Текст книги "100 великих героев"

Автор книги: Алексей Шишов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 37 страниц)

ВЛАДИМИР МОНОМАХ

(1053-1125)

Великий князь Киевский. «Победитель Половецкой степи».

Князь-воитель Владимир Всеволодович – одна из самых героических и ярких личностей древнерусской истории. Мать его была дочерью византийского императора Константина Мономаха (отсюда его прозвище – Мономах, по деду, что значит «единоборец»). Всю свою долгую жизнь он посвятил объединению русских земель и защите их от постоянных набегов половцев.

Воевать с ними Владимир Мономах начал, когда получил в удельное правление порубежное Переяславльское княжество, стоявшее на краю Дикого Поля, или Половецкой степи. История донесла до нас горестные цифры: с зимы 1061 по 1110 год половцы совершили 46 только больших грабительских набегов на Русь, не считая малых, которые не учитывались летописцами-современниками. Больше всего досталось приграничной Переяславльской земле. 19 раз половецкие орды волной накатывались на это княжество, прикрывавшее собой, без малого, пол-Руси.

Еще в княжение своего отца, Всеволода Ярославича, Владимир Мономах одержал в сражениях над половцами 12 побед. Почти все – на степном порубежье Русской земли. Причем с самых юных лет он бился со степняками в первых рядах княжеской дружины.

Мономах стремился к единению Древней Руси, а произойти это могло только с прекращением княжеских междоусобиц, истощавших военные силы русичей. Порой ему приходилось в союзе с другими князьями наказывать ослушников. Но это делалось не с целью расширения собственных владений, а для единения русских княжеств перед общей опасностью в лице Дикого Поля.

В период правления в стольном граде Киеве Владимиру Мономаху удалось объединить вокруг себя большую часть Русской земли. Он явился организатором и вдохновителем целого ряда совместных походов русских князей против половцев. Самыми большими из них были дальние походы в Дикое Поле 1103, 1107 и 1111 годов.

В постоянной борьбе с Половецкой степью великий ратоборец показал себя выдающимся тактиком и стратегом той эпохи. Он основательно изучил характер набегов половцев на Русь и пришел к выводу, что эти набеги можно упреждать. Кочевники обычно нападали на русские земли в самом начале лета. Мономах же предложил совершать походы в степь ранней весной, когда после зимней бескормицы половецкие кони еще не набрали силы. Он предложил громить половцев не в приграничье, а на территории их родовых кочевий.

Первый крупный поход состоялся в 1103 году. Тогда Владимир Мономах объединился с князем Святополком Киевским. До острова Хортица пешая рать шла на ладьях, а конница – берегом. От Хортицы войско двинулось в степь. Впереди шла "сторожа", которая в урочище Сутень уничтожила большой отрад хана Алтунопы.

Битва же с главными силами степного народа состоялась утром на реке Молочной, впадающей в Азовское море. Летописец-"самовидец" так описал ее пролог: «И двинулись полки половецкие, как лес, конца им не было видно; и Русь пошла им навстречу».

Сражение началось, как и ожидалось, яростными атаками несметной степной конницы. Пешая рать, составлявшая "чело", не позволила половцам разорвать себя на части и притянула на себя их основные силы. Княжеские дружины, стоявшие на "крыльях", начали разгром врага. После жаркой сечи он, преследуемый по пятам, обратился в бегство. В той битве на реке Молочной погибли 20 знатных степных ханов.

От такого удара половцы пришли в себя только в 1107 году. Тогда в мае ханы Боняк и Шарукан совершили набег на окрестности Переяславля. В августе они дошли до реки Сулы близ города Лубеня. Владимир Мономах поднял на ответный поход русских князей. Русичи внезапно обрушились на походный стан кочевников, которые не успели даже "сбиться" для битвы. Летописец отмечал, что была тогда "победа великая".

Последний большой поход в Дикое Поле – сверхдальний – состоялся в 1111 году, в конце февраля. Тогда в степи еще лежал снег и пешая рать двигалась на санях. В конце марта русское войско вышло на берега Северского Донца и взяло половецкие городки Шарукань и Сугров, освободив там много пленников.

Появление русичей в самом центре Половецкой степи заставило роды кочевников собраться в одно огромное конное войско. Состоялось две битвы, последняя из которых произошла 27 марта на берегах Дона. Сюда ханы привели всех своих воинов, какие только были в кочевьях. На этот раз Владимир Мономах построил свою рать в две боевые линии. Во вторую он поставил свои полки и полки черниговского князя Давыда Святославича.

Половецкая конница всей своей массой нанесла удар по первой линии противника. Однако теснота на поле битвы мешала степнякам вести прицельную стрельбу из луков. Когда их атакующий пыл стал угасать, древнерусский полководец ввел в сражение вторую линию. Такого сокрушительного поражения на своей земле степной народ еще не знал.

После разгрома 1113 года половецкие вежи, во избежание полного истребления, откочевали за Дунай. А до 40 тысяч половецких воинов вместе с семьями и стадами ушли в Грузию. Там они попросились на военную службу к царю Давиду IV Строителю. Там же из степных конников был сформирован 5-тысячный отряд царской гвардии.

Когда русская рать вновь пришла в донские степи, то половецких веж она там не нашла. Степные просторы на многие сотни километров были совершенно пустынны. В последние годы жизни великого князя Киевского Владимира Мономаха кочевые орды из Дикого поля больше не тревожили русские земли.

Великий воитель для отечественной истории стал "Победителем Половецкой степи". И немудрено: за свою жизнь он совершил 83 больших и малых военных похода. Почти все – против воинственного кочевого народа, принесшего много бед Древней Руси.

БОЭМУНД ТАРЕНТСКИЙ

(? – 1111)

Правитель Антиохии. «Спаситель» Первого крестового похода.

Крестовые походы в Святую землю с самого начала привлекали не только религиозных фанатиков и странствующих рыцарей, но и откровенных авантюристов, которыми двигала только жажда наживы и власти, и не всегда славы. В этом они были обязаны словам римских пап, которые говорили о том, что на «неверном» Востоке крестоносцев ждет земля, сочащаяся «млеком и медом». Поэтому призыв римского владыки Урбана II освободить Гроб Господен, прозвучавший в 1095 году, был услышан во всех уголках Европы. Исключение составили, по известным причинам, только славянские земли и та часть Пиренейского полуострова, которая находилась в руках арабов.

К числу людей авантюрного склада, вне всякого сомнения, относился и один из предводителей Первого крестового похода Боэмунд Тарентский. Это была личность далеко не самого привлекательного характера, если исходить из человеческих ценностей. Но при всем при том он был способен совершать на войне героические подвигам, которые и составили ему славу в истории эпохи Крестовых походов.

…Боэмунд был сыном герцога Апулии Роберта Гвискара и унаследовал от него честолюбие, храбрость и ловкость. Он впервые прославил себя как воин в отцовских войнах против византийцев. Обладая маленьким владением на итальянском Юге, он среди первых откликнулся на призыв папы, прозвучавший на Клермонтском соборе. Боэмунд с легкостью прекратил осаду города Амальфи, бросил свой клочок итальянской земли – Тарент и отправился на Восток добывать себе мечом если не королевство, то хотя бы княжество.

Поскольку Боэмунд Тарентский был не только известен лично в рыцарском мире, но еще и талантлив как организатор, то вокруг него собралось множество новоиспеченных крестоносцев. Как свидетельствуют письменные источники, его армия насчитывала 10 тысяч конницы и 20 тысяч пехоты. Но скорее всего это завышенные цифры.

Ядро войска итальянского феодала составили нормандские рыцари, имевшие хороший опыт войн с греками, то есть византийцами, и сарацинами (арабами) Сицилии. В Первом крестовом походе под знаменами Боэмунда участвовали лучшие рыцари юга Италии (Апулии, Калабрии и Сицилии) – Ричард Салернский, Герман Канийский, Роберт Гозский, его брат Ранульф и племянник Танкред.

Армия Боэмунда, погрузившись на корабли, высадилась в Эпире и через Фракию прибыла в Константинополь, который стал местом сбора участников Первого крестового похода. Византийский император Алексей Комнин был тем человеком, который обратился за помощью к папе Урбану, чтобы защитить свои владения от мусульман.

Боэмунд Тарентский был давним другом правителя Византии. Поэтому он не возмутился требованию императора отдать ему все города, завоеванные крестоносцами у мусульман. Боэмунд давно привык давать любые клятвы, которые он выполнять не собирался, например, рисковать жизнью и таскать каштаны из огня для этого венценосного ромея…

Весной 1097 года крестоносная армия вступила на территорию Малой Азии. Почти не встречая сопротивления "неверных", она подступила к городу Никее, столице турецкого султана Кылыч-Арслана. Взять ее крестоносцам не удалось: за них это сделал император Алексей Комнин. Его лазутчики уговорили горожан впустить в свои стены византийское войско, ибо крестоносцы могли учинить в Никее страшную резню. Когда никейцы поспешили впустить в крепость греков, те захлопнули перед носом крестоносцев ворота. Ярость воинов креста невозможно описать, хотя византийцы и выдали им большую часть своей военной добычи.

От Никеи армия крестоносцев, разделенная на две части, пошла на юг разными дорогами. Но за ними уже следовало войско жаждущего мести Кылыч-Арслана ("Львиная Сабля"). В долине реки Горгони, близ Дорилеи, крестоносцы Боэмунда Тарентского попали в хорошо устроенную засаду. Мусульмане даже сумели ворваться в лагерь христиан. Но Боэмунд, сражаясь в первых рядах, сумел воодушевить на бой своих людей. Подошедшая вторая часть армии воинов креста во главе с Готфридом Буйонским неожиданным и сильным ударом обратила мусульман (примерно 150 тысяч) в бегство.

Битва прославила Боэмунда как рыцаря-героя. Войска султана лишились только убитыми 23 тысячи человек. Крестоносцы же потеряли под Дорилеей всего около 4 тысяч человек.

Апогеем славы Боэмунда Тарентского стала Антиохия, под которой он дважды (!) спас христианскую армию Первого крестового похода. Антиохия была одним из крупнейших городов в восточной части Средиземноморья. Над ее мощными крепостными стенами возвышались 450 башен. Крепостная ограда усиливалась рекой, горами, морем и болотом. Гарнизоном начальствовал известный своей неустрашимостью Баги-Зиян.

Крестоносцы около года безуспешно осаждали город. Вскоре стало известно, что на помощь осажденной Антиохии выступил мосульский эмир Кербога с 200-тысячным войском. Рыцари креста поняли, что если мосульцы подойдут к крепости раньше, чем они ее возьмут, то их ожидает или смерть, или позорный плен и рабство у мусульман.

Но Боэмунд спас армию крестоносцев. Он сумел вступить в тайный сговор с неким Фирузом, который командовал отрядом антиохийцев, оборонявшим участок из трех башен. Он согласился пропустить "сквозь себя" рыцарей в город, но, разумеется, не безвозмездно.

Боэмунд Тарентский изложил свой план взятия Антиохии на военном совете. Но, как и Фируз, тоже не безвозмездно. Он потребовал, чтобы Антиохия стала его личным владением. Прочие участники совета вначале возмутились такой откровенной алчности, но Боэмунд их припугнул: войско эмира Кербоги было уже близко.

В ночь на 3 июня 1098 года Боэмунд Тарентский первым поднялся по спущенной сверху кожаной лестнице на крепостную стену. За ним последовали 60 рыцарей его отряда. Крестоносцы, внезапно ворвавшиеся в город, учинили там страшную резню, перебив более 10 тысяч горожан. В ночном бою пал и Баги-Зиян. Но его сыну удалось с несколькими тысячами воинов затвориться в городской цитадели, которую христиане взять не смогли.

5 июня к Антиохии подступило войско эмира Мосула. Теперь крестоносцы из осаждавших превратились в осажденных. Скоро в Антиохии начался голод, и с каждой ночью все больше воинов креста спускались по веревкам с крепостных стен и убегали в спасительные горы. Среди таких "веревочных беглецов" были и очень знатные люди, как, например, французский граф Стефан Блуасский.

Все же новоявленный владелец Антиохийского княжества во второй раз спас участников Первого крестового похода. Сперва он установил среди рыцарей самую строгую дисциплину, приказав поджигать дома тех, кто отказывался сражаться. 28 июня он повел крестоносцев на вылазку из крепости. Атака на султанское войско, которое при своей многочисленности было ослаблено внутренними раздорами, получилась победной. Боэмунд Тарентский, теперь князь Антиохийский, одержал над эмиром Кербогой блестящую победу.

Дальше он из Антиохии никуда не пошел. Святая земля его уже не привлекала. Военных забот ему хватало, поскольку его новые владения оказались в кольце враждебно настроенных эмиров. К одному из них, турецкому правителю Каппадокии, Боэмунд даже попал в плен, но сумел откупиться.

Крестоносная "карьера" антиохийского владельца прервалась весной 1104 года. В битве при Харране он потерпел полный разгром. Спастись бегством удалось только самому Боэмунду Тарентскому всего с семью рыцарями. Оставив в Антиохии правителем племянника Танкреда, он отплыл в Апулию. Ради собственной безопасности Боэмунд все плавание пролежал в гробу, изображая покойника. В Италии его встречали с поразительным восторгом за совершенные деяния во славу веры.

Последним деянием несостоявшегося антиохийского владельца стал сбор 60-тысячного войска и поход с ним на Византию. Но победить императора Алексея Комнина ему не удалось. Камнем преткновения стала крепость Диррахия, которую европейцы взять у греков не смогли. Более того, византийцы разбили их в битве под стенами этого города. Боэмунду Тарентскому пришлось без славы вернуться в Апулию, откуда он уходил в Первый крестовый поход.

ТАНКРЕД

(? – 1112)

Участник Первого крестового похода. Маркграф Брундизия.

Исследователи крестоносных завоеваний Святой земли склонны считать, что именно Танкред больше всего подходит под личность «идеального рыцаря». Такой авторитетный историк, как Ф. Шлоссер, называет его «Ахиллом крестового похода». Надо признать, что Танкред действительно был героем своей рыцарской эпохи…

В Святую землю гордый нормандский рыцарь отправился под знаменами своего дяди Боэмунда Тарентского. Он сразу же показал свой независимый нрав, отказавшись давать вассальную присягу византийскому императору Алексею Комнину. Строптивцу даже пришлось скрываться от преследования, армию крестоносцев он догонял, переодевшись простым воином.

История Первого крестового похода называет много подвигов, совершенных итальянским маркграфом Брундизия. В битве при Дорилее его малочисленный отряд оказался в самом пекле, но устоял под натиском тысяч сарацин. Вокруг его рыцарей были нагромождены горы трупов, прежде чем подоспела помощь.

При осаде Антиохии рыцарь Танкред, сопровождаемый только одним своим оруженосцем, не уставал устраивать засады мусульманским воинам. После одной такой "вольной охоты" его оруженосец доставил в осадный лагерь 70 отрубленных голов, которые он предъявил как свидетельство подвига своего хозяина пораженным крестоносцам.

Перед самым взятием Антиохии Танкред с небольшим рыцарским отрядом сумел захватить монастырь, стоявший на холме перед городскими воротами Святого Георгия. Именно через них осажденные получали помощь извне продовольствием. Танкред удержался в монастыре до самого взятия Антиохии.

При всей своей боевой ярости, нормандскому рыцарю были чужды кровожадность и свирепость победителя. Когда 15 июля 1099 года крестоносны ворвались в Иерусалим и стали избивать его жителей, Танкред и Гастон Беарнский спасли "своими знаменами" толпу иерусалимцев, укрывшихся от гибели в храме Соломона.

Когда многие участники Первого крестового похода со славой покинули Святую землю, Танкред остался в Иерусалимском королевстве. Во главе отряда в 300 рыцарей он стал его "щитом в мечом". Затем Танкред перебрался к дяде в Антиохию, доблестно сражаясь там против турецких эмиров. Когда Боэмунд Тарентский покинул Восток, свое княжество он "на время" оставил воинственному племяннику.

Свою жизнь "идеальный рыцарь" закончил в образе антиохийского правителя, воевавшего в союзе с недавним врагом – халебским эмиром Ризваном против "своих" же крестоносных государств. Такую войну он начал в 1108 году. Своего дядю, тоже прославленного героя крестоносного воинства, рыцарь Танкред пережил всего на один год.

БАЛДУИН I

(1058-1118)

Участник Первого крестового похода. Король Иерусалимский.

Главной целью всех крестовых походов, составивших в мировой истории целую эпоху, являлся Иерусалим, священный город для христиан. Крестоносцы сумели достичь его в Первом походе и овладеть им в 1099 году. Было образовано Иерусалимское королевство, корона которого была вполне заслуженно возложена на голову французского графа Балдуина. Ведь он был героем среди завоевателей Святой земли. Но впервые она всего на год украсила его брата Готфрида Буйонского, известного своей бескорыстностью полководца.

Заслуги второго иерусалимского монарха перед крестоносным движением несомненны. Отважный и честолюбивый рыцарь знатной фамилии сумел не только отстоять свое королевство под натиском воинственных мусульман, но и расширить его границы. При этом Балдуином I совершалось немало подвигов в соответствии с духом того времени. Это дало повод французскому историку Г. Мишо сказать, что единственным королевским скипетром Балдуина являлся меч.

…На Восток граф Балдуин, имевший к тому времени солидный рыцарский послужной список, отправился вместе с братом Готфридом Буйонским. Он храбро сражался с турками-сельджуками, но, в отличие от брата, следовал только своим корыстным целям. Еще до взятия Иерусалима граф в 1099 году отделился со своим отрядом от армии крестоносцев и направился к городу Евфратизе, где заключил с его жителями-армянами военный союз против сельджуков. Мусульмане потерпели ряд поражений.

Вскоре Балдуина, овеянного боевой славой, пригласил к себе князь Торос из Эдессы, который сделал его своим наследником. Крестоносец отплатил своему благодетелю тем, что в марте 1098 года во главе взбунтовавшихся горожан сверг его с престола и объявил себя графом Эдесским.

Эдесское княжество стало первым государством латынян на Востоке и их оплотом в противостоянии мусульманским соседям. Когда умер первый монарх Иерусалима, выбор предводителей пал на его брата. Естественно, Балдуин Эдесский поспешил за королевской короной. В Иерусалим он прибыл во главе 400 рыцарей и одной тысячи пеших воинов и сразу же воцарился в Сионском дворце.

По пути из Эдессы в Иерусалим новоиспеченному королю довелось не раз доказать свое рыцарское мужество и искусство полководца. Его отряд несколько раз подвергался нападениям врага, превосходящего числом. Наиболее ожесточенными стали схватки с войском эмира Дамаска близ Бейрута.

Оказавшись в Иерусалиме, Балдуин I стал демонстрировать мусульманскому Востоку свое искусство владеть мечом. В ходе ряда удачных походов он заметно расширил свое королевство, завоевав многие прибрежные города с округой, в том числе Арсуф, Цезарею, Аккру, Сидон, Бейрут.

Через год после этих побед большое войско мусульман вторглось в земли христиан. Король смело выступил им навстречу во главе 300 рыцарей и 900 пеших крестоносцев. Перед решающей битвой полководец обратился к ним с такими словами: «Нет спасения в бегстве, так как Франция очень далеко, а на Востоке нет убежища для побежденных».

В той битве маленькая, но сплоченная королевская армия разбила сарацин, обратив их в бегство. Балдуин Иерусалимский, как герой, с распущенными знаменами вступил в Яффу.

Однако вскоре сарацины одержали над ним верх, напав тогда, когда короля сопровождало лишь несколько десятков рыцарей. В той неравной схватке погибли почти все королевские рыцари, в том числе герцог Бургундский и граф Стефан Блуасский. Сам король укрылся в густых кустарниках, покрывавших поле боя. Сарацины подожгли кустарник, но выкурить оттуда своего главного врага не смогли: ночью он пробрался в город Рамлу.

Мусульманское войско осадило город, имевший малочисленный христианский гарнизон. Один из арабских эмиров, благодарный Балдуину за спасение когда-то своей жены и новорожденного ребенка, показал ему подземный ход из Рамлы, который мог стать путем спасительного бегства. Но король гордо отказался покинуть своих воинов. Рыцари, однако, со слезами на глазах уговорили своего монарха бежать.

Вернувшись в Иерусалим, Балдуин I поставил в армейский строй всех христиан, способных держать в руках оружие. Крестоносны в трех битвах разбили мусульман и очистили от них пределы Иерусалимского королевства, добавив новую рыцарскую славу своему венценосцу.

Последним славным делом иерусалимского короля стал поход 1117 года через пустыню в Египет, который он задумал завоевать для христианского мира. Для начала был захвачен приморский город Фарама, в котором крестоносцы нашли богатую добычу. На обратном пути Балдуин тяжело заболел и скончался в Аль-Арише. На смертном одре рыцарствующий монарх повелел забальзамировать свое тело и похоронить себя в Иерусалиме рядом с могилой своего брата Готфрида.