Текст книги "Сибирский Целитель 7 (СИ)"

Автор книги: Алексей Меньшенин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)

Старик закрыл дверь, отсекая комнату от нарастающего шума. Прошёл мимо стола, дойдя до середины комнаты развернулся, слегка склонил голову и начал задумчиво меня рассматривать.

– Руслан, я слишком долго живу на этом свете, – выдержав паузу, произнёс старик. – Всё имеет свою цену. Что тебе нужно от нас?

– Меня интересуют те горы мусора, которые я видел. Именно из-за них я и пришёл в этот мир.

– Мусор? – лицо Малаха дрогнуло. – Тебе нужен мусор?!

– Именно, – ухмыльнулся я. – Встретить разумных на этой планете я не планировал. Но раз вы занимались его разбором, то надеюсь мы сможем быть полезными друг другу. Конкуренции не ожидаю, я уже в курсе что последний транспорт был 87 циклов назад.

– Странно, очень странно и необычно, – старик прошаркал до стола и уселся напротив. – Если мы откажемся, то что ты будешь делать?

– Всё просто. У меня два варианта. Первый – поискать другую планету, это не сложно. Второй – уйти от вашего лагеря подальше, привести своих людей и технику, да заняться самостоятельной переработкой.

– У тебя есть люди? – брови старика от удивления встали домиком.

– Конечно, можешь сам увидеть.

Вытягиваю несколько нитей к порталу и вливаю энергию. Решил сперва показать Рыбный посёлок. Паутина покрывается еле заметной плёнкой. Портал находится на пригорке, и сейчас через него видна суета в строящемся посёлке. С такого расстояния не разглядеть подробностей, но сотни человеческих фигурок и катающаяся техника Ксаров привлекли внимание старика.

– Река, – всхлипнул он. – Настоящая река.

Ну да, чуть дальше посёлка видно изгиб русла реки, как и постройки возле неё. Выбираю из списка свой остров. Щёлк и в портале виден замок, окружённый клумбами с цветами и дорожками. Несколько женщин из Рыбного продолжают заниматься облагораживанием территории под руководством мамы. Кстати ни Любы ни Алисы я не вижу.

Следующим выбираю паутину, находящуюся на покинутом острове Маукиши. Ту самую, расположенную возле бухты. Вид лучше не придумаешь – светит солнце, пологий берег и необъятное море. Как специально под заказ блеснула чешуёй приличного размера рыбина, выпрыгнувшая из воды.

Меняю портал. Теперь за плёнкой внутренний дворик форпоста. Возле портала так и стоят два Ивана, за ними видно торговые столы и толпу аборигенов, увлечённых торговлей.

– Голограмма, – печально произнёс старик. – Всего лишь красивая голограмма. Не бывает такой планеты.

– Вот ты Фома неверующий, – меняю настройку паутины, и теперь оба Ивана видят меня. Машу им рукой, зовя к себе. – Будет тебе голограмма в полном погружении.

Оба Ивана среагировали моментально, пройдя сквозь портал.

– Проблемы, командир? – Седой направил автомат на дверь, за которой слышится шум.

– Надо было сразу нас брать с собой. – пробурчал Коршун, заламывая руки Малаха, и доставая наручники.

– Иван, отпусти старика. – приказываю я.

Поблагодарив Иванов, попросил их посодействовать в формировании заказанных продуктов питания в форпосте. Открыл им доступ к проходу сюда, чтобы снизить градус недовольства и явное нежелание оставить меня одного. Лёгкое исцеление на ошарашенного Малаха, небрежным взмахом руки указываю на стул, заставляя того сесть:

– Сперва я хочу выслушать историю этого места. Особенно про вашу цивилизацию. Только вкратце, постарайся сделать выжимку. Времени мало на разговоры. Мне интересно за что тебя посадили. По результату беседы буду думать, сотрудничать с вами или нет.

– Кхе, кхе... – старик прокашлялся, расположил натруженные руки на стол, и начал рассказ. – Цивилизация говоришь... Ну слушай, Руслан. Жил был один слишком любопытный молодой человек. Это я про себя, если ты не понял...

Конфедерация состояла из союза суверенных звёздных систем, распространив своё влияние на многие сотни световых лет. Космические корабли держащие курс сквозь подпространство, постоянные поиски новых систем, терраформирование планет и их заселение. Подключение новых разумных к системе...

Малах родился и жил на орбитальной станции, расположенной недалеко от границы изведанного космоса. Дальнейшее освоение пространства в этом направлении посчитали бесперспективным, и со временем станция превратилась в обыкновенное захолустье.

Родители Малаха были космическими шахтёрами, занимаясь переработкой астероидов. Чтобы сводить концы с концами, они подвязались к военным на разбор космического мусора, состоящим из разбитых боевых кораблей. Своеобразная свалка из высокотехнологичного металла. Периодически брали с собой и пацана, обучая всему тому, что знали сами. В один из дней Малах приболел, и не смог полететь с родителями, а через несколько дней ему сообщили об их гибели. При очередном распиле корабля произошёл непредусмотренный взрыв, уничтоживший всю группу шахтёров.

Получив страховку, Малах решил изменить судьбу, потратив большую часть денег на обучение. Спустя несколько лет из нескладного паренька он стал молодым и перспективным научным работником.

На станции он и женился по большой любви, как и обзавёлся сыном. Всё было хорошо, насколько это было только возможно для родившихся на станции, и шло своим чередом. Молодая семья мечтала накопить достаточно денег, чтобы их хватило не только на билет до ближайшей населённой планеты, но и на свой угол. Пусть и небольшая жилплощадь, но ведь это только начало.

Работая в научной среде, приходилось часть средств тратить на новые знания, что отодвигало время улёта, но увеличивало заработную плату и дальнейшие перспективы. В последнем своём обучении Малах поднял квалификацию до «разумника», дающую возможность как встраивать чипы в мозг, так и апгрейдить программное обеспечение. Редкий отдых среди коллег приводил к различным диспутам. Со временем образовался клуб единомышленников, состоящий из друзей и хороших знакомых.

Однажды его лучший друг обратился к Малаху со странной просьбой – помочь одному военному с перепрошивкой встроенного в мозг модуля. За совсем немалую плату, только чтобы всё прошло тихо и не попало в поле местной службы безопасности. По словам друга, военный уже полностью отслужил свой контракт, и ему за выслугу полагаются преференции, включающие в себя как приличную пенсию, так и возможность осесть на одной из планет, предназначенных для бывших военных. На закономерный вопрос «зачем», друг объяснил, что военный хочет убрать все данные о его карьере в стезе военного, чтобы перебраться на планету, не попадающую в список разрешённых.

Друг смог убедить Малаха, да и названная сумма должна была прилично сократить время пребывания на станции. Подумаешь ещё год поработать и можно смело брать билеты на ближайший космический корабль.

– Если бы я знал к каким последствиям это приведёт, то никогда бы на это не согласился. – вздохнул старик. – Если бы я знал.

– Не отвлекайся, – поторопил я старика. – Время цигель-цигель.

– Буквально в этот же день пришёл тот военный, представился Нафером. Похож на тебя внешне. Такой же здоровый, только глаза... Мёртвые...

Малах всё сделал, о чём его просили. И даже больше... Поменяв данные в чипах, он параллельно скачал информацию о военных операциях, в которых участвовал Нафер. Деньги получил, как ему и было обещано, и распрощался с военным.

Спустя время в очередной свой выходной он наконец решил посмотреть, что же он такого интересного скопировал.

– Усмирение непокорных планет... – старик дрожащей рукой протёр вспотевший лоб. – Знаешь, что это такое?

– Нет.

– Сперва прибывает космический флот и уничтожает все космические корабли, не давая покинуть систему. Далее занимается орбита планеты. Следом орбитальная бомбардировка городов, используя все запрещённые конфедерацией средства, включая химическое и бактериологическое оружие. В заключении высаживается космодесант на планету, и происходит полная зачистка выживших, скрывающихся под землёй. Полная, ты это понимаешь?!

– Что дальше происходит с обезлюдевшей планетой?

– Заброска новых колонистов, желающих переселиться с переселённых миров или космических станций...

Насмотрелся Малах на такие «операции» до седых волос. Много где побывал тот военный, успев за свою карьеру «усмирить» пару десятков планет. Помимо этого была информация и об обнаруженных цивилизациях, не желающих войти под знамя конфедерации или неподходящей под её параметры. С ними поступали таким же образом.

– Они ведь даже ещё в космос не вышли, – глаза старика наполнились слезами. – Жили спокойно себе на планете, а тут появляемся мы, неся добро и сея радость. Если ты не похож внешне на конфедерата, то тебе нет места под солнцем. Уничтожение местных жителей и заселение очередными колонистами.

– В чём тебя обвинили? – кидаю успокоительную волну на старика.

– Я был не в себе. Знаний хватало, и я взломал систему орбитальной станции, найдя секретные архивы. Нашёл данные и о моих родителях. Они погибли из-за тылового адмирала, решившего сэкономить на снятии вооружения с боевого корабля. Подобных случаев были десятки. В добавок узнал о разных махинациях, способствующих прозябанию большинству жителей. Я... Я не смог скрывать столь чудовищную правду. Создал выжимку из всей информации и начал рассылать по межгалактической связи в другие системы.

– Ты прям как Эдвард Сноуден, – хмыкнул я. – Есть у нас такой правдоруб.

– На следующий день ко мне пришли из СБ, – глухо продолжил говорить старик. – Заключение под стражу, допросы. Все мои отправленные пакеты были перехвачены. Конфедерация оказалась настолько прогнившей, что мне предложили выбор. Я отдал все свои сбережения, чтобы меня не поставили к стенке, а выслали на эту планету. Супруга вместе с сыном решили последовать за мной, хотя я уговаривал не делать этого.

– Другие заключённые на Свалке за что попали сюда? Есть среди них убийцы, воры, насильники?

– Нет, – отрицательно качнул головой старик. – Сюда ссылают только таких как я. Точнее ссылали. Последние прибывшие были 87 циклов назад, от них мы узнали, что началась большая война. Несколько систем откололись от Конфедерации, и единым фронтом восстали...

Попросил объяснить его, сколько дней в цикле. После непродолжительного подсчёта я сделал вывод, что цикл равен примерно 130 дням, плюс-минус лапоть. Значит поселенцы не видели транспорт почти 30 лет, переводя на Земное времяисчисление. Примерно десять лет назад из-за нашествия крыс жителям пришлось покинуть прошлое место обитания, перебравшись сюда. Отсутствие нормального оружия и постоянные стычки привело к постоянному сокращению выживших. Опять же охранять те заводики по переработке нет никакого смысла, склады заполнены, а никто не прилетает уже много лет.

Планета Свалка, она же мир -Тюрьма, тоже в своё время подверглась «усмирению» местных жителей. Только заселять её не стали, а решили использовать как место для складирования мусора. На мой вопрос, а каким образом сюда попадает весь этот мусор, Малах рассказал, что несколько раз в цикл прилетают автоматические контейнеровозы, опускаются до планеты и сбрасывают те самые горы, виденные мною. Правда последнее время и эти корабли прилетают всё реже.

– Не проще ли было такую помойку организовать наподобие той, как было у твоей станции?

– Здесь дешевле получается, – фыркнул Малах. – Никто заключённых на станцию не поселит, это дорого. Затраты на охрану, допуск на космические мусоровозы. Вдруг кто из заключённых решит улететь, переделав корабль, или захватить станцию? Нам ведь терять нечего, кроме жизни.

– Всё равно не понимаю, – я начал растирать мочку уха. – Но ведь затраты на энергию должны быть колоссальными. Надо не только опустить такой корабль на планету, так ещё и взлететь.

– Антигравные платформы, – пожал плечами Малах. – Дешево и сердито.

– Ну да, ну да... – я постарался не выдать своё потрясение от таких перспектив. Анигравы, мать его за ногу! Хочу, дайте два.

– Ты можешь помочь моей супруге? – с надеждой посмотрел на меня Малах. – Найя повредила ступню, а лекарств никаких нет.

– Веди меня к ней. – поднимаюсь со стула.

Старик открыл дверь, отсекающая помещение от основного коридора, и я вышел вслед за ним. Стало заметно тише, чем было раньше. Возле первой же двери, с правой стороны коридора, образовалась небольшая очередь из женщин. Они жмутся к стенке, пропуская нас с Малахом. Проходя мимо я остановился и заглянул внутрь, благо рост позволял более чем. Небольшой закуток, посередине обшарпанный стол. Возле него стояла Айя и незнакомая мне девушка. Они аккуратно отмеряли те продукты, что принёс я. В огрызок пластика, ранее бывшим наверное подносом, неспешно кладётся кусочек банана, ломтик мяса, пару ложек консервы и один из пакетиков сухпая. Поцарапанная кружка наполняется до половины водой.

– Готово, – смахивает пот со лба Айя. – Забирай, Нашья.

– Спасибо. – произносит женщина, и бережно снимает поднос со стола.

Мне стало неудобно и стыдно. Сканирование пространства и вызов проекции показывает состояние всех в очереди. Реально требующих медицинской помощи мало, думаю первопричина в том, что больные долго не живут. Без правильного ухода, без нормальной еды, без лекарств, выживают только сильнейшие. Недолго думая, посылаю волну исцеления, стараясь коснуться всех.

– Ах! – вскрикивает женщина с подносом. Руки её предательски разжимаются, и скромный продуктовый набор падает на пол.

– Что ты наделала?! – возмущается Айя. – Совсем безрукая стала?

– Простите меня, – женщина падает на колени, пытаясь собрать с грязного пола еду.

– Не кричи, – привлекаю к себе внимание. – Это я виноват.

– Руслан, вы проговорили? – замечает меня Айя.

– Ага, иду проведывать твою бабушку. Скоро будет гораздо больше продуктов, так что не ругайся.

Лёгкие шепотки вокруг, внимательные и задумчивые взгляды. Только Нашья в слезах, пытается отскрести с пола тушёнку.

– Айя, ты ей заново положи, – прошу я.

– Хорошо, – улыбается она. – Нашья, дай поднос..

Недолгое путешествие по коридору, и старик остановился у одной из дверей. Поковырявшись с замком, он открыл её и зашёл внутрь. Мне пришлось наклоняться, чтобы не удариться головой.

Нехороший запах сразу бьёт по обонянию. Небольшую комнату почти полностью занимает кровать, застеленная серыми тряпками. Рядом с ней малюсенькая тумбочка да такого же размера табуретка. На кровати лежит сухонькая старушка, прикрытая такими же тряпками. Запах болезни исходит именно от неё. Она или спит, или в забытье.

– Найя, милая, – дедок нежно касается пальцами руки старушки. – Ты меня слышишь?

– Малах, это ты? – тихо произносит она, открыв глаза.

– Я, конечно я, – старик опускается на табуретку, не выпуская руки пожилой женщины.

– Дай глоток воды и уходи, – просит она. – Всё равно ты мне ничем не поможешь. Ноги мне укутай, если несложно. Мёрзнут.

Сканирование. Проекция. Истощённое до крайности тело. Гангрена, некроз тканей большого пальца, и редкое осложнение в виде сепсиса. Вот тебе озноб, вот тебе и вялость.

– Малах, сходи за водой, да еды принеси. Я пока поработаю.

– Кто это? – переводит болезненный взгляд на меня женщина.

– Спаситель. – он нежно сжимает запястье супруги, и нехотя выходит из комнаты. – Я скоро.

Умащиваю свою пятую точку на этом подобие табурета, касаюсь лба женщины, и включаю «шёпот»:

– Спать!

Подлечил как мог, правда пришлось удалить большой палец ноги целиком. Ну да не беда, свожу через паутину, со временем отрастёт. Вон у Гриши ноги отрасли, а тут всего палец. Вернувшийся Малах застал супругу в здравии, пришлось влить ему успокоительного, иначе весь пол зальёт своими слезами.

– Малах, мне пора. У меня дел ещё своих хватает. Так что буду позже.

– Да как же так, – всплеснул руками дед. – Столько хорошего сделал, а уже уходишь.

– Скоро мои парни принесут вам продукты, так что встреть их, – опять наклоняю голову, чтобы выбраться из этой комнатки. – Вечером сам приду, поговорим о дальнейшем сотрудничестве. Да и тебе подумать надо.

– Буду ждать, – он прижал руки к груди. – Ты только приходи...

Выбравшись в форпосте нашёл Гришу с Ильёй. Совсем сжатый пересказ мужикам о новом мире. Открыл им доступ на Свалку, предупредил чтобы не совались на улицу в поисках крыс. По окончании добавил им головной боли и приступ мигрени, внедрив знания языка.

Пришлось заскочить на остров, принять по-быстрому душ и переодеться в новый халат. Люба нашлась, на удивление спокойная и милая, чему я только рад. Вместе с Алисой меня быстро накормили завтраком, и дойдя до портала, я перенёсся в Новосибирск...

Глава 10

15 февраля, день.

Интерлюдия.

Кафе на втором этаже медицинского центра. Две молоденьких девушки за барной стойкой, отделяющей кухонную зону от зала. В самом зале расположились двенадцать столов. Три из них заняты посетителями. Если прислушаться к разговору, то можно понять из их слов и счастливых взглядов, что все они получили медицинскую помощь от Руслана.

Через приоткрытую дверь за баром видно ещё одну комнату, переоборудованную под кухню. Попав внутрь, можно увидеть всевозможное поварское оборудование, блестящее своей новизной. Несколько плит заставлены объёмными кастрюлями. Из шкафа пароконвектомата повар начал доставать металлические листы с румяными булочками. Сковородки скворчат, источая одуряющий аромат. Мелькают суетящиеся повара, разговаривающие между собой.

– Всё, устала я. – повариха в теле плюхнулась на стул. – Мне нужен перерыв. Спина отваливается.

– Наташа джан, ты чего? – рядом с ней останавливается дородный мужчина в белоснежном халате. На приколотом к халату бейджике можно прочитать «шеф-повар Тиросян Л.В.»

– Левон, я на это не подписывалась, – всплеснула полными руками повариха. – Готовлю и готовлю, а эти едоки всё идут и идут. Всё нажраться не могут.

– Вай, Наташа, – осуждающе произнёс Тиросян. – Ты сюда работать пришла или что?

– Наталья, выпей чаю, – к поварихе подходит ещё одна, протягивая на тарелке горячую булочку. – Левон, дай ей пять минут, и правда ведь присесть некогда.

Шеф-повар нахмурил чёрные брови с проблеском седины, пожевал губы и махнул рукой:

– Десять минут, Наташа. Далее все по очереди отдыхайте. Понимаю что тяжело, но все гости должны быть накормлены. Первый день должен пройти на высоте.

Мужчина ушёл заниматься дальнейшей готовкой и приглядом. Заглянув в пару кастрюль, он скрылся за дверью, ведущую в соседнюю комнату. Через минуту к Наталье вернулась та самая повариха, принеся объёмную кружку с чаем:

– Сахар положила, помню твои предпочтения.

– Тоня, спасибо, – Наталья сделала добрый глоток горячего напитка. – Видишь как Левон нас строит. Не успел шефом стать, так и гоняет и в хвост, и в гриву. Отрабатывает зарплату, армянский ирод.

– Ната, ты чего? – удивлённо посмотрела сверху вниз Тоня.

– Ничего, – дёрнулась Наталья, не забывая отломить кусок булочки. – Я должна быть шеф-поваром, а не этот козлина.

– Так... – стоящая повариха упёрла руки на бока. – Ты не охренела, мать?! Первый день работаем, а ты пытаешься рассорить коллектив?!

– Тоня, ты меня не так поняла, – на лице поварихи промелькнула гамма чувств. – Мы ведь подруги, и ты должна меня поддерживать.

– Подруги, – фыркнула Тоня. – Только из-за тебя, подруга, я не намерена терять эту работу. Где ты видела в городе зарплату повара в 150 тысяч? У нас в лучшем случае 40 платят, а обычно и того меньше. Так что не доводи меня до греха, подруга.

– Обманут, – неуверенно произнесла Наталья. – Всегда обещают небо в алмазах, месяц вкалываешь, а потом либо заплатят копейки, либо вообще без зарплаты на улицу выпихивают.

– Вот ты дууура, Натка,– протянула Тоня. – Ты же со мной подписывала контракт на работу буквально час назад. Там чёрным по белому написано как время работы, так и зарплата. При чём белая зарплата, а не как всегда. Деньги раз в неделю, премия по итогу месяца.

– Боюсь я, Тоня. – глаза поварихи наполнились слезами, она шмыгнула носом. – У Левона так и вовсе зарплата в три раза выше нашей.

– Ты меня на жалость не дави. А насчёт Левона, так я могу объяснить. Он лично знает наших директоров, и они его ещё вчера пригласили на работу сюда. Именно Левон, дай бог ему здоровья, позвонил мне и позвал на эту кухню, а я позвонила тебе. Мы с тобой пришли в восемь утра, а Левон с двух ночи на ногах. Помогал с правильной планировкой и установкой оборудования, вкалывая как молодой.

– Тоня, да я поняла. Успокойся.

– Ната, если я ещё раз услышу от тебя хоть одну гадость, так я прикрывать тебя не буду. На твоё место будет очередь из сотни поваров, а ты...

Дальше слушать разговор становится неинтересно, передвигаемся по кухне и попадаем в отдельную комнату, с вывеской на двери «мясо-рыбный цех». В прохладной комнате расположились морозильные камеры, холодильники, три разделочных стола и три ванны под помывку. Как и столы, так и ванны подписаны. На одной «курица», на другой «мясо», на третьей «рыба». Отдельно раковина для мытья рук. Возле разделочного стола с надписью «мясо» стоит уже известный Левон, и молодой мужчина. На столе огромная говяжья нога. Молодой мужчина ловко орудует ножом, разделывая мясо.

– Левон Вазгенович, эту партию на фарш пускаем?

– Да Боря, буду котлеты делать.

– Мясо огонь, – хмыкает Боря. – Никогда такое качество видел, если честно. Охлаждённое, никакой заморозки. На вид ещё сегодня она мычала.

– Атон джан договорился с какими-то фермерами в области, – улыбнулся Левон. – Сказал будут постоянные поставки.

– Я бы и домой такое не отказался взять, Левон Вазгенович.

– Не проблема, можно провести по зарплатой ведомости, – пожал плечами шеф-повар. – Воровать не дам, не обессудь. Кто попадётся, тот сразу вылетит с работы.

– Да понимаю, никто не будет рисковать за кусок мяса с такой зарплатой. – вздохнул Борис.

– Ты главное ещё не знаешь, Боря, – рассмеялся Левон. – Отпускная цена для нас в 130 рублей за килограмм. Так что каждый из поваров может себе позволить купить домой.

– Кило за 130?! – удивился Борис. – Откуда такое счастье? Нынче курица дороже стоит.

– Вот именно, – назидательно поднял указательный палец шеф-повар. – Только имей совесть, не больше пяти кило в конце рабочего дня. А то знаю я вас, ушлых.

– Понял, Левон Вазгенович, – кивнул Борис и вернулся к разделке мяса. – Ещё раз вам огромное спасибо, что пригласили на работу.

– Работай Боря джан, работай, – улыбнулся Левон. – В выходной шашлык буду на даче делать, так что приезжай с супругой...

Если выйти из мясного цеха и пройти через кухню, то можно попасть в следующий большой зал, представляющим собой столовую. Двадцать столов, из которых большая часть занята посетителями. Общее настроение видно невооружённым взглядом – детский смех, улыбки на лицах взрослых.

Линия раздачи, возле которой стоят люди с подносами, набирая понравившиеся блюда. Мужчина возле кассы с удивлением обращается к продавщице:

– Вы уверены в цене?

– Конечно, – усмехнулась она. – Перед вами прейскурант, можете ознакомиться.

– Гуляш из говядины 40 рублей, – читает вслух мужчина. – Чай 10 рублей, пюре 20 рублей... Однако... Думал у нас на заводе цена в рабочей столовой самая низкая. Приятно удивили, честное слово.

– Девушка! – кричит в очереди худой мужчина. – Антрекоты закончились. Не подскажете, будут ли ещё? Дочка попросила добавки.

– Минутку, сейчас узнаю.

Продавщица скрывается за дверью буквально на несколько секунд, очередь терпеливо ждёт. Вместе с женщиной появляется мужчина в поварской одежде, толкающий перед собой стеллаж на колёсиках, заставленный ёмкостями. Дойдя до линии, он громко произнёс :

– Антрекоты, биточки, рис отварной. Через полчаса будут котлеты....

Возвращаемся в кафе. За самым дальним столиком у окна расположилась знакомая семейная пара – миниатюрная Татьяна и её большой муж Антон. Одна из девушек за баром поставила на поднос чайник с чашками и блюдца с ломтиками торта. Ловко подхватив поднос и продефилировав через зал, выставила всё на стол наших знакомых:

– Антон Юрьевич, Татьяна Александровна, что-нибудь ещё желаете? – прощебетала она, задорно сморщив носик и улыбнувшись.

– Спасибо Юля, – благородно кивнул Антон. – Этого достаточно.

Девушка ушла, Антон проводил её задумчивым взглядом и начал разливать в чашки чай.

– Смотри мне, – погрозила пальцем Таня. – Узнаю что начнёшь шашни на работе, отчегрыжу кое-чего.

– Тань, да ты чего? – удивлённо приподнял брови мужчина, пододвигая чашку к жене. – Я только тебя люблю, ты же знаешь.

– Тогда зачем так смотрел на эту козу? – зашипела молодая женщина.

– Таня, – усмехнулся Антон. – Ничего что это ты их на работу пригласила? Да и интересны они мне не как женщины, а как работницы. Если хочешь, то найми одних мужиков, мне всё равно.

– Извини Тоша, – вздохнула Таня, отломив кусочек торта ложечкой. – Нервничаю просто, вот и придираюсь.

– Что случилось?

– Слишком всё хорошо, чтобы быть правдой, – она посмотрела в глаза мужу и тихо произнесла. – Боюсь.

– Рассказывай.

– Все эти траты на кафе, оплаченные Русланом со своего кармана. Дорогое оборудование, арендная плата ноль. Я его с утра видела и предупредила о найме поваров и официанток, так он сразу сказал чтобы зарплату проводили через его фирму. То есть мы с тобой не несём никаких потерь. Ещё и зарплаты им назначил такие, что впору за голову браться.

– И в чём проблема?

– Антош, ты разве не понимаешь? – Таня обвела рукой вокруг. – Кафе и столовая будет приносить Руслану не прибыль, а убытки. С такими темпами он разорится.

– Ещё он помог с закупкой продуктов, с самыми низкими ценами, которые только возможны. Ты же видела какое нам мясо привезли?

– Тем более сплошные убытки. – не согласилась Таня.

– Таня, ты не права, – рассмеялся мужчина. – Уже сейчас Руслан миллиардер. Для него это кафе просто копейки. С такими темпами через год он станет самым богатым человеком в России.

– Странно всё и неправильно, – нахмурилась женщина. – Никто не будет работать себе в убыток.

– Тратить часть своих денег на хорошие дела разве плохо? – фыркнул Антон. – Я слышал сегодня прилетает самолёт с медицинским оборудованием, оплаченным с кармана Руслана. Так там суммы на миллионы евро . Всё это будет установлено в этом здании, чтобы новосибирцы могли бесплатно пройти мед обследование.

– Может и неплохо, – вздохнула она. – Непривычно. Никто из наших богатеев так не поступает. Только Руслан.

– Только Руслан, – повторил мужчина. – Глядя на него и другие со временем начнут часть своих доходов тратить на благие поступки. Один олигарх вместо второй яхты построит школу, другой вместо самолёта детский садик. Он сделал первый шаг, так что надо просто подождать.

– Фантазёр ты, – рассмеялась Таня, ткнув пальцем в лоб мужа. – Чтобы наши бизнесмены и начали тратить деньги не на себя? Быстрее Луна на Землю упадёт или рак на горе свистнет.

– Почему фантазёр? – мягко улыбнулся Антон. – Я ведь тоже сегодня с Русланом разговаривал.

– Да? – удивлённо приподняла брови Таня. – Почему мне не сказал?

– Сейчас и рассказываю. Так вот, я спросил Руслана, не может ли он подлечить моих друзей.

– Ты про своих бандитов?! – возмутилась женщина.

– Таня! – раздражённо хлопнул по столу Антон. – Они не бандиты, а уважаемые предприниматели.

– Ну конечно, – фыркнула она. – Поменяли спортивные костюмы на пиджаки, только рожи бандитские никуда не делись.

– Они мои друзья, мои братаны, – лицо Антона закаменело. – Когда мы с тобой знакомились, я не скрывал чем занимался раньше. Ты действительно хочешь поднять ЭТУ тему?

– Тоша, прости, – Таня поняла, что перегнула палку. Миниатюрные ладошки обхватили сжатую в кулак руку мужа. – Я ведь переживаю. Ну и что ответил Руслан?

– Руслан... – Антон недовольно дёрнул щекой, но Таня начала поглаживать его руку, и лицо мужчины разгладилось. – Руслан какой-то загруженный сегодня. Я уже пожалел, что спросил за них, но он только уточнил что это за друзья. Я сказал что это те, кто помогали нам с тобой с закупками и привозом в Центр постельного белья и других вещей. Он буквально задумался на мгновение, как-то по-доброму улыбнулся, и предложил мне позвать их сегодня сюда, и чтобы они привезли с собой жён и детей.

– Да ладно? – всплеснула руками Таня. – И когда приедут?

– Уже приезжали, буквально полчаса назад.

– Антоша, почему мне не сказал? – надула губки Таня.

– Ты была занята, – мужчина мотнул головой в сторону барной стойки. – Общалась с персоналом.

– Хитрый ты какой, – в глазах Тани появились смешинки. – Так и скажи, что не хотел чтобы я их видела.

– Не без этого, – ухмыльнулся Антон. – Я ведь знаю, как ты относишься к моим друзьям.

– Может ты и прав, – вздохнула она. – Ну и что Руслан? Помог?

– Не то слово... – мужчина сделал большой глоток чая и продолжил. – Он пригласил их в комнату для детей с ДЦП, я тоже зашёл. Пять друзей с жёнами, ещё и семь детишек. Руслан попросил их рассесться на стулья, сам остановился посредине комнаты. Закрыл глаза, пару раз глубоко вздохнул, и сказал «всё понятно, ничего сложного». – Антон замолчал, задумавшись.

– Дальше что было? – поторопила мужа Таня.

– Дальше? Он прошёл по комнате, коснувшись каждого буквально на пару секунд. Меньше минуты на всех и теперь у моих друзей, их жён и детей нет ни одной болячки. И ты знаешь Таня... От Руслана веяло такой силой... Мне показалось если он захочет, то разнесёт одним взглядом всё вокруг. Я одновременно испытал и страх и дикий восторг от причастности к чему-то неизвестному и... великому.

– Это да, – согласно кивнула Таня. – Каждый раз когда его вижу, то чувствую исходящую от него силу. Взгляд такой завораживающий и одновременно грустный. Как будто знает тайну, от которой ему плохо.

– Может и знает, – задумчиво произнёс Антон. – Умея исцелять одним прикосновением, возможно и видит что-то такое, что недоступно обычному человеку.

– Эх... – вздохнула Таня. – Как твои друзья? Остались довольны?

– Не то слово, – встряхнулся Антон, стряхивая наваждение. – Степан сразу попытался всучить Руслану котлету из бабок. Типа от братвы лучшему в мире лепиле.

– Ой дурак... – неодобрительно покачала головой Таня.

– Ты погоди, дай рассказать, – сдержал появившийся смех Антон. – Руслан конечно бабки не взял, а так посмотрел с прищуром на Стёпу, да и сказал: «Ты лучше эти деньги потрать на нуждающихся. У меня друг с подругой взяли шефство над детским домом, а что ты сделал хорошего для города?».

– Ну ничего себе! – воскликнула Таня.

– Я пошёл провожать друганов до машин, так они пока курили, решили тоже помочь детскому дому и взять шефство. Таня, я высказал и своё согласие. От нас двоих. Деньги есть, не обеднеем.

– Знаешь что Антон... – Таня внимательно всмотрелась в лицо мужа. – А давай ты своих друзей к нам в гости пригласишь? Вместе с жёнами и детьми. Дом у нас большой, места всем хватит. Пора уже начинать нормально общаться. Семьями.