Текст книги "Практикум (СИ)"

Автор книги: Алексей Федотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Глава 29

– Быстрее, ленивая жопа! – Разумовская сделала приглашающий жест рукой.

– Повторяетесь Алевтина Петровна! – бросил я и сплюнул кровь.

– Это не меняет того, что ты слишком медленно двигаешься! – Она ухмыльнулась. – Эта скорость не твой предел. Я же вижу.

Надо же. Видит она. Какая наблюдательная.

Последний раз, когда я ее попытался достать в рукопашной мне прилетело по грудине и вышибло весь дух. Пролетел я по воздуху знатно – метров пять.

Унял беснующуюся ЦИР в нейроимпланте, которая была готова обрушить на улыбающуюся старушку ад и небеса.

– Это друг!

– Вношу этот объект в базу дружественных! – произнесла обиженным тоном Мия. – Можно ли мне, в случае получения тобой повреждений несовместимых с жизнью, перенести этот объект в класс враждебных?

– Нет. В таком случае ты меня починишь! Не атаковать!

Вот подарок-то мне достался. Маниакальный боевой ЦИР который и думает, как бы и кого бы убить!

– Я все слышу!

Вот, вот….и с вредным женским операндом!

Я закряхтел и попытался встать.

На преподавательском полигоне, несмотря на мои ожидания, никого не было. По размерам это полигон был раза в три больше чем тот с которого мы с Разумовской час назад ушли. Поле, посыпанное мелким белым песком, было окружено бесконечным числом трибун, размещенных амфитеатром. За трибунами высокие стены в которых, я видел, скрыты активированные артефакты. По-видимому, защиты, но их действия я не наблюдал.

Аналогичные артефакты были и в бортиках, окружающих поле полигона. Вот действия этих артов я видел и еще как! Мерцающий всеми цветами радуги, полупрозрачный купол отрезал нас с Разумовской от трибун. Как только мы со старушкой зашли на поле он и включился. Я только тихо присвистнул.

– Знаешь, что это такое? – тут же спросила Алевтина Петровна.

– Защитный купол. – Спокойно ответил я. – Судя по цвету, абсолютная защита, защищающая от всех видов магии.

– Ты уже видел такое? – Жадно спросила она, вглядываясь мне в глаза.

– Нет, – соврал я. – Но читал в какой-то книге!

– Читал значит, – хмыкнула Разумовская. – Ну, ну.

Она снова кинула на меня оценивающий взгляд.

– Этот полигон создали тогда, когда создавали основные здания Академии. Тогда же были созданы и защитные артефакты для полигона.

– Не знал, – вежливо ответил я. – Артефакты создавали абсолюты?

– Да, именно! – Кивнула она. – Абсолюты тогда еще жили в столице, и первый ректор Академии был именно архимагом-абсолютом.

Я еще раз посмотрел на скрытые артефакты, но заметил, что Разумовская смотрит на направление моего взгляда и сразу перевел его наверх.

Мысленно надавал себе оплеух.

– А как эти артефакты заряжаются? Ведь насколько я знаю, в наше время магов абсолютов нет?

– Нет. По крайней мере официально нет, – она с прищуром посмотрела на меня.

– Так, тогда как?

– Другой древний артефакт, позволяющий заряжать накопители. Хочешь знать детали?

Я кивнул, хотя я догадывался как.

– Ты уже его видел, когда проходил церемонию приема.

Неужели?

– Царь камень. Это древний артефакт, позволяющий не только определять дар мага, но и заряжать накопители абсолютных артефактов. – Сказала Разумовская и с любопытством посмотрела на меня. – Принцип его действия достаточно прост. В углубление на вершине Царь-камня кладется накопитель. Маги четырех стихий становятся на четыре точки вокруг и отдают силу. Вот и все.

– Это держится в секрете? Потому, что я никогда не слышал об этом!

– Ну, все кому положено об этом знают… – она пожала плечами. – А другим это знать не за чем.

Хм…Кажется я нашел способ порасспросить кое-кого о диверсиях в моем нейроимпланте! С пристрастием порасспросить с битьем виртуальных боков!

– Алевтина Петровна, а могу я посмотреть на этот процесс зарядки?

– А зачем тебе⁈ – Искренне удилась Разумовская. – В принципе можешь, но зачем?

– Да я хочу изучить артефакторику и мне крайне интересны древние артефакты и все что с ними связано!

– Хм… Почему-бы и нет. Особого секрета в этом нет. – Она задумалась. – По планам, следующая зарядка накопителей полигонов будет через месяц. Напомни только за неделю, и я тебе скажу время. Стара я стала. Все забываю!

– Спасибо! Конечно напомню! – Я кивнул.

Месяц так месяц. Я умел ждать. А насчет стара… Есть у меня некоторые сомнения в этом. Сдается мне, что память у нее не чета многим молодым.

– Ну ладно. Разговоры – это конечно хорошо, но я все-таки, хотела бы посмотреть, что ты из себя стоишь и определится с твоими тренировками.

– Как будете смотреть? – Ухмыльнулся я.

– А вот так и буду, – вернула она ухмылку, отошла на пять шагов и развернулась ко мне. – Нападай!

– Прямо вот так? – я хмыкнул.

– Прямо вот так! Что, неужели старухи спужался?

– Да я просто не нападаю на женщин!

– Ха…Не нападает он! – Разумовская усмехнулась. – Ну давай вот так!

Как только она произнесла это, я почувствовал, что лечу, а на месте моего недавнего пребывания уже стоит она.

Ну вот как это? Что это сейчас было⁈

Я не видел ни одного движения, разве что у нее перед перемещением и ударом, слабо засветились каналы от подаваемой из источника магии.

– Плохо Демидов! Плохо! – Разумовская покачала головой. – Ты должен постоянно быть готов к угрозе и быть готовым отвечать!

– Я готов! – Сплюнул песок, неизвестно как попавший мне в рот. – Всегда готов.

– Нет! Не готов!

На это раз я уловил начало ее движения и умудрился откатиться в сторону.

– Неплохо! – С удовлетворением сказала старушка. Хотя какая она к черту старушка! Что б я так жил! – Но недостаточно! Ты все еще не готов нападать?

Я рывком поднялся, не отводя от нее глаз. Она со смешком кивнула.

От следующего нападения я уже увернулся на ускорении и попытался достать ее по корпусу правой рукой.

Моя рука попала в блок и тут же мне прилетело в плечо. Кулаком. Плечо отнялось.

Так мы и кружились вокруг друг друга. Я был сосредоточен и искал у нее слабые места. Она ухмылялась и постоянно «перетекала» с одной стойки в другую. В незнакомы мне стойки.

Я понимал, что дерись она всерьез, то после первого же удара меня как минимум надо было собирать по кусочкам. А если бы она применила магию огня⁈

Так бы вообще без шансов!

Но я попытался ее достать. Рывок на ускорении. Лоу-кик в живот!

М-да…

Она ушла, закрутилась в вертушку и вернула обратно удар ногой в грудину, по ребрам.

Как молотом приложили! Да так что пролетел эти несколько метров.

Я опять сплюнул кровь на белый песок!

– Ты там как? Живой? – Добродушно поинтересовалась Разумовская и видя, что я безуспешно пытаюсь подняться, удовлетворенно кивнула. – Живой! Ладно, закончили. Я увидела все что хотела.

Она подошла ко мне и села на песок. Достала из складок одежды лечебный артефакт, один в один как тот, что я видел в деревне, и осторожно приложила мне на грудь.

– Потерпи. Сейчас будет легче.

– Разрешить воздействие неизвестного артефакта?

О, Мия проснулась…Нет чтобы сразу мне помочь!

– Разрешаю. Это лечебный артефакт!

В голове у меня раздалось презрительное фырканье.

Ну конечно, конечно…Куда там туземным артефактам до крутого нейроимпланта! Но только этот артефакт меня сейчас лечит, а что сделала она?

– Состояние носителя далеко от критического!

Ну да, ну да… Вот если бы подыхал, то тогда бы она ух…Как начала бы лечить…

Боль в груди стала медленно уходить.

– Нет, на самом деле ты неплох, – Произнесла Разумовская.

Неожиданно.

Я скосил на нее глаза. Она сидела по-турецки, подперши правой рукой голову и смотрела на меня.

– Но это не отменяет того, что ты ленивая задница! Почему так медленно двигался?

– Как мог, так и двигался, – буркнул я и пожал плечами.

– Хм… Насколько я знаю технику ускорения, у тебя достаточный ранг, чтобы двигаться намного быстрее. Вот и вопрос, почему?

– А какое отношение имеет ранг к ускорению?

Алевтина Петровна с изумлением посмотрела на меня.

– Ты не применял магию на ускорение? – Алевтина Петровна с изумлением посмотрела на меня. – Но как ты…

Она с минуту смотрела на меня расширившимися глазами.

– Стоп. Ты что, ты действительно не применял магию?

– Нет.

– Невероятно! – Она с горящими глазами быстро цапнула меня за ногу выше колена и ощупала мышцы. Потом на другой ноге. Повторила: – Невероятно.

Я молча смотрел на нее.

– Что невероятно.

– Кажется я ошиблась насчет тебя. – Разумовская покачала головой. – Я не знаю, как, но ты можешь двигаться гораздо быстрее обычного человека, и все это за счет развития тела. Понимаешь?

– Честно говоря – нет. Меня так учил дед. Родовые техники боя.

– Не знаю, что это за родовые техники, но если так, то ты воистину бриллиант.

Я вопросительно посмотрел на нее.

– Не понимаешь?

Я покачал головой.

– Если ты так можешь двигаться без магии, то, как только освоишь технику ускорения, которую знаю я, то сможешь двигаться раза в два, а то и в три быстрее.

Интересно. Выдержат ли тело такую скорость? Но в любом случае это звучало многообещающе.

– Теперь касаемо магии? Какие ты знаешь заклинания?

– Ну, я знаю немного, – осторожно ответил я. – И только огненные. Из воздушного могу только шарик силы вызвать.

– А какие конкретно из огненных?

– Огненный кнут и файербол. Больше ничего не освоил.

Разумовская крякнула.

– Ну, неплохо. Третий ранг. Понятно. Больше ничего? А почему воздушные не учил?

– Не успел. У меня инициация прошла с опозданием. Весной.

Моя собеседница кивнула.

– Я в курсе твоей истории. Реальной истории.

– Что значит реальной? – осторожно спросил я.

– А то и значит реальной. Я знакома со Святославом. Имела с ним беседу.

Удивила. Честно удивила.

– Знаю, что случилось с твоим дедом и хочу сказать, что это возмутительно!

Ну, что возмутительно это я с ней согласен.

– Он рассказал и про приют и то, что на тебя там покушались.

Покушались да. Два раза. И один успешно.

– Святослав сказал, что у тебя было две инициации?

– Да.

– И какая стихия была второй?

– Огонь, – я решил отвечать честно. – Но попрошу об этом не распространятся.

– Да ты, что, Демидов? За кого ты меня принимаешь? – Оскорбленно фыркнула Разумовская. – Естественно это останется между нами. Но удивительно, как ты за столь непродолжительное время изучил не самые слабые заклинания. Большинство из тех, кого я знаю, учили эти заклинания в лучшем случае за год.

Я задумчиво посмотрел на нее.

– Учитель был хороший. А какая разница, какая стихия была открыта первой, а какая второй?

– Дело отнюдь не в стихии, – Алевтина Петровна потерла виски. – Ну начнем с того, что повторная инициация скорее исключение из правил. Согласен?

– Да. Я про это читал.

– Большинство двух или трех стихийников обретают такие силы сразу. После первой инициации.

– А в империи есть тристихийники?

– Я тебя умоляю Демидов. – Опять фыркнула Разумовская. – А то я не знаю, что ты в курсе, что наш император именно такой маг.

Ага. Судя по всему, она входит в число осведомленных о тайнах Святослава. Вопрос насколько она в курсе его тайн, а соответственно и моих.

– Простите. Я не знал, что вы знаете.

– Прощаю. – Усмехнулась старушка. – Да, я в курсе. Так вот. Маги, которые выживали после второй инициации и обрели еще одну стихию, как правило имели очень большую перспективу магического развития и как правило очень быстро становились архимагами. Буквально в течении нескольких лет.

– Не знал.

– Теперь знаешь. Эта информация…Скажем так, про нее не распространяются широко.

– Почему?

– А зачем нужна зависть обычных магов к повторно инициированным? Тебе нужна? – спросила Разумовская.

Я отрицательно покачал головой.

– Ну вот видишь. Не нужна. Хотя меня очень интересует другой вопрос.

Она с улыбкой взглянула мне в глаза.

– Кто тебя так врать-то научил, мальчик? Ведь ты врешь мне с самого начала нашего разговора!

Глава 30

Черт. Расслабился.

Мир наивных людей… Ан нет.

Не все.

Я посмотрел в серьезные и холодные глаза Разумовской. Вроде бы улыбается, а глаза как стволы орудий. Такие же бездонные.

Да, давно я такие глаза не видел.

Это глаза убийцы, прошедшего как минимум по сотням трупов.

Такие же как у меня.

– С чего вы сделали вывод, что я вру?

– Да с того, что мы со Святославом уже обговорили, как обучать абсолюта, и он поручил мне учить тебя магии огня. Именно тебя.

Я еще раз взглянул на нее.

Врет?

Да, не похоже. Ее лицо стало абсолютно серьезным.

– Ну, предположим. Хотя его величество мне ничего не говорил о вас.

Разумовская едко усмехнулась.

– А ты думаешь у него есть время сообщать тебе о каждом шаге? Думаешь у него дел больше нет? Да ты наглец, парень. Впрочем, у меня есть письмо для тебя.

Она достала конверт и вручила его мне.

Солидный кстати конверт, украшенный печатью с короной. Точно такой же, как тот, что я приносил к ректору.

Я коснулся печати, и дождавшись, когда она рассыпеться в пыль, раскрыл конверт и прочитал письмо.

Там всего-то было пару строк о том, что мне назначили учителей их фамилии. В том числе и Разумовскую. Над фразой в конце – «Старухе можешь верить, как мне» я задумался. В том-то и вопрос в том, что я не верил никому.

– Прочел?

– Прочел. – Я вложил письмо в конверт и смял его.

– Давай сюда.

Приняв конверт, она сжала руку с ним, и бумага рассыпалась невесомым пеплом.

– Так наша с вами встреча на этом полигоне всего лишь проверка вру я или нет?

– Не совсем. – В глаза Разумовской вернулась стариковская мягкость. Как оказалась фальшивая. Вот чего-чего, а ее глаза теперь никогда меня проведут. – Я действительно хотела посмотреть, что ты из себя стоишь без магии, и должна сказать – приятно удивлена. Да и врешь ты хорошо. Складно. Не зная я все о тебе – поверила бы.

Она усмехнулась.

– Ну это все пустое. Расскажешь правду?

Я пожал плечами.

– С какого места начинать?

Разумовская казалось удивилась.

– Ну, мы со Святославом говорили недолго. Вчера вечером. Он торопился куда-то, поэтому сказал, что можно расспросить тебя с момента, как ты попал в приют.

Я еще раз пожал плечами.

– Особо-то рассказывать не о чем. Прошел инициацию весной, как я и говорил. При покушении на меня. Но сначала не понял ничего о том, что случилось…

Я рассказал ей ту же версию событий что и императору. Разумовская кивала головой во время моего повествования.

– Стоп, стоп! У тебя действительно была вторая инициация⁈

– Ну так я и говорю. Вам же императорское величество сказал же?

– Так я думала, что это для отвода глаз для всех, а у тебя действительно было повторная.

Она тихо присвистнула. Помолчала.

– Я даже не могу предположить кем ты стал после этого. Но я могу сказать, что повторные инициации для абсолютов нехарактерны. Вообще.

– А вы откуда знаете⁈ – Теперь удивился уже я.

– А ты думаешь Святослав просто так привлек меня? Я интересовалась абсолютами с детства. Да я и пошла то в Академию, чтобы изучить книги из спецхранилища касаемо абсолютных магов. Здесь большая коллекция.

О как.

А я был прав с самого начала! Если и есть где книги о магии абсолютов, так это здесь, в Академии!

– Никогда не думала, что увижу и даже буду учить абсолютного мага. Такие как ты уже стали легендой, в которую-то большинство людей слабо верят. Даже не верится, – Разумовская вздохнула. – А ты можешь показать, что ни будь из своей магии?

Теперь вздохнул уже я, поминая недобрым словом клоунов на арене.

Прислушался к своим ощущениям. Вроде ничего. Вылечился?

Снял с груди уже тускло светящейся артефакт и положил на песок. Сложил правую ладонь и вызвал на ней радужный шарик.

Разумовская как завороженная посмотрела на него и даже прикоснулась рукой.

– Надо же. Смотрю и не верю.

Я сжал руку поглощая шарик. Затем зажег и погасил на руке все четыре стихии.

– Ну, вот в общем то все, что я умею пока. Заклинания огня думаю показывать не стоит?

– Не надо. – Алевтина Петровна была похожа на кошку съевшую большую крынку сметаны. – То, что пока ничего не умеешь, так это дело наживное. Будем учить. Но хочу предупредить! Практические занятия только на этом полигоне, при мне и при включенной защите, чтобы никто ничего не увидел.

– Понятно. Меня устраивает.

– Устраивает его, – проворчала Разумовская. – Кто еще в курсе, что ты абсолют?

– Только начальник моей гвардии.

– А у тебя уже появилась гвардия?

– Уже да.

– Шустро. Человек надежный?

– Он под родовой клятвой.

– Вот оно как. Это меняет дело. Кто-то еще?

Я задумался. Сказать про Лену или не сказать? С одной стороны, можно ее привлекать к моим занятиям по магии, но с другой, еще как аукнется? Решил не говорить.

– Больше никого, – соврал на голубом глазу.

– Ну, смотри. Это опасно в первую очередь для тебя и не только так как говорит Святослав. Как ты думаешь, почему принцесса Мэй вокруг тебя вьется?

Я с изумлением посмотрел на старушку.

– Она знает⁈

– Не думаю, – она покачала головой. – Но ее отец знает.

Я крякнул от досады.

Вот ведь. Везде ловушки и в этом случае медовая и экзотическая. Вряд ли император отпустит меня в другую страну, но если я женюсь на принцессе Чины здесь, то думаю, что оба императора будут довольны. От брака случаются дети и при этом стихия сильного родителя может наследоваться.

Вот жешь.

– Я вижу по глазам, что ты понял. А уж если ты раскроешься, то таких охотничков женского пола будет просто немеряно. Понимаешь?

Еще б я это не понимал.

Я содрогнулся от представляемой картины такого будущего. Меня ж просто разорвут на части и это нифига не было фигурой речи.

Не, не…мне такого счастья даром не нать, и с деньгами не нать…

Ай да Мэй… а еще есть и Трофимова, которую я тоже чем-то заинтересовал.

М-да.

– Ладно. Запугала я тебя, – Разумовская хлопнула меня по плечу. – Не дрейфь. Еще повоюем!

Я скривился. Может действительно сбежать ото всех?

– Кстати… Начет войны.

Я обратился в слух.

– Ты же в курсе, что все первогодки должен поехать на практику.

– Да.

– Знаешь, зачем это нужно?

– Мне вчера Мэй рассказала, что практика это для повышения ранга?

– Ну, если в общем, то да. Знаешь, что для этого надо будет делать?

– Участвовать в боевых выходах?

– В принципе, все верно. Но не столько в боевых выходах, сколько в сражениях! Более того, у меня есть приказ, готовить вас к походу на ту сторону.

– «Ту» сторону? Имеется в виду мертвые пустоши?

– Они самые! Кто-то, – она показала палец вверх. – Хочет, чтобы вы побыстрее набрали ранги. Но я думаю, что именно тебя хотят как можно быстрее вытянуть максимально наверх.

Я хотел спросить, и даже открыл рот, но…

– Демидов, я не знаю зачем это нужно. Подобная гонка за рангами нужна только в одном случае! В случае планируемой войны! Большой войны! Но сейчас империя не готовится к войне насколько я знаю. Конечно, с соседними странами у нас иногда случаются пограничные конфликты, но все в пределах нормы. Повода объявлять войну нет.

– А нельзя ли поднять ранг иначе? Без таких экстремальных мер как поход в мертвые пустоши?

– Можно, конечно. Эликсирами, сделанными их тварей мертвых пустошей. Ты же смотрел список? Дошел до раздела с эликсирами?

– Да, ознакомился.

– Молодец. Так вот. Размер источника можно увеличить эликсирами. Как только источник достигнет определенного предела, произойдет перестройка магических каналов в твоем теле и ты на следующем ранге. Поэтому будь готов, что тебе придется принимать первый эликсир в ближайшие дни. Второй – через полгода.

– Всего два?

– Больше нельзя. Иначе твое ядро пойдет в разнос, выжжет источник, и ты лишишься магии. Совсем!

М-да… Вот чего бы не хотелось. Но если эликсиры мне помогут стать сильнее, то риск оправдан. К тому же у меня есть Мия.

– Ясно! Может их совсем не принимать? Чтобы не рисковать?

– Можешь и не принимать, – покладисто согласилась Разумовская. – Но я бы на твоем месте, сделал все возможное чтобы быть сильнее к моменту нашего выезда на практику.

– Настолько все плохо?

– Хуже некуда, – мрачно кивнула она. – Обычно мы посылаем студентов только на старших курсах, а ваш курс не только физически не подготовлен, а еще у большинства детство в попе играет. Догадываешься, я думаю, кого имею в виду.

Да уж… Догадываюсь. На самом деле у нас большинство таких, кто еще не избавились от инфантильности. Тех, которые ждут, что за них придут взрослые и все за них сделают и порешают.

– Поэтому, давай ка, включайся в воспитательный процесс.

Я хмыкнул. Какого черта⁈

– Где я, а где воспитательный процесс?

– Не прибедняйся. Я видела, что ты сделал на первом же своем уроке. И потом наблюдала за тобой. Вашему курсу нужен безусловный лидер, который поведет их в нужную сторону.

– Вы видите в этой роли меня? Пожалуй, я откажусь. У меня, знаете ли, есть дела поважнее чем быть нянькой.

– Значит большинство из твоих сокурсников погибнет в первые же дни. Хочешь этого? – Вкрадчиво произнесла Разумовская.

– Знаете, я забочусь только о своих людях. Что мне чьи-то чужие дети? Если они не хотят делаться сильнее и избавляться от слюнявчиков, кто ж им в этом виноват?

– Эгоист ты, Демидов. Как есть эгоист.

– Да я эгоист, Алевтина Петровна. У меня почти уничтожили род. Мне его поднимать надо, а вы еще хотите на меня возложить неподъёмную ношу. За срок меньше чем год сделать из них боевой отряд? Это даже не смешно.

– А никто не заставляет тебя это делать. Более того, я сомневаюсь, что тебе вообще это удастся. Твоя роль быть лидером. Заставить идти за тобой. Прогнуть всех несогласных, а я уж воспитаю.

– Ну положим я соглашусь. Какая мне в этом выгода?

– Вот это очень правильный вопрос! – Усмехнулась Разумовская. – У Академии есть определенные ресурсы, которыми она может помочь перспективному студенту. А уж студенту, восстанавливающему род тем более!

Ух… По больному бьет – по финансам.

– О какой сумме идет речь? – Без обиняков спросил я.

– Не волнуйся. Не обидим!

Ага, ага! Не обидим! Только на такие фразы я давно не ведусь.

– Хотелось бы знать размеры моего вознаграждения, – вернул Разумовской ее улыбку.

– Ну ты и жук! – Удовлетворенно буркнула Алевтина Петровна. – Ладно. Я перегорю с Рудым. Тебя известят.

Я кивнул. Ну что ж… Можно и подождать.

– Алевтина Петровна, а можно вопрос?

– Задавай.

– А вам то в этом какая выгода.

– Я не люблю хоронить своих учеников. Достаточная причина? – Разумовская сразу стала серьезной.

– Вполне.

– Ладно, – она кряхтя поднялась. Отряхнула широкие брюки от песка. – Засиделись мы с тобой тут.

Она посмотрела на защитный купол. Прошептала какую-то фразу и купол пропал. «Стек» в бортики.

– Ну, в общем мы договорись. Я поговорю с ректором насчет тебя и наших возможностей. Думаю, наше предложение тебя устроит.

Я кивнул.

– Но не думай, что избежишь боевых тренировок со мной. Я подумаю и составлю расписание тренировок.

Вообще не думал избегать. После того, что она показала мне буквально полчаса назад, я обоими руками за тренировки с таким мастером.

Я тоже поднялся.

– Возьми себе лечебный артефакт. Это аванс к нашему с тобой сотрудничеству, – Разумовская растянула губы в ухмылке. – Он тебе в ближайшие недели ох как потребуется.