355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Алексей Селецкий » Древняя кровь » Текст книги (страница 12)
Древняя кровь
  • Текст добавлен: 6 сентября 2016, 17:58

Текст книги "Древняя кровь"


Автор книги: Алексей Селецкий



сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)

– Случаем, нет.

– И хорошо и плохо. Вы знаете, какому-нибудь «рабу божьему», – эти слова Юрик произнес с омерзением, – какой-нибудь богомольной старушке даже проще растолковать подобные вещи. Так вот, если победят ваши противники – нам будет даже несколько сложнее. Когда способности к тайным искусствам пробуждаются у всех сразу, толпа самонадеянных недоучек сразу же забьет все щели. И сейчас-то разное быдло лезет, куда попало, мешает работать…

– Это вы не о нас, случаем? Я, кажется, точно кому-то помешал. Или нет?

– Ну что вы! Я о тех идиотах, которые кошек на кладбищах жгут и режут. Знаете, с вашим Братством всё-таки легче. Вы нам волей-неволей помогаете, исправляете то, что наделали разные кретины. Впрочем, и они бывают полезны, среди них проще искать способных к чему-то настоящему, чем в толпе на улице. Да и комплексов у них поменьше. Наш средний обыватель – это же зомби, а не человек! Ни одной своей мысли! Скажут ему газетки с девочками на обложке, что черные маги младенцев живьем едят, – поверит! Скажут в следующем номере, что черная магия полезна для здоровья и успокаивает нервы, – тоже поверит, еще и другим расскажет! Покажи ему по телевизору пару кадров из «ужастика», присобачь фото хоть вашего же Главы – завтра же будет митинг с требованием публичной казни!

А ведь прав, ничего не скажешь. Весь этот кавардак, когда каждый третий – экстрасенс, а половина интеллигенции впадает в транс и бормочет мантры в поисках смысла жизни, порядком поднадоел Александру. И как Древнему, и как человеку. Просто удивительно, до чего люди не любят утруждать свой мозг и проверять качество лапши на ушах.

Юрик заметил интерес собеседника, опасливо покосился на Ирину – багровое облако над ней постепенно уменьшалось – и продолжил:

– Так вот, победи ваш Пермяк, у нас было бы гораздо больше проблем. Процесс мог легко выйти из-под контроля. Нашего контроля, я имею в виду: хозяин всё равно останется не внакладе. Просто сейчас, на пороге новой эры, эры его правления – если не прямого, то уж во всяком случае заметного и реального для всех, – нам важно остаться среди первых, не раствориться в толпе, да и вам тоже, кстати.

Постой, постой… Что-то подобное говорил Олег. Тогда, при последнем перед уходом Александра в леса разговоре. «Однажды мы почти растворились в этом океане… Мы потеряем свою культуру…» И тут же словно кто-то подсказал другие слова, недавно услышанные: «Знаешь, их идеи – как наркотик. Привыкаешь быстро, а вот избавиться…» Всё ведь вроде бы и правильное… «Вот же, блин! И думай теперь, кто прав: Олег или Юрик – или не правы оба? Или в чем-то правы и тот, и другой?

С одной стороны – Слово Крови… да, но оно обязует его быть Древним, а не слепо верить всему. Думать надо своей головой. На том Народ и держится. С другой стороны – кто сказал, что этот малец не вешает на уши ту же самую лапшу? Рассуждает он просто великолепно, излагает и того лучше – как по написанному. Кем?

– Кстати, Юрий, а кто ваши непосредственные хозяева? Не мистические и потусторонние, с этим всё ясно, а местные? Или приказы в областное правительство теперь приходят по факсу прямо из Нижнего Мира?

Ой, не надо было затрагивать эту тему! Да еще при его девушке. Ну, действительно, эти маги все сплошь велики и независимы – вот только деньги на карманные расходы не заклинаниями добывают. А какому романтику, пусть даже с большой дороги или с ночного кладбища, нравится напоминание о том, что его профессионализм – всего лишь надежный винтик в большой машине? И машину конструировал не он, и управлять пока не дают. Глаза сузились, опять сереть начал – на этот раз от злости. Даже защитный вихрь порозовел. Эге, парень, да это у тебя и в самом деле больное место!

– А вы не думали о том, что наше сообщество может найти свои пути воздействия на власть? Предположим, после неких наших действий кому-то «наверху» может очень захотеться поддержать начинание молодежи? Или, того проще, в нашей компании после соответствующей обработки окажется кто-то из достаточно влиятельных людей – или, допустим, его сын, это еще проще?

– Нет, не думаю. При всем уважении к вашим способностям, Юра, должен заметить одно. Власть в этом мире дается обычно людям с очень неплохой головой, а удержаться наверху могут только те, у кого нервы крепче. На таких воздействовать гораздо сложнее, чем даже на Нижний Мир. В отличие от его обитателей солидные люди на контакт с вами не пойдут. Молоды вы еще, Юра. Рассуждения правильные, а вот опыта не хватает. Сколько вам лет?

– Какое это имеет значение! – Вихрь стал расплываться красным облаком. Разозлился? А ну-ка попробуем один фокус показать – хотя погоди, это может быть ловушка. Не торопись.

– Имеет. Например, такое, что при вашем огромном опыте – года четыре, не так ли? Или меньше? Моложе четырнадцати у вас не посвящают… Так вот, при всем этом огромном стаже вы еще недостаточно наделали своих ошибок. Или не насмотрелись на чужие. Есть и еще одно – увы, Юра, природа есть природа, вам, людям, свойственно ее недооценивать. Так вот, мышление у вас развито хорошо, не по годам, можно сказать. А вот организм остался какой есть – вчерашнего подростка. Это важно, поверьте: нервы, гормоны и всё такое.

Слушает с вежливой улыбкой, а из глаз искры сыпятся. «Что ты там готовишь? Ну, это не страшно, это мы проходили – спасибо, Иваныч! Продолжим разогревать объект».

– Я понимаю, что вы гораздо грамотнее и опытнее тех щенков, которые по кладбищам хороводы водят. Однако и в вашем черном сообществе вам лично уготована пока что довольно скромная роль. Сколько и кого у вас в подчинении? Десяток, ну пусть дюжина таких же, как вы, молодых. Может чуть постарше, но не таких ловких. В любом случае только то, что вы собрали сами, не более того. А где же маги с опытом? Занимающиеся тем же самым лет двадцать-тридцать? Или вы будете уверять, что они тоже подчиняются вам лично?

– Не буду! – зло выдохнул Юрик. И на выдохе, как положено, метнул в Александра давно приготовленный черный сгусток.

То есть должен был метнуть. Почти метнул. Первые брызги тьмы даже полетели вперед – и взвились над столом, расплылись мелкой моросью, осели туманом. Комната больше не воспринималась обычными чувствами. Верхнее зрение, внутреннее зрение, чутье. Предчувствие, интуиция. Взгляд на все сверху, со стороны.

«Чему-то в нашем Народе воинов все-таки учат, молодой человек». Александр даже не стал поднимать руки. Достаточно было слегка развернуть ладонь – и в черный сгусток впилась голубая стрела. Вспыхнула, сгорела. Красное облако вокруг черной головы колыхнулось, зарябило желтыми полосками – не ожидал такого. А вот этого?!

Широкий взмах руками, потом свести их вместе. Не надо ни на кого злиться, не надо ссориться. Все люди братья. Поэтому, если младший брат буйствует, его надо связать. Пока не причинил чего плохого себе и людям.

Зеленая петля обвилась вокруг красно-черного, колыхающегося. Захлестнула рванувшуюся вверх руку, не дала закончить жест. Прижала вторую руку к телу. Рот затыкать или не будем? Обойдемся. Надо же продолжить беседу.

– Всё в пределах необходимой самообороны, не так ли, Юра? Вас, кстати, не учили, что во время переговоров нападать нехорошо? Или вы, как всегда, выше правил и морали?

Дернулся, попытался еще что-то сделать. Зря. Хрипи теперь – петля эта имеет вредное свойство затягиваться при подобных резких движениях. Одним можно ослабить ее действие – успокоиться, подумать о чем-то прекрасном. Вряд ли ты, парень, на это сейчас способен.

– Юра-а-а! – С дивана метнулось рыжее облако. Приготовился встретить что-то магическое… Куда там! Полтора с чем-то метра сплошных рук, ног, когтей и, кажется, даже зубов. Похоже, ее даже учили драться. Неплохо учили, но сейчас половина науки не вспоминается. Тем более не от пьяного хулигана отбивается. И вообще не отбивается, а нападает. Нервная нынче молодежь пошла!

Первыми пострадали чашки. Одна разлетелась вдребезги прямо на столе, вторая отправилась под диван – возможно, уцелеет. Мудрая чашка – двое дерутся, третий не лезь! А вот девчонку этому еще учить придется. И бить не хочется, и верткая, сразу не поймаешь, тем более позиция для атаки неудобная – сидя на стуле, за столом…

В конце концов этим же стулом пришлось и связать. Фирменный рецепт. Хорошо, что стул со спинкой, а не табуретка. Привязывать к спинке длинные волосы было уже совершенно излишним варварством с его стороны, но для надежности не повредит. Теперь можно сесть на стул и продолжить разговор. По возможности спокойно.

– Так вот, на чем мы остановились? Ах да, на властях земных. Ира, тебе наша беседа еще не надоела?

– Смотреть даже интереснее, чем слушать. – Как ни странно, Ирина глядела на всё происходящее спокойно, даже с каким-то весельем. Или с иронией, потом разберемся. – Только постарайтесь больше не бить чашки и не греметь мебелью. Соседи давно уже спят. Кстати, и мне не мешало бы выспаться. Так что покороче, если можно.

– Да мы, в общем-то, уже обо всем поговорили. Так вот, Юра, в наши дни черной магией занимаются в основном неудачники. Те, кто может достичь чего-то в этом мире самостоятельно, к потусторонним силам редко обращаются. Они реалисты, Юра, они делают деньги, убирают ближних своих традиционными способами и вычисляют свое будущее не по звездам, а по биржевым сводкам и опросам социологов. Не спорю, сволочей среди них не меньше, чем среди вашей братии. Может, даже больше. Но они не тянут в наш мир нечисть. В крайнем случае они купят для этого вас же – причем не тебя, сопляка, а настоящих, опытных специалистов. А поиски крутости в Нижнем Мире начинаются с подростковых психологических комплексов. От общей неполноценности до сексуальных, это уж каждому свое. Чувствуете, что своих силенок не хватает, а жить как все, умом и трудом, не хочется. Вот и продаетесь нечисти, как… не при дамах будь сказано, кто. Только на панели не мечтают о мировом господстве, Юра. На панели мечтают о богатом клиенте и добром хозяине.

При слове «хозяин» глаза Юрия полыхнули багровым пламенем. Он отчаянно рванулся – куда там! Невидимая петля держала крепко. Однако смотреть на изменившееся лицо было жутковато. Александру доводилось иметь дело с потусторонними обитателями, но человека, постепенно превращающегося в демона, он видел впервые. Пентаграмму, что ли, вокруг него начертить? И времени нет, и не поможет. И незачем, если подумать. Мог бы, давно «русские вожжи» порвал. А ведь приемчик-то простенький, раньше так «сведомые люди» буйных пьяниц укрощали. Вот только ни в одном учебнике «современной магии» не описан. Потому, наверное, и кажется чем-то особо могучим.

– Развяжи! – От повелительного рыка вполне могли дрогнуть если не стекла, то поджилки. У кого-нибудь послабее Александра, и не служившего в армии.

– А вот командный голос надо вырабатывать, надо! Только не здесь и не сейчас. Слышал, что Иринка сказала? Соседи спят! Так что развяжу я тебя, Юра – или кто ты сейчас? – с одним условием. Ты испаришься из этой квартиры и постараешься в ней больше никогда не появляться. Нет, что за народ?! Сидели, чай пили, беседовали. Всё по-джентльменски, даже почти мирно. И вдруг трах-бабах, подраться захотелось!

Юра молчал. Интересно, каким его сейчас видят нормальные люди? Александр не мог себе позволить убрать верхнее зрение – опасался нового подвоха. Бледно-зеленая рожа, тлеющие красно-оранжевым глаза, слизь какая-то серо-сизая – как бы ковер не запачкал…

– Ну так что скажешь? Расходимся? Честно говоря, я сейчас должен был бы созвать наших, и попал бы ты куда следует для допросов и опытов. Например, как на тебя святая вода действует?

– Никак не действует! – Рычание было всё еще самоуверенным, Вообще-то, говорят, подобные существа склонны себя переоценивать. Тем и живут. – Так что зови своих, зови!

– Да ладно, обойдусь. Не был бы ты таким буйным, может, еще и встретились бы, поговорили. Кое-какие идеи мне даже понравились, обдумаю на досуге. Нет, чтобы выдержку проявить, мудрость, понимаешь ли, нет, сразу надо что-то в драке доказывать. Эх, молодежь!

– Мы еще встретимся! – пообещал Юрик. К нему постепенно возвращался привычный облик, видимое обычным и верхним зрением уже почти совпадало.

– А может, не надо? У тебя, Юра, каждый раз какие-то неприятности из-за этого. Ну да, любить меня не за что, так я и не прошу. Не голубой всё-таки. Ты просто веди себя нормально. Как человек, как мужик, в конце концов. Может, ты и круче, я ж не спорю, только пользоваться крутостью тоже надо умеючи. Так что пока не научишься – лучше нам не встречаться. Ты хорошо меня понял, Юрик?

– Мы еще встретимся! – мрачно повторил тот. – Мы встретимся, когда наступит ночь, и вот тогда обо всем поговорим. Если захочешь. И если сможешь. Я тебя, лесовик, не забуду, не бойся!

– Я и не боюсь, с чего ты взял? Кстати, ночь уже наступила. Даже полночь прошла, полпервого уже. Вы как, пешком доберетесь? Или вас подвезти, чтобы не замерзли ?

– Доберутся, – подала голос Ирина. – Наталья здесь неподалеку живет, через квартал. А насчет ночи – это он другую ночь имел в виду.

– Пришествие их хозяина, что ли? Так его уже не первую тысячу лет обещают, и каждый раз со дня на день. В этом году обещали, в наступающем пророчат… Думаю, не доживу я до этого дня. От старости помру. А перед тем правнукам об этих пророчествах расскажу. Чтобы тоже не верили.

– Не волнуйся, скоро уже. Вот тогда и посмотрим, у кого настоящая власть. И куда вас, таких правильных и умных девать, тоже посмотрим. Если тебе раньше никто шею не свернет или ты под трамвай не кинешься.

– Фу, Юрий, как грубо и примитивно! Вот уж от кого не ожидал! Ну не на базаре же, в самом деле. А насчет шеи – мысль интересная. – Александр снова развел руки, свел их вместе. С удивлением увидел, как судорожно задергался кадык Юрика, покраснело лицо и заходили ходуном ребра. Что за новости, ведь ничего не делал, только напугать хотел!

– Юра! – Опять рванулась рыжая Наталья. Привязанные волосы дернули назад, девчонка вскрикнула, из глаз потекло. – Юрка, ну что же ты!

– Ладно, салага, на этот раз прощаю. Не тебя жалко, девчонку твою. – Александр потянул за торчащий рыжий локон, узел послушно распустился. – Но лучше нам и правда не встречаться. Ни днем, ни ночью. Ну что поделать, если ты такой невезучий! Да и хозяин твой на выручку не особо спешит. Хочешь, подскажу – почему? Не любит он слабаков и буйных. Я, знаешь ли, тоже кое-что читал. Да и с разными людьми общался, в том числе с твоими коллегами. Так что уматывай. Через полчаса всё окончательно спадет, а до тех пор побегай в ошейнике. На всякий случай.

Гости молча оделись, вышли, одарив на прощанье злобными взглядами. Лифт по ночному времени не работал – пришлось им топать вниз. Слышно было, как они спотыкаются на темной лестнице, налетают на перила и друг на друга. Потом шум остался за плотно закрытой дверью.

– Ну у тебя и приятели, Иришка!

– И не говори, – вздохнула она в ответ. – Сначала за оружие хватаются, потом о разных гадостях на ночь говорят, а в довершение всего еще и дерутся, чашки бьют… Ты расскажи лучше, о каком таком Братстве Юрка вспоминал? Ты что, из этих? Которые в белых балахонах и песни поют?

– А что, сильно похож?

– Не похож, – призналась Ирина. – Скорее уж на какого-то инквизитора. Что ты вообще с ним сделал? Я вроде бы в таких вещах разбираюсь, но ничего не поняла. Юрка и дернуться не мог.

– Да так, русское народное творчество. Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось черным мудрецам.

– Нечего Шекспира уродовать. Не хочешь говорить?

– Не могу. Подписка о неразглашении и всё такое.

– Значит, всё-таки инквизитор. Или как там это сейчас называется? Спецподразделение по борьбе с колдунами?

– За что ты меня так?! Простой российский егерь…

– Да уж, видела, какой простой! И Натаныч твой – ну прям деревенский мужик! Ватник, тельник и самогон! Вы с ним что, из одной команды?

– Можно и так сказать…

Продолжить разговор не дали. За окном хлопнуло, кто-то заорал – и, перекрывая крики, покатился над домами чудовищный вой. Начавшись низко, басовито, он перешел в пронзительный визг. Сверлил уши, перекатывался, отражался от стен, метался по двору. Постепенно спадал, затихал, возвращался к гудению – чтобы через несколько секунд снова начать подъем.

– Что это? – побледнела Ирина. – Война?!

– Почти, – вздохнул Александр. – Похоже, этот твой знакомый еще глупее и мелочнее, чем я думал. Сейчас он весь квартал на ноги поднимет. А может, и не один. Одевайся, пойдем его проведаем Только быстро, пока милиция не подъехала. А пока – окно открывается ?

Он подошел к кухонному окну, распахнул его, выглянул. Всё в порядке, «уазик» фары зажег. Черная коробочка долго не хотела вылезать из теплого внутреннего кармана. Вытащил наконец, высунул в окно, щелкнул кнопкой. Сирена тихо провыла и наконец замолчала.

– Это Натаныч противоугонку переделал, – объяснял он Ирине, спускаясь по темной лестнице. – Осторожно, здесь скользко! Пищалку обычную в лесу издали не услышишь, да и в городе на них мало кто теперь внимание обращает. Вот ему друзья-летчики и раздобыли «примочку». Где и откуда – не знаю, но каков эффект! А на второе усовершенствование сейчас сама полюбуешься. Сволочь твой Юрик, оставил меня на пару дней без машины!

– А почему? Там что-то сломалось?

– Сейчас сама увидишь. Вернее, почуешь. – Александр пинком распахнул дверь подъезда, подождал пару секунд. Незачем рисковать попусту. – Пошли, вроде всё нормально.

Первой, кого они увидели, была рыжая Наталья, рыдавшая в три ручья и надрывно кашлявшая. Юрик обнаружился около самой машины. Сейчас он просто задыхался, хватаясь за горло и судорожно вталкивая в себя воздух. До этого, судя по виду, его еще и рвало, причем не только на землю. Воздух был пропитан едкой, режущей глаза вонью. Дверца машины возле места водителя была распахнута.

– Подожди, пусть проветрится чуть-чуть. – Ирину пришлось чуть придержать, чтобы она не кинулась к своим знакомым. – Но каков интеллигент! Интересно, кто этого сопляка научил машины угонять? Ведь без ключа открыл же!

Рыжая девчонка, спотыкаясь, побрела на голос. Александр перехватил, не дал споткнуться о низкую лавочку.

– Ты-то чего туда сунулась? За компанию? Присядь вот сюда, отдышись.

– Я-а-а… оста-ановить… ха-атела… Ш-што э-это?..

– Маленькая химическая война. Битва с дураками, как Макаревич поет. Твой Юрик что, на место водителя сел?

Говорить Наталья не могла, только судорожно кивала.

– Ну и дураки. А если бы я волчий капкан поставил? Так бы больше присесть и не смог. Или еще чем-то заниматься.

Чтобы встать и добраться до той же лавочки, Юрию понадобилась помощь. Сам он, похоже, всё еще плохо соображал, что с ним и где он находится. Ну, Натаныч, ну садист! Мало газовой гранаты, он еще и сирену разместил не под капотом, а в салоне. Как теперь с этим горе-угонщиком разговаривать?

Между тем из окон уже высовывались любопытные. Какая-то бабка костерила всех присутствующих вдоль и поперек. Понятное дело – такой рев без малого в час ночи! Скажите спасибо, что не в четыре утра, сейчас еще можно мирно уснуть.

– Граждане, сохраняйте спокойствие! – Александр вышел на свет. Громкий, командный голос. Пятнистая форма, нашивки, в правой руке – «Макаров», в левой – блестящая золотым орлом красная обложка. – Проведена операция по задержанию группы угонщиков! Всех желающих выступить в качестве свидетелей и понятых попрошу одеться и подойти с документами.

Окна захлопнулись практически одновременно. Впрочем, бабка на прощанье еще пригрозила найти на всех управу. Никто так и не вышел. Ну как тут строить правовое государство, если все граждане уклоняются от исполнения своих законных обязанностей? Зато все как один научились не лезть ни в свое дело. И это иногда полезно.

– Так вот, Наташа, – вернулся к подъезду Александр. – Забирай свого дружка, тащи отсюда и постарайся не попасться на глаза патрулю. Когда придет в себя, повтори ему мои слова: нам лучше больше не встречаться. Для него же лучше. Надеюсь, теперь ты сама в этом убедилась? Вот и попробуй его уговорить, И еще – пусть он не думает впредь, что весь мир глупее и слабее его. Если, конечно, после сегодняшнего твой Юрка будет в состоянии думать, а не только гадить. Осторожно, испачкаешься, он весь заблеванный! Есть чем вытереть или платок дать?

ГЛАВА 12

– Ну-ка, посмотри, эта штука тебе ничего не напоминает?

Олег вытащил из-за шкафа длинную черную палку, протянул Александру. Тот отшатнулся. На подрагивающей возле лица черной деревяшке переплелись две змейки – золотая и серебряная. Их головы сходились на выступающем из торца посоха тусклом коричневом камешке.

– Где вы это… достали?

– Да так, друзья твои поделились. Идут это давеча наши ребята, видят – сидит кто-то на полянке. С посохом. Ну, нашим посох понравился, попросили. Те и отдали. Ты возьми, возьми, не бойся. Руки чистые, без царапин, без крови? Тогда бери. Да и вообще – не заряжено. Иваныч вчера же и разрядил.

– Как?

– Это ты у него спроси. Но, судя по всему, твоя находка помогла разобраться. Так ты смотреть будешь или я его обратно прячу?

Александр заставил себя прикоснуться к лакированному дереву. Ничего. Попробовал всмотреться, что-то почувствовать – палка как палка. Ну, еще металл и какой-то странный камень.

– Что, не нашел ничего? Хочешь, лупу дам? Да ты поверху не ищи. Всё, что на нем колдовского было, размотано и погашено. Наше счастье, они его подготовить полностью не успели. За этим делом мы их и застукали.

– А что здесь за камень?

– Это не камень, это окаменелость. Белемнит, «чертов палец», как их раньше называли. Слышал?

– Конечно, слышал, даже видел. Десятками. На наших холмах их полно. Только как они его обработали? Я сколько пробовал – или крошится, или структура резко выделяется, а здесь ровно просвечивает.

– Это ты у них при случае спроси. Дело в другом – такая окаменелость здесь дает двойной эффект. Сразу и магический кристалл, и что-то давно отжившее. Как кость, но еще более древнее. Древнее динозавров – или драконов, если хочешь. – Только после этих слов Александр обратил внимание на крохотные крылышки у змей. Опять драконы! – Не в этом дело, не в «чертовом пальце» и не в драконах. Ты к узору резному присмотрись.

Узор попросту был глубоко процарапан чем-то острым.

Александр вспомнил найденный летом посох – там резьба была выполнена куда лучше. Тщательно, неторопливо. А здесь – словно в спешке обозначили рисунок, не заботясь о красоте и даже о том, увидит ли кто.

– Да тут и резьбы почти нет. Смотреть не на что. Сам рисунок, по-моему, обычный. Это древнерусский стиль, с таким вот переплетением или я ошибаюсь?

– Не слишком. Такие узоры по всей Европе были распространены, но на Руси задержались дольше, это точно. И еще в Скандинавии, кстати. Но именно вот такой стиль, с листовидными углами – это наше… Не буду тебе читать лекцию по истории, не для того показываю. Ты сюда вот посмотри. – Палец Олега скользнул по лаку. – Видишь?

Плавные изгибы были словно изломаны. То ли по неумению, то ли по неосторожности. Рядом под лаком поблескивал на древесине след карандаша, продолжавший «правильный» узор, нарушенный неловкой рукой.

– Копировали с чего-то?

– Точно! Воспользовались готовым, где-то найденным или подсмотренным. А ведь на твоем посохе, летнем, этого не было. И резьба была куда лучше. Что на это скажешь, разведка?

– Что резчик другой. Или тот, прежний, куда-то исчез, или просто налаживают самостоятельное производство, пытаются повторить. Может быть, даже пробуют сделать таких побольше.

– Молодец, Сашка! И то и другое. Это копия, причем не самая удачная. Самое главное отличие – был неправильно вывязан глубинный узор, внутренний. Может быть, успей они довести дело до конца эта деревяшка и заработала бы. Иваныч говорит, даже узор мог бы глубже стать. Проявиться. Вовремя мы успели. – Олег не пытался скрывать свою радость. Обычно свои чувства он прятал и от глаз, и от верхнего зрения. На этот раз не стал.

– И как это было? – С одной стороны, Александр радовался успеху. С другой – было чуть досадно, что обошлись без него. Всё понятно, воинов и без него хватает, но всё же, всё же… Словно в тылу отсиживаешься, пока все воюют. – Кого нашли и что с ними сделали?

– А что с ними сделаешь? Отпустили, – помрачнел Олег, явно помрачнел. Темное пятно на хорошем настроении. – Что с ними еще прикажешь делать? Сдавать в милицию по обвинению в злонамеренном колдовстве? Нас же и посадят. В психушку. И так вся наша война – сплошное нарушение законов. Меня вообще можно хоть сейчас сажать по обвинению в «организации незаконного вооруженного формирования». Поди докажи, что этому формированию три тысячи лет, самое меньшее. Только по письменным источникам. Ну и что при этом прикажешь делать с сопляками? На костер или осиновыми кольями? Завтра же нас вся Россия будет разыскивать. За убийство в ритуальных целях – или как это сейчас там называется? Тебе на твоих холмах хорошо было…

Александр поежился, вспомнив это «хорошо». Да уж, лучше не придумаешь. Хотя бывает, конечно, и похлеще.

– Не дергайся! Говорю, что хорошо, значит, так и есть, Там ты стрелял, в тебя стреляли, попытка совершения преступления налицо, а всё остальное – крайняя необходимость и самооборона. Человека вот из-под ножа спас – любой суд присяжных снисхождение проявит. Всё если не законно, то уж точно порядочно и благородно. По-человечески. – Последнее слово Олег произнес с какой-то странной интонацией. – Вот когда сидят – ну пусть даже прыгают и пляшут – семь человек вокруг костра в зимнем лесу, а на них набрасываются громилы в камуфляже, – это что? Нарушение прав человека и свободы совести. Есть эта самая совесть или ее нет – никого не волнует. То, что таких компаний аж четыре одновременно оказалось, – тоже.

– И что, вы их всех одновременно накрыли? – Такой масштабной операции Древнего Народа Александр припомнить не мог. В двух местах сразу– брали, но четыре?! Радостного тут мало. Работы прибавилось – это не к добру. Как у милиции.

– Не всех. Тех, что в лесу были, – да, а четвертая точка в квартире оказалась. Сам понимаешь, вламываться нельзя, мы не ОМОН. Что могли, сделали – поставили наблюдение, блокировали всё, до чего дотянулись. Похоже, именно в этой квартирке центр всего и был. По лесам молодежь была, слабенькие все. Недавно занимаются этим делом. По одному старшему на группу – и сразу трое, не меньше, в квартире.

– Итого, шестеро. Что-то число неровное, семеро в таких делах лучше. Или тогда уж пятеро.

– Похоже, седьмого не нашли. Хотя он мог и в квартире быть, просто его не засекли. Или не вмешивался, или просто его черед не пришел еще.

– А может, просто не в состоянии был? – Александр вдруг вспомнил свой разговор с Юриком. Особенно то, чем эта беседа завершилась. Вполне возможно, что один из черных магов до сих пор приходит в себя. Плохо слышит, например. И глаза у него красные, и вообще насморк. Должно бы уже пройти, но кто знает? Замкнутое пространство, заряд большой – перестарался Натаныч, машина до сих пор толком не проветрилась. Сюда пришлось своим ходом добираться, на концерт к Иринке теперь точно не попасть.

– Чего? Давай выкладывай, что там у тебя за приключения!

Пришлось выкладывать. Хотел покороче – посыпались требования уточнений и дополнений. Еще полчаса пропало. Ну, не пропало, но теперь и «посиделки» после выступлений без него обойдутся.

– Значит, хозяина они вскорости ждут, – задумчиво подвел итог разговора Олег. – Ну, не первый век они этим занимаются, так что пусть ждут. Но вот то, что из Юрика проглядывало, – это уже интереснее. И при этом – настолько поддаваться примитивному внушению? Слушай, а может, это он тебя прощупывал? Определял, что ты можешь?

– Не похоже, слишком уж разозлился. Да и опять-таки – зачем в машину лезть?

– Не похоже так не похоже. А может, и его самого использовали. Подставили. Тот же хозяин. Кстати, если они без посредников… Ну пусть даже с меньшим количеством – это многое объясняет.

– Что, например?

– Осведомленность в наших делах, например. Да и знание кое-чего давно позабытого. Это у нас здесь забыли, а там и там, – палец Олега показал сначала на потолок, потом на пол, – никто не забыт и ничто не забыто.

– Олег… Ты это что, серьезно? Насчет «там»? – Александр повторил жест.

– Что, испугался? Армагеддоном запахло? Не волнуйся, большие дяди и без нас между собой разберутся. Это для них дело привычное. А вот как они при этом с нами будут обходиться – это уже другой вопрос. Ты этой болтовне насчет отбора и селекции поверил?

– Н-не очень. Но что-то в этой идее есть.

– Да, идея неплохая. Хотя и не новая. Однако твой Юрик прав – к нашей ситуации она подходит как нельзя лучше. Так что готовься, Саша, готовься. Похоже, чем дальше, тем интереснее будет. Отберут тебя и скажут: «Заверните!»

– А если серьезно ?

– Серьезно, Саша, будет дальше. Очень серьезно. Эта публика действительно может сделать то, что не удалось Пермяку. Только со своим уклоном.

– Перевернуть мир?! Олег, извини, но это уже полный бред! Я с этим Юрой разговаривал – да и не только, как ты помнишь. Не первый раз встречаемся. Хоть ты, хоть Володя с ним справились бы еще быстрее. Сил у них не хватит не то что на мир – лишний рубль заработать, фокусы показывая.

– Им не рубли надо. И они не фокусники. Про лето напомнить? – Внезапно взгляд Олега стал пристальным, даже грозным. – Не тебе их недооценивать, Александр! То, что тебе трижды повезло, еще не значит, что тебе в самом деле повезло. Это мог подстроить и оттуда. – Палец Олега снова показал на пол. – Как раз для того, чтобы мы не воспринимали их всерьез. Чтобы расслабились. А для их дела не нужно больших сил. Иногда надо просто легонько подтолкнуть – зная, куда, когда и как. Это тебе уже не «кошкодавы» с кладбища.

– Олег, неужели таких раньше не было? В первый раз черные такой силы достигли, что ли?

– Не в первый. Бывали и сильнее, и не раз. – Олег тяжело вздохнул. – Но тут есть две особенности, даже три. Первая – их всегда удавалось разглядеть вовремя. В чем ты прав – так это в том, что сами по себе они мало что могут. С ними каждый раз много возни, бывали и у нас ощутимые потери, но до сих пор справлялись. И мы, и люди – зачастую совместными усилиями. Вот тут и начинается вторая особенность нынешней ситуации.

– Война?

– И она тоже. Мы не можем договориться между собой, во всем ищем ловушки, не верим друг другу. Людям тем более. А нынешние люди не знают о нас.

– Нынешние? Когда же был предыдущий случай таких… усилий?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю