Текст книги "Обманутая жена. Продана генералу дракону (СИ)"

Автор книги: Александра Мауль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 23 страниц)

Глава 28

Глава 28

Геральт берёт меня за руку, переплетает наши пальцы и тянет за собой на задний двор. Какое-то время между нами царит неловкое молчание. Не знаю, почему мне вдруг становится некомфортно под его тяжелым взглядом. Я принимаюсь осматриваться невидящим взглядом. Вытираю вспотевшие ладони об штаны, которые мне выдали снова вместе с рубашкой, и должна признаться, что мне это очень нравится.

Гораздо больше, чем платья из дорогого шелка.

– Сначала я хочу научить тебя защищаться. – привлекает моё внимание Геральт и подзывает к себе.

– Мне грозит опасность?

– Неа – улыбается он – Там, куда ты отправишься, будет безопасно. Но это точно не будет лишним. Твоё поведение и твой колючий язык могут подарить тебе проблем. Если ты сможешь дать отпор, я буду спокоен.

Ничего не говорю, потому что Геральт ловко вытаскивает из-за пояса два ножа и протягивает мне.

– Наполни магией – командует он, и я шумно выдыхает.

– Разве мы не выяснили, что этот трюк у меня отлично получается – произношу и смотрю на рукоятку одного из ножей, украшенную замысловатым узором и драгоценными камнями. Протягиваю руку и касаюсь, потому что мне неудержаться. Это слишком красиво.

– То, что ты можешь наполнить оружие своей магией. – поясняет Геральт и в его глазах вспыхивает пламя, когда я поднимаю глаза к его лицу – Но ты не показывала мне, насколько умеешь владеть этим оружием.

Не показывала, потому что не умею.

Беру в руки ножи и какое-то время уделяю тому, чтобы до краев заполнить своей силой, а затем замахиваюсь, но Геральт останавливает меня, положив ладони на плечи.

– Не торопись, красотка – посмеивается он и становится позади. Наклоняется к моему уху и протягивает руку, указывая направление. Я должна попасть в дерево, но только в то, что стоит сбоку. – В каждом из них твоя сила, а значит, они оба продолжение тебя. Ты можешь управлять ими. Это не просто оружие. Оба этих ножа были сделаны для меня на заказ лучшем оружейным мастером столицы Роландом Вондерсом. Они идеальны в этой стали мой стержень, и один из этих ножей станет твоим. Ты ведь моя пара, а значит, вы непременно поладите.

– Ты говоришь так, будто они живые.

– Почти – посмеивается Геральт – Оружие было сделано под индивидуальный заказ и долгое время носило в себе мою силу. Ты часть меня, половина, подаренная Богами. Один из этих ножей будет тебя защищать. Я заметил, что ты уже определилась.

Не знаю, что со мной происходит, но я вдруг испытываю восторг оттого, что один из ножей в самом деле достанется мне. Не помню, чтобы интересовалась оружием прежде, но сейчас все иначе.

Тяжелый воздух, пропитанный металлом, колотящееся сердце, близость Геральта и покалывание по всему телу заставляют меня испытывать странное.

– Целься, Саша. Сначала с открытыми глазами, а после попробуешь с закрытыми.

– Ты считаешь, что у меня получится? – спрашиваю я и разворачиваюсь к нему. Глаза Геральта по-прежнему горят эмоциями, и, к моему удивлению, я нахожу в них уверенность во мне. Должно быть, он знает то, чего не знаю я.

– Ты не используешь и двадцати процентов от своей силы, Саша. Когда окажешься в Равенхейме, попроси Хантера тебе помочь – произносит Геральт и прежде чем успеваю завалить его вопросами, он протягивает мне какой-то камень. – Это то, что оплатит его время с тобой и ваши тренировки. Возьми – он вкладывает камень мне в карман и несколько раз ударяет по ноге чуть ниже – Не забудь его, хорошо.

Киваю и чувствую, как внутри всё стягивается тугим узлом от осознания происходящего. У нас с Геральтом всего два дня, а после его не станет.

– Не смотри на меня так, Саша. У тебя действительно мало времени. Я бы предпочел, чтобы ты смотрела на меня с вожделением, а не вот так. Повернись и начнём тренировку.

Ничего Геральту не отвечаю и делаю, как он велит. Бросаю нож и промахиваюсь, затем делаю это снова. Не знаю, сколько раз я не попадаю, прежде чем он прижимается ко мне, обнимает сзади и кладёт руку на живот. Направляет, заставляет забыть о том, почему мы сейчас проводим время вместе и тренируемся.

Спустя время у меня в самом деле получается попасть в дерево закрытыми глазами, а нож будто в самом деле становится частью меня.

После Геральт начинает учить меня отбиваться уже руками, ногами и даже корпусом, и эти тренировки даются мне с ещё большим трудом. Оказывается, я в очень-очень плохой физической форме.

Ещё какое-то время мы пытаемся бороться, точнее, Геральт делает вид, что я в самом деле способна попасть по нему неуклюжими движениями. Но несмотря на мою усталость и ломоту в теле, я усвоила технику. Отработать её я смогу при большом желании.

Когда мой истинный объявляет, что с тренировками закончено, мы усаживаемся на земле возле тех самых деревьев, которые я безжалостно атакова какое-то время назад.

– Мой первый оборот здесь случился – неожиданно произносит Геральт, и я разворачиваюсь к нему. – Отец часто отсылал меня сюда, и вот однажды такая боль охватила.

Медленно вдыхаю, боясь спугнуть его откровения и пересаживаюсь так, чтобы мы оказались напротив – Боль была жуткой. В первый раз всегда больно – добавляет он вдруг и смотрит горящим взглядом, – потом привыкаешь.

– Почему твой зверь прорвался когда ты был здесь?

– Мне неизвестно – пожимает плечами Геральт и прищуривает правый глаз – Обычно в этот момент рядом с драконом должен быть отец. Сильный дракон, но моего рядом не было. Мне помогал другой дракон, и тогда я поклялся, что если у меня когда-нибудь будут дети, я до их первого обращения не отпущу от себя. – он неожиданно замолкает, а затем двигается. Из кармана плаща достаёт небольшую коробочку и протягивает мне.

– Что это такое? – спрашиваю я хрипло, потому что не ожидала никаких подарков

– Просто конфеты. Ты ведь говорила в прошлый раз, что тебе это понравилось. Я решил, что сегодня отличный повод повторить. – отвечает он и пожимает плечами. Наши взгляды сталкиваются и все внутри словно переворачивается. По телу пробегает приятное тепло, и я поджимаю губы, а щеки заливает румянец. Какое-то время мы молча смотрим друг другу в глаза, пока Геральт первый не отводит взгляд мне за спину.

– Спасибо – мямлю я и разворачиваю дары. Те самые, что понравились мне на празднике, за которыми для меня Геральт ходил в толпу – Мне приятно – произношу, едва слышно, и губы моего истинного дергаются в подобие улыбки.

– Кто сделал это с тобой? – спрашиваю после долгого молчания и по глазам вижу, что Геральт не планирует мне отвечать – Это ведь не трудно поделиться.

– Я не говорю, потому что тебе, возможно, лучше не знать. Что даст тебе эта информация? Лишнее волнение?

– Если бы мы были парой, ты никогда не посвящал меня в свои дела и вопросы безопасности? Никогда бы не приходил, чтобы просто посидеть со мной вечером?

– Я не понимаю, Александра, твоё стремление лезть в мои дела. Зачем тебе это нужно?

– Чтобы знать, кто тебе угрожает, и помочь в случае нападения. Чтобы биться с твоими врагами, как это было там с орками. Но я не хочу неожиданностей. Я хочу обуздать свою магию и использовать её в полную силу.

Геральт какое-то время молчит, будто обдумывая каждое сказанное слово, а затем резко подается вперёд.

– Ты сражалась бы вместе со мной? Я не хочу обижать тебя, Саша, но никогда прежде и подумать не мог, что женщина может быть полезна в бою. Ты говоришь о том, что это могло бы быть, если не моё ранение, но…

– Нет никаких но. Ты ведь мне ясно дал понять, что я не смогу от тебя убежать, и я смирилась. Было бы здорово, если бы ты смирился и попытался со мной сблизиться, чтобы понять. Я не одна из тех женщин, с которыми ты был прежде знаком, и если мы с тобой пара, то я готова, как и ты, сражаться за нас и наше будущее.

– Но ты до сих пор не приняла меня.

– Ты ведь мой истинный. Чтобы принять тебя и полюбить, мне нужно время и доверие, и если бы ты пошёл мне навстречу, я смогла бы однажды впустить тебя в своё сердце.

– Ты удивительная женщина. Оставайся всегда такой. Я жалею, я действительно очень сожалею, что пытался тебя подавить и исправить. Когда ты встретишь в Равенхейм того, с кем захочешь связать свою жизнь, будь осторожна. Меня, если честно корёжит мысль о том, что ты достанешься кому-то кроме меня, и тому, кто тебе понравится, я бы с большим удовольствием вырвал хребет, но к тому времени мне будет уже все равно. Я обучу тебя древнему языку драконов, и несколько заклинаний помогут тебе скрыть магию. Не открывайся о её наличие первому встречному, чтобы больше не оказаться в тяжелом положении. – выдыхает Геральт и поднимается, протягивает мне руку – Пойдём. Ты ведь пообещала, что мы проведём этот вечер в компании Эйды. Значит, нам нужно поторопиться и сделать всё, что я распланировал сегодня.

Смотрю на широкую ладонь Геральта, затем перевожу взгляд к его лицу и вкладываю свою руку в его.

– Когда ты сказал мне, что не можешь подарить любовь и ничего про это не знаешь, что ты имел в виду?

– В моей жизни никогда не было любви – бросает через плечо Геральт и тянет меня в дом – Отец видел во мне своё продолжение, гонял на тренировкам, чтобы я стал достойным наследником и защитой его земель. Мать видела во мне только своё высокое положение и светлое будущее. Чтобы заслужить её внимание и восхищение, мне нужно было много работать, добиваться огромных результатов.

– Ты говорил, что вокруг тебя много женщин, желающих оказаться в твоей постели

– Какая удивительная наивность – посмеивается Геральт и качает головой, когда мы останавливаемся у двери – Ни одна из них меня, конечно же, не любила. Я богат, если ты успела заметить, и та, что смогла бы закрепиться в моей постели, могла обеспечить себе безбедную жизнь.

– Даже если это значило, что ты будешь приходить, лишь когда тебе захочется поразвлечься?

– Я вырос в мире, где женщина никогда не стояла рядом со своим мужчиной и уж точно не стала бы сражаться с ним или за него.

Я бы стала. С магией или без я бы билась за своего истинного, за свою семью и за своих родных.

Но вслух я ничего не произношу.

Когда оказываемся в кабинете, Геральт проходит к столу, усаживается и открывает одну из толстых книг, жестом подзывая меня. А после несколько часов подряд мучает, заставляя вникнуть в неведомые мне символы и знаки.

Когда заканчиваем, я испытываю смешанные чувства. Я человечка из другого мира, все же знаю что-то на древнем языке драконов.

На языке моего истинного.

Тяжело вздыхаю, когда Геральт усаживается на кожанный диван у стены и, откидываясь на спинку, закрывает глаза. Медленно подхожу к нему и присаживаюсь рядом. Принимаюсь за конфеты, пока он надсадно дышит, опустив руку на свой бок.

Внутри меня всё горит огнем, скручивается тугим узлом от боли моего дракона. Сегодня связь между нами, кажется натянулась до предела.

– Я думаю, что это сделал новый первый генерал Его Величества – друг произносит Геральт, и я не сразу понимаю, о чем он говорит – Он уже вытеснил большую часть драконов основателей. Он приходил ко мне и просил отдать тебя, вероятно, ему и нужна была твоя магия. Будь осторожна – добавляет он

– Если он первый генерал Его Величества, значит ли это, что твой король…

– Думаю, нет. Скорее всего, он делает это за спиной у короля. Я готовлю документы, и перед тем как меня не станет, я отправлю их королю. Хочу открыть ему глаза на Омара Ортедеса. Если так продолжится, то рядом с королем не останется ни одного сильного и достойного дракона.

Я убираю оставшиеся конфеты в коробку и закрываю крышку. Аппетит у меня окончательно пропал, а воздух вокруг стал таким тяжелым, что мне трудно дышать.

– Этого ты хотела? Чтобы я делился с тобой своими домыслами?

– Да – коротко отвечаю и Геральт протягивает руку. Сгребает меня и прижимает к совему боку, а когда укладываю голову ему на плечо, утыкается носом мне в волосы.

– Значит, твой отец просто сидел рядом с матерью и наслаждался её близостью?

– Она забиралась к нему на колени и гладила его лица в дни, когда он был особенно напряженным. Не всегда он делился с ней проблемами, но она верила, что он сможет все решить.

– Сделай так же – хрипло произносит Геральт и меня словно током прошибает, когда наши взгляды сталкиваются – Залазь на колени и покажи, что бы меня ожидало, если бы я мог выбраться и попытаться принять тебя другой.

Медлю какое-то время, собираясь с силами, а затем рывком забираюсь к нему на колени. Сердце бешено колотится где-то в районе горла, щеки горят, а пальцы начинает покалывать. Геральт удобно устраивает меня, откидывается на спинку и снова закрывает глаза, а я неуклюжими движениями начинаю скользить по его небритым щекам, по лбу и между бровей, разглаживая глубокие морщины. Спустя время движения становятся плавными, напряжение и смущение отступают, а запах Геральта приятно щекочет нос.

Когда его дыхание становится размерянным, я закрываю глаза и лихорадочно пытаюсь придумать, как бы могла ему помочь, и в голову приходят слова Эйды.

Усмехаюсь своим мыслям, но ничего не придумав, произношу про себя слова, адресованные Богам.

Пусть Геральт выживет. Пожалуйста. Он ведь сильный дракон. Он нужен своему народу.

Само собой, ничего не происходит. Затем я зачем-то повторяю это вслух и после того, как на этот раз ничего не происходит, укладываю голову ему на плечо.

Наверное, мне нужно идти в храм. Просить их о милости там и принести с собой дары.

Проваливаюсь в сон и просыпаюсь, потому что меня касаются теплыми пальцами.

Резко соскакиваю и … нахожу себя в том самом храме, о котором думала перед сном.

Запах мокрой земли и тины густо повис в воздухе.

Я сижу на каменном полу, а рядом на спине лежит Геральт.

В панике я начинаю лихорадочно осматриваться и натыкаюсь на темный силуэт.

– Геральт! – кричу и, нащупав его руку, начинаю трясти – Геральт, проснись!

Он не проснётся. Это наш с тобой разговор.

Слышу я в своей голове и напрягаюсь.

Принимаюсь ощупывать себя в поисках ножей, и теперь в моей голове звучит смех.

Ты сама просила меня о милости, человечка. Не испытывай меня. Повтори, чего желаешь?

Открываю рот, но слова не идут, горло словно в тисках, когда оборачиваюсь на Геральта.

Он по-прежнему спит.

Хочешь, чтобы он выжил?

Снова звучит в моей голове, и я лихорадочно киваю

Тогда ответь мне, что ты готова отдать взамен.

Зал, в котором мы оказались, освещался светом тысячей свечей расставленных вдоль стен и широких каменных колон. Запах мокрой земли медленно вытеснял запах дыма и воска.

За большим окном сбоку от нас темно, а передо мной на стене высеченный огромный дракон, что расправил свои мощные крылья.

Это храм Богов Покровителей, в котором я стала женой Эддарда. Тот самый зал, где он поклялся любить меня и защищать.

Судорожно вдыхаю и чувствую, как меня начинает колотить от нахлынувших воспоминаний, эмоций и ощущений.

Это сон? Если так, то почему мы оказались именно здесь?

Снова смотрю на Геральта, пробегаю взглядом по его бледному лицу, по ужасным темным линиям, которые по шее теперь доползли до лица и уже скользят вверх по его острым скулам.

У меня нет ничего, что я могла бы отдать взамен.

Ничего, что я могу предложить Богам, чтобы спасти Геральта.

Снова смотрю перед собой туда, где моего ответа неторопливо дожидается темный силуэт. Мне не разобрать мужчина передо мной или женщина. Просто фигура в темном плаще.

Поднимись

Звучит в моей голове, и я подчиняюсь. Выпрямляюсь, а затем делаю шаг вперёд, и звуки моих шагов отскакивают эхом от стен.

– У нет ничего, что могла бы предложить взамен – произношу и, похлопав себя по карманам, нащупываю камень, который Геральт вручил мне для правителя Равенхейма, но когда протягиваю его перед собой, слышу лишь скрипучий смех в своей голове.

Так и застываю, пока не ощущаю, как плечо начинает гореть, щиплет так, что приходится бросить камень и расстегнуть рубашку, оголить плечо, чтобы осмотреть себя.

На плече вниз по руке теперь красуется золотая метка истинности, изящными тонкими линиями она спускается к запястьям по тыльной стороне ладони и по пальцам.

Провожу пальцами другой руки по узору ощущая, как покалывают кончики пальцев.

– Я должна отдать это? – спрашиваю, и теперь звук моего голоса эхом разносится по храму.

Должна?снова звучит в голове. Не в коем случае. Ты можешь отдать истинность только по собственному желанию. Но имей в виду, если отдашь, то станешь обычной.

– Я желаю отдать, если он будет жить – спешно произношу, но темная фигура не движется. Точно знаю почему. Внутри меня вспыхивает протест, горящим пламенем растекается по телу сопротивление.

Если, я отдам истинность, нас с Геральтом больше ничего не будет связывать. А какая-то часть меня этого не хочет.

Закрываю глаза, поднимаю голову. Что толку от истинности, если Геральт отравлен тьмой.

– Я отдам – твердо произношу, когда открываю глаза. И на этот раз, судя по всему, мне верят.

Чувствую, как плечо начинает гореть сильнее, а затем на моих глазах холотые узоры оживают, двигаются, сплетаются и вскоре превращаются с изщную тонкую цепочку, которая скатывается к запястью, а затем опускается в ладонь.

Вздрагиваю, когда меня накрывает холод, и отшатываюсь, потому что темный силуэт теперь оказывается на расстоянии вытянутой руки.

Это ещё не всё.

Снова звучит в голове, и я хватаюсь обеими руками за голову, потому что перед глазами мелькают картинки, события, воспоминания, что-то, что ещё не случилось и воможно никогда не произойдет.

Мы возьмём всё или ничего. Решай

Твёрдый голос в моей голове возвращает меня в храм, и я не задумываясь, протягиваю цепочку. Перекладываю в широкую ладонь, а затем зажмуриваюсь и позволяю забрать всё, что у меня есть, чтобы истинный, точнее, уже никакой не истинный, выжил.

Яркая вспышка ослепляет, а затем меня накрывает боль, гул в ушах усиливается, боль давит с такой силой, что я опускаюсь на колени, а затем кричу.

И мой крик вспарывает воздух, а затем всё резко прекращается.

Я открываю глаза снова в кабинете, где мы с Геральтом учили древний язык драконов, и сразу повторяю несколько фраз про себя.

Хочу убедиться, что я ничего не забыла.

Не забыла.

Геральт подо мной начинает шевелится, и я немедленно соскакиваю. Отхожу в сторону и начинаю прислушиваться к себе.

Я больше ничего не чувствую.

Шумно выдыхаю и смотрю, как Геральт, не открывая глаза, несколько раз ощупывает свой бок. Резко соскакивает, разрывает рубашку и принимается срывать с себя бинты, и когда мы оба видим, что рана затягивается, а страшные черные линии бледнеют, он вскидывает на меня горящий взгляд.

– Что ты сделала, Саша ? – спрашивает он, и это звучит скорее как рык – Ты что натворила?

– Я отдала за твою жизнь нашу истинность и всю свою магию.

Глава 29

Глава 29

На какое-то время в комнате повисает звенящая тишина, а затем Геральт снова опускает взгляд к своей ране. Касается её пальцами, проводит по уже заметно побледневшим темным линиям и тяжело вздыхает.

Когда снова поднимает на меня свой взгляд, я чувствую, как бешено колотится сердце и горят щеки.

Признаюсь, я всё ещё не верю.

Не верю, что у меня получилось и я в самом деле попросила Богов за своего истинного.

Вздрагиваю, когда Геральт делает шаг, сокрашает между нами расстояние и хватает меня за руки. Переворачивает ладонями вверх, закрывает глаза и принимается что-то едва слышно шептать, а после снова открывает глаза и ловит мой взгляд.

В его глазах всё ещё тьма, но там в глубине я ловлю изумление.

– Зачем ты это сделала, Са-ша? – едва слышно спрашивает Геральт. Кажется, он действительно шокирован моим поступком. – В тебе больше ни капли магии. Ты отказалась. Добровольно… – произносит он, но это скорее для себя.

– Просто я и в своём, и в твоём мире хочу оставаться собой. А я обычная человеческая девушка, Геральт. – пожимаю плечами, и Геральт качает головой. – Я ни о чём не жалею. – добавляю я едва слышно.

В конце концов, я отдала свою магию за жизнь сильного и достойного дракона.

– Человеческая девушка, которая теперь гораздо быстрее найдёт своё место в Равенхейме – произносит он и горечь, которую он испытывает, ощущается и у меня на языке. Странно, что я будто по-прежнему ощущаю его эмоции, но, скорее всего, это связано с тем, что я всего лишь хорошо изучила Геральта за то время, что мы провели вместе. – Помнишь, я говорил, что ты можешь попросить Богов и они освободят тебя от меня и нашей истинности, кто бы мог подумать, что твоё желание осуществиться так скоро.

– Я бы никогда не попросила о своей свободе такой ценой. Ты был моим истинным, и я чувствовала тебя и твои эмоции. – произношу я, и Геральт дарит полуулыбку.

– Хорошо. Пусть будет так. Ты могла бы позвать лекаря? Я всё ещё чувствую боль и слабость. – произносит он и снова усаживается на диван. Прикладывают руку к тому месту, где была его рана, и откидывается на спинку. – Дождись меня в своей комнате.

– Ч-что это значит? Ты не хочешь, что бы я вернулась вместе с лекарем?

– Нет, не хочу. Когда он осмотрим меня, я приведу себя в порядок, а после приду за тобой, и мы отправимся в город. Это же было обещано Эйде – отвечает Геральт, и я какое-то время непонимающе на него смотрю.

То есть ничего не изменилось?

Мы отправимся с Эйдой в город, а после он выдаст её замуж, а мне позволит уйти в Равенхейм?

Какое-то время я пытаюсь обуздать свои мысли и расспросить Геральта, но он закрывает глаза, объявляя мне о том, что разговор окончен.

Я бы хотела остаться. Сесть рядом с ним и заставить ответить на мои вопросы, но сейчас важнее, чтобы его осмотрел лекарь. К тому же Геральт ведь теперь не умирает.

Я нахожу лекаря и, отправив его в кабинет, добираюсь до комнаты, которую выделили для меня.

Солнце уже почти скрылось за массивные колючими горами и окрасиво небо ярко оранжевыми полосками. Обнимаю себя руками и несколько раз глубоко вдыхаю, тшетно пытаясь успокоить колотящееся сердце.

Погрязнув в своих мыслях, я даже не слышу, как рядом оказывается Геральт, отчего вздрагиваю, когда он касается моего плеча. Разворачиваюсь к нему, прикладываю руку к груди и прежде чем успеваю открыть рот, замечаю Эйду.

Она, как и я, одета в штаны и широкую рубашку, в руках у неё плащ из плотной ткани, а на щеках играет румянец. Я замираю, потому что внутри у меня расплывается тепло и сжимается так, что не описать. Сейчас, когда Геральт и Эйда находятся так близко, не смотря друг на друга со злостью и безразличием, я могу увидеть в них что-то общее. Блестящие темные волосы, этот тяжелый взгляд и привычка склонять голову набок, чтобы рассмотреть.

– Я не собирался тебя пугать, но мы постучали, и я несколько раз тебя окликнул – поясняет Геральт, но больше меня не касается. – Если ты готова, то нам следует поторопиться. Когда сядет солнце, скорее всего, пойдёт дождь и нам будет не до веселья.

– Весело будет при любой погоде. Ты просто не умеешь веселиться – едва слышно произносит Эйда и впивается взглядом в Геральта, пытаясь уловить его реакцию, и когда он не хмурит брови и не рычит, позволяет себе широко улыбнуться.

И я улыбаюсь, потому что настрой этой драконицы заразителен.

Пока мы выходим из дома и направляемся на площадь, в воздухе повисает давящее молчание, потому что никто ничего не говорит, а я лишь искоса посматриваю на Геральта. Мне интересно, поведал ли он сестре о своём исцеление и что будет с нами дальше.

Когда в воздухе появляется запах жаренной еды, дыма от костра и становится слышны крики, смех и музыка Эйда меняется. Будто из задавленной рамками девушки она становится живой и свободной.

Несколько девушек в темных платьях бросаются ей навстречу и весело приветствуют. Вижу, как Геральт внимательно наблюдает за тем, как они хотят куда-то её утащить, но Эйда бодро указывает в нашу сторону и не стесняясь сообщает, что этот вечер проводит в компании брата.

Слышу, как Геральт посмеивается, и жду, что схватит меня и потащит, когда мы следует за Эйдой, но весь вечер он ко мне не прикасается.

Когда мы останавливаемся у ларька со сладостями, я лишь раз ловлю на себе его пристальный взгляд. Внутри что-то неприятно царапает, но я отгоняю навязчивые мысли.

– Ты рассказал ей об исцелении? – спрашиваю, когда Эйда отходит к ларьку с чем-то, что напоминает мне сладкую вату.

– Не сказал. Будет у нас ещё время поговорить обо всем —холодно отвечает он, а затем подталкивает меня вслед за сестрой – Тоже возьми себе что-нибудь. Зря, что ли, мы сюда заявились – бросает он и с прищуром принимается осматриваться.

С наступлением темноты здесь стало ещё живее. Наполненные магией фонари подсветили площадь, которая быстро заполнилась молодыми девушками и парнями. У импровизированной сцены к моменту, когда мы купили и попробовали все, что насоветовала нам Эйда, уже столпились так, что не протолкнуться, и нам пришлось пробираться вглубь, чтобы занять места у самой сцены.

Эйда схватив меня за руку, потянула совсем близко к сцене, затем стащила свой плащ и, расстелив, уселась на него. Я последовала за ней. Музыка, что звучала здесь и заполнила собой все пространство, навела меня на воспоминания и мысли. Я задумалась о Равенхейме, и что-то внутри полоснуло меня словно острым лезвием. Когда я уйду в человеческое королевство, то, возможно, больше никогда не увижу Геральта.

Только стоило о нём подумать, как он оказался позади. Стянул свой плащ и накинув на Эйду, уселся рядом. Протянул руку и властным движением сгрёб мою руку. Знаю, проверял, замерзла ли я. И когда поднял наши сцепленные руки и поднёс к губам я замерза. Перестала дышать, когда он несколько раз поцеловал ледяные пальцы и тыльную сторону ладони.

Развернулась к нему и утонула в темноте его глаз. На какое-то время мир вокруг словно погас. Звуки и запахи пропали, вообще никого не существовало кроме нас. Геральт молчал. За него говорил его горящий взгляд, столько в нём сейчас было, что внутри все перевернулось, и я вырвала руку из его хватки.

– Спасибо – произнес он одними губами, когда коснулся моего плеча, привлекая внимание.

Эйда рядом покачивалась в такт музыки и натягивала плащ Геральт, делилась со мной сладостями и угощениями, а я в больше не чувствовала вкуса. Я даже музыки толком не слышала, но стоило увидеть, как Эйда привлекает внимание Геральта и что-то очень живо рассказывает ему на ухо – я улыбнулась. А затем сердце пропустило удар. В тот момент, когда Эйда что-то пробормотала, заулыбалась, закрывая рот и губы Геральта, растянулись в довольной улыбке. Он протянул руку, уложил на плечо сестре и несколько раз ободряще сжал.

Мы просидели там до рассвета. Словно с последний раз, вбирая в себя атмосферу этого вечера, наполненную звуками живой музыки, ароматом жареного сахара, выпечки и сладких фруктов.

Когда возвращались, Геральт все-таки взял меня за руку, и я отчего-то почувствовала облегчение. Сердце забилось гулко, когда он пошёл со мной к двери моей комнаты. Я хотела остаться с ним наедине и поговорить, но разговора не получилось.

Когда мы оказываемся у двери в мою комнату, между нами повисает давящее молчание. Я сжимаю в кулаках ткань своего плаща, поджимаю губы, лихорадочно придумывая, что могла бы сказать. А Геральт будто испытывает меня, просто буравит тяжелым взглядом.

– Моё решение не изменилось – вдруг произносит он, и я поднимаю на него свой взгляд. Между густых бровей залегла складка, и я ловлю себя на мысли, что мне хотелось бы протянуть руку и провести по ней пальцами, чтобы разгладить – Завтра за тобой придут, чтобы доставить в Равенхейм. Ты свободна и вольна выбирать то, что пожелаешь – хрипло добавляет он, а затем делает шаг вперёд. Двигается ко мне так, что между нами не остается расстояние. Нависает. Его тяжелое дыхание обжигает меня, а рука опускается туда, где бешено колотится пульс. Геральт не сжимает меня, просто держит какое-то время, медлит, а затем произносит так, чтобы осталось между нами – Я растерялся, когда впервые тебя увидел, когда осознал, что Боги даровали мне истинную. Я не был готов. А теперь понимаю, что с твоим появлением, наконец, осознал, что я просто не жил. Ты спасла меня дважды. Мир, который ты для меня приоткрыла, мне нравится гораздо больше тем тот, что всегда был вокруг. Я отпускаю тебя, Александра. Ты можешь уйти в Равенхейм, и я обещаю, что не стану тебя искать. Теперь, когда нас не связывает истинность, я не смогу почувствовать тебя и найти. Я не стану искать. Но я хочу, чтобы ты сделала выбор. Ты сказала, что моя гибель для тебя не свобода. Теперь она у тебя есть. Сейчас, когда я исцелен и полностью здоров, я прошу тебя остаться рядом со мной. Без аркана, без истинности и желания усадить тебя у ног и подавить. Заставить жить так, как я к тому привык. Я хочу узнать тебя настоящую, сделать своей парой и усадить рядом с собой. К себе на колени – посмеивается он – Обещаю, что ты будешь единственной женщиной в моей жизни, и я стану делить с тобой не только постель и покои, но и свои переживания. Мы станем семьей, командой. И несмотря на то что между нами больше нет истинности, ты по-прежнему моё главное сокровище. Выбирай, Александра – произносит он, отпускает меня и делает шаг назад – Я приму любой твой выбор. Завтра ты либо выберешь Равенхейм, либо выберешь меня. Если захочешь остаться, я буду ждать тебя в кабинете.