Текст книги "Не заигрывай со мной (СИ)"

Автор книги: Алёна Май

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 23 страниц)

Глава 12

Я находилась в полной прострации. Даже не помнила как добралась до дома, отказалась от еды, когда Ольга Викторовна предложила, с пустой головой принимала душ, а затем также молча лежала на кровати и пялилась в потолок.

Настя как сквозь землю провалилась. Наверное, опять развлекалась со Стасом, который, конечно же, не был её парнем. К слову о парнях, Денис видимо работал денно и нощно, раз так и не удосужился мне позвонить. У меня было такое гадкое состояние как будто меня окунули в мазут. Мысли о том, что ему без меня плохо, растворялись как утренний туман. Хотя рано было делать выводы, ведь он всегда таким был. Работа, работа и еще раз работа. Однажды он даже забыл поздравить мать с днем рождения, а у них были довольно теплые отношения. И вообще, вне своей любимой работы, он был вполне домашним мальчиком. Не считая походов в ресторан, мы максимум ходили в кино. Просто потому что Денису нравился более объемный звук, а нагромождать квартиру всякой аудио-техникой он не хотел.

Пора было признаться самой себе, что с Денисом было жуть как скучно. Первые отношения, откуда я могла знать, что мне надо? Чего я хочу и как их вижу. Я начала ощущать, что жила, обманывая саму себя. Потому что нахальный и самоуверенный Кирилл вызвал во мне такую бурю, что я почти сорвалась и улетела в Изумрудный город. Хотя мне бы не помешало обзавестись смелостью, мозгами и до кучи сердцем.

Губы Кирилла отдавали мороженым. Я ощущала их мягкость и вкус даже спустя несколько часов. Зачем он это вообще сделал? Как мне теперь смотреть ему в глаза? Он хотел, чтобы я перестала остро реагировать на него, но в итоге сделал только хуже. Или ему было абсолютно всё равно, что я думаю и чувствую. Сделал то, что хотел и сбежал, ничего не объяснив.

Взяла телефон и открыла нашу с ним переписку.

«Где туфля?» – написала, агрессивно нажимая на экран.

Я закрыла глаза, а там его лицо, его губы и язык, который слизывает с меня сначала пот, затем мороженое. А потом появляется и весь остальной Кирилл: кусает, томно дышит и трогает. В параллельной вселенной, он точно вампир, который высасывает всю кровь из своей жертвы, но перед этим доводит до исступления, чтобы пища была слаще. В реальности же, Кирилл высасывал из меня всякое благоразумие, раз я его еще не послала далеко и надолго.

«Прости, но я не очень понимаю, о чем речь…» – ответил Кирилл и вдогонку: «Ты добралась до дома?»

«Добралась, твоими молитвами. А ты сбежал, как Золушка!»

Кирилл не заставил себя долго ждать, и следом за моими возмущениями раздался звонок. Душа упала в пятки, когда я подняла трубку и услышала тихое:

– Злишься?

– С чего бы мне злиться? – я попыталась ответить максимально непринужденно.

– Поцеловал и сбежал.

Я прикусила ноготь на мизинце, чтобы не раскрыть рот раньше времени и дать ему оправдаться, если он вообще собирался это делать.

– Мне стоит извиниться? – уточнил Кирилл, как будто это было неочевидно.

– Стоит. Ты поступил как мудак.

– Разве свидание не должно заканчиваться поцелуем? – я ушами слышала, как он улыбался. Мерзавец.

– С чего ты решил, что это было свидание?

– А разве нет?

– А разве да?

Сердце колотилось под ребрами, от его голоса – тихого, вкрадчивого, глубокого как Марианская впадина – у меня сводило ноги. Кирилл утягивал меня за собой на самое дно. Мне хотелось слушать его голос как можно дольше, чтобы он шептал и облизывал моё ухо. От этих мыслей у меня приятно тянуло между ног, и это даже немного пугало. Я никогда не думала о сексе с кем-то, кроме Дениса, а теперь…

– Да, я поступил как мудак, – признался Кирилл, вырывая меня из томных фантазий. – Извиняюсь за то, что ушел, ничего не объяснив.

– А за… – я замялась. Слова застряли в горле.

– А за остальное не буду. Только не говори, что тебе не понравилось.

Я собрала всю волю в кулак, чтобы сказать следующие слова, ведь Кирилл не знал, что я ушла от Дениса, а потому его поведение должно было меня разозлить. Но мне, черт возьми, действительно понравилось!

– Ты ставишь меня в неловкое положение. Что, если бы нас кто-то увидел?

– И что с того?

– Кирилл, я не какая-то шлюха, что крутит сразу с двумя.

– А ты бы хотела с двумя? – насмешливо сказал он.

– О чем ты? – его вопрос поставил меня в тупик. Я четко услышал сомнительный подтекст.

– Не делай вид, что не поняла меня, – посмеялся Кирилл, а я начала нервно глотать ртом воздух. Это что это он такое спрашивает вообще!?

– Нет! Не хотела бы! – я вскочила в сидячее положение и уставилась в свое отражение в зеркале на шкафу. Я была в шоке.

Кирилл выдохнул.

– Это успокаивает. Не хотел бы смотреть, как кто-то трахает мою женщину.

– Какую еще к чёрту твою женщину?! – я захлопнула рот, поняв, что слишком эмоционирую.

Кирилл заливался смехом, а я подошла к двери и проверила, не разбудила ли тетю Олю. Еще не хватало, чтобы меня выгнали за неподобающее поведение.

– Ты просто невыносим, – прошипела я в телефон.

– Мне это часто говорят.

– Так может пора прислушаться к людям? Знаешь, когда вокруг всем воняет говном, а тебе не пахнет, стоит задуматься.

– Какие грубые слова вылетают из твоего сексуального рта.

– Я положу трубку, Кирилл.

У меня раздувались ноздри, горело лицо, а руки тряслись. Был бы рядом, точно бы зарядила еще одну пощечину. Он прямо напрашивался.

– Честно, я не понимаю, что ты от меня хочешь, – я села на край кровати и запустила свободную руку в волосы. – Я просила тебя не делать так несколько раз, но в твоем лексиконе видимо слово «Нет» отсутствует.

– Ты просто используешь не то стоп-слово.

– Какое еще, нахрен, стоп-слово?!

Придурок. Придурок. Придурок. А мне с ним еще танцевать! Мой мозг готов был взорваться от непонимания происходящего.

– За что ты свалился на мою голову? – прошептала больше себе, чем ему.

– Ты просто еще не поняла, от чего так яростно отказываешься.

– Да, всё так, Кирилл. Я совершенно не понимаю, чего ты добиваешься.

– Все просто, Майя, – произнес он своим коронным низким и вкрадчивым голосом. – Я добиваюсь тебя.

Голова закружилась. Мне стало душно. Не спасал даже вентилятор, который тетя Оля любезно принесла мне из своей комнаты. По моей спине, груди и между ног тек пот. Меня бросало то в жар, то в холод.

– Спокойной ночи, Майя, – мягко произнес Кирилл и мою злость как рукой сняло. – Буду ждать нашей новой встречи.

А затем он отключился, не дождавшись моего ответа. Пожелать мне спокойной ночи после всего – верх издевательства.

Что бы сделала на моем месте Настя? Закрутила бы бурный роман с ним? Послала бы к чертям собачьим? У меня язык не поворачивался даже рассказать ей обо всем происходящем, хотя у нее точно нашлась бы парочка советов. Но толку в этом не было никакого.

Я всю ночь провозилась, снедаемая всевозможными мыслями. В какой-то момент я даже смогла уснуть, и мне приснился этот гад ползучий. Он предстал змеем искусителем. Восседал на яблоне, его кожа была покрыта голубой чешуей в тон его глазам. Он надкусил запретный плод и предложил вкусить и мне. Яблоко было таким красным и сочным, что я шагнула навстречу, а затем искуситель обвил меня своим змеиным хвостом, сжимая до приятной боли. Кончик хвоста блуждал по телу, вызывая трепетное желание. Он поцеловал меня, и его раздвоенный язык проник глубже. На этом моменте я проснулась, поражаясь тому, насколько это ощущалось реальным. Я вся покрылась гусиной кожей, а между ног у меня разлился настоящий Ниагарский водопад.

Я никогда не замечала за собой такого неудержимого желания. Тем более от фантазий о хладнокровном ползучем. Хотелось лезть на стену от того, как хотелось секса. И не просто секса, а с конкретным человеком, желательно, теплым.

Я тихо заскулила в подушку, борясь с искушением запустить руки под тонкую ткань кружев. Настя могла вернуться в любой момент, а за стеной спала её мама. Да и не сказать, что у меня это дело получалось. И когда вообще последний раз трогала себя сама и не припомню.

Я до боли сжала свою грудь, чтобы доставить себе хотя бы каплю удовольствия и сильно сжала между ног простынь. Мне пришлось кусать себя за запястья, чтобы переключить мозг с похотливых мыслей, но это совершенно не помогало, потому что Кирилл Афанасьев проникал в них и кусал-кусал-кусал.

Мне пришлось сделать тридцать берпи, чтобы хоть как-то прийти в себя, а также облить голову холодной водой. К тому моменту, как я уже не ощущала себя человеком из-за недосыпа, явилось наше местное солнышко Настя. Собственно, она явилась с первыми лучами, и я была не особо рада её видеть. Я в принципе в тот момент ненавидела людей и всё, что с ними связано. Особенно, если их зовут Кирилл. Насте немного повезло.

– Ты не спишь? – глупо захихикала Настя, усаживаясь на стул на кухне. – Я тебя разбудила?

Я молча сделала кофе себе и своей загулявшей подруге. Не видела смысла отвечать на её вопросы.

– Майя, кажется, я влюбилась, – восторженно произнесла Настя, расплываясь в счастливой улыбке. – Стас совершенно не такой, каким кажется!

– Очень рада за тебя, – буркнула, недовольная тем, что кофе оказался недостаточно крепким.

Настя меня особо и не слушала, бубнила себе что-то под нос ванильном голоском и загадочно смотрела в окно, подперев рукой щеку.

– Он устроил мне такое романтичное свидание, что я даже не знаю, с чего начать.

– Можешь и не начинать, – сказала как отрезала.

Настя нахмурилась и наконец обратила на меня внимание.

– Что с тобой? Грубишь ни с того, ни с сего, – Настя выпрямила спину и напряглась.

Я тяжело вздохнула, закрыла глаза, пытаясь совладать со своей ненавистью ко всему живому и неживому.

– Это из-за Дениса? – спросила Настя.

Молодец, подруга. Ты сама придумала мне отмазку.

– Да. Он мне так и не позвонил.

– Ну и забей! – бросила Настя и махнула рукой. – Видимо, не так сильна была его любовь, раз ему всё равно, как ты и чем без него занимаешься.

Настя даже не представляла, чем я занималась или не занималась. И вроде и не было в нашей прогулке с Кириллом ничего такого, но телефонный разговор перевернул все с ног на голову.

– Думаешь, надо забить? – спросила, уже зная её ответ.

– Конечно! Ты молодая, красивая и до жути сексуальная. Да каждый второй готов целовать асфальт, по которому ты ходишь.

– Ага. Каждый, но не Денис? – ухмыльнулась я и отхлебнула из кружки.

– Денис – дурачок. Дожил до тридцати лет, а так и не понял, что надо женщинам.

– И что же надо женщинам?

Настя поманила меня рукой, и я наклонилась.

– Эмоции, – прошептала она мне на ухо и снова глупо захихикала.

– И какие это должны быть эмоции?

– А это уже зависит от наших персональных травм, – Настя развела руками. – Почему, по-твоему, мы такие падкие на плохих парней? Потому что они воплощают собой все то, что нам запрещали родители в детстве.

– Стас из плохих парней? – решила подстебнуть подругу я.

– Во-первых, мне ничего не запрещали. А во-вторых, – Настя помрачнела, хоть и продолжала улыбаться. – Папа носил меня на руках. Я была его маленькой принцессой. Он выпивал, но не был злым. Скорее, алкоголь делал его еще добрее.

В глазах Насти встали слёзы, и это меня забеспокоило. Я взяла её руки в свои. Это было единственное, что я могла сделать, чтобы утешить подругу. Свои моральные силы на исходе.

– Почему же я тогда была с Денисом? – решила переключить подругу с грустных мыслей о покойном отце.

Она шмыгнула носом и смахнула слезы.

– Денис прекрасно играл роль заботливого отца для тебя, но не более. Ты получила от него то, чего у тебя не было, и повзрослела.

– Зачем же ему «дочь»? – от слов Насти стало как-то не по себе.

Настя пожала плечами.

– Да откуда я знаю. Причин много, а я не психолог.

– А говоришь как самый настоящий психолог.

– Во мне много нераскрытых талантов! – задрала нос подруга и улыбнулась так, что мир показался ярче.

От разговора с подругой стало полегче, а может тому виной кофеин, простимулировавший мозговую деятельность. Тем временем, солнце уже вовсю заливало своим теплом кухню, где мы болтали. Но я так и не спросила мнение Насти о Кирилле. Решила, что не время. Раз в её глазах я повзрослела, то должна была сама разобраться в том, какие именно эмоции вызывает во мне один придурочный танцор.

Глава 13

Примечания автора:

В турнирах Pro Am ученик выступает в паре со своим тренером, и судьи оценивают только ученика. Исключение – турниры Pro Am с высоким уровнем мастерства: там оценивают пару в целом, как в спорте.

Я шла на тренировку как на плаху. Перед глазами проносилась буквально вся жизнь: холодный и отстраненный взгляд матери; кривой рот балетмейстера; коллеги по театру, что считали меня приблатненной; указка, которой мама била меня по ступням, чтобы я их лучше тянула; бесконечные диеты и замеры; затем побег и борющиеся во мне чувства свободы и страха из-за неприспособленности к самостоятельной жизни и знакомство с Настей, что стала освещать мой путь; и напоследок встреча с Денисом, который пригласил меня в свою тихую гавань.

Поначалу я действительно ощущала, что нашла то самое, что мне так не хватало, когда жила с мамой. Но стоило переехать к Насте, как я стала чувствовать себя еще лучше. Словно спали оковы с запястий и лодыжек. И хоть они были мне такими привычными и родными, это всё еще были оковы. А еще я думала о Кирилле, о том, насколько он был напористым, и о том, почему его выбор пал на меня, именно тогда, когда я переживала внутренний кризис. Мы занимались вместе в зале около года, но он никогда не разговаривал со мной и не проявлял интереса, а затем так внезапно ворвался в моё пространство, захватил собой все мои мысли и заставил сомневаться во всем.

Денис ухаживал красиво, мило и по-доброму, Кирилл – до трясучки в руках переворачивал все мои внутренности.

Чтобы не поддаваться эмоциям, я пыталась анализировать происходящее, хоть и давалось это очень сложно. Меня не могло не расстраивать безразличие Дениса. Его молчание, обрывки фраз и вечная любовница – работа. Мой анализ лишь доказывал, что я поступила правильно, уйдя от него, хоть и оставила в том доме частичку себя. Вернуть эту часть назад казалось нереальным. И вроде ушла я, а ощущение было, будто это Денис меня бросил.

Слова Насти из утреннего разговора не выходили из моей головы, въелись так, что я начала во всем видеть подвох. Что именно меня могло привлекать в Кирилле – загадка века. Мне хотелось его увидеть и одновременно спрятаться так, чтобы он никогда до меня не добрался. Я не знала как реагировать на него, а потому активно защищалась. Грубостью, в надежде, что это его оттолкнёт, но казалось, что Кирилла это лишь еще больше раззадоривает.

Чем сильнее я отгораживалась, тем активнее он становился. А потому единственным выходом было перестать сопротивляться, авось ему просто станет скучно. Но было страшно. Что будет, если я сломаю возведенную стену? Штурм окончится в пользу Кирилла и он осядет в моей крепости, или пройдет мимо, успешно преодолев препятствие?

Кирилл стоял у станка и тянулся. Я заставила себя отвернуться, глянула лишь коротко, столкнувшись с его глазами, вызывающими и испытывающими. Прошла к девчонкам, поздоровалась с теми, кто не был занят, и к Светлане, чтобы получить инструкции. Сегодня она сказала нам отрабатывать базовые движения вальса. Слава богу, не латина! Вальс хотя бы подразумевал между нами расстояние, которое я могла выдержать. Строгий, скромный и благородный танец. Я любила вальс.

Кирилл находился в приподнятом настроении, одарил меня ослепительной улыбкой, оголив клыки. Благо, не набросился с порога. Видимо, всему виной то, что мы были в помещении не одни. Хоть минута передышки, если можно так сказать.

Я всё ещё ощущала привкус эскимо и мягкость губ Кирилла. Мягких, но до отчаяния напористых. И от этих воспоминаний по спине в который раз пробежали мурашки, захотелось потрясти руками и ногами, чтобы сбить наваждение.

– Как спалось? – весело и непринужденно спросил придурочный.

– Спала, как убитая! – воскликнула я слишком громко и сразу же закрыла рот, натянув маску доброжелательности. – А ты?

Кирилл наклонился, положил руку на мое голое плечо, и прошептал у самого моего уха:

– Всю ночь предавался мечтам о тебе, – его пальцы, едва касаясь кожи, заскользили от плеча к моему запястью.

Щеки вмиг запылали, но я умудрилась сохранить самообладание, хоть в горле и пересохло. Пусть шутит, сколько влезет, решила я и ответила в его манере:

– Надеюсь, мозоли не натер?

– Можешь проверить, – Кирилл протянул мне открытую ладонь, чтобы я могла убедиться в чистоте его помыслов.

Я скривилась, на миг представив, что творили эти руки ночью, если и творили.

– Надеюсь, ты их помыл? – сорвалась первая мысль с уст, Кирилл лишь улыбнулся и посмотрел на меня исподлобья.

Я встала рядом с ним и принялась разминаться. Начала с динамики, затем перешла на статику. Кирилл с таким упоением, подперев кулаком подбородок, смотрел, как я тяну ноги в складке, что мне в который раз стало душно. Так гляди и в обморок упаду, а он сожрет же и не подавится. Но от этого его взгляда лишь жар по телу, выстрел в голову. И странные, непривычные мне, скабрезные мысли, призывающие подразнить его. Мозг выдавал ошибку, а ноги уже растянулись в поперечном шпагате. Мышцы напряглись, леггинсы обтянули мои ягодицы. Я потянулась к полу и часть моей кофты, что являлась вторым слоем, задралась и позволила Кириллу увидеть чуть больше, чем я планировала показать. Грудь у меня, и правда, была неплохая. У Дениса был на неё некий фетиш: он всегда отмечал, что она идеально ложится в руку. В принципе, это была единственная часть моего тела, которой он уделял особое внимание.

От мыслей о Денисе у меня перекосило лицо, и пытка, предназначавшаяся Кириллу, стала моей пыткой. Ведь следом искуситель ворвался в моё поле зрения, и его томный и изучающий взгляд. Мне показалось, что Кирилл одними глазами трогал меня по всему телу. И даже там, где не должен был и где я не позволяла.

Я сразу же завершила разминку. Мышцы разогрелись достаточно.

– Кончила? – игриво спросил Кирилл, наигранно зевая.

– Закончила, – не поддалась на его провокацию я.

Кирилл подал мне руку, приглашая наконец начать танцевать. Я нехотя вложила свою ладонь в его.

Мы заняли стартовую позицию, между нашими ногами расстояние было минимальным. Я вытянула корпус влево и вверх, но при этом стояла чуть правее Кирилла.

Задача партнера – вести и дать партнерше достаточное расстояние, чтобы двигаться. Начали мы без музыки, необходимо было настроиться друг на друга. Да и в зале играла совсем неподходящая. В идеале, нам бы переместиться в другой зал, но пока не хотелось оказываться с ним наедине и по его лицу я видела, что он читает мои мысли.

Мы выписывали квадраты, Кирилл тихо считал такты. Я старалась успевать за ним, крепче сжимая его ладонь с каждым шагом. Он был прекрасным танцором, искусным штурманом нашего корабля, и оттого я плыла, подчиняясь его указаниям.

– Расслабься, – прошептал он, чтобы его услышала только я.

Я старалась держать осанку и следила за шагами, и раз на раз не приходилось, но бывало сбивалась.

– Доверься мне, – он похлопал рукой, которая лежала чуть ниже лопатки, распространяя по венам уверенность.

Он закружил меня в первом полуповороте, затем – во втором. А в конце как будто забыл, где мы, и притянул к себе слишком близко. От этой близости мое дыхание утяжелилось, а Кирилл втянул носом воздух так, будто хотел забрать себе весь кислород. Мы смотрели друг другу в глаза безотрывно, а его рука скользнула ниже лопатки. Со стороны никто бы ничего и не заметил, в этом жесте не было ничего сверхосудительного, но для меня всё было иначе, да и для Кирилла тоже.

– Буранова, Афанасьев, вам нормально танцевать вальс под румбу? – возмутилась Светлана, вырывая нас из какого-то пьяного кумара. – А ну-ка марш в малый зал.

Кирилл сразу же отпустил меня, улыбнулся и повернулся к Светлане.

– Поняли-приняли, Светлана Константиновна! – отчеканил он так, будто отдавал ей честь, и утянул за собой. Права на возражения я не имела. С излишней покорностью последовала за придурошным, страшась того, что он опять вытворит наедине.

Звук наших каблуков эхом отскакивал от стен в такт моему сердцебиению. Прежде, чем Кирилл затащит меня в малый зал, я должна была сказать вслух важные слова. Я остановилась и вцепилась ему в руку, как будто пыталась угрожать, как то делают мужчины при рукопожатии.

– Что такое? – удивленно спросил Кирилл.

– Пожалуйста, – я взмолилась и подняла на него усталый взгляд. – Давай просто будем танцевать. Без твоих фокусов и прочего.

А затем я уставилась в пол. Было ощущение, что я пытаюсь отпроситься у Кирилла погулять подольше, а не требую то, чего так страстно желала – танцевать, а не предаваться флирту.

Я увидела, как носки его туфель вплотную прижались к моим, а следом он приподнял мой подбородок и заставил посмотреть на него.

– Никогда не делай так, – сказал он строго и тихо.

– Как так? – решила я уточнить.

– Не смотри в пол, когда говоришь со мной, – он провел большим пальцем по моим губам. – Потому что мне сразу хочется тебя наказать.

От его слов меня прошибло волной непонятных чувств. Я замерла, не в силах вымолвить и слова. Что значило его «наказать»? В голове сразу возникла указка матери, больно рассекающая кожу. Я поежилась от воспоминаний, и голова сама начала опускаться вниз. Кирилл сжал мои скулы и снова вернул к себе.

– Я же попросил, – еще более строго приказал он, и я как болванчик закивала головой.

Псих! Конченный псих! Но почему тогда по телу разлилась волна непреодолимого желания? Кирилл смотрел на мои губы, а я – на его. Мне хотелось сократить между нами расстояние и узнать, какие они на вкус сегодня. И кажется, я сделала шаг навстречу, но он отпустил меня и снова заулыбался.

– Хорошая девочка, – Кирилл потрепал меня по голове, как маленького ребенка, убив весь настрой. – А теперь, давайте потанцуем?

Кирилл открыл передо мной зал и жестом пригласил внутрь. Я закатила глаза, чуть расслабилась и, также любезно улыбнувшись, прошла внутрь.

На удивление, Кирилл выполнил мою просьбу на все сто процентов. Мы кружились под музыку в медленном вальсе, обсуждали, где совершили ошибки, где стоит ускориться или замедлиться, разбирали шаги, сидя на полу по-турецки. Кирилл вырисовывал на бумаге рисунок танца, а я впитывала как губка его слова и опыт.

– Не люблю Европейскую программу, но что ради тебя не сделаешь! – воскликнул Кирилл.

Я толкнула его в плечо, заставляя завалиться на бок.

– Никто не заставлял тебя вставать в пару с новичком.

– Я воспринимаю это как приглашение в «Танцы со звездами», – посмеялся Кирилл.

– Ага, только тебе за это заплатили целое ничего.

Кирилл придвинулся ко мне ближе и наши лица оказались в непростительной близости друг от друга. В который раз!

– Мне не нужны деньги, Майя.

Мое имя он произносил с какой-то особенной интонацией, что внутри меня едва не включалась мурчалка, как у кошки. Но иногда хотелось и пошипеть, конечно же.

– Как благородно, – прошептала я ему прямо в губы, мои веки отяжелели и норовили закрыться.

– Ну? Как успехи? – раздался голос Светланы за моей спиной, и я отшатнулась от Кирилла, как будто меня застукали за чем-то непристойным.

– Всё прекрасно, Светлана Константиновна, – успокоил её Кирилл и поднялся с пола.

Светлана подошла к нам и задумчиво глянула в окно.

– Знаете, я тут подумала. Вам, наверное, лучше податься на Pro-Am. Так Майе будет проще, и эти соревнования вам больше подойдут. При этом избежим пересудов и сравнений с Альбиной.

– В этом есть смысл, – Кирилл задумчиво потер подбородок. – Мне, в целом, все равно.

– Но Кирилл же не мой учитель… – мне показалось, что нужно хоть что-то сказать. – Да и Pro-Am это как-то…

– Ну почему не учитель? – Светлана не дала мне договорить. – Он как раз ведет у нас занятия у младших групп. Так что фактически является тренером студии.

Я удивленно посмотрела на Кирилла. Кажется, на моем лице читалось: «И такого извращенца подпустили к детям?», но он лишь похлопал меня по плечу.

– Кстати, Майя, я хотела упростить тебе жизнь и подать заявку на квалификационную книжку, но если пойдешь в Pro-Am, то тебе это не нужно будет.

Я не верила своим ушам. Я слышала, что тренер может сам, в обход соревнования, зарегистрировать ученика и подать заявление. То есть тренер буквально подтверждает минимальную квалификацию ученица, но чтобы это сделала строгая и вечно недовольная мной Светлана… Всё мое напряжение как рукой сняло, а тело стало таким легким, что я готова была воспарить над землей. На моём лице заиграла дурная улыбка, но ни Кирилл, ни тренер не поняли, отчего я так повеселела.

– Pro-Am, так Pro-Am!

На меня нашла волна нежности и захотелось срочно кого-то обнять, но мы со Светланой были не в тех отношениях, а потому кинулась к Кириллу и обняла его так крепко, что чуть не повалила на пол.

– Я вас не подведу!

Кому я это сказала, даже не знаю: Светлане, Кириллу или самой себе.

– Ну-ну, Майя. Побереги энергию для танца, – похлопала меня по плечу тренер.

Я продолжала виснуть на Кирилле с довольным лицом. Учитель, так учитель. Кажется, сам Кирилл смутился от моей активности.

– В общем, ребятки, оставляю вас в свободное плавание, но буду присматривать. Можете занять этот зал и приходить к нам на общие занятия.

– Обязательно! – воскликнула я, а Кирилл тем временем как-то уж слишком сжал пальцы на моей талии.

Я проводила Светлану взглядом, а когда за ней закрылась дверь, снова ощутила то напряжение, которое появлялось с Кириллом наедине. Его рука всё ещё лежала на моей талии, а дыхание теперь щекотало кожу на шее. С титаническими усилиями я повернулась к нему и сохранила радостную улыбку, хоть уголки губ непроизвольно дергались.

– Ну что? Значит, учитель и ученица?

– Звучит так запретно, – Кирилл подался вперед, но я умудрилась вырваться и отбежать от него.

– Давай расставим все точки над И, Кирилл? – серьезно посмотрела на своего партнера. – Я не собираюсь поддаваться тебе в ущерб своей танцевальной карьере. На тренировках мы будем держать дистанцию и заниматься делом, – я замялась, и следом добавила: – Это мне так же важно, как дышать, а потому, если есть сомнения, откажись сейчас.

Кирилл усмехнулся и запустил руку в свои густые волосы, убирая их с лица.

– Как скажешь, Майя. Мне это не сложно.

– Мне сложно! – вдруг сказала я и прикусила губу. Слова слетели с языка быстрее, чем я подумала.

Кирилл, с горящими хитростью глазами, сделал пару шагов и оказался подле меня. У меня не осталось путей к отступлению, а потому я просто вжалась в станок, цепляясь за него руками как за спасательный круг. Руки Кирилла легли по обе стороны от меня.

– Что тебе сложно, Майя? – вкрадчиво спросил он, глядя мне прямо в глаза.

Мои щеки пылали, и не от бурлящей после тренировки крови, а от того, как близко он был. Танцы и жизнь – это разные вещи. Я могла абстрагироваться от него ради цели, но, отойдя на шаг в сторону, сразу же стушевалась. Мне захотелось отвести взгляд. Моя голова дернулась, но Кирилл остановил этот порыв, взяв меня за подбородок.

– Я же просил так не делать. Видимо, придется тебя наказать, ученица.

Как только он это сказал, мои губы ощутили вкус Кирилла Афанасьева. Кофейный и терпкий. Его рука опустилась с подбородка на шею и слегка сжала ее, не давая мне вздохнуть. Его язык проник в мой рот, нагло и жадно, а я… Подалась навстречу, забыв обо всем на свете, опьянев настолько, что затряслись коленки. Станок стал единственной опорой, и пальцы сжимали его до боли.

Кирилл кусал мои губы, оттягивал и всасывал в себя с таким остервенением, с которым я никогда не целовалась. Это был очень страстный и как будто бы самый желанный на свете поцелуй, длившийся каких-то несколько ударов сердца, но заставивший меня хотеть большего. Милый «чмок» со вкусом эскимо стерся из памяти, остался в прошлом. Ему на смену пришел горячий, полный желания, откровеный взрослый поцелуй, с переплетенными языками, норовящими проникнуть чуть ли не к гландам.

Кирилл остановил это безумие первым, я смотрела на него затуманенным взором. Все плыло от недостатка кислорода. Я жадно вдыхала ртом воздух, пока он успокаивал мои губы, поглаживая их пальцами.

– Я не нарушил своего обещания, потому что тренировка давно закончилась, – сказал он и начал отдаляться от меня.

Но я хотела еще. Обхватила руками его шею и притянула к себе, впиваясь в него снова губами и углубляя поцелуй. Его волосы были такими мягкими и плотными наощупь, что я невольно вспомнила Дениса с его вечной короткой и колючей стрижкой, которая мне совершенно не нравилась. И как же было приятно, когда Кирилл, поддавшись моему порыву, запустил свои руки уже в мои волосы и сжал их до едва ощутимой боли, оттянув назад, подставляя себе мою шею для маневра. Его зубы впились в меня так, будто я была жертвой вампира и мне это чертовски понравилось. Хотелось, чтобы он продолжал пить мою кровь, буквально и метафорически.

– Ну, хватит, – Кирилл оторвался от меня и одарил своей очаровательной улыбкой. – Кажется, наказание стало наградой для кое-кого.

Я была не в состоянии комментировать произошедшее, тяжело дышала и пыталась привести себя в чувства. Я будто пробежала марафон, и с меня сошло семь потов. Даже в такой момент Денис ворвался в мои мысли. Ну а как не думать о том, с кем прожила столько времени и которому до этого дарила все свои поцелуи.

Денис никогда бы не стал целовать меня после тренировки так, как это сделал Кирилл. Не стал бы кусать в шею, не прими я душ. Кириллу это явно не волновало. Он просто захотел и сделал. А оказалось, что это и мне было нужно – глоток кофейного дыхания Кирилла.

– Я мог бы предложить тебя проводить, но, думаю, твой парень будет против, – с ехидством сказал Кирилл, радуясь своей победе.

Я сдалась. Сдалась под его напором. И теперь даже не знала, как себя оправдать. С одной стороны, я была свободна и могла делать, что хочу и с кем хочу. С другой, Кирилл этого не знал и получается, что в его глазах я слабовольная изменщица, поддавшаяся низменному порыву.

Мои руки продолжали лежать на шее Кирилла и гладить его по волосам, невольно, как будто так и надо, как будто в этом был смысл. Кирилл же более не переступал черту и не трогал меня, лишь испытывающе смотрел на мои губы, будто жаждал еще.

– Да, он явно не оценит, – я собралась с мыслями и выпрямилась, выпуская из объятий этого привлекательного придурка.

Кирилл отстранился и молча отошел, намереваясь выключить колонку. Она в какой-то момент включилась и играла музыку в ритме танго. Как прозаично.

Пока он был ко мне спиной, я пулей вылетела из зала и устремилась к женским раздевалкам. Меня съедала тоска по его поцелуям, таким внезапным и напористым, но нельзя было позволить Кириллу распушить его павлиний хвост еще больше.