156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Главное Убежище (СИ) » Текст книги (страница 1)
Главное Убежище (СИ)
  • Текст добавлен: 12 октября 2016, 01:59

Текст книги "Главное Убежище (СИ)"


Автор книги: Александр Неверов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

Александр Неверов-Главное Убежище

Последняя смена

"Что-то устал я сегодня " – думал Веник, толкая вагонетку набитую мусором.

Это был их последний рейс за сегодняшний день и он подходил к концу. Обычно все работы заканчивались до ужина, но иногда их заставляли работать и после. Сегодня был как раз такой дополнительный рейс.

Две сцепленные вагонетки, скрипя ржавыми колесиками, медленно катились по слабо освещенному тоннелю. Мусорщики толкали тележки в тишине. Обычно рабочие оживленно переговаривались, но теперь, в этом дополнительном рейсе, все шли уставшие и злые. Впереди, перед Веником пыхтел низкорослый парень по кличке Дубик. Веник некоторое время смотрел ему в затылок, а затем обернулся. За ним молча шел и толкал вагонетку толстый лысый детина по кличке Борода. Толстяк сосредоточенно смотрел перед собой, словно думая великую думу.

"– И ведь не поговоришь ни с кем" – с тоской подумал парень, отворачиваясь.

Веник старался со всеми поддерживать хорошие отношения, но друзей у него отродясь не было. Да и с кем тут дружить, если вокруг или дебилы, вроде Бороды, или стукачи, как Дубик.

Поэтому парень с тоской продолжил смотреть себе под ноги и на опостылевшие стены тоннеля.

Они шли по Метро, как называли этот тоннель местные. Странный и непонятно куда ведущий тоннель с вертикальными стенами плоским потолком. Он шел из Люкса и кончался на свалке, куда с давних времен вывозили мусор. Вероятно он тянулся и дальше, но в месте свалки тоннель заканчивался стеной из грубого кирпича. Вот такое Метро. Поговаривали, что где-то под землей есть и другое, Большое Метро. Это была одна из излюбленных тем местных после отбоя. Однако Веник в этих разговорах не участвовал. Во-первых, с ним мало кто разговаривал, а во-вторых, что ему дело, до этого Большого метро. Он в нем все равно никогда не побывает, да этого, ведущего на свалку Метро хватало выше крыши. Целый день повози тут вагонетки, не то что болтать, лишь бы до койки ноги донести.

– Как же мне это блядство надоело! – нервно и громко выругался один из мусорщиков по другую сторону состава.

– Ты про что? – живо откликнулся Дубик.

Веник невесело усмехнулся. Можно было не сомневаться, что если сейчас прозвучит что-либо крамольное, то уже вечером об этом будет доложено куда следует.

Однако мусорщики – народ, битый жизнью, и поэтому, вопрос стукача повис в воздухе.

До свалки было уже рукой подать. Тоннель, а вместе с ним и узкоколейный путь, пошел на подъем. Бригадир Сергеич, привычно прикрикнул:

– Давай, ребята! Налегли!

Веник вместе с остальными, также привычно налег плечом и тяжело груженые вагонетки, еще более поскрипывая своими ржавыми частями, пошли в гору.

"– Уже близко", – подумал Веник.

Через сотню метров тоннель и вместе с ним и рельсы заканчивались. Там находился тупик и конечная цель их рейса – Свалка. Вдали уже показался тусклый огонек слабо горящей лампочки, означающей конец пути.

Через минуту достигли конца пути. Тоннель заканчивался глухой стеной из грубого кирпича. Прохода дальше не было. Вагонетки остановились, стукнувшись в небольшой бордюр. Несколько мусорщиков из тех, кто поважнее, сразу же присели отдохнуть.

В левой стене тоннеля находился довольно широкий и короткий проход. Никто не знал, что здесь было раньше, но все сходились во мнении, что это место словно специально было создано, чтобы стать свалкой. Проход, сужаясь, заканчивался проемом который вел в широкую и глубокую вертикальную шахту непонятного предназначения. Для чего бы ее не сделали в давние времена, но сейчас в нее сбрасывали мусор.

Бригадир немного повозился со стоящим у стены аккумулятором, от которого шло несколько проводов к висевшим на стенам лампах.

Есть!

Зажглись несколько лампочек, висящих на стенах. В тоннеле стало гораздо светлее, а на полу заплясали неясные тени от суетящихся мусорщиках.

– Ну, чего расселись, – прикрикнул кто-то, не дожидаясь понуканий бригадира. – Давайте, цепи крепите!

Здоровяк Борода, начал крепить к вагонеткам цепи, противоположный конец которых был вмурован в стену тоннеля рядом. Это нужно было, чтобы при опрокидывании ковша с мусором на бок, вагонетка не кувыркнулась вместе с ним.

Позвенев цепями, Борода, хрипло доложил:

– Готово.

Один из мусорщиков, Ляпух, подошел к первой вагонетке и взялся за рычаг, приготовившись начать процедуру, которую он проделывал много раз за день.

Бригадир привычно крикнул зычным голосом:

– Первый пошел!

Ляпух навалился на рычаг и ковш резко опрокинулся в сторону, так что только жалобно лязгнули цепи, удерживающие качнувшуюся вагонетку на рельсах. Груз, состоящий большой частью из рваного и промасленного тряпья, вывалился на наклонную плиту. Несколько мусорщиков, среди которых был и Веник, начали резво сгребать его граблями в сторону шахты.

Усилиями нескольких людей, ковш вернули в исходное положение.

Снова команда бригадира:

– Второй пошел!

Второй ковш завалился на бок. На этот раз в нем не было никакого тряпья, а только комки земли, камни, битый кирпич и прочий строительный мусор, добываемый во время прокладывания тоннелей.

Веник усиленно работал граблями, проталкивая комки грязи к шахте. Рядом работало еще несколько человек.

Мусорные бригады не имели постоянного состава. Народ в них постоянно тасовался. Поговаривали, что люксовские боятся, что бригада может сплотиться и задумать недоброе. Ради этого и практиковалась постоянная чехарда в кадрах. Однако эта мера привела только к тому, что теперь все мусорщики хорошо знали друг друга, что впрочем, не способствовало установлению более дружеских отношений между ними.

Сегодня в их бригаде первый день работал новый жилец Тамбура – молодой парнишка по кличке Блондинчик. Рассказывали, что он раньше жил в одном из племен в Теплотрассах, а теперь решил прибиться к ним. Это у него было, так сказать, боевое крещение.

Бригадир, наблюдающий, за мусорщиками, заметил, что Блондинчик, что-то стал вытаскивать из кучи мусорного тряпья.

– Чего ты там возишься? Нет тут ничего. Все стоящее еще в Люксе разобрали. А если что и прошло, то на погрузке, при сортировке, вытащили.

Однако парнишка, продолжал вытаскивать какую-то тряпку.

– Ну как же, – прогундосил он. – Вот же, штаны…

Он наконец вытащил что-то оказавшееся рваными, но вполне еще приличными камуфляжными брюками, которые носили стражники.

– Вот! Зашью и поношу.

– Я тебе поношу! Брось!!! – загремел бригадир.

Блондинчик недоуменно на него уставился.

– Идиот, – сказал ему пыхтящий рядом Дубик. – Нам, в Тамбуре, запрещено носить камуфляж и все зеленое.

Парень удивленно посмотрел на бригадира. Тот кивнул:

– Все так. Брось…

Это было правдой. Обитателям Тамбура в числе многого прочего запрещалось носить одежду, хоть немного напоминающую одежду стражников из Люкса.

Блондинчик с сожалением бросил брюки в кучу, которую Веник точным броском столкнул в шахту.

– Ничего, – успокаивающе, сказал командир, присев и прислонившись спиной к вагонетке. – Как поставят тебя на погрузку, там разживешься одеждой.

Мусора у края шахты почти не осталось. Сделав свою дело, один за другим, мусорщики присаживались отдохнуть. Работали только Веник и Дубик, заталкивающие остатки мусора в пасть шахты. Веник, краем уха, слушал негромкие разговоры коллег.

– Говорят, что хотят сделать, чтобы по три вагонетки за раз вывозилось, – тихо рассказывал мастеровой Фил, который занимался ремонтом вагонеток и неизвестно как оказался в их бригаде.

– Да они там, совсем что ли? – сказал картавый Губер. – Это куда столько? Тут две-то с трудом толкаем, а то сразу три…

– Слушай, Фил, – спросил бригадир, – а ты-то как сюда попал? Из мастеровых да в мусорщики. Тебя что, разжаловали?

– Какой там, – Фил махнул рукой. – Учетчик так велел. Говорит, что людей не хватает. Будут и нас привлекать…

– Странно, – сказал кто-то.

– Чего странного, – встрял в разговор старик по прозвищу Дед. Он был, пожалуй, самым старым жителем Тамбура. – Вымираем мы. Вот и не хватает рабочих рук.

– Тогда зачем они что-то копают? – спросил Дубик. Он уже закончил работу и подошел к отдыхающим, с удовольствием присоединяясь к беседе.

– Черт их знает, – сказал Бригадир.

– Этак, скоро вымрем все, а кто тогда вагонетки им толкать будет? – в шутку спросил рабочий Степан. Однако шутка не прошла – никто даже не улыбнулся.

– Сами и будут толкать, – сказал глупый Блондинчик.

– Ты это, поосторожнее, – прикрикнул на него бригадир.

– Да они сами тоже вымирают, – сказал Дед. – Разве что помедленнее нашего.

– Ну, ты, это, не говори, – неуверенно возразил бригадир.

– А чего говорить? Вы, наверное, уже давно забыли, а я прекрасно помню. Раньше, даже тут на свалке постоянно был пост, охраняли мусорщиков. А сейчас что? Нападут на нас, никому и дела не будет.

– Да кто нападет-то?

– Да фиг его знает. Мало ли под землей кто валандается. Тем же крысам надоест в шахте перебиваться, вот решат нами закусить.

– Типун тебе на язык.

Воцарилось молчание. Веник закончил сбрасывать мусор и площадка очистилась. Он подошел к рабочим, надеясь отдохнуть и быть может вставить пару реплик в разговор. Однако не успел он присесть, как бригадир начал командовать:

– Отдохнули и хватит. Айда!

Мусорщики один за другим с неохотой поднимались на ноги и шли к вагонеткам.

Обратный путь был намного легче. Тоннель шел немного под откос, да и пустые вагонетки не сравнить с гружеными. Веник шел сбоку, толкая вагонетку одной рукой, тупо глядя на вертикальные стены тоннеля из серого бетона, прорезанного многочисленными трещинами.

Вокруг царил полумрак. Через равные промежутки на потолке висели тусклые, но исправно работающие лампочки. Изредка, в стенах встречались темные проходы, как полузасыпанные, так и рабочие, но все они никуда не вели, рано или поздно заканчиваясь тупиками.

"– Вот еще один день кончается. Пора домой" – думал парень.

Тоннель заканчивался. Скоро в стене справа должен был появится коридор, ведущий в жилище Веника, который был единственным из рабочих Тамбура, кто жил за его пределами.

Все обитатели Тамбура ютились в "общаге" – нескольких больших и вытянутых комнатах, заставленных двухъярусными кроватями. Некоторые авторитетные и особо оборотистые люди имели свои каморки вне этих комнат, но все они находились на охраняемой территории Тамбура. И лишь один Веник, на свой страх и риск жил вне его пределов.

– Что-то мы запаздываем, – озабоченно сказал Дед, посмотрев на свои часы с треснутым стеклом, когда вагонетки проходили под очередной лампочкой. – Решетку уже закрывают.

Веник встрепенулся и решился попросить бригадира. Не охота было идти домой через баррикаду.

– Михалыч, – окликнул он бригадира. – Можно я домой пойду? – попросил он.

– Нельзя! – отрезал тот. – Со всеми иди!

"– Мудила! – мысленно выругался Веник. – Козел вонючий!"

Бригадир снова заговорил наставительным тоном:

– И что ты за человек? Все у тебя, Вениамин, не как у людей. И живешь один, и раньше других уйти хочешь. Ты уйдешь, а мы за тебя толкай?

Все остальные грузчики молчали, занятые своими мыслями. Всем было плевать на мелкие проблемы парня.

– Да тут осталось-то, нет ничего, а мне потом через баррикаду толкаться.

– Вот и хорошо, что ничего. Закончишь смену вместе со всеми.

"Урод" – снова выругался Веник.

Вагонетки прошли мимо коридорчика в правой стене тоннеля, что вел прямо к жилищу парня. До его "квартиры" отсюда было рукой подать.

Вскоре показалась решетка, перекрывающая тоннель. Рядом маячила фигура стражника – здоровяка в камуфляже, с неизменным автоматом на плече. Вооруженный детина тревожно вглядывался в тоннель, откуда шли мусорщики.

– Чего вы там копаетесь? А ну шевели помидорами! – загудел стражник отходя с рельсов в сторону. – Давай! Бегом!

Мусорщики увеличили шаг, быстро пройдя в ворота. Позади них загремела запираемая на замок решетка.

Еще несколько десятков метров и тоннель кончился. Здесь он расширился на несколько узкоколейных путей и привел их в небольшой, хорошо освещенный зал. В тупиках стоял еще десяток пустых вагонеток. Вот и конец пути – путь перекрывала стена из больших блоков, за которой находился Люкс.

Установив вагонетки в положенное место и приняв у подручных инвентарь в виде грубых рукавиц, бригадир объявил о конце смены.

Мусорщики стали расходиться. Почти все пошли в коридор, ведущий в общие комнаты, в которых жило большинство населения Тамбура. Веник же, отбившись от всех, направился в пустой коридор и спешно пошел домой, направляясь к границам Тамбура.

Ночная встреча

Тамбур представлял собой буферную зону между Люксом и окружающими подземными системами. Местные жители существовали за счет Люкса, где никто из них никогда не был и никогда уже не будет. Обитатели полутемных коридоров знали только, что верховодит там Командор, о котором стражники всегда говорили с придыханием. Были и другие главари, которые иногда показывались в Тамбуре, но сам Командора здесь не показывался. Из подслушанных разговоров стражников, известно было только, что он очень старый. Другие же говорили напротив, что тот молодой и совсем юный. Как бы там ни было, его в Тамбуре не видел никто.

Говорили также, но шепотом, что кроме стражников в Люксе живет много и другого народа, кто занимаются совсем уж недоступными пониманию мусорщиков делами. Ну и жизнь там, не в пример здешней, куда лучше. Достаточно было посмотреть на всегда сытых и хорошо одетых стражников, которые были единственными жителями Люкса, кто появлялись в Тамбуре, который использовался в основном для утилизации отходов.

Когда-то давным-давно Тамбур был частью Люкса, но ныне представлял собой отдельный комплекс технических помещений, в которых работало и жило около сотни человек.

Из этого места в окружающие тоннели вело шесть проходов, перегороженных баррикадами, которые серьезно охранялись только ночью. Днем охранялись только несколько из них.

Южный проход, по которому шел парень, вел к нескольким тупикам и куче полуразрушенных комнат, среди которых было и жилье Веника. Оттуда же можно было попасть и в тоннель на свалку. Днем проход в эти места никогда не охранялся, но зато ночью стражники занимали свою позицию, точно также как и на других постах. Отбывать дежурство здесь считалось халявой. Действительно, всем известно, что южная тоннельная система, кроме свалки ведет к тупикам, откуда не приходится ждать никаких сюрпризов. Другое же дело Западные проходы – они вели в древние теплотрассы, где жили независимые люди, доставлявшие иногда хлопот стражникам. Оттуда же в Тамбур приходили люди, которые, прослышав об относительно стабильной жизни здесь, с охотой становились местными чернорабочими.

Об окружающем мире, здешние люди знали немного, да и не особо интересовались им. Знали только, что на поверхности когда-то давно произошла Большая Катастрофа, после чего жить там стало невозможно. Говорили, что наверху теперь одни развалины, да пустые земли, где теперь живут жалкие общины людей, влачащих жалкое существование. Иногда в Тамбуре появлялись новички, из рассказов которых можно было понять, что Поверхность, это не то место, куда нужно стремиться. Под землей было куда комфортнее и безопаснее.

Веник с самого детства жил в Отсеках, еще одной части подземного города, наподобие Тамбура, но не в пример чище. Родителей своих он не помнил и детство провел вполне неплохо, выполняя несложную работу вместе со сверстниками. Когда же парню исполнилось восемнадцать, его определили на работу в Тамбур, что в Отсеках считалось почти что смертным приговором. Однако, оказавшись здесь, парень не пропал. Хотя он и не отличался великой силой или смекалкой, но здесь он хорошо прижился и даже заимел отдельную квартиру – заброшенную комнатку в одном из коридоров в окрестностях Тамбура. Так что на жизнь он не жаловался. Одно было плохо – не было друзей или хотя бы хороших приятелей. После того, как парень ушел с общей комнаты, многие его стали считать чудаком с придурью и относиться весьма бесцеремонно.

Сегодня он припозднился. Несмотря на усталость, Веник старался идти быстро. Скоро уже выключат свет и коридоры погрузятся во тьму. Лишь кое-где, на развилках, будут гореть светильники, но жителям Тамбура лучше уже быть в своих комнатах, когда погасят свет.

Дневная смена выдалась трудной. Двадцать рейсов это не пустяки. Обычная норма – пятнадцать рейсов, а тут сразу двадцать, по две вагонетки, набитых разными кирпичами, грунтом и бетонными осколками. Да еще после ужина рейс. На погрузке болтали, что в Люксе то ли что-то перестраивают, то ли пробивают новый тоннель, но сейчас, к концу дня, парень слишком устал, чтобы думать об этом.

Когда Веник подошел к южной баррикаде, в Тамбуре выключили свет. Светили лишь редкие лампы, что позволяло кое-как передвигаться по коридорам. Утешало только одно. Подобные контрольные лампы горели в коридоре до самого жилища парня.

Веник подошел к границе Тамбура. Коридор здесь был перекрыт ящиками, наполненными грунтом и песком. Оставался лишь узкий проем для прохода. В нескольких метрах далее по коридору, находилась решетка с калиткой. Днем она стояла открытая настежь, но сейчас дверь прикрыта и ярко освещена двумя напольными лампами возле баррикады, которые хорошо высвечивали пространство за решеткой.

Охрана, как всегда халатно относилась к своим обязанностям. Крупнокалиберный пулемет, направленный в коридор находился без присмотра. Автоматы стояли в нескольких кривых пирамидах. Кто-то резался в нарды, кто-то болтал, а кто-то скучал. Какой-то стражник в очках, в свете подвешенного на стену фонарика читал толстую книгу. Один из скучающих, белобрысый увалень, увидев Веника, осклабился.

– А!!! Бомжара пошел!!! – заорал он дурным голосом и когда мусорщик проходил мимо, стражник, не вставая с места, от души пнул его ногой по заднице. Веник легко мог увернуться, но не стал этого делать. Он знал, что это только разозлит мерзавца, да еще к игре могут подключиться другие стражники. Поэтому пошатнувшись под ударом, парень, не оглядываясь, прошел дальше, все время ожидая, что тычки продолжаться или ему в спину кинут что-либо тяжелое. Только миновав решетку, он вздохнул спокойно.

Пройдя освещенное место, Веник обернулся и посмотрел на баррикаду, почти не видимую за огнями ламп, направленных в его сторону. Конечно же, никто за ним не пошел. Эти бравые вояки и сунуться боялись за пределы Тамбура, хотя всем известно, что ничего страшного в этих туннелях нет и быть не может.

Иногда, после отбоя, сидя в своей комнатушке, Веник мечтал о том, что хорошо бы, если из тоннелей выползло бы что-нибудь такое этакое и покрошило ублюдков на баррикаде в капусту. Однако это были только мечты. Перед тем, как обосноваться в этих коридорах, он основательно их облазил и понял, что никаких опасностей здесь нет. Все тоннели заканчивалась тупиками и завалами. Было несколько вертикальных шахт и запертых ржавых гермодверей, но парень, осмотрев их пришел к выводу, что опасности они не представляют.

– Козлы вонючие! – тихо ругнулся Веник, очистив пыль со своих брезентовых брюк. Он снова продолжил путь, но сделав несколько шагов застыл на месте. Впереди, в проходе, кто-то стоял. Еще не успев толком испугаться, парень разглядел, что это стражник. Он стоял у поворота коридора и смотрел в сторону баррикады. Похоже, появление Веника оказалось неожиданностью и для него.

– О, привет, – тихо сказал стражник. – Ты это куда идешь?

– Домой вот иду.

Тут Веник узнал собеседника. Стражника звали Пашей и Веник видел его несколько раз на баррикаде и вообще в Тамбуре.

– А ты чего это тут делаешь? Живешь?

– Ну да.

Веника немного озадачила эта ситуация. Казалось, что секунду стражник о чем-то размышлял и сам себе кивнул головой. Приблизившись, он тихо спросил:

– Ты один тут живешь?

– Ну да.

– Не нукай! – неожиданно жестко сказал Паша грубым голосом.

Тут Веник испугался. Ситуация нравилась ему все меньше и меньше. Любой из стражников мог убить любого из рабочих Тамбура без каких-либо последствий для себя. И кто знает, что на уме у этого Паши.

– Да ты не трусь, – стражник видимо угадал его чувства. – Есть к тебе дело небольшое. Идем.

Он сильно взял за плечо парня и толкнул его вперед по коридору. Веник подчинился и пошел вперед, слыша за собой тихие шаги стражника. Они прошли дальше по коридору и вскоре остановились перед нишей с дверью. Это и было его незамысловатое жилище. Когда горел дневной свет, в коридоре здесь было вполне светло, а при открытых дверях немного светло было и внутри. Но сейчас здесь царил полумрак.

Дверь запиралась на обычный засов, который Веник научился располагать таким образом, чтобы всегда знать, был ли кто здесь в его отсутствие.

Они остановились перед входом:

– Вот, пришли, – сказал парень, напряженно думая, что понадобилось от него стражнику.

– Значит, один здесь живешь?

Паша пошарил лучом фонарика по окрестностям.

– Ну да.

Веник понимал, что от страха он говорит, как придурок, но ничего не мог поделать с собой.

Стражник толкнул его в сторону, отпер засов и заглянул внутрь, посветив туда фонариком. Веник вдруг подумал, что у баррикады Паша почему-то не включал фонарик. Наконец Паша, закончив осмотр помещения, повернулся к парню. Взяв его за рукав, он затащил парня в комнату и закрыл дверь.

– В общем, так. Видишь это?

В руке у стражника появилась металлическая палка из светлого металла, не длиннее локтя.

– Ну да.

– Бери.

Веник не зная, что и думать, взял палку и ощутил, что это не палка, а сплюснутая, как гаечный ключ металлическая полоска.

– Я у тебя это оставлю на пару дней. Потом заберу. Спрячь получше. Потеряешь – убью. Понял?

Не сильно, но чувствительно он ударил ладонью по щеке парня.

Веник поспешно кивнул.

– Молодец! И если кому скажешь – пожалеешь. И помни, я знаю, где тебя найти.

Паша несколько секунд значительно смотреть на Веника, а затем повернулся и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь оставив парня в полной темноте. Веник постоял немного, потом тихо прокрался к двери и прислушался. Тихо. Подождав немного, он открыл дверь и выглянул в коридор. Никого. Стараясь не шуметь, Веник вытащил из пазов наружный засов, запер дверь изнутри и, наконец, дал себе удовольствие разразиться длинным ругательством.

Легко ориентируясь в темноте, Веник на ощупь прошел вглубь комнаты и осторожно зажег свой комнатный светильник. Голубое пламя весело заплясало под треснутым стеклом, осветив стены комнаты средних размеров. У дальней стены стояли остовы двух токарных станков. Справа находилась постель Веника. Возле противоположной, левой стены находилась еще одна постель, которую он соорудил в смутной надежде, что найдется друг или приятель, согласившийся жить с ним здесь. Посредине же комнаты стоял стол из нескольких ящиков, заставленный пустыми бутылками и нехитрым барахлом, найденным Веником в окрестных коридорах или взятых из перевозимого в вагонетках мусора.

Парень сел на ящик, накрытый рваным одеялом, который служил ему постелью. На освещенной стороне ящика можно было прочесть надпись черными буквами:


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю