Текст книги "Анатомия краха СССР. Кто, когда и как разрушил великую державу"

Автор книги: Алексей Чичкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Как Хрущев армию громил…

«Нововведения», которые чуть ли не ежемесячно воплощались в период руководства советским государством Н. С. Хрущева, охватывали также обороноспособность страны и её безопасность. Причем «новшества» следовали, зачастую буквально друг за другом и столь быстро, что оппоненты не успевали опомниться и, тем более, должно сопротивляться…

В данном случае речь о том, что полвека тому назад, 13–15 января 1960 г. – то есть почти одновременно – было упразднено общесоюзное МВД СССР, а Верховный Совет СССР без обсуждения утвердил Закон «О новом значительном сокращении Вооруженных сил СССР». Из армии и флота были уволены до 1 миллиона 300 тысяч солдат и офицеров – почти треть от общей численности военнослужащих в СССР к тому времени.

Зачем потребовалось проводить столь масштабные мероприятия, причем единовременно?

Мы уже рассматривали ситуацию того периода, в которой быстрый рост влияния элит большинства союзных республик и их экономически мощных «кланов» в высшем руководстве СССР – КПСС фактически начал подминать под себя общесоюзные структуры. Причем главной, можно сказать, мишенью воздействия этих элит стали прежде всего общесоюзные правоохранительные органы. Чтобы «обезопаситься» на случай расследований всевозможных экономических махинаций и, тем более, антисоветских действий в тех же республиках.

Тем временем, социально-экономическая и, стало быть, внутриполитическая ситуация в СССР в тот период ухудшалась благодаря небезызвестным «хрущевским экспериментам» («целина»; «кукуруза»; начало ликвидации «неперспективных деревень» только в РСФСР; продажа по всему СССР государственных машинно-тракторных станций финансово и технически недееспособным, в большинстве своем, колхозам; рост розничных цен на товары и услуги с конца 1950-х и т. п.). Поэтому хрущевскому руководству требовалась растущая поддержка со стороны национальных («окраинных») элит. Они, естественно, понимали ситуацию, потому и требовали взамен стратегических уступок со стороны Кремля. И в первую очередь – роспуска МВД СССР. По имеющимся данным, особенно активно по этому вопросу выступали власти республик Прибалтики, Закавказья и Средней Азии со второй половины 1950-х гг.

Более того: руководители тех регионов – члены ЦК и более высокой структуры – Президиума ЦК КПСС прямо или косвенно требовали от Кремля «должной благодарности» за то, что они поддержали хрущевскую группу в 1956–1958 гг. И не только в ее противостоянии со «сталинистами» (Булганин, Молотов, Маленков, Каганович, Сабуров, Шепилов), но и в «победе» хрущевцев над министром обороны Г. К. Жуковым. К тому же именно Хрущев в конце 1958-го заменил Н. А. Булганина на посту председателя Совета Министров СССР…

Словом, сочетание экономических и политических обстоятельств оказалось столь мощным фактором влияния, что Кремлю пришлось уступить. То есть, ликвидировать общесоюзное МВД. Характерно в этой связи, что почти всё досье МВД СССР на многих руководящих и экономических деятелей союзных республик в январе 1960-го было передано не общесоюзному КГБ, а министерствам внутренних дел или КГБ тех же республик…

МВД СССР было воссоздано только 26 июля 1966 г., то есть не сразу с приходом к власти Брежнева и Косыгина…

Но, как говорится, аппетит приходит во время еды. Потому в начале 1960-х лидеры ряда союзных республик требовали даже упразднения КГБ СССР, хотя до этого не дошло. Не в последнюю очередь – благодаря снятию Хрущева со всех постов в октябре 1964 г. По некоторым данным, именно для публичной демонстрации значимости общесоюзного КГБ в апреле – мае 1963 г. состоялся открытый судебный процесс над арестованным осенью 1962-го американским и британским шпионом Пеньковским.

Что касается одновременного и беспрецедентного сокращения Вооруженных сил – значит, надо было параллельно ослабить и армию.

Эта акция связана, прежде всего, с опасениями Хрущева, что «сталинистская тень» и влияние Жукова в армии, даже несмотря на его отставку, может привести к отставке самого Никиты Сергеевича.

Естественно, что престиж военной профессии с января 1960-го был снова и весьма существенно подорван, особенно политически.

Мы не оговорились – «снова». Ибо еще в 1955–1958 гг., в бытность Жукова министром обороны СССР, Хрущев инициировал первое сокращение советских Вооруженных сил на треть – почти на 2 млн 140 тысяч солдат и офицеров. А газеты, журналы и другие советские СМИ и в те годы, и в 1960–1961 гг. с радостью сообщали, например, о том, как с улыбками уничтожают новейшую военную технику, как солдаты и офицеры с криками «ура» реагировали на сообщения о сокращении армии и т. п.

По мнению многих отечественных и зарубежных аналитиков, поддержка тогдашним министром обороны Жуковым лично Хрущева на июньском (1957 г.) пленуме ЦК, «разгромившем» оппонентов Никиты Сергеевича в высшем руководстве СССР, дала понять хрущевцам, что армия и ее полководцы могут эффективно вмешиваться в политическую жизнь страны и партии. Потому и Жуков, и армия в целом стали небезопасны для Хрущева, который смог «избавиться» от Жукова, заменив его своим сторонником – Р. Я. Малиновским. Впрочем, и последний «отблагодарил» Никиту Сергеевича отнюдь не формальным участием в мероприятиях по отставке того же Хрущева в 1964-м…

А новая дискредитация армии готовилось заблаговременно. Еще 27 июля 1959 г. Хрущев подписал постановление Совета Министров СССР о пенсиях военнослужащим и их семьям. Оно вызвало новое недовольство в обществе и армии, ибо военные пенсии сократили, а возможности «выслужить» даже сокращенные военные пенсии – затруднили. По архивным данным, это недовольство выразилось в призывах бастовать, «завалить» ЦК, минобороны и прессу протестами. Власть же ответила тем, что, повторим, 15 января 1960 г. Верховный Совет СССР санкционировал сокращение советских Вооруженных сил почти на треть.

Подчеркнем, в этой связи, что ни одна страна мира, не говоря уже о других великих державах, в те годы не сокращала свои войска – ни на собственной территории, ни на зарубежных базах.

Наоборот: численность, оснащение и финансирование зарубежных армий быстро увеличивались. А военно-политическая обстановка в мире ухудшалась. Вот некоторые тому подтверждения: США – принята резолюция конгресса и закон «О порабощенных народах» (1958–1959 гг.), стимулирующие расчленение не только СССР, но и РСФСР; военные столкновения в Тайваньском проливе (между КНР и проамериканским Тайванем) в 1958 г.; наращивание базирования атомного оружия США в Японии, Южной Корее и на Тайване с конца 1950-х; провокационный полёт Пауэрса (У-2) в 1960-м; американская агрессия в Ливане в 1958-м; начало военного присутствия США и наращивание сил в Южном Вьетнаме с конца 1950-х; «Берлинская стена» в 1961-м; «Карибский кризис» в 1962 г.; наконец, быстрое развитие советско-китайской и советско-албанской конфронтации именно с 1960 г.

Тем временем, армия КНР, в отличие от советской, в те годы быстро переоснащалась технически и наращивала свою численность, в том числе вдоль всей границы с СССР – свыше 4 тыс. км (!). Уже в 1964-м Китай испытал атомную бомбу, а советско-китайские отношения быстро ухудшались, в основном благодаря лично Хрущеву. Требование же тогдашней «просталинской» Албании к СССР в 1960 г. – вернуть ей военно-морскую базу в албанском южноадриатическом порту Влора (СССР ей пользовался с 1950 г.) и неудачная хрущевская попытка ликвидации тогдашнего албанского руководства – едва не привели к советско-албанскому конфликту в 1960–1962 гг.

Между тем еще в середине 1950-х по инициативе Хрущева СССР «сдал» свои военные базы на северо-востоке Китая, в прибалтийской Финляндии и вывел свои войска из Восточной Австрии. И своего рода эпилогом такой политики стало упомянутое сокращение советских Вооруженных сил в 1960–1961 гг.

Представляется, что не только «хрущевская боязнь» Жукова и армии в целом – главные мотивы-цели политики хрущевской группы в сфере обороноспособности и безопасности Советского Союза. Такие действия, с учетом пагубного социально-экономического курса и их последствий, означали одно: ускорение разрушения Советского Союза.

Как Хрущев Порт-Артур сдавал…

Притязания Японии на Южные Курилы, которые стали официально именоваться «Северными территориями»… через две недели после похорон И. В. Сталина, в случае их удовлетворения в состоянии разрушить российское государство с сопутствующим его расчленением. Вспомним, как в середине 1950-х были сделаны первые стратегические шаги по «удалению» СССР-России со стратегически важных территорий – на Балтийском море и на северо-востоке Китая. И сделало такие шаги само советское руководство…

Речь идет, во-первых, о финляндском полуострове Порккалла-Удд, что на стыке Финского и Ботнического заливов Балтики, и невдалеке от Кронштадта. Он был арендован СССР в 1944 г. сроком на 50 лет в соответствии с соглашениями с Финляндией, подтвержденными в последующих договорах и Мирном договоре с Хельсинки 1947–1948 гг. В этот район была переведена советская военно-морская база с южнофинляндского полуострова Ханко, расположенного вблизи Таллина, Хельсинки и почти напротив Кронщтадта. Как известно, Ханко был в советской аренде с середины марта 1940 г. до начала Великой Отечественной войны. Его героически защищали советские воины вплоть до середины декабря 1941-го.

Во-вторых – о советских военных базах и территориях в Порт-Артуре (Люйшуне) и Дальнем (Даляни), переданных Китаем в аренду Советскому Союзу в августе 1945 г. сроком на 30 лет. То были форпосты стратегического присутствия России на Дальнем Востоке и в Китае, захваченные Японией в начале ХХ века. Но после ее разгрома в 1945-м СССР восстановил российские позиции и в этом регионе.

Наряду с этими территориями, СССР была возвращена в 30-летнюю аренду в августе 1945-го и Китайско-Восточная железная дорога (КВЖД), тоже захваченная Японией в начале ХХ века.

Однако в середине 1950-х, по инициативе прежде всего Хрущева, СССР досрочно отказался от упомянутых форпостов, с чего, собственно, и началось «выдавливание» Советского Союза из Европы, Азии и других регионов мира.

Эти «подарки» Западу существенно ухудшили военно-стратегическое положение Советского Союза. Именно они стали прецедентом для более жёсткого наступления на позиции СССР, что называется, по всем азимутам. И наступления небезуспешного: так, в 1990-м Москва, благодаря небезызвестному договору Бейкер – Шеварднадзе, столь же добровольно и без какой-либо компенсации отдала американцам часть советской территории: свыше 15 % акватории Берингова моря. А ведь эта часть Беринговой акватории не только изобилует нефтегазоресурсами (не говоря уже о рыбных там «закромах»), но и фактически контролирует судоходство между Тихим океаном и Арктикой через Берингов пролив!

Так что сейчас нелишне напомнить о забытых, похоже, уроках геополитических провалов Советского Союза в первое послевоенное десятилетие.

Начнем с Дальнего Востока. Вот оценка И. В. Сталиным значения разгрома Японии: «Свою агрессию против нашей страны Япония начала еще в 1904 году во время Русско-японской войны… Как известно, в войне с Японией Россия потерпела тогда поражение. Было ясно, что Япония ставит себе задачу отторгнуть от России весь ее Дальний Восток…. Но поражение русских войск в 1904 году в период русско-японской войны… легло на нашу страну черным пятном. Наш народ верил и ждал, что наступит день, когда Япония будет разбита и пятно будет ликвидировано. Сорок лет ждали мы, люди старого поколения, этого дня. И вот… сегодня Япония признала себя побежденной и подписала акт безоговорочной капитуляции…»

Но сдали те позиции на северо-востоке Китая (Маньчжурия), как и в близлежащей Финляндии, уже через 10 лет, без какого-либо давления на СССР со стороны США, НАТО, Китая, Финляндии. Это, заметим, при том, что военные базы США – НАТО продолжали приближаться к советским границам. Тогдашние президенты США Трумэн, Эйзенхауэр, командующие американскими войсками на Дальнем Востоке Маккартур и Риджуэй признавали, что именно советское военное присутствие в Маньчжурии (Порт-Артур, Дальний, КВЖД) и на полуострове Ханко в первой половине 1950-х не позволило разгромить Северную Корею, вторгнуться в Китай (в ходе американской оккупации Тайваня и Корейской войны 1950–1953 гг.).

Видимо, тогдашние обитатели Кремля и советского минобороны забыли и о том, что восстановление российских-советских форпостов в Финляндии и Китае обошлось более чем в 15 тысяч погибших и почти в 10 тысяч пропавших без вести солдат и офицеров Красной армии… Один из полководцев Великой Отечественной войны, Главный маршал авиации А. Е. Голованов, отставленный со всех постов, с горечью говорил, узнав о сдаче Порт-Артура: «Как можно? Сколько людей там погибло… Это начало конца…»

Генерал М. Белоусов, служивший в Порт-Артуре, вспоминал, как Хрущев орал нашему командущему-фронтовику: «Это политика царская, империалистическая. Кого же и от кого вы собираетесь здесь защищать? Ты мне лучше скажи, сколько надо времени, чтобы здесь не осталось ни одного вашего солдата, даже вашего духа… Уйдете вы отсюда, уйдут и американцы».

Что касается КВЖД, Советский Союз уже в 1951–1952 гг. передал Китаю свои восстановленные права на эту важнейшую транспортную систему, по кратчайшему пути соединяющую Восточную Сибирь, Дальний Восток и район Дальний – Порт-Артур (Ляодунский полуостров). Это было связано прежде всего с тем, чтобы предотвратить прямое вовлечение СССР в Корейскую войну. Ибо американские ВВС в те годы бомбили и Маньчжурию, а, по имеющимся данным, в планы США входила бомбардировка и КВЖД, чтобы не столько прервать советско-китайскую помощь Северной Корее, сколько вовлечь СССР в ту войну. Которая в этом случае быстро трансформировалась бы в Третью мировую.

Так почему «хрущевцы» сделали столь беспрецедентые «подарки» Западу?..

Отметим, что еще в начале января 1953 г. в ходе переговоров британского премьера У. Черчилля с президентом США Г. Трумэном в Вашингтоне шла речь и о том, каким образом убедить СССР вывести военные базы из Китая, Финляндии и войска из Восточной Австрии после «ухода» И. В. Сталина (британские, американские и западногерманские СМИ в то время прогнозировали кончину советского вождя в ближайшие месяцы или даже недели…). Обе стороны решили, что необходимо прежде всего дать понять «послесталинскому» руководству: сферы влияния СССР в Восточной Европе, на Дальнем Востоке и в Юго-Восточной Азии сохранятся, а Запад снимет различные санкции с Советского Союза, что ускорит его экономическое развитие. В подтверждение этого Запад ослабил такие санкции в мае 1953-го, а в июне того же года отказался помочь антисоветским силам в ГДР, спровоцировавшим там беспорядки. То есть первое крупное антисоветское-антисталинское выступление, причем именно в Восточной Германии, демонстративно осталось без поддержки со стороны Запада.

По имеющимся данным, в ходе переговоров Хрущева и Булганина с Тито в Белграде и с основателем ФРГ – канцлером Аденауэром в Москве в 1955 г. советской стороне было сообщено, что капстраны хотят долгосрочного сотрудничества с новым руководством СССР – КПСС, что из-за этого советские интересы в мире не пострадают. Но для этого хорошо бы «умерить» приверженность Сталину и сталинской политике, а также ослабить советское военное присутствие на Балтике и в Китае. В подкрепление такой политики еще осенью 1954-го для СССР были открыты новые коммерческие кредитные линии в странах – членах НАТО, Австралии и Новой Зеландии.

Послесталинское руководство пошло на встречные, точнее – извне рекомендованные шаги. С 1954-го прекратилось издание произведений Сталина, а к концу 1955-го было упразднено созданное по инициативе Сталина, Жданова и Молотова Информационное Бюро коммунистических и рабочих партий; с того же года быстро восстанавливались отношения СССР с «титовской» Югославией. Запад предпринял новые «просоветские» шаги: в 1954–1955 гг. прекратилась французская агрессия против дружественного СССР Северного Вьетнама, гарантировался нейтралитет Австрии (что побудило СССР вывести свои войска из восточной части этой страны) и возобновились репарационные платежи СССР со стороны ФРГ (они начались в 1946-м, то есть еще до провозглашения ФРГ осенью 1949-го, но были прерваны в 1949–1953 гг., а завершились в 1958-м). Одновременно, с 1955-го пошли в рост поставки в Советский Союз разнообразного западного оборудования по низким ценам. И в том же году Албанию – тогдашнего стратегического союзника СССР в Средиземноморье и Адриатике (в Албании была крупная военно-морская база СССР до 1961 г. включительно) – приняли в ООН.

Эти факторы, наряду с «антисталинской предрасположенностью» Хрущева и многих его коллег, оказали решающее влияние на решение о прекращении советского военного присутствия в Финляндии и Китае.

Но, если по сути, – хрущевское руководство Запад обманул. Потому что упомянутые «льготы» для СССР не шли ни в какое сравнение с тем ущербом, который был понесен вследствие досрочного ухода с Порт-Артура – Дальнего и Порккалла-Удд.

Подрывная же работа против СССР в тот период даже усилилась: об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что в 1958–1959 гг. в США были приняты резолюция Конгресса и, соответственно, Закон «О порабощенных народах», планировавшие в бессрочной перспективе расчленение СССР на несколько марионеточных государств.

Итак, с упомянутых территорий в КНР Советский Союз ушёл, а американские войска и базы в Японии, Южной Корее, и на Тайване с Филиппинами – остались. Сами американские военные и аналитики впоследствии признавали, что именно отсутствие Советского Союза в Дальнем, Порт-Артуре и на КВЖД стало одним из «стимулов» и американской агрессии в Индокитае в 1966–1974 гг., и состоявшихся в 1955 и 1958 гг. «репетиций» вторжения американо-тайваньских войск в КНР.

А уход СССР с Порккалла-Удд сопровождался резким и долгосрочным усилением военного присутствия США как в Норвегии, включая соседний с Мурманской областью арктический Шпицберген, так и на балтийском побережье ФРГ. Кстати, примерно через четыре недели после советской «эвакуации» с Порккалла-Удд ФРГ приняли в НАТО!

Череда, мягко говоря, странных совпадений. Получается, что упомянутые действия «хрущевского» руководства были проамериканскими?

Да, пока сохраняется пророссийский характер нейтралитета Финляндии, которая в договорах-соглашениях 1944–1948 гг. обязалась не участвовать в военных блоках, прямо или косвенно направленных против СССР-России. Да, и Швеция сохраняет нейтралитет, не вступая в НАТО. Эти факторы прежде были обусловлены советским военным присутствием сперва в Ханко, затем в Порккалла-Удд, что официально признавалось в тех странах. Но долго ли США будут «терпеть» пророссийский нейтралитет Хельсинки и Стокгольма?..

Впрочем, чему, собственно, удивляться, если, например, с 1956 г. в СССР, в связи с хрущевскими договоренностями с Японией (1955–1956 гг.) насчет возможной передачи ей южнокурильских островов Хабомаи и Шикотан, было отменено всесоюзное празднование Дня Победы над Японией 3 сентября?..

Ретроспектива здесь, если вкратце, такова: Госкомитет обороны СССР 3 сентября 1945-го постановил считать этот день праздничным и нерабочим. С 1946-го тот день хотя и «восстановили» в качестве рабочего, но сохранили в качестве праздничного с тем же названием. Однако в начале августа 1956-го состоялось «закрытое» распоряжение президиума ЦК о «негласной» отмене празднования Дня Победы над Японией.

Это, заметим, при том, что тот же день остаётся официальным праздником во всех странах, воевавших с Японией и/или пострадавших, как и их зарубежных территорий, от японской оккупации в годы Второй мировой: в КНР, на Тайване, в Северной и Южной Корее, США, Австралии, Новой Зеландии, Монголии, Франции, Голландии!

Впервые законопроект о дополнении перечня дней воинской славы с формулировкой «3 сентября – День победы над милитаристской Японией» был внесен в Госдуму РФ Сахалинской облдумой в сентябре 1997 г. Законопроект получил одобрение, но Борис Ельцин подписать его отказался. Затем аналогичные законопроекты Сахалинская облдума вносила трижды, но тоже тщетно…

Многие сахалинцы небезосновательно утверждают, что российское государство, похоже, не хочет напоминать Японии об освобождении Северной Кореи и значительной части Китая от японской оккупации, как и о восстановлении исторической справедливости на Южном Сахалине, Курильских островах, КВЖД и Дальнем – Порт-Артуре…