Текст книги "Одержимость Ростовщика 2 (СИ)"
Автор книги: Алина Вульф
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)
22
Утром следующего дня, мы с Кэйт едва успели на первую пару. Наговорившись до поздней ночи, легли почти в четвертый час ночи, а точнее утра. И как итог проснулись поздно, не услышав звона будильника. От опоздания в третий день и долгих замечаний преподавателя нас спасло лишь то, что университет находился рядом. Мы даже раньше звонка добежали.
– Мне всё больше и больше нравится твоя новая квартира, – переводя дыхание, с трудом выдала подруга. – Если всё же надумаешь и начнёшь сдавать комнату, знай, что кандидаты в жильцы у тебя уже есть.
Слегка взлохмаченная и уставшая после безумного бега, она выглядела не очень. Зато улыбка растянута до ушей, а в глазах беснуются знакомые чертяги.
– Ты же знаешь, я не приму от тебя денег, – с такой же улыбкой ответила ей. – Если хочешь, заселяйся просто так и живи сколько понадобится. Хоть до конца года.
Впервые за долгое время я могла так открыто улыбаться, чувствуя себя совершенно спокойной. Лёгкость и свобода будто окрыляли меня. Вот бы так было всегда.
– Снова за своё? А я то надеялась, что Рагнар хоть немного привил в тебе коммерческую жилку. Эх… Расхвалила я твоего старика.
Лёгкость и спокойствие немного сошли на нет при упоминание о бывшем... Хозяине? Палаче? Женихе?
Забавно… я до сих пор не знала, кем он мне приходился. Зато глупая тоска о нём навещала каждый раз, когда вспоминала. Глупая, потому что её вообще не должно было быть. Ведь разве можно тосковать по тому, кто купил тебя?
Однако в противовес всякой логике я скучала. Слишком часто за последние несколько часов. Вспоминала… но предпочитала считать, что это тоже дело стокгольмского синдрома и скоро всё пройдёт. Со временем мне станет легче. Или может просто я слишком привыкла к Рагнару, поэтому мне просто сложно отойти от всего и снова быть одной?
В общем возможных причин было достаточно, поэтому старалась особо не зацикливаться и учиться жить дальше.
– А что… такой я тебе не нравлюсь? – отшутилась я, наигранно обидевшись.
– Перестань, – рассмеялась она, слегка толкнув в плечо.
Тон голоса Кэйт плохо контролировала, поэтому иногда выходила так, что сама того не замечая она начинала кричать. Сейчас произошло также, чем она привлекая всеобщей внимание. Но тут же исправилась и перешла на шёпот.
– Ты же знаешь, что мне, как сестра. Я люблю тебя и поэтому беспокоюсь.
– Тебе не о чем беспокоиться… – пыталась успокоить её, но подруга уже вошла в раж.
– Нет, есть. Ты со своей добротой и наивностью никаких денег не заработаешь, а они тебе сейчас нужны больше всего, так как от старика своего ушла и к родителям возвращаться не собираешься. По крайне мере, я на это надеюсь.
– Он не старик.
– Не это важно. Важно то, что тебе пора стать жёсче. Иначе впустишь к себе всех желающих, а их будет немало, когда узнают, где ты теперь живёшь, ещё и тебе места не останется. А они только будут рады этим воспользоваться.
– Ты преувеличиваешь.
– Я очень даже преуменьшаю.
Прозвенел звонок, оповещая, что лекция началась. Студенты потихоньку начали рассаживаться каждый по своим местам, продолжая между собой громко говорить о своём.
Так прошло десять минут, но препода ещё не было, что странно. В нашем универе строго следили за порядками и преподаватели никогда не задерживались. Обычно это делали только студенты.
И спустя только ещё пять минут дверь наконец открылась, но вот вошедшим был не тот, кого мы ожидали увидеть.
Девочки сперва удивились, а после резко оживились, увидев пришедшего. Естественно, ведь вместо пожилого старичка с залысеной на лбу вошёл Двуликий и как ни в чём не бывало сел на преподавательский стол. Даже не «за него», а именно «на него».
– А где Бенджамин Уильямс? – спросила одна из девочек, которая никак не выглядела расстроенной отсутствием прежнего преподавателя.
Дерзкий. Самодовольный. Самоуверенный. Он вёл себя, как хозяин всего. Хотя для вернувшегося второго короля университета это наверно нормально.
А ещё… было что-то странное в нём сегодня… Не похожее на того парня, которого я видела в первый день.
Позавчера Ким был другим. Более сдержанным. Отстраненным. Безразличным. И взгляд казался холодным. Будто и не человек вовсе перед тобой, а кусок льда.
А сейчас он развязно улыбался, забравшись ногами на преподавательский стол. Подкурил сигарету, совершенно наплевав на правила. И глаза… вроде те же, но… в них читалось безумие. Жуткое. Пугающее. По настоящему сумасшедшее. Он не выглядел, как адекватный человек.
– Ваш препод укатил в незапланированный отпуск, – наклонив голову набок, прикурил сигарету и выпустив дым, начал бегать глазами по присутствующим, пока не остановился на нашем. – И на время его отсутствия, предмет у вас буду проводить я.
Как и тогда, на меня Двуликий не обращал никакого внимания. Его больше волновала Кэйт, которая тоже неотрывно смотрела на него, вдруг резко утихнув, что совсем не похоже на неё. И кажется даже была немного насторожена.
– С каких пор студенты ведут пары? – шёпотом спросила у неё, не обрадовавшись такому вниманию Кима к моей подруге.
– Самой интересно стало, – ответила не поворачиваясь.
– Открывайте учебники… – начал Ким и начал вести пару.
На удивление он хорошо объяснял тему, правда слушали его немногие. Девушки и вовсе просто глазели всю пару, пуская слюни. Однако Ким не обращал на них внимания. Слишком был поглощен разглядыванием Кэйт, чем уже бесил меня.
– Как они могли поручить Двуликому это? Он же сам пропустил четыре курса, пока сидел.
– Это не Ким, – недовольно выдала Кэйт.
Видимо интерес парня и ей не нравился, но я об этом не задумалась. Меня привели в шок её слова о том, что перед нами сейчас не Ким.
– Как это? А кто тогда?
Я ещё раз посмотрела на парня. Лицо ведь тоже.
– Хотела тебе сказать вчера ещё, но совсем забыла. У Двуликого оказывается есть брат-близнец. Джек. Это он.
Вся оставшаяся пара прошла в напряжённой тишине. Я, потому что ещё не могла прийти в себя, а Кэйт… это лишь предположение, но возможно ей не давало расслабиться чересчур пристальное внимание Джека.
Ещё никогда прежде мы не ждали так звонка на перерыв, а когда он прозвенел обе выдохнули так, словно сидели на зажженной пороховой почке, но она так и не взорвалась.
Откуда нам было знать, что взрыв произойдет после.
Девушки сразу окружили преподавательский стол, чтобы задать вопросы по теме. Забавно… никогда не замечала за ними такой страсти к учёбе. Наверно просто не было правильного препода. Может посоветовать ректору везде поставить таких, как Джек? Тогда и пропусков не будет. Со стороны женской аудитории точно.
– Мисс Уистлер, останьтесь, – отклик Двуликого, то есть Джека, поймал нас уже у выхода. – У меня к вам вопросы.
Парень на нас не смотрел. Был занят объяснением темы невысокой брюнетке, которую больше волновал временный преподаватель. А вот остальные студентки повернулись в нашу сторону и с лютой ненавистью уставились на Кэйт, что было очень и очень плохим знаком. Не хватало, чтобы ещё фан клуб брата Двуликого устроил тут чёрную моей подруге.
– На сегодня всё. Свободны, – безразлично бросил Джек, зажигая сигарету и отворачиваясь от девушек. Наверно это была уже пятая или шестая по счёту сигарета.
Рагнар тоже слишком много курил, хотя я пыталась отучить его, и у меня даже получалось. По крайне мере, в последнее время одной пачки ему хватало на два дня, а не на один, как было прежде. Интересно… сейчас он вернулся к старой привычке? Надеюсь что нет.
– Но как же… – непонимающе засопели девушки, недовольные и просто не желающие уходить так скоро.
– Я сказал свалить вам нахер, – ледяной тон пробил насквозь, но подействовал эффективней.
Через минуту в аудитории остались мы трое.
На самом деле мы с Кэйт тоже бы ушли отсюда с большим энтузиазмом, но парень схватил её за руку и притянул к себе, когда собирались слиться с толпой.
– Руки убрал от неё, – перехватила барахиающуся подругу за другую руку и попыталась перетянуть к себе, однако хватка его была железобетонной.
– Ты офигел? Убери, пока не выдернула их тебе и не засунула в одно место, – Кэйт была более красноречива.
– С годами ты стала языкастей, прилипала… – громко шептал ей на ухо Джек, а я не совсем поняла…
Как это с годами?.. Они знают друг друга? Нет. Быть того не может. Мы с Кэйт с детства были вместе. Если бы она раньше встречалась с ним, то я бы заметила это. Или она мне рассказала бы.
– Кэйт… – хотела спросить у неё, что значат его слова, но судя по её широко раскрытым глазам, она была удивлена не меньше моего.
– Ты?.. – воскликнула она, резко развернувшись в его руках. – Это не мог быть ты. Это же Ким…
– Временами он, временами я.
Создавалось впечатление, что они говорили на своём, непонятном мне языке.
– Кэйт?..
– Подожди меня в коридоре, пожалуйста, – тихо попросила меня она.
– Я не оставлю тебя одну с ним, – даже не думала бросать её.
– Всё хорошо. Оставь нас.
Слыша её голос, сложно было поверить, что дела у неё правда идут хорошо. Да, и ситуация далека от спокойной, но намёк был ясен. Разговор не для лишних ушей.
– Как скажешь. А ты… – согласилась и ткнув пальцем в Джека, грозно добавила услышанную Рагнаром фразу. – Только попробуй навредить ей и до конца жизни по больницам будешь бегать.
С моих уст это звучало, конечно, не так устрашающе,чем от двухметрового медведя. Ничего кроме смешка я не вызвала.
– Жду снаружи, Кэйт. Если что, кричи.
23
– Не расскажешь, что у вас там происходило? – спросила подругу во время обеденного перерыва.
Я прождала Кэйт за дверью минут десять, мучаясь в тревогах и подавляя в себе желание вернуться обратно и вытащить подругу из лап этого парня, но тут вспоминается взгляд подруги, когда она просила меня уйти и приходится остановится. Было видно, что ей самой требовался этот разговор. Хотя о чём эти двое могут говорить, не имела ни малейшего понятия. Однако в том, что раньше они были знакомы, я больше не сомневалась…
Только почему мне об этом прежде не было известно?.. Почему Кэйт ничего раньше не рассказывала?.. Не доверяла? Или просто не хотела говорить? И какие отношения их связывали прежде? Встречались? Вряд-ли… Если бы встречались, то Кэйт бы точно знала о существовании Джека раньше.
Тогда что?..
Остальное я не успела додумать, так как Кэйт вышла из аудитории, и судя по её лицу разговор был непростым.
Обескураженная. Удивленная. Потерянная. Она была не похожа на саму себя. И вела себя так на протяжении остальных пар, пока не настал обеденный перерыв.
Я не трогала ее всё это время. Видела, подруге требовалось побыть наедине с самой собой и что-то переварить. Она не слушала лекций, находясь постоянно в пространстве, поэтому я выписывала все конспекты, чтобы после Кэйт переписала и хоть как-то понимала, о чем говорилось сегодня.
– Когда мне было двенадцать, я познакомилась с одним мальчиком, старше меня на четыре года, – с волнением смотря в свою тарелку, неожиданно начала Кэйт. – Он спас меня от хулиганов, когда возвращалась с занятий…
– Постой, – прервала её, на немного непонятном для меня месте. – Мы ведь всегда возвращались домой вместе. Со всех занятий. И со школы, и с дополнительных.
– Ты болела сильно. Лихорадила неделю и из дома не выходила.
Да, точно. Помню. Меня Лола окатила ледяной водой тогда, чтобы я не поехала с ними на рождественские каникулы в Барселону. У меня и так был небольшой грипп. Ничего серьёзного. Зимой для меня это частое явление и он быстро проходил, но после её выходки начала лихорадить. В итоге меня оставили одну, болеть дома, а родители с Лолой укатили отдыхать. Лечила меня наша соседка, и Кэйт приходила каждый день после школы проведать.
– Тогда парень показался мне настоящим героем, – между тем продолжила подруга. – Взрослым. Крутым. Я была восхищена им и благодарна. Только его мои слова благодарности не интересовали, а меня не интересовали его интересы. Я хотела как-то ответить за помощь. И начала в общем за ним ходить. Доставала. Сейчас то понимаю, что глупо это было. Шла за незнакомым парнем. Навязывалась. Хотя он особо и не рыпался. Фыркал и говорил отвалить, но как-то неискренне.
– Тебе всегда кажется неискренним то, что тебе не выгодно.
– Так веселей жить, – беззаботно отвечает в своей излюбленной форме Кэйт, и на её губах вновь озаряется улыбка, а в голубых глазах плескаются знакомые искорки озорства. – Мы гуляли вместе время от времени. То по парку, то в кафе, то в кино. Точнее я заставляла его туда себя отвести и за все платить.
Тут уже я рассмеялась, представив сколько пришлось пережить бедному парню, у которого не было иного выбора, кроме как потакать моей подруге и исполнять прихоти. Потомучто, если она что-то решила, то не перед чем не остановится, пока не сделает этого.
– Так продлилось около трёх лет, а потом… – запнулась и улыбка сразу погасла, а голова опустилась, словно подруга была в чем-то виновата. – Потом его посадили. За убийство.
Убрав вилку в сторону, я перестала есть. Хотя аппетит был жуткий, но в горло кусок не лез. Догадка возникла сразу.
– Тем парнем был…
– Двуликий, – подтвердила мои домыслы. – По крайней мере, я так думала всё это время, а сейчас… Сейчас сама не знаю. Ким это был, или Джек… а может оба вместе.
– Это как?
– Прилипала, – сказала она так словно будто мне это должно было что-то объяснить, но я если честно мало что понимала. – Меня так Двуликий называл. За то, что шла за ним по пятам.
Забавно… тогда как же об этом прозвище узнал Джек? Он ведь так же назвал её совсем недавно.
– Может Ким просто Джеку рассказывал о тебе? – предположила самый логичный вариант. – Они ведь братья.
– По слухам эти двое ненавидят друг друга. Настолько, что даже не пересекаются вместе. И если один собирается в университет, то второй пропускает, лишь бы не находится одном помещении с братом.
– По моему это уже глупости какие-то.
– Может и глупости, но Двуликого не видели два дня. Ни на улицах, ни дома, ни где либо ещё. Он словно исчез, – мелкая дрожь пробежала по телу. Теперь мне самой стало немного жутко.
Что же происходит?
– Ааа.. это они…
– Быть того не может.
– Правда они.
– Быстро. Как я выгляжу?
– Дай помаду.
Женские вскрики резко пронеслись по всей столовой, когда Джек с Психом вместе вошли в помещение, наполнили свои тарелки и сели у окна. Их стол тут же окружили девушки. Они заняли все свободные места и тратя попусту время начали свои обычные игры. Флиртовали, игриво стреляли глазами, облизывали губы, выпячивали грудь, демонстрируя глубокое декольте.
Тем, кому не осталось свободных мест, пришлось стоять, но девушки не растерялись и воспользовались этим. Присаживались на стол, кокетливо забрасывая ногу на ногу, крутились вокруг в коротких юбках или обтягивающих брюках. Некоторые и вовсе пытались пересесть им на колени.
Но если Джек оставался безразличен ко всему этому (чем немного заслужил моё уважение), то Псих не собирался отказывать себе в… сладком. Усадил к себе на колени Рейси – мою одногруппницу и без всякого стеснения лапал её, пока с другой стороны его обхаживала вторая. Было видно, как она гладила под столом его колено, медленно поднимаясь к паху. Третья, незнакомая мне девушка тоже пыталась пристроиться к ним.
– Не университет, а бордель какой-то, – озвучила мои мысли Кэйт.
В этот момент Джек посмотрел в нашу сторону и пугающе оскалился в безумной улыбке. Хотя я сомневалась, что он услышал то, что сказала моя подруга. Мы сидели на достаточном расстоянии от них. И говорила она негромко. Однако после этого его поведение резко переменилось.
Неотрывно смотря на Кэйт, он откинулся на стул и позволил девушкам… касаться себя. Чему те были только рады. До этого они только с завистью смотрели на тех, кто окружал Психа. И получив зелёный свет, воспользовались им по полной… Насколько это позволяли приличия. Тёрлись об него, нашёптывали что-то на ухо, лапая себя за грудь и облизывая пальцы.
Что я там говорила? Ему удалось заполучить моё уважение? Забудьте. Такой же бабник, как и его брат.
Джека пытались даже увести, но он продолжал оставаться на месте. Впрочем, как и Псих. Только если Джек наблюдал за Кэйт, то Псих наблюдал за ними двумя. Что вновь наводило на подозрения. Только на какие, следовало ещё понять.
Хотя… может не ввязываться в это? Меня ведь это не касалось. Если у них там какие-то семейные проблемы, то это сугубо их личное дело. Мне бы со своей жизнью справится.
– Выпендрёжник, – раздражённо выплюнула Кэйт, отвернувшись от них. – Закончила есть? Идём.
Окинув шумный стол последним взглядом, я пошла за ней. Кажется кое-кому удалось таки произвести на мою подругу впечатление. Только зачем? Если она ему нравится, то Джек выбрал неправильные методы завоевания. Впрочем для меня они были только на руку. Уж кого-кого, а этого парня мне никак не хотелось видеть рядом со своей подругой. Ни его, ни его брата, ни Психа.
Вульгарное поведение за одним из столов мало кого волновало. К подобному здесь были привыкшие, так как деньги родителей позволяли многое. Лёгкая, беспечная жизнь, полная пороков и соблазнов. И не все могли им противостоять.
Что же студентов удивляло больше всего, так это приход королей в столовую. Точней одного из королей, и брата второго.
А всё дело в том, что местные, самопровозглашенные короли не обедали в столовых. Во время перерыва они предпочитали развлекаться в других местах. По крайне мере, Психа за весь прошлый год и ни разу не видела здесь, поэтому сегодняшний его приход и для меня стал неожиданностью.
– Странно, – заговорила я, когда мы вышли из столовой. – Если Двуликий так ненавидит брата, то почему Псих с ним водится?
– Он и вчера за ним постоянно ходил, – всё ещё распаляясь в эмоциях, ответила Кэйт. Видимо парню удалось её задеть. – Джек даже сбежать пытался, не вышло.
– Слишком странно это.
– Странно… – согласилась она. – И непонятно. Но скоро я всё узнаю.
– Постой, – застыла на месте. – Ты собираешься и дальше общаться с ним?
– Если ты про Кима, то да.
– Но он же убийца. Еще и сумасшедший. Ты не можешь общаться с ним. А если он что-то сделает с тобой.
Может не будешь лезть к нему?
Тут я ни на шутку испугалась за подругу. Я не была лично знакома с Кимом, и уж точно не знакома с его братом, но знала наверняка что ничего хорошего они не принесут. А рисковать подругой не хотелось.
– Он не убийца, – выдала она мягко, но твердо, глядя мне в глаза. Ни капли не сомневаясь в собственных словах. – И не сумасшедший. Я знаю его больше, чем ты. Да, он конечно странный. Мрачный. Замкнутый. Своевольный. Местами бывает жесток. Немного чокнутый…
– Ты сейчас пытаешься успокоить меня, или напугать ещё больше?
– Я просто говорю всё как есть. Плохих качеств в нём много, но Ким точно не убийца. И никогда не вел себя, как сумасшедший. Кто-то его подставил.
– И кто же это по твоему?
– Не знаю. И вряд-ли это сейчас так важно, ведь срок уже прошел, но есть много других вопросов, которые меня интересуют. Я хочу найти на них ответы.
Скрестив руки на груди, я долго смотрела на Кэйт. Ждала, что она передумает или повернет всё в шутку, однако понимала, что это бесполезно. Если она что-то решила, то не отступится.
– Ты ведь не откажешься от своей идеи?
– Нет.
– Ладно, – в итоге сдалась я. – Тогда выбора нет. Я с тобой.
– Правда?
– Если уж и вляпываться в истории то вместе.
24
Два месяца спустя
– С возвращением, – донёсся до меня голос из кухни, когда я вошла в квартиру. – Как день прошёл?
Следом за голосом появилась и Кэйт. Стоя в фартуке и ложкой в руках, она выглядела уставшей, но как никогда счастливой, а значит сегодня у неё удалось таки приготовить еду и ничего не сгорело.
– Замечательно, – ответила ей, передавая пакеты с продуктами. – Сегодня дали премию, так что закупилась продуктами.
Прошло уже два месяца с тех пор, как Рагнар закрыл долг, а я начала жить самостоятельно. Точнее учиться быть самостоятельной, что было не так уж и легко, как представляла себе раньше, но постепенно я справлялась. И два месяца моей персональной свободы пролетели почти незаметно. С тех пор немногое что изменилось. Немногое, но очень важное.
Сперва я научилась оплачиваться коммунальные услуги. Конечно, весёлого в этом было мало, но выбирать особо не приходилось. Платить ведь нужно. Радует только, что хотя бы счета здесь были небольшие. Я если честно думала, придётся отдавать ползарплаты на них. Место ведь элитное. Однако на всё про всё уходило всего полторы сотни долларов. Возможно потому что днем меня почти не бывает дома, кроме выходных. Да и живу я одна. Ну, и Кэйт иногда приходит с ночёвкой.
С родителями и сестрой я прекратила всякие отношения ещё больше месяца назад. Данное решение далось мне нелегко, но по-другому я уже не могла поступить. Они просто сами довели меня до этого.
Сперва звонили и говорили, чтобы я не глупила и вернулась к Рагнару. Что отец уже взял новый кредит и без денег моего хозяина… бывшего хозяина, не сможет его закрыть. На что ответила им, что это уже не мои проблемы и больше брала трубку.
Далее они как-то выяснили о том, где я теперь живу и придя в гости, начали говорить, что раз я отказываюсь возвращаться к Рагнару, то готовы принять моё решение и простить мой эгоизм, однако кредит закрывать надо, поэтому они решили переехать сюда. Здесь и место больше, и район элитней. А старую квартиру продадут.
В тот момент для меня их поведение и слова уже не были таким большим «сюрпризом». Я уже понимала, что собой представляла моя родня, но всё же прогнать их было сложно. Как морально, так и физически. Потому что
уходить, когда я заявила, что свой долг перед ними выполнила и дальше желаю жить одна, они отказывались. В итоге помогли соседи и охрана. Двое мужчин из квартиры напротив пришли на шум. Помогли выпроводить родителей с сестрой на улицу, а дальше уже их не пускала охрана. Хотя и пытались несколько раз. Было сестра даже один раз поймала в универе и велела прекращать строить из себя непонятно кого, но потом резко начала сторониться. Лишь издалека бросалась гневными взглядами, но близко не подходила.
Однако самое главное, что я удачно нашла подработку. Даже слишком удачно. Помощница в крупной фирме на полставки. После университета иду сразу туда и выполняю небольшие поручения. Ничего сложного нет, зато получаю месячный оклад преподавателей. Работа несложная, но приносит немалые деньги.
– Ого, – присвистнула она, разглядывая содержимое пакетов. – Сколько же тебе дали?
– Три тысячи.
– Сколько?
– Три тысячи. За увеличение продаж, – повторила гордо, разуваясь. И тут же пошатнулась, резко встав.
– Эй, аккуратнее, – подхватила меня Кэйт. – Снова голова?
Слабо кивнув, я поплелась в гостиную и села на диван. Спустя минуту головокружение прошло.
– Ну как? – протянула подруга стакан воды.
Всё это время она стояла рядом, беспокойно глядя на меня.
– Нормально.
– Слушай, может всё же к врачу сходим? Это ведь уже не впервый раз.
– Не преувеличивай, – улыбнувшись, отмахнулась от неё. – Просто снова переутомилась. Ничего особенного. Лучше скажи, как твои дела с Кимом?
Настроение Кэйт резко переменилось. Губы поджаты. Взгляд убийственный и требует отмщения.
Понятно. Видимо снова что-то натворил.
– Не напоминай, он просто невыносим, – выдохнула она, чуть ли не огнём плевалась. – Прохода не даёт. Преследует, как маньяк. Ко мне больше ни один парень не подходит. Все его боятся.
Значит ничего нового.
– А что с Джеком? – спросила её, входя в спальню и доставая домашние шорты с футболкой.
– Тоже самое. Преследует, лапает где ни попадя, ещё и обходится так, будто я его собственность. Главное сказала им несколько раз, что между нами только дружба, но они даже слушать не хотят. Пристают и целоваться лезут…
Что-то мне это напоминает.
– А ты посмотри на это с другой стороны. По крайне мере они нашли общий язык, – пыталась найти во всей этой ситуации и хорошую сторону.
Хотя дружба Кэйт с этими… двумя, если так можно сказать, до сих пор волновала меня. Не так сильно, как прежде, конечно, ведь теперь я знала точно, что он… то есть они… никогда не причинят вреда моей подруги.
Но всё же страх иногда брал верх. Особенно после того, как удалось выяснить правду о Киме, которую нам приходилось скрывать от всех, потому что такое… такое рассказать было просто нельзя. Слишком личное и опасное. Подобного в нашем обществе не поймут и потребуют запереть в психушку. Зато теперь его прозвище имело для меня куда более глубокое значение.
– Я бы предпочла, чтобы их общий интерес никак не касался меня.
– Ну, что мы можем поделать, если у них один общий интерес – ты.
– Ладно, – с неохотой сдалась она, выходя из комнаты. – Прими душ и идём есть.
– Хорошо.
– Кстати, – вернулась она с охапкой цветов, больше неё в два раза. – Тебе снова цветы прислали. Скажи, пожалуйста, своему старику, чтобы в следующий раз чем-то съестным тебя соблазнял. А то эти цветы уже некуда ставить.
Оставив подарок на кровати, Кэйт ушла обратно на кухню, а я осталась стоять на месте с одеждой в руках, совершенно позабыв, что собиралась принять душ.
Огромный букет алых роз расплатился на белом одеяле, словно оставленный кем-то свежий кровавый след. Безупречный. Прекрасный. Притягательный.
– Показушник, – сорвалось с моих губ, а руки сами потянулись к лепесткам.
Нежные… словно бархат. И стебли без шипов.
Хотя я так знала, какими они окажутся на ощупь. Ещё до того, как коснулась их.
Знала, потому что это был далеко не первый. Не десятый. И даже не тридцатый букет.
Почти каждый день, возвращаясь домой с работы или учёбы, я находила под дверью квартиры цветы. Там были не только розы, но и: ландыши, полевые, орхидеи, гвоздики. Я даже не знала, что он в курсе об их существовании. Рагнар не похож на человека, который интересовался бы подобным.
Когда месяц назад я нашла под дверью первый букет, то сперва удивилась. Думала кто-то адресом ошибся, но на открытке было написано моё имя. И только. Ни подписи. Ничего более. А после посылки участились.
Мы с Кэйт головы ломали, кто это мог быть. Думали сначала кто-то из однокурсников, но никто из парней ко мне не подходил. Даже не смотрели в мою сторону. А стоило с кем-то случайно столкнуться, так отшатывались, словно я прокажённая и удирали со всех ног. Кроме Двуликого, Джека и Психа. С которыми мы на удивление всем, да и самим себе, смогли сдружиться.
Не найдя любителя цветов среди студентов, мы начали искать его среди соседей, но те не выказывали ко мне никакого мужского интереса. Просто здоровались время от времени и всё. Поэтому этот вариант тоже отпал.
Тогда у меня остался последний – Рагнар. Однако он слетел почти так же быстро, как и появился. Я ведь наговорила столько много грубых слов ему в нашу последнюю встречу. Такой мужчина, как он, никогда бы вздумал прощать и возвращать меня после всего. Да и к тому же, если бы тогда я ему ещё была нужна, он не стал бы меня отпускать. Привыкший брать своё сразу, не стал бы играть в эти игры.
Однако так я думала тогда… и оказалась не права. Отправителем и правда оказался мой бывший хозяин. Об этом сказала одна-единственная записка в букете ландышей, полученном неделю назад. Где чёрным по белому было написано:
« Теперь всё будет правильно.»
Я много раз писала ему прекратить. Перестать высылать цветы, но сюрпризы продолжали ждать меня каждый день.
Достаю ведро в ванной и наполнив его водой, ставлю цветы. Такой букет не поместится ни в одну вазу в доме. Тем более, что все они уже заняты другими подарками Рагнара и стоять в моей комнате. Теперь моя спальня похожа на маленькую оранжерею.
Мне становится всё сложней оставаться твердой в своём решении. И дело вовсе не в подарках… само расставание с Рагнаром становится отдельным испытанием, которое я в последние дни готова провалить, потому что это уже невыносимо. Днём, проводя время в университете или на на работе, я ещё как-то могу совладать со своими чувствами. Утихомирить тоску, но ночью… оставшись одна… постоянно вспоминаю и хочу вернуться. Чувствовать его тепло. Хочу ощущать его рядом. А порой ещё ближе. Настолько, насколько был только он.
– Сколько ещё ты будешь проверять мою выдержку? – спрашиваю в пустоту, глядя на цветы. Словно они могут дать мне ответ. – Мне и так… с каждым днём всё сложней находится вдали от тебя… Было бы гораздо проще, будь ты жесток ко мне. Тогда бы я тебя ненавидела.
Как и предполагалось, ответа не последовало.
Тряхнув головой, я забрала одежду и направилась в душ. Снимать усталость сегодняшнего дня.
