Текст книги "Отверженный 追放者 Часть I (СИ)"

Автор книги: Александр Орлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 12

Итак, я в ловушке собственного возбужденного подсознания, меня жмут с двух сторон две абсолютные противоположности женского пола, а я в смущении, не знаю что и делать.

Все это меня достало до неимоверности, но справиться с собой я не могу. Только остается повторять себе, что это не я, это какая-то другая версия моего разума, которая потакает желаниям организма Икари.

Мягкое прикосновение сзади. Хитоми приникла ко мне, обвивая руками шею и прижимаясь всем телом. Спиной я чувствую, как крепкая девичья грудь упирается мне в спину и трется через тонкую ткань блузки. Её губы прикасаются к моей шее, мягко и чувственно. Слишком мягко, как по мне.

Я не могу двинуться с места, стою столбом и тяжело дышу. Хитоми-чан продолжает покрывать поцелуями мою шею, а Миса медленно подходит спереди. Она кладет ладони мне на лицо, приближается вплотную, но не целует (ох уж этот жуткий обряд обмена слюной).

Она смотрит мне в глаза, как-то странно, иллюзорно, будто пытается зачаровать. Её руки скользят по моему телу, сначала по груди, потом чуть ниже к животу, медленно и поступательно спускаясь все ниже к резинке на шортах.

Её пальцы уже там, я не смотрю вниз, но чувствую яркие ощущения. Неимоверно живые, насыщенные, сочные. Мелкая вибрация пробежала по моему телу, я сдерживаю стон через плотно стиснутые зубы.

Её тонкие пальцы играют мной, – сначала мягко пробегают и нежно касаются, потом поглаживают и ласкают, так хитро и приятно, что я не могу определиться в потоке физических ощущений. Теперь она сжимает и трет, давит кончиками пальцев в самых возбудимых точках.

Хитоми решает снять блузку, очень вовремя. Я не смотрю на неё, но ощущаю спиной прикосновение гладкой кожи. Её грудь массирует меня, мягко двигаясь по спине. Я пытаюсь снять блузку и с Мисы. Отчего-то мне этого очень хочется, – оставить её обнаженной, увидеть голое тело, лишить её невинности пожирающим взглядом, осквернить её. Но пуговица никак не поддается, сколько я не давлю, не тяну края сорочки, ткань держится, и я никак не могу добраться до сути.

Миса не прекращает меня дрессировать. Ей, похоже, наплевать на мои попытки её раздеть, она занята другим. Она хватает меня покрепче, там снизу, и тянет к себе. Я тянусь торсом к ней, не в силах противостоять в этом перетягивании каната, и она заводит руку к себе под юбку, не меняя при этом серьезное и сосредоточенное выражение лица.

Она продолжает играть моим естеством, но теперь эта игра на двоих. Я не вижу, что происходит под складками юбки, но мне это нравится. Прикосновения, потирания, влажное ощущение интимной близости.

Её ладонь шаловливо ведет к животу, потом обратно, ещё и ещё, а потом немного быстрее, массируя меня будто чертову игрушку антистресс. Руки Хитоми тоже направляются туда, но Миса держит моё внимание крепко и не желает им делиться.

Я чувствую влагу, горячую и томную, но её почему-то слишком много, опускаю глаза и замираю в замешательстве. Руку Мисы от изгиба до кисти прочертила красная линия пореза. Кровь продолжает стекать вниз, к пальцам под юбкой, ткань уже напиталась и стала розовой, но, несмотря на это, девушка не останавливается.

Мне это уже не очень нравится, я пытаюсь отшатнуться, Миса держит меня мертвой хваткой, не сводит глаз и что-то шепчет. Ногти Хитоми впиваются мне в бока, она заливается счастливым смехом. Мне приятно и больно одновременно, а ещё неудобно и стыдно за то, что я оказался в такой ситуации. Из последних сил я борюсь с Мисой и выскальзываю из хватки Хитоми-чан, одновременно вырываясь из сна…

Я открыл глаза, лежа в кровати и тяжело дыша. Меня прошиб холодный пот, наверное, это реакция организма на переутомление и стресс. Несколько секунд просто лежал в полумраке. Только одна мысль терзала меня, – почему блузка Мисы-чан так и не поддалась мне. Очень странно.

Что-то не так, однозначно. Я опустил глаза и увидел, что одеяло внизу стало колом, напоминая гребанную гору Фудзи. Вот черт, только не говорите что…

Я попытался пошевелиться и понял, что догадка верна. Внизу было мерзко, липко и мокро. О нет… Даже я этого не заслужил…

ХРЕНОВ ПУБЕРТАТ!!!

***

Очень сложный день. Часть первая.

Я ничтожество.

Никакой душ не мог смыть это постыдное чувство, когда тебя изнасиловало собственное сознание. Осталось только забиться в угол душевой кабины, обнять коленки и пореветь.

И да, такое у меня впервые. (Я не про слезы в душе, это шутка, а про неожиданную порчу трусов). Мой прошлый организм слушался меня гораздо лучше и не смел выкидывать таких фокусов.

Говоря о теле… Даже горячий душ не смог избавить меня от боли после вчерашней стычки. Горело и ныло все, что можно.

К моему сожалению, мама-сан оставалась дома, видимо, у неё был выходной. Посему тренировку я проводил в своей маленькой комнатушке.

Тренируясь, я повторял себе без остановки, – это не мое тело, не мое тело, не моё… Так было проще заставить себя двигаться, не жалеть слабый организм и добиться прогресса. Да, результата пока нет, но он будет. Обязательно. Через пару недель нужно купить гантели и манекен, или грушу. Но пока я просто не готов.

За завтраком кусок не лез в горло, но я помнил, что еда – это тоже часть тренировки, поэтому съел всю яичницу до последнего кусочка. И на улице тоже было пасмурно, а не так тепло, как вчера. Промозглый ветер продувал пиджак, заставляя ежиться.

Вслед за недовольством пришла ужасающая мысль, – а что если это приближение “Серых дней”?!

О боги, только не сейчас. Да и не может этого быть, я совершил жертву буквально два дня назад, они не должны настигнуть меня так скоро. Возможно, у меня просто перепады настроения из-за бушующих гормонов и физической усталости. С этим я справиться могу.

Миса кивнула мне, когда я вошел в класс, я кивнул ей в ответ, но подходить не стал. Свежи были воспоминания о ночных мучениях, что она мне учинила. Видеть её не хочу, обиделся.

Ягами на первом уроке не было. И вчера он тоже не перезвонил, хоть и обещал. Без него мое нахождение в школе было под угрозой. Куда запропастился этот мерзавец?

Он говорил, что у его отца проблемы, но ведь у меня тоже! И мои точно важнее, чем у каких-то недобитых мафиози. У меня тут, между прочим, война против безумного физрука и его банды отморозков.

Да ещё весь план с клубом журналистики висел только на этом мелком утырке. Я решил позвонить ему на перемене, узнать, как продвигается вопрос с помещением для кружка.

Я отсидел урок математики, решая странные не разгадываемые задачи. Кто такое дифференциал? Как он связан с функцией? Что это вообще за функция и чем она занимается? И главный вопрос, – кому до этого есть дело?!

Производный-интеграл, мизантроп и маргинал…

Нужно было в поэтический кружок идти, стишки у меня складывать получается лучше, чем эти чертовы руны.

Лишь отзвенел звонок и сенсей покинул помещение, как в класс осторожно вошел старый знакомый, – одноглазый Горо-чан. Я давненько его не видел, и даже не встречал в коридорах или столовой. После нашей встречи и ситуации с ремнем, он как сквозь землю провалился, а вот смотри-ка, приперся.

Он был один и не в своей тарелке. Он побаивался меня, это я видел по его бегающему глазу, второй до сих пор скрывался за марлевой повязкой. Но, переборов себя, он направился прямо ко мне.

– Икари, я…

– Ты посмел заявиться в мой класс? – спокойно поинтересовался я, развалившись на стуле.

Одноклассники замерли и затихли, обернувшись в нашу сторону. Прошел тихий шепот недопонимания ситуации. Почему Икари разговаривает с Горо таким тоном? Отчего Горо стоит перед ним, опустив голову, как провинившийся сынок, что в штаны нагадил?!

– Икари, я не драться пришел, – поднял руки он.

– Ещё бы, – усмехнулся я. – Но это не значит, что не придется.

Он сделал шаг назад, стараясь сохранить самообладание. Поздно дружок, твоим лицом можно сортир вытирать, ты его уже потерял.

– Я с посланием от Баку, это очень важно.

– Я слушаю, – кивнул я.

Он наклонился, чтобы остальные не могли его услышать и снизил тон.

– Ты знаешь, что Каори его кузен (итоко)?

– Это который блондин? – вспомнил я. – Ну и что с того.

– Мы знаем, что ты сделал с Каори. Баку приходил к нему домой и видел, что ты сотворил. И знаем, что ты забрал наши деньги.

Наши деньги. Он сделал на этом акцент. Похоже, Каори утащил десятку из-под носа у своих дружков, чтобы выкупить телефон.

Но…блондинчик раскололся. Даже раньше, чем я предполагал. Тогда нет больше смысла играть в поддавки и делать вид, что я обычный психованный парнишка. Переходим на следующую стадию противостояния. Они должны бояться меня до одури, мочиться лишь заметив мою тень. Только так я смогу отмыться от репутации Икари и завоевать свою.

– Да, забрал, – улыбнулся я. – А что, блондинка пожаловалась старшему братику?

– Мы этого не простим, Баку хотел, чтобы ты это знал. Ты перешел черту, и если раньше тебя хотели просто избить, то сейчас…

– Горо, помнишь, что было прошлый раз, когда ты мне угрожал? – перебил его я.

– Что?

– Чтэээ? – передразнил его я. – Каори не рассказывал, что я с ним сделал?

– Я не понимаю…

– Я засунул его голову в унитаз, а потом тушил бычки о его голую задницу, а он при этом скулил как сучка. Ваш братан пишет мне каждый вечер, мечтает повторить. Они с Баку, верно, в детстве в одной кроватке спали. Лет так до пятнадцати! – хохотнул я.

Горо немного побледнел, его глаз забегал в стороны как сумасшедший, он не знал, куда ему деться.

– И ты смеешь приходить в мой класс, просто так? – продолжал я давить. – Если ты пришел на мою территорию, то изволь плати, как это сделал Каори. А иначе я отведу тебя в туалет и сделаю то же самое, что делал с ним.

– Ты оборзел?! – взревел он насупившись. – Это ты должен платить!

Я медленно поднялся и встал перед ним, так, чтобы он ощутил каждое слово, что вылетало изо рта.

– Горо-чан, – сказал я, – если не заплатишь, я выбью тебе зубы перед всем классом, и ты уползешь отсюда на четвереньках. Каори ведь был покрепче тебя, и посмотри, что с ним стало, он теперь помойная девка. Ты этого хочешь?

Вот теперь он боялся. Моего пренебрежительного отношения, спокойного тона, высокомерия и угрозы. Я сделал так, как научил меня Ягами днем ранее, – предупредил о последствиях.

Он громко сопел носом, как паровоз, все никак не решаясь сдаться. Ведь это наложит на него пятно несмываемого позора. Но и страх был велик. Бешеный ботаник перед ним не шутил и не юлил, он правда был готов сделать то, чем грозился.

– Пошел ты, псих, держи свои копейки! – нашел выход он. – Мне не нужны проблемы с учителем, когда он сюда зайдет!

Он бросил на стол одну мелкую купюру и несколько монет.

– Так-то лучше, – покивал я, – так и что ты хотел передать?

– Баку хотел, чтобы ты знал, что сегодня тебе не попасть домой. Ты доигрался, Икари, – произнес он злобно. – Чтобы ты только и думал, что тебя ждет, весь чертов день. А потом мы придем за тобой, и поверь, сбежать никуда не получится. Ты будешь молить, чтобы я забрал свои деньги назад, вот увидишь.

– О, правда? – картинно удивился я. – Только вот, я это каждый день слышу. Вы как реклама по телеку, – только талдычите про чистоту полости рта, а все без толку. Пошел вон из моего класса, или я тебе второй глаз выбью, калека чертов.

Грозно кривясь, Горо попятился к выходу и уже в коридоре провел пальцем по горлу, перед тем, как смешаться с толпой других учеников. Уж очень страшно, боги, куда я попал…

Я сунул мелочь в карман, и упал обратно на стул. Нужно набрать Ягами, кажется, бейсболисты и правда настроены серьезно. Какой бы хитрый план они ни придумали, поддержка мне не повредит. Как бы хотелось пронести нож в школу, тогда мне никакой Ягами не нужен…

Я достал телефон и только потом заметил, что в классе воцарилась гробовая тишина. Все одноклассники пялились на меня в немом удивлении. Сильнее остальных поразилась Хитоми, она развернулась на своем месте и открыла рот, да так и зависла.

– Икари… – Ко мне подошла Миса-чан и тихо позвала. – Пожалуйста, давай выйдем поговорим.

Я молча встал и последовал за ней. Мы остановились у лестницы, где было чуть потише.

– В чем дело, Миса-чан?

– Икари, что ты говорил про Каори? – робко спросила она. – Я знаю тебя с младшей школы и никогда таким не видела. Неужели это ты, Рио Икари, говорил там такие вещи?!

– Миса, это не все правда… – пожал я плечами. – Понимаешь, я вчера смотрел фильм и скопировал диалог, вот и все. Мы с Каори повздорили, это правда, он хотел, чтобы я заплатил штраф в 5000 йен.

– Правда? – Она зажала рот ладошкой.

– Да. И у меня денег не было. Тогда он начал меня бить в мужском туалете, а мне пришлось дать сдачи. Он упал и сломал запястье, вот и все. Поскользнулся на мокром полу.

– О, Икари… – Она поникла и опустила плечи, будто избавилась он невидимого рюкзака на спине. – Я не знала…

– Все будет нормально, Миса-чан, – постарался улыбнуться я. – Они не первый раз мне угрожают, надоело. Поэтому я решил брать с них деньги за каждый раз. Мне показалось это смешным.

– Ты в большой опасности, Рио, – подняла она глаза. – Ты ведь слышал о том, кто такой Каори-кун?

– Как я сейчас узнал, он кузен Баку, ну и что.

– Нет, не только, балда! – она хлопнула меня по лбу, и я еле стерпел эту наглость. – Он левая рука Сато, а ещё…

– Ну что, говори?

– Помнишь, я рассказывала о мальчике, который повесился в баскетбольном зале в прошлом году?

– Да, помню.

– Говорят, что именно Каори с легкой руки Сато-сана довел его до этого. Парень был в его классе, а он издевался над ним на каждой перемене. И утром перед школой и вечером после уроков. Один раз он засунул ему в рот половую тряпку, а ещё я слышала, что Каори… помочился на бедного парня, после того как избил.

– Неудивительно, что этот парень сдался.

– Он просто хотел играть в баскетбольной команде, как в его любимой манге, – произнесла она грустно. – Но и это ещё не все.

– Так, я весь внимание…

– Была ещё девочка, к которой Каори и Баку постоянно приставали, – Яко-чан. Я не знаю, правда это или нет, но якобы Каори заставил её…– Она замялась, не зная как сказать, принялась поправлять юбку и опустила глаза.

– Он её изнасиловал? – спросил я прямо.

– Можно и так выразиться. Он трогал её и заставил её стать на колени и…

– Я понял. Но почему тогда он не в тюрьме для малолетних?

– Доказательств не было, Яко-чан никому не рассказывала, она боялась позора. Через месяц она перестала посещать занятия, а потом объявили, что она перевелась в другую школу.

Так, у меня тут десерт образовался. Убийца, насильник и ублюдок, какой приятный синтез. Возможно ли, что я прошел мимо проведения и упустил подарок судьбы? Неужели я был столь рассеян, что отмывая золото, оставил в сите только грязь?

Могу ли я убить его? Пения не было, но это бывает. Иногда ангела нужно расшевелить, немного попихать, чтобы не ленился.

– Миса-чан, мой вопрос может показаться странным, но я очень хочу, чтобы ты ответила.

– Да, конечно.

– Скажи, Каори-кун посещает какой-нибудь клуб?

– Насколько я знаю, только клуб бейсбола.

– У него есть увлечения? Хобби? Какие-нибудь стремления, о которых ты могла слышать?

– Это и правда странный вопрос, Ика-кун. Зачем тебе это?

– Скажем так, я хочу узнать своего врага. Любая мелочь пригодится. Например, он всегда в наушниках, значит, любит слушать музыку, верно? Или у него на кроссовках пятна краски, может быть блокнот или какой-нибудь значок на портфеле. Пенал разрисованный фломастером, чехол телефона с супергероем, ну что-нибудь. Ты же внимательная, сама говорила.

– Ты знаешь… – она задумалась, а потом странно посмотрела на меня. – Но у него ничего такого нет, странно. Я могу рассказать почти про всех кого знаю, какую-нибудь отличительную черту, но о нем… ничего, кроме его белых волос. Вот только…

– В чем дело, Миса?

– И у меня таких особых черт тоже нет… – удивленно призналась она.

Вот в том и дело, моя малышка.

В том и дело…

Это и есть Правило.

Глава 13

Очень сложный день. Часть вторая.

Правило, конечно же, немного сложнее в своей составляющей, но все же основу Миса уловила верно. Пустышки все похожи. Они ведь мертвы внутри.

Я услышал как откуда-то из глубины доносится эхо пения. Мой ленивый товарищ соизволил проснуться и подать слабый писк.

Ура, ура! Ублюдок Каори пока подходит по всем пунктам Правила! Неужели я нашел ещё одну жертву, даже не успев расправиться с предыдущей? Кажется, я понимаю, что Аоки нашел в этой школе, – тут каждого второго режь и не ошибешься.

Мой двойник веселится здесь, как лев на водопое, а я что? Пришла пора его догнать.

Но сейчас мне нужно было отвлечь собеседницу. Она всерьез задумалась по поводу своей схожести с Каори. Не следует забивать её симпатичную головку такими мыслями. Обычно они приводят к депрессии и суициду.

– Миса-чан, не бери в голову, ты куда лучше чем Каори, – вновь фальшиво улыбнулся я.

– И чем же?

Теперь резкий реверанс и суть разговора она и не вспомнит:

– У тебя стрижка симпатичнее. Да и сама ты… необыкновенная.

Все что хочет слышать пустышка, это то, что он не пустой. Просто.

– Икари… – засмущалась она. – Ты сегодня сам не свой, что на тебя нашло?

– Ничего, Ми-чан, я просто… рад, что ты обо мне беспокоишься. Кстати, ты не разговаривала с председателем касательно твоего назначения на главу кружка?

– Ещё нет, пойду на большой перемене.

– Да, а в это время встречаюсь с детективом. Будем надеяться, что все пройдет хорошо.

– Только вот Ягами-кун куда-то пропал.

– Не волнуйся за него, нам нужно придерживаться плана.

– Хай! – кивнула она. – Я сделаю все, что в моих силах! О, Икари!

– Что такое?

– Я совсем забыла, я вчера пересматривала старые дела по Аоки и кое-что нашла! Кое-что важное!

Её прервал школьный звонок. Я с трудом подавил волнение.

– И что же?

– Давай после уроков, хорошо? Там долго рассказывать! – Она уже торопилась в класс.

– Ладно, – тяжело вздохнул я, – мне нужно позвонить Ягами, я немного опоздаю.

Что же она нашла? Ещё одну подсказку? Я был одержим Аоки, каждая крупица информации о нем будоражила мой мозг.

Миса побежала в сторону аудитории, а я дождался, пока рассосется толпа и набрал номер моего нового кореша. Морально подготовился, – отыгрываем испуганного Икари, такого, что своего отражения боится.

После четвертого гудка он соизволил поднять трубку.

– Слушаю, – послышался его заспанный голос.

– Моси-моси. Это Икари.

– Икари? Черт, прости Рио-сан, я совсем забыл тебе вчера позвонить.

– Куда ты запропастился, Ягами?

– Эмм… У нас тут небольшая ситуация. Я говорил вчера, что могут возникнуть семейные проблемы…

– Да, я помню.

– Они и возникли. В общем, я ближайшие дни в школе не появлюсь. Как бы под домашним арестом.

– Арестом? За что?

– Нет, нет я тут ни при чем. Неверно выразился. Мы, как бы это сказать, в осаде, понимаешь? Мне опасно сейчас появляться в школе.

Похоже, дела у бандитов идут не очень, раз они опасаются за своих отпрысков.

– Вот черт, как не вовремя…

– Что-то случилось, Икари?

– Да, случилось. Ты мне нужен. Баку решил сегодня поставить точку, настроен крайне серьезно.

– Да? Это из-за того, что ты ему ухо откусил?

– Не только. Пару дней назад я избил в туалете Каори, знаешь такого?

– Конечно, знаю. Проклятье…

– Да, я засунул его голову в унитаз и вывихнул руку.

– Да что же ты творишь! Это же его брат!

– Уже слышал.

– Икари, вали домой, сейчас же. Они придут за тобой, а меня нет рядом… Он соберет всю свою команду, если потребуется!

– Я не могу, у меня встреча с детективом.

– Хрен с ней, черт с клубом! Ты не доживешь до открытия, они тебя в гипс закатают!

– Ты никак не сможешь вырваться?

– Нет, я… Ты же знаешь, что произошло в прошлый раз, когда я сбежал. Извини, братан, но я не могу.

– Хорошо, я понял. Поговори с отцом по поводу помещения, – сказал я и положил трубку.

Вот тебе и поддержка. Мой невидимый щит развалился, будто был сделан из стекла, и магия не сработала. Кастуй-бороздуй, как говорится. Буду бороться самостоятельно.

Все не так уж и плохо. Я вполне успешно справлялся с этими дерьмоедами самостоятельно, справлюсь и сейчас. В школе и средь бела дня они меня не тронут, а за воротами у меня есть нож. Любой, кто сунется, останется без пальца и с порезанной рожей. Главное – не убить кого случайно, а то увлекусь…

Мне даже стало интересно, что Баку для меня приготовил. Зачесались пальцы и я не стесняясь на них подул, ведь рядом никого не было.

Нет, домой я точно не пойду. Сгораю от нетерпения.

***

После второго урока, (на котором Марина-сенсей меня отчитала за опоздание, а я пытался заглянуть ей в разрез кофты), наступила долгожданная длинная перемена.

Миса отправилась на шестой этаж, в кабинет к председателю, а я вышел за ворота школы и потопал к закусочной, в которой мы вчера сидели втроем. Как необычно… втроем. Будто я и правда наладил с кем-то контакт.

Да нет, это как плавать в одном бассейне с акулой – если она тебя не жрет, это не значит, что вы друзья. Это значит, что она пока не проголодалась.

Акула жила во мне, акула это и есть я. Только голод и выживание, никаких больше мыслей. Даже спаривание только лишняя волокита, которая отрывает от работы. Естественная потребность, сравнимая с утренним туалетом.

Так я жил раньше. Но раньше мне не нравилась похоть, она не приносила мне этих ярких ощущений. И я почти никогда не злился, только если рыбка срывалась с крючка. Теперь мне гораздо сложнее контролировать эмоции. Гнев оказывается, бывает столь сильным, что тело самостоятельно принимается ломать дрова, а похоть так влияет на организм, что невозможно контролировать глаза и эрекцию. Как они вообще живут со всей этой фигней в голове?! Это же просто кошмар.

Детектив ждал меня на веранде, ровно на том месте, которое я занял вчера. Я не любил, когда мое место занимают, начинал бурчать ОКР. Но в этот раз я заставил себя улыбнуться и помахал ему рукой.

Я сразу понял, что это он. В принципе, определить это оказалось несложно. В закусочной сидела только парочка старшеклассников и, непосредственно, детектив. Молодой мужчина, лет так 30-35 на вид, гладко выбрит, с длинными непослушными волосами, что торчали во все стороны. Большие глаза, с почти незаметным азиатским разрезом, голубая рубашка с закатанным рукавом, в руке чашка кофе.

– Детектив Терада? Добрый день! – поклонился я.

– О, я полагаю, Рио Икари! Прошу, садись, – улыбнулся он.

– Как кофе? – спросил я, только чтобы показаться вежливым.

– Дерьмовый, – заявил он.

Я никогда не понимал, как кофе может быть плохим или хорошим. По мне, черный кофе может различаться только крепостью. Турецкий крепкий, растворимый слабый. А так все одинаковое, черное и сладкое.

А тех, кто выбирает какой сироп сегодня добавить в кофе, да с какой пенкой, я бы вне очереди на плаху ставил.

– Да, мой друг вчера точно то же самое сказал, – согласился я, присаживаясь напротив. – Пожалуй, тоже закажу.

– У тебя перерыв, Икари? Большая перемена? Заказывай что хочешь, я оплачу, ведь все-таки я забираю твое время.

– Тогда закажу никудзягу. (Слава рогатым богам, в Японии есть картошка с мясом, пусть и название как у конструктора).

– Да что пожелаешь!

Он подождал, пока я сделал заказ, после чего достал пачку сигарет.

– Не против, если я закурю?

– Нет, – мотнул я головой, – а вы?

– Хм, я все-таки представитель полиции, а ты несовершеннолетний. Я не могу допустить нарушения закона, понимаешь?

– Это всего лишь сигарета, не вы же виноваты, что я курю.

– Пожалуй ты прав, у нас взрослый разговор, и я должен относиться к тебе как к взрослому. Только никому не говори, – подмигнул мне он.

И что это за добряк мне попался! Хочешь втереться в доверие? Поиграем по твоим правилам.

Мы закурили, беспечно поглядывая друг на друга. Приглядывались, оценивали.

– Подрался? – спросил он, показывая на мою многострадальную бровь.

– Ага.

– Я надеюсь это не буллинг? Если у тебя есть проблемы в школе с другими ребятами…

– Нет, нет, все нормально, Терада-сан. Это я из-за девочки.

– Ааа… – протянул он. – Тогда понятно. Перейдем к делу?

– Да, конечно.

– Икари-кун, я прочел твои показания касательно произошедшего, но, по-видимому, мои коллеги были не особо компетентны, поэтому я бы хотел задать несколько вопросов, чтобы избавиться от белых пятен. Много времени это не займет.

– Без проблем, – пододвинул я стул поближе.

– Ты провожал домой Асами Мису тем вечером, а перед тем вы с ней пытались доказать существование серийного убийцы, это верно?

Ха, её зовут Асами. А я и не знал.

– Да, все так. И кажется, мы нашли прямое доказательство.

– Все не так просто, давай вернемся к этому позже. Когда вы нашли потерпевшую, она была мертва?

– Именно, она не двигалась. Мы чуть не прошли мимо, но Миса-чан заметила тело в темноте.

– Как вы определили, что она погибла?

– Мы посветили фонариками на телефонах, я попытался прощупать пульс на шее. После чего мы вызвали скорую и полицию.

– Есть один момент, что никак не вяжется, Икари-кун. Коронер нашел рану в груди, которая была нанесена позже остальных. Он полагает, что именно она стала причиной смерти. Никто не отрицает тот факт, что женщина бы умерла в любом случае, но сам факт этой раны ставит расследование в тупик.

– Почему?

– Все повреждения, что были нанесены жертве сделаны… нарочито неаккуратно, тяп-ляп, – похлопал он в ладоши, – а этот финальный удар… Он сделан другим оружием и попал прямо в сердце. Точный, ровный порез, будто работал гениальный хирург. Ни одна из прежних жертв не была убита таким способом. Другой уровень, понимаешь?

– Не совсем, – покачал я головой и затянулся сигаретой. Попробовал кофе. Обычный, как и всегда.

– Меня этот вопрос очень занимает, – признался он. – Вы точно больше никого не видели?

– Безумного врача с окровавленным скальпелем? Нет, я бы заметил.

– Неплохо, неплохо, – помахал он пальцем. – Но я интересуюсь серьезно. Я боюсь, что на ваш клуб открыта охота. Убийце не нравится, что его деятельность расследуют, и он решил таким образом вас предупредить.

– Извините детектив, но это невозможно. Мы были вдвоем в кабинете, да и наш маршрут убийца предсказать никак не мог.

– Я не готов обсуждать детали следствия, но я полагаю, что он мог, Икари. В этом и беда.

– Послушайте, раз вы уверены, в школе оперирует серийный убийца, почему не объявите об этом?!

– Потому что до сих пор не могу этого доказать! – хлопнул он по столу. – Последнее убийство тоже нельзя привязать к делу, – метод казни иной! У меня есть только тот парень, которого нашли под мостом и эта женщина, но связать я их не могу. Начальство не пойдет на столь радикальные меры, ведь доказательств их связи нет.

– Вы хотите сказать, что маньяка официально не существует?

– Именно так.

Когда он ответил, я возликовал. Мне лишние проблемы тоже ни к чему, будут ловить его, а сцапают меня. Потом попробуй оправдайся. Или спугнут его и ищи свищи. Нет, мне Аоки самому нужен. У него должен быть ответ на загадку моего перерождения.

– Тогда мы не должны бросать расследование, – заявил я. – Не закрывайте клуб. Пока не доказано его существование, все в школе под угрозой. Мы нашли новое место, все, что нужно от вас, – не мешать деятельность кружка.

– Нет, Икари-кун, я не могу так рисковать. Не имею права ставить ваши жизни под угрозу! Как ты не понимаешь… Эх…Ладно, – выдохнул он, – я покажу тебе, чтобы доказать свою правоту. Но обещай, что никому не скажешь.

– Обещаю, – мгновенно соврал я.

Он поставил на стол серый портфель и достал из него пластиковую прозрачную коробочку, после чего протянул её мне.

Это был просто футляр, в котором поблескивала линзой маленькая черная камера.

– Что это? – спросил я, разглядывая устройство со всех сторон.

– Это портативная камера, как ты уже догадался. С возможностью записи и прямой трансляцией. И да, микрофон в ней тоже есть. – Встретив мой непонимающий взгляд, он продолжил. – Мы нашли её у вас в подвале, замаскированную под светильник, и подключенную к общей сети школы. Каждый раз, когда вы зажигали свет, включалась и оптика. И таких камер, мы обнаружили более десяти. Сегодня ночью продолжим обыск, но я уже знаю результат. Камеры будут в каждом клубе и коридоре школы. Он будто паук создал сеть, через которую отыскивал жертву. Теперь ты понимаешь?

– Но как это возможно?! – искренне поразился я.

– Признаться, я не знаю, – развел он руками. – Видеонаблюдение могли поставить год назад, при летнем ремонте школы. Это мог быть кто угодно, – рабочий, учитель, заведующий…

– Он следил за нами…

– Да, за всеми. Слушал, высматривал того, кто отправлялся домой позже и нападал. Трансляцию можно смотреть даже с телефона, находясь в машине рядом со школой.

– И этого все равно недостаточно, чтобы заявить о маньяке?!

– Конечно нет! Нам никак не связать камеры и убийства, Икари-кун! Я же сказал, их мог поставить кто угодно!

– Мы не отступим, – твердо заявил я. – Мы нашли новое помещение, там точно не будет прослушки. Если сдадимся и мы, убийства так и будут продолжаться.

(Да и черт с ними, с убийствами, я хотел найти Аоки!)

– Проклятье, а ты упертый, да? Совсем не испугался… – скривился детектив и затушил бычок в пепельнице.

– Если не дадите разрешения, мы все равно будем собираться, только неофициально.

Он допил кофе и задумчиво посмотрел куда-то вдаль, поверх зеленых крон вдалеке. Некоторое время он молчал, а потом вдруг встрепенулся и грустно взглянул на ворота школы, которые было видно с веранды.

– Знаешь, Икари… – произнес он. – Я люблю эту школу.

– Да?

– Да. Я здесь учился, перед тем, как поступить на службу и уехать. А когда вернулся, меня позвали внештатным консультантом в клуб загадок.

– Клуб загадок?

– Да был такой, – улыбнулся он. – Мы с ребятами придумывали всякие головоломки и квесты и прятали их ночью по всей школе. Любой учащийся сыграть и выиграть призы. Бесплатный обед, шоколадки, даже билеты в кино. Весело было, ребята радовались…

– А чего бросили?

– Служба, – пожал плечами он. – Мне пришлось опять уехать. Я уже пять лет гоняюсь за этим убийцей, Икари. И один из немногих, кто верит в его существование, только никак не могу этого доказать. Я не хочу, чтобы кто-то из школы вновь исчез. Не хочу. Но вы ведь не остановитесь, да?

Я отрицательно покачал головой. Меня добрый дядя полицейский уже так достал, что сил не было.

– Тогда я дам вам разрешение, но с условиями.

– И какими?

– Вы дадите мне проверить помещение, в котором разобьете клуб.

– Хорошо.

– И вы примите меня в качестве консультанта.

– Что?! – оторопел я.

– Вы же хотите играть в детективов, вот вам – пожалуйста, настоящий детектив, – ткнул он себя в грудь. – Таким образом, я всегда буду рядом, на связи и уверен, что с вами ничего не случится. А вы будете моими глазами и ушами в стенах школы. Вы будете делиться результатами расследования, а я помогу достать файлы из полицейских архивов, как тебе?