Текст книги "Первое копье (СИ)"

Автор книги: Алексей Александров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

С учетом того, что большинство узлов «Стилета» совместимо с наиболее распространенными узлами других оруженосцев, с нами почтенный Загим отправил только то, что будет трудно достать. И часть этих запасов теперь потеряна из-за желания избалованной девчонки в очередной раз пойти наперекор отцу, показать характер.

– Понятно, – подытожил я, – мы остались без запасных частей.

– Тебе жалко что ли? Там этих запасных частей еще два здоровых ящика. К тому же с вами теперь отличный мастер. – Чтобы всем стало совершенно ясно, кого она имеет в виду, Ланилла гордо стукнула себя кулаком по груди.

– Ломастер. И ты отправляешься домой!

Все ее мысли были для меня, словно открытая книга. Ланилла надеется, что сможет убедить меня оставить ее с отрядом хотя бы на время. Пока новость об исчезновении дочери дойдет до почтенного Загима, пока он сообразит, где ее следует искать – глядишь неделя, а то и две пройдет. А там, кто его знает, может почтенный Загим плюнет на все и оставит ее на мое попечение. От меня-то она точно бегать не будет.

Но оно мне надо такое счастье?

– «Егеря» я так разломала, что ты в турнире победил! – напомнила она.

– «Егерь» получился удачной машиной, – не стал спорить я, но тут же добавил, гася огоньки триумфа в глазах Ланиллы: – Но восемьдесят процентов победы любого голема – навыки пилота в его кабине.

Насчет восьмидесяти процентов – спорно. Навскидку, исходя из личного опыта, процент больше половины, но меньше семидесяти. Но здесь и сейчас кто об этом знает, кроме меня?

– Двадцать процентов! Как низко ты ценишь мои усилия! Или слишком сильно завышаешь свои!

– Не хотел разбивать твои детские фантазии, но реальность жестока, смирись.

– Не реальность, а твое самомнение!

– Ссоритесь словно муж и жена, – вмешался Константин.

– После десятка лет брака, – добавил Сагар, разом добив спор.

– Вот еще! – отозвалась Ланилла, от негодования раздувая ноздри.

– Дурная шутка, – поддержал я девушку.

Хоть в чем-то мы согласны. Упаси боги от такого счастья! А от врагов я и сам как-нибудь спасусь!

– Спать будешь у меня, – сказала Дэя, почему-то бросив возмущенный взгляд в мою сторону, словно я только и думаю о том, чтобы затащить дочь почтенного Загима в свою постель. – У меня двухместная каюта.

Вся двухместность ее каюты заключалась в еще одной кровати, расположенной над первой, словно спальная полка в вагоне третьего класса. В моей каюте подобных извращений почему-то не было. Но это к лучшему! Там и одному-то тесно, а вдвоем…

Хотя, в этих самых каютах мы только спим. Остальное время сидим в гостиной-столовой, любуясь видом, или прогуливаемся по смотровой палубе.

Безмятежность, тишина, покой… Чувствую, что все это подошло к концу. И не Пепельные земли тому виной.

Глава 11
Чужое небо

Появление неучтенного пассажира капитан «Буревестника» воспринял с присущим ему флегматизмом. Ласс Лонкар Троган-Флона вообще оказался человеком довольно спокойным, даже равнодушным к людям. Зато на мостике «Буревестника» он по настоящему оживал. Полеты были его страстью, а небо – домом. Понятно, почему он не сидит в родовой усадьбе, изучая магические техники, постепенно разрабатывая каналы и увеличивая запас магических сил.

Недолгое путешествие подходило к концу. Перелетев Пресное море, «Буревестник» оказался над территорией унылой равнины. Не сказал бы, что лежавшая внизу земля была серой. Скорее бледно-бурой, да и то из-за того, что сейчас зима. Но с остальной растительностью, помимо травы, были проблемы. Ни единой рощицы или хотя бы дерева. Озера, реки – не было ничего. Даже удивительно, как местная скудная растительность выживает.

Люди не застали катастрофы, что произошла на этих землях. Наши предки в те времена пребывали в совершенной дикости, а на Суренасиле их и вовсе не было. Все что у нас есть о тех временах – это мифы про кровавые небеса и ядовитые дожди. Это можно было бы считать детскими сказками, но есть наглядное доказательство – Пепельные земли.

Дикая, ничейная и очень опасная земля раскинулась на юге, заняв добрую четверть материка. Здесь бесплодная почва, скудная растительность. Редки источники воды и многие из них отравлены. Яд сочится прямо из земли, как красочно описал кто-то из путешественников. Как будто этого мало, Пепельные земли населены всевозможными тварями, весьма напоминающими альвских боевых химер, но еще более опасными, уродливыми и страшными. Их так и называют – искаженными. Прибавим к этому расплодившихся в горах диких виверн, драконьи логова, и возникает резонный вопрос – а за какими демонами империя полезла в эту дыру? Не просто полезла, но и успешно закрепилась на огромном куске территории от Сухой реки до Великой топи? Ответ прост – камни маны. В Гнилых горах огромные, богатейшие залежи этой основы маго-технического прогресса. Да и в многочисленных руинах можно найти много всего интересного: те же камни маны, но уже заряженные, непонятные артефакты, а главное – знания древнего народа, жившего на этой земле. Не зря же считается, что идея первых паро-магомеханических големов происходит из Пепельных земель.

Последнюю ночь путешествия случилась знатная болтанка, мешавшая спать. Но пробуждение было еще хуже.

Резкий тревожный сигнал ревуна заставил меня подпрыгнуть на койке, мгновенно выбив последние остатки сна.

Первым делом рука отыскала один из револьверов, и только затем мозг напомнил, что неплохо бы одеться, а не скакать по палубе в нижнем белье, сверкая стволами. Да и прохладно там, отопление есть далеко не везде.

Пока одевался, как же это неудобно в таком узком пространстве, бросил быстрый взгляд в иллюминатор. Солнце стоит над горизонтом. Но с учетом нашей высоты, на земле еще ночь или самый ранний предрассветный час. В теории к полудню мы должны быть на месте. Но с чего тревога⁈

Ревун не смолкал, раздражающе бил по ушам, заставляя двигаться быстрее. Нацепив ремень с револьверами, выбираюсь из каюты. Очень удачно мимо дверей пытается проскользнуть воздушник-юнга.

– Что случилось? – спросил я, схватив его за плечо.

– Виверны, Ваша Светлость! – выпучив глаза, крикнул он, с испугу протитуловав меня графским титулом. – Наблюдатели заметили огромную стаю диких виверн!

Захотелось выругаться. Грубо. А воздушное путешествие сразу же потеряло былую привлекательность. Вот тебе и романтика полетов вдали от суеты мира! Правы оказались мои предчувствия. Люди в небесной вышине лишь гости. Небеса принадлежат другим.

Конечно, виверны – это далеко не драконы. Сравнивать их, это сравнивать матерого волка с дворовым псом, неопределенной, но явно не бойцовой или охотничьей породы. Виверны в полтора-два раза меньше драконов, не плюются огнем. Не имеют столь впечатляющей силы, мощи, защиты, как от обычного оружия, так и от магии. Но драконы – одиночки, а виверны – стайные существа. Каждая стая состоит из самца и пяти, а то и десяти самок. И по силе такая стая вполне сравнима с драконом, а то и превосходит его, ведь боги на стороне больших батальонов.

Еще одна мерзкая особенность – укусы у самок ядовиты, а яд настолько едкий, что походит на очень сильную кислоту. Кислотные гранаты ликанов и варгаров сделаны на его основе.

– Что случилось? – дублируя мой вопрос, из соседней каюты появилась Дэя и позевывающая Ланилла. Последней кровать в каюте, пусть и на верхней полке, понравилась куда больше мешков в трюме.

Хорошо, что ей хватило ума запастись теплой одеждой. Иначе бы ее дикая выходка могла плохо закончиться. В трюме температура, что за бортом.

Следом за девушками появился Сагар с Амитой… вот только вышли они почему-то из одной каюты. Или мне показалось? Ладно, не до того сейчас!

Самым последним на зов тревоги явились Константин и Конн. Зато последний был лучше всех вооружен. Два револьвера в руках, еще два за поясом и револьверная винтовка на плече. Как-то слишком буквально он воспринял мой совет хорошенько вооружиться перед путешествием. И потратил на оружие куда больше того небольшого аванса, что я ему выдал. Но мне такая предусмотрительность импонирует. Обязательно выпишу ему премию… если мы переживем эту небольшую практику. А то столь раннее появление виверн меня как-то смущает.

На земле, да при четырех готовых к бою оруженосцах, нам та стая виверн – отличная возможность опробовать машины в настоящем бою. Но сейчас-то мы в воздухе – их стихии.

– Виверны. Могут напасть, – коротко проинструктировал я свою команду приключенцев-испытателей. – Идем на оружейную палубу. Поможем, чем сможем.

Пусть пажи и недомаги, но кое-что мы все же умеем. Наша помощь лишней точно не будет, как и стволы пистолетов. Да и не по мне это сидеть ждать, когда вокруг идет бой, от которого твоя жизнь зависит. Дело не в какой-то там храбрости или чести – обычный инстинкт самосохранения. Кто-то прячется, забившись в норку, кто-то встречает опасность грудью. Но с первым в воздухе определенные проблемы, поэтому и выбора особого нет.

Легко быть героем, когда некуда отступать.

Суеты на оружейной палубе не было. Команда «Буревестника» демонстрировала отменную выучку и слаженность. Прежде закрытые и опечатанные зарядные ящики были распахнуты. В каждом блестели от оружейной смазки снаряженные барабаны для скорострельных ружей. Оружейники не стеснялись и делали их сразу на двенадцать зарядов. Да и барабаны не были на эти самые барабаны похожи. Так называлась сложная система из натянутой на овальный каркас стальной ленты с заряженными каморами.

В противовес кораблю морскому, на корабле воздушном во время боя капитан находился не в боевой рубке, а на оружейной палубе. Магу так удобнее действовать. А для поддержания работы рунных цепочек силового набора корпуса в центре оружейной палубы имелась специальная конструкция, больше похожая на толстую колонну.

Степенно, словно на прогулке, ласс Лонкар Троган-Флона расхаживал вокруг нее, вливая силу в рунные цепочки дирижабля. Причем предпочтение в защите отдавалась оболочке, а не гондоле. Оно логично. Пусть давно прошли те времена, когда дирижабли заполняли взрывоопасным водородом. Но сильные повреждения оболочки приведут к тому, что воздушный корабль закончит полет падением. А повреждения гондолы не так фатальны… даже если пассажиры или кто-то из экипажа думает иначе.

– Прикройте нос и корму! – скупо приказал он, заметив нас.

– Константин, Сагар, Амита, Конн – на корму, – бросил я, распределяя роли. – Дэя, остаешься со мной. Ланилла, держись рядом.

– А может я тоже на корму хочу, – проворчала Ланилла. Нашла время, чтобы дуться. Нет, когда все это закончится, возьму грех на душу, и проделаю с ней то, что давно следовало почтенному Загиму проделать – перекину через колено, да всыплю!

Словно угадав мои мысли, Ланилла спряталась за спину Дэи и безропотно проследовала за нами.

– К бою! Стрелять только если нападут! – строгим, но спокойным тоном провозгласил ласс Лонкар Троган-Флона, продолжая вливать ману в рунные цепочки.

Первые номера схватили ружья, вторые быстро провернули ручки заводного механизма. Тихое тиканье постепенно ослабевающих пружин заполнило палубу, словно мы оказались внутри огромного часового механизма.

Гротескное тело одной из виверн мелькнуло метрах в двухстах к западу и чуть выше дирижабля. А где одна виверна, там и все остальные. Твари укрылись в низких штормовых облаках. Сразу и не понять, преследуют они нас или просто мимо пролетают.

Пытаясь разорвать дистанцию, «Буревестник» стал забирать на северо-восток, постепенно набирая высоту. На мой взгляд, не лучшая идея лезть в облачность. Но что я знаю о воздушных боях?

Пока шел набор высоты, все было тихо. Виверны исчезли и больше не появлялись. Но улетели они или притаились и ждут нас в облаках – большой вопрос.

Зато мне стало понятно желание капитана Лонкара забраться повыше. Сверху «Буревестник», да и остальные дирижабли слишком уязвимы. Два скорострельных ружья там и шесть тут, это не считая магии капитана, пушек и наших стволов. Последние, так себе огневая мощь, но что-то лучше, чем ничего.

Или капитан планировал переждать в облачности стаю? Спрятаться, чтобы виверны нас потеряли? Далеко они забрались, почти до моря долетели. Случай не такой редкий – бывает, что стаи виверн и через море перебираются, нападая на Речную или Южную марку – но не рядовой.

Минуты текли медленно. Зато быстро падала температура.

«Буревесник» вошел в облака, первые номера скорострельных ружей азартно водили стволами из стороны в сторону, беря на прицел любую тень. Хорошо, что угол вертикальной наводки ружей ограничен, а то в порыве боевого азарта можно забыться и прострелить оболочку своего же дирижабля. Да, она защищена магией капитана, но крепость защитных чар лишний раз проверять не стоит.

– Гарн! – потеребила меня за локоть Ланилла. – Револьвер дай.

– Держи! – Протягиваю ей второго «Стража». Против виверн это не более чем хлопушка, но уверенности придает.

Вчера Ланилла «нашлась», а сегодня нас нашли неприятности. Я человек не суеверный, но нет ли здесь связи? Эта девчонка просто притягивает к себе неприятности. Впрочем, эти слова справедливы и для меня.

– Может, мимо пролетели, – шмыгнув простуженным носом, с надеждой прогундосил стоявший рядом с первым номером заряжающий носового ружья.

Стрелок ему не ответил, сосредоточено всматриваясь в мутно-серую пелену, окружившую дирижабль.

Виверны глупее драконов, но в хитрости им не откажешь. Как и драконы, они твари полумагические. И любят погрызть что-нибудь вмещающее магию. В идеале – магов, но за неимением идеала пойдут камни маны или же изрезанный магическими рунами силовой набор дирижабля. Впрочем, от мяса обычного человека они тоже не откажутся.

Так что для них наш «Буревесник» – что стол накрытый. Правда этот стол охраняют громовыми палками, а главное блюдо еще и больно огрызается магией, но никто не говорил, что будет легко. Да и голодные виверны славятся отсутствием инстинкта самосохранения.

Все началось, когда «Буревестник» начал выбираться из облаков. Сверху послышались частые выстрелы, возвещая о том, что без боя мы не уйдем.

– Не отвлекаться, по сторонам смотреть! – приказал капитан Лонкар, когда заметил, что большая часть стрелков косится наверх. Оболочка дирижабля мешала рассмотреть, что там происходит, но пальба не смолкала. Стреляло только одно ружье, но создавалось впечатление, что оно бьет без остановки. А это невозможно. Значит, пока одно стреляет, другое перезаряжается – разумная тактика, позволяет вести огонь без перерыва.

– Контакт! Прямо по курсу! – крикнул стрелок носового ружья, но стрелять не стал.

Поводив длинным стволом, ухнуло одно из носовых орудий, отправив в сторону вынырнувшей из облаков твари заряд тяжелой картечи. Почуяв угрозу, виверна сложила крылья и словно сокол камнем рухнула вниз, вновь нырнув в молочную шапку облака.

Словно сообразив, что на перезарядку орудия нужно время, из облаков появилось еще шесть тварей. И какая-то часть, судя по непрекращающейся стрельбе, сверху. Как-то их слишком много! Большая стая!

Носовое скорострельное ружье плюнулось свинцом, а за ним заработали и остальные ружья.

Ухнула вторая пушка и одна из виверн неудачно влетела прямо в сноп картечи. Большая часть картечин попала в крыло, мигом размочалив его в клочья. Издав протяжный, испуганный визг, виверна закувыркалась к земле. Первая кровь была пролита.

Воздушники встретили это падение радостными воплями, но стрелять не прекращали, боевая палуба потонула в пороховом дыму, окутавшим «Буревестник» словно личное облако.

Откуда-то сверху вниз полетело еще одно тело, человеческое. А следом за телом вниз улетело и одно из скорострельных ружей. Похоже, защиты верхней полусферы у нас больше нет. Теперь вся надежда на защитные плетения капитана Лонкара, да прочность «Буревестника».

Еще один воздушник скользнул по оболочке дирижабля, тщетно пытаясь зацепиться за нее, и крича, ухнул вниз. Огромная виверна, больше похожая на дракона, вынырнула из облаков, поймала несчастного в пасть, и тут же скрылась под дирижаблем.

А вот и самец объявился! Узнаю характерный черный окрас. Послал своих дам вперед, а сам беззастенчиво пользуется результатами их трудов. Родовитый, небось? Больно повадки похожи.

Вновь бухнули орудия. Сначала левая, а затем и правая пушка. Два промаха. Сообразив, где главная опасность, виверны не спешили подставляться под картечь.

– Барабан! – потребовал стрелок носового ружья.

Второй номер ловко отсоединил пустой барабан, вставил новый, на всякий случай крутанув ручку «дьявольских часов». Раздраженное тиканье взведенной пружины потонула в звуках выстрелов.

Внезапно наверху вновь ожило скорострельное ружье, но продолжалось это недолго. Три виверны резко набрали высоту, и на десятом выстреле ружье замолчало, теперь окончательно.

Сразу две виверны налетели справа. Едва не столкнувшись друг с другом, они врезались в борт смотровой палубы. Дерево затрещало, вся гондола содрогнулась. Не знаю, чем она там прикреплена к оболочке, но от таких ударов может и оторваться.

Едва устояв на ногах, не особо целясь, делаю два выстрела в ближайшую тварь, что впилась зубами в одного из воздушников. Ловко отцепившись от проломанного борта, виверна исчезла, прихватив с собой вопящую добычу.

Второй виверне повезло меньше, капитан Лонкар молниеносно сплел неизвестный мне аркан – змеиная голова на длинной шее просто взорвалась, заляпав палубу своим немногочисленным содержимым. Безвольно повиснув на кривых когтях, тело виверны медленно сползло по борту и улетело вниз.

Минус два! Но на смену одной убитой виверны разом появилось три новых. Они там в облаках почкованием что ли размножаются⁈ Или нам не повезло нарваться на стаю, незадолго до разделения, когда подросший молодой самец уводит часть гарема у своего папочки?

– Есть! Сдохни ублюдок! – радостно завопил второй номер носового ружья, показывая неприличный жест куда-то вниз. Похоже, стрелок кого-то подстрелил. А половая принадлежностью виверн воздушников не интересует.

– Барабан меняй! – рявкнул на него первый номер, выпустив последние пули в промелькнувшую неподалеку тень.

Второй номер привычно отсоединил барабан, положил его в зарядный ящик. Внезапно откуда-то снизу вынырнула темная тень. Кривые когти сомкнулись на скорострельном ружье, вырвав его вместе с вертлюгой и куском борта, стрелок успел отпустить оружие и отлетел в сторону, едва не провалившись в одну из дырок в борту. А заряжающему второму номеру не повезло, крепкие клыки вонзились ему в плечо и утянули с палубы.

Все произошло очень быстро, практически мгновенно. Хоть я и успел выпустить в виверну остаток барабана, да и Дэя с Ланиллой не отставали, вряд ли мы сильно ранили тварь. Скорее, просто разозлили. Хоть виверна и не чемпион ликанов, но пулями ее взять сложно. Тут не три револьвера нужно, а слаженный залп винтовок взвода латников, тогда шансы есть.

Меняю барабан. Замерзшие пальцы слушаются плохо. Зная, что зимы в Пепельных землях теплые, о перчатках я не позаботился. А для комфортных прогулок по смотровой палубе достаточно было держать руки в карманах.

Несмотря на сильный ветер, палуба все так же тонула в дыме. Мерзкий привкус пороха щекотал гортань. Воздушный бой шел всего ничего, но с каждой секундой становилось очевидно – мы его проигрываем! Половина скорострельных ружей выбита, погибло несколько членов экипажа. От окончательного поражения нас спасают только пушки и магия ласса Лонкара.

Как-то внезапно схватка стихла, перестали мелькать стремительные тени, затихла стрельба, «Буревестник» вновь оказались в облаках.

Неужели отбились? Радость моя была недолгой, на лестнице появился воздушник с боцманской дудкой на шее.

– Оболочка пробита, часть баллонов потеряна, теряем высоту, капитан, – коротко доложил он, заставив всегда сдержанного капитана Лонкара заскрипеть зубами.

Низвергнутый с небес «Буревестник» падал.

Глава 12
Крушение надежд

Я бы не сказал, что падение наше было стремительным, но бессердечное притяжение неумолимо тянуло воздушного гиганта в объятия матери земли. И нас вместе с ним! Что хуже всего, виверны и не думали прекращать свою атаку. Плюнув на зубастую гондолу, они облепили со всех сторон оболочку и терзали ее. Защитная магия постепенно сдавала, а тонкая оболочка яростным атакам противиться не могла. Теряли газ пробитые баллоны. Трещал силовой набор. В паре мест крылатые твари сумели добраться до шпангоутов и азартно грызли их, руша кислотой рунные цепочки.

– Прочь твари! – взревел капитан Лонкар, вскинув руки в несколько картинном жесте.

Порыв штормового ветра снес виверн с оболочки, но одна из них, словно в насмешку над магом, успела оторвать не только внушительный кусок внешнего слоя, но и один из хвостовых стабилизаторов.

Клюнув носом, «Буревестник» ускорил потерю высоты и начал медленно вращаться, словно падающий с дерева лист. Вот она главная проблема полетов – падение.

– Отключить паровик! – бросил ласс Лонкар, обнимая рунную колонну двумя руками. Но не для того, чтобы удержаться. Маг вливал в падающий корабль ману. Щедро, без остатка. Рунные цепочки замерцали особенно ярко, падение слегка замедлилось, но «Буревестник» все еще продолжал снижаться. Небесам явно надоело присутствие людей, и они спешили вернуть нас на землю.

Да я не против, только можно чуть помягче?

Надежды мои похоронил следующий приказ капитана «Буревестника».

– Покинуть орудийную палубу! Приготовиться к жесткой посадке!

Выглядел он при этом страшно. Кровь отлила от лица, а глаза наоборот покраснели от лопнувших капилляров. Спасение корабля, а заодно и нас, давалось магу-капитану нелегко. Это еще не магическое выгорание, но весьма близко к этому. Да и есть ли это спасение? Земля приближается как-то слишком стремительно. Еще не падение, но уже не полет.

Я бросился было к нему, чтобы помочь с вливанием маны. Пусть это капля в море, но все же это капля магии! Но наткнулся на яростный взгляд.

– Не слышали приказ, сквайр! – разозлено рявкнул Лонкар и уже тише добавил: – Уходите. Я справлюсь.

Уцелевшие на орудийной палубе воздушники поспешили наверх, внутрь гондолы, рассыпаясь по отсекам. Решив спасти воздушный корабль или погибнуть вместе с ним, ласс Лонкар остался на оружейной палубе, ни на секунду не прекращая вливать ману в рунные цепочки. Либо знал, что рассчитывать можно только на силу магии.

– Держитесь! Сейчас будет удар! – крикнул кто-то, когда мы оказались в гондоле.

Знать бы еще за что держаться.

Снизу донесся громкий треск, заставив поторопиться с принятием решения. Хватаюсь за один из столов кают-компании, привинченных к полу, практически растянувшись на столешнице.

Новый треск, грохот, удар. Звон разбитого стекла. Еще удар! Зубы клацнули до хруста, чуть не отхватив кончик языка. Мир переворачивается. Не с ног на голову, а градусов на девяносто – гондола опрокинулась набок.

Сорвавшись со стола, лечу на пол, еще недавно бывший стеной. Сгруппироваться не успеваю.

Приложился я знатно – искры из глаз полетели, но сознания не потерял. Тряска прекратилась, как и треск сминаемой обшивки. Посадку вряд ли можно назвать мягкой, но мы на земле и это главное.

К демонам дирижабли! Не рожден я для полетов!

Первым делом осмотреть себя. В горячке на адреналине можно получить травму или рану и не заметить. А потом поздно станет.

Руки-ноги целы, несколько мелких порезов не в счет. Челюсть слегка болит, но тоже цела. Голова в порядке. Тело в норме. Повезло, отделался легким испугом.

Как там остальные?

Осматриваюсь – в кают-компании полный разгром. Изломанная мебель и два изломанных мертвеца, один из которых пока что жив, но спасти его не получится, можно даже не пытаться. Дэя и Ланилла, к счастью, живы. Стоят, пошатываясь, опираясь друг на друга.

– Выбираемся наружу, помогаем раненым, – приказал я, лихорадочно вспоминая, где именно расположен паровик «Буревестника».

Капитан Лонкар, да примет его Синее Пламя – сомневаюсь, что на принявшей основной удар орудийной палубе мог кто-то уцелеть – успел отдать приказ, чтобы паровик заглушили. Но не факт, что этот приказ успели выполнить. А только взрыва паровика нам после наших приключений и не хватает! Уцелев при падении, глупо сдохнуть на земле от вышедшей из-под контроля паро-магической машины.

Пока девушки и уцелевшие воздушники проверяют тела и вытаскивают раненых, пытаюсь пробраться по коридору в центральную часть гондолы. Именно там расположено машинное отделение.

Всюду разгром. Пару раз на пути попадались мертвые тела, в толстых кожаных куртках. И при каждой такой находке становилось страшно, что следующий мертвец окажется кем-то из моих друзей.

Обошлось. Хотя судьба остальных пока что не ясна.

Лестница на следующую палубу превратилась в кучу мусора, полностью перекрыв проход в машинное отделение. Нужно искать обходной путь. Или лучше выбраться наружу и попытать счастье там?

Сложная дилемма решилась внезапным появлением очередного воздушника. Зажимая кровившую голову, он спотыкаясь брел откуда-то из недр корабля. Но залитое кровью лицо я узнал – почтенный Ано, младший корабельный механик.

– Почтенный Ано, что в машинном?

Воздушник посмотрел на меня безумным взглядом, явно не понимая вопроса.

– В машинном! – я ткнул носом в заваленный проход. – Что с паровиком?

– Заглушен, – хрипло выдохнул он, обмяк и стал оседать.

Подхватив его под плечи, тяну к выходу, а вернее к здоровому пролому в корпусе.

Откуда-то сбоку выбирается Константин.

– Гарн! Ты как, цел?

– Цел, помоги.

Общими усилиями мы вытащили техника из гондолы. Константин прихрамывал и болезненно морщился при каждом шаге, но с упорством вола, помогал мне тащить тело.

Выжившие собирались чуть в стороне от крушения. И я с облегчением рассмотрел среди них не только Дэю и Ланиллу, но и Конна, Сагара и Амиту. Все помяты, побиты, но относительно целые.

– Константин, Гарн! Мы здесь! Сюда! – помахала нам Дэя.

Присоединив потерявшего сознания механика к прочим неходячим раненым, быстро оглядываюсь по сторонам.

Картинка та еще!

Потеряв оружейную палубу – она просто развалилась от сильного удара, заодно слегка смягчив падение – «Буревестник» пропахал гондолой по земле широкую борозду и завалился набок. От красавца дирижабля осталась груда обломков. Ткань, дерево, железо – все перемешалось. Относительно целой выглядит только опрокинутая гондола. Да и та лишилась смотровой палубы и застекленного мостика в носовой части.

Про судьбу капитана Лонкара лучше просто не думать. Вряд ли мы сможем найти хотя бы тело. Но его жертва не была напрасной, часть экипажа «Буревестника» и все пассажиры пережили падение. Как это ни странно, но мои почти целые. Легкие ушибы, вывихи, ссадины, но переломов или других серьезных травм нет. Обошлось. С экипажем дирижабля хуже, на ногах шесть человек разной степени помятости. Еще четверо без сознания валяются на земле. И наверняка в гондоле есть еще раненые.

Первым делом нужно озаботиться их спасением. Затем необходимо собрать припасы…

Мое внимание привлекли снижающиеся к месту крушения точки. Хотя, какие точки – проклятые виверны и не думают оставить нас в покое! Да и зачем? Зря они что ли старались, потери несли? Низвергнув «Буревестник» с небес, виверны рассчитывали кровью и мясом взять с нас компенсацию за погибших.

– Вот ведь твари, все не успокоятся! – прошипела Дэя, проследив за моим взглядом.

– Планы меняются! Все назад! – приказал я, вновь подхватывая тело техника. – В темпе, если не хотите стать завтраком!

Обломки гондолы и дирижабля дадут нам хоть какое-то укрытие. А на ровной местности мы одними револьверами да нашей хилой магией от виверн не отобьемся. Если только… Мой взгляд упал на хвостовую часть гондолы, где-то там грузовой отсек и наши «Стилеты». Если люди пережили падение, то и боевые машины могли уцелеть.

– Уносите внутрь, прячьтесь, – приказал я, передав тело техника одному из воздушников. – Копье, за мной.

Виверны низко, но пока еще игнорируют копошащихся внизу человечков. Не торопятся, словно гурманы перед богато накрытым столом, присматриваются с чего начать пиршество.

Дружно добираемся до кормовой части гондолы и укрываемся внутри.

Итак, что мы имеем. Два «Стилета» погребены под обломками. Что с ними, совершенно непонятно, только ноги торчат. Два оставшихся валяются на земле, зажатые в остатки погрузочного короба, и выглядят помятыми, но относительно целыми. Но чтобы до них добраться нужно преодолеть тридцать метров по открытой местности, из-за мелких и крупных обломков не слишком пригодной для бега.

Пустяк! Секунд пять! Да вот только в воздухе темные крылья.

Плюс возникнет вопрос запуска машин и оружия. Рунные глефы хранятся в запечатанных оружейных ящиках где-то в трюме. А где в этих обломках этот самый трюм?

Впрочем, големы сами по себе оружие и лучше сделать ставку на них, чем на прятки в обломках, наши слабые пукалки и не менее слабую магию.

– Хочешь запустить «Стилетов»? – озвучила очевидную вещь увязавшаяся с нами Ланилла.

– Да, – кивнул я, кинув ей ремень со «Стражем» и запасными барабанами. Все равно при беге он будет мне только мешать, – но сначала нужно до них добраться. Прикроете меня огнем.

– Я с тобой! – подобралась Дэя. – Два лучше, чем один.

Подвергать ее опасности мне не хотелось, но аргументов для возражений не нашлось. Константин и Амита прихрамывают, у Сагара левая рука висит плетью. Конн крепится, но видно, что он здорово приложился при крушении, и с трудом двигается. А Ланилла даже кристалла-активатора не имеет. Так что выбор небогат. Да и неизвестно, что опаснее – к големам бежать или отвлекать внимание.

– Хорошо, – кивнул я, отдавая последние инструкции: – Больше шума и дыма, а затем прячьтесь в обломках гондолы…

– Сделаем, – хмуро кивнул Сагар, с опаской поглядывая в небо.

Виверны кружились над обломками, словно вороны. Неторопливо, гордо! Будто знали, что спешить им некуда. Пушки больше не выстрелят, не ударит магия. А хлопушки жалких двуногих, ошибочно посчитавших себя повелителями небес, их не страшили.

Вопросительно смотрю на Дэю.

– Твой ближний, мой дальний. Готова?

– Да!

– На счет три. Один! Два! Три!

Вперед! Вперед! Меньше смотреть в небо, больше под ноги.

За спиной грохот выстрелов. Может пули вивернам что укол, но кому понравится, когда тебя постоянно пытаются уколоть? Как минимум, они подумают, прежде чем атаковать. А то и вовсе заберутся пока что на высоту. Краем взгляда проследив, чтобы Дэя оказалась под защитой корпуса опрокинутого «Стилета», я добежал до второй машины.

Люк «Стилета» расположен несколько нестандартно, с левого бока корпуса, выступающего вперед, словно перевернутый нос корабля. Запрыгнув на левый манипулятор, быстро открываю люк и ныряю внутрь машины. Все, теперь я в относительной безопасности. Остается надеяться, что огненный кристалл в паровике, да и сам паровик не повреждены при жесткой посадке. В ином случае дело плохо.