Текст книги "Девятая стрела Хаоса (СИ)"

Автор книги: Алексей Рудаков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Сказать, что от двух сорвавшихся вниз бойцов, что-то осталось, было бы совсем уж неправдой. Куски перемазанной кровью и слизью брони, один прокушенный насквозь шлем, да карабин, тело которого было почти перерезано надвое. И ни кусочка плоти.

Но вот просто так, без символической, но могилки, покидать эту планету я не мог.

Небольшой холмик, воткнутый в него стволом вверх карабин и пробитый шлем на срезе ствола. Горка обломков панцирей у ног – любому, кто окажется здесь, будет ясна картина произошедшего.

Молча отдаю честь. Рядом вытягивается орк, техножрец сплетает щупальца над головой, сложив руки на груди, а Тал-ка склоняет голову, встав на одно колено.

Немного колеблюсь – прочитать молитву, или нет, но Тал-ка, поднявшийся на ноги, отрицательно качает головой:

– Ушедшему в бою воину молитва не нужна. Он исполнил свой долг – к чему лишние слова.

Молча киваю и мы, постояв в тишине ещё немного, поднимаемся на борт.

Отойдя от той планеты, мы, сменив несколько систем, замерли подле крупного скопления камней, маскируя свое присутствие в тени громадин. Надо было определиться – что делать дальше.

Да, Мародёр, пройдя целый ряд модификаций, мог самостоятельно перемещаться меж систем, имея на борту все необходимые системы, как обеспечивающие движение корабля, так и защищающие экипаж от пагубного воздействия варпа, пребывание в котором грозило неминуемым сумасшествием.

Несмотря на тесноту, разместиться удалось всем. Тал-ка, забившись в щель между кожухов двух массивных устройств, баюкал на коленях свой карабин, Торр, улёгшись на живот, подпирал голову руками, я сидел, скрестив ноги по-турецки и единственный, кому было комфортно, был, разумеется, Виталий, вольготно устроившийся в своём кресле.

– Итак, – на правах командира, но не капитана, поднимаю вверх кулак. Вверх и вперёд, чтобы кабели, свисающие с потолка, не мешали обзору остальных.

– Вариантов у нас мало. Вернуться на наёмный мир? – Отгибаю один палец: – Не пойдёт. И я, и Виталий – беглые, а значит нас, несмотря на кажущееся со стороны безразличие к таким персонам, нас двоих тут же скрутят. Меня – прирежут по-быстрому, его, – киваю на напрягшегося техножреца: – Закуют и заставят работать. Вы двое, – показываю отогнутым пальцем на орка и тау: – Вас, скорее всего, не тронут. Так, морды набьют и отпустят. Корабль – конфискуют. И не кривись, Торр. Я понимаю, что ты подобного – захвата нас с Виталием не допустишь. Точно так же, как и Тал-ка, – киваю в сторону встрепенувшегося тау: – Тогда и вас кончат. Значит – торговые миры отпадают. Следующий вариант, – отгибаю второй палец: – Наняться к кому-то. Отдельным подразделением.

– И получим ровно то же, что и первом варианте, – подаёт голос Тал-ка: – Техножрец и этот корабль слишком ценны и на таком фоне наши жизни ничего не стоят.

– Согласен, – поддакивает ему Торр: – Возьмут с радостью, вот только служба там короткой окажется.

– Хорошо, – кивнув, отгибаю третий палец: – Тогда сами.

– Что сами? – В голосе орка слышно удивление: – Сами что? Банду соберём?

– Почему бы и нет? Заварушек хватает. Впишемся в драку, там, глядишь, ещё кто-то подтянется. И так, постепенно – шаг за шагом, сформируем своё подразделение.

– Моя за! – Хлопает руками Торр, но осекается, напоровшись на неодобрительный взгляд Тал-ка.

– Я против, – качает он головой: – У нас уже был отряд. И чем это кончилось? Нет. Этот путь мы уже меряли своими шагами – и не стоит повторять его. Не наш он.

– Не буду спорить, – сжимаю кулак и, немного подождав, оттопыриваю большой палец и мизинец.

– Остаются два варианта, – шевелю мизинцем: – Станем фермерами.

– Кем? – Орк едва не подскакивает на месте: – Кем, варбосс?

– Фермерами. Осядем на Фронтире – здесь медвежьих углов хватает. Виталий нам дронов-огородников и комбайнов разных наклепает, ты, – тычу в него пальцем: – Будешь кабачки выращивать. Девок вам найдём – будете плодиться и размножаться.

– Кабачки?! Мне?! Воину?!

– Я тоже против, командир, – Тал-ка, устав вертеть в раках шлем, кладёт его рядом: – Я воин касты Огня. Возиться с растениями, почётно, не спорю, но пусть этим из касты Земли занимаются.

– Мне бы тоже не хотелось, – щупальца Виталия нервно дёргаются: – Моя специализация – боевые автоматоны. Я могу, в теории, переделать их на мирный труд, но...

– Но не стоит, – завершаю за него я: – Ещё напутают чего и сожгут всё. И урожай и нас – приняв за вредителей. Тогда вижу только один вариант, – прижав мизинец к остальным, качаю кулаком с торчащим большим пальцем.

– Самим взять своё. Силой оружия.

– В пираты?! – По лицу Торра расплылась довольная улыбка: – Во! Ну наконец-то я слышу от тебя здравую мысль! За! Двумя руками!

– Нарушать закон? – На лице Тал-ка читалось явное неодобрение: – Нарушать закон?

– Мы с Виталием и так вне его. А что до Торра, то его в любом из миров, тех, где его сородичи наследили, прибьют. Как увидят зелёную морду – так сразу.

– Это точно, – улыбка орка стала ещё шире: – Наша гулять много!

– А сил? – Не унимался тау: – Сил нам хватит? Нас всего четверо – нет, командир, я не против, но мало нас – в любой деревне мужчин, готовых взяться за оружие, куда как больше.

– Виталий? – Я ждал этого вопроса и кивнув Тал-ка, повернулся к техножрецу: – Ты же у нас спец по автоматронам? Боевым?

– Верно, – чуть помолчав он добавил: – Командир. Да. Верно. Сейчас могу собрать немного – почти все ресурсы утрачены. Но с десяток Вороксов сделаю.

– Этого будет достаточно, – поворачиваюсь к Тау: – Так что, Тал-ка? Ты с нами, или вернёшься? Для тебя пространство Тау открыто.

– С вами! – Приняв решение, он хлопает ладонью по лежащему на полу шлему: – За вами же пригляд нужен.

Запись номер МХХР-24-ССВА-065

Фронтир.

Пять из десяти жителей центральных миров, услышав это слово немедленно мечтательно прижмурятся, вспоминая низкие налоги и отсутствие поборов власть имущих. Ещё двое, или трое вздохнут, представляя себе планеты, овеянные романтической дымкой анархии. Один – два, прошептав слова защитных молитв, отступят назад, вспомнив проповеди, обличающие еретические мысли, переполняющие умы поселенцев и только один, дёрнувшись, побледнеет, припомнив краткие и редкие репортажи о налётах чужих рейдеров, или местных бандитов.

Да, при всех своих вольностях, Фронтир был полон опасностей, заставлявших местных спать со стволом под подушкой, держа наготове приличный арсенал. Быть всегда готовым – как к отражению врага, так и готовым прийти на помощь соседу – здесь это было образом жизни и не принять это в расчёт, было бы верхом глупости.

Последнее – про опасность и частые атаки поселенцев, редко выносилось журналистами на всеобщее обсуждение – Империум, чьи центральные миры были перенаселены, был обречён на экспансию, а посему жизнь на мирах Фронтира преподносилась с налётом героического флёра, старательно и искусно прикрывавшего острые, неудобные и порой кровавые углы.

Целей, куда мы могли направиться в первом нашем рейде, было предостаточно – выбирай не хочу, и наш спор затянулся, грозы стать бесконечным.

Так, Виталий, жаждал оказаться на техно-мире, орк мечтал о жратве, ну а тау практически молчал, в корне не одобряя нашей затеи. В конце концов решение пришлось принять мне. Расстроившее техножреца, оно полностью пришлось по вкусу Торра, каждый приём пищи жалующегося на питательную кашицу.

– Идём грабить фермеров! – Подвёл черту под их перепалкой я: – Планету, с минимальным населением.

Услышав последнее, Торр, наверняка уже представлявший наш корабль плотно забитый мясом, а всё иное за еду он не считал, явно поник духом.

– Не переживай, – хлопаю его по плечу: – Уж чего-чего, а полтуши свиньи ты получишь! – Пообещал я, отчего в его маленьких глазках начал разгораться жадный огонёк: – Виталий, – поворачиваюсь к техножрецу: – Что у нас поблизости есть? Только такой мир нужен, где колонизация только началась и где фермеры, считая себя в безопасности, разбрелись по планете, стараясь захватить по больше места. Нам всё одно больше одной фермы не выпотрошить.

– Планета ФШ-18-ГД-2, – ответ следует немедленно: – Колонизирована три года назад, население, – следует короткая пауза: – Менее ста тысяч. Фермерские хозяйства размещены на одном материке. Всего материков три. Освоение остальных не планируется. Атмосфера стандартная, отклонения от нормы не более пяти процентов. Климат умерено континентальный. Рельеф преимущественно равнинный. Среднее расстояние между фермами – сто семьдесят – двести Имперских миль. Техновооруженность хозяйств – низкое, практически нулевое, – в его голосе сквозит недовольство понятное мне. Да, техножрецу там поживиться нечем – еду, нормальную, в моём, или орка с тау понимании, он есть не может – только ту кашицу – слишком много железа в его теле. Ну а то, что техники там нет, и вовсе делает нашу вылазку совершеннейшей ерундой в его понимании. Ишь какие, читаю я в его глазах, сфокусировавшихся на мне – вам что кашки мало? Так она обогащена минералами, солями и...

– Что-то ещё, техножрец? – Возвращаю ему взгляд, надеясь, что он правильно его истолкует.

– Примечание, командир, – отводит он глаза в сторону, явно готовясь выложить на стол припрятанный козырь:

– Этот мир находится под защитой Прокиса.

– Кого?

– Даю справку, – его глаза прикрываются и голос становится мёртвым: – Проксис. Настоящее имя Магор Занд Тилук. Осуждён к смерти светскими судами семью систем. Разбойные нападения, убийства и уклонение от уплаты налогов. Дважды осуждён церковью – за осквернение храмов путём грабежа, убийство двух сборщиков пожертвований и надругательство над святынями. Бежал сюда. Сколотив банду занялся рэкетом, вынуждая местное население платить дань. Процент небольшой – от семи, до десяти в зависимости от уровня развития планеты. Официально – обеспечивает охрану восьми миров, включая, – он сделал паузу: – Выбранный вами для нашей первой акции, командир. В основной состав его структуры...

– Банды, – поправляю его я и Виталий соглашается:

– Основной состав банды – примерно четыре десятка бойцов. Преимущественно – ветераны Астра Милитариум, дезертировавшие из своих подразделений. Общее количество бандитов оценивается в полторы сотни. Владеет двумя кораблями – рейдером Тёмных Эльдар и эсминцем Империума.

– Эсминцем?

– Рейдер, – кивком показав, что вопрос услышан, продолжает техножрец: – Был обнаружен разбитым на одном из миров Фронтира. Прокиса его отремонтировал и по праву нашедшего объявил своей собственностью. Имя корабля – "Тёмная милость".

– Пафосно, – фыркаю я: – А эсминец?

– С эсминцем так же всё законно, если термин "законность" может быть применён к данному субъекту. Эсминец, собственное имя "Счастливая Кнопка" был...

– Как? Какое имя? – Не будь надо мной низкого, перевитого кабелями, потолка, я бы точно вскочил на ноги: – Имя? Ты сказал – "Счастливая Кнопка"?!

– Да, командир, – взгляд Виталия полон недоумения: – Не понимаю, что могло вас так взволновать. Устаревшая модель. Списан из состава флота в связи с общим износом. Оружейные системы – демонтированы. Непонятно как он дошёл до Фронтира – износ двигателей критический, ресурс реакторов выработан почти полностью, силовой набор...

– И не только дошёл, – перебиваю его я: – "Счастливая Кнопка" полностью на ходу. Мы были на борту. Скажи, – поднимаю руку, не давая техножрецу задать вопрос: – Симар. Он в банде Прокиса?

– Симар. – Кивает Виталий: – Один из наиболее приближённых Прокиса. Так же имеет несколько смертных приговоров. Настоящее имя – Марикус Итшан. Бежал из Центральных миров вместе с Прокисом. Является капитаном второго корабля и отвечает за торговые отношения, предпочитая выстраивать логистические цепочки так, что партнёры быстро оказываются в долговых ямах. Расчётлив, обладает хорошей, практически идеальной памятью. Не любит насилие, предпочитая оставлять своих противников в безвыходных ситуациях.

– Ага. Как нас – когда на ту планету, ну – где ты валялся отправил. Без обратного билета.

Голова техножреца опускается в согласии:

– Да. Это в его стиле. Капитан, – подняв голову, он смотрит на меня: – Считаю нецелесообразным производить нападение на планету, находящуюся под защитой Прокиса. Предлагаю найти другую цель.

– Нет. – Встав, вернее сказать – встав и пригнувшись, хлопаю в ладоши: – Идём на этот ФШ-18 – и как он там далее. Ты, – показываю пальцем на техножреца: – Приказываю доставить нас туда без лишних проволочек. Вы оба, – киваю на орка и тау: – Готовьте оружие. Мы – высаживаемся!

Запись номер МХХР-24-ССВА-066

Прохождение атмосферы, посадка на краю леса, метрах в двухстах от фермы – пары жилых домов и длинного ангара с живностью, всё это прошло рутинно и буднично. Можно было бы сказать – скучно, но вот с учётом того, что это был наш первый шаг – из тех, что ведут по тропе криминала, сказать, что наши души были спокойны было нельзя.

– О! Свинки! – Спустившийся сразу за мной Торр, активно зашевелил своим коротким и плоским носом, активно втягивая в себя напоенный ароматами цветов воздух.

– Свиньи? Я только цветы чую.

– Точно говорю, варбосс. Свиноферма там, – положив руки на рукоять топороподобной чоппы оскалился орк: – Я запах их дерьма от чего угодно отличу. Ты мне тушу обещал. Помнишь?

– Половину, – немедленно пресёк его попытку поживиться я: – Половину, Торр. Не наглей.

– Там их сотни две, – его нос зашевелился ещё активнее: – И поросят, маленьких... эээ... Десятка три. Босс! Полтуши и два, лучше три поросёночка. Я их на вертеле зажарю... – он мечтательно прижмурился, но уже секунду спустя, засунув чоппу подмышку, принялся загибать пальцы: – Приправ ещё – перца, корицы и это – соли. Да, соли не забудь. Ещё хорошо бы...

Перестав его слушать, поворачиваюсь в сторону фермы – оттуда к нам, неспешно раздвигая ногами высокую траву, направляются человек десять самого обычного, фермерского вида – грубые штаны, распахнутые на груди рубахи простой материи и широкополые шляпы. Вот только соломинок в зубах не хватает для полноты образов. Впрочем – это Фронтир, и за их спинами виднеются тонкие стволы ружей с цилиндриками пламегасителей на концах.

А стволы-то – армейские. Это вам не дробовики и охотничьи карабины, с которыми против меня и десанта выступало ополчение Гарраса.

Делаю шаг вперёд и кивком головы приветствую местных.

– И тебе не болеть, уважаемый, – повторяет мой жест крепкий мужик, держа руки засунутыми под пояс: – Ты, мил человек, как я вижу поторговать прилетел?

Молча киваю – сценарий происходящего мне уже ясен. Залётный лох прибыл, отчётливо читается на их простых лицах. Такого развести на бабло благое дело. Для их фермы, разумеется. Сейчас будет наезд, угрозы – их больше, и они чувствуют свою силу, а после, когда я буду морально подавлен, и торг. На выгодных для них условиях.

– Только вот знаешь, мил человек, – в руке старшего появляется небольшой прутик, поданный кем-то сзади: – Мы тут люди простые, Императора чтим, – при этих словах остальные дружно кивают, и на их лицах появляются улыбки – накат на лоха пошёл:

– Вот только ряженых и чужаков терпеть не можем, – кончик палочки щёлкает по эмблеме Инквизиториума на моём наплечнике. Мы с такими быстро, – палочка чертит зигзаг в воздухе и на меня нацеливается с десяток стволов.

– Но мы люди мирные, – продолжает мужик, и положив руку на один из стволов, опускает его к земле, вызывая показное недовольное ворчание остальных.

– И если не ты, не твои отродья, – палочка показывает на орка и техножреца: – Бузить не будут, то мы сможем нормально дела обсудить.

– Они не будут, – оглянувшись, киваю Торру и Виталию, отмечая отсутствие Тал-ка, занявшего согласно моему плану скрытую позицию где-то на правом фланге. Где именно? Понятия не имею, но то, что его не видно от слова совсем показывает, что замаскировался шас-вре в точном соответствии с Монт-ка – доктриной Терпеливого Охотника.

– Вот и славно, – лицо фермера расцветает улыбкой: – Можно и поторговаться. Только давай это правильно сделаем.

– Как?

– Я называю свою цену, потом ты – свою.

– И?

– А после мы дружно смеёмся и переходим к серьёзному разговору.

Киваю.

– Сколько брать будешь?

Отрываю руку от рукояти молота, стоящего передо мной:

– Две полтуши, три поросёнка, пару ящиков зелени, приправ и, – мысленно подмигиваю начавшему при моих словах нетерпеливо переминаться с ноги на ногу, орку: – Бочонок пива.

– Мясо есть, остальное, прости – самим не хватает, – разводит руками старший: – За мясо... – Он переводит взгляд на небо, шевеля губами: – За мясо... Отдам по полсотни... Эээ... Да ладно! Чего ради гостя не сделаешь! По полсотни шесть монет. За имперский килограмм.

Цена, если судить по меркам центральных миров, хороша. Там, такое мясо по две с половиной – три сотни кредов идёт. Но не здесь. По меркам Фронтира цена задрана раза в три.

– Не согласен? – Видя отсутствие моей реакции ухмыляется старший: – Так я что? Нешто настаиваю? Плати за луг – твой корабль траву нам попортил, и вали. Но ты не думай, мы не звери. Тысчоночек так пять отдашь и свободен. Эк-кология, – он важно поднимает палец, выговорив сложное слово: – Это важно. Верно я говорю, а народ?

Народ, стоящий за ним, полностью согласен с его словами – стволы дружно поднимаются, нацеливаясь на всех нас.

– Ты говорил, – спокойно, не допуская на лицо каких-либо эмоций, произношу в ответ: – Что я тоже могу свою цену назвать?

– Так что ж ты молчишь, а, мил человек? – Всплёскивает руками мужик: – Говори, а мы посмеёмся. Посмеёмся же, а, народ? А не понравится, – он кивает на лес: – Ты уж не взыщи.

Стволы чуть вздрагивают, показывая, что народ шутку оценил. Ну да. Нас – трое, их – десяток. Прибьют и прикопают – кто искать-то здесь будет? А корабль... А что? Корабль вещь в хозяйстве нужная, да и регистрацию тут проверять некому. Так что, залётный – плати по полной, если живым уйти хочешь. Сам попал. По полной.

– Хорошая цена, хозяин, – киваю ему и на его лице появляется разочарованное выражение – лох сдался без борьбы, не давая возможности продолжить глумление: – Вот только ты кое-чего не учёл.

– Да ну? И чего же? – На его лице ясно читается интерес и надежда на продолжение шоу – ну да, иных развлечений, кроме как попугать заезжего, здесь нет.

– Это, – оторвав руку от рукояти молота, касаюсь эмблемы на наплечнике: – Настоящая. Как и я – скромный служка офисума Инквизиториума.

Разочарование сменяет надежду. Ну да – ему пофиг – если что и инквизитора прикопают, благо места дикие, а лес большой.

– И моя цена, – наставляю на него палец: – Жизнь. Твоя и твоих людей!

– Ой! – Уронив палочку старший складывает руки перед собой: – Как страшно! Сам инквизитор грозит. Может нам и дров натаскать? Самим? Смелый ты, – вздыхает он: – Втроём – и против десяти стволов!

– Я – в броне, – пожимаю плечами: – Орка быстро не завалить – сам знаешь.

Мужик кивает – время шуточек кончилось и теперь он весь внимание.

– А что до техножреца, – дёргаю головой назад, туда, где в своём кресле подставляет лицо солнечным лучам, безмятежно жмурится Виталий: – Так в нём столько железа, что замучаешься жизненные органы искать. И ещё одно, – подняв кулак вверх растопыриваю и тотчас сжимаю пальцы: – Нас не трое.

Короткий вскрик одного из мужиков, приметившего приподнявшегося из травы Тал-ка, тонет в многоголосом писке дроидов. Их серебристая река, выскочив из-под корабля, широким полукругом охватывает сбившихся в кучу местных. Нетерпеливо пощёлкивающие клешни, взвизгивающие диски циркулярных пил, припадающие к земле для смертельного прыжка блестящие тела – всё это производит на фермеров ошеломляющее впечатление. Стволы валятся в траву, и они замирают, боясь случайным движением спровоцировать атаку.

– Что мне надо, – сняв шлем, шлю старшему по-отечески ласковую улыбку: – Ты слышал. И вот ещё.

– Да, – он нервно сглатывает: – Что вашей милости угодно?

– Не спеши тревогу поднимать – вы же не хотите отправиться к Нему прежде срока?

Запись номер МХХР-24-ССВА-067

Посадку мы произвели уже спустя четверть часа. Наш Мародёр, стоило только всем ящикам и бочонку оказаться на борту, стрелой взмыл в небеса, разрывая тишину раннего вечера пущенными на форсаж движками.

В том, что местные немедленно бросятся к передатчику, рассказывая всем о произошедшем, я и не сомневался. Как и в том, что ущерб, замечу не такой уж и большой, будет многократно раздут, рисуя перед слушателями образ сожженной фермы, из которой залётные грабители вынесли всё подчистую. Угу, именно так – обрекая рыдающих колонистов на голодную смерть. И холодную тоже – мы же всё сожгли, помните?

А потому, понимая, что Проксис, восприняв произошедшее как вызов, начнёт рыскать по соседним системам разыскивая нас, мною было принято решение переждать.

Ага. На этой же планете – на соседнем, ещё не обследованном, материке.

Темнее всего под пламенем свечи – так говорили древние и эту истину нам настойчиво вбивали в голову во время обучения. Так почему бы и не проверить истину этих слов?

Выскочив за пределы атмосферы и отдалившись от планеты, наш кораблик развернулся, словно готовясь куда-то прыгнуть, и, вырубив двигатели, примерно с час, мы развлекали друг друга обсуждением произошедшего налёта.

Зачем? Что мешало вам немедленно нырнуть в атмосферу? – Спросит читатель и я с радостью дам ответ.

Самоуверенность.

Вот тот грех, что привёл к печальному финалу многих, куда как более достойный людей. Вероятность того, что на этой планете мог оказаться фермер, увлекающийся астрономией, я исключать не мог.

Да, фермер-астроном.

Нелепо звучит? Но почему бы и нет? Чем развлечь себя, когда окончен рабочий день?

Пьянкой? Так завтра работать – у этой профессии выходных нет. Женщиной? Так уже куча детишек растёт, да и к чему плодить новые рты?

Дракой? Книгой, или фильмом? Ну так первое отпадает – зачем с соседями отношения портить, а прочее и так уже вытерто до дыр и изучено вдоль да поперёк.

Охота с рыбалкой? Это что – вновь подниматься на гудящие от усталости ноги и куда-то идти?

Ох, нет. Лучше здесь прикопайте.

Остаётся одно – забравшись в уютное кресло и попивая горячий, или слабо горячительный напиток, наводить объектив телескопа на соседние небесные тела, делая пометки в потрёпанном дневнике. Наблюдать, фиксировать и надеяться, что потомки, или случайно оказавшийся здесь чиновники Адептус Администратиум, оценят труд жизни и, чем чёрт не шутит, найдут сведения достойные вниманию монахов Адептуса Астрономикус.

А может и нет.

В общем, риск того, что здесь, на этой планете, окажется подобный исследователь, исключать я не мог, а потому движки нашего Мародёра ожили только тогда, когда населённый материк полностью скрылся из виду.

Посадка на берегу лесного озера.

Довольный вопль орка, приплясывавшего у входного люка с охапкой реквизированных дров, десяток минут и перед нашей тройкой уже горит небольшой костерок, над пламенем которого крутился на вертеле средних размеров поросёнок.

Почему трое? А техножрец?

Увы, но вытащить Виталия из корабля нам так и не удалось. Проглотив тщательно отмеренную порцию кашицы, он наотрез отказался выходить наружу, объясняя это тем, что ему вдруг открылись новые горизонты развития Ворексов и что он, с гораздо большей пользой – для всех нас, проведёт время в медитациях и мысленных построениях. Сказано это было таким тоном, что даже Торр, любовно поглаживавший кран бочонка, не нашёлся с ответом.

Признаю – поваром орк был первостатейным. Приготовленный им поросёнок был обглодан до такой степени, что будь рядом бродячая голодная собака, то и она бы тяжело вздохнула, не сумев отыскать самого крохотного кусочка.

А добавьте сюда свежайшее, для себя любимого, сваренное пиво?

Нет. Если рай и существовал, то Император, решив зачем-то побаловать старого грешника, перенёс его часть сюда – на берег лесного озера, безымянной, номерной, планеты.

– Пять дней! – Перевалившись на спину, раздутый живот не позволял мне принять иную позу, поднимаю вверх растопыренную пятерню: – Отдыхаем. Заслужили.

– Всего пять? – Торр, из пасти которого торчит на манер зубочистки обломок ребра, недовольно хмурится: – Варбосс? Дай хоть дней десять, а? Я лук смастерю. Тут дичи, – отбросив кость он прижмуривается, становясь похожим на кота. Огромного и зелёного. Не знаю, может и такие где-то есть – галактика велика.

– Дичи тут – немерено. Чую, – шевелит он носом: – А, командир? Свежатинки хочется – жуть как! И рыбки. Острогой набью – такую уху сварганю – с котелком проглотишь! Гарантирую!

– А если не понравится? – Поворачиваю голову к нему, всеми силами борясь с сытой дремотой понимая, что мой проигрыш неизбежен.

– Как это – не понравится? Эээ.... – Он грозит мне пальцем: – Твоя плохо шутить, босс. Моя уметь такой уха делать...ммм... Тут, вот что главное, – переворачивается он на бок, обращаясь ко мне: – Рыбу надо слоями выкладывать. Слой рыбы – слой картошки. Потом ещё рыбы и...

Полностью рассказать весь рецепт ему не удаётся – от корабля доносится характерное цоканье лапок кресла техножреца и спустя секунд пять, Виталий оказывается в поле моего зрения.

– Мяса, извини нет, – глажу себя по животу: – Торр так приготовил, что мы всё сожрали.

– Дык я ща ещё нажарю! Вик? Будешь кусочек? А? На косточке, с жирком по краю?

– Нет. Спасибо, – его голос звучит отстранённо: – Я здесь по другой причине. Командир?

– Да? Ох, – помогая себе руками, усаживаюсь более-менее ровно: – Случилось чего?

– Да. На высокой орбите обнаружен корабль.

– На высокой? Значит поверхность сканить не будет, – закидываю руки за голову: – А от мяса ты зря отказываешься – Торр готовит просто изумительно.

– Возможно, – он игнорирует мои слова: – Вам, командир, будет интересно узнать, что этот корабль идентифицируется как известная вам "Счастливая Кнопка".

– Да пофиг, – сытость, вкупе с дремотой, делают меня равнодушно-миролюбивым.

– Так же, командир, мною засечён сигнал бедствия.

– О как! Неужто у старины Симара поломалось что-то? Хм... Нет, – отмахиваюсь от его слов: – Пофиг-пофиг-пофиг. Лишь бы он сюда, к нам, не упал.

– Просьба помощи исходит от пленника на борту обозначенного корабля.

– Ну а нам-то что?

– Пленник – гражданин Империума.

– А мы, и ты, к слову, в розыске. Ага. Со всеми вытекающими – если нас найдут, конечно.

– Он, или она – помех много, псионик.

– Чего?! – Подскакиваю на месте. Псионик – это плохо. Очень плохо. Полностью подготовленный, прошедший обучение псионик, легко сдёрнет с орбиты средний корабль, или сожжёт небольшой городок вместе со всеми жителями. Впрочем... Обученного псионика взять сложно, практически невозможно. Но он – пленник. И – на Фронтире. А зачем ему быть здесь? Из местных? Родился, рос а потом – хоп, и открыл в себе способности? Возможно, но Виталий сказал, что он, или она – гражданин Империума. Но Фронтир полноценное гражданство не даёт – его надо у чиновников Адептус Администратиум заверять, а это ещё та процедура – все шансы состариться, выправляя нужные бумажки и доказывая чистоту души и намерений. Значит – беглец. История, скорее всего та же – вырос, открыл способности и удрал, испугавшись будущего. А чего бояться есть – Адептус Астра Телепатика отловит и загремишь ты либо живой батарейкой к Астрономикону – варп маяку Империума, либо пошлют в войска, где придётся тянуть лямку до самой смерти. Не лучшая перспектива для молодого человека, только начинающего самостоятельную жизнь.

Все эти мысли мигом проносятся у меня в голове, и я вскакиваю на ноги:

– Обученный? – Если да, и, если он согласится на сотрудничество – а он согласится, уговаривать здесь умеют, то нам надо делать ноги по-настоящему.

– Информации нет. Много помех. Его способности заблокированы почти полностью, – техножрец отвечает на мой не высказанный вопрос, верно просчитав ход моих мыслей.

– Наркота?

– Информации нет.

– Уходим! Торр, Тал-ка – подъём. Виталий – провести корабль так, чтобы нас с "Кнопки" не засекли – сможешь?

– Предлагаю другой сценарий, командир, – его щупальца переплетаются перед грудью:

– Спасение. Шанс успеха оцениваю в восемьдесят шесть процентов.

– Кого спасать? Псионика? Ты о чём? Очухается – тут такое начнётся! Уходим! Это не обсуждается!

– Ваш приказ понятен, – его голова склоняется на грудь: – Но разве это не наш долг – оказать помощь гражданину Империума?

– Долг. Согласен. Но и выжить, и защитить их, – мотаю в сторону замершего в ожидании тау с орком: – Это тоже долг. Мой, командирский.

– Если мы спасём псионика, – слышу задумчивый голос Тал-ка: – Разве он не будет испытывать к нам чувство благодарности? Да и спасение попавшего в беду – это же Благо. Думаю, стоит оказать помощь, командир.

– Угу. Точняк! – Кивает Торр: – Шаман нам не помешает.

– У одного – Благо, у другого – шаман, – скрещиваю руки на груди: – Третий мне о Долге гражданина втирает... Сдаюсь! Спасём. Эээ... Нет. Вы, – поочерёдно указываю рукой на всех троих: – Вы спасёте. Поднимитесь на борт корабля, взлетите, подойдёте к "Кнопке", пристыкуетесь, проберётесь внутрь и – та-дам! – Щёлкаю пальцами: – Спасёте. А я вас здесь подожду, – подойдя к бочонку хлопаю по его боку: – Обернётесь быстро – может и пива ещё останется. Я спешить не буду – обещаю.

– Взлетать не надо, – щупальца техножреца идут волнами, танцуя вокруг него: – Я вас телепортирую на борт эсминца.

– Телепорт? Здорово. Эээ... Меня? С какой радости – меня? Ты рвёшься в спасатели – тебе и идти.

– Процесс телепорта надо контролировать. С борта моего корабля, – спокойно произносит он и я понимаю, что в его голове, нафаршированной разными железяками, всё уже просчитано и разложено по полочкам: – Тау, или орк вызовут подозрения. Идеальный кандидат для этой миссии – вы, командир.

– Точно! – Торр плюхается на землю подле бочонка: – А обернёшься быстро – мы тебе пива оставим. Ну – постараемся оставить.

Запись номер МХХР-24-ССВА-068

Если верить плану техножреца, то дело и вправду было плёвое.

Выйти из небольшого отсека, когда поблизости никого не будет, сигнал брал на себя Виталий, повернуть налево и далее, почти полторы сотни метров, прямо – через пару пустых отсеков, до площадки грузового лифта. Там мне следовало выбрать правый коридор и идти по нему ещё с полсотни метров, пропуская ответвления в технические закутки, превращённые бандитами в подобие складов. Уперевшись в Т-образный перекрёсток, снова выбрать правый рукав и пройдя ещё тридцатку оказаться в крупном зале.

Ранее здесь размещались боевые вычислители, сновали офицеры-математики, просчитывая и передавая канонирам углы упреждений. Но то было давно. В Имперской жизни эсминца. Стоило ему сменить владельца, как вся эта механика тотчас осталась без работы – стрелять гедонисты не любили. Орки же, пришедшие им на смену, попросту выломали все эти лишние, по их мнению, железки и перевели стволы в положение "строго вперёд", предпочитая наводиться на цель всем корпусом, ну а когда корабль таки вернулся к людям, то на подобные сложности просто махнули рукой. Относительный резон в этом был – ну с кем здесь, на Фронтире, воевать? Не с Имперским же флотом, крайне редко посещающим далёкие границы? Тут, уж коли такая встреча произошла, лучше уповать на мощь движков и форсажных камер – орочьим наследством, предусмотрительно оставленным нынешним владельцем.