Текст книги "Мятный леденец (СИ)"
Автор книги: Алиса Кравцова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)
Чувствуя, как Макс извергается в меня, я испытала особенное удовольствие, ничем несравнимое. Мы ещё долго лежали, не находя в себе силы сдвинуться хоть на миллиметр, Максим нежно гладил меня по спине, унимая сладкую дрожь. Когда наше дыхание выровнялось, мужчина выскользнул из меня, и перевернул нас на бок.
Максим не хотел выпускать уже порядком заснувшую меня из своих рук, но следовало укрыться, иначе мы могли замёрзнуть. Тогда он дотянулся до края одеяла и накинул его на наши ноги.
Наверное, впервые мое утро началось волшебно, Максим покрывал спину поцелуями, оглаживая бедра руками. Когда он как бы невзначай скользнул рукой между бедер, задевая клитор, я блаженно простонала.
– Я конечно рад продолжить вчерашнее, но если ты хочешь переодеться перед учебой, то тебе стоит поторопиться, – произнес Максим, обдавая ухо горячим дыханием.
– Черт! – меня как ветром сдуло с кровати.
Макс лишь задорно рассмеялся, глядя на мои метания.
– Кстати, почему ты вчера так далеко пошла в ванную? Я специально тебя сюда привел, она прилегает к этой комнате, – я удивлённо посмотрела на Максима, который показывал пальцем в сторону неприметной двери.
– Наверно потому, что я не осматривала комнату…– я осеклась, встретившись с голодным взглядом.
– Знаешь, может ну ее эту учебу? – томно произнес Макс, призывно похлопывая рукой по кровати.
– Ну, уж нет, – наконец, найдя полотенце, я завернулись в него, чтобы лишний раз не провоцировать мужчину, – сходишь за моими вещами?
Макс показательно грустно вздохнул, встал с постели и направился к двери, не упустив по дороге возможность ущипнуть меня за ягодицу.
– Ай! – я хотела возмутиться, но не успела – за парнем уже закрылась дверь.
За белой дверью я обнаружила маленького размера ванную и душевую кабину. Рассудив, что в душе будет быстрее, я залезла в него, стараясь не намочить волосы.
Когда сзади ко мне прижалось тёплое тело, у меня от неожиданности выскользнула мочалка из рук.
– Знаешь, я тут подумал, что это платье идеально подходит и для учебы, – прошептал Максим, покусывая меня за ушко.
Я дернулась из его рук.
– Не трогай уши… терпеть этого не могу.
– Значит, ты не против всего остального? – довольно изрёк Максим и принялся покусывать мои плечи.
– Маааакс… перестань… ммм…
– Ч-ш-ш, все хорошо...
Очертив спину руками, пощекотав пальцами живот, он добрался до груди. Соски которой от горячих тоненьких струек и предвкушения уже были напряжены.
Когда мужчина сжал грудь, пропуская между пальцами соски, я, всхлипнув от нарастающего желания, откинула голову ему на плечи.
Максим не стал долго церемонится, опустив руку мне между ног, и почувствовав, что я достаточно влажная, довольно-таки грубо толкнул меня к стенке кабинки. Широко раздвинув мне ноги, руками надавив на плечи, он заставил меня слегка согнуть колени, тем самым заставляя меня прогнуться в пояснице.
Его резкие, решительные действия пришлись мне по душе. Внезапно Максим потянул меня за волосы, заставляя ещё больше прогнуться в пояснице, и потёрся своим возбуждённым членом о мой клитор.
– Ты хочешь этого? – прошептал он. – Я не войду в тебя, пока не услышу ответ… – шептал Максим, кусая меня за шею и водя членом по моим половым губкам.
– Аааах, да, пожалуйста, да!
Парень только этого и ждал, тут же схватив меня за ягодицы, он направил в меня член, и вошёл так резко, что я не смогла сдержать крик.
В какой-то момент я стала двигаться ему на встречу, подстраиваясь под его ритм. Мне это безумно нравилось. Я чувствовала, как его член внутри меня становится все твёрже.
– Стой… Не двигайся… – прохрипел Максим.
Понимая, что Макс готов кончить, я наоборот стала двигаться ещё быстрее, подаваясь назад, раскачиваясь под горячим телом. От переизбытка приятных ощущений я не могла сдерживать крики и стоны, Максим вновь намотав мои волос на свою руку, давил на мою поясницу, вынуждая прогнуться и принять его ещё глубже.
Мне уже было абсолютно плевать, что волосы намокнут. Что мне совершенно неудобно стоять, ноги дрожали и уже начали болеть, так же я вновь не вспомнила о его родителях, которые могли услышать мои крики.
Когда мои ноги подкосились, и я чуть не упала, Максим ловко прижал меня к себе, не переставая двигаться. Одной рукой он удерживал меня под грудью, а второй слегка сжал мою шею.
– Да Макс, ещё, о Господи, да!
Максим рыкнул, впился зубами в мое плечо, причиняя мне боль, и тут меня настиг оргазм, сильный, неистовый и крышесносный. Макс финишировал вместе со мной.
Мы сползли на тёплый пол душевой кабины и, обнявшись, тяжело дышали.
– Ты ещё не передумала ехать на учебу? – спросил Максим, покрывая мое лицо нежными поцелуями.
– Нееет, Макс, ты зараза! – ослабевшими руками я ударила парня по накачанному тугому бицепсу.
– Что ж, тогда я пойду, поищу для тебя другую одежду, – произнес он.
– О чем ты?
Но Максим уже вылез из душа и, наспех вытершись и завернувшись в полотенце, умчался из ванной.
Я лишь грустно вздохнула и вновь принялась мыться, на этот раз уделяя внимание волосам. Здесь было явно больше мыльных принадлежностей, чем у Максима, названия некоторых я даже и не знала. Другие вообще были на иностранном языке, единственное, в чём я смогла разобраться, – где шампунь, а где бальзам. Как истинная девушка я перенюхала каждую ёмкость и, выбрав понравившийся, принялась намыливать голову.
Максим вернулся со стопкой одежды в руках, когда я уже вылезла из душа и пыталась аккуратно вытирать волосы, чтобы не повредить их. Я где-то прочитала, что нельзя тереть волосы, только промакивать.
– Держи, тут джинсы, майка, курточка и вот ещё шарфик или как он там называется, – положив вещи на столешницу возле умывальника, Макс облокотился на стену и стал смотреть за моими сборами.
– Шейный платок, – решила я просветить парня, – зачем он?
– Эм… извини… ты просто так сильно реагировала… в общем, сама посмотри, – Максим шагнул ко мне и развернул меня лицом к зеркалу, приподняв волосы, чтобы я лучше видела масштаб проблемы.
– Твою мать… – пораженно прошептала я.
Всю шею украшали засосы и четкие контуры следов от зубов. Проще было указать на свободные от синяков места, чем описать количество засосов. Опустив взгляд ниже, я увидела, что под ключицами, и вся грудная клетка была усеяна красными отметинами, даже на животе я нашла несколько пятен.
– Прости, – покаянно прошептал мужчина, – не буду говорить, что я этого не хотел… в общем, я увлекся.
Я пораженно выдохнула и молча стала одеваться. Максим смотрел на меня, будто был готов к тому, что я сейчас взорвусь и буду обвинять его во всех смертных грехах.
Я же наоборот чувствовала себя самой довольной девушкой в мире, мне нравилось видеть следы его поцелуев на своём теле, более того, когда они сойдут, я попрошу его поставить мне новые.
В следующий раз… а будет ли он? Отогнав от себя дурные мысли я повернулась к Максу и, подойдя к нему, запечатлела на его губах короткий поцелуй.
– А ты сам одеться не хочешь?
Максим легонько щёлкнул меня по носу и вышел из ванной комнаты, я же пыталась повязать шейный платок, с которым ранее не имела вообще никаких дел. Наконец успешно справившись с этим, я посмотрела на своё отражение. Светло-синие джинсы, белая майка-туника а-ля алкоголичка, прикрывающая мою филейную часть, черная, кожаная косуха, и гвоздь программы – оранжево-синий в ромбики шарф. Если это выбирал Макс, то у него определенно есть вкус. Вещи были мне в пору, разве что вырез на майке намекал, что было бы неплохо иметь грудь побольше, или это просто мое предвзятое мнение. Декольте все равно пришлось замазывать тональным кремом, вырез ну никак не скрывал последствия вчерашней ночи. Тональник, конечно, не скрыл до конца все следы, но хотя бы издалека уже нельзя было определить, что я куролесила всю ночь. А с близкого расстояния…. А вот нефиг смотреть на мою грудь! У меня глаза выше, как любила говорить Катя.
Расчесав волосы расческой, найденной у себя в сумочке, я попросту стянула мокрые волосы в гульку на затылке. Досохнет на учебе, а там распущу их, дополнительно отвлекая внимание от выреза.
Я посмотрела на своё отражение, и, глядя на девушку с блестящими глазами, задалась вопросом: Что я, черт возьми, делаю? Сейчас списать все на наркотик я не могла. Вот никак. Мне даже показалось, что я чувствовала себя более возбуждённой, чем тогда. Что же получается, это Максим так на меня влияет? Надо отдать ему должное, заниматься сексом он умел. К счастью, Ярослав не был моим первым мужчиной, и я знала, что такое оргазм. Но такой животной страсти и тем более морального удовольствия я в жизни не испытывала.
Ну и что дальше? Позволить себе влюбиться в этого парня, а через неделю лицезреть его с новой девушкой? Я так не смогу. Я не такая уж и сильная. Нужно поговорить с ним и расставить все точки над «i». Второй раз мое искалеченное сердце не выдержит тяжёлого любовного фиаско.
– Ты готова? – спросил Максим, заглядывая в ванную? – Чудесно выглядишь, идём.
Мы вышли из комнаты и направились по коридору к лестнице, которая должна была привезти нас к выходу из дома.
– Максим, а твои родители... – не договоривши, я замялась, мне будет очень стыдно, если вчера о наших действиях знал весь дом, да и сегодня….
– Они обычно после шести утра уезжают… – правильно меня понял парень, – не волнуйся.
Действительно, чего я волнуюсь, тут, наверное, уже все привыкли к ахам и вздохами.
До учебы мы ехали молча, точнее Максим разговаривал по телефону, а я готовилась отхватить люлей. Ни халата, ни чепчика, ни тетрадей у меня с собой не было. Надо попросить у девчонок из общежития, у них по любому есть запасные.
День оказался суматошный, сначала мне пришлось побегать в поисках халата, а потом отдуваться за невыученный материал. Сегодня нас разделили на две группы, и занятия мы посещали по очереди, иначе преподаватели не могли за всеми нами уследить.
В кармане зазвонил телефон, достав его, увидела на фотографии Катю.
– Двигай в курилку, мы уже все взяли.
Сменив курс направления, я чуть-ли не побежала к девочкам. Спасительницы мои, мне не придется торчать в очереди битый час, а потом пытаться съесть все за три минуты до звонка.
Сегодня лавочка была занята, так что я не сразу рассмотрела подруг среди кишащих учеников в белых халатах. Девочки стояли возле стен общежития и ели пиццу. Завидя меня, Катя сразу полезла в сумку, чтобы достать мне свою добычу. Приняв из рук подруги горячую пиццу, я довольно мурлыкнула и с удовольствием вонзила в нее свои зубы.
– Почему ты не сказала, что вы с Максом встречаетесь? – немного обиженно спросила Катя, прикуривая сигарету.
Чуть не подавившись последним кусочком пищи богов, я непонимающе и осуждающе посмотрела на подругу.
– Что ты несёшь…
– Ой, да ладно тебе, хватит ломаться, мы уже все знаем, – заявила довольная Катя.
– Кать, кажется, она действительно не понимает, о чем ты… – проговорила Аня, глядя на мое ошарашенное лицо.
– Но, как же…, – растерялась Катька. – Максим мне сегодня отказал... – видя крайнюю степень офигевания на моем лице, подруга поспешила добавить, – я хотела пригласить его в кафе, все-таки он мне с первого курса ещё нравился… а он сказал, что уже обзавелся любимой девушкой…
Катя ещё что-то говорила, но я уже не слушала ее. В голове набатом стучало – «обзавелся любимой девушкой…». Любимой, мать вашу, девушкой! И когда только успел?
Ну вот, а собственно на что ты надеялась Лиза? Самое обидное, что я только сейчас поняла, что действительно влюбилась в него за этот короткий срок. Может я его плохо знаю, да и связывал нас, по сути, голый секс, но израненное сердце искало защиты, угол, широкую спину, за которой можно спрятаться и позабыть о своих проблемах. И в поисках своего, тёплого и родного человека оно опять напоролось на глухую стену, покрытую тысячами ветвями с острыми шипами, и сейчас вновь отравленное сердце по крупицам выстраивало вокруг себя нерушимую стену.
– Лиз? Лиза! Хорош в облаках витать, у тебя телефон уже второй раз звонит!
Я с удивлением подняла глаза на подругу и тут же вскрикнула от боли. Прикуренная сигарета полностью истлела и, добравшись до пальцев, обдала жаром. Выкинув окурок, я достала телефон. Олег.
– Привет, извини, что вчера так получилось… ты ведь знаешь свою мать, если ей что-то взбредёт в голову, то считай все – попали.
– Ха-ха, дааа, в этом она вся…
– Ты закончила на сегодня?
– Нет, ещё одна пара.
– Что-то серьезное? Сможешь отпроситься?
– Я… да.
– Давай тогда, я жду тебя возле административного корпуса.
Объяснившись с девочками, я позвонила куратору и, обрисовав ситуацию, попросила ее связаться с преподом по гистологии.
Кажется, время разговора пришло. Не представляя, как я буду разговаривать с отчимом, я пошла к административному корпусу, ещё издали, заметив лэнд ровер Олега. Тот, посигналив, подъехал поближе, лишая меня пары минут времени, не давая мне собраться с мыслями. Когда я подходила к дверце автомобиля, колени дрожали, захотелось плакать, как будто я нашкодившая, сопливая девчонка, которая разбила любимую мамину вазу, которая знает, что сейчас ее будут ругать.
Спасибо, что не начал говорить по дороге, интересуясь лишь, где и как я вчера провела время, как началась учеба и куда подевалось платье. Кхм, как бы это не то, о чем можно говорить с мужчиной, так что пришлось в спехе придумывать историю о пролитом вине и не успевшем высохнуть платье.
Дома мы оказались в считанные минуты, так как, невзирая на обеденное время, пробок по городу почти не было. В квартире работал телевизор, транслируя какой-то российский сериал. Быстро избавившись от туфель, я направилась в сторону шума. Инстинктивно пытаясь найти какой-либо отвлекающий фактор, чтобы не смотреть Олегу в глаза и не зацикливаться на вопросах, а главное на своих ответах.
Олег уселся в кресло, и, потерев лицо двумя руками, словно умываясь, проговорил:
– Лиза, я все понимаю, и спрашивать тут особо не о чем. Просто скажи, почему?
Я молчала, не зная, что сказать.
– Почему ты нам ничего не сказала, Лиза?! Почему ты позволила чужим тебе людям решать эту проблему?!
Я стояла и молча плакала, опустив голову. Будто это я виновата, что это вообще произошло, почему я вообще должна была об этом кому-то говорить? Срывать горло каждый раз, когда плачу, бередить душу ненужными воспоминаниями, которые преследуют меня в ночных кошмарах. Сколько раз я задавалась вопросом «почему?». И ревела в подушку, жалея себя каждой клеточкой своего сознания и искалеченного тела. И, проревев так несколько дней подряд, мне стало противно, я ненавидела себя за такое состояние, за жалость, красные глаза и искусанные до крови руки, когда я пыталась заглушить особенно сильные рыдания. Тогда я жалела, что познакомилась с Ярославом, жалела, что не распознала под лживой улыбкой хищника. Ненавидела себя за то, что влюбилась и доверилась. Ненавидела себя так, что в один из таких дней пришла апатия, а я обнаружила себя в ванной с лезвием в руке. О нет, я не резала вены, я резала плечи, короткая жалящая боль отрезвляла, так же, как и вид крови.
– Внимание, срочные новости. Сегодня погиб Ярослав Архипов, известный сын олигарха Марины Аркадьевны Архиповой, владелицы торгового центра «Юг». В 12 часов дня Ярослав Сергеевич ехал в аэропорт со своей девушкой, когда черный седан марки «БМВ» пятой модели, вырвался на встречную полосу и протаранил машину Архипова. Ярослав, желая избежать столкновения, вывернул руль и улетел в кювет. Водитель седана скрылся с места преступления, сейчас ведутся его поиски. Предполагается, что это было умышленно. На видео с камеры видно, что водитель седана не терял управления, а осознанно пошел на таран….
Я стояла как громом поражённая… это… это же…
– Теперь я могу не отвечать на вопрос?
Не дожидаясь ответа, я рванула в свою комнату и закрыла дверь на замок.
Я упала лицом на подушку и дала волю слезам, только это были уже другие слезы, они не причиняли боли, не выжигали душу и не заставляли болезненно сжиматься сердце. То были слезы облегчения. Господи, прости меня, но я была рада, сейчас я испытала удовлетворение. Мне стало понятно выражение – месть сладка. Я чувствовала как рушатся все возведённые мною стены, я плакала и чувствовала как из меня выходит боль, выплёскиваются страдания, обида и злость. Я плакала и ощущала, как возвращаюсь к жизни. Уже засыпая, я была уверенна, что с завтрашнего дня больше не будет фальшивых улыбок и не придется делать вид, что все хорошо.
Мне снился дивный сон, о моем детстве, о тогда ещё живом папе, он обнимал меня и шептал, гладя меня по голове, что гордится мной. Я скучала по папе. Осознавая, что это всего лишь сон, я все равно пыталась как можно дольше задержаться в объятьях отца, поэтому, когда зазвонил телефон, заставляя меня проснуться, я была раздражена.
– Да?!
– Лиза? Я не вовремя?
– Макс? – удивилась я.
– Да… Мне пришлось взять номер у твоей подруги. Ты так стремительно ушла с пар, что-то произошло?
– Нет, просто родители забрали меня пораньше…
Зачем он мне звонит? Раздобыл мой номер, ему опять нужна помощь? Меня охватила злость, которая исчезла, стоило мне услышать:
– Ты дома? Я стою около твоего подъезда…
…я промолчала думая, что мне послышалось и парень исправится, но тот молчал.
– Что ты здесь делаешь? – спросила я, подходя к окну, желая убедиться в его словах.
Парня я не увидела, видимо он был скрыт козырьком подъезда, а вот его автомобиль сиротливо стоял возле обочины.
– Я хотел предложить прогуляться…
Снова повисла тишина. Максим давал мне время для размышлений, а я никак не могла понять, зачем он здесь. Так ладно, нужно заканчивать с этим.
– Подожди, я оденусь и выйду.
Я встала и подошла к шкафу-купе. Зеркало, играющее роль двери, отразило сонную, немного растрепанную девушку. Так и уснула в куртке и джинсах… Решительно сняла с себя вещи, почему-то после того, как я в них уснула, казалось, что они стали грязными… это как с руками, когда приходишь с улицы.
Я стояла у раскрытого шкафа и не знала, что надеть. Хорошо быть мужчиной, носишь одно и то же и не паришься.
Телефон показывал, что на улице всего лишь четырнадцать градусов, прохладно. Выбрала свой любимый белый джемпер из лёгкой, но теплой шерсти. Под него надела белые брюки. Хоть бы дождь не пошел, а то эти брюки у меня везучие прям.
На голове царил хаос, утренняя гулька превратилась в бесформенное нечто, свисающее у затылка и причиняющее боль, оттягивая волосы. Расчесав их, я вышла из комнаты и направилась в коридор. В квартире царила тишина, что ж это к лучшему, не хотелось сейчас никого видеть.
Максим обнаружился прямо у подъездной двери.
– Прокатимся?
– Куда? Хотя мне все равно…
Сев в машину, я уже по привычке пристегнула ремень. В понедельник на учебу поеду на автобусе, а то я так быстро привыкну разъезжать в удобных автомобилях.
–Ты уже знаешь…
– Да.
Макс не стал спрашивать или как-либо комментировать произошедшее, и на том спасибо.
Уехали мы недалеко, за пару кварталов от нас находился парк, именно возле него, найдя свободное парковочное место, парень и остановился.
Не дожидаясь, когда Макс обойдет машину, дабы помочь мне выйти, я выпрыгнула из неё, чересчур громко хлопнув дверью. Виновато посмотрев на Макса, я первая двинулась по аллее.
Осень вступала в свои права, оранжевые и красные листья украшали деревья и траву, превращая обычный парк в поистине прекрасное место, словно произведение искусства.
– Мне кажется или ты не совсем рада моей компании? – нарушил тишину Максим.
– С чего ты взял?
– Вижу. Я вчера сделал что-то не так? – спросил парень, возникая передо мной, он вглядывался в мое лицо, желая прочитать ответ.
– Нет… да какая разница, разве это важно? – я попыталась обойти его и продолжить движение, но Максим не позволил, он схватил меня за руку и попытался притянуть меня к себе.
– Отпусти! Девушку свою будешь так обнимать! – воскликнула я вырываясь.
Отвернувшись, я подошла к ближайшему дереву и стала срывать с него листья, желая взять верх над своими эмоциями.
– Говори, что ты там хотел, и я пойду домой.
– Какую еще девушку? – произнес Максим, стоя прямо за моей спиной.
Я хотела обойти дерево, чтобы оказаться подальше от него, но он сжал меня в объятьях, дернувшись пару раз в попытке освободиться, я плюнула на это.
– Твою.
– Так, что-то я не понимаю…ты ведь моя девушка…
– В смысле? – спросила я удивленно, разворачиваясь в кольце его рук. – Когда это я успела ей стать?!
– Вчера…
– Что-то я не помню, что бы ты мне предлагал, – зло сощурив глаза, я стояла и ждала ответа.
Вот воистину, бабы – дуры. Только что ведь было обидно до боли, что он выбрал не меня, а сейчас злюсь, что не спросили моего разрешения. Мда.
– Я ведь говорил вчера...
Упершись лбом в его плечо, я задумалась. А ведь и правда, он говорил о чем-то важном вчера… Но все равно, что-то я не помню чтобы он хоть раз заикнулся об отношениях.
– Зайка, не пыхти, все было предрешено уже очень давно, – усмехнулся парень.
– О чем ты?
Максим отстранился, доставая из кармана джинсов упаковку мятных леденцов.
– Ты ведь не помнишь про них?
Отрицательно замотав головой, я вновь уткнулась в его плечо, боясь поверить в саму эту ситуацию. А вдруг я все еще сплю, и мне снится сон?
– Это ведь ты мне их дала, тогда в парке, помнишь? Три года назад, я сбежал из дома и сидел в парке, раздумывая, куда мне пойти. Шел дождь, но я был так зол на родителей, что не замечал его. Выкуривая наверно шестую по счету сигарету, мой взгляд уткнулся в твои белые туфельки. Когда я поднял голову, то увидел тебя. Ты протянула мне их со словами:
– Девушкам не нравится, когда от парня разит сигаретами, целоваться неприятно, знаешь ли.
– Ты тогда сделала мой день. Ты не побоялась подойти к промокшему парню, не подумала, что это мог оказаться насильник или маньяк, не спрашивала о причине, почему я тут сижу, и просто своеобразно меня подбодрила.
Я помнила тот день, и часто его вспоминала, эта одинокая фигура напоминала меня саму. На тот момент у меня было все, и не было ничего. Я потеряла отца и была разбита и подавлена, мне не хотелось жить. Увидев парня на лавочке, мне захотелось сделать ему приятное. «Пусть хоть кто-то не будет грустить», подумала я тогда.
– Тогда я бросил курить. Представляешь мое удивление, когда я увидел тебя в медицинском? Я был счастлив, решив, что судьба дала мне отличный шанс. Но так и не смог подойти к тебе, что бы я сказал, да и ты меня не узнавала...
– У тебя тогда волосы были длиннее, – прошептала я. – Где же ты был раньше, почему не решился? Может тогда мне не пришлось бы проходить через…
Макс с силой сжал меня в своих объятьях. Стало холодно. И только сейчас я заметила, что он стоит в одной футболке.
– Тебе не холодно?
– Согреешь? – спросил он, проникновенно заглядывая в мои глаза.
Я первая потянулась за поцелуем, вкладывая в него весь ураган испытываемых мной чувств. Максим отвечал с несвойственной ему нежностью, которой я ранее никогда не замечала за ним.
В крепких объятьях, которые готовы были защитить меня от всего мира, было тепло, кто еще кого согреет. Я, наконец-то, чувствовала себя счастливой. Мне никогда не было так хорошо и уютно, просто обнимая кого-то, и совсем неважно, что этот кто-то сейчас самозабвенно меня целует.
– Я люблю тебя, зайка, – прошептал Максим, отрываясь от моих губ, большими пальцами вытирая дорожки слез, – и всегда буду рядом.
Большего мне и не надо.
