Текст книги "Просто Жить (СИ)"

Автор книги: Аля Тафи

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 19

Нина

Нина проснулась от какого-то неправильного ощущения. Рядом с ней, прижавшись спал Данил. На полу возле печи лежала Серка. Увидев что она встала, подняла голову и посмотрела на неё.

– Спасибо. – одними губами прошептала Нина и пошла умываться.

Видимо вчера вечером её совсем разморило от боли и она уснула, а Серка осталась караулить Даньку, чтобы тот никуда не забрался.

В пещере, в её дальнем конце она сделала что-то вроде туалетной комнаты. Выкопала ямку, сверху из веток решётку поставила, чтобы не упасть. Отгородила её стеной, поставила там вроде табуретки, а на него кувшин с водой. Зажигала лучину и мылась. Вот и сейчас, решила ополоснуться, уж больно дискомфортно себя чувствовала.

В первый момент она очень сильно испугалась увидев кровь.

Замерла, сжавшись в комок.

В голове испуганной птицей билась мысль – А что будет с Данькой? Он же пропадёт без неё!

Ужас охватил такой, что она вмиг покрылась мурашками и почувствовала тошноту.

Усилием воли заставив себя успокоится, Нина принялась себя осматривать на предмет повреждений. Лишь через несколько минут она поняла, что с ней случилось.

– Надо же! – неверяще покачала она головой и обессилено опустилась на табуретку. – Это же сколько тогда лет мне сейчас?

Прикрыв глаза, она дрожащей рукой дотронулась до груди.

– Ну да, побаливает. – выдохнув, хрипло рассмеялась. – Вот так да, Нина. Вот так сюрприз…

Девочка Нана выросла и вступила в пору девичества.

Сама Нина Ивановна давным-давно забыла о такой женской особенности и даже не думала, что столкнётся с этим здесь. Просто забыла о таком маленьком нюансе.

Наскоро сполоснувшись, она переоделась и постирала свою одежду.

Эта ситуация заставила её пересмотреть многое в их жизни и быте.

Это там, в другой реальности есть душ, прокладки, тампоны, обезболивающие и гинекологи. А здесь ничего этого нет. Здесь ты один на один с природой и миром.

– Интересно, а как они тут с этими делами справлялись? – задумалась она. – Как?

Покачав головой, Нина пошла к Даньке.

Пока у неё эти дни, она побудет дома. Будет время подумать над тем, как улучшить свое существование здесь, вернее как его облегчить.

– Не дело это Нина, девчонке совсем камни тяжёлые таскать. Не дело. Да и о Даньке надо подумать. Он пропадёт без неё.

– Беречь надо себя, Нинок. А ты словно бессмертная теперь, скажешь, камни таскаешь тяжёлые…

Эти сложные для девушек дни она провела дома, вернее почти дома.

Больше отдыхала, занимаясь лёгкой работой. И думала…

К концу третьего дня, когда общее состояние её стало намного лучше, она приступила к своей задумке, она запланировала сделать теплые грядки. Земля вокруг того места где она сейчас жила была каменистой. И это было проблемой.

– С другой стороны, камни это тоже хорошо. Это строительный материал. – она задумчиво побарабанила пальцами. – Только тяжёлый очень.

Все же без мужской силы было очень сложно выживать в этих условиях. Недавнее недомогание напомнило ей о том, что она девочка, девушка…

– А жить надо. – хмыкнула она обводя взглядом тот небольшой пятачок, что успела расчистить от камней. – Начнём с этого пятачка. – вздохнула она и взяв свою самодельную лопату принялась копать землю под будущие грядки.

Так получилось, что она сама того не планируя собрала за зиму кучу отходов, которую планировала использовать как компост.

Животные отходы она закапывала подальше от пещеры, что бы не привлечь на запах хищников, в вот растительные отходы собирала недалеко от дома и сейчас, с приходом весны, решила использовать их для будущих посадок.

– Отходы есть, а вот семян нет. – вздохнула она, рассматривая скудный запас клубней топинамбура приготовленных для посадки. – Значит будут.

В конце концов, она попала сюда в конце лета, почти под осень и занятая выживанием практически не замечала ничего вокруг.

Сейчас же, обижалась, привыкла к окружающему её миру и уже будет больше замечать что растёт вокруг неё.

– К тому же, сейчас весна, время роста и цветения. Смотри, Нина вокруг, да замечай, где что растёт. – сказала она себе, сдувая прядь волос со лба. – Тебе здесь жить, вот и обживайся. Москва то, тоже не сразу строилась.

* * *

Нина

– Смотри Даня, сколько цветов! – Нина присела на корточки и показала малышу на кустик земляники. – Сейчас цветочки, а потом будут ягодки. Ох, вкусно будет нам с тобой.

– Вкука…,– повторил Данил и сорвав цветок засунул его в рот.

– Ягодки вкусные будут. – Нина рассмеялась. – Но цветки да, соберём тоже.

Несколько дней стояла отличная погода.

Коля где-то высоко в небе высматривал себе обед, а Нина, Даня и Серка вышли на луг. Нина собрать трав, да цветы, Даня с ней за компанию, а Серка видимо для охраны.

Собирая цветы и листья земляники, Нина одним глазом поглядывала за бегающими друг за другом Серкой и Даней.

По её подсчётам, сейчас был май, вторая его половина. Поэтому цветет все, что может цвести.

Нина засадила свой огород топинамбуром, по краю огорода высадила ежевику и малину. А буквально на днях нашла в лесу молодую яблоню. Сейчас, во время цветения она её не тронула конечно, но обязательно пересадит к себе в огород по осени. После сбора урожая.

Вообще, благодаря тому, что с ней были надёжные охранники, Серка и Бонд, Нина не боясь ходила довольно далеко от пещеры.

Во-первых, ей было интересно. Во-вторых, она искала злаковые культуры.

Ведь оставил ей отец Наны лепешки. А лепешки пекут из муки, соответственно должно расти здесь что-то похожее на пшеницу.

В поисках съестного они и вышли на этот большой цветущий луг.

– Ам! – закричал Данька и Нина посмотрела в их сторону.

Серка видимо поймала какого-то зверька.

– Что там у вас? – подошла она ближе. – О! Серка ты перепелку поймала?

Под лапой удивленной волчицы билась небольшая перепелка. Видимо играя с Данькой, Серка просто наступила на неё. Случайно. А сейчас не знала что делать.

Растерянный взгляд волчицы остановился на Нине.

– Отпустим? – неуверенно спросила Нина.

Одно дело, когда Серка или Бонд приносят ей добычу, а здесь птичка живая.

– Подожди! – воскликнула Нина и протянув руки взяла перепелку в руки. – Не отпустим… Домой заберём! Это же перепелка. Почти как курица, только маленькая.

Ей сразу вспомнились маленькие пятнистые яички.

– Их едят! – обрадовано воскликнула она и прижала к себе птичку. Та, словно поняв, что её есть не будут, успокоилась в её руках.

Нина засунула перепелку в мешок, который связала из крапивы и протянула руку Дане.

– Пойдём, Данька, домой. Будем птичке дом строить. – она потрепала Серку по голове. – А ты у нас молодец!

Принесли перепелку домой и Нина засунула её под перевернутую корзинку. И воздух есть и убежать не сможет.

– Интересно, а дикие перепелки в неволе размножаются? – размышляла Нина, укладывая Даньку на дневной сон. Он устал, набегавшись по лесу и поев, почти сразу уснул.

Серка и Бонд вытянувшись в своей лежанке следили за ней с интересом.

Нина выбрала палки покрепче и сейчас, сидя на небольшой табуретке заостряла один конец палки, чтобы вбить ее в землю.

Пока она решила сделать небольшую клетку, забив в землю колышки и сверху закрыв ветками, чтобы перепелка не улетела, а потом, не спеша построит что нибудь более существенное.

– Вот интересно, как их поймать? Чтобы много было. Куриц же как-то одомашнили… – бормотала она закрепляя палки, крепко связывая их. – А ведь есть ещё гуси, утки…

Выпустив маленькую перепелку в ее временное жилье Нина закрыла проход и устало села на землю.

– Надо придумать как тебе подружек поймать. С одного то яйца сыт не будешь. – проговорила она следя глазами за перепуганной перепелкой. – А вообще, это отличная идея, птичник завести. И яйца, и мясо.

Глава 20

Гор

Зима была долгой. Не все смогли её пережить. Далеко не все.

Их племя, ещё год назад насчитывает порядка ста человек, а сейчас осталось от силы человек тридцать. Сначала большая волна унесла множество жизней, а потом холод, голод и болезни забрали остальных.

Десяток женщин, несколько детей и мужчины. Вот все племя.

Гор тяжело вздохнул и посмотрел вдаль. Туда где осталась его семья. За той стороной гор.

Сначала он потерял жену и сына, а потом и дочь.

В груди заныло, заболело тоской.

Его тянуло обратно. И он бы пошёл, побежал туда, где в маленькой пещере осталась его дочь. И где-то там, под большой водой– жена и сын.

И если их он оплакал, отпустил, то Нана это его боль.

Его первенец. Его девочка…

Он почему-то верил что она жива. Смогла, выжила зимой, хоть это и невозможно. Как невозможно верить в то, что маленький его сын, Дам и Тая, жена, смогли выжить в той большой воде.

И он бы вернулся, но вождь не может бросить племя. Его люди верят ему, ждут…

Обведя взглядом остатки своего племени он вздохнув кивнул им.

– Идём дальше.

Они решили продолжить путь на юг. Туда, где как им казалось будет лучше. Большее еды, теплее ночи, меньше хищников.

Наверно так правильно. Идти вперёд.

Там, за его плечами оставались холод и боль потери. И так почти у каждого члена его племени.

А впереди была надежда.

Только с каждым шагом словно сильнее натягивалась нить удерживая его, звеня в ушах криком одинокой птицы кружащей в небе.

Вождь снова обернулся и кинув тоскливый взгляд на горы неожиданно твердо пообещал:

– Я вернусь, Нана. Обязательно вернусь.

Нина

– Сто? – маленький пальчик ткнул в камень и Нина, в который раз уже, терпеливо повторила: – Камень. Это камень.

– Сто? – снова раздалось требовательное.

– Дерево.

– Сто?

– Гусеничка…

– Сто?

– Ягодка…

На место бесконечному «Сам» теперь пришло слово– «Что?».

Дане было интересно абсолютно все.

Это его «Сто?» звучало на дню раз тысячу, не меньше. И Нина отвечала. Терпеливо повторяя если нужно, поправляя, если Данька пытался повторить за ней.

А как иначе? Иначе никак…

Вообще, Нина была уверена в том, что именно любопытство позволило миру развиться.

Мы ведь и познаем мир через эти бесконечные «Что?».

Данька был очень любопытный. Ему было интересно абсолютно всё!

Стояла отличная погода и Нина решила сходить с Даней на озеро, покупаться.

Лето было в самом разгаре. Июнь выдался солнечным и тёплым настолько, что Нина решила поплавать в озере. Ну и рыбки поймать, свежей.

Благодаря тому, что её помощники активно делились с ней добычей, недостатка в еде у них не было, но свежей рыбки хотелось.

Весной они пару раз уже ходили с Даней рыбачить. Он с удовольствием бегал по берегу, пока она рыбачила и даже пытался ей помогать…

Придя на озеро, Нина раздела Даньку и сняла с себя платье, оставшись в шортиках и майке, как в купальнике.

Она уже давно навязала себе несколько комплектов белья. Во-первых, привычно, а во-вторых, удобно конечно.

– Пойдём, Данька в воду, искупаемся. – позвала она ребёнка и взяв его на руки вошла в воду.

Как только Данька оказался в воде, он сначала испуганно замер, а потом закричал, вырываясь.

– Дань, ты что? Даня? – Нина пыталась успокоить малыша, но куда там. Он кричал не переставая, цепляясь за ее шею так, словно боялся утонуть, отпустив её.

На его крик прибежала Серка и зайдя в воду стала выталкивать Нину на берег, рыча и фыркая.

Выйдя на берег, Нина села и прижимая к себе всхлипывающего малыша принялась качать его.

– Тише, миленький, тише. Все хорошо… все прошло.

Судя по всему Даня боялся заходить в воду.

Не просто воды боялся, потому что Нина купала его до этого, поливая из кувшина, а именно водоёма.

– Маленький, испугался, да? – Нина растерянно гладила ребёнка, успокаивала.

Рядом тыкаясь мордой поскуливала Серка.

– Тише, тише…,– качая малыша на руках шептала Нина. – Больше не будем. Не зайдём…

Глава 21

Нина

– Вайка. – важно произнес Даня, ткнув пальчиком в тушку зайца, которого принес из леса Бонд.

– Да, зайка. – согласно кивнула Нина. – Ты прав.

– Я праф. – Данька приосанился и ткнул себя пальцем в грудь. – Даня праф.

– Даня прав, потому что он молодец. – Нина ласково погладила его по голове. – Ты столько слов выучил новых!

– Много! – засиял от похвалы Даня.

Он действительно много слов теперь знал и намного лучше стал произносить звуки. Нина гордилась им, ну и собой конечно.

За прошедшие шесть месяцев, как появился в ее жизни, он многого достиг. Из маленького, худого и страшно чумазого Маугли, он превратился в чудесного малыша.

В памяти Наны практически не сохранилось воспоминаний о других детях их племени, а братишка её был слишком маленький чтобы она его запомнила. Сколько уж ему было, когда пришла вода? Года полтора, не больше. Какой уж там словарный запас?

И все же Нина была уверена, что словарный запас маленького Дани намного больше чем у его ровесников из племени. Та же Нана многие слова не знала.

В ее памяти хранились по большей части образы. Вот корень– он съедобный, этот гриб не съедобный. Холодно, тепло, грустно, радостно… Вот, собственно, и все.

Вздохнув, Нина протянула руку малышу: – Пойдём, Данечка, птичек наших покормим.

Их птичник разросся, если можно так выразиться. Она собрала его из камней.

Одной стеной послужила скала, а с двух сторон подняла стены метра на полтора. Ей с её маленьким ростом было нормально, даже в полный рост встать можно. Крышу, как обычно, сделала из веток, плотно связанных между собой, ну и дверь так же собрала. С петлями пришлось повозиться конечно. Она голову сломала, прежде чем придумала как закрепить дверь, но справилась, смогла. Сделала петли из прямоугольных кусков толстой кожи. Пришлось конечно и подборку делать для двери, кожаные петли не так плотно дверь зажимают, но ведь это уже мелочи…

Днем её птички гуляли на огороженной территории, а ночью прятались в свой домик, там же и неслись.

Оказалось, что перепелочки вполне себя неплохо чувствуют в неволе. Им было комфортно, поэтому и неслись они исправно, а одна даже села на гнездо.

– Ички! – радостно хлопал в ладоши Даня глядя на то, как Нина складывает в корзину найденные яички.

Уж больно ему нравилась яичница на завтрак. Он бы её и на обед, и на ужин бы ел, но птиц все же было ещё не так много.

– Не все сразу, Нинок. – успокаивающе пробормотала Нина, – Не все сразу…

Сколько она тут? Ещё года нет, а как обустроилась?

Конечно, без помощи Коли, Серки и Бонда она вряд ли так развернулась, но и с голоду бы не умерла.

– Если только медведь какой съел бы…,– передернула она плечами. – Но будем верить что он девочками и мальчиками не питается.

Её день сейчас, в разгар лета, начинался очень рано и заканчивался очень поздно. А как иначе?

Столько планов, столько дел, что голова кругом…

Столько заготовить надо? Одних ягод земляники они с Даней несколько корзин набрали. Часть насушила она, а часть попробовала отварить, до густого состояния повидла. Ароматное, тёмное варенье прямо в горшочках устроила в своём холодильнике, предварительно замазав глиной и очень надеялась что оно сохраниться и не покроется плесенью.

А сколько насобирала полезных трав!

Цветки и листья земляники, липы, малины, ежевики. Набрала, насушила крапивы и листьев рогоза для будущего рукоделия.

Нашла и тоже собрала в отдельный мешок подорожник.

– От кашля же помогает он и как кровоостанавливающий тоже. – сама себе говорила Нина бережно укладывая в своей кладовке мешочки с травами. – Все пригодиться холодной зимой, Нинок, абсолютно все.

Нина боялась зимы. Да, эта зима прошла относительно хорошо, но все же холодные ветра, трескучие морозы и снег выше её роста, пугали. Она ведь теперь не одна. Их много теперь.

Целая семья…

– Племя. Мое племя. – усмехнулась Нина и бросив взгляд на спокойно спящего Даньку, снова склонилась над шитьем.

Сил

Он был на охоте когда первый раз почувствовал как двигается земля.

Это сбило его, отвлекло и как следствие он потерял оленя. Если бы не это, вряд ли он обратил внимание на гул шедший из глубины земли. Но он обратил внимание. Более того, ему это не понравилось.

Несколько дней после этого он прислушивался к земле и даже лежал прижавшись ухом к камням, но гула больше не было.

Потом все забылось.

А через зиму, на следующую весну повторилось.

Это было вечером. Все племя собралось а большой пещере и сидело вокруг костров.

Мужчины племени кто ел, кто спал, женщины занимались рукоделием или болтали между собой, бегали дети.

Сначала появился гул, потом затряслись камни и в их пещере по стене поползла трещина.

Сил вскочил и едва не упал покачнувшись.

Он бросил тревожный взгляд на мать, она почувствовав его беспокойство посмотрела на него.

Он был готов бежать, схватив мать за руку, но внезапно все успокоилось.

– Что Сил, – рядом раздался чей-то смех. – Испугался?

– Да. – даже не глядя на говорившего коротко ответил Сил и подошёл к трещине.

– Большая. – проскрипел шаман засовывать в трещину палец. – Плохо.

– Почему? – напрягся Сил.

То что это плохо он понял. Каким то внутренним чувством видимо.

И он действительно испугался.

Не за себя. За мать. За детей, что спокойно играли в углу пещеры…

– Почему? – Снова спросил его Сил.

– Потому что потом камни начнут падать на голову, а земля будет дрожать так, что не сможешь стоять на ней. Огненные реки прольются на землю сжимая все на своём пути…

– Откуда ты знаешь?

– Мне много весен, моему отцу было много весен, а его деду было еще больше весен чем нам с отцом на двоих… Дед был сильный шаман. Он видел старого охотника Оша, того самого что дал людям огонь. Ош достал его из большой горы и принёс в племя…

– Причем тут огонь? – не понял Сил.

– Глупый ты…,– вздохнул шаман и пошёл к выходу из пещеры. – Ош добыл огонь из сердца земли, выдрал из неё кусок, потому и сердится земля, злится на людей и плачет огненными слезами…

Больше ничего не сказал старый шаман, а Сил покачав головой вернулся в пещеру.

Много было не понятно ему…

Если Ош забрал огонь ещё тогда, почему земля все время не гремит камнями? Она забывает об этом? Да и вообще, как Ош смог выдрать кусок её сердца?

Сил, хоть и был молодой, но он был охотник. Хороший охотник.

Конечно он знал как выглядит сердце внутри животного и знал, что если это сердце проколоть оно перестаёт биться и животное умрёт.

Объяснение шамана никак не укладывалось в его голове.

Но с того дня Сил стал более внимателен к звукам.

Через несколько дней снова послышался гул, а спустя несколько секунд затряслись камни, а из трещины в пещере пошел горячий пар.

И тогда Сил принял решение.

Им нужно было уходить. Не ждать когда польются огненные реки сжигающие все на своем пути.

Только как уходить? Один он не пойдёт. Племя его семья и он должен убедить их идти с ним.

Однако ни вождь, ни старейшины племени не поддержали его.

– Это не повод бросать насиженное место. – категорично отрезал вождь.

– Огненных рек никто не видел. Сказки для маленьких. – рассмеялся один из охотников. – Ты, Сил, ещё маленький вот и веришь в сказки старого шамана.

– Ты сам видел как шёл горячий пар из трещины! – и малыш Кон обжег руку им. – Сил нахмурившись смотрел на мужчину. – Твой сын!

– Мой сын глуп и сунул руку туда куда не надо, – хохотнул тот. – в следующий раз не будет этого делать.

Сил снова нахмурился вспомнив ярко красную ручку малыша и то, как сильно тот плакал.

– В следующий раз будет не только ручка ребёнка. – упрямо продолжил Сил. – Нужно уходить.

– Хватит спорить. – вмешался вождь. – Моё слово последнее. Мы остаёмся.

– Тогда уйду я. – сердито выдохнул Сил.

– Иди. – безразлично пожал плечами вождь. – Однажды твоя мать ушла с тобой, но вернулась скуля словно раненная волчица. Тогда я принял её и тебя, но больше этого не будет. Если вы уйдёте, уходите навсегда.

Может быть вождь надеялся что такими словами остановит Сила, заставит его передумать… Только вышло наоборот.

Уже на следующий день, рано утром, Сил подхватив своё оружие и взяв мать за руку ушёл из пещеры.

Навсегда.

Нина

– Сто это? – Даня показал на столб дыма, что собираясь на линии горизонта чёрной тучей двигался в их сторону.

– Не знаю. – напряженно вглядываясь вдаль пробормотала Нина.

Был август. По её календарю как раз получался примерно год как она очнулась в пещере. Год… Подумать только!

Как сказать– Целый год или Всего лишь год…

– На-на! – позвал её Данька. – Сотли! – выдернул он её из размышлений.

А смотреть было на что. Тёмные тучи кулубились вдали, стремительно увеличиваясь буквально на глазах.

За пару дней до этого она заметила как беспокойно металась Серка, жалобно скуля и Коля в эти дни был какой-то не активный.

– Сто это, На-на? – снова потянул её за руку Даня.

– Не знаю, Даня. Не знаю… – она тревожно всматривалась вдаль.