Текст книги "Еще один человек"

Автор книги: Алексей Штейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 36 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

«Не жди меня больше. Уезжай скорее, к военным. Прощай. Я тебя люблю»

И вот я лежу и думаю… о чем?

Вот сейчас я хотел ответить тому, в рации – «Я человек!» Я же и вправду человек. Просто еще один человек. Еще один, кого он собирает, кого он спасет. Еще один выживший. Еще один человек. Разве нет?

Вот только интересно – а вот те десантники? Тот водитель, тот охранник – он человек? А те – у Строителя? Мы все человеки? У нас у всех, как любил я говорить раньше – равные права и мы все «уникальные личности»?

Я – человек? Не сумевший разобраться с оружием, с которым справляются «тупые менты»… кто из нас человеки?

Вспомнил Ирку и дедка с сумками… и они, и я – человеки. Мы все человеки. Общечеловеки, можно сказать. Ведь – все равны и одинаковы в правах, и чтобы ты ни делал – ты человек. Это твое, и это никто от тебя не отнимет, так?

Я человек, личность – и потому, спасая свою уникальную личность обрек мужика на Целке и его семью. И стараясь спасти мою уникальную личность погибли два самых близких человека – интересно, они наверное были не столь уникальны?

А сколько еще вокруг человеков! И все такие разные – и все человеки.

И я – человек, да? Как и все. Мы все такие, человеки.

Как там – «Человек – это звучит гордо!»

Во, буду гордится!

И вот теперь я лежу на ватниках в холодном сарае у помойки.

А снаружи тысячи ходячих трупов хотят меня жрать.

А я, дурачок такой, все спрашиваю – так человек же я?

Кого, интересно, спрашиваю?

И что рассчитываю услышать в ответ?

Да, тяжело искать ответ, когда никто не может ответить. Никто, кроме тебя самого.

Часть 2
Место под солнцем

1

Утро добрым не бывает. Врут, конечно. Бывает. Когда его ждешь-ждешь… опа, а вот и оно! Шесть утра – уже и утро! Ура. А че ждал-то? А потому что ночью плохо. Спать хочется, но холодно. А раз утро – можно и не спать. А можно кстати и ночью было не спать, да. И не ждать утро, а просто не спать.

Херню несу, да? А вы попробуйте поспать в конце марта – на железе, подложив затрепанные ватники… хотя лучше не пробуйте, я сам скажу как это – херово, вот. Уй, билят, как замерз… приходится тихонько попрыгивать и махать руками, чтобы согреться.

На самом деле утро я ждал потому, что утром станет светло. А ночью – нет. В темноте идти плохо. Да, идти. Домой. Потому что сдохнуть здесь, в сарайчике у помойки не охота. Как-то неудачно место-то выбрал, у помойки. Ну, хорошо, не в сортире. И то ладно. Но все равно подыхать тут неохота.

И ваапче, честно-то сказать – подыхать неохота. Не, не так. Охота не подыхать. Очень-очень охота. Но только внутри что-то сломалось. Наверное, потому, что раньше у меня не было времени. То есть времени у меня было дохера. У современного человека вообще времени много. Если бы у моего деда было столько времени, он бы наработал столько, что мне и за три жизни не сделать. А вот у меня времени было дохера, но мне его не хватало. А вот тут появилось время – поваляться и подумать. Не, время повалятся и подумать у меня и раньше было. Тока у меня были «важные мысли». Очень, очень важные. И умные. И правильные. А вот вчера – я лежал и пытался подумать об важном и умном.

И как-то так получилось – а ВСЕ то важное и умное, о чем я думал раньше, оно стало… не, даже не смешно. Оно как-то стало… и слово то не подобрать. Мелко? Даже не так… Ну, ниочем. Сферический вакуум, ага.

Вакуум в природе существовать не должен, и постепенно стали приходить мысли… Нерадостные. Наверное, если бы были какие-то возможности что-то делать – они бы не пришли. Но делать было нечего. От скуки полез обратно в телефон – но он показал отсутствие сети. Рация молчала. Пришлось думать. Точнее, сначала захотелось помечтать. Как вот сейчас вдруг…

Но все то, что было вокруг не способствовало мечтам. Как говорил один знакомый «Чем глубже в песке твоя голова, тем беззащитнее жопа». И думать таки пришлось. И все равно сначала стал думать ниочем. То есть обо всем. Получалось – место-то я выбрал хорошо. Так как по всему выходило, что я говно, мусор человеческой породы и у помоечки – самое то. Да, психологи наверное не одобрят. Заниженная самооценка, хуле.

Интересно, их всех доели, или еще остались?

Проматывал в голове «обратно пленку». Сначала за сегодня. Потом за пару дней – и сразу за неделю. А потом вообще. Вообще-то очень грустное кино.

Не, два дня назад – неплохой такой фильмец вышел бы. А сейчас – кино про говно. В главной роли угадайте кто? А потом подумалось, что мне офигенно везло. Это, наверное, жутко несправедливо. То есть еще утром я был уверен, что это правильно – крутым парням всегда везет. Но вот подумав пару часов и понял что вообще-то мне совершенно незаслуженно везло. Даже непонятно – а че я еще жив? Дурацкий вопрос, правда? Нашел что спросить. Вот только ответ для меня важен. Потому что он поможет ответить на другой вопрос.

А что мне теперь делать?

Не, не в плане «что делать». До утра времени много, а пока темно – ничего делать не буду. А вопрос – в общем. Как дальше-то?

Получалось, что собственно – все. Мир кончился. Нет нигде «где нас нет». Нет Рая Земного (а и был ли он?). Некуда бежать-то. Все, приехали, станция конечная, поезд дальше не идет, освободите вагоны нах! Чего теперь делать?

Ну, все же есть люди… вон тот, которого я послал по рации. Военные. Ну ладно, пропустим частности… а дальше что? Вот, положим, обыстроюсь я ТАМ (где? ну – там… где-то…) И что? Стану жить. Жить. Слово-то какое интересное… Вкусное. А если его тихонько так вслух? Жить. Смешно, сколько лет я …хм… жил… а как оно на вкус звучит не знал. Глотал как ту дерьмовую водку накануне конца света – не чувствуя вкуса. А оно оказывается эвон как. Да, так вот. Жить стану (я же уже живу? Как я могу снова стать жить?) Ну, положим, устроюсь, наладится все… ну, что там еще надо? Ну, девку конечно… вот тут внутри что-то хрупнуло легонько. Да, конечно – все наладится и вскоре я опять стану «нормальным человеком». И будут у меня снова мысли. Важные и умные. Я снова буду по вечерам блаженно вливать в себя алкоголь и думать важное – как трахнуть какуюнить телку и где срубить бабла. Вот тут внутри хрустнуло еще разок. Странно, а отчего не хочется вернуться в «нормальную жизнь»? Там же уютно и хорошо. И там ты не чувствуешь себя говном.

Вот тут-то и сломалось окончательно.

Потому что пришла простая мысль – если ты не чувствуешь себя говном – это вовсе не значит что ты не говно. И сразу расхотелось. Напрочь. Ну-ка, еще разок попробую это вкусное слово… жрать-то больше все равно нечего…

Подыхать я не намерен. Но как жить дальше так пока и не знаю. А пока, вглядываясь через щели на двери в серое утреннее небо, я стал думать конкретные мысли. Поо додумаю то, что пришло ночью в голову. Обязательно. Потому что у меня теперь много времени и нет глупостей чтобы его занять. Итак.

Первое, оно же главное. Домой. Мне надо добраться домой. Иначе мне крышка. Иначе только чудо… но чудеса в сказках. А мне не светит.

Второе. Чтобы мне добраться домой мне нужно…. Вот чорт, получается, как ни крути – пешком. Надеяться, что найдется транспорт не стоит. Да, грустно.

Выходит – надо найти оружие. Иначе капец. Сожрут нафиг.

А с оружием у меня херово. Автомат я проебал. Тесак и биту оставил в бэхе… ну, то есть тоже – проебал. А больше у меня ничего нет. Грустно.

Ну и че?

А ниче. Собственно, выбор-то небольшой. Только то что вокруг. А вокруг убогая дворницкая… Хотя настолько ли убогая?

…Спустя полчаса я завершил экипировку. Один ватник оказался совсем маленьким, а вот второй – мегаразмера, его одел поверх куртки. Нашлись и брезентовые рукавицы. В углу отыскалась строительная каска с меховым подшлемником.

Хуже дело обстояло с оружием. Точнее, его не было совсем. Лопаты, грабли… топора не видать. Отломать черенок от лопаты? Попробовал… не так то и просто. Опа, похоже везение не совсем закончилось.

В углу стоял топор. Но не нормальный топор, а тот, которым скалывают лед с тротуара – с приваренным металлическим прутом. Конечно, он тупой, забит об асфальт и лед, но… Взял его наперевес, попробовал… тяжело, но внушает. Вот и отлично. Жаль, ломика не нашлось.

Ну, собственно, все. Проссавшись на дорожку, делаю несколько глубоких вдохов-выдохов… начнем, пожалуй. Ждать нечего. Мне придется преодолеет всего-то пару километров… если не повезет найти транспорт, на что я надеюсь в глубине. Но не рассчитываю. Два километра бегом… да, че-то, вспоминая, как бежал сюда вчера – совсем не радует перспектива. Но – надо.

Осторожно открываю дверь, и осматриваюсь. Тихо. В пределах видимости один мертвяк, далеко. Что, конечно, ничего не значит. Но выбора опять-таки нет. Сразу бежать не стоит, силы надо экономить. Ага, началось…

Вчерашний мальчик-упырь ждет за углом. Лопата плашмя, конечно, не упокоила. Ну, с почином…

После третьего мертвяка перехожу на бег – иначе хана. Выбегаю на дорогу – на удивление, тут относительно мало упырей. Они за ночь куда-то разбрелись? Решаю проложить путь мимо «Строителя»… в глупой какой-то надежде на чудо. Естественно, бумера нет. И автомат не валяется. А вот неслабая толпа мертвяков есть. Похоже, сюда-то они и стянулись. Отжираться. Только бы не засекли… килечкой, пригибаясь, к перекрестку, там замерли несколько машин… не пустые, жаль. По Есенина шпарит жигуль… не, не успеть. Да и не остановится. Вообще с Энгельса слышны моторы и гудки – там походу идет борьба за жизнь в пробке на выезд. А мне не туда. Мне домой.

Похоже, мертвяки сохранили какие-то рефлексы от старой жизни – они в основном во дворах и на тротуарах. На проезжую часть не выходят. И это хорошо. Еще вчера я прочитал, что у них есть «зона видимости», дальше которой их человек слабо интересует. И еще то, что если долго стоят на месте – они «засыпают», и реагируют не сразу. И потому на всем пути по Есенина почти до Поэтического я пробежал-прошел по дороге, и только раз какой-то шустрик рванулся ко мне. И огреб.

А вот потом я решил срезать дворами. И влип. Вообще-то я посмотрел, и мне показалось, что во дворе относительно чисто. Но когда я рванул мимо детсада, то понял, что ошибся. Упыри-детишки… еб его в душу мать… Хорошо хоть, ограда есть… но тут же от домов рванулись аж трое шустриков. Я наддал, как мог, но впереди проезд между домами перегородили две нехило столкнувшиеся машины. Ничего бы, там широко, но вокруг толпились несколько упырей, тупых, но совсем не на месте…

Попытка пробиться с ходу не удалась. Два упыря получили свое, но остальные весьма живо стали подтягиваться. Третий… нет, уже все. Вперед никак. Назад!

А сзади уже подбегали шустрики. Причем они не бежали напролом. Они втроем разошлись и оббегали меня – один слева, один справа. А третий чуть отстал и загораживал путь вперед. Похоже, эти твари рассчитывали, что я рванусь вперед и они меня возьмут сзади… или развернусь чтобы пробиться через тупых.

Полюбому, похоже, жопа. Завязну, навалятся, и сожрут. И нет выхода – заловили. Как в детстве, когда играешь в пятнашки… ща, похоже, и запятнают до смерти…

2

Чегой-то мне эти игры совсем перестали нравиться. Играли бы вы тут без меня, а?

Ринулся напролом, намереваясь выдать среднему шустрику. Не тут-то было. Довольно ловко тот отскочил. А мне того и надо, тупая ты нежить. Все, выскочил из «кольца». Впрочем, это далеко не все. Тупые упыри отстали, а вот трое шустриков ломанулись вдогон. Ну, что ж, вместо пятнашек – поиграем в догонялки. Как в детстве играли… впрочем, и не только в детстве. Вспомнилось, как учили ребята в зале – если врагов много – надо разбираться по одному. А для того – проще всего вытянуть, их в цепочку. Что я и проделал – побежал, забирая по дуге влево. Шустрики за мной – натыкаясь и мешая друг-другу. А вот на! Первый не увернулся, с мерзким хряском ледоруб упокоил интеллигентного (когда-то) вида дедулю. Второй шустрик тормознул, но третий из-за его спины кинулся вперед. Отчего-то меня охватила какая-то непонятная ярость и даже… азарт, что-ли? От избытка чувств я даже заорал, оприходывая полуголого сильно порванного здоровяка в татуировках-драконах, фразу из старого кино:

– В очередь, сукины дети! В очередь!

Сукины дети не пожелали в очередь, и последнего шустрика, довольно симпатичную и сейчас (со спины) молоденькую телку догонять пришлось уже мне. Решив не выходить из образа, сопроводил мах орудия производства дурным выкриком:

– Я тебе покажу, твою мать! А ну слезай с подножки!

Потом шутки кончились. Упыри за исключением пары, занявшихся менее удачливыми коллегами, подошли довольно плотной толпой. Вот тут-то всерьез помахал – штук с пятнадцать сразу, пришлось крутиться, отскакивать, с уханьем выдыхать на ударе и снова замахиваться, отскакивать…

Вспомнились советы что надо стараться бить не за счет физподготовки, а перекладывая энергию уже запущенного оружия… но думать было некогда. И я очень быстро устал. Ледоруб едва не вырывался из рук, а упыри только ополовинились. Вот один схватился за топор, вот вцепились в рукав… Чорт!

Бросаю железяку, выдираюсь из цепких мертвых рук и бегу от них… что кстати, тоже получается не очень. Устал, однако. Но довольно быстро оторвался – и появилось несколько секунд включить мозг. Вообще-то несколько секунд, получается, это дохрена много. Потому что, пока группа товарищей, ожидающая отправки на тот свет, он опоздавшая на свой рейс (или наоборот – слишком поторопились?), неспешно ковыляла ко мне – я сообразил, как мне быть дальше. И еще пару секунд использовал, чтобы отдышаться, наклонившись и уперев руки в бедра, исподлобья глядя на приближавшуюся нежить. А потом опять побежал. По широкой дуге оббежалмертвяков, совсем неслаженно исполнявших «поворот все вдруг», и подбежал к месту первой схватки. Где лежал мой ледоруб – этот тупой упырь выпустил его почти сразу, как я бросил все с мотался. Ну да, жрать-то его невкусно. А кроме пожрать им ничего не надо. Эх, жаль работать не заставить – а то вышли бы отличные морлоки, гы!

Подхватив железяку, вновь занялся подошедшими упырями. Но на этот раз не ломанулся в атаку в лоб, а стал бегать вокруг них, прицельно лупя им по нижним конечностям. Не сказать, чтобы оно было сильно легче, но куда безопаснее. Упыхавшись вконец, все же довел дело до требуемого результата – троих последних «прямоходящих» добил по черепушкам, благо это уже было не сложно – им мешали ползавшие упыри. Потом принялся за ползавших – и с ними тоже легко управился. Качаясь, уже на пределе сил, пошел к затору из машин, по пути злобно сходу переибав двух «обжор».

Подойдя к машинам, притормозил, опершиль об ледоруб, осматриваясь. В боку кололо, казалось, сейчас сблевану (если б было чем), в голове шумело толчками крови, и перед глазами темнело и плыло. Прижал башку к квадратному пруту древка ледоруба – холодный, приятно, смачно сплюнул противной вязкой слюной. Понемногу пришел в себя, оглянулся. Нихуясибе, как говорится. Кино про Рэмбу, не иначе. Куча тел. И все это я. И, самое странное – а мне похуй. Не, не то чтобы эмоций нет. Эмоции есть – я устал и хочу домой. Очень. А вот восхищаться крутизной как-то не тянет. И ужасаться. Тянет отдохнуть. Давненько я так не выкладывался – на все сто процентов. Или даже больше. Наверное, много лет уже не выкладывался. Забыл – как оно. Отвык. Похоже – придется привыкать. Халява кончилась. Придется въябывать, дружище. Отчего-то совсем недавно столь противная мысль – отнюдь не встретила сопротивления в голове. Надо, так надо. Только бы отдохнуть. И пожрать. И домой. А лучше – сразу домой.

Разогнулся, шагнул пару шагов. Бля, так далеко не уйду. Ноги гудят, дрожат, и так и норовят подогнуться. Привалился к борту одной из машин, не сразу сообразив, что к чему – наверное, мозгу крови не хватает, вот и тупит. Это ж машины. Правда, битые, но мне наплевать. Лишь бы ехали – тут рядом. А они поедут – не настолько сильно они помяты, чтоб не ехать.

Вот только проблема… Ключи. Одна машина – семерка-жигуль, завести ее без ключей… ну, смогу, наверное – ездил я одно время так, когда с замком че-то было не так, проводками чиркал – заводил. Но вот блокировку руля сломать… Не знаю – говорили просто мол, но че-то последнее время оптимизма у меня поубавилось. С утра мне много чего казалось просто и элементарно. А оно эвон как вышло.

Ладно, посмотрим. Та, к которой я прислонился Опель, новенький. Обошел, открыл водительскую дверь… Не, пусто. Пошарил, как в кино учат, за солнцезашитными щитками – ага, щаз. Это вам не Голливуд, у нас таких идиетов нема. Ладно, хрен с ним. Осмотрел салон и багажник – пусто. Типичная машина современного горожанина – чисто, ничего лишнего, приятно пахнет. Обидно, да. Конечно, возможно, что ключи в кармане одежды кого-то из упокоенных мной, но общаривать эту гору мяса я как-то не готов. Поищем альтернативный выход, ага.

В семерке ключи были на месте. Зажигание было включено – похоже, машина заглохла от удара. Вон – и передача вторая включена. Оглянувшись, решаю попробовать. Но когда сажусь в машину – выясняется, что ледоруб в нее категорически не лезет. Придется оставить? Ага, щаззз! Не долго думая, тычком с маху высаживаю заднее боковое стекло и запихиваю длинющую железяку на заднее сидение, оставляя немалую часть торчать наружу. Подумал, что мог бы просто опустить стекло – но фигли уж теперь.

Завелась не сразу, нехорошо скрежеща. Но завелась. И сразу запахло тосолом – ну, ясно. При столкновении радиатор пробило. Не теряя времени выруливаю задним на дорожку – и вперед, к Энгельса. А там хвост пробки, приехали. Похеру, по тротуару, до Луначарского – а там на перекрестке мне повезло, остался просвет – точнее, кто-то пробил, вероятно, грузовиком. Вот туда-то и рванул.

По пути отметил – от Областной толпа упырей расходится – становится реже, но в целом больше их уже в районе. Это плохо, это очень плохо. Я сейчас с трудом-то наверное с одним справлюсь – а их на улицах десятки и сотни. И тут уже не побегаешь. Когда повернул во двор, в машине уже пахло перегретым металлом, стекло запотело. Мотор хрипло пискнул и заклинил, меня долбануло башкой об стекло, аж потемнело и звон пошел, хорошо, что в каске, машину потащило боком, и она ткнулась об бордюр – и я полетел вбок, насадившись печенью на рычаг коробки передач и приложившись башкой еще раз, снеся зеркало. Секунд десять я, шипя от боли, приходил в себя после такого нокаута. Очнувшись, обнаружил у водительской двери упыря. Бабуля, я ее часто видел – зеленью с ящика торговала у метро. А сейчас она смотрела на меня, царапая стекло пальцами. Да отвяжитесь вы наконец от меня сегодня, или нет?! Зарычав, я толчком обеих ног распахнул дверь, снеся бабулю, шатаясь вылез, и, пока бабка вставала на четвереньки – вытащил ледоруб. Вот, блин – в школе читал про Раскольникова, да. Жахнул бабку и поплелся к дому. Здесь пока упырей было по прежнему мало – ну и отлично. Одного прихлопнул, уже чисто механически, у парадного, вошел с предосторожностями – но все обошлось. А вот на лестнице на втором – встретил парочку – похоже, те самые алкаши, что меня послали вчера утром. Махать на лестнице ледорубом было затруднительно, пришлось отступить на первый и там «принять бой».

Впрочем, первый дался легко – а второй, споткнувшись об первого свалился с лестницы и, по-моему, и без моего удара бы кончился сам.

Все. Еще немного – и я сяду прямо здесь и скажу – «Жрите меня, мне пофиг». Не могу, сил просто нет. Даже просто подняться. Нажал кнопку лифта – ан нет. То ли лифт отключен, то ли вообще электричества нет. Судя по не горящим лампочкам – второе. Тоже плохо. Сжав зубы, ни о чем не думая, поплелся наверх, ставя каждый раз ногу аж с притопом, не делая промежутков между шагами, как робот. Даже ускорил темп под финиш. Вот она, моя дверь! Скотч на месте, все в порядке, открываю… Все! Я дома! Пахнет едой, уютом… домом! Замок, ледоруб с грохотом падает на пол, скидываю каску и ватник… Нет, сначала – со стоном поднять ледоруб (блять, как болит спина!) – и, пробравшись через завал, прошвырнуться по квартире. Все чисто. Вот так, и никак иначе.

А вот теперь – отдых…

После душа в темной ванной – слава Богу, вода, в том числе и горячая, исправно лилась из крана, и отобедав, а точнее – с урчанием и чавканьем сожрав все, что попалось под руку, я отплющил харю аж до шести вечера.

Встал, точнее – попытался – и понял, что еще долго буду ходить как дэцепэшник… или упыри. Болело на букву «Ф» – ФФФсьо! Заварил чаю и уселся у окна, тупо смотря на улицу. Там было солнечно и много упырей. Они не торопясь шли к «Ленте». Нет, они не брели толпой как красноармейцы на пулемет, и не бежали как муравьи. Просто неспешно шли довольно редко. Но постоянно. И их было много. Слишком много. И это навевало мысли – нерадостные.

Мысли о том, что надо отсюда валить. Тут – крышка. Тут очень много упырей. Скоро будет и много шустриков. А потом появится и много этих… монстров, хищников, бля. Тогда мне сразу пиздец. Надо валить.

Ладно, надо. А как? На чем? Не пешком же? Ну, это просто – во дворе так и стоит у соседнего парадного «Форд», а поодаль на газоне – моя Шаха. Машин вообще поубавилось, но не сильно. А у крайнего парадного даже прибавилась маршрутка, какого-то незнакомого номера. Бензин тоже есть – запас в Шахе сложен.

Надо еще – опять – оружие. Ледорудом я больше намахать не смогу ближайшее время. А если «хищники» полезут – то и подавно. Превозмогая желание посидеть – встал и вытащил из сумки прикупленный в «Ленте» «сучкоруб». Примерился. Не хуже моего тесака, сойдет. Но это от простых упырей, ну, может от шустриков – но только если немного. Нужно что-то огнестрельное… Один раз мне уже повезло, но я своим везением воспользоваться не смог. Вряд ли повезет еще раз. Где же можно достать оружие? Военные? Их в городе нет. Милиция? Так они мне и дадут… Если только в отделение смотаться, может, там чего осталось? Стремно что-то… Еще кто? А, охотники, но это уже пробовал. Хотя… идея.

Ладно, теперь самый главный вопрос… и самый неприятный.

Куда когти рвать? По уму-то конечно, к военным. За город. В Сертолово вроде вояки… что-то там писали в нете про Кронштадт… Но тут внутри шевельнулось что-то совсем новое, чужое.

Не поеду я к воякам. Вообще из города не поеду. Не-хо-чу. Торопиться мне некуда. Меня там – никто не ждет. Никто. И не хочу я туда. Нет мне там места. Я вообще теперь не знаю, где мне есть место. И что мне дальше в принципе делать – не знаю. Для начала – не сдохнуть, уже хорошо. Но просто так не сдохнуть – теперь мне этого мало… Еще два дня назад всякие глупости не приходили в голову. Еще вчера утром – я все знал и мне все было ясно. А вот теперь – нет. Я не знаю, где теперь мое место, и что мне теперь делать.

И никуда я из города к военным не поеду. И не только из-за чего-то непонятного ворочающегося внутри – есть еще причина. Дашка. Я ее найду так или иначе. А вот потом подумаю. Что я ее найду живой я не верю, она бы просто так такую смс не прислала. Но пока я ее не найду – я останусь в городе. Может, пока я ее ищу, я пойму как мне жить дальше.

Так что – куда – вопрос открытый. Здесь оставаться уже неуютно, еще пару дней и все. Полюбому надо перебираться. Есть кое-какие мысли, вспоминается как обсуждали всякое «беркемоиды» и прочие «песцеводы». Ладно, надо прикидывать-смотреть.

А для начала – оружие. Надо кое что проверить…

Собрался я быстро – проепанный тесак на поясе сменил сучкоруб в новых самодельных «ножнах», ледоруб в качестве тяжелого вооружения. Полное облачение, разве что ватник не стал одевать – жарко и в машине очень тесно. Прихватил из покупок фонарь, сумку. Выбрался без приключений, добрался до «Форда» и вскоре катил по дворам в сторону пятьдесят восьмого отделения милиции.