Текст книги "Бой-Жаба в мужской академии (СИ)"
Автор книги: Аля Арина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)
19
– Вась, ты наелась?
– Ты уже пятый раз меня об этом спрашиваешь. Да, я наелась и напилась. Что происходит?
– Ничего, – говорит неубедительно.
После показательных боёв Виан с отцом куда-то ушли, а я вернулась в общежитие. Показательный бой далёк от настоящего, и расслабляться нельзя. На выпускных боях оценка зависит от сотни параметров, так что всё должно быть идеально. А если учитывать, что за физическую подготовку мне поставят большой и толстый ноль, то остальные результаты должны зашкаливать.
Я вовсю тренируюсь, когда в комнату врывается Виан, весь из себя довольный и радостный. И теперь кружит рядом, явно готовит к какой-то новости.
– Мы тут с друзьями решили отпраздновать сегодняшние бои… – признаётся наконец. – Нас до завтрашнего утра отпускают в город.
Уже и дураку понятно, что «мы с друзьями» не включает в себя бой-жабу, его любимую напарницу. Мне вроде как хочется на него обидеться, но не могу. Потому что я жаба, а не человек. Не факт, что меня вообще пустят в таверну. Скорее всего, нет. И есть мне там нечего, и друзья Виана хотя и зауважали меня за мои магические способности, но до сих пор полностью не привыкли и не приняли меня в свою компанию. А Виану, как и любому мужчине, иногда полезен отдых в чисто мужской компании. Без жаб.
– Василиса, я бы взял тебя с собой, но… там будут развлечения, которые ты не оценишь. Только для мужчин, понимаешь? Я вернусь рано утром к завтраку…
СТОП.
О каких таких развлечениях он говорит?! Только для мужчин?!
Да, подтверждаю, Виан прав. Такие развлечения мне совершенно не нравятся.
Хочется прикусить язык, чтобы не ляпнуть лишнего и не выдать мою ревность, но, к сожалению, у меня нет зубов. Поэтому просто сворачиваю язык в трубочку и приказываю ему лежать на месте.
– Вась, ну чего ты? – Виан склоняется надо мной, волнуется.
Можно ли винить мужчину за то, что он не влюбился в жабу?
– Я готовлюсь к тренировке. Увидимся за завтраком, – отвечаю сухо.
Получается неубедительно. Обида прёт из меня во все стороны.
Виан складывает руки на груди и цокает языком.
– Так-так. Кто-то обиделся. Чёрт возьми, Василиса, я не должен чувствовать себя виноватым от того, что оставляю тебя дома. Если б ты была нормальной… Чёрт! Ну вот, теперь я точно вляпался, ты никогда меня не простишь. – Вздохнув, проводит ладонью по волосам. – Короче, слушай, что я тебе скажу. Ты не просто хорошая напарница, ты самая лучшая. Я никогда никому не доверял как тебе и никогда ни за кого так не волновался. То, что я не беру тебя в город, не значит, что я тебя стыжусь и не хочу проводить с тобой время. Просто это чисто мужская вылазка, и у меня есть потребности…
– Ты когда-нибудь уйдёшь?! Болтаешь без устали, как девица. Тебе срочно нужно побыть с друзьями, чтобы вспомнить, как ведут себя мужчины… – бурчу недовольно, и тогда лицо Виана разглаживается, он успокаивается.
– Хорошо, тогда я пошёл.
Слежу за ним в окно. Спешит к своим друзьям, чуть ли не подпрыгивает. Потребности у него, видите ли. Чисто мужские развлечения . Что-то мне подсказывает, что ничего «чистого» в этих развлечениях как раз и не будет.
Ложусь на подушку Виана и пытаюсь не умереть от ревности. А я ведь знала, что напарник мне противопоказан, особенно мужского пола. Особенно весь из себя талантливый, привлекательный, интересный. Который всегда оставляет мне половину своей подушки и настаивает, чтобы я сидела на ней, пока он засыпает. Который чуть не спалил столовую академии, пытаясь подогреть мою еду, и всё время носит её в кармане в специальном пакете на случай, если я проголодаюсь. Который…
Нельзя об этом думать, а то становится только больнее. Виан прав, мы с ним не из тех счастливчиков, которые живут в сказке. Нашими жизнями управляют честь рода и интересы семьи. Мой единственный шанс вырваться из навязанного отцом брака – это доказать мою независимость. Сначала надо получить диплом с отличием, тем самым доказывая, что мои амбиции вызваны не гордыней, а стремлением использовать мои способности на благо короля. Это снимет проклятие. Верну мой человеческий облик, поступлю на королевскую службу и никогда больше не буду доверять отцу.
А Виан…
У него своя жизнь.
Спрыгиваю с подушки, потягиваюсь и начинаю тренировку. Сначала делаю реактивные щиты, перемещающиеся в зависимости от расположения источника атаки. Потом играю со сферой безмолвия, отражающей любые вербальные заклинания. Потом оттачиваю самый сложный защитный приём – излом времени, замедляющий всё происходящее в радиусе нескольких шагов.
Потом перехожу к приёмам атаки, для этого перемещаюсь во двор. Разящие клинки, огненные стрелы, стена огня, рвущая молния… Увлекаюсь настолько, что забываю даже о своей неуместной ревности.
Вернувшись в комнату, делаю несколько жадных глотков воды из моей плошки, подаренной Вианом. Розовой в фиолетовый цветочек. Как и другим жабам, мне проще поглощать воду через кожу, однако мне уж очень нравится моя плошка.
Возможно, если бы я не была такой усталой и разгорячённой после тренировки, то после первого же глотка заметила бы странный привкус. Однако жажда заставляет меня выпить воду почти залпом, да и я слишком размякла, расслабилась под защитой Виана, вот и попалась.
Через несколько минут на меня накатывает слабость. Мысли ускользают, перед глазами всё сереет. Проваливаясь в никуда, я думаю о том, что ревность делает нас беспечными. Слишком занятая мыслями о Виане, я забыла запереть за ним дверь и наложить защитное заклинание, и вот результат: в нашей комнате побывали незваные гости с недобрыми намерениями.
20
За время пребывания в академии я достаточно узнала о склепе аномалий, чтобы сразу понять, где нахожусь.
Расположенный глубоко под землёй, в зале, скрытом магическими печатями, склеп служит местом, где держат опасные последствия неудачных экспериментов – артефакты, которые не поддаются уничтожению и действуют сами по себе, магические сущности, вышедшие из-под контроля… Шейн уже намекал, что моё место здесь, и вот наконец воспользовался шансом совершить задуманное.
Я прихожу в себя на подходе к склепу, однако слишком слаба, чтобы защищаться или вырваться из его хватки. Ему не за что мне мстить, но он пытается досадить Виану и сорвать его выпускные экзамены. Причём делает это нагло и в открытую, так как пользуется своим академическим пропуском, чтобы снять печати со склепа. И зелье, добавленное в мою воду, Шейн наверняка изготовил в академической лаборатории, однако его явно не волнуют возможные последствия. Он уверен в том, что влияние его матери на короля поможет покрыть все грехи.
Ему помогает Рок, не иначе как мстит за нашу с Вианом яркую победу в показательном бою.
Они приоткрывают дверь в склеп и кидают меня внутрь, а сами остаются на пороге. Им хочется посмотреть, что со мной сделают страшные мутанты и умертвия.
Чего здесь только нет! Неудачные слияния существ, половина которых ползёт, а вторая – летает. Изломы пространства, движущиеся сами по себе. Призрачные копии людей и других существ…
Упорно взываю к моему разуму, заставляя его проснуться до конца и взять под контроль эту комнату ужасов. Однако зелье лишило меня сил и ориентации, а также заблокировало мою магию.
Многие из существ заинтересовались новой гостьей, и теперь направляются ко мне, кто как может – ползут, прыгают, летят. Из-за преломления пространства и тумана в голове очень трудно рассмотреть происходящее и хоть как-то подготовиться к защите. Неизвестно, как долго мне придётся продержаться в этом месте, и лучше здесь никого не злить.
Внезапно происходит что-то странное. Собравшиеся вокруг меня существа разбегаются в разные стороны. Сначала я не вижу ничего подозрительного, но потом в воздухе мелькает что-то серебристо-зубчатое.
Пространственная пила .
Почти невидимая, сотканная из воздуха, она разрушает всё на своём пути.
И она направляется ко мне.
Я слишком слаба, чтобы спастись. Переставляю лапки, но прыгнуть не удаётся, как и призвать магию. Блокатор всё ещё действует.
Я всего лишь обычная жаба.
Сейчас я умру.
Осознаю это с такой невероятной чёткостью, как будто мой разум наконец проснулся. Внезапно ощущаю себя совсем по-другому. Поднимаю руку…
Руку?
В изумлении осматриваю своё родное и любимое человеческое тело. Значит, отец таки не хотел меня убить, раз добавил в проклятие особое условие. В случае смертельной опасности я снова становлюсь собой.
Не думаю, что это надолго, так что надо бежать.
К счастью, возвращение в человеческую форму избавило меня от действия зелья, то ли по задумке отца, то ли потому что доза для человеческого тела ничтожная, поэтому двигаюсь я без проблем, и магия моя вернулась и сметает всё на моём пути.
В том числе и дверь, в щель которой на меня смотрят шокированные парни.
Моё превращение повергло их в ступор, поэтому мне ничего не стоит преодолеть их сопротивление, накинуть на них магические путы и заблокировать их магию.
Еле успеваю нацепить конец пут себе на руку и произнести заклинание левитации, как ощущаю нарастающий туман в голове и слабость во всём теле.
Осматриваю себя и вижу концы магических пут, закрученные вокруг жабьей лапки.
Всё правильно, смертельной опасности больше нет, и бой-жаба вернулась. И мне всё так же плохо.
С большим трудом, волоча лапки, двигаюсь к главному зданию академии. За мной по воздуху плывут замотанные в путы Шейн и Рок. Захожу в пустующую приёмную магистра Тенебриса, привязываю концы пут к двери его кабинета.
Собираюсь уйти, но потом беру ручку со стола секретаря и пишу на лбу Шейна.
«Я опоил Василису зельем и запер её в склепе аномалий»,
а на лбу Льюса
«Я помог Шейну в этом грязном деле».
Оставив связанных и ругающихся парней в приёмной магистра, возвращаюсь в общежитие. Запаковываю плошку с остатками растворённого в воде зелья. Утром отправлю на магическую экспертизу.
Напившись воды из-под крана, ложусь спать.
Вернее, какое уж тут спать!
В голове вихрь из мыслей, но при этом я всё ещё под влиянием зелья, поэтому ничего связного из моих размышлений не выходит. Пытаюсь думать обо всём сразу: как объяснить моё временное превращение в человека, как избавиться от неуместных чувств к Виану, как выжить до конца года…
Когда открывается дверь, и в комнату заходит Виан, я притворяюсь спящей. Он раздевается и ложится рядом. Гладит меня по спине кончиком пальца и тут же засыпает.
От него пахнет женскими духами.
Отворачиваюсь от него и мысленно штудирую формулы заклинаний. Завтра у нас зачёт, как-никак. Каждая оценка – это вклад в мою будущую независимость. От отца, от моего крёстного магистра Тираблиса, от навязанного мужа.
И от Виана. Вообще от всех мужчин.
Только учёба, больше ничего.
Жабы не плачут.
21
– Я с тобой не разговариваю.
– Сам факт того, что ты это говоришь, опровергает твоё заявление.
Виан стоит в дверях нашей комнаты, запыхавшийся, словно бежал всю дорогу в общежитие, и очень злой. Этим утром я не пошла на занятия, всё ещё плохо себя чувствовала после ночных приключений. Виану сказала, что у меня наступили критические дни, месячные жабьи дела. Он проворчал, что зря я считаю его идиотом, но таки ушёл и оставил меня отдыхать. И вот, вернулся, и настроение у него явно не улучшилось. Похоже, «чисто мужские развлечения» плохо на него повлияли.
– Ты меня предала! – заявляет, тыча в меня обвиняющим перстом.
– Вполне возможно. Какое из моих многочисленных предательств ты имеешь в виду? – Стараюсь, чтобы голос звучал спокойно и невозмутимо.
– Знаешь что?! Знаешь?! Всё, Василиса. Я с тобой больше не… Мы не… Всё! Всё!!
Разворачивается и вроде как собирается уйти, но тут же возвращается.
Лежу развалившись на его подушке. В принципе, я ожидала, что Виан рассердится, когда узнает о ночных событиях, но зачем же так вопить?
Нависает надо мной грозовой тучей.
– Отдам тебя в столовую, пусть адепты едят тебя на ужин!
– Подавятся!
– Отправлю тебя первокурсникам для экспериментов!
– Превращу их в тараканов!
– Запру тебя в мужском д у ше!
– Ой, ну всё… Напугал жабу голой задни…
– Василиса! Хватит кривляться! Я вернулся домой раньше времени, как полный идиот сбежал с моего первого свободного вечера за этот семестр, потому что не хотел оставлять тебя одну. Спал с тобой полночи, утром с тобой общался, а ты ничего… повторяю, НИЧЕГО не сказала по поводу того, что тебя пытались убить?! Как будто этого недостаточно… Оказывается, всё это время ты мне врала и на самом деле умеешь превращаться в девушку! Я пришёл на занятия, а там уже все об этом знают и только и говорят о том, что ты красотка. А я вообще не в курсе! Ты дурила меня всё это время…
И кричит, и вопит, и захлёбывается…
Смыкает руки на моём щуплом женственном… жабственном тельце и рычит.
– Я тебя сейчас… не знаю, что с тобой сделаю, но тебе это не понравится!
– Если не знаешь, что со мной сделаешь, то не стоит утверждать, что мне это не понравится. Вдруг это будет приятным? – замечаю философски.
Виан хоть и злой, но ни за что не причинит мне зла, в этом я уверена как ни в чём другом.
Какое-то время он пристально смотрит на меня, потом резко выдыхает и садится рядом. Говорю же, ничего плохого он мне не сделает. Лю-ю-юбит Вианчик свою жабочку!
– Почему ты мне ничего не сказала? – спрашивает, а лицо такое грустное, что мне и правда неловко становится.
– Не обижайся, Виан. Тут не о чем и рассказывать, честно говоря. Шейн с Роком на меня напали, это так. Опоили зельем и закинули в склеп аномалий, но я с ними справилась. Доставила их обоих к Тенебрису, а остатки зелья отправила в лабораторию. Все доказательства у магистра. Шейн использовал свой пропуск, чтобы зайти в склеп. Видимо он уверен в своей безнаказанности. Вот и посмотрим, что будет дальше…
– Дальше будет то, что я убью их обоих…
Снова рычит!
Запрыгиваю Виану на плечо и неловко провожу лапкой по его щеке. Пощёчина как-то убедительней получилась, но сейчас она не к месту.
– Не надо никого убивать. Посмотрим, справится ли правосудие с этой проблемой. Я бы обязательно рассказала тебе о случившемся, но после зелья мне было нехорошо. Кроме того, я и не думала, что Шейн с Роком станут распускать слухи, ведь я их обоих уложила одной… лапкой. Кстати, в склепе жуть как интересно. Давай зайдём туда как-нибудь?
– Я тебе зайду! Я тебе так зайду, что ты потом ходить не сможешь…
– Ну… у меня с ходьбой и так не срослось, но считай, я тебя поняла: никакого склепа мне не светит. – Продолжаю поглаживать Виана по щеке, и он понемногу успокаивается.
– Василиса, ты девушка? – спрашивает шёпотом со странными эмоциями в голосе.
– Да, конечно, девушка жабьего пола… то есть наоборот. Говорю же, у меня сейчас критические жабьи дни, так что пол определён правильно.
Виан морщится и отталкивает мою лапку.
– Почему ты мне не доверяешь? Я с самого начала подозревал, что ты человек, и говорил тебе об этом. У тебя человеческий разум, эмоции, юмор…
– Ага. Лапки, перепоночки, нежное брюшко…
– Шейн и Рок клянутся, что в момент смертельной опасности ты превратилась в девушку. Это не было перевоплощением в другое тело, потому что рядом других людей не было. И парни говорят, что касались тебя, и клянутся, что ты была живым человеком, а не управляемым фантомом. По их словам, они впали в шок после твоей трансформации, поэтому не особо тебе сопротивлялись. Ты смогла их победить и связать путами. Они клянутся, что ты очень красивая. Я поговорил с Тенебрисом, но он ничего дельного не сказал, только напомнил, что не зря выбрал тебя моей напарницей, потому что у тебя очень сильный дар. Он вообще многое о тебе скрывает. Тогда я посоветовался с профессором Вагнер и порылся в библиотеке. Метаморфозы такого порядка возможны, но, чтобы в один момент превратиться из жабы в человека – это… немыслимо. Превратиться в более крупное существо можно, только если у него более низкий уровень организации и развития. А вот из жабы в человека… Вагнер тоже удивилась, но посоветовала не особенно доверять слухам и напрямую поговорить с тобой о твоём даре.
Дар-шмар… Это не дар, а подарок моего папочки. Хотя эта часть проклятия как раз и пришлась кстати, а то меня бы уже распилило надвое.
Спрыгиваю на постель, однако Виан не отпускает. Сажает меня на ладонь и заставляет смотреть ему в глаза.
– Говори, Василиса!
– О чём тут говорить? Ты знаешь, что у меня необычный наследственный дар. В чём-то я хуже других, например в зельеварении. И стратег из меня никакой, и я ленивая, а порой очень невнимательная. Прошлой ночью я не опознала зелье, выпила его залпом, дура. Зато в других вещах я сильнее других…
– Речь идёт не о том, что ты сильнее. Ты совершила невозможное!
– Брось! Зачем ты веришь слухам? Шейн с Роком не могут утверждать, что это был настоящий человек. Я их всего лишь связала и молча доставила к магистру. Они со мной разговаривали? Нет. Проверяли мои знания по алхимии? Нет. Из-за зелья я еле двигалась и в момент смертельной опасности превратилась в подобие человека, тем самым избавляясь от влияния зелья…
– Ерунда! Ты сама себе противоречишь. Если из-за зелья ты не могла призвать магию и защититься, то как смогла превратиться в человека?
Он прав, но логического объяснения моему превращению нет. Кроме правды, конечно, но её Виан узнать не должен. Сам он не додумается. Нормальные отцы не превращают дочерей в жаб, поэтому и представить такое невозможно. А скрываю я это потому, что однажды надеюсь стать великим магом, и пожизненные насмешки мне даром не нужны. Да и что я за маг такой, если не предвидела и не предотвратила предательство отца? Позор на мою блондинистую голову!
Для магов нет ничего важнее репутации.
Да и… вот вопрос: а доверяю ли я Виану? Сейчас я для него идеальная напарница, потому что хотя я талантливая и умная, но при этом жаба ему ни разу не конкурент.
А вот если он узнает, что я человек… станет сравнивать наши таланты и родословные…
Кто знает, как поступит Виан Царёв с конкуренткой? Я сказала ему, что не претендую на место в свите его короля, но поверит ли он мне? Да и если из-за отца я не смогу работать на нашего короля, придётся искать альтернативы…
М-м-м…
До того, как у нас с отцом испортились отношения, он брал меня на работу, в деловые поездки и миссии. Я повидала много людских грехов, поэтому доверять не спешу. Никому. А уж после отцовского поступка и подавно.
Удерживаю взгляд Виана, притворяясь, что не вру.
– Ты из сильного рода, и я тоже. У тебя есть особые способности, которые ты не рекламируешь и придерживаешь для особой ситуации, и у меня тоже. В момент смертельной опасности я способна изменить форму и превратиться в другое существо, которое сможет справиться с угрозой. Это магический рефлекс, закреплённый на примитивном уровне, поэтому срабатывает в любой ситуации.
Вполне себе приемлемая, художественная ложь.
Виан больше не спорит и не возмущается, однако по его глазам, по холодному, отстранённому взгляду вижу, что он мне не верит.
Всё правильно, лучшие из лучших не могут быть дураками.
22
Вот так завершается медовый месяц нашего напарничества. Конец оказывается внезапным и резким. И, к сожалению, необратимым. Только правда может восстановить доверие Виана, а я готова дать ему многое, но только не информацию, которую он так хочет узнать.
Однако это не отражается на учёбе, и живём мы по-прежнему, только не следуем милым ритуалам, которые делали нас почти друзьями. Я больше не сплю на подушке Виана. Вечером ухожу на тренировки во двор, а когда возвращаюсь, Виан уже спит. На уроки я перемещаюсь сама. Виан больше не носит меня на плече, только на занятиях по боевой магии во время сражений. Исчезли наши шутки и хулиганские выходки, мы стали серьёзными и деловыми напарниками. Ску-у-учными до тошноты. Я дошла до того, что подружилась с Виктором – второкурсником, который помог мне добраться до лаборатории алхимии в мой первый день в академии. Виктор однажды заметил, как я тренируюсь в саду, и присоединился ко мне. У него оказалось неплохое чувство юмора, и мы почти подружились… но потом он внезапно перестал выходить во двор и вообще со мной разговаривать. Когда я спросила о причине, он взглядом показал на окна нашего общежития, и всё стало понятно. Великий и страшный Виан Царёв наказывает меня за то, что я не говорю ему правду. Раз мы больше не дружим, то мне не разрешается заводить других друзей. Молодец, Виан, очень зрелый поступок!
В одинокой жизни есть свои преимущества. Намного меньше отвлечений и больше времени для учёбы. По большинству предметов, при поддержке Тенебриса, мне разрешают сдать экзамены заранее, так как я уже завершила курс обучения, а результаты последних зачётов отличные. Не у меня единственной есть такие привилегии, со мной сдают экзамены несколько человек, включая Виана и Шейна. Увы, последнего почти не наказали за нападение. Как Шейн и надеялся, король лично за него поручился. Правда, ходят слухи, что Его Величество устроил ему основательную взбучку, да и его мать временно лишила его доступа к неограниченным финансам. Возможно, поэтому Шейн пребывает в отвратном настроении. Магистр Тенебрис посоветовал мне держаться от него подальше и намекнул, что не все наказания случаются сразу. Я мысленно пожала плечами и постаралась забыть о гадком однокурснике.
Занятие по магии иллюзий подходит к концу. Привычно цепляю нашу с Вианом стопку учебников и произношу заклинание левитации, когда он кладёт ладонь поверх учебников. На меня почему-то не смотрит.
– Василиса, Талбор сказал, что нам надо отработать пассы.
– Какие?
– Разные, но, в основном, угловые. Из-за нашей разницы в росте мы допускаем ошибки в траектории.
– Я один раз допустила ошибку! Всего один! Почему Талбор ничего не сказал мне напрямую, а нажаловался тебе?!
– Я случайно столкнулся с ним в столовой. Он сказал, что заметил ещё несколько мелких неточностей, и попросил поработать над этим как можно скорее.
Сказано не в духе Виана, да и смотрит он куда-то в сторону. Не иначе как думает, что я стану возмущаться. Если так, то он прав. Талбору стоит присмотреться к другим адептам, у которых импульсы летят во все стороны, как у жонглёров. А когда я верну свои человеческие руки, то не будет вообще никаких ошибок.
– Ладно, пойдём тренироваться. – Вздыхаю.
Ещё совсем недавно арена была моим любимым местом, где мы с Вианом наслаждались играми, сражались с конкурентами и часто играли на публику. Мы много смеялись, редко ругались… Были отличными напарниками, пока всё не сломалось.
А теперь я нехотя переношусь в центр арены. Лень тренироваться, хоть плачь. С тех пор, как мы поссорились с Вианом, меня вообще накрыло ленью. Жизнь стала неинтересной. И вроде знаю, что у меня важная миссия, и я должна избавиться от проклятия и гнёта отца, но… настроение не то.
Виан отходит на несколько шагов и готовится к моей передаче. Навстречу мне летит импульс, и я перенаправляю его к напарнику. Никаких проблем не вижу, однако Виан морщится.
– Кажется, я понял, что Талбор имеет в виду. Проблема в твоей позе.
– У меня есть только одна поза! Я жаба!
Разглядывает меня, сосредоточенно хмурится, как будто впервые видит. Потом подходит, поворачивает меня в разные стороны.
– Вот так! – восклицает радостно. – Не двигайся! Подожди, я тебя зафиксирую в этом положении. Опутывает меня магическими нитями, приковывает к полу арены. Довольно потирает ладони.
Мы пробуем ещё раз и ещё. Я вообще не вижу никакой разницы, но продолжаю стараться, потому что не хочу подвести Виана.
А потом он опускается передо мной на колени и надевает мне на шею тяжёлый амулет. Вроде как выглядит виноватым, но не останавливается, а я в шоке слежу, как он сдвигает несколько нитей, произносит заклинание, и…
Я обездвижена.
Амулет на моей шее настолько сильный, что меня тошнит и ведёт в сторону. Но я ничего не могу сделать, потому что этот самый амулет заблокировал мою магию. Виан решил не рисковать и купил самый сильный амулет из возможных.
В этом есть злая ирония. Виан хотел убить Шейна и Рока за то, что они пытались со мной сделать, а сам задумал то же самое.
Виан предал меня из простого любопытства. Говорила же, никому нельзя доверять! А ведь доверилась ему, дура. Не задумываясь, позволила приковать меня к арене, пока он критиковал мою позу. Дала одеть мне на шею амулет.
– Извини, Василиса, но я должен узнать правду.
С этими словами Виан отходит на несколько шагов, и с его пальцев срывается импульс смертельной силы.
Я не пугаюсь, потому что знаю, что Виан не собирается меня убивать. Он имитирует смертельную опасность, чтобы увидеть мой человеческий облик.
Его план срабатывает. Ещё бы, ведь он лучший из лучших.
Через моё тело проходят волны жара и холода, кожа словно растягивается, боль в спине заставляет изогнуться дугой и расправить плечи.
Я становлюсь человеком, но при этом я бессильна. Амулет всё ещё на моей шее, так что магии у меня нет. Магические путы не дают пошевелиться.
Ничего не могу сделать, чтобы противостоять Виану.
Брошенный им импульс уже исчез, не долетев до цели. Виан сам от него избавился, а теперь бежит ко мне, на ходу выкрикивая заклинания и делая пассы. На его лице восторг и дикое волнение.
Что он делает?!
Вокруг меня появляется прозрачная сфера, похожая на мыльный пузырь. Она утолщается, переливается сотнями красок.
– Что ты делаешь?! – кричу в панике.
– Оставляю тебе человеческий облик. Я нашёл способ это сделать, работал над этим все последние дни. Если создать защитную оболочку, которая зафиксирует облик и предотвратит дальнейшее превращение, то ты навсегда останешься человеком. Василиса, прости меня, но я не мог по-другому, должен был попробовать. А теперь, когда вижу тебя… Ты красавица! И ты безумно талантлива, ты весёлая, забавная, интересная, и я… влюбился в тебя. Помнишь, мы говорили о том, смогу ли я влюбиться так сильно, чтобы пойти против моей семьи и рода, и я сказал, что нет. Так вот, это случилось. Когда я узнал, что ты способна принимать человеческий облик, понял, что влюбился в тебя, даже не зная, как ты выглядишь. А теперь, увидев тебя, я… Василиса, я всё для тебя сделаю…
Виан продолжает говорить, запинаясь и сбиваясь от восторга. Стоит рядом, пытается меня коснуться, но не позволяет сфера. Она меняет форму, прилипает к моей коже, втягивается, впитывается в неё… Навстречу ей из самых глубин моего существа восстаёт проклятие.
Это страшно. Больно. Необратимо.
Мне не пережить борьбу проклятия с магией Виана. Меня держат только нити, перед глазами тьма с всполохами магии, нарастающий жар внутри причиняет дикую боль.
– Что же ты наделал, Виан… – шепчу жалобно.
Зря я думала, что он никогда не причинит мне боль.
Мне уже слишком плохо, чтобы что-то изменить. Да и кто из нас, завтрашних выпускников, может справиться с магией, вступившей в острый конфликт с родовым проклятием? Никто. Я не уверена, что даже профессора академии с таким справятся.
– Что… что с тобой?! – паникует Виан. – Чёрт… Сфера должна войти под кожу, фиксируя твой облик. Не должно быть никаких неприятных ощущений, только тепло… Василиса! Что с тобой… Неужели это… Не может быть!
Исчезают звуки и ощущения, с ними уходит и боль.
Доверять нельзя никому. Увы.
