Текст книги "Жена на одну ночь (СИ)"
Автор книги: Алисия Эванс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
Глава 35
– Эм… Как? – я поддержала странный разговор. Мой муж убеждает меня в том, что я вовсе не пришла в это тело из другого мира, и вовсе не Саша Мезенцева, и не провела почти вес детство в детском доме. Что может быть абсурднее?!
– Иномирные сущности выделяются, – объяснил Князь. – Они инородны для нашего мира, сильно отличаются по своей природе.
– Но ведь я… – растерянно пыталась доказать, что я вовсе не верблюд. Точнее, верблюд. Иномирный верблюд, которого отказываются замечать окружающие и хозяин цирка.
– Алекс, – Дэй остановил меня, выставив вперед пятерню. – Ты безмерно дорога мне. Я ценю твой острый ум и чистое сердце, но, прошу, не утомляй меня глупыми шутками. Это уже слишком.
– Я говорю правду, – произнесла с расстановкой. – Моя душа не принадлежит этому миру.
– Правда? – начал подтрунивать надо мной Дэй. – Докажи.
– Как? – развела руками я, а он начал откровенно потешаться. Расплылся в улыбке, словно я ему не душу изливаю, а развлекаюсь.
– Расскажи что-нибудь о своем мире, – попросил он. – Что там интересного? Что ценного?
– Много всего, – ухватилась я за возможность доказать, что не фантазирую, как маленький ребенок. – У нас существует электричество, телефонная связь, автомобили, самолеты…
– Самолеты? Что это? – нахмурился Дэй.
– Такие огромные металлические машины, которые перевозят людей по воздуху, – я раскинула руки, изображая крылья самолета. Глупая получилась картина. Князь смотрел на меня с непониманием.
– Как может металлический механизм летать по небу, да еще и перевозить людей? Он же рухнет под собственной тяжестью.
– Эм… За счет тяги, которую создают двигатели на крыльях… – пыталась объяснить я. Никогда не была экспертом в технике, зная лишь основы. Автомобиль едет благодаря энергии от сгорания топлива, поезд бежит по рельсам благодаря электричеству. Дэй смотрел на меня совершенно непонимающим взглядом.
– На крыльях металлической машины, которая летит в воздухе и еще умудряется переводить на себе людей? – покачал головой он.
– Не на себе, а внутри. Люди находятся внутри этой «птицы», как бы в ее желудке, понимаешь?
– В желудке, – повторил Князь, – у металлической птицы…
– Да, но самолет не птица, хотя напоминает ее… Люди переняли механизм полета у птиц. Крылья помогают уравновесить самолет в воздухе, управляют им и… – я прервалась, потому что с каждым моим словом Дэйрону все сложнее было сдерживать смех.
– Официант, – позвал он. – Вино, которые вы нам подали, хранилось достаточно безопасно? – спросил он. От такого вопроса парень растерялся.
– Настолько безопасно, насколько это вообще возможно, – уверенно ответил он. – Вы можете не сомневаться в качестве напитка.
– А я уже подумал, что в нем завелась плесень, – поднеся к носу мой бокал, он понюхал остатки вина. – Алекс, как ты себя чувствуешь? Голова не кружится? Не тошнит? Сколько пальцев я показываю? – сунул мне в лицо четыре пальца.
– Знаешь, что…! – не выдержала я и от души наступила Князю на ногу под столом, а затем обиженно отвернулась. Дэйрон все-таки не выдержал и рассмеялся в полный голос.
– Машина с крыльями! – он согнул локти и прижал запястья к плечам, высмеивая мою попытку показать ему самолет. Не знаю, каким чудом я удержалась и не плеснула ему в лицо вино. Наверное, жаль было пачкать шикарные кожаные сидения. – Ладно, малышка, не обижайся. Считай, что я оценил твою игру.
Хотела выкрикнуть «Я не играю!», но в этом нет никакого смысла. Он не верит мне, не слышит меня. Я ожидала многих вариантов развития событий после этого разговор, но такого не могла представить даже в самой смелой фантазии. Я выложила ему свою душу, а он пропустил мимо ушей.
– Уже поздно, Алекс. Нам пора возвращаться, – Дэй коснулся моей руки, заглядывая в глаза. Мои слова совершенно не взволновали его сердце. Казалось, он уже забыл о нашем разговоре.
– Конечно, – натянуто улыбнулась я. Я заглянула в себя и поняла, что на сердце нет ни одного слова, которое я сейчас хотела бы сказать Дэйрону. Будто улитка, моя душа спряталась в панцирь и просит не беспокоить ее какое-то время столь тяжелой темой, как неверие дорогого супруга.
Когда мы вышли из таверны, я пребывала в странном настроении. Казалось, все происходящее нереально. Сон, ставший реальностью, который, тем не менее, скоро закончится. Я проснусь в своей прежней жизни, и сказка останется в прошлом.
Оказалось, все это время Гард ждал нас снаружи.
– Ты не промок? – спросила я хранителя. Хороший хозяин в такой ливень собаку не выгнал бы, а мы хранителя рода на улице забыли!
– Алекс, он же сущность, – рассмеялся Дэй, поцеловав меня в лоб. – Ему не важна температура воздуха.
– Хозяин, должен сказать, что я счастлив видеть вас таким отдохнувшим, – заметил Гард. – Женитьба пошла вам только на пользу.
– Пойдем, – рассмеялся Дэйрон и, приобняв меня за талию, пошел по площади.
Стемнело очень быстро. Фонари горели слабо, а потому темные улицы быстро опустели. Ни следа той шумной толпы, которую мы видели днем. Редко мимо нас проходили мужчины странного вида, и Дэй почти сразу прижал меня к себе. Глупый. Это они должны жаться к стеночке и мочить штанишки от страха перед Князем Тьмы.
– Дэй, а можно мне завтра съездить в город самой? – спросила я, пользуясь хорошим настроением мужа. Конечно, его отказ вовсе не станет для меня поводом отменить поездку, но ведь он не откажет любимой супруге?
– Зачем? – удивился Дэй.
– Хочу осмотреться. Это ведь наш город, – объяснила я очевидную истину. На самом деле, загвоздка не только в моем любопытстве. Я рассчитываю встретиться с Грегом и все детально обсудить. Возможно, нам удастся договориться.
– Прошу вас… Отпустите… – услышала я тихий стон и застыла.
– Ты слышишь? – обернулась я, пытаясь понять, кто тут плачет. Темная улица, освещенная лишь одним тусклым фонарем. Интересно, кто отвечает за освещение?! Руки бы ему пообрубать за такое халатное отношение к своим обязанностям.
– Нет, – хмыкнул Дэй, но снова раздался всхлип.
– Не трогайте меня, прошу… – отчетливые женские рыдания.
– Дэй, нужно помочь! – я сжала руку мужа. Злой змеей во мне взвился страх, смешавшись с естественным желанием заступиться.
– Алекс, пошли! – буркнул Дэйрон и, взяв меня за локоть, потянул дальше. Ну, нет!
– Ты спятил?! – вывернулась я. – Дэй, помоги ей! Ты же можешь!
Князь нехотя посмотрел в сторону. Там, в темном углу, здоровенный бугай зажал хрупкую девушку. Она же еще ребенок! Лет четырнадцать на вид, не больше! У меня в голове не укладывалось то, что Князь может пройти мимо такой беды. Уж лучше я поверю в то, что Дэй тупой, как хлебушек, и просто не понимает происходящего.
– Это ты спятила! – зашипел он на меня. – Неужели не видишь, кто она?! – он наградила несчастную девочку таким презрительным взглядом, словно увидел портовую блудницу.
– Девушка, которая попала в беду! – зашипела я как рассерженная кошка. Если он не придет на помощь этой несчастной, клянусь, я уйду на Землю этой же ночью. Я готова закрыть глаза на трупы его предыдущих жен, смириться с тархами и постоянной угрозой от Императора. Я на все готова, но вот быть женой того, кто брезгует заступиться за женщину – нет уж, увольте. Лучше общежитие и пьяные соседи.
– Алекс, в такое время и в таком виде здесь можно встретить только проститутку! – жестко припечатал Дэйрон, сжав мой локоть. – Спишу твое незнание на благовоспитанность, – смягчился он. Мы так и застыли друг напротив друга. Князь порывался уйти, а я застыла как вкопанная, с мольбой глядя ему в глаза. Он может увести меня силой, но в ту же минуту разрушит все, что мы создали. Дэй сжал руки на моих плечах.
В эту минуту решалась наша судьба.
– Не надо! – рыдала несчастная, когда послышались звуки ударов. Насильник принялся ее избивать. Неужели он и теперь не вмешается…? Наверное, что-то отразилось в моих глазах, потому что Дэй выругался и сдался.
– Э-э! – крикнул Князь. Преступник лениво обернулся. Дэй сделал короткое движение головой, означающее короткое «Уходи». Второй человек в стране после Императора привык, что его приказы выполняются сразу и беспрекословно. Поэтому огромной неожиданностью для него было услышать наглый ответ:
– Не надо мне тут «э-э-э»! – громкий пьяный голос. – Иди куда шел, а то я и твоей бабой займусь!
Упс. В глазах Дэйрона отразилось что-то страшное, несмотря на то, что ни один мускул на его лице не дрогнул. Он же теперь убьет этого пьянчужку! И что мне теперь делать? Уговаривала мужа разобраться с насильником, а теперь умолять его не убивать этого самого насильника? Я стояла как вкопанная и просто не понимала, кого мне спасать: девушку, насильника или мужа. А вот Дэйрон не спешил. К моему удивлению, он принялся…раздеваться. Ловко расстегнул пуговицы на своем черном плаще и вложил его мне в руки.
– Подержи, – спокойно попросил он и широким шагом направился к паре.
– Мамочки, – пропищала я, чувствуя, как от волнения засосало под ложечкой. Мне казалось, что сейчас Дэйрон призовет Тьму, использует магию и буквально испепелит подонка, возомнившего себя выше закона и нравственности. Но я ошиблась. Наверное, он посчитал, что применять магию в схватке с таким отродьем – оскорбление для священной стихии Тьмы. Князь решил разговаривать с насильником на его же языке.
Я наблюдала за происходящим и не верила своим глазам. Мне казалось, что я смотрю кино на очень большом и невероятно реалистичном экране. Этот пьяный дурак даже не понимает, что сейчас будет происходить, хотя все написано у Дэйрона на лице.
Дэй подошел к нему и взял за грудки. Я думала, он его встряхнет, но Князь сделал своему противнику подсечку. Тот потерял опору под ногами, и тогда Дэй…подкинул пьяницу кверху. Клянусь, он перевернул его в воздухе!
– Ого, – вырвался у меня приглушенный возглас. Мой муж вновь схватил своего противника за одежду и…вонзил того головой в брусчатку. Насильник рухнул безвольной куклой, а я вдруг вспомнила, что все детство мечтала выйти замуж за Шварценеггера.
– Ты! – Дэйрон грозно ткнул пальцем в перепуганную девушку, ради спасения которой и состоялась эта битва титанов. – Марш домой, и чтобы я больше никогда тебя здесь не видел! – он жестко накричал на бедняжку. Он закивала, как китайский болванчик, и в ужасе убежала. Я даже не попыталась остановить ее. Пусть бежит. Когда придет в себя, будет осторожнее.
– Вступился за уличную шлюху! – досадливо воскликнул Дэйрон, возвращаясь и забирая из моих рук плащ. – Чего не сделаешь ради любимой женщины. Алекс, какое тебе до нее дело?! – искренне не понимал Князь, забирая из моих рук свой плащ.
– Как это? Она ведь живой человек! – развела руками я. Да как можно не понимать таких очевидных, понятных каждому человеку вещей?! Дэйрону ничего не стоило защитить ее.
– Она продает свое тело, – Дэй накинул на плечи свой черный плащ и словно перевоплотился, вновь превратившись в Князя Тьмы. И не подумаешь, что только что человека подкидывал как мячик.
– Не от хорошей жизни она это делает, – заметила я. – Дэй, если девочка в таком возрасте продает себя, то это не ее вина, это ее беда!
– Ты сейчас шутишь? – приподнял бровь Дэй. – Алекс, моя благородная роза, ты оправдываешь падшую женщину? – с презрением скривился он. Ах вот как? Ну, как говорится, сам напросился…
Глава 36
– Давай разбираться, – вздохнула я. – Ты – хозяин этого города. Освещения практически нет, – указала на жалкий фонарь, виновато склонивший свою сверкающую голову. – Улицы не патрулируются. Кабаки, несмотря на поздний час работают. Нет караула, который мог бы прийти на помощь попавшей в беде девушке, а еще лучше – спровадить отсюда всех пьяниц. Здесь просто не может быть безопасно. Я уверена, что преступления здесь происходят каждый вечер. А знаешь, кто в этом виноват?
– Кто? – Дэй искренне не понимал и этого.
– Ты, – припечатала я. Наверное, если бы я сказала, что человек произошел от обезьяны, Дэй и того меньше удивился бы. У него были такие глаза, словно я превратилась в пуфик.
– Причем тут я? – он так посмотрел на меня, словно усомнился в моем рассудке.
– Ты – хозяин этого города. Ты не выставил караул на каждой улице. Ты не поставил нужное количество фонарей. И именно ты позволяешь кабакам работать в поздний час. Люди боятся выходить на улицы, здесь ошиваются только пьяницы и блудницы. И если девочки-подростки готовы продавать себя, то с бедностью в твоем городе беда.
– Никакая бедность не может заставить женщину продавать свое тело! – упрямо повторил этот аристкратишко. Как до него достучаться? Правильно в народе говорят, что сытый голодного не разумеет. Тот, кто всю жизнь прожил во дворце, никогда не сможет понять нищего.
– Я думаю, дело в том, мой милый, – я сделала шаг вперед и выдохнула Дэйрону в лицо: – что в твой желудок никогда не впивались когти голода. Ты даже представить себе не можешь, на что готово любящее сердце ради того, чтобы добыть кусок хлеба для голодающих братьев и сестер! Кстати, те шестеро девиц, которые были отданы тебе в обмен на деньги для их отцов, случайно не продали тебе свое тело?! Или ты с ними в ладушки играл и цветочки нюхал?!
Зла не хватает! Он, значит, занят на службе, день и ночь сражается с монстрами, а в это время даже в столице его провинции творится беспредел! Завтра же распоряжусь поставить как можно больше фонарей, закрыть все злачные заведения и выставить стражу! И пусть кто-нибудь попробует крякнуть, что все вооруженные мужчины нужны в замке! Я сама превращусь в тарха, если не найдется отряд стражи для небольшого города.
– Алекс! – Дэйрон нагнал меня и, схватив за локоть, развернул к себе. – Да как ты смеешь указывать мне, как распоряжаться своей стражей?! – практически выкрикнул он мне в лицо. Несколько секунд Дэйрон смотрел мне в глаза, и я готова поклясться, что он видел в них Сашу. Он словно заглянул мне в душу. —Мужчины нужны у Завесы, чтобы защищать людей от тархов!
– А простой народ пусть погибает от нищеты и пьянства?! – не сдавалась я. Дэйрон явно не привык, чтобы женщина смела рассказывать ему, как править своими владениями. Что ж, пусть привыкает, потому что я это дело так не оставлю.
– Отпусти, – шепнула я, отводя взгляд.
– Я не хотел, – Дэй ослабил хватку, но продолжил сверлить меня тяжёлым взглядом. – Алекс, иногда мне кажется, что твой отец растил тебя в неких странных традициях, – выразил Князь свои мысли. О, Дэй, ты даже не представляешь, насколько ты близок к истине. – Твои рассуждения, взгляды, нравы, странные фразы… Кто научил тебя всему этому? Кто вложил в твою голову эти мысли?!
– Книги, – а вот тут я не солгала. В детском доме наше воспитание мало кого волновало. С голоду не померли, друг друга не убили в драке – вот и славно. Я всегда любила читать, сколько я себя помню.
– Что это за книги такие, в которых юным леди рассказывают о фонарях и учат драться?! – удивился Дэйрон. – Кто-то ведь научил тебя основам рукопашного боя! Я знаю, какой прием ты применила к Айри! Его нельзя использовать спонтанно, этому можно лишь обучиться! Кто-то проводил с тобой занятия и отработал навыки! Кто, Алекс?!
– Я уже сказала тебе правду! – вспылила я, с честью выдержав тяжелый взгляд мужа. Дэйрон давил на меня своей близостью, жарко выдыхая слова прямо мне в лицо. Он делает это намеренно. Как следователь на допросе, он воздействует физически и психологически.
– Кто тот мужчина, который обучил тебя всему?! – жестко поставил вопрос Князь. Его голос сквозил недоверием и плохо контролируемой ревностью. И тут до меня дошло: он ревнует! Серьезно?! После того, что я ему сказала, он заподозрил меня в неверности!?
– Хозяин! – вмешался Гард. Его внезапный оклик заставил Дэйрона хоть немного прийти в себя. Он разжал пальцы на моей руке, оставив на коже ярко-красные следы. – В замке сильный прорыв! Мы должны срочно вернуться! – эти слова подействовали на Дэйрона как ушат холодной воды. Он мгновенно овладел собой и приказал хранителю доставить нас обратно в замок. Возвращались мы в молчании. Я не обиделась на мужа за эту вспышку. Я понимаю его и не осуждаю. Он чувствует фальшь и несоответствие. Грег прав: как бы я ни пыталась казаться леди, я ею не являюсь.
– Дэй, – шепнула я, когда мы подъехали к замку. Князь слез со своего коня и взял меня за талию, чтобы вытащить из седла. – Что бы ты ни думал обо мне, знай, что я чиста перед тобой, – произнесла я, воздев глаза к мужу. – У меня нет и не было никаких мужчин, кроме тебя. Для твоей ревности нет причин.
Он может обвинять меня во лжи и отсутствии воспитания воспитанности. Но пусть не смеет считать меня изменницей. Я не предам Дэйрона. В моей жизни не было других мужчин. Фиктивный брак, который я заключила на Земле, чтобы продвинуться в очереди на получение жилья – всего лишь формальность.
– Иди к себе, Алессандра, – отозвался Дэйрон, стаскивая меня вниз. Из той части замка, в которой располагался гарнизон, доносился шум битвы. – Не выходи из покоев, – коротко приказал Князь и поспешил защищать всех нас от иномирных монстров. Гард обернулся гигантским псом и бросился за хозяином.
– Береги себя, – шепнула я, глядя вслед удаляющемуся Дэйрону.
***
– Как прогулка, сестрица? – нагнал меня Грег. Я закатила глаза. Только не он! Я и так вся на нервах, а тут еще «любимый братец» общения просит.
– Оставьте меня, братец-кролик, – холодно попросила я, вернув ему насмешку. – Я направляюсь в свои покои и желаю отдохнуть.
– Не оставлю, – ядовито процедил он в ответ. – Зачем ты ездила в город с Князем? Ты во всем ему созналась?! – опасно сверкнул глазами он. Ага, испугался! Значит, боится, что Дэйрон обо всем узнает. Не так уж сильно он уверен в своей безопасности.
– Я не собираюсь посвящать вас в наши с мужем разговоры, – отозвалась я.
– Дура! – зашипел Грег и вдруг позволил себе наглость: схватил меня за локоть и развернул к себе.
– Сейчас же отпустите! – я попыталась вырваться, но он дернул меня на себя.
– Князь никогда не поверит тебе! Он считает, что обойти Завесу невозможно. Будешь настаивать на том, что ты из другого мира, и тебя сочтут умалишенно!. Ты портишь репутацию моей сестры, – уверенно заявил Грег мне в лицо.
– Ты так уверен, что мой муж не поверии мне? – спросила я и ощутила, как сердце царапнула боль.
– Если правда вскроется, тебя казнят, дура. Решила покончить с собой?! Хорошая идея, но прежде я поменяю вас с Алессандрой местами! – его глаза горели нездоровым бешенством.
– Я ни о чем ему не рассказала! – солгала я, вырывая свою конечность из цепких лап. – Мы просто хорошо провели время.
– Хорошо провели время?! – округлил глаза Грег. Раздражение в его голосе сменилось злой насмешкой. – Все-таки ты влюбилась в него, – расплылся он в крокодильей улыбке.
– Это не твое дело, – сверкнула глазами я. Так хочется лягнуть этого напыщенного индюка, но сегодня я слишком устала.
– Ты поэтому тянешь с ответом, – Грег сверлил меня насмешливо-уничижительным взглядом. – Надеешься, что Князь обеспечит тебе больше богатства, чем я? – я возвела глаза к потолку от его предположения. Интересно, братец Алессандры вообще умеет думать о чем-то, кроме денег? – Девочка, твое тело разрушается уже сейчас. Любой целитель сразу увидит, как истощается тело, в котором сидит чужая душа. Не глупи! В замке переполох, никто ничего не заметит. Я поменяю вас прямо сейчас, – он навис надо мной. На миг показалось, что сейчас Грег схватит меня в охапку и поволочет в свою берлогу, где и проведет темный ритуал. Он сдерживался лишь из страха, что нас могут увидеть посторонние.
– Только попробуй прикоснуться, и я заору так, что ты оглохнешь, – шепотом пригрозила я. Уверена, что только это меня и спасло. Грег сделал неловкий шаг назад и руки отвел за спину. Для гарантии, что они не заживут своей жизнью и не осуществят демарш.
– Мы должны спешить, – с расстановкой произнес братец. – Времени мало. Я не хочу, чтобы моя сестра вернулась в больное разрушающееся тело!
– Так пусть не возвращается, – подсказала я. – В этом замке ее никто не ждет, – пока Грег пыхтел, как обиженный ежик, я поспешила удалиться.
***
Сегодня произошел особенно мощный прорыв нечисти из нижнего мира. Весь вечер по замку разносились звуки битвы, звон металла и крики мужчин. Я оценила продуманное устройство помещений. Завеса находилась далеко от жилых комнат, и покои аристократов, как и спальни слуг, были защищены каменной заставой. Дом Тьмы – крепость, а наше крыло – всего лишь пристройка к гарнизону.
Время близилось к полуночи, а напряжение не стихало. Даже Гарда не было рядом, чтобы успокоить меня. Я ходила из угла в угол, нервничая все сильнее и сильнее. После такой битвы наверняка есть раненые. Может, нужна моя помощь? Я могла бы делать перевязки, ухаживать за ранеными. В такой ситуации помощь не бывает лишней. Я готова даже кровь сдать, но вряд ли в этом мире умеют делать переливание.
В коридоре послышался странный шорох. Я застыла, почувствовав неладное. Если бы это был Дэйрон, то он бы вошел. Звуки напоминали скрежет когтей о дубовый паркет. Может, это Гард вернулся, чтобы сообщить новости? Но наш благовоспитанный хранитель никогда не стал бы скрести когтями о дорогой, искусно уложенный пол. Тут что-то другое.
Не успела я выглянуть за дверь, как она сама приоткрылась. Сначала показался нос. Длинный собачий нос, покрытый вязкой кровью. Такой безобразный штемпель просто не может принадлежать Гарду. Я подумала, что у ищеек сбежала собака, но затем показались остальные части тела. Если это нечто можно назвать телом. Я в ужасе наблюдала, как в мою спальню протискивается овальная голова, покрытая острыми черными шипами. Эти штуки, которые легко могут разрезать кожу до костей, заменяли «собачке» шерсть. Оригинальный дабстеп, ничего не скажешь.
Следом за головой появилась уродливая кривая лапа с длинными, острыми как кинжалы когтями. Они скребли по паркету от малейшего движения лапы. Я инстинктивно поняла, что передо мной тарх. А когда увидела длинное сильное тело, покрытое черными шипами, я попрощалась с жизнью. Стоя у кровати, боялась, что тварь услышит мое дыхание. У меня нет ни единого шанса спастись. Тарх за секунду откусит мне голову, и никто не придет на помощь.
Он заметил меня. Думаю, учуял меня и поднял голову. Черный, как смола, и опаснее любого хищника.
– Мама, – вырвался у меня тихий стон, когда я заглянула в непроглядную тьму иномирных глаз. Тарх пошел на меня. Лениво переставляя лапы, надвигался, оскалив два ряда острых зубов. Я ни на секунду не разрывала длительный контакт. Хочу смотреть в глаза своему убийце.
Пришлось приложить немало усилий, чтобы совладать с паникой. Умирать, так с честью! Я вскинула подбородок и приготовилась расстаться с жизнью.
– Давай, сделай это быстро, – прошептала я на удивление спокойным голосом. – Не хочу мучиться.
Тарх застыл. Склонил голову на бок, рассматривая меня жуткими глазами, которые выглядели как два провала в черепе. Чего он медлит?! Мои нервы не железные, я скоро сорвусь!
– Что, не голоден? – нервно усмехнулась я. – Я бы предложила тебе «Чаппи», но тут его нет, извини, – бормотала какой-то бред.
«Смешная» – возник в голове странный мыслеобраз. Это не полноценное слово, но некая мысль, вложенная прямо в голову.
– Давай, ешь меня уже, – шептала я, уверенная, что от страха у меня начались слуховые галлюцинации. Перед смертью я все-таки слетела с катушек!
«Я не ем тухлятину!» – прозвучало презрительное заявление. Подтверждая свои слова, тарх принял сидячее положение и спрятал зубы. Тут уж мои ноги отказались держать свою хозяйку, и я рухнула попой на кровать.
– Я сошла с ума, – со вздохом констатировала я.
«Я тоже, раз разговариваю с едой» – вздохнул голос тарха в моей голове. «Странная ты какая-то. Мясом пахнешь, а есть тебя не хочется. Нет начинки. Ты как пирожок с ничем. Даже тухлятиной отдает немного» – равнодушно фыркнул тарх, как покупатель, которому продали несвежую рыбу.
Смерть отменяется. Кажется, я буду жить. Честно говоря, еще никогда мне не делали таких уничижительных комплиментов. Тарх смотрел на меня неотрывно, и от этого жуткого черного взгляда у меня по коже бежали мурашки. Он еще сидит так неподвижно, словно статуя. Его можно было бы принять за украшение комнаты, если бы не клубящиеся Тьмой провалы вместо глаз.
– А что ты здесь делаешь? – решила спросить я, раз уж собеседник передумал мной закусывать.
«Гуляю» – отозвался тарх. «А ты?» – прозвучало очень двусмысленно.
– Живу тут, – отозвалась я.
«Тело живет здесь. А твоя душа мечется и отравляет тело» – подметил тарх. «Пойду я. Не люблю зловоние разлагающегося тела» – заявил мне тарх, и у меня от возмущения отвисла челюсть. Да он себя-то в зеркало видел?!
Но порождение Тьмы не стало слушать мои возмущения и оправдания. Встал и в один прыжок преодолел расстояние до двери. Исчез. Скрылся за дверью, будто и не было его здесь никогда. Убедившись, что тарх ушел, я осторожно понюхала себя. Никакого запаха, кроме аромата мыла, нет. Что там почуял этот тарх, что даже есть меня побрезговал? По-моему, коварство этих монстров заключается в том, что они делают больно морально. А что, если прорыв сквозь Завесу выглядит так: выходит стая тархов и начинает унижать воинов?
«Ты толстый!»
«Тебя никто не любит!»
«Тебя бросила жена!»
И работа бравых воинов состоит в том, чтобы выдержать этот поток унижений и заставить тархов уйти обратно. Нервы сдали, и я расхохоталась громким истерическим смехом. Из глаз полились слезы, а вместе с ними ушло и напряжение, которое сковывало меня все эти жуткие минуты общения с иномирной сущностью. Но ведь я в каком-то смысле тоже иномирная сущность.
