Текст книги "Девятая стрела Хаоса (СИ)"

Автор книги: Алексей Рудаков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

В общем, дабы не утомлять вас деталями, перейду к сути – сейчас здесь была тюрьма. Тюремный блок – так будет вернее. И там, меня ждал псионик, не пойми как оказавшийся в нашем захолустье.

– Выходи. Чисто, – раздаётся в шлеме голос Виталия и стену напротив прорезает быстро расширяющаяся щель.

– Теперь налево и прямо, сто сорок семь метров. Будут отсеки – двери я открою.

– Уверен? – Взламывать броневые заслонки мне совсем не хочется – выломать-то выломаю, молот со мной, но грохот будет такой, что сюда все свободные от вахт сбегутся. Да и не свободные тоже – как же! Родной корабль ломают.

– Да, – в голосе техножреца отсутствует и намёк на жизнь – верный признак, что железная составляющая его разума сейчас превалирует над слабой плотью: – Я в контакте с Духом Машины. Он рад контакту, устав от слабых разумов. – На секунду в его голосе появляются человеческие нотки: – Всё будет хорошо, командир. Не переживайте.

Ну, не переживать, так не переживать. Перехватываю молот по удобнее и шагаю вперёд.

Короткий щелчок за спиной. Оглядываюсь. От того прохода, открывшего выход из моего отсека, нет и следа – как я не стараюсь, взгляду предстаёт ровная и не слишком чистая стена.

– Не корабле много скрытых мест, командир, – вновь слышу голос техножреца: – Прошу вас. Не надо отвлекаться. Следуйте по коридору. Сто сорок...

– Да помню я. Сто сорок семь. Иду уже, зануда железная.

– Моё, как вы выразились, занудство, – начинает оправдываться жрец и я мысленно – не дай Трон услышит, хмыкаю. Обиделся? Проявил эмоции? И это в техно-фазе? Ну-ну. Будь мы в других обстоятельствах, тебя бы быстро к нам сплавили – проверить на ересь. Ибо какие эмоции и обиды могут быть у механизма, призванного служить Империуму. Угу, даже если его часть всё ещё живая.

– Проистекает, – продолжает он: – От желания выполнить...

– Дверь. – Останавливаюсь перед преградой: – Откроешь?

– От желания наилучшим образом выполнить задание, – быстро заканчивает он фразу и створки, негромко поскрипывая, втягиваются в стены.

Не знаю, что здесь было раньше. Может склад, может казарма экипажа, или, что тоже вполне возможно, здесь гудели неизвестные ныне механизмы, утраченные за годы скитаний этого несчастливого корабля. Хотя нет. Вряд ли тут были механизмы – отсек залит тусклым багровым светом аварийного освещения, характерного для жилых отсеков. Свет едва теплится, и мне приходится сильно замедлить шаг, старательно обходя кучи мусора на полу. Что здесь было прежде – не спрашиваю. Задам такой вопрос – Виталий передаст его Духу Машины, а тот может и обидеться – кто его знает, какие изгибы приобрёл разум корабля за годы рабства и скитаний в пустоте.

Следующий отсек. Двери раскрываются, когда до них остаётся пара шагов.

Ничего нового – тот же сумрак, да хлам на полу. Быстро, насколько это возможно в таких условиях, пересекаю его и с облегчением выхожу на площадку перед лифтом.

Всё верно – за обрешеченной шахтой лифта вижу три коридора. Мне, насколько я помню, нужен правый. Уже хочу развернуться, как в шлеме возникает техножрец:

– Внимание! Прибытие лифта. Внутри – живое существо. Одна единица.

– "Сейчас мёртвой станет" – хмыкаю себе под нос, перехватывая молот.

– Оп-па! Инквизитор! Ты?! – На основательно засаленном и залитым маслом комбезе появившегося человека видна шестерёнка – механик, не боец.

– Не убивай, – в голосе Виталия звучит жалость. Ну как же, почти собрат по клану.

Киваю, но механик принимает мой кивок на свой счёт.

– Это я глупость сказал, – смеётся он сам над собой: – Вот я дурень! Кто ж ещё твою броньку наденет?! Не! Дурней на борту нет! Окромя меня, конечно!

Напрягаюсь – его рука исчезает в кармане, но немедленно появляется на виду. И не одна – в кулаке зажат небольшой пузырёк.

– Будешь? – Механик вытряхивает на ладонь несколько ярких, оранжево-зеленых капсул.

– Да ты бери, – кинув одну в рот, он подносит ладонь ко мне: – Отличная дурь! Только из уважения к такому человеку как, – его передёргивает, как от разряда тока: – Только тебе! Ухххх.... Хорошо пробирает!

Отрицательно мотаю головой – вот уж чего-чего, так только наркоты мне сейчас не хватало.

– Зря. Это, ты зря отказался – первостатейная химия. От тёмных эльдар – они такой ширяются.

От тёмных эльдар?! Спаси меня Трон! Нет, Фронтир, конечно, но не настолько же!

– Ты не думай, – глаза меха начинает заливать пелена наркотического опьянения: – Она адаптирована. Под нас. А ты... – Он говорит с усилием, стараясь удержать под контролем начавшую свой бег волну кайфа: – Здесь-то чего...забыл?

Молча киваю на правый коридор.

– Ааа... Оххх... Хорошо... – Механик приваливается к обрешетке лифтовой шахты и сползает по ней на пол: – Пон...имаю. Симар девку ломать... Послал?

Девку? Хмурюсь под шлемом. Псионик – женщина? Этого только ещё не хватало – с их эмоциональностью-то. Непредсказуемость в квадрате, если не в кубе.

– Это...он здорово... придумал, – сидящий на полу нарк поднимает вверх подрагивающую руку и сжав кулак выставляет большой палец: – Я сам... Как тебя увидал... Чуть не обделался... А уж она...

Его голова склоняется на грудm и, секунду спустя, он уже лежит на полу свернувшись калачиком.

Запись номер МХХР-24-ССВА-069

Коридор, приглушённое освещение и множество дверей по стенкам. Быстрым шагом двигаюсь по нему, моя цель – перекрёсток и здоровенные двери, стык которых перекрыт крупным круглым диском с Имперской аквилой – двуглавым орлом, чьи рубленные формы всё ещё видны сквозь густую сеть шрамов и глубоких царапин, оставленных предыдущими хозяевами, глумившимися на ненавидимым ими символом человечества.

Склады, чьи двери были просто опечатаны, моего интереса не вызывали – проходя мимо и замечая картонки с грубо намалёванными пояснительными картинками, я только радовался, что нахожусь на борту "кнопки" в одиночестве. Вот на сто, или на все двести процентов уверен, что Торр, окажись он рядом с картонкой на которой красовалось нечто вроде меча, перекрещенного с топором, не успокоился бы, пока не оказался внутри. Или изображение лампочки – десять против одного, что за этими дверьми скрывались различные электронные компоненты, запустить в которые и руки, и щупальца, Виталий бы точно не отказался.

Вот и перекрёсток.

Аквила вздрагивает, исцарапанный диск делает полный оборот и высоченные, метров под пять высотой створки, начинают расходиться, открывая мне вид на ромбовидное помещение, по центру которого стоит необычного вида клетка. То, что её создатели не были людьми видно с первого взгляда – словно костяные, вырастающие из палубы прутья, сходятся высоте метров двух, формируя нечто вроде купола.

– Не наша, – тихо произношу я, переминаясь с ноги на ногу перед медленно раздвигающимися створками и в шлеме немедленно раздаётся голос Виталия:

– Подтверждаю. Материал прутьев имеет биологическое происхождение. Состав – углерод с незначительными примесями. Источник – живой организм, но в моих справочниках подобные создания отсутствуют. Прочность низкая – командир, ты легко разрушишь их своим молотом.

– А чего не в обычную посадили? – Створки почти втянулись в стены, и я делаю шаг вперёд.

– Из-за вторичного эффекта – кости пропитаны варпом и дополнительно блокируют пси-способности, создавая нечто вроде белого шума. Это вторая линия защиты.

– Вторая? – Хочу спросить, а что тут работает первой, но появившиеся охранники – пара крепких мужиков, привлечённых открытием двери, появляются из-за небольшого, огороженного лёгкими щитами, закутка.

– Инквизитор? – Первый, он мне смутно знаком – видел его пару раз подле Симара, перекидывает из-за спины дробовик, направляя толстый ствол на меня: – Тебе что здесь надо?

Молча киваю на клетку, посреди которой скорчилась на полу небольшая фигурка:

– Симар прислал, – припоминаю слова механика-наркомана: – Для вразумления.

– Мне он ничего не говорил. Надо проверить, – он тянется за коммуникатором, но второй, подойдя к нему – второго я тоже где-то видел, кладёт руку ему на плечо:

– Погоди. Сам знаешь – в каком он сейчас состоянии, – второй кивает куда-то в сторону, намекая на покои капитана: – Не тревожь его зря – только разозлишь ещё больше.

– У нас – приказ, – стряхивает его руку первый, намереваясь выйти на связь.

– У тебя, – резко поворачивается к нему второй: – Меня в это дело не впутывай! Сменюсь – тогда и доложишь, уставник, мать твою за ногу! Не тупи, Боркс! Это, – он тычет в меня пальцем: – Инквизитор. Ин-кви-зи-тор! Понял?

– И чё?

– Простите, ваше преподобие, – повернувшись ко мне вздыхает второй: – Он иногда на редкость тупым бывает.

– Сам ты тупой! – Взрывается Боркс: – Есть приказ и ему надо следовать!

– Успокойтесь, дети мои, – поставив молот на пол, приподнимаю руки, успокаивая спорщиков: – Не стоит сориться. Ваша логика – тверда как железо.

– Угу, – не желает успокаиваться второй: – А голова как из дуба. Ну ты сам посуди! Псионик! Не обученный! Она же вся варпом обмазалась! И кому как не инквизитору с ней разбираться?! Или ты, – толкает он второго в бок: – Хочешь свою душу грязью хаоса замарать?! Я – нет! Отче! – Повернувшись ко мне он падает на колени: – Грешен я, отче! Не исповедовался уже... Уже и не знаю сколько.

– Хорошо, – киваю ему и поворачиваюсь ко второму: – А ты, сын мой? Душу облегчить не желаешь? Наше существование зыбко и может быть прервано в любую минуту. Так зачем отяжелять путь свой, к подножию Трона Его ведущий?

– Ну... Я. в общем-то, ну даже, – начинает мямлить он, но уже стоящий на коленях охранник дёргает его за портупею и Боркс присоединяется к нему.

– Так-то лучше, дети мои, – приподнимаю молот, и разворачиваю его так, чтобы орёл, нанесённый на ударную часть, был виден обоим.

– Рождены мы в грехе, и в грехе пребываем, – начинаю я: – На дела постыдные, волей нашей несовершённой, толкаемые. Лишь только Он, на Златом Троне восседающий суд творить может. Над душами нашими, к нему, по смерти, восходящими. И сейчас я, скромный служка его, путь сей вам, – тычу пальцем им в лица: – Облегчить смогу! Глаза в пол! Грешники! Раскаиваетесь ли вы? Готовы души свои, тьмой запачканные, очистить? Грешны?

– Да, отче, – головы опущены – на меня смотрят их затылки и разобрать, кто именно говорит я не могу: – Грешен есть. Убивал, грабил, насиловал, – голова дёргается – её владелец хочет поднять вверх лицо, но я, легко нажав на затылок, заставляю его устремить взгляд в пол.

– Воровал, однажды ограбил сборщик пожертвований. Это большой грех, отче? – Он снова пытается посмотреть на меня, но я вновь возвращаю голову в прежнюю позу.

– Большой грех, сын мой. Очень большой и тяжкий – ибо на благие цели те средства собирались. Но коли душа твоя полна раскаяния, то...

– Полна, отче, полна!

– И моя – тоже, – присоединяется к первому второй голос.

– Тогда я, слуга его безвестный, – молот взлетает вверх: – Отпускаю вам грехи ваши! Покойтесь с миром!

Короткий свист и их головы разлетаются на куски, попав под мой удар. Обезглавленные тела с секунду неподвижны, но стоит мигу закончиться, как они оседают друг на друга, заливая всё вокруг кровью.

– Жестоко, – слышится голос техножреца: – Убить исповедующихся?

– Requiéscant in pace. Amen. – Провожу рукой над телами: – Грешно жили, но пусть Он их судит. – Перешагнув через трупы направляюсь к клетке: – А что жестоко... Так мы на войне, техножрец. Они – враги. Или ты не согласен?

Он молчит. Задумался? Нехороший я? А он? Когда его роботы чиновников на части рвали? То – не жестокость была?

– Инквизитор... – Стоящая посреди клетки девушка в каких-то лохмотьях, скрещивает руки на груди: – Я много слышала про вашу жестокость, но вот так? Убить тех, кто встал на колени?

– К дальней стене отойди, – показываю на противоположную решётку: – И лицо прикрой. Мало ли, вдруг осколки будут.

– Чего ради? – Фыркает она в ответ: – Я тебе выслуживаться помогать не буду. Чем на костёр идти, лучше уж здесь, с этими, – она кивает на трупы: – Хоть повеселюсь напоследок.

– На костёр вместе пойдём, я тоже беглый.

– Ты?!

– Отойди!

Она подчиняется, настороженно глядя на меня и молот, врезавшись в одну из костей, легко раскалывает её на части.

Ещё удар, ещё и я протягиваю руку, помогая ей выбраться наружу.

– Так ты – беглый? Инквизитор – и беглый?! Такое бывает?

– На Фронтире бывает всё. Пошли. Виталий?

– Смогу забрать вас около лифта, – немедленно появляется его голос: – Здесь помех много.

– Принято, выдвигаемся, – поворачиваюсь к выходу и немедленно, одним движением, забрасываю девушку себе за спину.

Там, в проёме входа, стоит человек пять и их лазерные винтовки направлены прямо на нас.

Запись номер МХХР-24-ССВА-070

Чтобы понять, что здесь произошло, особого труда было не нужно. Два трупа в луже крови, разрушенная клетка и пленница, выглядывающая из-за спины человека, облачённого в ненавидимые многими доспехи инквизитора.

Старшему, наверное, это был разводящий, не зря же второй из караульных говорил о скорой смене, старшему потребовалось всего пара секунд, чтобы сложить картинку воедино, а затем ствол в его руках ожил, выплюнув мне в грудь тонкий луч когерентного излучения.

– Заляг! – Оттолкнув девчонку от себя, прыгаю прямо на караульных, чувствуя, как жар от попаданий быстро раскаляет нагрудник.

– "Ничего, не успеют!" – Мысль проскакивает в голове одновременно с моим приземлением прямо в центр их построения. Взмахиваю молотом и старший, чья реакция оказалась куда как лучше остальных, отлетает к стене, роняя ствол. Пару секунд он неподвижно стоит, прислонившись к ней спиной, а затем медленно, словно боясь признать свою смерть, сползает на пол, оставляя на светлом металле широкий кровавый след.

– "Что?" – Проскакивает короткая мыслишка: – "Не помогла? Реакция?"

Караульные начинают вяло шевелиться на полу, приходя в сознание. Кто-то тянется к выбитому из рук оружию, но я не оставляю им и шанса – короткие, злые и жадно-экономные удары дробят начавшие подниматься головы.

– Пошли, сейчас ещё набегут, – оборачиваясь к девушке, протягиваю ей руку.

Чёрт!

Псионик, накрытый куполом защитного поля, стоит на коленях, пачкая пол содержимым своего желудка.

– Поле она поставила, – ворчу себе под нос, хватая её за руку: – А желудок укрепить? Тьфу! А ещё боевой псионик!

– Я не боевой, – увидев место короткой стычки вблизи, она обвисает на моей руке.

– Не боевой? А какой? – Широко шагая быстро пересекаю заваленный трупами вход в тюремный отсек: – Ну? Какой? Говори – я же должен знать, ради кого рискую?!

– Я... Гадалка, – чуть более окрепшим голосом произносит она: – И немного в защите понимаю.

– Гадалка?! Ну зашибись! Таро я и сам раскладывать умею. Вот только колоду потерял. Виталий? Ты слышал?

– Да, – его голос по-прежнему безжизненен: – Предсказание будущего очень ценная способность. Спроси её о вероятности успеха сделанных совпадений.

– Я хорошая гадалка, – почти придя в себя она уже почти не опирается на меня, держась за руку просто ради защиты: – Почти все мои предсказания сбываются. Вот сейчас, – выдернув руку она останавливается и замирает, прикрыв глаза: – Когда ты выйдешь из коридора, в тебя выстрелят слева, потом напрыгнут – оттуда же. Одновременно подойдёт лифт – в нём будут ещё противники и один – очень большой.

– Вот сейчас и проверим, – кивнув ей, чтобы прижалась к стене, осторожно выглядываю из-за угла.

Пусто. Площадка перед решётчатой шахтой пуста. Даже механика-наркомана нет.

– Хорошая, говоришь? – Пожимаю плечами, выходя из коридора: – Что-то я пока...

Банг! Банг-Банг!

Выскочивший из коридора человек палит в меня из болт-пистолета. Дёргаюсь от попадания – но броня держит.

Щёлк! Осечка?

Досадливо сморщившись, он отбрасывает его в сторону и, выхватив из ножен короткую саблю, прыгает на меня.

Вот дурилка! Встречаю его ударом молота и он, сложившись вдвое, замирает на полу, пачкая светлый металл ярко красной кровью.

– Ща опять блевать будет," – проскакивает мысль, пока я шарю взглядом в поиске второго противника: – "Нет? Она же двух обещала? Ошиблась?"

– Лифт, – появляется голос техножреца: – От шести, до двенадцати живых особей. Прибытие через пять...четыре...три...

Его обратный отсчёт напоминает метроном, и я едва-едва успеваю занять позицию перед лифтом.

Вот и его коробка.

Короткий, мелодичный сигнал – створки начинают открываться, но находящиеся внутри выйти не успевают – пущенная по полу дорожка молний врывается внутрь и оттуда до меня доносится многоголосый вопль раздираемых разрядами людей.

Готово!

– Виталий! Забрать нас можешь?

– Отрицательно – кроме вас имеются и другие формы жизни. Командир – зачисти площадку, тогда смогу вас вытащить.

Другие? Оглядываюсь назад – нет тут никого. В лифте кто-то выжил? Ну – это вряд ли. Куча обугленной плоти – вот, что осталось от тех, кто хотел нас остановить. Такой разряд не оставляет шанса даже...

Куча начинает шевелиться, и я отступаю, вскинув молот по-боевому.

Раскидывая в стороны ещё дымящегося мяса, из кучи поднимается рука – слишком большая, чтобы быть человеческой. Ещё немного ожидания и к ней присоединяется вторая, а затем, призвав помощь обеих рук, на виду оказывается огромная лысая голова с крохотными, для своего размера, глазками.

Огр? Он-то здесь откуда?

Да, эта раса принята Империумом и огров можно часто видеть – что в мирной жизни, где они в основном трудятся грузчиками и прочими, не сильно напрягающими мозг, делами, что в военной, изредка входя в состав подразделений Имперской Гвардии. Но то – там. А здесь? Представить, что могло заставить этого туповатого, но в целом добродушного гиганта пуститься в бега я не могу. Да и некогда – выбравшейся из кучи огр подхватывает с пола дубину и, постукивая ей по ладони, движется на меня недобро посверкивая глазками.

Взмах молота и руки пронзает боль – дубина, ударившая по рукояти, едва не выбивает оружие у меня из ладоней. Шипя от боли отступаю назад – огромный рот щерится в улыбке. Ещё шаг, другой – его дубина, свистя в воздухе заставляет меня пятиться – попаду под удар, и никакая броня не спасёт, вырублюсь просто. Но и пятиться нельзя – уверен, ещё немного и сюда, вопя во всё горло, сбегутся все свободные от вахт.

Прыгаю в сторону, потом ещё раз. Огр медленно, словно башня сверхтяжелого танка, разворачивается за мной топчась на месте. Да, силы у него много, а вот мозгов, или реакции – нет. Этим его Творец обделил.

Ещё два быстрых прыжка и огр начинает растеряно ворчать, потеряв меня из виду. До головы мне не достать – даже вытянувшись в весь рост мне не дотянуться до его затылка, ворочающегося метрах почти в трёх над полом.

Бью под колено и гигант, по-детски ойкнув, роняет дубину, падая на одно колено. Ещё удар – хребет человека рассыпался бы пылью, но огр держит удар. Упав на руки, он трясёт головой пытаясь осознать происходящее, но времени на это я ему не даю. Короткий замах и молот опускается на его макушку. Он всхрапывает, поворачивает голову и в глазках вспыхивает радость – увидел!

Вот он – мелкий обидчик! Сейчас... Только дубину найду...

Отвернувшись, он принимается шарить руками по полу, подставляя мне затылок, и я не упускаю свой шанс. Короткий костяной треск и гигант падает на пол, раскинув в стороны огромные ручищи.

– Вижу две цели, – оживают динамики шлема: – Начинаю перенос, – на секунду техножрец смолкает, а когда возвращается, то в его голосе хорошо слышны ноты человеческой радости: – Командир! Вы – справились!

Запись номер МХХР-24-ССВА-071

На «Счастливую Кнопку» я отправился прямо с грунта, и это – я про грунт, не было образным сравнением. Телепорт, запущенный техножрецом, захватил меня прямо с земли, когда я переминался с ноги на ногу подле корабля, и сейчас, когда невидимые путы сковали моё тело, я был уверен, что ещё миг и я вновь вдохну наполненный свежими ароматами лесной воздух.

Облом.

Стоило только путам пропасть как моё тело наполнила дрожь живого корабля, а в уши полился натруженный хор работающих на всю мощь движков.

– Не понял? – Сняв шлем, я покрутил головой – да, сомнений не было, это был наш Мародёр:

– Кто взлёт разрешил? Я же ясно сказал – пережидаем на поверхности!

– Ситуация изменилась, командир, – кресло Виталия развернулось ко мне оставив над сложным пультом несколько щупалец, продолжавших жить своей жизнью.

– Я просчитал варианты и решение, связанное с нарушением вашего приказа, оказалось самым оптимальным.

– По подробнее и по проще, пожалуйста, – сняв шлем я устало потёр ладонями лицо: – Вот честно, народ! Как дети, Троном Клянусь! Ни на минуту одних оставить нельзя!

– Командир. – Голова техножреца качнулась и будь он человеком я бы посчитал этот жест за извинения:

– Корабль "Счастливая Кнопка" выпустил несколько сотен дронов. Скан-разведчиков, производства Империи Тау.

– Оп-па! – Подняв руку и получив паузу, поворачиваюсь к Тал-ка:

– Вы же не продаёте оружие чужакам?

– А это не оружие, командир, – сидящий на полу тау разводит руками:

– Таких много продают – геологам, археологам, да всем, кому надо скажем астероидное поле на минералы просканить, или под песок пустыни в поисках руин заглянуть. Самый мирный и самый дешёвый дрон.

– С этим ясно, не ясно только чего ради они планету сканировать начали?! – Поворачиваюсь к техножрецу: – Идеи есть?

– Построений, дающих стопроцентное решение – нет. Возможно множество факторов. Наиболее вероятным представляется вариант, когда дроны были выпущены для поиска припасов, припрятанных подвергшимися нашему нападению фермерами.

– Ааа... Проверить – не врут ли они? А найдя схрон – примерно наказать. В назидание остальным, – Понимающе киваю: – Да, такой вариант вполне приемлем. Продолжай.

– Чтобы избежать преждевременного обнаружения я поднял корабль. Мы заняли орбиту над кораблём где вы находились и отключив девяносто семь процентов систем, стали ждать вашего возвращения.

– Я – вернулся. Почему мы идём? И полным ходом?

– Энергетический импульс телепортации, – разводит руками Виталий: – Без активации шестидесяти двух процентов систем, бы не смог вас вернуть.

– И нас – засекли?

– Да, командир. Но, так как я ждал подобного, то все последующие маневры были заранее просчитаны. Сейчас мы успешно отдаляемся от "Счастливой Кнопки", и, спустя восемь минут, совершим погружение в варп.

– Туда нельзя! – Стоявшая на коленях девушка затрясла головой:

– Там, куда вы собираетесь – опасность.

– Во! – Хлопаю себя по лбу: – Ты, Виталий, так меня удивил, что я напрочь про нашу гостью забыл. Итак! – Хлопнув в ладоши начинаю представлять присутствующих:

– Тал-ка. Сержант войск Тау. Шас-вре, если по-ихнему. Отличный стрелок. Орк, – показываю на следующего: – Торр. Мечтает стать БигМеком, это вроде нашего техножреца, только зелёного. Великолепно дерётся, а готовит просто восхитительно. И, – сделав небольшую паузу, указываю на техножреца: – Виталий. Кто он, тебе уже и так понятно. Хороший товарищ, сочетающий массу качеств с жутким занудством. Со мной, – хлопаю себя по груди: – Ты уже знакома. Так что вот мы все перед тобой, и, признаюсь, мы все...

– Алкоголики? – Прыскает она в кулачок: – Простите, вы прямо как на шоу говорили.

– И все мы – беглые. – Пропускаю её комментарий мимо ушей и протягиваю руку в её сторону: – Мы – представились ждём такого же и от вас.

– Кхм... – её лицо, надо отметить весьма милое заливает лёгкий румянец: – Тина. Тин Га Соль Михатр. Третья дочь Соль Михатра, торговца минеральными смесями.

– Уважаемый человек? – Приподнимаю бровь – раз она так поименовала своего отца, то девочка явно привыкла, что люди именно так обращались к её папаше.

– Да, уважаемый, – она коротко кивает: – Отец имеет обширную практику в нашей системе – в Этлом, и в соседних – Миландр, Квесс, Всуг и ещё в нескольких.

– А ты чё сбежала? – Приподнявшийся на ноги орк шумно скребёт себя пониже спины: – Жила б себе – горя не зная. Чё твоя судыть то бежать решила?

– Способности, – никак не отреагировав на его провокацию, вздыхает она: – Меня видения, или образы, почти с самого детства преследуют. Как-то раз отцу, он над картой сидел, планету указала. Он, конечно, посмеялся, но мою просьбу – побывать там, исполнил. Вернулся с крупным барышом – в той системе, прямо перед его прибытием, авария произошла. Вот у него всё сразу и скупили. Не торгуясь. После, я ему еще несколько миров подсказала – он уж хотел меня своим партнёром сделать, но, – её голос задрожал и продолжить она смогла только, сделав несколько глубоких вдохов:

– Но на меня донесли. Обвинили, что с демонами в связь вступила.

– Кто заявление подал знаешь? – Привалившись к переборке вытягивают ноги. Сто против одного – обломала вздыхателя, он, обидевшись, и накатал телегу.

– Только догадываюсь. Был один, – покраснев, она отвернулась.

– Обычное дело. Мы бы тебя взяли, проверили, нашли бы, что ты чиста – и вперёд, на обучение в Астра Телепатика.

– А если я не хочу? – Бросив на меня злой взгляд поворачивается она: – Я просто жить хочу! Без всех этих ваших обучений!

– Дальше что было? – Пропускаю её слова мимо. Чего она хочет? Таков закон и не ей с Адептус Администратиум бодаться.

– Отец денег дал и сюда, на Фронтир, бежать посоветовал.

Молча киваю – да, вполне разумное решение, в Империи ей жизни не будет – найдут, или убьют. Рано или поздно.

– Сюда добралась без проблем, – меж тем продолжила она: – Стала по кабакам гадать.

– И доигралась, – перебиваю её я: – Кто-то заметил, что твои предсказания, сделанные по пьяни, сбываются. Ну раз совпало, ну два-три – это ещё можно везением объяснить. Так?

Она молча кивает.

– А вот после полутора десятка удачных прогнозов – к тебе присматриваться стали. На каком клиенте взяли? Двадцатом?

– После двадцать третьего. Но я не испугалась! – Она дёрнула головой, надеясь, что это жест добавит её образу мужественности. Хм... А она боится.

– Я знала, что меня спасут! И ждала!

– Ну и дождалась. Молодец, – отстёгиваю с пояса флягу: – Эй? Торр? У нас пиво осталось?

– Прости командир, – без капли раскаяния в голосе разводит он руками: – Спешили. Вылить пришлось.

– Угу. Я даже знаю – в кого выливали! – Делаю глоток воды: – Так. Ну вот. Нас ты дождалась. Что дальше?

– Начинаю переход в варп, – раздаётся голос Виталия и его немедленно перекрывает визг псионика:

– Нет! Нельзя! Ни в коем случае! Там – смерть!

(КОНЕЦ СОХРАНЕННОГО УЧАСТКА 8 – Борт мародёра, личного корабля техножреца)

(НАЧАЛО СОХРАНЕННОГО УЧАСТКА 9 – Проклятый Варп. Местоположение не установлено. При расшифровке участка погибло [сведения удалены] астропатов. Происхождение участка не установлено. При чтении проявлять осторожность!)

Интерлюдия 1

Тусклый свет едва озарял затянутую белёсым туманом равнину. Лёгкий ветерок, то тут, то там пробовавший мутную пелену на прочность, с трудом пробивал её тело, обнажая спёкшийся камень.

Вдруг он, словно устав играть по мелкому, окреп, свернул жгуты тумана, и тот, не иначе как удивлённый подобной наглостью, отступил, освобождая от своих пут громоздкий трон, утвердивший свои широкие лапы на горке белоснежных черепов, принадлежавших, судя по своему виду, самым различным расам, населяющим галактику. Человеческие, крупные орочьи, тонкие эльдарские, плоские тау, и даже принадлежавшие тиранидам, они громоздились друг на друга, печально похрустывая под броневыми сапогами воина, венчавшего собой эту гекатомбу.

Недовольно тряхнув головой – было видно, что налетевший порыв ветра нарушил ход его мыслей, воин поднял руку и, ткнув пальцем в особо крупное торнадо, ведшее свой танец в нескольких метрах перед ним, проскрежетал:

– Слаа?! Ты? Кончай свои шуточки!

– И не шуточки вовсе, – вихрь распался и на мёртвый камень ступила изящная ножка в тонкой туфельке на высоком ажурном каблучке.

– Фи, – лицо златовласой красотки недовольно сморщилось, когда порыв ветра разогнал волновавшуюся над поверхностью дымку: – Кхорн! Ну вот вечно ты какую-то гадость мутишь! Кхе! – Кашлянув, словно туман был едким дымом, девушка повела рукой и тотчас всё вокруг переменилось – теперь они стояли посреди цветочного луга, озарённого ярким солнцем. Даже трон мрачного воителя не смог избежать общей участи – по его телу пробежали быстрые побеги вьюнов и мгновение спустя черепа, во множестве таращившие пустые глазницы, украсились крупными цветами самых разных форм и расцветок.

– Гадость! – Сорвав бутон, готовившейся распуститься прямо на подлокотнике, Кхорн отбросил его в сторону и приподнялся, желая изменить реальность, но тотчас сел на место, заслышав голос вновь прибывшего.

– Ой? Я не сильно опоздал? – Новое действующее лицо походило на добряка-профессора из комедийного фильма. Седой венчик волос вокруг блестящей лысины, круглые очки с толстыми линзами, нос картошкой, по-доброму улыбавшийся рот, непременный белый халат, не сходившийся на круглом пузике – новый участник был само обаяние.

– Ах, Слаа, – наклонившись, профессор сорвал цветок и с наслаждением втянул коротким носом его аромат: – Ты чудо! И не слушай этого ворчуна, – последовал кивок в сторону воина: – Сама же знаешь, у него один мордобой на уме.

– Я тоже рад тебя видеть, Нургл, – скрежетнул Кхорн: – Может начнём уже? У меня пара битв намечается – а там всяко по интереснее, чем тут с вами.

– Подождёшь, – цветок в руке Нургла распался лужицей слизи и бог болезней, вздохнув, принялся стряхивать её с ладони.

– Ну, Нургл! – Вздохнула Слаанешь, видя, как коснувшиеся земли капли оставляют после себя крупные дымящиеся круги дочерна выжженной земли: – Ты что? Руки помыть не мог?!

– Извини, – он принялся вытирать ладони о свой халат: – Я прямо из лаборатории. Сумел создать антидот к Анахенской чуме! Устойчивый! – Перепачканный палец взлетел вверх: – К термальному воздействию!

– Это замечательно! Мои поздравления! – Новый голос – молодой и полный сил, принадлежал четвёртому участнику этой встречи. Кем именно он был определить было проблематично. Не знавшее покоя лицо постоянно менялось – вот молодой парень с коротким ёжиком рыжих волос, секунда и лицо, сползает на шею и грудь словно маска, уступая место почтенной матроне, трясущей толстыми и обвислыми как у бульдога щеками. Но и даме не удаётся хоть сколько-нибудь долго удержаться на месте – скользнув по шее, она, не переставая трясти щеками, удаляется, освободив место седому старику и, спешащему его сменить, ребёнку:

– Анахенская чума? – Новый образ – изборождённое морщинами лицо мудреца, осветила задумчивая улыбка: – Это интересно. Твой антидот может хорошо сыграть в...

– Тзинч! Ну наконец-то! – Ладони Кхорна грохнули по подлокотникам: – Говори! Зачем собрал! И быстрее – у меня дела, знаешь ли!

– Знаю я твои дела, – ежесекундно меняющаяся фигура присела на сгустившийся под ним воздух: – Да и куда ты спешишь? Та бойня будет несколько суток идти – успеешь еще накупаться в крови и насладиться страданиями умирающих.