355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Александра Пляскина » Кузина из Пустоты (СИ) » Текст книги (страница 19)
Кузина из Пустоты (СИ)
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 01:47

Текст книги "Кузина из Пустоты (СИ)"


Автор книги: Александра Пляскина



сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 30 страниц)

Глава 20

Что там видно, что сияет в них,

Отражение чье в глазах твоих?

Но на деле только лишь видна

Истина одна.

Времена не выбирали мы с тобой,

Будем здесь искать достойной доли.

Так на все давай сыграем мы с судьбой

Со слезами предвкушения и боли!

Так смогу ли я в этом мире продвинуться вдруг,

Коль стремиться к мечте, не покладая рук?

Что там видно, что сияет в них,

Отражение чье в глазах твоих?

Только вижу, как ни загляну

Истину одну.

Если истина укрыта тьмой,

На дороге бесконечной той

Верный путь когда-нибудь найду

И не пропаду!

Выяснение ситуации со стражей отняло много времени, особенно когда они узнали, что я из наемников. Все-таки у нас с ними не самые лучшие отношения. Закончив всю эту волокиту, я отправилась обратно в казармы. В комнате Серых царило нездоровое оживление. Как оказалось, на Льяро и Даро также напали. Капитан отделался раздражением, а мага немного покусали. Похоже, Льяро достались не совсем адекватные пустые или же просто запрограммированные куклы без кукловода. Укусы хоть и незаразны, но достаточно болезненны.

Выслушав их и поделившись своими новостями, я поудобней устроилась в кресле Наимэ, пока он ходил в ванну за компрессом для мага.

– Кто-то специально натравливал на нас пустых. Значит, этот кто-то знает, что у нас есть возможность определять их, и хочет вывести нас из игры. – Кардинал кивнул, не поднимая взгляда от раны Льяро, которую обрабатывал в данный момент.

– Главный сказал, что столица Астопада закрыта. Никто не может попасть или покинуть ее. Что сейчас там происходит также неизвестно. Я так понимаю, что это ответный ход. Вот только как он скажется на нас.

Черт, как быстро развиваются события. У этого мистера «Х» есть ответ на любой наш ход, причем мы совершенно не знаем его целей и намерений. Это все мне напоминает игру в «Го». Кто кого обойдет, тот и будет хозяином на поле. И как мне кажется, мы сейчас в тесном круге «камней» противника. Черт. Нас загнали в угол. Императору придется осчастливить общественность заявлением, что страна переходит на военное положение и все вытекающие отсюда последствия также будут озвучены.

Нельзя играть в открытую, если твой противник ведет нечестную игру.

И еще эти «Пустые»… Я не представляю, как мы можем им помочь. Душа это единственно определяющий фактор в нашей войне, который будет просеивать наших противников и союзников. Хотя… Неизвестно кто еще под командованием противника. Возможно, это не только пустые и его кукловоды, управляющие марионетками, возможно, среди них есть и другие. Вот тогда мы точно в проигрышной ситуации.

Ночевать я осталась у наемников, предварительно связавшись с Архиром и предупредив его. Надеюсь, брата они не тронут.

Все это довольно странно. Почему напали именно на наш отряд? Почему так открыто?

По моим подсчетам выходит, что где-то близко есть предатель и не факт, что он пустой.

– Я смотрю, на этот раз ты и себе кресло приготовила. – Альерхум улыбнулась и кивнула мне на соседнее.

Как же хорошо, что теперь, попадая в чертоги, я не испытываю тот холод и боль, как при первых моих сновидениях с прекрасной Богиней.

– Я не Бог, – в ее мягком будто бы обволакивающем голосе слышался смешок.

– Разве?

Я откинула голову и стала рассматривать клубы беспроглядной темноты, которая порой хаотично, порой упорядоченно двигалась в различных направлениях. Вот интересно, почему я вижу Альерхум, если здесь так темно или это свойства души такое.

– Второе ближе к цели. – Ухмыльнувшись, я продолжила рассматривать тьму. – Вся эта Вселенная была создана Богами. Практически все народы тоже были созданы ими, но не я и не моя коллега, если можно так выразиться, Леди Смерть – как вы ее зовете, не были созданы. Но также мы и не Боги. – Было слышно как утробно «мурлычет» Х» яопри под рукой своей хозяйки. – Мы появились одновременно со Смертью, когда умер первый живой. Можно сказать, что нас создали смертные.

Ее смех звенел в чертогах звонко с легкой хрипотцой, а тьма, отзываясь на настроение своей Госпожи, пошла рябью и закрутилась в свободном водовороте.

– Куда ушли Боги этой Вселенной?

Надо мной тьма кружилась, создавая невообразимые по красоте узоры.

– В другую Вселенную, потом дальше и дальше. Кто-то оставался в понравившихся ему Мирах, получая разрешение от местных Богов, кто-то уходил дальше. В итоге они разбросаны по всем реальностям и бытиям. Боги, создавшие эту Вселенную со множеством Миров, рас, законов, не были первопроходцами. Лишь несколько народов уникальны. Остальные просто прототипы.

– Зачем они создали ее?

– Желали создать что-то уникальное, чтобы можно было заявить о себе перед другими. – Я меланхолично перевела взгляд от бешеного танца теней на Альерхум. – Власть, зависть, ненависть, гордость – те пороки, что присутствуют во всех народах. Слабость Богов – Тщеславие. Люди были созданы в угоду их порокам, как отображение всего недостойного, и потому вас обозначили как рабов. Зачем – не знаю. Но как только вы стали воевать, как только люди из рабов превратились в полноправный народ, они бежали из этой Вселенной в другие, дабы спастись от своего творения.

Она прикрыла свои черные глаза и снова стала ласкать питомца. Я криво улыбнулась и перевела взгляд на так понравившуюся мне тьму.

– Тщеславие не единственная их слабость, есть еще глупость. – Узоры стали сменяться еще быстрее. – Глупо давать рабам чувства. Вот наш противник сейчас поступил верно. Нет души – нет чувств. Кукла не может предать или ослушаться, она не может мечтать, желать, надеяться. – Цвет узоров стал варьироваться не только всеми оттенками черного и темно-серого, но и багряного. Ого, это с чего так? – А ненависть, власть, зависть и тем более гордость может дать толчок и к другим чувствам. Да рабы и не должны иметь такие чувства, это слишком опасно для хозяев.

Я снова посмотрела на мою «кузину», она так же, как и я, всматривалась в сполохи багряных искр в черных узорах над нами.

– Ты сильно изменилась. Твои мысли, ощущения, отношение ко всему происходящему стали другими. – Ее черные непроницаемые глаза встретились с моими. – Даже убийства для тебя всего лишь обыденность. Не думала, что варг так сильно на тебя повлияет.

Я отрицательно покачала головой.

– Варг лишь внес коррективы в изменения, которые начали происходить со мной после Чертогов. – Я прижала правую ладонь к груди, пальцы стало покалывать от холода. – Твоя частичка стала менять меня. Скорей всего, я отталкиваюсь от твоих ощущений, только во мне еще слишком много человеческого. Возможно, когда-нибудь я превращусь в подобие тебя, но надеюсь, это будет не так быстро.

Ее улыбка походила на оскал, такая красивая, такая опасная.

– Мне нравятся такие изменения, но лишь в тебе.

– Зачем ты меня позвала?

Странно, но меня охватывала все большее безразличие. Мое тело и сознание так устало, а узоры завораживали настолько, что мне было абсолютно все равно кто передо мной и что мне будет за мое неуважение.

– Можешь не переживать по этому поводу, твой разум сейчас находится на грани. – Смех почти прорывался сквозь ее губы и слова. – И если ты продолжишь смотреть на танцы тьмы, которые она танцует для тебя, то твое сознание достанется ей.

Так вот почему мне так все безразлично. Я уже с трудом отвела взгляд от этого завораживающего зрелища. Мое тело не слушалось меня.

Злость! Горячая волна боли и раздражения прошлась по моему телу, быстро и безжалостно смывая все преграды, блоки и возвращая мне мое тело. Я медленно выпрямилась в кресле и прикрыла глаза.

Черт! Хорошо хоть, сейчас предупредила, а не когда я уже стала бы растением.

– Он скоро придет. Его брат тоже. Ты должна успеть проводить его ко мне раньше, чем он перестанет сопротивляться силе вашего противника.

– А как я его приведу?

Я даже глаза открыла от такого заявления.

– В тебе есть моя частичка. Когда он будет спать или без сознания, направь на него свою силу.

– Как-то это чересчур пафосно звучит. Ну, да ладно, методом проб и ошибок, думаю, получится, надеюсь.

Вот только что мне делать со вторым? Действительно проблема. Месть уже вполне остыла, значит, пора ее уже подавать к столу… Черт!

– Он знает, что неправ, но сам виноват. – Я подняла растерянный взгляд на Госпожу Чертогов. Сейчас она как нельзя сильно походила на психоаналитика. Альерхум даже прыснула от такого сравнения. Опять она в моих мыслях копается. – Шаолэр взрослый Дракон и довольно старый по вашим меркам, но он жил в слишком уединенном сообществе. Люди, эльфы, дроу для них редкость. Максимум двое или трое Каархим и те бывают лишь как послы. Мир Драконов слишком замкнут на себе. И только Демоны частые «гости» их владений. А если учитывать, что и сами Демоны любовью к общению не блещут, то что ты хотела?»

– Неужели возраст определяется общением?

Я недоверчиво посмотрела на «родственницу».

– Не только, но без общения мы не развиваемся. – «Мы»? это она себя тоже учитывает. – Конечно, только я общаюсь с вашими душами, которые рассказывают мне все. Если ты мне не веришь, то я приведу тебе пример из прошлого твоего бывшего Мира. – Альерхум на мгновение прикрыла глаза, собираясь с мыслями. – В твоем Мире есть такое государство – Япония. Они жили замкнуто и развитие их не трогало. Разницы между пятнадцатым веком и восемнадцатым практически никакой. Но лишь приплыли «Черные Корабли», и все изменилось – резко, быстро, неумолимо. К началу девятнадцатого они имели не меньше остальных. Всего за какие-то несколько десятков лет. Даже с вашей короткой жизнью, они успели многое и смогли вернуть должок «захватчикам».

Я задумалась. Ведь и правда, Япония развилась очень быстро с приходом иностранцев, которые терроризировали несчастный народ. Прикрыв глаза, я расслабилась в кресле, прогоняя все мысли прочь. Не сейчас.

Открыла глаза уже в комнате наемников. Что ж, возможно, ты и права, дорогая кузина, но месть есть месть, и от своих принципов я не откажусь. В голове послышался тихий хмык. Повернувшись на правый бок и зажав в руке под подушкой стилет, уснула.

* * *

Сестра выглядела уставшей и потрепанной. Ее золотистые волосы потускнели, глаза были влажными и покрасневшими.

– Ты как?

– Открой портал.

Ее тихий голос усилил мои опасения. Ориентируясь на камень сестры, как на маячок, стал создавать портал. Когда он был закончен, я раздвинул края, стабилизируя его, иначе Оли могло выкинуть где-нибудь в другом месте. Знаем, проходили. Когда стал появляться облик человека в разорванном пространстве, я немного отошел, чтобы дать ей пройти. Как оказалось, она была не одна, а с Лайем. Она практически тащила брата на себе. Я успел подхватить его как раз вовремя, Олита уже не держалась на ногах. Как только она прошла, портал закрылся. Опустив брата на кровать, стал осматривать его на предмет ран, но ничего не находил.

– Что с ним? – Я повернулся к Олите спиной, продолжая осмотр.

– В городе творится невесть что. Повсюду пустые и Кукловоды, живых всего половина, но их не трогают, пока они прислуживают новому Императору. Я вытащила Лайя из подвала Наказательного отряда. Даже не представляю, что они с ним делали, нет никаких физических ран. Когда я пришла за ним, он еще был в сознании, но уже не мог ничего сказать. – Послышался тихий всхлип. – Госпожа не может ему помочь. Она сказала, что он для нее потерян.

Меня будто парализовало. Потерян… Для Госпожи…

«Прости, я больше не властна над его душой, но она еще есть у него. Моя печать развеяла то заклинание, которым Он порабощает чужие души, но при этом ликвидировалась сама», – шепот в голове, казалось, обжигал болью и скорбью.

«И что с ним теперь?» – в голове был полный кавардак.

«Не знаю. Вернуть его себе я уже не могу. Договор не позволяет, а заключить новый со старой душой тоже нельзя».

В сердце поселилась пустота. Пусть я не очень ладил с братьями, порой мы готовы были друг другу горло перегрызть, но так…

«Покой?» – последняя надежда.

«Не думаю», – ее голос опутывал скорбью.

Должен быть какой-то выход. Неужели нас так просто сломать?

За спиной послышались всхлипывающие рыдания.

– О-он н-не-е б-буде-т-т ж-жить б-бе-ез с-с-своей-й Г-гос-п-пожи-иии.

Олита захлебывалась в рыданиях. Я подошел к ней и прижал к себе. Сестра содрогалась в рыданиях. Сейчас она не сильный и опасный кланник, а простая девчонка. Я успокаивал ее, как мог: лаской, уговорами, шептал успокаивающие слова, говорил, что все будет хорошо, что я все поправлю, но она лишь начинала плакать еще сильнее. Не знаю, поможет Покой или нет, но попробовать стоит. Все-таки вторую сторону своей Госпожи они не знают, не видят, потому как в раболепии покланяются ей и ненавидят ее сестру. И мой брат не исключение. Глупый старший брат.

За дверью послышалась ругань. Что там происходит? Как бы в ответ на мои мысли, дверь распахнулась на пороге стояла Кира, которая пребывала в праведном гневе и изливала его на голову Туарисара.

– Да чхать я хотела на то, что без стука нельзя! У меня Доклад!

Она вошла в комнату и резко затормозила, увидев, что я не один. Вслед за ней ворвался Ар, врезавшись в девушку, которая преграждала ему путь. Заметив Олиту, друг в прямом смысле слова уронил челюсть.

– Э-э… мы, похоже, не вовремя.

Кира недоуменно рассматривала Олиту, которая наконец прекратила рыдать и так же рассматривала девушку. Я чувствовал, как внутри моей сестры поднимаются волны гнева. Сознание коснулась легкая волна знакомой силы – Истинный.

– Олита! Нет!

Я не успел ее остановить. Она не отрывала взгляда от Киры. Если бы на ее месте сейчас стоял кто-нибудь другой, то он бы уже был бы мертв или сошел с ума, но в данном случае в опасности не она, а сестра. Олита и так на грани психического и магического истощения, а Истинный Взгляд отнимет последние силы. Надеюсь, только Кира не ответит ударом. Иначе мне придется ее убить или хотя бы попробовать.

Но все прошло, как и в прошлый раз. Она развеяла Истинный Взгляд сестры, оставив его оседать магическим пеплом вокруг нее. В этот момент Олита потеряла сознание. Подхватив ее на руки, я опустил сестру в кресло.

– Ар, прикажи принести пару кувшинов воды и еды.

Друг лишь кивнул и вышел, закрыв за собой дверь. Его страх в отношении меня практически сошел на нет, но вот в таких ситуациях он порой дает о себе знать.

– У вас, кланников, инстинкт кидаться на ни в чем неповинных людей? – Сарказм практически ощущался на вкус.

– Ты не вовремя. – Она проследила за моим взглядом и приглушенно охнула, увидев брата. – Олита моя сестра, она вытащила Лайя из Найрулье, но у него серьезные проблемы.

Девушка ничего не ответила, ее взгляд не отрывался от Лайя.

– Над ним пытались провести обряд для пустого, но печать Смерти отразила магию. Правда, при этом распалась сама. Теперь он не кланник и его Госпожа не может ему помочь. Печать для нас это основа договора. Ее ставят на душу, а порой дублируют на теле владельца, если душа нестабильна.

Кира перевела взгляд на меня. Он был потерянным, в ее серых глазах стали мелькать зеленые искры.

– Поставь печать, – ее голос стал совсем хриплым.

– Я не могу.

Она смотрела мне в глаза, но казалось, что мимо.

– Ставь! – Стало ощутимо холодать. – Он умрет. Его душа умрет. Она больше не принадлежит Смерти, и Альерхум не может ее забрать. Значит, заберет Он.

«Она права. Эта мразь заберет его у меня», – моя напарница шипела от гнева.

«Тогда как?» – мой голос звучал сухо, больше не было паники.

«Пусть она поможет. Душа Лайя больше не будет принадлежать мне, как и твоя. Он больше не сможет брать мою силу как раньше, но я готова пожертвовать, лишь бы он не достался тому ублюдку», – Смерть кричала в моем сознании, разливая вокруг тонны ненависти, а я стоял как громом пораженный. Моя душа не принадлежит ей? Но это невозможно! Мы заключили контракт. Наши души возрождаются снова и снова, лишаясь памяти, и принадлежат Госпоже Повелевающей Жизнью.

Уловив мои мысли, Она успокоилась.

«Прости, я не могу тебе сказать», – ее тон был извиняющимся, впервые я слышу ее такой.

«Хорошо».

«Я не буду брать с тебя платы в этот раз».

«Если все получится, то она будет должна тебе». – Теперь ее место занимала Покой.

Должна? Мне!?

«Не трать время, мой мальчик», – в голосе звучала укоризна.

– Кира, – девушка стояла рядом. Ее зрачки стали стального цвета с зелеными ободками по краям. – Ты мне поможешь.

Она улыбнулась. Таких клыков я давно уже не видел.

– Мне нужна твоя печать как основа. – Девушка подозрительно сощурилась. – Тебе придется раздеться.

– А стриптиз тебе не станцевать!?

– Это что?

– Раздевание под музыку.

– Думаю, мы это попробуем позже.

Улыбнувшись ей, я еле успел уклониться от кулака.

– А я думал, ты собираешься за меня замуж.

Я даже не заметил, как вошел Ар, по виду девушки – она тоже. Туарисар закрыл дверь и прошел в комнату, поставив два кувшина с водой на стол.

– Что с Лайем? – Друг подошел к кровати, осмотрев его на предмет ран и не найдя оных, повернулся ко мне.

– Печать сломали. – Ар побледнел. – Нам нужно ее восстановить. Займись пока Олитой.

Туарисар знал, что такое печать, и знал, чем грозит ее потеря. Нам об этом в детстве рассказывали как страшную сказку, в которую мы не верили, пока не нашли в библиотеке старый фолиант. В нем говорилось об одном кланнике, который во время войны с Эльфами попал под заклинание и потерял печать. Он больше не мог быть со своей Госпожой. Его душа распадалась. Клан не мог его принять, и он ушел. В итоге, душа распалась окончательно, но от постоянного сотрудничества с силой своей Госпожи, его тело изменилось. Он оставался живым даже без души. Бывший «смертник» превратился в сущность, которая ненавидела свою бывшую Хозяйку и всех кланников. Он убивал всех подряд: людей, эльфов, дроу, каархим, оборотней, магов. Когда подошла очередь Клана, нам оказалось нечего противопоставить ему. Прежде чем мы нашли способ его уничтожить, он убил более двух десятков кланников.

И похоже, моего брата ждало что-то подобное, если я сейчас ему не помогу.

– Запомни, моя печать заключена на другой сущности. – Девушка стала раздеваться. Эм, нужно думать о деле. – Душа варга и есть Печать. Тебе нужно создать что-то подобное. Привязать ее к телу, дабы его сущность не покинула его.

Сняв жилетку, сапоги, пояс с метательными ножами и все остальное оружие, она взялась за рубашку. Но меня больше это не волновало. Мои мысли занимал вопрос, кто будет якорем. Возможно ли сделать привязку на меня?

«Ты не можешь», – красивый голос завораживал своей мягкостью мое сознание. Она сильна, сильнее своей сестры, но ей это неважно. – «Тебе придется сделать обратную печать и основой станет девушка».

– Почему!? – от удивления я стал говорить вслух. – Это опасно, если умрет носитель печати, то умрет и печать, а в данном случае обратная связь тоже будет действовать!

«Ее очень сложно убить. Но и после смерти ее душа будет принадлежать ей. Альерхум дала ей часть себя. А привязать печать можно лишь к „мертвым, но живым“ и ко мне. Вернее, к моей сестре. Вот только Смерть не может больше управлять его душой, она ей больше неподвластна», – Покой говорила тихо и спокойно, будто бы уговаривая маленького ребенка.

– А ты? – я схватился за ускользающую мысль. – Ты можешь стать основой Печати?

«Могу, но ты согласен заплатить такую цену?»

«Заплатить?» – я растерянно смотрел на брата, он неподвижно лежал на моей постели. – «Что ты подразумеваешь под этим?»

«Моя сестра не может тебе рассказать, но у меня нет причин молчать», – ее мягкий голос дарил тепло и успокаивал. – «Ты не раб моей сестры, потому что принадлежишь мне. Ты плата за силу. Такую плату моя сестра требует лишь второй раз, но принадлежишь мне. Я даю силу только тебе, такую, которой не обладают другие кланники. Помимо этого ты пользуешься и силой Смерти. Ты мой уникальный мальчик». – Я наконец успокоился, меня больше ничего не тревожило. Теперь все правильно. – «Вспомни, как ты платишь за мою силу. Твой брат будет платить так же. Но он сможет пользоваться только моей силой. Ты согласен?»

«Да».

Я не задерживался с ответом. У меня здесь всего три выбора: убить его, поставить печать, привязав к Кире, и поставить печать, привязав к Покою. О своем выборе я не буду жалеть. Если это не устроит Лайя, всегда можно будет убить его.

Мне было сейчас очень легко и радостно. Я рад тому, что принадлежу Ей, а не Смерти. Но вот тот, кто так мною расплатился, будет долго сожалеть. Так продать своего ребенка, зная исход – мразь.

– Я готова.

Глянув на Киру, я еле успел челюсть поймать. Снова ее кружевное белье бьет меня на повал. С трудом сглотнув, постарался успокоиться. Я кивнул девушке, поскорее отвернулся и пошел к брату. Сняв его куртку и рубашку, перевернул на живот. Как мне кажется, Лайю не очень понравится печать на животе. Его светлые, как у Олиты, волосы сейчас казались темными от грязи. Видимо, придется его подстричь, на моем лице расцвела мерзкая улыбка. Короткая стрижка для Лайя смерти подобна. Он всегда гордился своей золой гривой.

«Пора», – тихий нежный шепот.

– Начинаем, – я снова повернулся к девушке. Она стояла спиной ко мне.

Покой вошла в меня, легкая эйфория от нахлынувшей силы и полное умиротворение. Еще раз окинув девушку на этот раз совершенно беспристрастным взглядом, я заметил, что ее печать кончалась или вернее начиналась от левого бедра.

– Ты знаешь, что там написано? – Мой голос стал мужской версией Покоя.

Девушка повернула голову в мою сторону. Глаза стали прежнего серого цвета без зеленых всполохов. Она смотрела на меня, не отрываясь.

 
– Оковы рухнули и бездна,
Он стал защитником твоим!
Его душа – теперь твоя надежда,
С ним ты разделишь свою жизнь!
Но раз уступишь ты его надеждам,
И он возьмет обратно свою жизнь!
 

Она отвернулась, но медленно, как бы нехотя. Ммм, слишком опасно, нам такое не подходит. Нужно придумать другую печать.

– Мне нужны подходящие слова к Печати.

– Кто будет основой? – она снова посмотрела на меня.

– Сестра Смерти – Покой.

Девушка задумалась.

– А какая разница, что поставить печатью?

– Это определит его силу.

– Тогда, возможно, это: Нуар – древнее имя Судьбы.

 
Две девы, правящие смертью.
Да защитят их черные руки
Покой новорожденных.
Я кивнул, действительно подходит.
 

Перейдя на магическое зрение и подпитывая его силой Покоя, я всматривался в магические узоры, переплетенные с душой варга. Красиво. Повернувшись к брату, стал перестраивать силу, делая ее более плотной и осязаемой. Возле кровати, я полностью отдал свое сознание Покою.

* * *

Я стояла посреди комнаты Горрита в одном нижнем белье и не понимала, что произошло, когда я увидела Лайя. Меня будто кипятком ошпарило. В голове звенел тихий крик Альерхум. Неужели она уже и тут до меня достать может? Пока размышляла, дракон влез в мое сознание не без помощи кузины. Я оказалась на вторых ролях, смотря на все, как на представление, со стороны. Варг говорил моим голосом, управлял моим телом, жил. Мне с трудом удалось вернуть себе свое тело, но как только я это сделала, Эрхор тут же прикинулся ветошью и не отвечал на мои вопросы.

Потом еще пришлось раздеваться. Горрит вообще разговаривал сам с собой, а Туарисар откровенно пялился на меня – гад. Но когда Горрит спросил меня о переводе печати, его голос изменился. Я уже слышала его таким. От него сердце в страхе замирает и тут же начинает биться как ненормальное от щемящего чувства восторга. Эстет несчастный, стоит тут в полуголом виде и наслаждается, тьфу ты – дура. Повернувшись к Горриту лицом, я натолкнулась на его взгляд. Меня стало затягивать в эту бездну. Перевод печати был произнесен на полном автомате, в то время как мое сознание ускользало во Вселенную, что поселилась в его глазах. Звезды, тысячи и тысячи звезд мелькали передо мной. Но я смогла заставить себя остановиться. С трудом отвернувшись от него, смогла наконец выдохнуть. Действительно нырнула, даже дыхание задержала.

Сейчас Горрит при помощи силы выжигает руны печати. Он писал на том же языке, что и на моей тату. Текст начинался от левого запястья и строчкой шел вдоль всей руки, по плечам, вдоль правой руки и закончился на запястье правой.

Потом между лопатками стало проступать изображение их семейного медальона с вплетенным туда каким-то словом. А как оно переводится?

Во время создания печати он периодически поглядывал на мою. Интересно, что он там видит?

Когда работа была закончена, Горрит упал на колени перед кроватью. Я и Туарисар бросились ему помогать. Оттолкнув рыжика обратно к креслу, в котором спала сестра кланника, я хмуро посмотрела на парня.

– Хочешь умереть? – Он непонимающе уставился на меня. – Один раз поймаешь его взгляд и уже не вернешься.

Туарисар растерянно кивнул. Я подошла к Горриту.

– Ты как?

– Хреново, – он поднял голову и посмотрел на брата. – Подстригите его.

– Чего!?

На его губах расплывалась ехидная улыбка.

– Может, не надо? – Туарисар стал бледнее полотна. – Э-это же Лай.

– Это моя плата, – улыбка превратилась в оскал.

Да, семья у него золотая. Наклонившись, я подняла лежавший рядом с кроватью свой стилет. Честно признаюсь, я наихудший парикмахер в мире, но плата это святое.

– Как коротко?

– Кира, прекрати! – Туарисар в панике уже покрылся пятнами.

Я посмотрела на кланника, тот с удивлением разглядывал меня. Постаравшись не встречать с ним взглядом, дабы не зависнуть минут на двадцать, я состроила улыбку аллигатора перед добычей.

– Чтобы мои ему казались недостижимой мечтой.

Ууу, злыдень. Его волосы лишь слегка прикрывали уши. Я подошла к кровати, взялась Лайя за волосы и, собрав их в хвост на затылке, обрезала стилетом. Стрижка получилась авторская. Не дай Бог так на улице появиться. Как хорошо, что у меня любящий брат.

Повернувшись к Горриту, я отдала ему волосы. Таким счастливым еще ни разу его не видела.

– Повязка где?

– В сумке. – Горрит не отрывал пылающих глаз от довольно приличного хвоста грязных золотистых волос.

Я пошла в сторону стола.

– Если ты не прекратишь глазеть – врежу.

Туарисар улыбнулся, но отвернулся. Достав повязку, я кинула ее кланнику и стала одеваться.

Покончив с одеждой, принялась за оружие. В комнате было тихо. Рыжик все пытался привести дикую сестрицу Горрита в приличный вид, а сам «смертник» сидел на полу, облокотившись на кровать, и счастливо лыбился. С учетом повязки на глазах его улыбка смотрелась несколько устрашающе. Вот же семейка. Закончив цеплять оружие, я вспомнила, зачем пришла.

– Между прочим, я с докладом. – Горрит перестал улыбаться и повернул голову в мою сторону. – Вчера на меня, Льяро и Даро напали пустые, которыми управлял кукловод. Нападения происходили массовыми составами, и не скрываясь. Пострадал только маг – несколько довольно болезненных укусов. Но это, скорее всего, подстава, нас просто заложили, так как нападения были избирательными.

– Значит, среди приближенных Императора остался кто-то еще. – Туарисар внимательно осматривал Олиту.

– Вероятно, это не пустой, – Горрит углубился в размышления. – Наверняка кукловод, а если это действительно так, то вычислить мы его не сможем, так как его душа при нем.

– Тогда методом исключения.

– Придется проверять всех, кто знал о задании и о зачистки дворца.

«Смертник» запустил правую руку в волосы, приводя их в форменный беспорядок.

– Я займусь этим сам.

– Хорошо.

Мы поели в комнате, не решаясь спуститься вниз и оставить «родственничков» без присмотра. Я и рыжик словесно пытали Горрита о свойствах печати и нынешнем состоянии, как оказалось, его старшего брата.

Горрит – добрая душа, поставил печать брату, основываясь на основных магических потоках моей, но сделал привязку не к мертвому, а к своей напарнице или вернее, ее сестрице – Покою. Что для Лайя хоть и наилучший выход из сложившейся ситуации, но и самый страшный. Он больше не сможет служить своей обожаемой Госпоже, а расплачиваться за силу Покоя ему придется, как и Горриту. Хотя, возможно, и чем-нибудь пострашнее. Но зато он теперь снова входит в клан и безумие ему не опасно, ну или опасно, только в немного иной плоскости. Короче, одни подводные камни, которые придется разбирать Лайю самостоятельно, отчего Горрит был неимоверно рад.

Пока мы раскладывали с даридом по полочкам полученную информацию от кланника, в свое не совсем стабильное психическое сознание пришла Олита.

– Рит.

Ее голос был сиплым и слабым, не хило их помотало, прежде чем они до брата добрались.

– Ты как? – Кланник присел рядом с креслом сестры. Повязка еще скрывала его глаза.

– Жить буду, – она с трудом сфокусировала свой взгляд на брате. – Ты опять? Ты же знаешь, что Она опасна!

Олита сорвалась на крик и в итоге окончательно осипла.

– Я сам буду решать, – Горрит снова стал холодным и опасным. Он как зверь, запертый в клетке, прикидывается, что белый и пушистый, чтобы его выпустили, и как только кто-то ловится на эту уловку – перегрызает ему горло.

Девушка от его голоса вжалась в кресло. Неужели его боится семья?

– Тем более что Лай теперь сможет пользоваться только Ее силой. Я поставил печать, теперь он снова кланник.

Олита недоверчиво хлопала глазами. Посмотрела на спящего Лайя, не отрываясь.

– Почему именно Она? – ее голос дрожал, а сиреневые глаза стали темнеть.

– Ты бы хотела оставить его без печати?

Горрит поднялся на ноги. Я чувствовала его разочарование и злость. Вернее, их чувствовал Эрхор. Его эмоции настолько сильные, что их смог уловить варг.

– Так было бы лучше. – Девушка опустила голову. – Прости, я просто устала. Спасибо.

Я повернулась в сторону Туарисара, парень выглядел, будто его током зарядов в 220 стукнуло. Он посмотрел на меня и отрицательно помотал головой. Что за фигня?

– Отведи ее в ванную, – я кивнула в сторону двери.

Рыжик кивнул и пошел к девушке. Та находилась в какой-то прострации. Она не протестовала, когда дарид помог ей подняться на ноги и повел в ванную. Думаю, он ей лучше все объяснит, чем Горрит. Последний даже с места не сдвинулся. Злость и растерянность фонили все сильнее, он так скоро засветится.

Я подошла к нему со спины. Резко повернув его к себе лицом, я сделала подсечку, и он упал в кресло. Эффект неожиданности сработал.

– Что ты делаешь!?

Его голос походил на рык, давая выход его злости.

Я шустро уселась ему на колени, прежде чем он успел встать с кресла, и сдернула повязку. В его глазах мелькали молнии и, сталкиваясь друг с другом, взрывались. Жутко красиво.

– Если ты не прекратишь так разбрасываться своими эмоциями, то я на кого-нибудь накинусь. Надеюсь, ты этого не хочешь. – Мой ехидный тон и вызывающее поведение сбили его с толку, но зато злость растаяла как небывало, осталась только растерянность.

– Ты слышала ее? – Господи, только не эмоциональные всплески.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю