Текст книги "Просто Жить (СИ)"

Автор книги: Аля Тафи

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 12 страниц)

Глава 15

Нина

– Баю, баюшки, баю… не ложися на краю. Придёт серенький волчок, да ухватит за бочок. – хрипела Нина, укачивая Данила.

Да, она назвала его Данилой.

– Ну не Маугли же тебя звать то, в самом деле. – бурчала она глядя на то как малыш куксится.

У него лезли зубы.

И это было очень феерично.

Серый сбежал, трусливо поджав хвост, типа на охоту. Коля уже второй день в пещере практически не появляется, предпочитая ночевать на улице, благо погода позволяет.

А Нине сбегать некуда. Вот и ходит она с Данькой на руках, качает его.

– Знаю, что больно, знаю. – гладила она его по спине. – Знаю, а помочь не могу.

Единственное что помогает не надолго снять боль, это охлажденная косточка. Вынесет Нина её на холод, а потом даёт Данилу.

А он мусолит её во рту. Зубы чешет. Только не надолго помогает это.

– Спи мой маленький, усни, – хрипела Нина, качая засыпающего малыша.

Она устала. Ужасно хотелось спать.

В изнеможении опустившись на свою кровать, Нина положила уснувшего Данилку и осторожно легла рядом.

– Дети даются не просто, – пробормотала она, устраиваясь поудобнее и закрывая глаза.

– Спать. И пусть весь мир хоть обождется…

В пещере беспорядок, она уже пару дней не убирала со стола, обойдётся на что не было.

Хотелось просто спать, желательно несколько часов подряд.

Но она не жаловалась. Нет! Конечно же нет.

Да, было очень трудно. Даня первые дни рычал, кусался, абсолютно не сдерживал позывы в туалет, не слушал её и даже похоже не понимал, но постепенно все наладилось.

– Конечно наладилось. – прошептала она разглядывая спящего ребёнка. – Ну чисто ангелочек, пока спит…,– любовалась она малышом, чувствуя себя счастливой.

Причудливо иногда сбываются наши мечты и желания!

Нина Ивановна в той, прошлой своей жизни, так и не смогла стать матерью.

Вышла она замуж в восемнадцать лет по большой любви за Сашку, одноклассника и соседа по подъезду, забеременела через год, а потом они попали в аварию.

Поехали к его бабушке в гости, в деревню, картошку копать. Дождь был. Как её мать отпускать не хотела! Как просила остаться, только Сашка упрямо стоял на своём. Едем и все.

Не справился с управлением на мокрой дороге водитель автобуса и улетел в кювет.

Ребёночка не спасли, а кровотечение было таким сильным, что ей удалили матку. Вот так вот.

Сашка ушёл. Не сразу конечно, но ушёл. Женился снова, родили детишек с новой женой. А Нина осталась одна. Ну сначала то не одна. С мамой, а потом уж одна.

И вроде как мужчины были, ухаживали, да словно отрезало. Собиралась правда за одного вдовца выйти. Бывший военный, старше её на добрых пятнадцать лет, но зато с двумя детками. Мальчик и девочка. Ухаживал за ней, на свидания приглашал, потом с детьми познакомил.

Ежистые, вечно всем не довольные детки были у него, но Нину, как ни странно приняли. И сердце её дрогнуло, поверило.

Она думала приласкает деток, сама душой отогреется в любви, да не случилось.

Они уж заявление в ЗАГС подали, кольца купил Михаил…

А потом случайно разговор подслушала полковника этого с матерью в доме у них.

Он Нину к себе уже перевез, чтобы ближе была. Ну это он ей так сказал, а на самом деле чтобы за детьми смотрела да по дому хлопотала.

В тот день она уложила детей спать, да за водой спустилась, на кухню.

– Ну как, согласилась Нина замуж то? – тревожилась мать Михаила.

– А че не согласиться ей? – хохотнул тот. – Она ж пустая, а тут дети. Двое. Мужик я нормальный, в самом расцвете. Ей, считай, повезло. Кто ж её такую убогую возьмёт?

– Ты тише, Миша, тише. – шептала мать. – Услышит не дай бог, сбежит дурочка.

– Да куда сбежит то? Ни рожи, ни кожи, одни кости гремят при ходьбе, да бока мне колят…,– некрасиво засмеялся Михаил.

– Ну, Антонина твоя хороша, да замуж за тебя не пошла. – едко ввернула мать Миши, а Нина стояла за дверью, глотая слезы и с трудом сдерживала всхлипы.

– А Тоня не для замужества, Тоня для любви. – заявил Миша и открыв дверь обнаружил Нину.

Был скандал конечно. Сначала Михаил орал что она дура и должна быть ему благодарна за то что на нее вообще внимание обратил, потом орал, что все не так она поняла…

Потом тихо просил её вернуться, потом уговаривал, стоя на коленях, а потом уж плюнул, поняв что

впустую это и ушёл.

А больше Нина судьбу не испытывала. Работала, встречалась с подругами, в огороде, что от мамы достался, хлопотала. Жила одним словом.

Поэтому что делать с ребёнком, у Нины Ивановны опыта не было. Так, представления только. Смутные…

* * *

Нина

– Надо, Даня. Давай, ротик открой и ешь… – Нина пыталась накормить упрямца, правда пока безуспешно. Данил оказался очень капризный в еде. Подайте ему сырого мяса и все.

Когда первый раз Нина увидела как Серый пытается накормить ребёнка мясом кролика, которого притащил с охоты, она едва в обморок не грохнулась. Ну где это видано, чтобы малыш совсем, ел сырое мясо?

Ну он же не волчонок! Хотя, судя по поведению, им себя считал. Нина упорно старалась переучить ребёнка. Сколько сил ей пришлось приложить что бы он перестал рычать, ходить на четвереньках и кусать её, Нину. А вот с тем чтобы накормить его правильно, просто беда. Упрямец Данилка, на все её предложения съесть суп отвечал свое любимое– «Неть!»

– Ничего, Данила, голод не тётка, проголодаешься и поешь суп. Да?

– Неть! – Данька упрямо поджал губы и смотрел на неё исподлобья.

– Уфф. – Нина покачала головой и строго посмотрела на него. – Да!

– Неть!

– Ну, смотри, голодным останешься! – погрозила ему пальцем.

– Неть, – снова упрямое и Нина сдалась.

– Ну, неть, так неть. После улицы поешь. Пойдём гулять.

– Лять! – довольно хлопнул Данька в ладони.

– Лять, лять. – рассмеялась Нина и принялась его одевать.

С того дня, как маленький Данька появился в ее жизни прошло почти два месяца.

Ну как уж прошло… Пролетело.

Ей иногда казалось что вот только она проснулась, моргнула и день закончился.

Сначала он болел и она его лечила, потом тяжело лезли жевательные зубы, которые потрепали им обоим нервы.

А вместе с этим она учила его ходить, говорить, есть ложкой, мыться и пользоваться горшком.

И до сих пор учит, чего уж там. Данька частенько забывшись встаёт на четвереньки, а уж горшок это вообще отдельная песня.

А знал бы кто, как сложно его одеть!

Штаны, шапочка, носочки– их Нина в первые же дни ему навязала. А одеть смогла только через месяц. Потихоньку приучала к одежде.

– Там снега много. Будем с горки кататься. Я санки тебе смастерила, надеюсь не развалятся.

Завязав шарф, чмокнула Данила в нос и повела к выходу.

– Лять! – торопился он, едва не подпрыгивая.

– Гулять…,– смеялась Нина выбираясь наружу.

Серый уже с утра поохотившись лежал возле пещеры и терпеливо ждал их.

Коля же наоборот, улетел охотиться. Они так и менялись с волком, уходя на охоту поочерёдно.

– Се! – закричал Данька увидев волка. – Се!

– Серый. – поправила его Нина и отпустила малыша.

Честно говоря, лучшей няньки, чем это огромное и суровое животное не возможно было найти. Было просто удивительно наблюдать картину того, как трепетно Серый заботиться о малыше.

– Ну прям как мама ты Серый. – усмехнулась Нина глядя на то как лохматая морда умильно смотрела на малыша. – Давай, покатаемся?

Усадив ребёнка на сидушку саней, Нина побежала, держа за собой на верёвочке сани.

– Ух! – крикнула она столкнув сани с небольшого пригорка.

Следом за санями бежал Серый и догнав их, повалил Даньку в снег.

Визгу было!

Уже через несколько минут, Нина зацепила сани за Серого и тот уже сам принялся катать малыша.

Глядя на то, как легко тащит сани Серый, Нина задумчиво постучала пальцем по губам.

– Надо волокуши сделать и за хворостом в лес сходить. А по весне можно попробовать телегу небольшую собрать. Раз уж у нас тягловая сила есть.

Глава 16

Нина

Серый бегал неделю. Уходил вечером и приходил утром.

Виновато тыкался ей в ладонь и ложился спать.

– Ты подружку что ли нашёл себе? – поглаживая волка спросила Нина. – Да уж… Дела…

Нина расстраивалась. Конечно это было эгоистично с её стороны, но терять Серого не хотелось.

А он уйдёт. Все же зверь лесной.

Мучается, мается… Сложно выбор сделать, да звериная сущность победит.

Тяжело вздохнув, Нина поднялась и пошла к выходу. Ночью мела метель и нужно было расчистить снег возле пещеры.

– Дежавю. – пробормотала она, глядя в жёлтые глаза зверя.

Напротив неё стоял волк. Большой такой. Огромный просто. Широко расставив мощные лапы он смотрел на неё не отрываясь. А Нина смотрела на него.

Было ли ей страшно? Нет! Она была в ужасе.

Если уж Серый казался ей огромным, то этот волк был намного больше.

Сжимая черенок лопаты, Нина смотрела волку в глаза и не могла пошевелиться. В голове ни одной связной мысли.

Через мгновение перед ней, защищая, появился Серый и оскалившись зарычал. Грозно так…

Нина почувствовала как все волоски на её теле встали дыбом от ужаса.

Откуда то сверху спикировал Коля и сел на её плечо.

Серый пригнувшись снова зарычал.

Пришлый фыркнул и мотнул недовольно головой, а потом развернувшись в несколько прыжков скрылся в лесу.

– Ушёл…,– тихо просипела Нина тяжело оседая на землю. – Я так испугалась…

Протянув руку она зарылась пальцами в мех Серого и прижалась к нему.

– Он за тобой пришёл, да? Иди. – она посмотрела ему в глаза. – Иди. Если хочешь этого, мы держать не станем.

Серый мягко боднув её носом улегся на землю и положив лобастую голову на лапы, тяжело вздохнул.

Ещё раз погладив его, Нина встала и пошла пошатываясь обратно в пещеру. Эта встреча с огромным волком просто лишила её сил.

На следующий день, возле входа в пещеру она нашла кабана. Через день молодого оленя.

– Я что-то не поняла, Серый. Это вообще что такое? – рассматривая “подарок” спросила она волка. – Это твой друг? Или кто?

Серый тихо и жалобно заскулил, преданно глядя ей в глаза.

Нина растерянно смотрела на волка и внезапная догадка заставила её тихо ахнуть.

– Подожди ка … Ты не Серый? Ты, девочка?? – она зажала ладошкой рот. – Нет! Ну нет же? – вопросительно смотрела на волка и понимая что да. Серый это не Серый.

Это бы многое объяснило конечно. Да практически все объяснило бы!

Нина потрясенно покачала головой.

– А я все гадала, откуда у волка такой материнский инстинкт?

Сев на камень она смотрела на то, как Серый (или Серая?) вылизывает прижавшегося к ее боку Даньку.

– Вот так дела! И как я могла не догадаться? – потрясенно покачала головой.

Хотя вот как догадаться?

Волк он уж волк. Большой, зубастый, серый… Под хвост то она ему не заглядывала, сразу решив что это он– волк. Значит Серый.

– Теперь понятно почему ты ребёнка не съела, а наоборот притащила к себе в логово.

Видимо молодая волчица увидев беззащитного ребёнка восприняла его как щенка. Заботились о нем, кормила, а как поняла что не справляется пришла к человеку за помощью. Не испугалась.

– Ты настоящая мать. Смелая, сильная, любящая. – гладила Нина волчицу. – Только что теперь с другом твоим делать?

С другом ничего делать не пришлось. В один из дней он пришёл к ним и лёг возле пещеры с таким невозмутимым видом, что стало понятно, не уйдёт. И не ушёл.

Глава 17

Сил

Когда он был маленький, то был самый слабый в племени. И должен был умереть.

Таких как он, не кормили. Могли оставить в лесу.

– Не выживет. – говорил шаман глядя на него с презрением. – Слабый. Убить надо.

Он почти не понимал того что говорили взрослые, но чувствовал угрозу исходящую от них.

– Нет. – произнесла его мать, решительно подхватив своего сына на руки. – Не дам.

– Глупая женщина. Ты родишь другого сына. – сердито проговорил шаман и посмотрел на вождя в поисках поддержки.

– Мне этот нужен. – упрямо качнула головой женщина.

– Тогда уходи из племени. – равнодушно пожал плечами вождь. – Оба умрёте.

Ума сжала губы и крепче перехватила сына.

– Хорошо. Уйдём мы.

– Утром. – кивнул вождь и потеряв к ней интерес ушёл.

Вождь же покачав головой повторил: – Слабый он, Ума. Оставь.

– Нет. – решительно качнув головой, Ума взяла сына на руки и пошла к своему месту.

Сил не всегда был слабый. Он родился от сильного воина и был первым у матери.

Отец Сила погиб на охоте наткнувшись на лежанку большого медведя. Тогда племя потеряло двух сильных воинов.

Ума с трудом пережила смерть своего мужчины. Ей казалось что жизнь ее закончилась с его гибелью.

Единственное что держало её дух на земле это любовь к сыну.

Когда Силу было два года он заболел, да так сильно, что перестал вставать и ножки его стали совсем слабыми.

Ума в отчаянии заламывала руки, но Сил угасал. И вот прозвучал вердикт шамана.

Она знала что никто не встанет на её защиту.

Был бы жив отец Сила!

Покачав головой, Ума стала собираться. Зная вождя она была уверена в том, что он не даст ей уйти.

Придушат ночью Сила, а её замуж выдадут.

Ума сильная, молодая, способная родить ещё не одного ребенка, такую никто из племени просто так не выпустит.

Ей нужно было хорошо подумать как поступить…

У них в племени все слушали вождя и шамана. Их слово было закон и не обсуждалось. Наверно поэтому никому не пришло в голову, что Ума ослушается.

Ну как такое может быть?

Во-первых, Ума всего лишь женщина.

Слабая духом и немощная телом. Она не способна охотиться и следовательно умрет вне племени от голода.

Во-вторых, Ума должна хотеть выйти замуж. Любая женщина хочет найти себе мужчину который будет кормить ее и их детей. Это правильно.

Но видимо Ума была не правильная женщина.

Привязав к себе сына, она сложила несколько шкур что остались ей от мужа и спрятав нож, ушла.

Она знала что её будут искать. Иначе быть не могло. Значит, она должна была спрятаться так, чтобы не нашли.

Взяв в руки большую и крепкую палку, Ума шла быстрым шагом в сторону большой реки. Вода смоет её следы и даст возможность им уйти.

Они решат что она утонула. Мало кто решит залезть в воду, но Ума смелая. Она нашла место, где можно перейти реку. Там было не глубоко, всего чуть выше ног, пройдут.

Никому и никогда она не позволит убить своего сына.

Сил почти не помнил их этого пути, только то, что рассказывала ему мать.

Они шли два дня, пока не уперлись в высокие скалы. Там, в небольшой пещере Ума решила сделать им дом. Временный дом, до тех пор пока Сил не встанет на ноги. А он встанет. Ума даже не сомневалась в этом.

Им наверно повезло, иначе как объяснить что ни один из хищников не потревожил их покой?

Ума собирала корешки и пережевывала их для сына, заставляя его глотать. Сначала он почти не мог есть, но с каждым днем ему становилось все лучше и лучше.

Недалеко от их пещеры Ума нашла воду. Она шла из земли и была приятно горячей.

Мать рассказывала ему, что к этой воде ходили животные и могли подолгу лежать там. В какой-то момент и она решилась залезть в воду.

Вода расслабляла.

Это наверно было одно из самых приятных воспоминаний его детства. Он очень любил лежать в воде, в это время уходила боль из ножек и ему становилось легче.

Мать говорила ему, что это вода подняла его на ноги. Скорее всего мать была права. К концу лета он уже уверенно бегал и ничто не напоминало о том, что он еще недавно болел.

Они вернулись в племя поздней осенью, когда деревья сбросили свою листву.

Все же женщина с ребёнком не смогла бы пережить зиму.

В племени их встретили хорошо. Приняли обратно.

Глава 18

Нина

– Дай! – требовал Даня. – Дай! Сам!

Нина улыбнулась и дала ему в руки ложку.

– Ты молодец! Сам! – поощрила она его. – Сам!

Это его «Сам!» в последние дни звучало каждую минуту наполняя её сердце гордостью.

Ей было чем гордиться!

Из маленького, дикого Маугли он превратился в очаровательного малыша.

И это за рекордно короткий срок!

Да, он проливал на себя еду и мог не добежать до горшка увлекшись игрой, но это такие мелочи!

Нина снова улыбнулась и погладив малыша по голове, вернулась к своим делам.

Пока Данил сосредоточено старается попасть ложкой в рот, у неё есть время для своих дел.

А дел масса!

Одни только шкуры сколько времени занимают.

Их нужно выскоблить до чиста, растянуть для просушки, потом отбить, отмыть и ещё раз обработав, снова отмыть и наконец, высушить.

На словах просто, а на деле, какой труд…

– Грех жаловаться, Нина. – укорила она себя садясь за обработку шкур.

После того как в конце зимы к ним пришёл ещё один волк, мяса стало намного больше и, соответственно, шкур тоже.

– Бонд. Джеймс Бонд*. – пробормотала она проходясь скребком по шкурке и усмехнулась. – Не уловимый наш.

Да, она назвала волка Бонд. Уж больно он был похож на того самого «тайного агента 007».

Бесшумный, быстрый, ловкий и очень важный.

Прям очень.

Притащит добычу и ляжет в сторонке с таким видом, словно директор металлургического завода на ежегодном собрании акционеров. Одним словом– Бонд.

А Серый стал Серенькой, а потом и Серкой. И, кстати, на это имя она отзывается лучше.

– Ни! – раздалось довольное из-за стола. Данька доел суп и теперь стучал ложкой по столу.

– Съел?

– Се…,– согласился он и ещё раз стукнул ложкой по столу.

– Сломал. – удрученно вздохнула Нина и вытащила его из стульчика.

Это была уже третья сломанная ложка.

– Такими темпами ты мне всю посуду переломаешь пока есть научишься.

Но ругать его она не будет. За что?

– Даня молодец, сам покушал. – вытирая ему рот говорила она. – И ложку сломал? Ай-йай. Как теперь без ложки?

Данил смешно сморщил свое личико и тоже покачал головой.

– Ай-ай…,– повторил как попугай.

Нина снова улыбнулась и повела ребёнка умываться.

– Хоть деревянную вырезай для тебя. – вздохнула она. – Ложку– копалку.

– Копайа. – снова повторил Даня.

– Ложка-копалка. От слова ко-пать. – поправила его она, чётко проговаривая слова.

Несмотря на то, что Данил старательно повторял за ней все, что слышит, он многие звуки не мог произнести. Он их либо проглатывал, либо заменял на то, что ему было понятно.

Скорее всего это были особенности их языка, того племени где он жил.

Судя по тем обрывкам памяти Наны словарный запас ее племени был достаточно скудный, наверно все племена живущие здесь были такие же. Да и о чем они могли между собой говорить?

Еда, безопасность и погода– вот основные темы разговора между членами племени.

– Казя? – вопросительно смотрел на неё малыш.

– Сказка. – согласно кивнула Нина. – Ложись по удобнее, закрывай глазки и слушай сказку.

Это был ритуал к которому она приучала малыша.

Вечерняя сказка, проговаривание тех событий свидетелями которых он стал в течении дня, обсуждение планов на следующий день.

Ей и самой было так лучше. Спокойнее, привычнее, радостнее.

Она уже не могла себе представить свою жизни без Коли, Данила и Бонда с Серкой. Это было её племя.

Поправив шкуру, укрывая уснувшего малыша, она тоже легла, но никак не могла уснуть, прокручивая прошедший день в мыслях.

Что-то не давало ей покоя, царапая изнутри неудовлетворением.

– Копалка! – тихо вскрикнула она наконец разобравшись в своих мыслях. – Копалка! Мне нужно посадить свой огород!

Эта мысль настолько вдохновила её, что она была готова едва ли не тут же кинуться искать подходящее место для будущего огорода.

Вопроса о том, что там посадить у неё не было. Да все что угодно! Например, топинамбур!

Лучше уж его вырастить здесь, под боком, чем ходить по лесам и долам все лето и осень в поисках съестного.

Или взять ту же ежевику. Одно дело нести её из леса, другое собрать здесь, рядом.

– Ежевику можно по краю посадить огорода, чтобы не мешала, заодно будет как живая изгородь, огород защищать. – рассуждала она. – А ещё найти бы… морковь там, пшеницу… Было же что-то такое! Я уверена что было. Ведь из чего-то все это потом выросло?

Рассуждая, раздумывая, планируя она наконец-то уснула.

А потом пришла весна…

С приходом весны дел у Нины прибавилось.

Во-первых, вода начала заливать пещеру и с этим приходилось бороться. Каждый день…

Копать траншею возле входа, уводя воду, счищать снег, поднимать порог…

Это все было очень трудно. Тяжело. В первую очередь, физически.

А во-вторых, Данька. Маленький, юркий, хитрый он все пытался изучить, везде залезть и сунуть свой любопытный нос.

Если бы не Серка, бдительно следящая за ним, Нина бы ничего не успела.

А ещё грязь, лужи и вот тебе к вечеру грязный и мокрый ребёнок.

Бонд и Серка теперь жили на улице, благо с каждым днем становилось все теплее и теплее. Нина собрала им лежанку, связав толстые палки между собой крепкими веревками и чуть подняла их над землёй, чтобы не мокли. Сверху уложила ветки, также связав их между собой. Получилась этакая будка. Закрытая от дождя, но открытая для обзора, там волки и поселились.

Коля тоже все чаще и чаще оставался на улице, но к большой радости Нины не улетал, всегда возвращался.

Нина уже присмотрела себе участок под огород. Недалеко от пещеры, достаточно ровный и камней не очень много на нем.

Несколько дней она расчищала его, не разгибаясь, а на третий день разболелась спина. Мучительно тянуло спину и живот. Нина лежала кутаясь в шкуру и едва не стонала от боли. Даня сидел рядом и неумело гладил ладошкой по лицу, а у неё не было сил даже встать.