Текст книги "Сонеты Шекспира — это сакрариум Красоте юноши"

Автор книги: Александр Комаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 30 страниц)

Сонеты Шекспира

– это

сакрариум Красоте юнош

и

Свами Ранинанда

**********************

Постер 2026 © Свами Ранинанда: «Сонеты Шекспира – это сакрариум Красоте юноши».

Перевод и семантический анализ сонетов 105, 106, 32, 5, 56, 57, 65, 66, 58, 59 Уильяма Шекспира

Poster 2026 © Swami Runinanda: «Shakespeare's Sonnets is sacrarium to Beauty of a young Man».

Cover book 2026 © Swami Runinanda: «Сонеты Шекспира – это сакрариум Красоте юноши».

________________________

«What more personal than «Troilus and Cressida»? A comic Troy! Here is «Much Ado about Nothing»,—a tragedy which ends with a burst of laughter. Here is the «Winter's Tale»,—a pastoral drama. Shakespeare is at home in his work. Do you wish to see true despotism: look at his fancy. What arbitrary determination to dream! What despotic resolution in his vertiginous flight! What absoluteness in his indecision and wavering! The dream fills some of his plays to that degree that man changes his nature, and is the cloud more than the man. Angelo in «Measure for Measure» is a misty tyrant. He becomes disintegrated, and wears away. Leontes in the «Winter's Tale» is an Othello who is blown away. In «Cymbeline» one thinks that Iachimo will become an Iago, but he melts down. The dream is there,—everywhere. Watch Manilius, Posthumus, Hermione, Perdita, passing by.

In the «Tempest», the Duke of Milan has «a brave son», who is like a dream in a dream. Ferdinand alone speaks of him, and no one but Ferdinand seems to have seen him. A brute becomes reasonable: witness the constable Elbow in «Measure for Measure». An idiot is all at once witty: witness Cloten in «Cymbeline». A King of Sicily is jealous of a King of Bohemia. Bohemia has a seashore. The shepherds pick up children there. Theseus, a duke, espouses Hippolyta, the Amazon. Oberon comes in also. For here it is Shakespeare's will to dream; elsewhere he thinks».

«Что может быть более личным, чем пьеса «Троил и Крессида»? Комическая Троя! Вот здесь, «Много шума из ничего» – это трагедия, заканчивающаяся взрывом смеха. А тут, «Зимняя сказка» – пасторальная драма. Шекспир в своём творческом порыве чувствует себя, как дома. Хотите увидеть истинный деспотизм: гляньте на его фантазии. Какая произвольно выбранная решительность фантазировать! Какое деспотическое решение проблем в своём головокружительном полете! Какая безоговорочность в его неуверенности и колебаниях! Мечты наполняют некоторые из его пьес до такой степени, что человек может изменить свою природу, став больше облаком, чем человеком. Анджело в пьесе «Мера за меру» – является двусмысленным тираном. Он становится дезинтегрированным и изношенным. Леонт в «Зимней сказке» – это Отелло, который гонимый прочь ветром. В пьесе «Цимбелин» иногда кажется, что Якимо вот-вот станет Яго, но он сходит с ума. Фантазии тут повсюду. Понаблюдайте за Манилием, Постумием, Гермионой, Пердитой, проходящими мимо.

В пьесе «Буря» у герцога Миланского есть «храбрый сын», который подобен сну во сне. Но только единственный Фердинанд говорит о нём, и никто кроме Фердинанда; может показаться, что его так никто и не увидел. Жестокий становится благоразумным: посмотрите на констебля Элбоу из пьесы «Мера за меру». Идиот одновременно оказывается остроумным: это Клотен, ставший свидетелем в пьесе «Цимбелин». Король Сицилии завидует королю Богемии. Богемии имеет морское побережье. Там пастухи подбирают детей. Тесей, герцог, женится на амазонке Ипполите. Оберон к тому же вступает в игру. Ради такого намерения Шекспир тут же устремился мечтать; в других местах он предпочтёт – размышлять».

– Виктор Гюго (1802—1885) – французский писатель-романтик, поэт, эссеист, драматург, журналист, правозащитник и политик. («William Shakespeare» by Victor Hugo: Translated by A. Ballot. Boston. Estes and Lauriat Publishers – 1864. Book IV. Criticism. Chapter V).

О Г Л А В Л Е Н И Е

«Уильям Шекспир сонеты 105, 106, 32. William Shakespeare Sonnets 105, 106, 32» 11.09.2025 © Свами Ранинанда

«Уильям Шекспир сонеты 5, 56, 57. William Shakespeare Sonnets 5, 56, 57» 11.11.2025 © Свами Ранинанда

«Уильям Шекспир сонеты 65, 58, 59. William Shakespeare Sonnets 65, 58, 59» 22.12.2025 © Свами Ранинанда

П Р О Л О Г

Начну с того, что идея увековечивания красоты и способностей юноши, адресата последовательности сонетов «Прекрасная молодёжь», «Fair Youth» (1—126). Но для того, дабы возвести поэтический «сакрариум» юноше Шекспиру необходимо было в совершенстве знать постулаты и методы риторики, чтобы убедить в устной, а затем в письменной форме сонетов основные причины его увековечивания. Судя по содержанию сонетов, повествующий автор с этой задачей справился на отлично, ибо в его сонетах мы отчётливо видим основополагающие три способа убеждения. Ко всему прочему, автор сонетов опирался на философские воззрения стоиков, включая теургические методологии Платона. Этому утверждения можно найти многократное подтверждение в содержании сонетов при расшифровке «шекспировской» аллегории, содержащейся во всех сонетах после прочтения которой в развёрнутой форме можно было прочитать подстрочник сонетов, строго следуя тексту оригинала Quarto 1609 года. Тогда как, после прочтения подстрочника обнаружилось, согласно замыслу автора, в основу сонетов была заложена «мифологическая составляющая», которая детерминировано была связана с «философской составляющей», включая «платоновскую» теургию и методологиями, опирающимися на философские воззрения из труда «Идея Красоты» Платона. Тем не менее, содержание сонетов помимо причисленного включало в себя хронологию событий, происходивших вокруг поэта и драматурга. По определению критика Карла Аткинса, сонеты Уильяма Шекспира можно с полным правом назвать полноценной «chronicle of deep emotions», «хроникой глубинных эмоций» поэта и драматурга. (Atkins, Carl D., ed. (2007). Shakespeare's Sonnets: With Three Hundred Years of Commentary. Madison: Fairleigh Dickinson University Press. ISBN 978-0-8386-4163-7. OCLC 86090499).

Известный английский поэт-романтик Уильям Вордсворт (William Wordsworth), проводивший исследования творческого наследия Шекспира вместе с Самуэлем Тейлором Кольриджем (Samuel Taylor Coleridge), обращаясь к коллегам поэтам, литераторам в юбилей гения драматургии прочёл следующие строки: «Scorn not the Sonnet; Critic, you have frowned, mindless of its just honours; with this key Shakespeare unlocked his heart», «не презирай сонет критик, нахмурившись ты не думай только об его почитаниях, с помощью этого ключа Шекспир открыл нам своё сердце».

Примечательно, что «платоновская» теургия, и философские воззрения из труда Платона «Идея Красоты» переадресовывали читателя к давно позабытым античным ритуалам «дроменона» («dromenon») и «Элевсинским мистериям» («Eleusinian mysteries»), связанные с «драмой», в ходе которой по древнегреческой традиции проводились религиозно-теургические ритуалы в Элевсинии, и которые были посвящены богиням Деметре и Персефоне.

Впрочем, «аристотелевская» идея разделения риторики на Логос, Этос и Пафос по духу мышления была близка Шекспиру, как автору пьес и сонетов, доказательством этому может служить поэма «Жалоба влюблённого» («A Lover's Complaint»), которая была напечатана издателем Томасом Торпом в сборнике Quarto 1609 года после 154-х сонетов. Стоит отметить, что идея разделения «риторики», как науки на: «Логос», «Этос» и «Пафос», в качестве трёх способов убеждения возникла в Древней Греции (IV веке до н. э.). Её автором был философ Аристотель из Стагирита, ученик Платона, который подробно описал и обосновал эту концепцию, превратив её в научное течение на страницах своего классического труда «Риторика». Аристотель в «Риторике» выделил три ключевых способа убеждения: Логос (логика, разум, аргументы), Этос (нравственный авторитет оратора, его характер) и Пафос (эмоции, чувства, которые оратор вызывает у аудитории). По Аристотелю, эти категории являются тремя столпами, на которые опирается все методы и приёмы риторики, что позволяют оратору эффективно воздействовать на слушателей: убеждать фактами (логос), вызывать доверие к себе (этос), и также пробуждать необходимые эмоции (пафос). Человек, взявший псевдоним Уильям Шекспир по манере мышления представлял собой типичного «перипатетика», что наглядно видно по применению риторических приёмов в сонетах, включая пьесы.

Содержание сонета 53, входящего в группу сонетов с «метафизической составляющей» концептуально перенаправляет к поэме «Жалоба влюблённого» («A Lover's Complaint»), вошедшей в Quarto 1609 года. Таким образом, поэт и драматург выразил пожелание расширить сюжетную линию сонетов, где автор, детализируя смоделировал композит, соединив любовную лирику с метафизикой. По моему мнению, поэма «Жалоба влюблённого» представляет собой некий поэтический эпилог после 154-х сонетов. Вполне вероятно, что поэма «Жалоба влюблённого» выполняла функцию для дифференцирования акцентов, используя аллегорическое обрамление в сюжет любовной истории. В которых автор перевёл фокус внимания читателя на ретроспективную версию историю об «Тёмной Леди», добавив в чувственную атмосферу сборника Quarto 1609 года античную глубину мысли из метафизики стоиков.

Вполне предсказуемо, что в поэме «Жалоба влюблённого» нашёл место «любовный треугольник», состоящий из молодой женщины, пожилого джентльмена и соблазнительного юного поклонника, где сюжет как бы вторил необычайно схожему «любовному треугольнику», описанному в некоторых из предшествующих сонетов, входящих в тот же сборник Quarto 1609 года. Стоит отметить, что философские идеи стоиков, затрагивали метафизику, преломлённую через возникшую дилемму «любовного треугольника» придворных аристократов при дворе. Стоит отметить, что любовные сцены придворных аристократов были ранее использованы с помощью иносказательной аллегории в лирике Эдмунда Спенсера и Барнабе Барнса.

Дальнейшее применение «метафизической составляющей» в виде психологических концептуализмов, взятых из трудов стоиков, нашло широкое применение в мизансценах пьес Уильяма Шекспира. Сохраняя продолжение традиций, автор дополнил и соединил 154-е сонета с поэмой «Жалоба влюблённого» («A Lover's Complaint») в Quarto 1609 года. Поэтому поэма может служить ярким примером великолепной поэтической строки, обрамляемой позолоченным багетом «античной метафизики» стоиков.

– Confer!

________________

© Swami Runinanda

© Свами Ранинанда

________________

Original text by William Shakespeare «A Lover's Complaint», line 304—311

This text is distributed for nonprofit and educational use only.

'In him a plenitude of subtle matter,

Applied to cautels, all strange forms receives,

Of burning blushes, or of weeping water,

Or swooning paleness; and he takes and leaves,

In either's aptness, as it best deceives,

To blush at speeches rank to weep at woes,

Or to turn white and swoon at tragic shows.

William Shakespeare «A Lover's Complaint», line 304—311.

В нём наполненность тонкой материей,

Прилагаемая сжигать, принимать любые странные формы,

Жгучего румянца либо проливающейся воды,

Или обморочной бледности; и он забирает и покидает,

В обоих случаях пригодности, поскольку лучше обмануть,

Краснея в ранг речей располагать, оплакивая горести

Или побледнеть и падать в обморок в трагическом показе.

Уильям Шекспир «Жалоба Влюблённого» 304—311.

(Литературный перевод Свами Ранинанда 11.11.2023).

По мнению, издателя первого издания сонетов Томаса Торпа Quarto 1609 года после текста 154-х сонетов была напечатана поэма «Жалоба влюблённого» («A Lover's Complaint») для того, чтобы концептуально «оттенить и подчеркнуть» метафизическую составляющую, которая с очевидной ясностью поднимала значимость сонетов. Характерно, что первые сонеты были заказаны для прочтения в день предполагаемой свадьбы юноши, таким образом, выполняя заказ Шекспир написал «Свадебные сонеты», «Marriage Sonnets» (1—18). Хотя, последующие сонеты стали неотъемлемой частью частной переписки между двумя придворными аристократами, тем не менее, они сохранили форму «chronicle of deep emotions», «хроники глубинных эмоций» автора сонетов. Завершались 154-е сонета сборника Quarto 1609 года двумя анакреонтическими сонетами 153 и 154, далее следовала поэма «Жалоба влюблённого». Само расположение в сборнике подсказывало для чего должна была служить поэма «Жалоба влюблённого», поэтическая форма интриги «любовного треугольника» выступала в качестве связующего звена, соединяющего сонеты и поэму «Жалоба влюблённого», как эпилог в сборнике Quarto 1609 года.

Исследования «метафизической составляющей» сонетов Шекспира послужили подсказкой об желании автора возвести поэтический «сакрариум» для увековечивания памяти об красоте и способностей молодого человека, адресата сонетов. Этот факт, сформировал контуры основной мотивации: переместить фокус внимания последующих исследований на динамику связей греческого «дроменона» с «Элевсинскими мистериями», именно того, чтобы конкретизировать характер действий античных драмы ритуального назначения, проводимой в античном амфитеатре древней Греции.

Краткая справка от автора монографии.

В переводе с греческого «дроменон» (dromenon) означает «the thing done», «совершаемое» или «what is being performed», «то, что выполняется», то есть в совокупности действий имеющее прямую связь с совершаемыми ритуальными действиями, танцам или мистериям, тесно связанными с драматическим действом. Слово «дроменон» происходит от греческого глагола «dran», что означает «делать» или «совершать» в дословном переводе: «То, что совершается», либо «то, что будет совершено». Тем не менее прослеживается непосредственная связь с античной драмой, так как слово «дроменон» (dromenon) имеет общие корни с драматическими действиями (drama), подчёркивая связь между древним ритуалом и театральными драматическими постановками в античных амфитеатрах, поскольку и то, и другое предполагало определённые последовательно совершаемые действия. Контексты и использование в таких древнейших обрядах и ритуалах, как мистериальные культы (например, «Элевсинские Мистерии»). В античной культуре, как «дроменон», так называли совершаемые обряды, имеющие религиозно-теософский характер, отличающиеся произнесением слов: «легомена» (legomena), либо применением изображений «дейкнимена» (deiknymena). Библиотекой Абу Варбурга: термин «дроменон» (dromenon) систематизирован на 4-м этаже библиотеки Варбурга, охватывающим юриспруденцию, обычаи и политику, рассматривает дроменон, как форму человеческих «действий», либо специфического поведения группы лиц во время церемонии Дюка (Duke University Press).

Чтобы понять психологические процессы происходящие в ходе трансформации личности, мной были выбраны для исследования глубинные связи древнегреческого «дроменона» с «Элевсинскими мистериями», их связи с религиозными ритуалами по перерождению, переместив фокус внимания к известной работе Карла Густава Юнга «Архетипы и Коллективное Бессознательное».

– Confer!

________________

© Swami Runinanda

© Свами Ранинанда

________________

Original text by Jung, Carl Gustav: «The Archetypes and the Collective Unconscious». The Collected Works of C.G. Jung

(Jung, C., Collected Works of C. G. Jung, Vol. 9, Part 1. First published in England in 1959 by Routledge & Kegan Paul LTD. Second Edition 1968).

(«Essays on a Science of Mythology: The Myth of the Divine Child and the Mysteries of Eleusis» by C. G. Jung and Karl Kerenyi. Published: Oct 21, 1969. Copyright: 1963).

This text is distributed for nonprofit and educational use only.

Concerning rebirth: The psychology of rebirth: Subjective transformation. e. Identification with a cult-hero.

«Identification with some god or hero who is transformed in a sacred ritual is discussed as an important form of personality transformation. The Metamorphosis of Apuleius, the Osiris cult of Egypt, and the Christian tradition are detailed as examples of this phenomenon. The latter is considered to represent a culmination of this transformation in the idea that everyone has an immortal soul and shares in the godhead; further development of this idea is seen to lead to the concept of Christ in each individual. Two forms of this indirect transformation process are described as dromenon, characteristics of the ritual of the Catholic Church, and the gospel, the Protestant preaching of the Word».

Всё, что касается перевоплощения: Психология перерождения: Субъективная трансформация, то есть идентификация с помощью культового героя.

«Отождествление с каким-либо богом или героем, преображённым в ходе священного ритуала, рассматривается как важная форма трансформации личности. В качестве примеров этого явления подробно рассматриваются в метаморфозах Апулея, египетском культе Осириса, а также – христианской традиции. Считается, что последнее представляет собой кульминацию этого преобразования в идее о том, что каждый человек обладает бессмертной душой и неким образом причастен к божеству; дальнейшее развитие этой идеи, как полагают, что это обязательно приведёт к представлению о Христе в каждом человеке. Две формы этого процесса косвенной трансформации описаны, как «дроменон» («dromenon»), характерный для ритуала католической церкви и Евангелие, в виде протестантской проповеди Мира».

(The Collected Works of C.G. Jung: «The Archetypes and the Collective Unconscious»). (Jung, C., Collected Works of C. G. Jung, Vol. 9, Part 1. First published in England in 1959 by Routledge & Kegan Paul LTD. Second Edition 1968; p.128). («Essays on a Science of Mythology: The Myth of the Divine Child and the Mysteries of Eleusis» by C. G. Jung and Karl Kerenyi. Published: Oct 21, 1969. Copyright: 1963. Pages: 208. SBN:9780691017563).

Карл Густав Юнг, «Архетипы и Коллективное Бессознательное».

(Литературный перевод Свами Ранинанда 04.12.2025)

В ходе семантического анализа при рассмотрении оборотов речи сонетов оказалось, что при написании сонетов на их формирование оказывали прямое влияние не только идей Платона и Лукреция, но и практики поэта для реализации «Идеи Красоты», каким образом методологий стоиков они были взяты за основу.

Вполне вероятно, что бард имел опыт использования подобных практик стоиков при написании сонетов, обращаясь к постулатам труда «Идея Красоты» Платона, с целью увековечить красоту юного Генри Райотсли, в качестве неземной. К примеру, в сонете 16, входящем в группу «Свадебных сонетов» можно прочитать, такую строку: «Make war upon this bloody tyrant, Time?», «Чем войну вести против тирании кровавого Времени?» (16, 2).

Характерно, что повествующий поэт упоминает юношу от третьего лица, назвав его в риторическом вопросе сонета 65 строки 10: «best Jewel», «лучшим Украшением», которое «from time's chest lie hid», «в ларце времени лежавшее было скрыто».

– Confer!

________________

© Swami Runinanda

© Свами Ранинанда

________________

Original text by William Shakespeare Sonnet 65, 1—4, 9—14

This text is distributed for nonprofit and educational use only.

«Since brass, nor stone, nor earth, nor boundless sea,

But sad mortality o'er-sways their power,

How with this rage shall beauty hold a plea

Whose action is no stronger than a flower?» (65, 1-4).

William Shakespeare Sonnet 65, 1—4.

«Начиная с бронзы, ни камень, ни бескрайнее море, ни земля,

Кроме как печальной смертности излишне влиятельной их силы,

Как с этим неистовством могла бы красоту удержать мольба (моя),

Чьё воздействие не сильнее, кроме как – цветка? (Увы)

(65, 1-4).

Уильям Шекспир, Сонет 65, 1—4.

(Литературный перевод Свами Ранинанда 15.11.2025).

«O fearful meditation! where, alack,

Shall time's best Jewel from time's chest lie hid?

Or what strong hand can hold his swift foot back?

Or who his spoil of beauty can forbid?

O, none, unless this miracle have might,

That in black ink my love may still shine bright» (65, 9-14).

William Shakespeare Sonnet 65, 9—14.

«О, испугавшееся размышленье! Там, где увы, (исправно)

Времени лучшее Украшение в ларце времени лежавшее было скрыто?

Иль какая сильная рука могла бы его быструю поступь удержать вспять?

Иначе кто избалованную его красоту, вообще мог запретить?

О, никто, разве что такое чудо, обладающее могуществом (внити),

Дабы в чернилах чёрных моя любовь могла по-прежнему ярче засиять» (65, 9-14).

Уильям Шекспир, Сонет 65, 9—14.

(Литературный перевод Свами Ранинанда 15.11.2025).

(Примечание от автора эссе: обратившись непосредственно к читателю, исследующему сонеты, как неотъемлемую часть творческого наследия Уильяма Шекспира, рекомендую обратить особое внимание на стилистику и знаки препинания сонетов первого издания Quarto 1609 года, и также факсимильного издания 1898 года под редакцией Сидни Ли. Ввиду того, что они являлись главными объектами исследования данного эссе, включая предыдущие ранее написанные, в контексте которых внимание было заострено исключительно на стилистке слов-символов, выделенных с заглавной буквы, либо курсивом и знаках препинания, а также ремарках, включающих авторские примечания в скобки на рабочем пространстве текста сонетов оригинала.

Тогда как, фраза заключительной строки 13 сонета 65: «unless this miracle have might», «разве что это чудо, владеющее могуществом», приоткрывает завесу, опираясь на какие знания Шекспир начал реализацию действий, направленных на практическое увековечивание образа «прекрасного юноши» в своём «поэтическом сакрариуме» 154-х сонетов, если следовать оригинальному тексту Quarto 1609 года.

(Shakespeare, William (1609). Shake-speares Sonnets: Never Before Imprinted. London: Thomas Thorpe). (Lee, Sidney, ed. (1905). Shakespeares Sonnets: Being a reproduction in facsimile of the first edition. Oxford: Clarendon Press. OCLC 458829162). («A Life of William Shakespeare», by Sidney Lee. Publication date: 1898).

* «la rage» (фр. яз.) —

(мн. ч.) rages; бешенство, гнев, ярость, исступление, неистовство.

** ВНИТИ —

церк. войти. Внитие ср. вход, вхождение, вступление.

Толковый словарь Даля. В.И. Даль. 1863—1866

* внити – вниду, внидешь, сов., неперех. Войти внутрь, например:

Когда б писать ты начал сдуру,

Тогда б наверно ты пролез

Сквозь нашу тесную цензуру,

Как внидешь в царствие небес. А.С. Пушкин. Стихотворения: эпиграммы.

Словарь редких и забытых слов из произведений русской литературы ХVIII-ХIХ вв.

Содержание сонетов стоящих по нумерации перед сонетами группы «Поэт Соперник», «The Rival Poet», это сонеты 77—86 наглядно и детально показывают бурю возмущения барда относительно утечки его творческих идей к другим авторам, которые, по-видимому, уже «наступали на пятки» барду в нескончаемом процессе соперничества талантливых авторов, в лице поэтов елизаветинской, – «золотой» эпохи.

– Confer!

«And for the peace of you I hold such strife

As 'twixt a miser and his wealth is found» (75, 3-4).

«И для вашего спокойствия устроил Я раздор – такой,

Как между скрягой и его богатством оказавшись (невпопад)» (75, 3-4).

К примеру, строках 3-4 сонета 75, поэт искренне признал свою вину: «И для вашего спокойствия устроил Я раздор – такой, как между скрягой и его богатством оказавшись (невпопад)». Содержание строки 3 сонета 75 выглядит нелепым: «И для вашего спокойствия устроил Я раздор – такой», где поэт большую часть вины на себя, если эту строку сравнить с содержанием предыдущего сонет 74, как может показаться, но отнюдь не так, как кажется на первый взгляд. Тем не менее, но отношение поэта к юноше осталось прежним, он любит его беззаветной любовью и относится к нему, как близкому родственнику, что подталкивало на мысль об «кровной связи» между ними.

Приняв во внимание тот факт, что начиная с сонета 77 читателю раскрывается группа сонетов «Поэт Соперник», «The Rival Poet», группы сонетов 77—86. В которых, опираясь на содержание Шекспир ввиду того, что он перешёл к сотрудничеству с Барнабе Барнсу для написания лирического сборника «Партенофил и Партенофа», «Parthenophil and Parthenophe», который был опубликован в 1593 году. Но, затем последовало сотрудничество с Джорджем Чапменом, который по результатам исследований, действительно, оказался – «поэтом-соперником».

Между тем, при сопоставлении строки 4 сонета 75 тема запретного клада образа «богатого скряги» превалировала, но возвращала к строкам 1-3 сонета 52, туда, где речь шла не аллегорических деньгах или золоте, а об «sweet up-locked treasure», «милом запертом кладе» скрытом в юноше, «the which he will not every hour survey», «который он не будет оглядывать каждый час», так как это сокровище находится в нём самом, таким образом раскрывают читателю поэтические строки сонета 52. В строках сонета 52 поэта как будто одолевают сомнения и предчувствие, что без посильной помощи «молодого человека» ему не обойтись.

– Confer!

________________

© Swami Runinanda

© Свами Ранинанда

________________

Original text by William Shakespeare Sonnet 52, 1—3

This text is distributed for nonprofit and educational use only.

«So am I as the rich, whose blessed key

Can bring him to his sweet up-locked treasure,

The which he will not every hour survey» (52, 1-3).

William Shakespeare Sonnet 52, 1—3.

«Итак, Я, как богач, чьего благословенный ключ

Смог привести к тому его милому запертому кладу,

Который он не будет оглядывать каждый час» (52, 1-3).

Уильям Шекспир, Сонет 52, 1—3.

(Литературный перевод Свами Ранинанда 01.08.2023).

В судьбе каждого живущего человека не бывает случайностей, вполне вероятно, поэтому неотвратимая судьба не случайно свела поэта с «молодым человеком», их встреча по жизни была абсолютно не случайная, а предрешённая свыше.

Краткая справка.

Греческие Мойры (Мойры) – это богини судьбы в древнегреческой мифологии, определяющие жизненный путь и участь каждого человека. Их трое: Клото (прядёт нить жизни), Лахесис (отмеряет длину этой нити, определяет долю) и Атропос (перерезает нить, что символизирует неизбежность смерти). Они олицетворяют неизбежность судьбы, которую не могут изменить даже боги.

Примечательно, что юный граф Саутгемптон оказался для Шекспира той самой путеводной звездой, которая помогла сформировать из него гения драматургии, научившимся безошибочно выбирать верное направление в своём творчестве. Как бы там не было, но поэт смог при поддержке юноши в полную силу открыть бесценный кладезь драматического мастерства. Характерно, что совокупный запас знаний обоих помог Уильяму Шекспиру стать признанным драматургом, наконец обретя способность самостоятельно создавать гениальные пьесы, которые в последующие столетия станут эталонами, не только в мировой драматургии, но и кинематографе. Вдохновляющими нынешние поколения писателей, режиссёров и драматургов на создание новых произведений. Пьесы Шекспира на протяжении нескольких веков оставались способными вызывать гамму переживаний и чувств у зрителей, а также восхищение коллег по перу.

Прежде всего Уильям Шекспира в строках своих пьес возвёл «sacrarium» «сакрариум» себе, а также своему юному другу в сонетах, неизменно вдохновляя на написание новых пьес. В этом поэтическом «сакрариуме» Уильям Шекспир, как Поэт и Философ, воочию сохранил в памяти последующих поколений образ главного героя сонетов – юного графа Саутгемптона. Именно поэтому, мне пришла в голову мысль об аллегории «платоновский пещеры», в качестве ключа, исследуя пьесу «Цимбелин, король Британии» Уильяма Шекспира, написанной последней после того, как поэт и драматург перешагнул через «бронзовый порог» – творческой зрелости.

– Confer

________________

© Swami Runinanda

© Свами Ранинанда

________________

Original text by William Shakespeare «Cymbeline, King of Britain» Act III, Scene III, line 1639—1649

This text is distributed for nonprofit and educational use only.

What should we speak of

When we are old as you? when we shall hear

The rain and wind beat dark December, how,

In this our pinching cave, shall we discourse

The freezing hours away? We have seen nothing;

We are beastly, subtle as the fox for prey,

Like warlike as the wolf for what we eat;

Our valour is to chase what flies; our cage

We make a quire, as doth the prison'd bird,

And sing our bondage freely.

William Shakespeare «Cymbeline, King of Britain» Act III, Scene III, line 1639—1649.

О чём, должны мы говорить,

Когда мы будем такими старыми, как вы? Когда услышим мы

Дождь и ветер, избивающие мрачный Декабрь, таким образом,

Не обсудить ли, нам в этой нашей ущемляющей пещере

В такие леденящие часы вдали? Чтоб мы ничего не видели; что

Мы отвратительные, коварные, как будто лисы в поиске добычи,

Уподобившиеся воинственным, как волки, ради того, что мы едим;

Наша доблесть, есть наша клеть, чтобы преследовать то, что летает;

Мы вынуждаем певчую, быть в роли – тюремной птицы,

И воспеваем нашу неволю, так свободно.

Уильям Шекспир «Цимбелин, король Британии» Акт III, Сцена III, 1639—1649.

(Литературный перевод Свами Ранинанда 30.12.2025).

(The Project Gutenberg eBook The Project Gutenberg eBook William Shakespeare by Cymbeline, King of Britain). (Shakespeare, William (1609). Shake-speares Sonnets: Never Before Imprinted. London: Thomas Thorpe).

Впрочем, аллегорический образ «this our pinching cave», «этой нашей ущемляющей пещеры» пьесы Шекспира «Цимбелин, король Британии», написанная поэтом и драматургом последней прямо перенаправлял на аллегорический образ «платоновской пещеры», упомянутой в работе «Архетипы в Коллективном Подсознательном» Карла Юнга при рассмотрении мистического образа Хидра, нашедшего своё место в сюжете 18-й суры Корана.

Краткая справка.

«Платоновская аллегория пещеры» – это философско-образная аллегория, изначально представленная греческим философом Платоном в его трактате «Республика» (514a—520a, книга VII) для сравнения с «образованием и его отсутствующего влияния на нашу природу». Она написана, как диалог между Главконом старшим братом Платона и его наставником и учителем Сократом по ходу диалектических диалогов в пересказе Платона. Аллегория представлена по аналогии с Солнцем (508b—509c) и разделённой линией (509d—511e).

В этой аллегории Платон описывает людей, которые всю свою жизнь провели «прикованными в пещере» лицом к глухой стене. Они наблюдают за тенями, отбрасываемыми на стену предметами и происходящими событиями перед огнём позади них, и дают названия этим теням.

Тени – это реальность «прикованных в пещере», ни коим образом не точное отображение мира Реальности. Тени представляют собой, лишь фрагменты отчасти отражённой реальности, которые мы можем воспринимать с помощью наших чувств, в то время как объекты под солнцем представляют истинные формы объектов, которые мы можем воспринимать только с помощью разума. Существуют три более высоких уровня: естественнонаучных познаний: дедуктивная математика, геометрия и логика, а также теория Форм (или Идей).