Текст книги "Виртуальный роман (СИ)"
Автор книги: Алена Токарева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)
Глава 27
Я с опаской посмотрела в «глазок» и увидела знакомую косуху. Отпрянула от двери, словно с другой стороны был заложен динамит. Моё сердце вдруг пустилось вскачь, а щёки опять загорелись предательским румянцем. Ну вот есть институтка! В свои-то почти тридцать шесть!
Может, не открывать? Но мачо-байкер наверняка видел тень в «глазке», да и Ромка сейчас высунет нос в коридор. Что я ему скажу? Что мама боится открыть дверь злому дяденьке? Кажется, всё это уже было, и совсем недавно. Прямо дежавю! Надо перестать трусить и строить из себя маленькую девочку. Сейчас пошлю Тимура подальше – и все дела! Я решительно распахнула дверь.
– Ты то ни свет ни заря трезвонишь, то на ночь глядя… – безо всяких там «здрасьте» проворчала, сурово сдвинув брови, но не поднимая глаз. – Что случилось?
– Здравствуйте, Наташа… – как ни в чём не бывало приветливо проговорил Тимур своим низким бархатным голосом, словно его встретили хлебом-солью.
Ого! Опять «Наташа». Он что, забыл моё отчество? Или нарочно сокращает дистанцию между нами?
– Не Наташа, а Наталья Владимировна, – с нажимом поправила я. – Прошу запомнить. И потом почему ты решил, что ко мне каждый раз можно приходить вот так, запросто? Между прочим, уже поздно, и мы с сыном собираемся ложиться спать…
– Привет, Тим! – радостно прокричал из-за моего плеча Ромка. – Мы и не спим вовсе, ещё хотели чай пить… Давай с нами!
– Ром, иди к себе, – железным тоном приказала я, стараясь не сбиться со своего воинственного настроя. – Мы действительно ложимся спать, и ты нас здорово задерживаешь, Тимур. Я тебя не приглашаю в дом. Уж извини.
– Наташа, а вы хотели бы сейчас покататься по вечерней Москве? – вдруг тихо спросил мачо-байкер, проигнорировав мои предыдущие замечания.
Вот ведь искуситель! Я и так не могу унять сердцебиение, да и старюсь на него не смотреть… Всё больше в пол. Но тут не выдержала и подняла глаза. О боги! Сразу же утонула во взгляде хорошо знакомых глаз, от которого по обыкновению меня бросило в жар. Как горячо, прямо сейчас запылаю! Срочно нужно охладиться. И потоки вечернего прохладного воздуха мне совсем не помешают…
«Конечно, хочу, просто мечтаю!» – казалось, выкрикнуло моё сердце.
– Я сейчас, одну минуточку…
Опять ликует моё сердце, или я это произнесла вслух?
– Тогда подожду вас внизу… – сказал Тимур, обжигая меня своими обманчивыми глазами-льдинками – ждёшь от них холода, а на самом деле загораешься, словно спичка.
Плохо дело! Значит, реально согласилась с ним поехать. Ну что наделала! А как же мои благие намерения? К чёрту их! К чёрту всё! Я хочу быть с Тимуром – и точка. А там хоть трава не расти.
– Мам, ты куда? – удивлённо спросил Ромка, увидев, что я заметалась по квартире.
– Воздухом подышу… – невнятно пробормотала, натягивая всё те же джинсы.
– Так ведь поздно уже… – растерялся Ромка.
– Я ненадолго… – снова пробормотала, пряча глаза.
– А чай? – совсем сник мой парень.
– Сам попей, – бросила я. – Ты же не маленький…
– Ты с Тимом, да? – догадался Ромка.
Я ничего не ответила и пулей вылетела из квартиры. Вот так, что же я за мать такая? Поманил мужик – и оставила сына одного. Но ведь и, правда, Ромка уже не маленький, да и я скоро вернусь… Ну-ну, Наталья Владимировна, продолжайте в том же духе! Придумывайте себе неуклюжие оправдания!
– Наташа, я здесь! – негромко позвал Тимур.
– А ты не на стояке? – удивилась я.
– Зачем? – пожал плечами он. – Я вас тут поджидаю… Мой конь оседлан. Сразу и стартанём!
В свете фонарей его байк поблескивал роскошными боками.
– Ромка-то обиделся? – усмехнулся Тимур, подавая мне шлем.
– Есть немного, – кивнула я.
– Ну ничего, завтра с ним обязательно прокатимся… Можно? – запоздало поинтересовался он.
– Можно, но только днём… – согласилась я.
Мы уселись и резко рванули с места. Всё-таки Тимур – классный байкер. Умеет ехать быстро, но с ним не чувствуешь опасности, а, наоборот, ощущаешь уверенность и надёжность. В его стиле вождения странным образом сочетаются стремительность и плавность движений.
Наш байк мчался куда-то в ночную Москву. Прохладный ветер обдувал меня, но никак не мог остудить мои пылающие щёки. А я прильнула к Тимуру, обхватив его за талию и прижавшись щекой к спине – и это казалось самым большим счастьем, которое мне довелось испытать в последнее время. Да-да, счастьем! Не стоило себя обманывать. Он проник в моё сознание, завладел душой, просочился в каждую клеточку. Наверное, это глупо, неправильно, бессмысленно, но было именно так.
В темноте мелькали огни ночного города, проносились машины, которых, несмотря на поздний час на дороге встречалось немало, но меня это ничуть не раздражало, а, наоборот, радовало. Я приходила в тихий восторг от любой мелочи – быстрой езды, потоков ночного воздуха, мелькающих огней и оттого, что мы с Тимуром в эти минуты как бы составляли единое целое. Он вдруг сделал крутой вираж, съехал с главной магистрали и помчался дальше. Куда – я не знала. Да не всё ли равно! Только бы прижиматься к нему, чувствовать тепло его сильного тела, ощущать, как под косухой напрягаются мышцы, когда он делает очередной поворот…
Тут Тимур резко тормознул.
– Приехали, Наташа, – раздался сверху его голос.
Он скинул шлем и обернулся.
– Ну как вам, понравилось? – спросил мачо-байкер, и в ночном освещении мелькнула знакомая белозубая улыбка. – Не страшно было?
– Очень понравилось! – горячо воскликнула я, с сожалением от него отстраняясь. – И почему-то ни капельки не страшно, а совсем наоборот…
Я едва сдерживалась, чтобы снова не потянуться к Тимуру. Бред какой-то! Отчего мой организм так на него реагирует?
– А куда мы приехали? – поинтересовалась из приличия.
На самом деле мне было абсолютно всё равно.
– Хотел показать вам свою берлогу… – вполголоса проговорил он.
– Берлогу? – развеселилась я. – У тебя что, как у медведя, есть берлога?
– Вообще-то, я живу с мамой, – признался Тимур. – Не хочу её оставлять одну надолго. После смерти отца она ещё до конца не оправилась. А тут у меня своя однокомнатная квартира…
Надо же, Тимур, оказывается, такой заботливый сын! Вот ещё один плюс в копилку его достоинств.
– А что случилось с отцом? – сочувственно спросила я. – Ты извини, что интересуюсь. Если не хочешь – не говори.
– Тут нет никакой тайны, – сдержанно ответил Тимур. – Погиб в аварии. Два года назад. Всё случилось неожиданно. Ещё молодой, полный сил мужчина… и вдруг…
Его голос звучал глухо. Чувствовалось, что он до сих пор переживает случившееся.
– Мама долго болела, – признался Тимур. – Но сейчас ей уже получше…
– Сочувствую…
В темноте я коснулась его руки. Он вдруг стиснул мою ладонь. Сердце на секунду замерло, а потом пустилось бешеным галопом. Бедное, никак ему не удаётся биться спокойно и ровно! Рядом с мачо-байкером его постоянно подстерегают такие вот засады.
– Хотите посмотреть, как я живу? – спросил Тимур, не выпуская моей руки.
Я догадывалась, к чему всё это. Ведь уже не девочка. Если молодой мужик приглашает на чай, то это вовсе не означает, что мы действительно будем пить чай. Но, чёрт возьми, мне так хотелось подняться к Тимуру! Вот прямо руки чесались прикоснуться к нему без помех, ощутить гладкость кожи и силу мышц, потрогать сплетение сухожилий на шее, которое то и дело обозначалось, когда он поворачивал голову… Да много чего! Одни чётко проступавшие вены на предплечьях чего стоили! Я их заприметила уже давно и мечтала дотронуться до них языком.
– Пошли, – решительно кивнула и слегка сжала его ладонь. – Увидим, что там у тебя за берлога…
Мы так и направились к подъезду – рука в руке. И это казалось столь же естественным, как то, что на город спустилась ночь, которая в скором времени сменится рассветом. Горячая крепкая ладонь Тимура напоминала мне электрическую розетку, через которую вливались недюжинные потоки энергии. Внутри у меня всё завибрировало от нетерпения. В конце концов, я свободная женщина и имею право на личную жизнь! Никто ведь не говорит о чём-то серьёзном и не собирается связывать Тимура обязательствами. Ха, как же здорово перестраивается мой мозг применительно к новым обстоятельствам! И как ловко находит нужные оправдания!
Никакой чай мы, конечно же, пить не стали. И осмотреть жилище Тимура тоже не довелось. Хотя и рассматривать было особенно нечего. Как только за нами закрылась дверь, мы, не сговариваясь, бросились в объятия друг друга. Изголодались. Он взял обеими руками мою голову, и я вновь ощутила, какие у него горячие и крепкие ладони. Такой не выпустит, как ни старайся. А я и не старалась! Тимуру пришлось согнуться в три погибели, чтобы прикоснутся губами к моим губам. Бедненький! Он-то высоченный, а я рядом с ним просто малышка. Однако это не помешало нам слиться в страстном поцелуе. Потом Тимур, видно, решил, что неудобно стоять вот так, сложившись пополам. Недолго думая, подхватил меня, словно пёрышко, и понёс в комнату.
Кажется, там центральное место занимала просторная кровать. Ничего другого не успела заметить. А ничего другого и не требовалось! Тимур принялся ласкать меня своими умелыми горячими руками, которые, казалось, путешествовали по всему моему телу. Я была словно под гипнозом. Его руки – везде, и совсем рядом такие невероятные глаза-льдинки, от которых бросает не в холод, а в жар…
– Наташа… – он не произнёс, а выдохнул моё имя.
И это было единственное слово, сказанное за всё время. И правда, к чему разговоры? Мы действовали молча, целиком сосредоточенные на том, чего нам так давно хотелось, и чего мы старательно избегали. Но вот «оно» нас всё-таки настигло и накрыло мощной волной.
Оказывается, руки Тимура не только меня ласкали, но успели освободить от одежды. Сам он тоже скинул футболку и джинсы, и я, конечно, мысленно воскликнула «вау!», что было вполне предсказуемо. Хоть одетый, хоть раздетый Тимур выглядел потрясающе. Как говорится, мужчина в расцвете сил. Мои ладони заметались, не зная до чего дотронуться в первую очередь. От такого богатства выбора захватило дух. Я касалась бугристых мышц на спине и плечах, умопомрачительного сплетения сухожилий на шее, потом мои пальцы побежали по шерстяной дорожке на животе… Тут Тимур застонал, решительно подхватил меня и посадил к себе на колени.
Дальше… понятное дело, что было дальше. Его естество окончательно взбунтовалось, да и моё тоже. Короткая бурная схватка – и всё было кончено. На этот раз. Но после некоторой паузы последовал другой, а потом ещё. В общем, как в песне поётся – эх раз, ещё раз… У меня всегда данный припев ассоциировался с «тем самым». Мы с Тимуром, что называется, дорвались и никак не могли насытиться друг другом. Действительно, как в последний раз. А вдруг и, правда, он будет первым и последним? Ну конечно! Так и только так. Вы, Наталья Владимировна, попробовали запретный плод – и хватит. Теперь надо просто всё забыть. Легко сказать! А получится ли?
Глава 28
– Наташка… – меня кто-то притянул к себе и поцеловал в висок.
А я, оказывается, заснула. Открыла глаза, в первые секунды не понимая, где нахожусь. Но быстро всё вспомнила. Боже мой, какой ужас! Что я наделала! И как теперь из этого выпутаться?
– Ты что испугалась? – Тимур слегка приподнялся на локте, не выпуская меня из объятий.
И взглянул своими умопомрачительными глазищами-льдинками. Никогда не видела их так близко. А теперь можно изучить всё до мельчайших подробностей. И улыбка его фирменная – вот она. Захочу – пальцем проведу по губам, захочу – поцелую.
– Мне надо домой… – засуетилась я, пряча глаза.
– А, может, останешься? – он как-то сразу погрустнел. – Ромке позвоним, чтобы не волновался…
– Нет, не годится, – покачала я головой. – Он догадается, да и не хочется оставлять его ночью одного…
На самом деле Ромка преспокойно мог бы переночевать один, такое уже случалось. Просто я находилась в полном смятении и хотела поскорее сбежать. Вот, дала слабину, пошла на поводу у собственных инстинктов, и ситуация до невозможности усложнилась. Как теперь вести себя с Тимуром, если мы вдруг столкнёмся во дворе? Сделать вид, что ничего не было? Но ведь было же, и этого не отменишь! Значит, тогда общаться по-свойски? Тоже глупо… Окружающие не поймут. Вернее, очень даже поймут, и лавиной пойдут сплетни. А оно мне надо?
– Ты чего, Наташк? – он испытующе смотрел на меня.
Даже улыбка с лица сбежала. Бедный, не сообразит, что происходит.
– Слушай, давай считать эту нашу встречу недоразумением… – пробормотала я. – Расстанемся, как будто её и не было…
– Недоразумением? – грозно проговорил Тимур. Похоже, всерьёз обиделся. – Считаешь, то, что сейчас между нами – это недоразумение?
– Ну, прости, может, не так выразилась… – пошла я на попятную. – Было классно, и я ни о чём не жалею…
– Тогда в чём же дело, Наташа? – у Тимура от негодования даже слегка заострились скулы, и он во все глаза смотрел на меня. – Что с тобой?
– Да ни к чему всё это! – в сердцах воскликнула я, отбросив условности. – Нет у нас никаких перспектив, понимаешь? Мы люди разных поколений. Я – тётка средних лет с сыном-подростком, а ты молодой, и тебе надлежит быть с молодыми…
Он не дал мне договорить, закрыв рот поцелуем. Сжал меня так, что я издала нечленораздельный писк.
– Фу ты, а я-то думал… – наконец, проговорил Тимур, облегчённо вздохнув. – Теперь послушай меня. Я сам буду решать, с кем мне быть. Лады? И ты, Наташка, вообще, не указ. А быть хочу только с тобой. Поняла?
– Понять-то поняла, – недоверчиво возразила я. – Но это ты сейчас так говоришь, когда мы впервые… встретились в интимной обстановке. А пройдёт немного времени, и тебе всё надоест. Природа возьмёт своё. Что мне тогда делать? Умирать от горя и ревности?
Он откровенно расхохотался, обнажив ровные крепкие зубы. И мне тут же захотелось прикоснуться к ним языком. Сколько у него, оказывается, мест, которые прямо-таки тянет попробовать на вкус! Грех отказываться от такой возможности…
– Ты, Наташка, прогнозируешь на десятилетия вперёд, – отсмеявшись, глубокомысленно заметил Тимур. – Не надо! Радуйся тому, что есть сейчас. К тому же, мы не знаем, что будет потом. А, может, мне кирпич на голову упадёт? Или, например, я угожу в аварию? И придётся тебе, старенькой, ухаживать за беспомощным инвалидом… Или я, вообще, того… улечу на небо раньше тебя…
Он сделал страшные глаза.
– О, господи! – простонала я, ужаснувшись такой перспективе. – Что за идиотские мысли лезут тебе в голову? Немедленно прекрати!
И я, не помня себя, бросилась в его объятия.
– Вот то-то же… – назидательно проговорил он, смыкая на моей спине ладони, которые тут же принялись её исследовать. – Давно бы так…
Ни до чего мы не договорились, потому что опять занялись самым важным для нас делом. Домой я попала уже под утро. Крадучись пробралась в свою комнату, попутно заглянув к Ромке. Тот дрых без задних ног – с этим у него строго. Ну и слава богу! Пусть спит и не видит, как его мать, словно нашкодившая девчонка, прячется по углам. Стыдно, ох как стыдно, Наталья Владимировна! Но сердце-то трепещет от радости, глаз горит, и щёки пылают. В общем, всё как надо. Полный набор. Или ну их, эти запоздалые интеллигентские рефлексии? И правильно говорит Тимур – живи здесь и сейчас. К чему бояться того, что, может, случится, а, может, и нет? Пусть короткое счастье, но моё.
На этом я поставила жирную точку в бесконечных сомнениях и решила наслаждаться тем, что предоставила судьба. С маленькой оговоркой: если Тимур не лукавил, когда говорил, что хочет быть со мной. Не знаю, появится ли он вновь или, поразмыслив, придёт к выводу, что погорячился, и не стоит продолжать наши встречи. Да-да, теперь я, как ни крути, утратила независимость и буду, словно девица в окошке, высматривать своего ненаглядного. Придёт-не придёт? Любит-не любит? Плюнет-поцелует? Вот так. Или независимость, или отношения. Я же не робот, а живой человек. Не смогу оставаться равнодушной и, чувствую, прирасту к нему всей кожей. Чего боялась, то и получила. Но оно того стоит!
Отныне я, как солдат, находилась в состоянии полной боевой готовности. На следующий вечер Тимур явился снова, и я безоговорочно откликнулась на его приглашение.
– Мам, ты опять уходишь? – встревожился мой ребёнок. – И опять с Тимом?
– Да, опять! – с вызовом заявила я. – А что, есть возражения?
– Нет, но… – нерешительно начал Ромка.
– Никаких но! – перебила его я, стараясь звучать убедительно, чтобы избежать дальнейших расспросов. – Мне понравилось кататься по ночной Москве.
– Ну-ну… – хитро прищурился мой догадливый отпрыск.
Всё-таки он не вчера на свет родился и уже хорошо понимал, что мужчина и женщина далеко не всегда пьют чай, ведут светские беседы и любуются окружающими красотами. Ну и пусть! Хочу и буду. Что же мне теперь, в монахини податься?
– Помнится, тебе очень нравился Тимур, – не удержалась я от комментария. – И ты мечтал с ним активно общаться…
– Ты и сама, смотрю, не против… – ехидно проговорил Ромка. – А раньше мне запрещала…
– То я, а то ты… – резонно заметила я. – Что у вас может быть общего? Он же тебя намного старше…
– А у вас? – парировал мой ребёнок. – Ты тоже его старше…
– Спасибо, что напомнил, – обиделась я.
– Пожалуйста! – с вызовом проговорил Ромка.
Вот взял и испортил настроение! Как будто я не знаю, что старше Тимура! Думаю об этом каждую минуту. Никуда не денешься.
Ромка, конечно, начал ревновать – и меня к Тимуру, и Тимура ко мне. Наверное, не ожидал такого поворота. Ему хотелось бы получить мачо-байкера в личное пользование, а мать пусть сидит дома и варит им щи-борщи. Нет уж, дудки!
– Но мы с ним оба люди взрослые… – глубокомысленно изрекла я, стараясь не показать своей досады. – Нам проще найти общий язык…
Эх, знал бы ты, мой мальчик, что никакие разговоры тут не нужны! Они – одна сплошная помеха. Есть дела поважнее. Ну, думаю, через несколько лет Ромка сделает для себя такое открытие. А пока, если хочет, пусть дуется сколько ему влезет.
– Нет, – возразил сын, – мы с Тимом ближе! Потому что оба – мужики…
Насчёт того, кто кому ближе, я бы поспорила, но не стану. Всё-таки не хочется совсем уж падать в глазах собственного ребёнка. Догадываться – одно, а знать наверняка – другое. Интимная жизнь родителей для детей – табу. Сама знаю, как неприятно думать о маме с папой в данной плоскости. Причём возраст детей неважен – хоть в десять лет, хоть в сорок мозг отказывается признавать, что они занимаются «этим самым». Как будто мы, дети, появились у них от святого духа! Ну, умом-то всё понимаешь, однако развивать подобную тему в своём воображении не тянет.
– Ладно, хватит болтать, – благоразумно закруглила я разговор. – Еда у тебя в холодильнике имеется, разогреешь в микроволновке. А чай заваришь. Я буду поздно, так что ложись спать.
– Привет твоему Ромео! – донёсся до меня ехидный голос моего парня, но уже из-за двери.
Ох, и задам тебе жару, сынок, когда вернусь! Будешь знать, как дерзить матери. Хотя Ромку тоже можно понять – бросаю его одного, друга увела… Ну, ничего. Зато ему компенсация – полная свобода от материнского надзора. На некоторое время, конечно.
Тут я выпорхнула из подъезда и обо всём забыла. Тимур уже поджидал меня на своём железном коне, который готов был стартануть.
Наши свидания повторялись с завидной регулярностью. Как вечер – Тимур звонил в дверь, и я выбегала ему навстречу, словно восторженная школьница. И каждый раз был лучше предыдущего. По крайней мере, мне так казалось.
Я настолько увлеклась мачо-байкером и своей новой жизнью, что даже сходила в салон и перекрасила волосы, добавив несколько контрастных прядок. Очень смелое решение, ведь всегда была консерватором. Но мне неожиданно понравилось!
– Класс, мам! – не удержался от восхищённой похвалы мой ребёнок, когда увидел обновлённую мать. – Это ты для Тима стараешься?
Вот ведь поганец! Не может не иронизировать.
– Почему это для Тима? – с вызовом вскинула я на него глаза. – Для себя!
– Ну-ну… – опять съехидничал Ромка и поспешно ретировался в свою комнату.
Отчего я в последнее время вынуждена оправдываться перед собственным отпрыском? Мы с ним как будто поменялись ролями…
Ещё я приобрела кожаные брюки. В юности мечтала, но как-то не сложилось – то средств не хватало, то носить некуда, потом вопрос отпал сам собой. А тут пошла и купила наикрутейшие кожаные штаны одного известного бренда. Отвалила, конечно, кругленькую сумму, но была довольна как слон. Тимур, похоже, не заметил. Ему больше нравилось, когда я без одежды. А вот Ромка обрадовался, словно это ему перепали клёвые штанишки.
– Ну, мам, ты даёшь! – воскликнул он. – Прямо байкерша! Тиму понравится.
Даю, сынок, даю, только не в том смысле. А Тиму твоему, вообще, по барабану. Ему другое нравится. Вслух, конечно, ничего подобного не произнесла. Только чмокнула своего парня, который меня подбодрил.
– Наташка, я тебя люблю… – вдруг однажды заявил Тимур, когда мы, раскинувшись на его широкой кровати, отдыхали после очередной любовной схватки.
Думала, он пошутил. Но нет. Сказал очень даже серьёзно, без тени улыбки.
– Ты… уверен? – растерялась я.
Просто хотела выиграть время и не знала, как реагировать. Запрещала себе даже мечтать о чём-то серьёзном и вовсе не собиралась связывать Тимура обязательствами.
