Текст книги "Виртуальный роман (СИ)"
Автор книги: Алена Токарева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)
Глава 3
Как-то незаметно мы с Серёгой дотанцевали до ЗАГСа. Это само собой получилось. Ну, общались мы. Так сказать, дружили. Хотя теперь понимаю, что дружбой наши отношения можно было назвать с большой натяжкой. Всё-таки друзья ведут себя на равных, а у нас роли чётко распределились с самого начала: я взрослая и опекаю тонкую впечатлительную натуру, которая ни к чему земному не приспособлена, а наш «малыш» капризничает, постоянно требует к себе внимания и частенько впадает в меланхолию.
Просто однажды, когда я была в гостях у Серёги, Галина Венедиктовна, улучив момент, деловито спросила меня:
– Наташа, ты не могла бы у нас пожить какое-то время? Мне придётся съездить в командировку, а за Серёженькой нужен пригляд…
Я озадаченно на неё уставилась. Пригляд-то, конечно, нужен, кто бы спорил. Но как я вдруг начну тут жить? С какого такого перепуга? И, вообще, в качестве кого? Ну, сейчас, конечно, не девятнадцатый век – понятие «девичья честь» отсутствует в принципе, так что меня никто не осудит, ведь мы с Серёгой ходим вместе как шерочка с машерочкой. Но всё-таки странно…
– Да, но… мне мама не разрешит, – предприняла я слабую попытку возразить.
– Хочешь, я сама с ней поговорю? – с энтузиазмом откликнулась Галина Венедиктовна. – Как маму зовут?
Я лишь пожала плечами. А вскоре уже слышала, как Галина с жаром убеждала мою маман.
– Ольга Андреевна? Здравствуйте. Это говорит мама Серёжи Войтовского, – уверенно звучал её зычный голос. – Да, да… Очень приятно. Наши дети так дружат! Просто не разлей вода! Вы не возражаете, если Наташенька поживёт у нас несколько дней? А то мне надо уехать в командировку, а Серёжа один не привык…
По той паузе, что образовалась, я поняла – моя мамуля в некотором ступоре.
– Да ну что вы! – как ни в чём не бывало продолжала рокотать Галина Венедиктовна. Видимо, мамуля стала справедливо возражать. – Наташенька ведь уже почти член семьи! Дело лишь за формальностями. А с ними, думаю, надо поскорее покончить. Пусть дети живут и радуются!
От таких перспектив, вернее, от того, что за меня уже всё решили, я немного опешила. Ведь Серёга мне не говорил ни слова любви, да и предложения даже не думал делать. Как же так?
– Наташа, твоя мама согласна, – безапелляционно заявила Галина через несколько минут. – Так что можешь переезжать к нам с вещами.
Вот это поворот! Ну, раз надо, так надо. Как там раньше говорили? «Партия сказала – надо! Комсомол ответил – есть!» Это я такой плакат где-то видела. Старый, ещё из советских времён. И удивилась, насколько тогда люди были управляемы. А теперь вот и сама без звука согласилась – а как же, ведь речь идёт о Серёженькином комфорте! Это же святое.
– Наташка, ты что, замуж за Серёгу выходишь? – был первый вопрос мамы, когда я переступила порог дома.
– С чего ты взяла? – удивилась я. – Не собираюсь я замуж… Рано ещё!
– А зачем тогда переезжаешь? – вполне логично поинтересовалась она. – Не жена, а собираешься жить с парнем! Плохо это, неправильно. Вот выйди замуж, тогда и живи!
– Ой, мамуль, какие у тебя устаревшие понятия… – пожала плечами я. – Да и, вообще, я не собираюсь с ним жить. Ну, в том смысле, о котором ты подумала. Просто Серёга неприспособленный и один пропадёт.
– Что значит – пропадёт? – изумилась мама. – Он вроде не инвалид, слава богу. И руки-ноги у него имеются. А ты прямо в няньку превратилась! Носишься с ним, словно с дитём малолетним! На кой он тебе сдался? Ой, как мне всё это не нравится…
– Мамуль, да я просто побуду там несколько дней, пока Галина Венедиктовна не вернётся из командировки, – убеждённо проговорила я.
Наивная! Совсем не чуяла, что петля-то затягивается всё туже.
– Я – против! – решительно заявила мама. – Ты, конечно, человек взрослый и уже совершеннолетний, но, думаю, пора покончить со всей этой мутной историей. Имею в виду, с твоей опекой, да и с Серёжей этим. Не пара он тебе! И в мужья не годится!
– Мама, алло! – громко повторила я. – ЗАМУЖ ЗА НЕГО НЕ СОБИРАЮСЬ! Просто немного помогу.
– Я и твоей Галине Венедиктовне сказала, что не дело это – переезжать девушке к парню… – продолжала настаивать мама.
– А мне она сказала, что ты согласна… – удивлённо пожала плечами я.
– Видимо, она неправильно меня поняла, – предположила мама.
– Поняла так, как хотела, – резонно заметила я. – Приняла желаемое за действительное.
– В общем, никаких сомнительных переездов, Наташка, – решительно заявила мама.
– Но мы ведь уже договорились… – не соглашалась я. – Меня ждут. Неудобно как-то…
Спорили-спорили, но я всё-таки сделала по-своему. Не знаю почему. Ну не могла отпихнуть от себя человека, которого уже приручила! Вот поддержу его в последний раз, а там поглядим. Надо будет ещё с кем-нибудь познакомиться. Серёга увидит, что у меня другой парень, и оставит в покое. Такой вот созрел план. Но ему не суждено было сбыться.
Когда двое молодых людей противоположного пола остаются вдвоём под одной крышей, то что неизбежно должно произойти? Нетрудно догадаться. Как ни странно, стоило Галине Венедиктовне уехать, Серёга стал вести себя по-другому. Нет, он, конечно, не превратился в брутального мачо, но в его голосе и движениях появилось больше уверенности. Даже посуду после ужина вымыл, чего за ним отродясь не водилось. Может, это излишне авторитарная мамаша на него так действовала?
– Наташка… – тихо сказал он, приблизившись ко мне. – Ты такая красивая!
Опа! Это что-то новенькое. Я думала, сейчас начнёт жаловаться на усталость, голод или ещё что-нибудь, а он впервые посмотрел на меня другими глазами.
– Неужели? – в некотором замешательстве проговорила я.
Серёга отвёл прядь волос с моего лица.
– Иди ко мне, а? – нерешительно предложил он, будто готовый в любую минуту пойти на попятную.
Я не отстранилась, а лишь удивлённо посмотрела на него. Серёга неловко привлёк меня к себе и поцеловал где-то за ухом. Ну, понятное дело. Оба мы на тот момент были девственниками и толком не знали, что делать и как. Оставалось положиться на природу.
«Ладно, пусть первым будет Серёга, – деловито подумала я. – С чего-то ведь надо начинать». Мне он не был противен, да к тому же раздирало жуткое любопытство, каково это – вступить во взрослые отношения? Пора бы уже попробовать. Это не означало, что я тут же обязана выскочить за Серёгу замуж. Вовсе нет. И даже как раз наоборот. Ну что он за муж? Тем более лет нам совсем немного, ещё учимся и всё такое. Ясное дело, замуж я не рвалась, но расстаться со своей девственностью была настроена весьма решительно.
Что и случилось. Несмотря на всю нашу неопытность, природа подсказала, как надо действовать. Мы не были друг в друга влюблены, а в большей степени шли на поводу у собственных гормонов – две юные особи противоположного пола, оставшиеся в доме один на один. Серёга при всей своей инфантильности продемонстрировал весьма горячий темперамент, а я, кроме определённого дискомфорта, который бывает у девушек в первый раз, вообще ничего не почувствовала. И что, вот это называется любовью? И из-за этого народ сходит с ума? Бред! Стоит ли тратить время на такую ерунду?
До возвращения Серёгиной мамы из командировки мы исправно удовлетворяли свою природную любознательность. О возможной беременности, которая вполне логично могла бы наступить, я как-то не думала. Слава богу, она не наступила ни сейчас, ни потом – иначе в дальнейшем ситуация бы здорово осложнилась. Словно сама судьба, понимая, что это не мой вариант, берегла меня от подобных сюрпризов и давала возможность набить шишки малой кровью.
Галина Венедиктовна, едва переступив порог, спросила:
– Ну как вы тут? Нормально?
И принялась сканировать нас своими глазками-буравчиками. Мы стыдливо смотрели в разные стороны, и она, думаю, сразу всё поняла без слов.
– Не пора ли готовиться к свадьбе? – усмехнулась вездесущая мамаша, сбрасывая на руки Серёги своё роскошное пальто.
Уж что-что, а одеться со вкусом Галина умела, этого у неё было не отнять.
– К какой свадьбе? – спросили мы с Серёгой одновременно.
– Как – к какой? – удивилась та, словно вопрос был давно решённым. – К вашей, конечно…
– Да, но… – начала было я, однако фраза замерла у меня на языке.
Я хотела сказать, что у нас и речи не было о свадьбе, и что, вообще-то, я собираюсь с её сынком расстаться. Хватит. Хорошего понемножку. Но меня терзали смутные сомнения. Похоже, Галина с самого начала придумала этот хитроумный план, чтобы нас с Серёгой окончательно свести. Видимо, она поняла, что я – лучший кандидат на место вечной опекунши её обожаемого малыша. Другой такой дурёхи скорее всего больше не найдётся, так что решила ковать железо, пока горячо.
– Никаких «но»! – безапелляционно заявила Галина Венедиктовна. – Вы с Серёженькой любите друг друга… Ведь правда, сынок?
И она выразительно посмотрела на «сынка». Тот растерянно кивнул.
– Ну вот и ладно, – удовлетворённо проговорила Галина Венедиктовна.
Моего мнения при этом, как обычно, никто не спрашивал. Она, видно, понимала, что её инфантильный Серёженька ещё сто лет не соберётся позвать меня замуж, а такой удобный вариант упускать жалко. Вот и сделала предложение сама. Так сказать, от лица жениха.
– И твоя мама, Наташенька, тоже будет очень рада… – добавила она.
Вот уж на этот счёт сомневаюсь!
– Жить вы будете, конечно, у нас, – продолжала строить планы Галина. – Это удобнее. К тому же ты, по-моему, здесь уже освоилась…
От такого напора я растерялась.
– Можно я пойду домой? – жалобно спросила у Галины.
– Ну, иди пока… – милостиво разрешила она. – Надо будет с твоей мамой переговорить…
Домой я явилась слегка обалдевшей. Меня будто стукнули по голове пыльным мешком.
– Ты что такая, Наташка? – удивилась мама.
– Да вот, говорят, надо к свадьбе готовиться… – удручённо сообщила я.
– Кто говорит? Какая свадьба? – засыпала меня вопросами мама.
– Галина Венедиктовна считает, что нам надо пожениться… – нерешительно проговорила я.
– Ну а ты что?
– А я не знаю… – я всё не могла собрать себя в кучку.
– Ну ты хоть любишь его? – продолжала допытываться мама. – У вас с ним что-то было?
Я молча кивнула.
– О господи! – воскликнула она. – Я же тебя предупреждала! Серёга твой, конечно, никакой не муж, но раз так получилось… В общем, смотри сама, дочка. Хочешь – выйди замуж начерно…
– Как это? – удивилась я.
– Пусть даже первый блин будет комом… – объяснила мамуля. – По крайней мере, приобретёшь опыт, поймёшь, что тебе от этой жизни надо… Только с детьми повремени.
– Ты серьёзно? – я не поверила своим ушам.
Ничего себе совет! А что, может, он вполне житейский?
Глава 4
Вот так, через пень-колоду, я и вышла первый раз замуж. Мамулин совет, конечно, был дурацким. Это я потом поняла. Разве можно заключать брак «начерно»? Абсурд! Но, как видно, мамы тоже могут ошибаться, и у моей были свои резоны. Я решила, что всё-таки хорошо знаю Серёгу, и он мой первый мужчина. Почему бы и нет? В основном же, конечно, нашей свадьбе своей неуёмной энергией поспособствовала Галина Венедиктовна. Она прошлась по всем, как танк, настояла, уговорила, убедила – и вскоре мы уже думали, что да, действительно, так надо, и это единственно верный вариант.
Я и опомниться не успела, как на моём безымянном пальце уже поблескивало обручальное кольцо.
– Ну вот, Наташенька, – деловито заявила Галина Венедиктовна после свадьбы, – теперь ты жена и, стало быть, хозяйка дома. Так что принимайся-ка за дела!
У неё самой к тому времени нарисовался ухажёр, и она обитала, в основном, у него. А к нам наведывалась с инспекцией. Причём неожиданно, безо всяких предварительных звонков и договорённостей. Однажды заявилась, когда мы с Серёгой среди бела дня решили заняться «этим самым», и застала нас в недвусмысленной ситуации. Но ничуть не смутилась, а гордо прошествовала на кухню.
– Ой, Наташ, а почему у тебя посуда не вымыта? – раздался оттуда её зычный голос. – И моя любимая чашка не на месте… Да из неё, похоже, кто-то пил!
Я, судорожно кутаясь в простыню, как послушная невестка побежала на кухню.
– Галина Венедиктовна, я помою… – начала торопливо оправдываться. – Просто немного позже…
– Нельзя надолго оставлять посуду немытой, – назидательно проговорила она. – Еда присохнет, и потом её будет трудно оттереть. Надо сначала управиться с делами, а потом уже всё остальное…
Я покорно кивнула. А что было делать? Она – свекровь, и, вообще-то, это её дом. А я здесь вроде как и хозяйка, но на птичьих правах. И потом, Галина ежемесячно отстёгивала нам приличные суммы, так как наших двух стипендий, конечно, не хватало. О том, чтобы Серёге найти подработку и речи не могло быть.
– Ни в коем случае! – кричала она. – Мальчик учится. Какая ещё работа?
А то, что я уже не первый месяц подрабатывала, во внимание не принималось, словно так и надо. Моя мама старалась помочь нам деньгами, но я не брала, потому что зарабатывала она немного, а кормить взрослого мужика на скромные подношения одинокой немолодой женщины мне не позволяла совесть.
В каждый свой «налёт» на наше семейное гнёздышко Галина отчитывала меня то за не слишком тщательно вытертую пыль, то за отсутствие в холодильнике каких-нибудь продуктов, то ещё бог знает за что.
– Наташа, а почему у Серёжи не выглажены рубашки? – вопрошала она, укоризненно качая головой.
– Галина Венедиктовна, Серёжа уже давно отказался от рубашек, – терпеливо объясняла я. – Он ходит в футболках и толстовке – так удобнее.
– Удобнее кому – ему или тебе? – ехидно спрашивала она.
– Нам обоим… – я была сама кротость.
– А почему у тебя не сварен компот? – интересовалась она в следующий раз. – Серёженька очень любит компоты. И кисели тоже.
«Вот и варите их сами!» – хотелось крикнуть мне, но я сдерживалась из последних сил. Сама не знаю почему. Мне бы однажды послать её подальше и потребовать, чтобы не вмешивалась в нашу жизнь, а я никак не решалась. Совсем молодая была, глупая. Вот и билась из последних сил, чтобы у Серёженьки всё было в наилучшем виде – таскала тяжеленные сумки с продуктами, пылесосила квартиру, готовила «вкусную здоровую пищу» и так далее по списку. Ну чисто Золушка в услужении у злой мачехи! А я, между прочим, ещё и училась – так же, как мой благоверный, да плюс ко всему подрабатывала.
Серёга, наверное, считал, что это в порядке вещей, потому что наблюдал за моими подвигами со спокойной душой и своих услуг не предлагал. Он – мужчина, так разве пристало ему заниматься женскими делами? А то, что он и мужиком-то в доме не был и не мог элементарно обеспечить семью, как-то сбрасывалось со счетов.
Я по инерции тащила этот воз, но уже стала порядком уставать, и всё чаще закрадывалась мысль – не бросить ли его к чертям собачьим и не вернуться ли домой? А судьба, видя мои сомнения, словно решила дилемму за меня. Однажды я стояла на пешеходном переходе, дожидаясь пока переключат зелёный свет. Ну и неизменные объёмистые пакеты с продуктами были, конечно, при мне – куда же без них? Я замучилась их держать и поставила на асфальт.
Вдруг рядом притормозила иномарка и открылась передняя дверца.
– Девушка, что же вы так маетесь? – улыбнулся мне незнакомец вполне приятной наружности. – Разве можно милым малышкам носить такие тяжёлые сумки? Хотите, я вас подвезу?
Лет мне было всего девятнадцать, и, несмотря на ежовые рукавицы семейства, я ещё не успела растерять своей привлекательности. Худенькая, как тростинка, смазливая блондиночка, которая тащит неподъёмные пакеты с продуктами, действительно, могла вызвать сочувствие у некоторых лиц противоположного пола.
В принципе, мне и в голову не приходило сесть в машину неизвестного мужика, который проезжал мимо. А тут вдруг сработало бесшабашное «почему бы и нет?». К тому же я уже так устала играть роль примерной жены, не получая при этом никакой поддержки, что плюнула и села к незнакомцу. Ну не убьёт же он меня! А вдруг всё-таки убьёт? Сейчас завезёт в какой-нибудь укромный уголок со всеми моими картошками-морковками и сотворит со мной что-нибудь ужасное! «Поздно… – пронеслась мысль в моей грешной голове. – Я уже еду. Ловушка захлопнулась. Небось и двери блокировал».
– Что это вы так напряглись? – насмешливо поинтересовался он.
– Вас боюсь… – честно призналась я, прежде чем успела придумать какой-нибудь удобоваримый ответ.
Незнакомец от души расхохотался, и я успела заметить, что у него отличные крепкие зубы. Вообще, это мой пунктик – обращать внимание на то, у кого какие зубы. Как ни крути, но в оценке внешности они имеют большое значение. Вот бывает, всё у человека тип-топ, а улыбнётся, и обнаружатся зубы или кривые или, того хуже, изъеденные кариесом – тогда пиши пропало, ведь общая благоприятная картинка тут же рушится. Может, это у меня одной так? А другим всё равно?
– Не бойтесь, – сказал мой спаситель, отсмеявшись. – Я не кусаюсь. Довезу вас до дома в целости и сохранности. Только скажите куда.
Я назвала. Вот идиотка! Ещё и адрес озвучила. А вдруг он и, правда, какой-нибудь злоумышленник и просто вешает мне лапшу на уши? Но было уже поздно. Слово – не воробей. Я машинально ответила на его вопрос, а сама разглядывала во все глаза. И чем больше смотрела, тем больше он мне нравился. Крепкий такой, ладный, основательный. Не то что рохля Серёга.
– Борис, – представился мужик, перехватив мой взгляд. – А вас как зовут, небесное создание?
– Наталья…
– Наташа… Наташенька… – мягко произнёс он, словно пробуя моё имя на вкус.
И оно прозвучало как нежная музыка. Ещё ни один мужчина не произносил его вот так. Я отчего-то смутилась и отвернулась к окну. Но мы уже подъезжали.
– Может, вы оставите свой номер телефона? – вкрадчиво поинтересовался Борис. – Вдруг вам когда-нибудь надоест носить тяжёлые сумки, и вы надумаете прокатиться с ветерком?
– Вообще-то, я замужем… – растерянно произнесла я.
Мне страсть как хотелось обменяться с ним номерами телефонов, но совесть не позволяла.
– А что же муж так эксплуатирует свою жену? – задал он вполне резонный вопрос. – Вас на руках носить надо…
Как-то и в голову не приходило, что, оказывается, меня можно носить на руках.
– Спасибо, что подвезли, – пискнула я, когда он притормозил возле моего подъезда.
– Сейчас провожу до самого лифта, – безапелляционно заявил Борис. – А то ещё надорвётесь.
И тут заметила, что к дому приближается Серёга.
– Вон муж идёт… – испуганно проговорила я и поскорее стала выбираться из машины.
Но Бориса это обстоятельство ничуть не смутило. Он вытащил сумки и передал их с рук на руки опешившему Серёге, который как раз поравнялся с нами.
– Жену надо беречь, – назидательно проговорил новый знакомый, бросив неодобрительный взгляд в сторону моего благоверного.
Борис был заметно старше и на фоне растерявшегося муженька выглядел уверенным солидным мужчиной, понимающим, что к чему. Он шутливо салютовал мне, сел в машину и лихо вырулил со двора. Мы с Серёгой стояли и смотрели ему вслед.
– Что это было? – наконец, ожил мой благоверный.
Тяжеленные пакеты непривычно оттягивали ему руки, и он явно хотел от них поскорее избавиться.
– Не что, а кто, – сварливо отозвалась я. – Просто хороший человек. Помог мне.
На меня вдруг впервые накатил приступ злости. Какого чёрта? Я, молодая девчонка, бьюсь со своим муженьком-недотёпой как рыба об лёд! Можно сказать, света белого не вижу. А есть люди, которые эту жизнь воспринимают по-другому. И меня видят совсем в ином свете.
Серёга попытался было передать мне злосчастные сумки, но я повернулась и пошла к подъезду. Ничего, пусть хоть до квартиры дотащит, не развалится.
– Наташ, ты чего? – спросил меня в лифте Серёга. – Случилось что?
«Да, случилось! – хотелось мне выкрикнуть ему в лицо. – Я посмотрела на тебя другими глазами! На тебя и нашу жизнь».
Дома, раскладывая продукты по местам, я нарочно стала громко хлопать дверцами шкафов и холодильника. «А телефон Борису так и не успела сообщить… – невольно подумалось мне. – Но, может, это и к лучшему. У него, наверное, жена и дети. Зачем я ему? Позабавиться? Но это не мой вариант. А мой какой? Вот это чудо в перьях, которое именуется мужем и всё время валяется на диване?»
– Наташ, ты чего? – снова спросил Серёга, материализовавшись на кухне. – Гремишь на всю квартиру… Мы есть-то будем?
– Есть тебе понадобилось? – взвилась я. – А, может, ради интереса ты сам приготовишь ужин? Ну хоть один разок? Так, для разнообразия…
– Какая муха тебя укусила? – озадаченно спросил Серёга.
Он впервые видел меня в таком состоянии. Я и сама никогда не вела себя подобным образом. Ну ничего, всё когда-то случается в первый раз. Пусть привыкает.
– Меня муха укусила? – продолжала верещать я. – По-моему, она тебя укусила! Такая цепучая ядовитая муха! И ты стал неприспособленным маменькиным сынком. Повадился на чужом горбу ездить, а сам палец о палец не хочешь ударить!
Серёга во все глаза смотрел на меня. И не знал, как реагировать. Качать права он не умел, да и успокаивать разъярённую женщину тоже. А привык, что вокруг него тишь да гладь да божья благодать. Словно сами собой появляются продукты в холодильнике, готовая еда, чистые вещи в шкафу и прочие прибамбасы. Я впервые ощутила, как меня всё это достало. Домой хочу, к маме! Хочу в клубы бегать и с девчонками общаться! И, вообще, быть свободной как ветер! А ещё хочу встретиться с Борисом. Очень хочу.
