владимира рядом с незнакомыми женщинами. Сейчас я поняла, что испугалась гораздо сильнее, чем мне казалось в тот момент, в ресторане. И этот жуткий разговор Ирины Сергеевны со Светланой… Я чувствовала какой-то небольшой осадок после этого.

Понимала, что Ирина Сергеевна – мать Владимира. И мне теперь придётся постоянно с ней общаться. Я понимала, что ей будет очень сложно принять меня.

А вот Светлане ещё сложнее. И самое жуткое, что мне придётся контактировать и с ней тоже. Из рассказа Владимира я поняла, что Светлана – дочка хорошего друга их с Виктором отца. Семьи общаются тесно, и, естественно, Светлана никуда не денется из жизни Владимира. Даже если он практически полностью перестанет общаться с ней, всё равно, блондинка будет мелькать где-то на периферии. Конечно, это меня немного расстраивало. Но что поделать? Я была уверена, что Владимир не оставит меня. Что защитит, если будет нужно.

– Аня! Привет! – внезапно я услышал знакомый, но странно приветливый голос, обернулась, а потом удивлённо посмотрела на поздоровавшуюся со мной Светлану. – Ты тоже тут?!

Она странно добродушно рассмеялась.

– Как странно! Это ведь моё любимое заведение! А ты тоже здесь!

– Привет, – недоумённо спросила я.

Девушка улыбалась мне, но в её глазах плясали странные огоньки. Было сложно понять, что это: простое волнение и неловкость, или ненависть. По выражению её лица было явно видно, что она пытается скрывать свои настоящие эмоции, что испытывает ко мне. Но какие они, эти эмоции?

– Можно мне присесть? – спросила она.

– Конечно, присядь.

Девушка улыбнулась ещё шире и заняла место напротив меня. Тут же позвала официанта и сделала заказ.

– Знаешь, – начала она, когда официант ушёл, – я рада, что встретила тебя здесь. Очень приятное совпадение.

Я не ответила, только вежливо улыбнулась.

– Раз уж ты гуляешь у этого пляжа, то, наверное, наши домики где-то рядом, да?

– Наверное.

– А где Владимир? – спросила она и глаза девушки блеснули, а губы, на миг неприятно искривились, но тут же она снова улыбнулась.

– Он уехал по работе, – сказала я суховато.

– Ах, ну да! – воскликнула она, – это так на него похоже!

Этот неловкий разговор начинал меня напрягать. Что она хотела? Ещё недавно набрасывалась на меня со скандалом (кстати, теперь я поняла почему), в торговом центре, а теперь мило улыбалась. Было в этом что-то подозрительное. В памяти так свежи выходки Марины, которая вела себя так же.

– На самом деле, – вздохнула она, – я хотела бы извиниться перед тобой. И за то, что случилось в магазине, и за вчерашнее. Я видела, как Владимир смотрит на тебя, – девушка погрустнела, и это показалось мне искренней эмоцией. – На меня он так никогда не смотрел. И никогда не говорил таких слов. Видимо, нам с тобой теперь придётся общаться. И я бы не хотела вражды.

Вот это да! Как это разительно отличается первоначального впечатления, что Света создала в торговом центре! Теперь, видимо, ей и правда было грустно, что Владимир не относится к ней так же, как ко мне, но вот эти её слова, вот это её отступление, в него мне не верилось! Она не выглядит как та, кто может просто так отдать то, что считает своим.

– Да нет, всё хорошо, – сказала я, решив, что приму извинения, но буду держать со Светланой ушки на макушке. Она точно может что-то выкинуть. Возможно, сейчас просто не хочет оставлять о себе неприятное впечатление, но что будет потом?

– Вот и славненько! – сказала она. – Кстати, ты ведь идёшь вечером на семейный ужин? Будем провожать старый год вместе, да?

– Иду, – пожала я плечами.

– Как прекрасно! Вот как раз и проведём с тобой больше времени вместе, познакомимся поближе! Да и с остальными членами семьи Владимира тоже познакомишься. Я думаю, всё будет хорошо. Если уж Володя что-то сказал, то никому не остаётся ничего, кроме как смириться с его решением.

А потом нам принесли заказ. Обедали мы практически в молчании, перебрасываясь будничными, ничего не значащими фразами. Как только я закончила, то поспешила расплатиться и уйти. Всё это время, что мы провели со Светланой, в её глазах не переставали играть эти странные огоньки. Я всё же решила, что они означают неприязнь.

Когда я вернулась домой, Владимир уже ждал меня в домике. Я не торопилась возвращаться. Мне очень нравилось гулять у моря, и потому он опередил меня.

– Мама со Светланой заходили, – сказал Владимир. – Предупредили, что вечерний ужин будет не в ресторане, как планировалось, а на вилле у моря, что родители сняли, как раз чтобы встретить Новый год.

Вместе мы немного отдохнули, а потом начали потихоньку собираться.

– А где кольцо? – вдруг глянула я туда, где оставила его. – Его нет!

И правда, коробочки не было на комоде. Оно исчезло.

– Нет? – приблизился Виктор. – Уверена? Поищи хорошо. Может, найдётся.

Некоторое время мы искали его, но найти так и не смогли.

Я очень расстроилась, даже слёзы навернулись на глазах. Владимир же сказал, чтобы я не переживала по пустякам. Он найдёт его, или же купит новое, если понадобится.

– Не нужно мне новое, – вздохнула я. – Для меня важно вот это!

– Ну, значит, найдём его, – сказал Владимир серьёзно и обнял меня.

Когда я прижалась к его широкой груди, мне тут же стало легче. А потом я вздрогнула, потому что кто-то постучал в дверь.