Текст книги "Чёрная ива (СИ)"

Автор книги: Алевтина Онучка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

Глава 5. Беспокойные снимки.

Понедельник день тяжёлый. Этот понедельник для директора детского сада выдался особенно тяжёлым и беспокойным. Три практикантки из города не вышли на работу. Эмма Эдуардовна взволнованно вздохнула, когда на её очередной звонок никто не ответил. Вот уже полчаса она пыталась дозвониться до девушек, но так и не дозвонилась.

– Макар Петрович, – сказала Эмма Эдуардовна в трубку сотового телефона, когда набрала участкового.

– Слушаю, Эмма Эдуардовна, – ответил представитель закона, – не часто вы мне звоните. У вас что-то произошло?

В небольшой станице жителей было не так много как даже в самом маленьком городке, потому все друг друга знали по именам.

– Проблема у нас возникла, Макар Петрович. Три молодые девочки на практику не вышли. Не могу связаться с ними. Не могли бы вы помочь мне?

– Вы родителям или родственникам звонили? Может девочки на выходные домой поехали и не успели вернуться вовремя. Сами знаете какая ситуация на наших дорогах. Один автобус ходит по маршруту и тот ломается через день.

– Звонила. Родственники говорят девочки не приезжали на выходные. Остались здесь на фестиваль. Не могли бы вы на квартиры к ним наведаться? Может, приболели. Сами знаете нынешнюю молодежь, готовить совсем не умеют. Возможно, съели на празднике что-то несвежее или плохо приготовленное на костре и теперь с отравлением пищевым маются. Я бы сама сходила с проверкой, но у меня на это прав нет.

– Не беспокойтесь, Эмма Эдуардовна. Мне всё равно участок обходить, заодно на квартиры к девушкам наведаюсь. Но мне понадобятся адреса проживания. У кого они квартиры сняли?

Директриса рассказала и Макар Петрович, записав адреса в блокнот, чтобы не забыть, вышел из крохотной комнатушки в маленьком домике, гордо именовавшимся «Полиция». Как правильно называется казённое строение, отведённое под нужды участкового, никто из станичников не знал, да и знать не хотел. Главное у них был свой собственный полицейский, а значит населённый пункт был полноценной станицей, а не хутором.

Макар Петрович, оправил форму, взял велосипед и неспешно поехал по улице, наслаждаясь утренней прохладой. Ещё час другой и от свежести и следа не останется, жара и духота, вступят в свои права. Но пока дышалось легко и участковый, как и последние тридцать лет, объезжал улочки.

Заехал на первый адрес. По сведениям Эммы Эдуардовны, здесь снимала жильё девушка по имени Антонина. В домике на два хозяина, пустовала одна половина, а во второй жили хозяева, сдавая пустующее помещение всем желающим.

– Люська! Люська! – за тарабанил участковый в железную калитку, громко зовя хозяйку. – Оглохла она там? Или коров своих ещё не подоила?

Вся станица знала Люську Короп, хозяйку зажиточного ЛПХ, державшую десятерых коров и торговавшую молоком в городе. Каждое утро, женщина ставала рано, доила своих любимец и отправляла мужа в город продавать молоко. Сама же оставалась дома, дальше хлопотать по хозяйству и присматривать за тремя сорванцами.

– Та иду! Иду! Кого там в такую рань принесло? – на ходу, ещё не открыв калитку спросила Люська. – Заходите, открыто!

Макар отворил калитку и увидел идущую по дорожке от дома пятидесятилетнюю женщину, на ходу вытирающую руки о цветастый передник.

– Здравствуй, хозяюшка. Как твои дела? – соблюдая местные приличия, спросил Макар.

– Ой, поскрёбыш мох приболел. Это же надо посреди лета, в такое пекло, простуду подхватить. Видно на Купалу в реке перекупался, – тут же выложила Люська и вопросительно взглянула на пожилого участкового. – Макар Петрович, что-то случилось? Не часто вы к нам на огонёк заглядываете.

– Да вот, квартирантка твоя на работу не вышла, попросили проверить тут она или нет, ответил мужчина. – На звонки не отвечает, домой в город не возвращалась. Нужно узнать, что с ней, где она.

– Вот как, – задумчиво ответила Люська. – Видела, как она на фестиваль уходила, а вот возвращалась или нет, не видела.

– Тогда пойдём со мной к ней в дом. Посмотрим, а то вдруг заболела или ещё что.

– Погоди, ключ запасной возьму.

Люська с Макаром быстро отперли входную дверь и вошли во вторую половину дома и никого не нашли. Постель аккуратно заправлена, небольшой беспорядок у зеркала, видно – красоту девчонка наводила.

– Может познакомилась с кем-то на празднике и убежала, – предположила Люська.

– Да нет. Смотри, на столике у двери её сумочка стоит, – участковый заглянул в предмет женского гардероба, увидел документы, паспорт. – Не уезжала она. Куда сейчас без паспорта поедешь – никуда. А он тут в её ридикюле с которым она постоянно на практику ходила. Частенько по дороге встречал её с ним. Тут вон и студенческий, и ключи какие-то, – доставая предметы из сумки, рассуждал мужчина, тяжело вздыхая.

– Что такое? – подметив спросила Люська. – Чего так тяжко вздыхаешь?

– Плохое предчувствие у меня. Ох, плохое, – ответил Маркар и взял себя в руки. – Ладно. Ты пока закрой дом и никого сюда без моего ведома не пускай, и сама тут ничего не трогай. Я проверю остальных двух практиканток и вернусь эту искать. Возможно, придётся следователя из города вызывать.

Люська с важным видом заперла дом и запрятала ключ за пазуху. Как ни как теперь она хранитель предполагаемого места преступления, а не абы кто. Макар же поехал на своём велосипеде дальше и вскоре выяснил, что остальные две девицы тоже бесследно пропали. Не теряя времени позвонил начальству с просьбой прислать подмогу, но услышал, что заявление о пропаже людей принимаются только через три дня их отсутствия. Чуть не выругался и принялся названивать родным пропавших.

– Да. Да. Мы конечно напишем заявление о розыске дочери, услышал он беспокойный голос отца Антонины в трубке. Но вы же знаете, что раньше чем через три дня никто её искать не станет. Как ни как она совершенно летняя, могла загулять, – ели выдавил из себя отец последние слова. – Но поверьте, моя Тоня не такая. Конечно, как и все девушки любит принарядиться и глазки парням построить, но она не ветреная девица.

– Это мы знаем. Была бы ветреной о её фривольном поведении вся станица уже бы давно судачила, – поспешил успокоить отца Макар, который чувствовал как трудно даётся культурная речь собеседнику, так же трудно, как и ему самому. Где-то в глубине души, словно что-то подначивало перейти на традиционный русский, но нужно оставаться спокойными и культурными людьми.

– Вы не переживайте. Я не стану ждать три дня. Попытаюсь своими силами отыскать вашу дочку.

– Благодарю. Может нам с женой приехать, помочь?

– Нет. Нет. Вы с горяча дел наворотите, мы потом не разгребём. Поисками лучше посторонним людям заниматься.

Так Макар Петрович взялся за дело. Первым делом отправился к Ивану Гайдуку, своему бывшему однокласснику с которым дружил с малых лет. Ванька Гайдук теперь егерем работал на охот станции, был знатным рыбаком и охотником, а ещё у него было три отличные собаки, натасканные брать след.

– Ба! Какие люди! – Увидев участкового, приехавшего на охотничью станцию, радостно воскликнул Иван. – Какими судьбами? – хорошо привязав лодку к маленькому, самодельному, деревянному причалу, спросил Гайдук, пожимая другу руку.

– Хочу собаку у тебя попросить. Твоя Найда может же след брать.

– Зачем тебе? – озадаченный необычной просьбой, спросил Ванька. – Я думал, ты сподобился друга проверить, с удочкой на бережку посидеть. Триста лет с тобой уху на костре не варили.

– Эх, я бы с удовольствием, но у нас три девицы пропали. Нужно найти девчат пока ничего не случилось. Вот я и вспомнил про твою Найду. Может след возьмёт и приведёт к ним.

– А что, поняв, что друг не шутит, – сказал Иван. – Дождей не было, роса утром не выпадала, значит, запах мог хорошо сохраниться.

– Тогда пошли. Бери Найду и на поиски.

– Ага, кивнул Гайдук. Только ружьишко прихвачу вместе с собакой.

– Это ещё зачем? – забеспокоился участковый. – Ружьё явно лишнее.

– Не лишнее, – выходя из охотничьего домика с оружием и кипой каких-то бумажек. – Вот погляди. Утром начальство прислала листовки с предупреждением. Пока будем девок искать, развешу по станице, – сказал егерь и увидел вопросительный взгляд друга. – На фоне жары и засухи в соседних районах, волки начали в стаи сбиваться и мигрировать в наши края. Первых на соседней заставе вчера заметили. Сам понимаешь, у нас тут воды полно – плавни кругом, вот и идёт зверьё к нам, засуху переждать.

– Лиха беда началом, – встревожился пуще прежнего участковый. – В позапрошлом году из-за малой засухи звери много пакостей нам наделали. Что же в этом году натворить смогут.

– Уже творят, – взяв Нуйду на поводок, ответил Иван и кивнул в сторону свой старенькой буханки. – Поехали, закидывай свой велик.

– Так что там уже волки натворили? – устроившись рядом с водителем, спросил Макар.

– Шакалов начали гонять нещадно и жрать всех кто на пути встретится. Такими темпами придётся отстрел организовывать, иначе сожрут всю живность. Сам знаешь.

Так болтая о том, о сём, друзья подъехали к дому Люськи и взяли майку из корзины с грязным бельём в доме пропавшей девушки. Как и ожидалось, хорошо натасканная собака взяла след, не обращая внимания на то, что теперь не дичь ищет, а человека.

Через час Макара нещадно рвало в камышах из-за зловонного запаха, исходившего от найденных останков девушки.

– Чуело моё сердце неладное и на те пожалуйста, – переводя дух, сказал Макар, когда первое потрясение от увиденного прошло. – Как думаешь это волки?

– Нее, не волки. И не шакалы, – егерь указал рукой на хорошо сохранившийся след в полузасохшей грязи у кромки воды. – Это след не волка и не шакала.

– А кого же? Кто ещё так мог человека загрызть?

– Не знаю. Не видел ещё таких следов, – ответил Иван, оглядываясь по сторонам в поисках других отпечатков лап, как вдруг заметил отблеск, присмотрелся и увидел сотовый телефон прикреплённый к палке, валяющийся в стороне, почти в камышах.

– Не трогай ничего, – уже набирая номер следственного отдела предупреди Макар. – пусть всё остаётся на своих местах, а то мало ли. Вдруг не звери загрызли, а кто-то убил, а зверьё уже мёртвое тело потрепали.

– Понял, – кивнул егерь, но не перестал внимательно осматриваться, пока его друг сообщал о происшествии.

– Так, кто у нас из казаков щас свободен? – поговорив с начальством, спросил участковый. – Нам подмога нужна до приезда группы. Нужно тут пост поставить, чтобы охраняли и никого не подпускали к этому месту.

– Мы что, сам не можем это сделать. А нам приказано с помощью твоей Найды, попытаться остальных пропавших отыскать. Нельзя время терять.

– Та щас Фомичу позвоню, он у нас пенсионер живенький, легко с такой задачей справится. К тому же охотник, ружьё имеется, сможет, если что от зверья защититься, – предложил Гайдук и начал набирать номер.

– Не. Нужен ещё кто-то. Одному в такой ситуации оставаться нельзя. Лучше в паре с кем-то.

Егерь его услышал и кивнул, быстро передал старому знакомому просьбу и полечил положительный ответ.

– Готово, щас Фомич сюда со своим кумом подъедет.

– Отлично. Как приедут пойдём на квартиру ко второй пропавшей, – сказал участковый и тут в его руках зазвонил телефон. – Слушаю.

Оказалось, звонила соседка одной из девиц. Той, к поискам которой он хотел приступить в последнюю очередь. Пожилая женщина сообщила, что видела как Игорь, местный «гонщик» нервировавший бабушек на лавочках громкой музыкой в своей машине, заезжал за практиканткой на своей разукрашенной машине.

– Ванёк, ты Игоря, когда последний раз видел? Не знаешь он в бригаде сейчас или нет? – выслушав бабулю, поинтересовался Макар. – А номера его у тебя случаем нет?

– Это ты про Сашкиного сна?

– Ага.

– Та чего его искать. Вон за речку глянь. Скоро обед, а он на качелях.

Участковый взглянул в указанную сторону и увидел на противоположном берегу реки, немного дальше того места где фестиваль проходил в ивовой роще всем известный автомобиль и одинокую фигуру. Даже отсюда, Макар понял, это Игорь.

– Так, Ванёк, ты тут с Найдой постой, а я схожу к нему, пока не уехал.

– Зачем?

– Да бабы видели, как он одну из пропавших девиц увозил. Нужно спросить, куда потом она делась.

– Ты чего, дружище. Это же Игорёк – наш местный Шумахер. Он хороший парень, – поняв, что сын станичника стал подозреваемым, тут же принялся нагонять на совесть Макара Иван. – Мы же его с пелёнок знаем. Он не мог ничего с ней сделать.

– Не мог. Верю. Но точно знает, где высаживал её, – ответил участковый и быстро пошел к мосту через речку. Шёл решительно, дабы старый друг не успел ему ещё больше всякого наговорить.

Через минут двадцать ходьбы, Макар уже был в ивовой роще и во все глаза глядел на молодого человека. Игорь как истукан стоял у кромки воды и невидящим взором смотрел на воду. По всему было видно, что парнишка так стоит, не шевелясь не один час, ибо птицы сидевшие на ветках дерева, наделали своих дел ему на рубашку, а насекомые, не боясь, приземлялись на его плечи и голову.

– Игорь, – позвал Макар, но парень не шелохнулся. – Игорь! – позвал он громче, но ни какой реакции. – Игорь! – гаркнул он и опять ничего. Парень как стоял, едва дыша, так и продолжал дышать.

– Игорь! – Закричал Макар, у которого тоже нервы сдали, подошел, встряхнул парня хорошенько и в ужасе отпрянул. Игорь не отреагировал, продолжал стоять каменным истуканом и смотреть на воду невидящим взором и тело, тело парня к которому Макар прикоснулся – было холодным. Холодным, словно у мертвеца.

– Игорь! Очнись уже. Очнись и скажи, где девушку высадил? Что случилось?

Участковый понял – дело дрянь и принялся вызывать скорую помощь, потом доложил о случившемся. Дождался медиков, передал им молодого человека, а сам обратился за помощью к станичному казачьему обществу. Казаки не отказали и быстро направили ему на помощь всех неработающих пенсионеров казачества, дабы обеспечить сохранность мест преступления. Охрану выставили у домов, где проживали девушки и на берегах реки. Сам же Макар с егерем и собакой вновь пошел по следу, на этот рас разыскивая последнюю девушку.

Собака легко взяла след и привела мужчин через огород на пшеничное поле. Уселась в почти созревшей пшенице и начала подавать знак лаем и подвыванием.

– Что там, Найда? – подойдя к любимице спросил Иван и ласково потрепал собаку по голове. – Ты сегодня умничка, – добавил он и угостил собаку лакомством.

– Что там? – запыхавшись, поинтересовался Макар, догнав друга.

– Смотри, Найда к трещине в земле привела и дальше идти отказывается, – указывая рукой на землю, пояснил егерь.

Там, скрытая от глаз людских, густыми зарослями посевов красовалась длинная трещина в грунте, шириной с полметра.

– Ни чё се, – удивился участковый, доставая карманный фонарик. – И откуда только она тут взялась. Ты только глянь, какая глубокая. В такую провалиться как два пальца об асфальт.

Догадка осенила мужчин, они переглянулись и начали светить фонарём в провал, внимательно всматриваясь во всё, что освещал небольшой круг света. Не прошло и минуты, как в самой глубине световой круг выхватил что-то белое, а рядом руку с сотовым телефоном.

– Нашли. Твою мать, – выругался в сердцах Макар. – Ещё один труп.

– С чего сразу труп, – возразил ему егерь. – Может, девчушка ещё жива. Откуда тебе знать? Может просто сознание потеряла. Давай скорее спасателей вызывай, медиков или кото там ещё.

Так и сделали. Пока Макар звонил спасателям, докладывал начальству, в станицу прибыла следственная группа из города и принялась за дело.

Тем временем Татьяна, ничего не зная о происходящем в станице, спокойно занималась своими делами в Доме Культуры. Директор только вернулся из города, куда отправился ещё засветло чтобы в фотосалоне распечатать фотографии, сделанные на фестивале. Теперь Татьяне предстояло оформить выставочный стенд в холле, чтобы каждый посетитель ДК мог полюбоваться снимками и рассказать о фестивале всем своим знакомым.

– Танюша, – говорил Борис Михайлович, директор Дк, глядя на то как рабочие устанавливают стенды, представлявшие собой большие белые ватманы на подставках. – Я поеду домой, отдохну с дороги, а ты тут сама всё оформи. Только сделай всё в лучшем виде по-современному. Как сейчас модно место для фотосессий организуй. Чтобы люди приходили, фотографировались на фоне стенда и выкладывали снимки в соц сети. Так о нашем фестивале ещё больше народа узнает и на следующий год туристов приедет множество.

– Хорошо, постараюсь, – кивнув, ответила Таня.

– У себя в библиотеке, тоже стенд организуй с подборкой книг о подобных праздниствах, разных жанров.

– Хорошо, – опять кивнула Таня.

– Ах, да, – собравшись было уходить, вспомнил Борис Михайлович и обернулся. – Когда всё сделаешь, сделай сайт фестиваля и про электронную библиотеку не забудь. Мы должны идти в ногу со временем.

Таня чуть не закричала на начальника, но сдержалась и спокойно смотрела, как мужчина пред пенсионного возраста отправляется домой. Смотрела, а сама мысленно возмущалась. Ещё бы, едва узнав, что молодая работница на «ты» с компьютером, директор разошёлся не на шутку – припахал по полной. И сайт ему делай и электронную библиотеку. Хорошо хоть станичные ребята, что учились в городе на программистов, выручили. Их ДК на практику преддипломную взял и ребята с ноля написали и электронную библиотеку и сайт. Тане оставалось только наполнить всё информацией. Это позволило ребятам сделать отличные дипломные проекты и сильно станичному ДК помогло. Но всё равно, Татьяне работы прибавило, а зарплаты – нет.

Девушка вздохнула, рабочие ушли, и Таня принялась за дело. Сначала прикрепила заранее заготовленные красиво оформленные буквы названия стенда, а после взялась за фотографии.

– Танюшь, – подойдя к ней, позвала вахтёрша тётя Оля. – Пригляди тут за всем, я на рынок отлучусь. Сегодня после обеда, должны постельное бельё из бязи на продажу привести. Боюсь разберут и мне не достанется. Кстати, может и тебе купить. Если нужно скажи, заодно и тебе возьму.

– Нет. Не нужно. Мама сказала, сама купит.

– Вот. Так и знала. Опять началось – кто успел тот и съел, – посетовала тётя Оля. – Когда же у нас нормальные магазины откроются. Что бы вот так наперегонки за товарами не бегать и в город не ездить через день та каждый день.

Женщина ушла, а Таня принялась за дело. Одна фотография за другой отправлялись на стенд в заранее отведённые для них места. Дошло дело и для центрального фото. Большого художественного снимка, на котором была запечатлена её новая знакомая – Антонина. Та самая девчонка, что ухлёстывала за Генкой.

На снимке Антонина стояла в пол оборота с венком на голове, аза её спиной гарцевали парни верхом на лошадях. Красивая, эффектная девушка с хитрой улыбкой на устах и задорным взглядом, словно дразнила всадников.

Таня повесила снимок куда следует, посмотрела на него ещё пару секунд и продолжила работу. Осталось всего чуть – чуть и можно будет передохнуть. Быстро повесила одну фотографию, вторую, потом третью и обернулась. Оглядела холл ДК. Девушке показалось, что на неё кто-то смотрит, но вокруг не было ни кого. На первом этаже здания стояла тишина.

– Почудилось, шепнула сама себе Таня и продолжила работу. Фотографии одна за другой отправлялись на стенд.

– Ха-ха, – услышала Таня чей-то тихий смех, обернулась – никого, тишина, продолжила своё дело. Опять послышался тихий смешок, девушка опять обернулась, опять никого не увидела и с недовольством отправила на стенд последние снимки.

– Хи-хи, – в пугающей тишине, послышался смешок.

– Ну, хватит! – не выдержав, громко произнесла Татьяна. – Дурацкий розыгрыш! Вам больше заняться нечем? – Строго спросила она, стараясь увидеть, где же прячется жестокий шутник.

– Выходите! Немедленно выходите или я участкового вызову! – говорила она, пытаясь нагнать на совесть, глупого пранкера. – Да будет вам известно, что жестокие розыгрыши и пранки в нашей стране запрещены на законодательном уровне!

Но сколько бы Таня не говорила, сколько бы ни пыталась убедить неизвестного хохотуна, в ответ и слова не слышала. Возмущённо прошлась по холлу, заглянула в раздевалку, на лестничные проходы, думая, что у какого-то подростка, таким образом, проявляется переходный возраст. Даже в коридоры глянула – никого. И тут её взгляд упал на главное фото стенда. На долю секунду девушке показалось, что снимок – живой, что Тоня на нём едва заметно двигается и тут, девушка на снимке – подмигнула.

– Аааа, – от неожиданности воскликнула Татьяна и отшатнулась, попятилась, а Тоня медленно – медленно поворачивалась к ней лицом на фотографии, а улыбка на её устах становилась всё злее.

Татьяна не могла отвести взгляда от снимка. Он словно загипнотизировал её, лишил воли, погружая в страх. Девушка хотела убежать. Хотела отвернуться, но тело её не слушалось, парализованное ужасом.

– Здрасьте! – внезапно раздался зычный мужской голос, и громко хлопнула входная дверь ДК.

– Аааа! – взвизгнула Таня и отшатнулась в сторону, оглянулась на голос и встретилась с удивлённым взглядом незнакомого молодого человека.

Парень в полицейской форме наблюдал как в затуманенных глазах незнакомки наполненных страхом, появляются проблемки разума и ужас исчезает с лица.

– Извините, не хотел вас напугать, – поспешно молвил полицейский.

– В-вы тут не причём, – немного запнувшись, робко ответила девушка. – Это я сама себя напугала. Осталась одна в таком большом помещении и начало мерещиться всякое.

– Что же вам померещилось? – едва сдерживаясь, чтобы не подколоть забавную пышечку, спросил полицейский.

– Показалось, что Тоня с фотографии мне подмигнула, – выпалила девушка и парень моментально стал серьёзным, заглянул в свой сотовый, а потом посмотрел прямо в глаза незнакомки. Потом сравнил фото из своего телефона с фотографией на стенде.

– Не бойтесь, Тоня больше никому не сможет подмигнуть, – став серьёзным, сказал незнакомец и полез за чем-то в нагрудный карман. – Собственно именно по этому поводу я пришел сюда. Разрешите представиться сержант Пётр Гетман, следственный отдел РОВД, – демонстрируя девушке удостоверение, сказал молодой человек. – С кем имею честь беседовать?

– Татьяна Фёдоровна Бабич – работник ДК, – стараясь унять свои страхи, ответила девушка.

– Скажите, в каких вы были отношениях с девушкой на фотографии? Дружеских? Судя по тому, что вы знаете, кто она, значит подруги.

– Нет, увы, – вздохнув, ответила Таня. – Если мы знаем друг друга по именам, это не означает что мы подруги. Скорее наоборот – соперницы. Она призналась в своих чувствах Генке, а он отшил её и сделал мне предложение. Так что – увы. Кстати, а зачем вам знать о том, в каких мы отношениях с Тоней?

– Затем, что она погибла, как и её подруга Лиза. Надеюсь, хоть третью их приятельницу найдём живой, – ответил Петька, видя, как наливаются слезами глаза собеседницы и решил брать быка за рога. Ведь под воздействием эмоций дамочки легко выбалтывают всё что надо и не надо.

– Вы с погибшей ссорились? Враждовали?

– Нет, – смутилась Таня, догадываясь куда клонит полицейский. – Мы просто игнорировали друг друга. У Тони были дела поважнее меня. Насколько я могу судить, она пыталась проучить своих подруг Лизу и Катю.

– За что знаете?

– Это все знают, – ответила Таня, став немного увереннее. – Зайдите в социальную сеть на странички Лизы или Кати. Не помню точно кто именно из них тайком записал видео о том как Тоня признаётся Генке в чувствах а он ей отказывает. Они это сняли и выложили в сеть. Слышала, Тоню начали кибербулить, а она из-за этого обиделась на подруг. Даже на фестивале через зубы с ними разговаривалась и держалась особнячком, хотя почти всё время была с нами в компании.

– Вот как. Обязательно поищу это видео.

– Скажите, Тоню убили? – неожиданно для Петьки спросила девушка.

– Почему вы так думаете?

– В противном случае вы бы не стали выяснять наши с ней отношения. Так расспрашивают если в убийстве подозревают.

– Кхм, – поняв, что ему ещё учиться и учиться, прокашлялся Петька. – Да, на берегу реки были найдены останки Тони. На первый взгляд казалось она стала жертвой разгулявшихся хищников, но наши криминалисты едва осмотрев тело, сообщили, что это убийство. Извините, более подробную информацию дать вам не могу.

– Понимаю, – кивнула Таня.

– Кстати, а на фотографиях со стенда есть ребята из вашей компании. Те, кто вместе с вами на фестивале гуляли?

– Конечно.

– Покажите, пожалуйста.

Таня не стала ходить вокруг да около, подвела полицейского к стенду и начала показывать и рассказывать, как вдруг запнулась, замолчала.

– Что такое? Вам плохо? – забеспокоился Петька уже понявший у собеседницы весьма впечатлительная натура.

– Заметили странность? – указывая на снимки, спросила Таня. – На каждом снимке так или иначе, но запечатлены Тоня и ей подруги. Представляете, директор специально добился разрешения на полёты дрона, вызвал спец команду для него. Чтобы дрон летал над фестивалем и делал снимки с интересных ракурсов. Ещё из города профессионального фотографа нанял. И что в итоге? И дрон и фотограф всякий раз фотографировали пропавших девушек. Невероятное совпадение, правда?

– Правда, – кивнул Петька и взглянул на работницу ДК. – Вот только я не вижу где пропавшие на снимках с другими людьми.

– Ну, вот же, смотрите, – словно обвиняя полицейского в невнимательности, сказала Таня, указывая на снимок торговых палаток фестиваля. Вот в толпе покупателей у третьей палатки с травами для венков Лиза стоит спиной. А вот тут на заднем плане Митька, брат Нины, Катерину на лошади катает. А вот гляньте, Митька на коне гарцует, а на дальнем плане Тоня одна на покрывале сидит, сторожит посуду с продуктами для пикника.

– Нет, – покачал головой Петька, наклонившись и всматриваясь в снимок. – Она что-то наливает.

– Возможно, пить захотела. Мы с собой на пикник три банки домашнего сока взяли. Виноградный, вишнёвый и яблочный. Их нам мама Маринки вручила. У неё с прошлого года закатанный сок остался, нужно было выпить и банки под новые закатки освободить.

– Понятно, – улыбаясь, ответил Петька, думая, что виноградным соком явно домашнее вино было, но вслух не стал ничего говорить. Как ни как взрослые люди отдыхали, а взрослым пить разрешается, тем более в отведённых для этого местах, коим оказался местный фестиваль.

– Кстати, а у кого я могу взять цифровые копии снимков сделанных фотографом и дроном?

– У меня есть.

– Мне нужны все. Понимаете? Совершенно все снимки.

– Конечно, могу перекинуть на ваш цифровой носитель хоть сейчас.

Так и сделали. Таня поделилась информацией с полицейским и едва он ушёл, как с вернулась тётя Оля. Пришла вся взбудораженная и сразу выложила коллеге все сплетни собранные на рынке. От этих новостей девушке ещё больше стало не по душе. И сославшись на то, что в ДК барахлит интернет, позвонила отцу, чтобы он отвёз её домой.

– У меня скорость выше, поэтому я из дома буду заполнять сайт.

– Конечно. Только Бориса Михайловича предупреди, что из дома работать будешь.

– Хорошо, – кивнула Таня, и едва дождавшись отца, пулей вылетела из здания, ведь ей всё ещё продолжало казаться, буд то Тоня смотрит на неё со снимка.