355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Аллан Фиске » Искусство ведения войны. Эволюция тактики и стратегии » Текст книги (страница 8)
Искусство ведения войны. Эволюция тактики и стратегии
  • Текст добавлен: 6 октября 2016, 01:30

Текст книги "Искусство ведения войны. Эволюция тактики и стратегии"


Автор книги: Аллан Фиске



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Чтобы упрочить свое положение с политической и стратегической точек зрения, Александр предпринял экспедицию к святилищу Амона. Ему удалось сделать так, что все поверили, будто жрецы Амона после общения со своим богом признали его потомком Амона и законным царем Египта. Проведя реорганизацию управления страной, Александр возвратился в Тир. Введя и там действенную систему управления, он направился на восток к Вавилону.

Александр оставил море далеко позади и направился в глубь враждебной империи. Была продумана каждая деталь материально-технического обеспечения, хорошо организована служба транспорта и снабжения, и создана разведывательная служба для получения и передачи информации, касающейся передвижений врага, которая в основном была сопоставима с подобной службой в любой современной армии.

Благодаря этой разведслужбе Александр узнал, что Дарий III с гораздо большей армией, чем та, с которой он сражался у Исса, поджидает его за рекой Тигр на равнине у Гавгамел, расположенной приблизительно в пятидесяти милях (80,4 км) к северо-западу от города Арбелы. О численности армии сообщалось, что в ней миллион человек пехоты и 40 000 конницы (сильное преувеличение – Дарий III собрал 60 000–80 000 человек пехоты, 12 000 конницы, 100 боевых колесниц и 15 слонов. – Ред.) – грозная сила, на которую предстояло напасть армии, насчитывавшей всего 47 000 человек. Однако Александр подошел ночью и достиг гребня холма, откуда он смог посмотреть вниз и увидеть врага, построившегося для битвы. В качестве меры предосторожности Александр приказал провести разведку окружающей местности на предмет наличия ям и скрытых опасностей. Он лично проехал по равнине и обнаружил, что персы расчистили ее от кустов и других препятствий. Он справедливо предположил, что это означает, что враг большое значение придает использованию в сражении своих боевых колесниц.

Александру дали совет предпринять ночное нападение ввиду диспропорции сил, но он не последовал ему, веря в то, что большее умение, сила и храбрость его воинов и его собственный исключительный талант компенсируют меньшую численность его войска. Результат показал, что он был, как обычно, прав. Персы, вероятно, ожидали ночного нападения в первую ночь, они бодрствовали, не выпуская из рук оружия все время, и поэтому были сравнительно слабы и измученны, когда войска Александра, свежие после хорошего ночного отдыха, выдвинулись для атаки.

Персы были выстроены в две линии, а боевые колесницы и несколько слонов стояли перед ними. Великий царь Дарий III с большим отрядом телохранителей находился в центре, как и в битве при Иссе. Войско Александра было расположено как обычно: фаланга в центре, легкая пехота и тяжелая кавалерия на правом фланге и фессалийская кавалерия – на левом (за фалангой построились гипасписты (резерв). – Ред.). Поскольку его фронт по сравнению с персидским был таким коротким, а опасность оказаться в ситуации, когда его фланги могли быть охвачены персидскими флангами, велика, Александр расположил за каждым флангом войска второй линии, которые, повернувшись вправо или влево, могли отразить фланговую атаку. Когда Александр пошел в наступление, как обычно, во главе конницы, он находился почти напротив центра вражеских боевых порядков. Поэтому он направил свою атаку наискосок к центру. Дарий III заметил, что этот маневр уводит греческое войско, расположенное перед его колесницами, с равнины, которую он приказал выровнять перед сражением. Поэтому он направил кавалерию со своего левого фланга в атаку на правый фланг македонцев, чтобы помешать их дальнейшему движению в этом направлении. Последовал стремительный встречный бой.

Тем временем в наступление пошли персидские колесницы, оснащенные лезвиями. Но мощные македонские лучники и копейщики атаковали возниц колесниц: они хватали вожжи и стаскивали возниц с их мест, а в это время легкая пехота быстро расступилась и пропустила прорвавшиеся колесницы сквозь свои ряды без вреда для себя. Теперь персы наступали по всему фронту. Это был критический момент для Александра, потому что он не видел в боевых порядках противника ни одного слабого места, по которому он мог нанести удар, надеясь прорвать их. Но в этот момент часть персидской конницы была послана на помощь своему правому флангу, в результате чего образовалась брешь. В эту брешь Александр ринулся во главе своей конницы, а затем повернул налево и атаковал вражеский центр неподалеку от местонахождения царя и его телохранителей. В то же самое время греческая фаланга сошлась с персидским войском в центре, и – великий царь повернул свою колесницу и бежал!

Ряд событий, которые завершили битву при Иссе, повторились в основных чертах и теперь, за исключением того, что слева от греческой фаланги персы прорвали фронт и в разрыв ринулась персидская и индийская конница. Это могло бы создать опасную ситуацию, если бы эта конница сделала все как надо и атаковала греческую фалангу с тыла. Но вместо этого конница поскакала прямо к лагерю македонцев и начала грабить. В то время, когда они были заняты грабежом, с тыла на них напали греки и быстро одержали победу. На правом же фланге боевых порядков Александра шел отчаянный бой. Но так как македонцы превосходили персов в силе и умении, а также благодаря сломленному боевому духу противника в результате трусливого бегства персидского царя этот бой завершился благоприятно для греков. Так, одно из решающих сражений в мире, обычно называемое битвой при Арбелах (обычно – битва при Гавгамелах, 1 октября 331 г. до н. э. – Ред.), спасло цивилизацию (дало преимущество греческой цивилизации, но подорвало и затормозило развитие другой, по-настоящему великой арийской цивилизации – иранской. – Ред.).

Дарий III бежал. Александр не стал его преследовать, а поспешил к своей цели – Вавилону. К его удивлению, когда он приблизился к городу, готовый к сражению, ворота раскрылись, и сатрап сдал город и крепость. Здесь Александр последовал той же политике, какой он придерживался в Египте и какую он применял позже во всех (не во всех. – Ред.) завоеванных провинциях Азии: он располагал к себе население, так как проявлял себя как защитник их обычаев и религии, и старался склонить людей оказывать ему поддержку. В Вавилоне он заново отстроил храмы, разрушенные персами, и распорядился реставрировать великолепный храм Бела (Мардука), который огнепоклонник Ксеркс частично разрушил.

Дав своей армии отдых в самом роскошном городе мира, Александр выступил в Сузы, а оттуда в сторону Персиды. Вскоре в Аксианском ущелье он столкнулся с племенем горцев, которые преградили ему путь, но которых он легко обошел, пройдя ночью по труднодоступной горной тропе, что дало ему возможность неожиданно напасть на них с тыла.

Теперь Александр вступил в регион, неизвестный внешнему миру. Он начал свою первооткрывательскую экспедицию и одновременно завоевательный поход. Он не ушел далеко, когда оказался перед узким проходом в хребте Загроса, называемом «Персидскими воротами», где он обнаружил противостоящую ему армию из 40 000 пеших воинов и 700 всадников, которые обороняли этот район, укрепив его стенами. (Сатрап Ариобарзан и верные клятве персидские воины в январе 330 г. до н. э. заняли позиции в заснеженных горах, чтобы дать врагу последний бой. – Ред.) Предварительная осторожная атака показала Александру, что проход неприступен. Однако разведка ему донесла, что в горах есть тропы, ведущие через леса, покрывающие горы, но эти тропы очень опасны в любое время года, особенно для людей в доспехах, а еще более опасны они в то время года, когда в горах лежит снег. Не испугавшись, Александр ступил на эти тропы, когда спустилась ночь, оставив часть войска перед ущельем с приказом атаковать, как только раздастся звук его труб. С остальной частью войска, включая кавалерию, он успешно прошел по опасным обходным тропам и добрался до нужного места. Велев трубачам трубить, он атаковал противника с тыла с таким пылом, в то время как его войска одновременно атаковали его с фронта, что обратил его в бегство после совсем небольшого сопротивления с большими потерями для него. (Войско Ариобарзана было окружено и полностью уничтожено. – Ред.)

Этот рассказ и большинство других рассказов об удивительных победах Александра в Азии раскрывают почти невероятную разницу между войсками, вступившими в сражение. И эта разница не в храбрости, не в силе, а почти полностью в стратегии. Обычному человеку практически так же легко без удивления смотреть на великолепные успехи Александра, как и невозмутимо – на глупые действия его противников. Может ли кто-нибудь понять, как полководец, имеющий под своим командованием 40 000 человек, мог охранять «Персидские ворота» от нападения и не выставить охрану на обходных тропах в горах?

Александр продолжил через Персию свой путь завоевателя, беспрецедентный в то время и не имеющий себе равных до настоящего времени, а затем он направился в Мидию и город Экбатаны, преследуя Дария III. Двигаясь с большой скоростью днем и ночью, он, наконец, узнал, что Дарий III был взят в плен Бессом, сатрапом Бактрии. В конечном итоге Александр догнал Дария III, когда тот уже испускал свой последний вздох от раны, нанесенной ему кинжалом его тюремщиков. Александр отправил тело со всеми почестями царице-матери и приступил к захвату Бесса с целью наказать его за убийство своего царя.

Теперь Александр все более и более занимался осуществлением своего плана – не уничтожения или просто завоевания государств и провинций на Востоке, а построения огромной империи, которая должна была охватить весь известный мир, быть поделенной на государства под управлением знающих свое дело людей и руководствоваться духом великой греческой цивилизации. При этом каждое государство должно было сохранять свою собственную религию и придерживаться своих национальных обычаев и установленной практики. Чтобы добиться этого, он считал разумным становиться в какой-то мере египтянином, будучи в Египте, вавилонянином – в Вавилоне и персом – в Персии. Эта политика имела замечательный успех у покоренных народов, но вызывала растущее недовольство и ревность среди его сподвижников. Естественно, они не обладали таким всесторонним видением, как он, и их злило, когда они видели, что их царь демонстрирует так много уважения людям, которых они презирали как грубых варваров. Их особенно раздражало, когда царь надевал восточные одежды и совещался с персидскими сановниками и сатрапами, проявляя по отношению к ним доверие и благосклонность.

Александр продолжил свой путь через Персидскую империю, покоряя провинции, закладывая города и упрочивая империю. Двор, который он взял с собой, можно было назвать небольшим передвижным городом – таким он был большим, полным людей разнообразных занятий и очень хорошо организованным для цели, которой Александр хотел добиться и был уже в процессе достижения. Начинает кружиться голова, когда читаешь, как этот молодой человек не только решал военные задачи, но и совершал гораздо большее в плане строительства, нежели разрушения; как он давал людям более компетентное и честное правительство, чем у них было раньше. (Автор не упоминает о варварском разрушении Персеполя и городов Бактрии и Согдианы – население этих регионов два года героически сопротивлялось захватчикам. – Ред.) Как он осуществил кажущуюся невыполнимой задачу наложения греческой цивилизации на персидскую с пользой для обеих. Можно только восхищаться тем, что, хотя расстояние между ним и покинутой родиной все увеличивалось, он поддерживал с ней надежную связь, используя и политические, и стратегические методы и искусно играя на ревности соперничающих друг с другом чиновников, как военных, так и гражданских.

И хотя ему почти всегда приходилось прокладывать себе путь силой оружия, Александр не встречал никаких серьезных задержек (см. примеч. выше. – Ред.), пока не прибыл в Северо-Западную Индию и не переправился через Инд. Вскоре после этого он узнал, что царь Пор собрал армию от 30 000 до 40 000 человек (30 000 пехоты, 3000–4000 конницы, 300 боевых колесниц, 100 слонов. – Ред.) и встал лагерем на восточном берегу реки Гидасп (современный Джелам), чтобы помешать его переправе через нее. После медленного и тяжелого перехода Александр появился на западном берегу этой реки и увидел армию Пора на противоположном берегу под защитой множества слонов. Александр понял, что будет глупо пытаться переправиться через реку в этом месте и нужно придумать какую-то хитрость. Он принял разнообразные меры. Одна из них состояла в том, чтобы создать видимость, будто идут приготовления к переправе через реку в начале ночи, и тем самым побудить противника помешать этому. К таким уловкам он прибегал несколько раз, и всякий раз успешно, пока не заметил, что враг уже устал от бесполезных ночных бдений и стал более беспечен. Тогда однажды ночью он поднялся вверх по течению по западному берегу реки на шестнадцать миль (14 км) до того места, где она делает резкий поворот и где находились сильно заросший лесом островок посреди течения и густой лес на противоположном берегу. Здесь он решил переправиться через реку. Он приказал доставить туда части лодок, которыми пользовались при переправе через реку Оке, и заново собрать их там. Уже были готовы звериные шкуры, которые он часто использовал в качестве поплавков, набитых соломой. Александр оставил в лагере достаточную часть войска, чтобы не возбудить подозрений у врага, и, когда все было готово, начал опасную переправу, лично показывая путь (326 г. до н. э.).

Как обычно это бывает, когда сделаны тщательные приготовления и изучены все условия, Александру сопутствовал успех. Однако едва он высадился на восточном берегу реки, как его войско было обнаружено разведчиками Пора, которые поскакали предупредить своего царя. Александр немедленно приготовился к последнему великому сражению в своей жизни. У него не было с собой тяжелой пехоты (была – 6000. – Ред.), только легкая, конница и лучники (всего 30 000, в том числе 5000 конницы и 6000 тяжелой пехоты. – Ред.). Следуя привычке, Александр выступил в сторону расположения Пора во главе конницы. Вскоре он встретился с наступающим на него войском. Это был просто разведывательный отряд под командованием сына Пора (2000 всадников и 120 колесниц), который развернулся и отступил (был разбит. – Ред.) при первой же атаке македонцев.

Из «Истории Греции» Бурга. С разрешения «Макмиллан и К°»

Вскоре показался сам Пор, который наступал вместе со своей армией. Как только он достиг местности, подходящей для действий его конницы и боевых колесниц, он выстроил свои войска для сражения, как указано на схеме. Александр сразу же понял, что будет невозможно успешно провести лобовую атаку из-за слонов. Но он редко осуществлял фронтальную атаку, когда мог осуществить фланговую, и он со своей конницей немедленно начал фланговую атаку, а в это время лучники напали на индийскую конницу слева, а пехота удерживала позицию, стоя лицом к левому флангу слонов и главным силам. Против такой атаки, осуществленной со всеми силой и скоростью, которые мог только придать ей Александр, враг был почти беспомощен. Вскоре началась сумятица. Слоны вышли из-под контроля, а армия Пора превратилась в толпу. Тогда Александр приказал пехоте наступать, сомкнув щиты, а он в это время перестроил конницу и снова налетел на левый фланг. Приблизительно в это же время часть войска, которую Александр оставил на другом берегу реки, переправилась безо всякого противодействия и довела сражение до победного конца. (Пор, царь небольшого царства индоарийцев, сражался героически, как и его войско – пало 23 000 из 34 000. Раненым взятый в плен, окровавленный Пор произвел на Александра большое впечатление своим мужеством, и завоеватель оставил индийскому царю его владения! – Ред.)

В этом сражении, как и во многих других сражениях Александра – на самом деле в столь многих сражениях, о которых мы читаем в истории, – на стороне потерпевших поражение мы видим такое полное отсутствие представления о стратегии, что просто удивительно. Если бы у Пора вместо армии была бы дубинка, или меч, или копье, он не стоял бы спокойно на одном месте и не позволил бы противнику зайти к нему слева и атаковать его там. Он развернулся бы налево, чтобы иметь возможность защитить себя с помощью своего оружия. Тем не менее, имея армию, которая была просто оружием, вложенным ему в руки, он не предпринял никаких мер к тому, чтобы защитить свой левый фланг! (Левое крыло Пора было сковано с фронта действиями конных стрелков и атаковано во фланг конными гетерами (тяжелой конницей). – Ред.) Пор не понял то, что не удавалось понять многим полководцам: армия или флот – это оружие, подобно дубине, только больше; и что успех действий человека зависит от ловкости, с которой он наносит удары по врагу и парирует ответные удары. Причина непонимания этой истины, по-видимому, кроется в том, что необходимо настолько сосредоточиться на деталях создания оружия, поддержания его в порядке и владения им, что цели, на которое оно должно быть направлено, не придается никакого значения! Не только в стратегии, но и в каждой профессии и даже в повседневной жизни мы видим людей, настолько поглощенных мелочами и настолько запутавшихся в обстоятельствах, что они забывают о конечной цели.

Александр вернул Пору его царство, но оно стало государством под протекторатом македонского царя, а рядом с местом сражения он заложил город, который получил название по имени коня Александра – Букефалия. Затем он пошел дальше на восток. Его мысли были заняты бог ведает какими мечтами и планами, когда внезапно долго сдерживаемое недовольство и сильнейшая усталость его воинов привели к тому, что они отказались идти дальше. Александр призвал себе на помощь все свое красноречие и авторитет, но напрасно. Двенадцать (восемь – 334–326 гг. до н. э. – Ред.) долгих страшных лет его армия преодолевала трудности и воевала в жару и холод, а теперь она не хотела и не могла идти дальше. Александр был вынужден уступить и вернуться, хотя, как он думал, край света находился почти на расстоянии вытянутой руки.

Ему предстояла тяжелая дорога, особенно через пустыню Гедросии. В ее конце к Александру присоединился его флот под командованием Неарха, которого он теперь отправил в Персидский залив завершать свой поход. Ведь к этому времени у Александра были планы мирового господства, для осуществления которых необходимо было завоевание власти на море и которые он, несомненно, реализовал бы, если бы остался жив. Но вскоре после прибытия в Вавилон, когда великий завоеватель занимался строительством флота и рубкой леса для него, он заболел лихорадкой и быстро умер. На тот момент (13 июня 323 г. до н. э.) ему еще не было тридцати трех лет.

Так с мировой сцены ушла самая яркая личность, которая когда-либо на ней появлялась. Несомненно, следует делать значительную скидку на воодушевление и преувеличение в рассказах об Александре. Но после всех разумных вычетов перед нами встает тот факт, что Александр по своей собственной инициативе, направляемый силой своего собственного характера, провел небольшую армию через величайшую в мире империю, завоевал ее всю и создал империю, которая была больше и лучше, чем те, которые когда-либо существовали до нее. Да, эта империя развалилась почти сразу же после его смерти, но она просто была поделена на части, и эти части не погибли.

Две самые большие части – царство Селевкидов, которое занимало почти ту же территорию, что и азиатская часть Персидской империи, и царство Птолемеев в Египте – продолжали существовать еще три великолепных века после этого. Из этих двух первое, вероятно, управлялось лучше, так как оно, разумеется, было больше по размеру (оно быстро начало терять восточные области. – Ред.). Но Египет представлял более высокую культуру, так как Александрия с ее замечательным музеем и библиотекой стала оплотом науки и цивилизации всего мира. А после падения Рима в конце V в. н. э., когда цивилизация в Европе, даже в Италии, была почти полностью уничтожена, именно на землях, завоеванных Александром, на которых он привил греческую цивилизацию, цивилизация и продолжилась. А когда умы людей снова начали обращаться к поискам лучшей жизни, чем та, которую давала им Европа в Средние века, именно в те земли они ездили за материалом для литературных произведений и научных изысканий, с которыми можно было снова начать восхождение к вершине. Если бы Александр не завоевал Персидскую империю, где тогда Европа получила бы толчок, с которого началась эпоха Возрождения?

Если бы Александр не завоевал Персию и Восток, то мы можем предположить, что и Греция, и Персия продолжали бы двигаться в своем развитии по нисходящей линии – путь, на который они уже ступили, и светоч цивилизации постепенно угас бы. Именно импульс, который дал Александр инертному духу греков, и возможности, которые он открыл им для усиления их авторитета и расширения торговли, принесли греческую цивилизацию в Азию и поселили ее там. Завоевания Александра не только являются наилучшей иллюстрацией ошеломляющего воздействия стратегии на ведение военных действий; они были величайшей движущей силой в сохранении древней культуры и тем самым создали основу для современной цивилизации.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю