Текст книги "Обманутая жена. Продана генералу дракону (СИ)"

Автор книги: Александра Мауль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 23 страниц)

Глава 47

Глава 47

Геральт

– У тебя родился сын – хрипло посмеивается Омар и усаживается на край стола моего короля. Впивается в меня внимательным взглядом и широко улыбается, впитывая каждую мою эмоцию – Помню, когда дрянь Лети подарила мне сына. Это был прекрасный момент. Я был с ней с самого начала, держал за руку. Потому что тогда был влюбленным идиотом и хотел поддержать её в самый волнительный момент нашей жизни – продолжает он, произнося, вкрадчиво каждое слово – Я сразу же взял своего сына на руки и прижал к груди. Удивительное ощущение держать на руках продолжение себя. Своего наследника.

Он говорит что-то ещё, но признаюсь, я больше ничего не слышу.

Слова о том, что у меня родился сын, выбивают меня из равновесия настолько, что у меня начинает кружиться голова.

У меня. Родился. Сын.

Ещё год назад я бы рассмеялся перед тем, кто заговорил со мной о наследниках. Я не хотел ни семью, ни продолжение себя.

А теперь я хочу его увидеть.

Хочу прижать к груди, хочу наблюдать за тем, как он растет, а после помочь ему с первым оборотом.

Повисшую тишину разрезает звон цепей, которые сковывают мои руки. Я прикладываю кулак в груди, потому как зверь начинает разрывать меня изнутри, а сердце бешено колотиться. По ощущениям оно словно пытается пробить грудную клетку. Я испытываю сейчас так много эмоций, что ублюдок Ортедес может сполна насладиться моим состоянием шока, радости и разрывающего волнения за мою пару.

– Александра жива. Кстати – кивает несколько раз подлец, когда я поднимаю голову и смотрю на него. – Вся измучилась бедняжка. Но родами не умерла. Знаешь, – произносит он и поднимается. Делает шаг ко мне, и вижу, что хочет встать ближе, но, очевидно, не решается. – она в агонии звала тебя. Мучилась. Страдала. – делает паузу – Кричала от боли. Звала тебя и просила о помощи, бедная глупая человечка. – продолжает он. Стискиваю челюсть, когда нутро обжигает ярость. Злость застилает глаза, но зол я не на Ортедеса, а на себя.

Я её подвел. Я подвел своего сына.

– Можешь не волноваться, ей была оказана помощь. Та, которую ты просил заботиться о своей человечке и принимать роды, своё дело выполнила.

Слышу, как сквозь толщу воды. В ушах лупит, меня начинает колотить. Неистовое желание броситься на Ортедеса обжигающей волной растекается по телу, и зверь на этот порыв откликается.

Я хочу разорвать цепи, обратиться в дракона и почувствовать, где в этом чертовом месте держат мою Александру.

Глубоко и часто дышу. Под завалами навалившихся эмоций я ощущаю себя беспомощным и растерянным. С большим трудом мне даётся повернуть голову в сторону, где за столом сидит мой король и, наткнувшись на безразличный взгляд, чувствую, как холодными щупальцами меня окутывает разочарование.

Мог бы я представить, что, однажды стоя посреди кабинета того, кто был прежде моим ориентиром, я весь буду затоплен разочарованием?

Нет.

Неужели страх потери власти может лишить тебя рассудка, чести и человечности?

Когда я потерял отца моим главным наставником и ориентиром был король. Я видел его справедливым, сдержанным, смелым. Я хотел быть похожим на него.

И первое время, пока не нашёл свой способ взаимодействия с солдатами и жителями поместья, пользовался советами короля.

Как жаль, что это время закончилось, а мой правитель оказался слеп.

– Вижу, что новость о наследнике рода Фелторн тебя взволновала, Геральт – произносит король и сцепив пальцы в замок, подаётся вперёд. – Я чувствую твои эмоции, и сквозь этот бурный поток я улавливаю твоё разочарование. Должен сказать, что ты никогда меня не поймёшь. Твоя магия и сила в тебе, и ты способен в порыве ярости сровнять с землёй весь мой замок. – тяжело вздыхает он, и страж грубо пихает меня в спину, чтобы я встал ближе к королю. – Я потерял себя, свою силу и магию рода, когда защищал королевство, когда защищал неблагодарных, подлых драконов, которые обязаны мне своей жизнью. Я так долго удерживал в руках их мир и порядок. Подарил жизнь, о которой они могли только мечтать, а что получил в ответ? Чувствуешь? – он втягивает носом воздух – Запах ярости, ненависти и гари. Они жгут мою столицу, устраивают беспорядки и мечтают свергнуть. Вместо поддержки от них я получил вот это. И ты всё ещё думаешь, что я не прав?

Ничего не отвечаю, потому что не вижу смысла. Мой ответ всё равно уже ничего не изменит.

– Твоя магия поможет мне удержать мою власть и доказать предателям, что я всё ещё их король. Я восстановлю справедливость. Ты потеряешь свою силу и жизнь не напрасно. – произносит он и поднимается – Пусть это успокоит тебя и поможет принять твою дальнейшую судьбу.

– Я не боюсь смерти, Ваше Величество. Я был рядом с ней так долго в течение своей жизни, что ваш приговор меня не волнует. Что будет с моей Александрой, когда я отдам свою силу и жизнь?

– Разве Омар не обещал тебе, что её помилуют? – спрашивает и разворачивается к своему первому генералу, на что Омар сосредоточенно кивает. Но почему мне кажется, что я чего-то не понимаю. В прошлом своему королю я мог поверить безоговорочно, и при этом у меня никогда не возникало и тени сомнения. Сейчас я ощущаю сопротивление. Ни моя магия, ни мой зверь с моим решением не согласны.

Впрочем, я ведь уже сказал, что смерти не боюсь, потому что видел её сотни раз и всего некоторое время назад был к ней чертовски близок. Я не уйду, пока не буду уверен, что Александра и мой сын в порядке.

– С ней всё будет хорошо – поворачивается ко мне король и протягивает руку. – Отдай магию, Геральт, и сдайся на мою милость – добавляет он и касается меня. С силой хватает за запястья, а один из его стражей, схватив за цепи, заставляет меня поднять руки.

Воздух в комнате становится тяжелым, в висках начинает стучать боль.

Моя магия оживает.

Чувствую, как струится по венам и перетекает к моему королю. Против моей воли, потому что где-то в его кармане сильный артефакт принуждения. Ощущаю его давящую силу и то, с каким напором моя сила течёт к правителю Эльмор.

Почему они не использовали артефакт раньше, почему подстраховались, схватив Александру? Никто не в силах сопротивляться подобной силе.

Когда меня начинает тошнить и бросает в холод, я с ужасом понимаю, что моя сила буквально утекает у меня сквозь пальцы. Она не ходит отклика в теле моего короля. Сейчас, когда мы в подобной связи, я вижу, что он не просто пуст. Король Киллиан настолько слаб, что способен впитать в себя только часть моя магии, а другая часть просто утекает бесследно … да я даже понять не могу, куда она пропадает. Я просто теряю силу, а не передаю её.

Моему королю понадобятся все генералы драконы, иномирянки и маги этого мира, чтобы наполниться силой. И даже тогда он не сможет вернуть ни былую мощь, ни свою над драконами власть.

Когда меня топит боль настолько, что я едва не валюсь вперёд, дверь с грохотом распахивается, и давящая сила ослабевает. Голова кружится, и я широко расставляю ноги, чтобы не повалиться вперёд. Руки и ноги немеют, зверь всё ещё рвёт невидимую клетку, хоть и со слабым напором.

Король меня отпускает.

– Ну вот и всё, Геральт – произносит Омар, его голос словно скрежет врезается в моё расшатанное состояние, и я обхватываю голову руками. Глубоко вдыхаю несколько раз, шумно выдыхаю, а затем трясу головой и разворачиваюсь к двери, чтобы увидеть, кто ворвался в кабинет моего короля без стука и позволения.

– Что тут происходит? – спрашивает Конор, когда наши взгляды встречаются, а затем он принимается меня лихорадочно осматривать. Должно быть, я выгляжу отвратительно. Примерно, как и он, когда получил своё ранение в прошлом, а мы с Айроном вытаскивали его. Помню, как он орал, чтобы мы бросили его умирать. Но я тогда сделал выбор и точно знал, что сдохнет он, только когда лекарь скажет, что ничего другого ему не светит. Рад, что тогда сделал верный выбор. Сейчас жалею только о том, что не выбрал сторону Айрона Вотерфор.

– Проходи, Конор. Ты единственный, кто остался со мной из них – король небрежно кивает на меня, и его колючий взгляд стекает вниз к мои рукам. Сейчас они исполосованы ярко красными линиями. А я вижу, как моя магия бьётся в его ладонях. Словно он пытался поймать голыми руками драконье пламя. – Но только что Геральт принял верное решение, чтобы искупить вину передо мной и своим королевством. Уведите его, я озвучу решение относительно его публичного наказания позже.

– Вы напрасно даёте ему отсрочку, Ваше Величество – вмешивается Омар, и я усмехаюсь. Этот змей определенно что-то задумал. – Но это ваше решение, конечно. Как пожелаете. Уведите Геральта – небрежно кивает он двум своим стражам, а затем переводит взгляд на меня и расплывается в довольной улыбке. – Подпишите вот здесь, мой король. Это ваш указ о наказании его пришлой. Мы получили то, что хотели. Нам больше нет нужды следовать договоренностям. Вспышки восстаний не дадут нам возможности привезти приговор в исполнении, я предлагаю отделаться казнью при королевском совете и собрании ваших верных генералов. Александра достаточно окрепла, чтобы получить наказание.

Я понятия не имею, какие цели преследует Омар, но, судя по всему, он с чего-то решил, что не только стал первым генералом, но и обрёл бессмертие.

После его слов о моей Александре усталость, слабость и головокружение словно по щелчку сменяются дикой яростью, которая стремительным потоком поднимается к лицу, и я чувствую, что мой зверь рядом.

Значит, мой король не собирался сдержать своё слово и спасти мою пару?

Тогда я разрушу это место по кирпичику, заберу их, а после стану частью противостояний на улицах столицы и лично пойду против подлого короля.

Издаю рык и бросаюсь на Омара, от столкновения с ним меня удерживают лишь стражи. Я потерял родовую магию и возможность испепелить этого змея лишь щелчком пальцев, но я не потерял свою силу. Я не просто дракон. Я наследник дома основателей. К тому же во мне сейчас столько ярости, что по ощущениям я способен одолеть целую армию Эльмор лишь спасти свою семью.

Отпускаю своего зверя и сила моего дракона заполянет комнату. Я знаю, как могу действовать на других и острых драконьим слухом улавливаю момент, когда силы стража, удерживающего меня, слабеют.

Потому не сдерживаясь, шагаю вперёд и с силой пинаю Омара в живот. Он верещит. Своим воплем заполняет комнату не хуже моей животной ярости и жажды его разорвать. Кто-то снова удерживает меня от удара первого генерала, удерживая цепи, и я на мгновение застываю. Концентрируюсь и с силой дергаю на себя это железо. Вспышкой боль спарывает запястья, руки, в глазах полыхает красным, но я не жалею. Чувствую, что теперь свободен, а значит, им всем лучше разбегаться.

Медленно покалывания словно от тысячи иголок пробегают по телу вверх от ног к голове, и я оборачиваюсь в дракона. Тьма меня поглощает, жажда мести утягивает в вязкую пучину.

В себя прихожу в небольшой комнате, где пахнет пылью и бумагой. Когда дракон прорвался, я оказался на улице, хорошо помню, как морозный ветер столицы ударил в лицо и натянулась та самая нить между мной и моим сыном.

Я бросился туда, но по дороге меня атаковали. Без родовой магии я не смог сопротивляться и сбросить сети удерживающего заклинания, к тому же сила в нём принадлежала не одному дракону, а словно целому отряду и как бы я не пытался прорваться, меня просто вырубило.

Прихожу в себя в тёмном помещение. В воздухе воняет пылью, книгами и воском.

От нахлынувших эмоций и неконтролируемого обращения я почти не чувствую своё тело. Осматриваюсь и вопреки моим ожиданиям прихожу в себя я не в темнице.

Что-то напоминающее мне кабинет.

Значит, будут развлекаться.

Неплохо.

Мне тоже будет полезно выплеснуть свою ярость.

Комната хоть и маленькая, но должен признаться, вместительная. Напротив меня столпились не меньше десяти драконов в форме королевства. Правда, я никого из них будто не узнаю.

И короля нигде не видно.

В голове всё ещё гудит, перед глазами пляшут темные пятна, и тут словно острой иголкой вспарывает грудь, и я даже пытаюсь подскочить, когда вижу девушку. Блондинка стоит рядом со столом.

Я в своём состояние решаю, будто это моя Са-ша и принимаюсь дёргать верёвки, которыми мои руки примотали к стулу. Не крепкие, просто намотали, должно быть, всеми имеющимися веревками в королевстве.

– Са-ша! – вскрикиваю и принимаюсь рваться из плена

– Мне очень жаль, но это не она – врезается в мой слух до боли знакомый голос. А затем перед глазами появляется и тот, кто со мной говорит. Вереница воспоминаний яркими картинками всплывает перед глазами – Дайте ему воды, он придёт в себя. Наконец-то ты проснулся.

Когда прекращаю вырываться, то по новой всматриваюсь в лица собравшихся.

Солдаты короля, а девица действительно не моя пара.

Я видел её несколько раз в своей жизни.

Она дочь главного советника короля. Только имени её мне не вспомнить. Елена. Или Хелена.

Перевожу взгляд на того, кто говорит со мной. Фокусируюсь.

Передо мной один из бывших генералов короля Рейнгар. Он ушел, потому что лишился истинной и не мог справиться со своей потерей. Тогда на его место пришёл Омар Ортедес.

Так, я всё ещё во власти короля?

Или нет?

– Рад, что ты пришёл в себя, Геральт. Это – он кивает на мою руку – Не для того, чтобы тебя пленить. Чтобы сдержать. Ты был не в себе. – произносит Рейн и протягивает мне стакан с водой. Я привязан к стулу, он издевается? – Рад видеть тебя живым, пусть и не совсем здоровым. Я сейчас тебе всё расскажу. Мне просто необходимо, чтобы ты успокоился. Пока ты возишься с верёвками, чтобы освободиться, я поведаю тебе, зачем ты здесь – добавляет и усмехается. – Кстати, добро пожаловать в сопротивление.

Вот, значит как. Сопротивление.

Я зло прищуриваюсь и перестаю двигаться. Перевожу взгляд на девицу, осматриваю её, чтобы увидеть хоть какое-то подтверждение моим догадкам, а затем снова смотрю на Рейна.

– Ты забрал её, чтобы манипулировать советом? – спрашиваю и киваю в её сторону, на что получаю отрицательный ответ. – Девица замужем. Точно знаю, потому как её отец мертв, а совет возглавляет муж.

Рейнгар поднимается и жестом указывает своим солдатам оставить нас.

Воздух встряхивает звук шагов, и комната медленно пустеет. Остаётся только Рейнгар, я и блондинка.

К тому времени я, наконец, освобождаюсь от кучи верёк и протягиваю руку, чтобы взять воду. В горло словно насыпали песка, каждый глоток причиняет боль, но выпиваю до дна. Пока расправляюсь с жаждой, Рейн укладывает на стол артефакт защиты. Мощнейшая штука и знаю, что работает от силы и крови семейства девицы.

Вот только есть интересный момент. Управлять артефактом могут только мужчины. А значит, сейчас этим занимается муж девицы.

Я резко соскакиваю и издаю рык. Подаюсь вперёд и хватаю Рейна за горло. Ярость клокочет во мне и застилает глаза.

– Ты сказал, что она здесь не для манипуляций! – цежу сквозь зубы. – Король только что проделывал на мне подобные штуки, чтобы получить желаемое, а теперь ты?

– Я понимаю твою реакцию. – хрипит Рейн и несколько раз ударяет меня по руке. Хватку я ослабляю, но не отпускаю его. Только когда ловлю движение сбоку и поворачиваюсь к девице, в глазах которой желание мне навредить. И вдруг начинаю что-то понимать.

Она оказывается так близко, что её волнение неприятно царапает меня. А когда Рейн силой отталкивает меня от себя, блондинка немедленно ныряет к нему под бок.

– Она здесь из-за меня – хрипло добавляет Рейн и откашливается. – Но твою реакцию понимаю. Хелена моя пара.

Добавляет он, очевидно, решив, что я не в состоянии понять сам. Особенно после того, как она прижалась к нему как вторая кожа, а он уткнулся носом ей в висок.

Странно всё это. Но кто я такой, чтобы осуждать. Рейнгар потерял себя, и видеть его снова в деле приятно. Он сильный и смелый дракон. Отличный руководитель, и если у него сейчас есть за что бороться, то уверен, его победа лишь дело времени.

– Мы остановили тебя только потому, что в одного ты свою пару бы не спас, а лишь навредил ей и своему наследнику. Понимаю, что эмоции затопили настолько, что ты готов был против всего королевства идти в одиночку. Но ты не один. Не один, Геральт. Я предлагаю тебе сотрудничество. Нам нужно твоя помощь. Впрочем, и жизнь твоя для королевства важна. Кстати, об этом.

Блондинка касается его руки, а затем отстраняется, и Рейн обходит стол. Достаёт что-то из ящика и протягивает мне

– Послание для тебя я получил несколько часов назад. А в отключке, если хочешь знать, ты провел двое суток.

– На стуле? – вопросительно поднимаю бровь, и Рейн издаёт смешок, похожих на лай.

– Ну ты ведь не девица, чтоб я для тебя удобную постель стелил – добавляет он и снова становиться рядом с блондинкой. Прижимает её к себе и целует несколько раз в висок. – На счёт артефакта. Я хочу, чтобы ты рассказал о нём Вотерфору. Мы можем обеспечить защиту границ королевства. Пока наш новый король завоевывает королевство, оркам сюда ходу не будет.

– Разве артефактом может управлять женщина? – спрашиваю и получаю от Елены или Хелены острый осуждающий взгляд.

– Скажем так, у нас есть тот, кто может – помеивается Рейн.

Если я всё правильно понял, то это чудесная новость. Но в этот раз он уточнять не стал, а я не стал расспрашивать. Потому что сейчас меня мало волновали чужие отношения.

В записке корявым почерком было написано:

Александра и маленький Фелторн в Равенхейм. Я лично перетащил её через портал.

Конор.

А ещё внизу были координаты. Должно быть, по ним мне следует искать мою пару.

– Чтобы попасть в Равенхейм тебе нужно разрешение короля. Хантер пока не принял ни чью сторону, но о том, что твориться в Эльмор ему известно. Пока не придёт разрешение на твоё перемещение, ты можешь узнать о наших дальнейших планах и продвижении. Может у тебя будут какие-то дополнения. У Ортедеса есть чёткий план, и твоё появление здесь даёт нам ответы на многие вопросы. Конор сообщил, что у тебя забрали родовую магию?

Я молча киваю.

– У Хелены её тоже отняли. Ортедес планирует столкнуть короля и Айрона. Ты должен предупредить его об опасности и уговорить возглавить новое королевство. Если он заботится о том, что здесь у него нет поддержки, то вспыхнувшие волнения в столицы будут отличным подтверждением, что драконы не желают видеть на троне прежнего короля, а первого генерала не воспринимают всерьез. Не припомню, чтобы наш первый генерал когда-то не мог притушить хоть какое-то сопротивление.

По началу мне начинает казаться, что мой отьезд в Равенхейм лишь отговорка и сопротивление использует меня. После всего, что произошло я вправе не доверять никому. Но когда уже сам начинаю пытаться искать возможности попасть в королевство людей, Рейн сообщает, что я могу пойти за своей парой.

Не обманул и действительно выбил у короля людей для меня разрешение. Правда с одним очень важным условием.

Равенхейм встретил меня дождем и ароматом прелых яблок в воздухе. А ещё разочарованием. Тот постоялый двор, координаты которого оставил мне Конор, оказался пуст.

Не то что совсем пуст. Были там, конечно, люди. Но моей Александры и сына не оказалось. Хуже всего, что обитатели в один голос твердили, что за последнее время вообще не видели ни блондинку, ни ребёнка.

Смотрели на меня со смесью страха и волнения. Но клялись, что никого такого здесь не было.

Я больше не был прежним Геральтом, чтобы не выделяться в королевстве людей, я постриг волосы и переоделся в простую рубашку и тканевые брюки. Плащ мне выделили без опознавательных знаков, потому я, скорее всего, со своей комплекцией напоминал им какого-то бандита или наёмника.

Покинув постоялый двор, я шумно выдохнул и обхватил голову руками. Мне предстояла непростая задача. Потому как свою истинную я отыскал бы даже не обращаясь в дракона, а вот связь с сыном сейчас доступна только ему. Моему зверю.

Но отпустить зверя и броситься к своей семье я не могу.

Потому что единственным условием от короля людей было: не обращаться в дракона.

Глава 48

Глава 48

Где-то в глубине зала разбивается тарелка, и я вздрагиваю. Выныриваю из своих мыслей и снова оказываюсь в душной таверне.

Зал полный, в воздухе витает аромат копченного мяса, жаренной еды, чеснока и хмеля. У окна за столиком сидит толпа мужчин, которые весь вечер громко смеются и скандалят. Они здесь не одни такие. Зал полный. И за барной стойкой сегодня ни одного свободного места.

Аншлаг.

– Поможешь мне с дальним столиком? – спрашивает Лори и, остановившись рядом, кладёт руку мне на плечо. – Четыре стакана яблочного эля. Сколько ещё в них влезет? – произносит она и ставит передо мной на столешницу поднос. Улыбается, когда смотрю на неё, и поправляет свой фартук – Чаевые не пожалели, я с тобой утром поделюсь. Но прошу, принеси им этот проклятый эль, уже ноги гудят и руки не слушаются – хнычет она и протягивает руки передо мной.

Охотно верю, потому что сама чувствую тоже самое.

В таверне у Рэма я работаю ровно неделю. С тех пор как мы с сыном по совету той девушки уехали из постоялого двора.

Вольн оказался вполне приятным мужчиной и удобно разместил нас в повозке. Ехать пришлось долго, и каждую остановку я выбиралась, чтобы размять ноги. В итоге к вечеру следующего дня мы оказались в небольшом городке. Доехали с Вольном до рынка и разошлись. На деньги, которые выделил для меня Конор, я сняла небольшую комнату и принялась искать работу, а наткнулась на невысокую старушку. Ей нужна была помощница по дому, а мне, как оказалось, та, кто поможет с ребёнком. Сына я хоть и люблю бесконечно, но учиться, как с ним взаимодействовать мне ещё предстояло.

Старушку зовут Вирма, и она с удовольствием приняла нас в свой дом.

Дом, кстати, оказался очень большим. С садом и широким двором. Всё, как я обещала сыну. Вирма научила меня купать сына, показала, какие травы лучше использовать, чтобы малыш успокоился и лучше заснул, а когда мой мальчик среди ночи поднял ор, показала, как необходимо массировать животик. И даже укропный отвар у себя нашла.

Я наблюдала за ней и внимала советам. Опыт у Вирмы богатый. Она мать четырех сыновей, двое сейчас подле короля в столице, а двое где-то в соседних городах. Но я так и не поняла, чем промышляют.

После того как я вымыла Вирме весь дом, убрала во дворе и помогла в саду, встал вопрос о работе. Она согласилась проводить время с моим мальчиком, а я как-то неожиданно нашла место в таверне. Сердце давило всякий раз, когда я выходила в смену, но делать было нечего. Деньги здесь получала хорошие, а они нам с сыном сейчас были очень нужны.

Уговор был, что выходить в смену я буду два через два дня, но как-то всё стало совсем туго после моих четырех смен. Народу в таверне всегда полно, а вот работниц не хватало. Они от Рэма сбегали. Только при мне он прогнал двоих, а одна сама убежала, даже деньги заработанные не попросила.

От этого у меня с каждым днём всё сильнее стягивало внутренности.

Иногда мне приходилось задерживаться утром после ночной смены, чтобы помочь прибраться. За что, конечно, мне обещали накинуть ещё пару монет. В итоге вместо обещанных двух выходной у меня всегда получался один, и тот я проводила в заботах о сыне, толком не спала. Потому чувствовала себя невероятно уставшей. Но хуже всего было, что хозяин таверны, пузатый мужик на вид лет сорока стал сально на меня поглядывать последние несколько дней и вчера три раза за смену вызывал в свой кабинет.

Ни его вопросы о моём самочувствии, ни его желание поднять мне заработок за смену не вызвали во мне ничего приятного. Тревога сдавила так, что я даже задумалась о смене работы.

Уйду, как только получу расчёт.

Заработала я достаточно. Даже решила, что утром сообщу ему, что мне необходимо уехать, и попрошу выплатить мне заработанное.

Оплата происходит обычно раз в две недели.

Пока я перебивалась на щедрых чаевых, которые мы с другими официантками делили после смены.

– Поможешь? – снова спрашивает, и я киваю. До конца смены осталось пару часов. Продержусь ещё немного, а затем домой и немного посплю. А затем погружусь в заботы о сыне.

– Конечно – киваю я и принимаюсь грузить на поднос стаканы с элем. Поднимаю поднос и глубоко вдыхаю. Поясница болит невероятно и руки ломит. Но я пытаюсь думать о том, что я совсем скоро окажусь дома, в тёплой кровати и прижму к себе сына. Из-за того, что он беспокойно спал несколько ночей, нам пришлось вызвать лекаря. Я ужасно испугалась и стала изводить себя мыслями о том, что я плохая мать. К тому же ничего не умеющая. Но Вирма позже меня успокоила, что каждая с первенцем через это проходит. Даже пошутила, что со вторым мне будет гораздо легче.

Вот только я не уверена, что у меня будет ещё ребёнок.

– Что вы себе позволяете? – рявкаю я и едва не роняю поднос на стол. Мужчины замолкают, а тот, кто смачно ударил меня по попе, скалится – Я приношу вам еду и напитки. Не смейте ко мне прикасаться.

– А иначе что? Или ты не знаешь, кто я? – спрашивает он и, прикусив губу, принимается осматривать меня из-под полуприкрытых век – Ты новенькая. Я тебя раньше не видел. Хорошенькая. Я люблю блондинок. Иди сюда, на колени ко мне садись, считай, твоя смена закончилась.

– Я попрошу обслуживать вас другую девушку, а ко мне больше не прикасайтесь. – произношу и собираюсь уйти, но тот, кто сидит ближе ко мне, хватает за локоть и тянет назад, отчего я ударяюсь боком об угол стола. Боль простреливает нижнюю часть тела.

– Волосы ей распусти – командует он, и холодные влажные пальцы касаются моей шеи, меня всю передёргивает, и я ударяю наглеца по руке, а затем наступаю на его ногу и, воспользовавшись его замешательством, вырываюсь и бросаюсь к барной стойке. – Если я захочу, ты не только эль мне будешь приносить, но и станешь меня обслуживать на глазах у всех, дрянь – летит мне в спину, а затем я слышу звон битого стекла.

Остановившись у бара, я прикладываю руку к груди и оглядываюсь. Тот, кто трогал меня, с скинул всё со стола, а теперь принялся бросать тарелки в других девушек и кричать оскорбления.

Лори появляется рядом со мной и принимается поправлять мне порванный фартук. Виновато прячет глаза и предлагает уйти в комнату для персонала, чтобы привести себя в порядок и не попадаться на глаза важному гостю.

Такого важного гостя я вижу здесь впервые.

– Ты меня подставила? – спрашиваю, когда мы оказываемся в небольшой комнате, где всегда переодеваемся в форму и я распускаю волосы, чтобы заново заплести косу. Сердце лупит в груди, а щеки заливает жаром. – Это он хотел, чтобы я принесла им этот эль?

– Да. – кивает она – Как увидел тебя, так полвечера меня расспрашивал. Ему нельзя отказывать. Рэм теперь разозлиться. Ну что тебе стоило один вечер потерпеть? Он бы не стал ничего плохого позволять – произносит она, и ярость в груди вспыхивает с такой силой, что я не сразу могу заговорить.

– Потерпеть? Ты что такое говоришь? Просто стоять и позволять ему меня трогать?

– Он обычно дальше подобного не заходит. Просто трогает и смотрит. Просит на коленях посидеть, но зато за это хорошие чаевые оставляет. Его обычно никто не интересует настолько, чтобы он забрал с собой на ночь.

– Забрал с собой? – округляю я глаза и сердце перестаёт лупить.

Замирает.

То, что это происходит здесь не в первый раз дело, конечно, хозяина таверны и девочек, для которых это нормально. Плохо то, что я, судя по всему, стала первой, кто ему отказал.

А это плохо.

Очень плохо.

Не успеваю я об этом подумать, как дверь в нашу раздевалку открывается, с грохотом ударяясь о стену. Злой Рэм впивается в меня яростным взглядом и сжимает кулаки. Щеки красные, из ушей вот-вот повалит дым, а взгляд шальной.

– Пошла вон – рявкает он и смотрит на Лори. Она застывает с моим фартуком в руках. Не двигается, разумеется, потому Рэму приходится гаркнуть ещё раз. Лори вздрагивает и противскивается мимо Рэма в коридор. – Ты что такое дрянь устроила? – нападает он на меня и ногой закрывает дверь. Та хлопает так, что я слышу, как с потолка сыплется штукатурка – Ты хотя бы знаешь, кого обидела?

– Я пришла работать сюда, а не обслуживать ваших гостей – произношу и теперь я сжимаю в руках фартук, который Лори передала мне перед уходом. – Для меня нет никакой разницы кто он …

– А вот напрасно – перебивает Рэм и двигается ко мне. Осматривает меня таким пренебрежительным взглядом, что хочется дернуться, чтобы сбросить его – Ты шлюха, кого из себя строишь? Думаешь, я не знаю, что у тебя и ублюдок имеется. От кого нагуляла? И от кого бежала? Может тебя твоему мужу сдать или от кого ты там прячешься в этой дыре? – не дожидаясь моего ответа, он продолжает, перед этим, нагло вторгаясь в моё личное пространство и в нос, ударяет запах пота и табака. Я едва сдерживаюсь, чтобы не скривиться – Сейчас фартук завяжешь и пойдешь в зал. Примешься убирать стекло и остатки еды так, чтобы нашему гостю понравилось, а когда закончишь, то распустишь волосы и сядешь к нему на колени. Дважды я повторять не буду. За то, что ты вытворила, он может тебя лапать как вздумается, а если захочет, то и на столе разложить. Девочку из себя не строй, он в моей таверне самый богатый посетитель и важный. А из-за недостойной девки, которая не может потерпеть полвечера, я его терять не намерен. Ты разве не в отчаянном положении. Так цепляйся за шансы, которые тебе судьба подкидывает. Ты ему понравилась. Он, считай, ради тебя и сегодня и остался. – Рэм наклоняется и пытается коснуться моего лица, но я отклоняюсь от его прикосновения – Если брыкаться вздумаешь, он тебе устроит проблемы. В конечном итоге ты всё равно приползешь к нему. Ты же недавно у нас. Так вот, я тебя просвещаю: будешь плохо себя вести, он тебя поймает и со своими дружками поделит. Просто дай ему то, чего он хочет, и интерес к тебе пропадёт. Если не знала, как это работает – не благодари.

Я молчу, просто потому, что мне нечего сказать.

Никогда прежде я не чувствовала себя такой униженной.

– С каких пор то, что у меня есть ребенок, делает меня недостойной?

– А то, что у ребенка должен быть папаша. А коли сбежала, то ничего хорошего, значит между вами не было. Откуда мне знать, может, ты у отца ребенка забрала. Мне о тебе рассказать куда следует? Или пойдёшь в зал? – он кивает в сторону двери, а я сильнее сжимаю фартук.

Осматриваюсь и чувствую, что мне становится нечем дышать. После родов прошло слишком мало времени, чтобы я успела полностью восстановиться. Магии во мне больше нет, да и сплю я и питаюсь плохо, чтобы дать отпор здоровому мужику.

А все пути отступления как раз за спиной у Рэма.

Он снова осматривает меня брезгливым взглядом и прячет руки в карманы.

– Я никуда не пойду. Требую выплатить мне то, что я заработала и я покину таверну… – последние слова тонут в его гортанном смехе. Руки Рэма опускаются мне на плечи, а сам он наклоняется так, что я могу разглядеть шрам между бровей.