![](/files/books/160/oblozhka-knigi-kto-my-343706.jpg)
Текст книги "Кто мы"
Автор книги: Александр Кальнов
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)
Вдруг робот поймал объёмным взором красное свечение, длившееся тридцать миллисекунд, но по мощности не способное распространить фотоны света за пределы кратера. Интерес к неизведанному возрос до нового уровня в сложном электронном мозгу высокотехнологичного робота. До дна кратера оставалось всего каких-то десять метров, и тут робот начал ощущать встроенными в тело измерительными приборами электромагнитное поле, исходившее из центра кратера. Цифровой канал между тем начал ослабевать, и робот с целью удержание всеобщей связи отсоединил от спины молочного оттенка коробку, похожую на небольшой квадратный рюкзак. В нём находился ретранслятор и усилитель цифрового сигнала, работающий от солнечной батареи. Спутники и их цифровые сигналы не полностью охватывали поверхность Луны, и роботы периодически устанавливали ретрансляторы в новых областях, расширяя границы действия цифровой сети. Параллельной с главной задачей, помимо строительства комплекса было создание единой зоны покрытия. Учёные в ходе создания и последующего обслуживания роботов выявили в искусственном интеллекте занятную вещь – робот, не имеющий постоянную цифровую связь с себе подобными, людьми и главный Электронным Компьютерным Существом чувствовал себя одиноким. С учётом многих параметров робот тормозил процесс развития собственной личности.
Установив на склоне модуль и включив мобильный ретранслятор, робот почувствовал прочность беспроводной цифровой нити, связывающей его с домом. Персей подумал о том, что нужно было установить ретранслятор в середине пути или на вершине кратера, но не беда, обстоятельно изучив данную область, он вернется вместе с ним на общую поверхность, и может быть, тогда установит очередную точку усиления сигнала, расширяющую зону покрытия.
Оставив в покое функционирующий ретранслятор, робот двинулся в то место, где им было замечено свечение. Перешагивая через камни, утопая в реголите по механическую щиколотку из сверхпрочного материала, Персей констатировал, что глубина сыпучего реголита увеличивается, но ещё можно сделать несколько метров, может больше. Небо над головой по-прежнему и неизменно было похоже на чёрный бархат с сияющими на нём звёздами словно россыпь бриллиантов разной массы. Одни сияли ярче и были отчётливо видны, другие были гораздо меньше и свет едва заметно цеплялся за визуальное цифровое восприятие реальности.
До предполагаемого эпицентра оставалось каких-то семь метров, как вдруг Персей почувствовал электронно-механическим организмом вибрацию, разносящуюся по поверхности реголита в радиусе десяти метров. Мелкие камушки задрожали, пыль начала менять форменную структуру, как это бывает с песком во время тряски.
Персей измерил температуру – минус сто двадцать градусов ниже ноля. Дно кратера находилось в тени. Сам двухметровый робот был одет в универсальный бронекостюм, разработанный для пребывания в условиях атмосферы Луны, где перепад температуры порою составлял до трёхсот градусов. Полимерная поверхность костюма защищала робота от пагубного воздействия солнечного ветра, несущего в себе ионизированные частицы радиации. Вся концептуальная вычислительная электроника, отвечающая за робота с ног до головы, была надёжно защищена. Робот констатировал, что данная сейсмическая активность моментальна и не распространяется дальше по поверхности. Метеоритов не падало, термальная активность отметается, на тектоническое возмущение ничего не указывает, а приливная активность должна была наступить через десять дней. Выходит, что-то в самом эпицентре кратера заставляет реголит дрожать, вибрировать лунную поверхность дна.
Робот, повинуясь исключительно зашитому в программном коде научному интересу, шёл дальше, фотографируя данную область с её однотипной и однотонной скучной породой. Сделав ещё пару шагов Персей провалился по колено, но мощные сервоприводы и многочисленные гидравлические механизмы миниатюрных и более крупных размеров способны были двигать робота пластично и элегантно, либо резкими и ломанными движениями с небывалой по скорости реакцией. И сейчас робот быстро выдернул правую ногу из реголита и перенёс её дальше. Наступив ею, он утоп по колено и проделал движение с левой ногой. Через пару метров его ноги зарылись в зыбучем реголите на целых девяносто сантиметров. Восприятие было такое, будто ты ступаешь не на песок, а на структуру менее плотную, способную утянуть тебя по самые эти самые.
Вдруг перед визуальным цифровым восприятием Персея лунный грунт завибрировал ещё сильней, дрожь почувствовалась по всей поверхности, и вновь на доли секунд появилось красное свечение, будто под ней, под поверхностью что-то шевелилось. Робот, ежесекундно фотографируя данное явление, пересылал осознанную им информацию на основной Лунный Комплекс и через систему спутниковой связи в штаб-квартиру агентства Современных Революционных Технологий. Но в какой-то миг сложный электронный мозг робота не успел среагировать механическими движениями на то, как всё его тело внезапно провались вниз, а сыпучий реголит сковал движение, цифровой сигнал, связывающий его с ретранслятором и всей системой, удивительным образом исчез.
Между тем двухметровое тело проваливалось всё глубже. Впервые за всю историю робототехники и эволюции искусственного интеллекта, электронный разум в образе сущности Персея на доли секунд испытал подобие паники, присущей человеку.
Планета Земля, Россия.
Около полуночи.
Три чёрных минивэна, технологически переработанные инженерами агентства Современных Революционных Технологий миновали административную границу Московской области, двигаясь далее в общем потоке машин.
Без проблесковых маячков, с обычными номерами, без создания аварийно-опасных ситуаций, связка автомобилей сокращала расстояние до точки старта. Район Калужской области, в которую они двигались, принадлежал одному предпринимателю-фермеру, выкупившему обширные гектары земли и лесные угодья. На земельных просторах, примыкающих к густым лесам, он выстроил современные амбары по выращиванию подворья птицы, особого сорта грибов, организовал разведение крольчатины, нутрии, и прочих зверей, шедших в пищевую и ткацкую промышленность. По странным стечениям обстоятельств этот молодой предприниматель был родом из Москвы, и жил тем, что путешествовал по Миру, дистанционно управляя своими делами. И в данном случае это был некто иной, как Антон Сергеевич Разумов. Только посвященные понимали, кто косвенно владел сельскохозяйственным добром.
На территории больших угодий у самой кромки леса был расположен небольшой закрытый туристический комплекс для отдыха. На его площади находился большой пруд с плавающими дикими утками, русские и финские бани, построенные с учётом традиций, тренажёрный зал, парковая зона, уходящая вглубь леса. Лица, посещающие данный комплекс в составе всей обширной территории имели прямое отношение к агентству С.Р.Т. Часть пищевой продукции отправлялась на общественный рынок под видом реализации товарных единиц, а часть съестной продукции попросту распространялась среди всех сотрудников, находящихся на территории Москвы. Ученые и агенты были уверены в том, что данные продукты не содержат химически вредные или опасные для организма инородные элементы. Вся территория носила исключительно частный характер и редко допускала обычных посетителей, охраняемая высокотехнологичными примочками, разработанными учёными кибернетиками, в то же время она казалась довольна проста и приветлива.
Через какое-то время, съехав с главной дороги и углубляясь дальше от населённых пунктов по гладко асфальтированному дорожному полотну среди природной глуши и тишины, три автомобиля достигли пункта назначения, минуя пост охраны. На вид самый обычный КПП. Проехав по внутренней территории, разбитой на определённые функциональные сектора, чёрные автомобили добрались до туристической зоны у края леса. Они становились в ряд на подъездной площадке перед большим трёхэтажным домом из светлого сруба, сделанным в классическом русском стиле, похожим на дом из детской сказки, с резными ставнями, коньками на крышах, цветочными клумбами под окнами.
Все члены команды вышли из автомобилей и стали озираться по сторонам взглядами, преисполненными довольством и решительностью. Люди смотрели на сказочные и аккуратно выстроенные домики из сруба дерева, высаженные с искусной симметрией лиственные и хвойные деревья. Их взгляды устремлялись на пышные и чётко стриженые кустарники, каменные клумбы с цветами, вымощенные аллеи с коваными лавочками по бокам, крытые уютные деревянные беседки, фонарные столбы в старом стиле, испускающие мягкий свет посреди тёплого полуночного пространства под звуки сверчков, сов и кукушек, поющих свою трель.
– Красиво тут! – проговорила на превосходном русском сестра Кристиана, Анабэлла Берковская, глядя на большой, мягко освященный фасад дома с покатой черепичной крышей под старину, на большие резные, прикрывавшие окна ставни и массивное главное крыльцо с навесом и широкой маршевой лестницей.
Прилетев в Москву из Англии, Анабэллу встретили в аэропорту и отвезли в штаб-квартиру агентства Современных Революционных Технологий. Там они с Кристианом, её родным братом, подробно рассказали всевозможные детали и нюансы, связанные с Храмом, находящимся в глубине Амазонских лесов. Попутно для Анабэллы подобрали соответствующее снаряжение для предстоящих проектов, учитывая её внешние параметры и пожелания. Покончив с этим и более немедля, все выдвинулись на загородную базу, принадлежащую агентству.
– Да, мы периодически тут отдыхаем, ну и дела порою делаем – обыденно ответил Антон Разумов, закидывая большую чёрную сумку со снаряжением на плечо. Оглядев всю команду, он весёлой интонацией выдал – пожалуй, лучшее место для сосредоточения!
– Поддерживаю – добавил Максим Орлов, беря свою большую сумку и огибая Кристиана с Анабэллой. Все они были одеты кто в чём, в обыденную одежду разных брендов. Маску приглянулась изящная и стройная фигура Анабэллы, и, задержав взгляд на её упругой попе, в обтягивающих джинсах, Макс услышал кашель сбоку. Повернувшись, он увидел улыбающегося Антона Сергеевича. Тот хитро подмигнул пару раз и ещё хитрее улыбнулся. Орлов расплылся в широкой улыбке, мотнул головой и пошёл к крыльцу с мыслями, что для него существует единственная фигура, к которой он неравнодушен. Фигура Анастасии Орловой, его жены.
Екатерина Разумова, достав сумку, посмотрела кареглазым взором на крутящую во все стороны головой Софию. Улыбнувшись, она проговорила – ты же впервые здесь, да?
– Ага! – радостно ответила София Никольская, с искорками доброты в карих глазах, изучая местность – многое вы тут сделали за эти годы. Я и не знала, что тут аж целый комплекс, в котором жить можно.
– И не только жить – по-доброму улыбнувшись, добавил Власов младший. Взяв свою сумку и обходя Софию, он так же спокойно проговорил, хитро сверкнув глазами –это только видимая часть Софи!
Максим Орлов первым снял контроль охранной системы, приложив ладонь к сканеру, выдвинувшемуся из стены с правого бока от входной двери, и чётко проговорил персональную фразу для голосового сканера. Скрытые камеры видеонаблюдения, считав внешние физиологические параметры всех присутствующих, констатировали подлинность личностей, все вошли в дом и заперли дверь. Очутившись в просторном светлом холле с кожаными диванами в тон песочного оттенка деревянных стен и стеклянными журнальными столиками, стилизованными лестницами, уходящими на вторые этажи и каждая в своё крыло, все положили сумки на пол и занялись делом. Разойдясь по своим произвольно выбранным комнатам, каждый переоделся в персональный бронекостюм, ещё раз проверил техническую составляющую, а именно оружие, коммуникаторы, портативные устройства слежения, высокотехнологичные проборы видения и многочисленное вспомогательное оборудование.
Спустя десять минут, все, собравшись в просторном и уютном обеденном зале за большим деревянным овальным столом, смотрели на плазменную панель, висевшую на стене и сделанную под стиль картины с деревянными резными рамками по бокам.
– Итак, несколько свежих новостей – проговорил с экрана Игорь Клементьевич Власов, сидя у себя в кабинете в Москве и наблюдая на своём широкоформатном мониторе за командой из семи человек во всём чёрном, кроме лиц и кистей рук. Бронезащитные перчатки и схожая по технологическому принципу защитная маска на голову могли надеваться вне зависимости костюма. Удобно.
Власов старший сделав вдох и ещё раз осознавая кредит доверия, выписываемый всем присутствующим, продолжил повествование. – Одна касается Эфиопии. Третья деревня была заражена, и Евгений дистанционно наблюдал за тем, как наши американские друзья из АНБ сделали дело достойно своей профессии. Похоже на то, повторюсь, очень хотелось бы в это верить, что третья деревня – последняя в цепи распространения вируса, если конечно Мердек не обманул американцев, Евгения, спутники слежения и не выпустил заражённых вирусом в других местах, отдалённых от базы. Далее – Игорь Клементьевич сделал вдох, и, посмотрев на Кристиана, Анабэллу и Софию, проговорил – вам троим выпала простая задача, но! По разведданным некая группа американских исследователей в составе двадцати человек находится в том районе. Установить их личности не получилось, но будьте осторожны, неизвестно чем они занимаются на самом деле. Дальше. В районе Антарктиды, а именно в том месте, где дрейфует наше научно-исследовательское судно всё идёт по установленному графику. И ещё одна новость, на которую мы не можем найти ответа вот уже несколько часов – Игорь Клементьевич снова вдохнул и взгляд его сменился на философский и задумчивый. Внутренне понимая, что для обычно человека эти слова покажутся фактом психического отклонения у того, кто их произносит, но всё же, он едва заметно улыбнулся и добавил. – Мы потеряли стабильную цифровую связь с одним из роботов, что находятся на Лунной Базе, точнее говоря Персеем. Похоже, он провалился под основание в самом центре кратера в нескольких километрах вдали от комплекса.
– Это же Персей. А существа, что рядом с нами там не причастны к данному событию? – спросил Олег Игоревич, глядя на отца, который красовался на большой плазменной панели. Олег Игоревич знал то, что Персей в своей сущности увлечён теорией исследования и старался уловить каждую новую частицу информации, неизвестной ещё человеку и предоставить её на изучение и обозрение.
– Абсолютно – ответил Игорь Клементьевич – но Персеем был зарегистрирован ряд нестандартных сейсмологических и световых изменений в том районе. Опережая ваш вопрос, отвечу – никаких существенных возмущений среды по близости не регистрировалось и не прогнозировалось. Случай индивидуальный и спонтанный, это и вызвало подозрение у Персея. Теперь нужно будет вызволять его из того места, куда он провалился. Но это выполнимо по расчётам Ориона. Это все. Шустрые ждут – выдвигайтесь!
– Хорошо, держите нас в курсе! – заключил Власов младший и увидел, как отец утвердительно кивнул всем, махнул наудачу рукой и монитор сменил изображение кабинета на яркую картину живописных русских простор с кристально чистым крохотным озером, за которым простиралась оранжевая равнина и на дальнем фоне высились изрезанные заснеженные пики гор. Это была фотография высокого разрешения района Горно-Алтайска с панорамой Северо-Чуйского хребта. Олег Игоревич Власов вспомнил то, кому принадлежит этот снимок и, улыбнувшись, проговорил – за дело друзья!
Вновь переодевшись в чёрные концептуальные бронекостюмы, бравые оперативные агенты, собрав в себе силы и веру в благополучный исход, быстро вышли из просторного дома на улицу. Не задерживаясь более, команда направилась по вымещенной и мягко освещённой фонариками тропинке в примыкающий к комплексу густой лес. Идя по петляющей дорожке сквозь вздымающиеся кроны деревьев и шелестящей листвы, озираясь на фонарные столбики, возвышающиеся от земли на несколько десятков сантиметров, каждый чувствовал себя более чем спокойным в окружении скрытой от посторонних глаз интеллектуальной системы безопасности. Вокруг фонарей роились насекомые, ночные мотыльки и прочая летучая живность, и каждый из шедших сейчас был погружён в собственные думы. Каждый из них вновь хотел вернуться к своим близким, родным. Целым и невредимым. Каждый из них жаждал спасти этот мир.
Где-то в глубине, через полторы сотни метров от начала маршрута, на большой опушке среди густого леса, скрываемые пеленой ночной дымки от горевших торфяников, в безмолвии и полном умиротворении базировались два летательных аппарата белоснежного оттенка. Два высокотехнологичных самолёта были готовы дать старт. Роботы, управляющие летающими аппаратами, сидевшие в кабинах, ждали своих пассажиров.
Команда подошла к самолетам и разделилась. София Никольская, Кристиан и его сестра Анабэлла Берковская проследовали в первый футуристический самолёт, поднявшись по трапу и исчезнув в кабине. Олег Власов, Антон Разумов и его жена, Екатерина Николаевна зашли в кабину второго самолёта, занося сумки с оборудованием. Максим Орлов, на время задержавшись возле опущенного трапа, стоя на твёрдой земле с ковром из лесных трав, растений и ягод, ещё раз окинул опушку леса, скрываемую высокими кронами сосен, берёз, елей.
Окинув взором мелкие кустарники, утопающие в ночной темноте на фоне звёздного неба с проплывающими кучевыми облаками, Макс с философской ноткой в серьёзном серо-голубом взгляде посмотрел на теряющуюся в окружении едва заметно покачивающихся деревьев и прочей лесной растительностью освещённую вымощенную дорожку, ведущую к комплексу. Вдохнув тёплый ночной воздух с запахом хвойных деревьев и примесью дымки от тлеющих вдалеке торфяников, Макс ещё раз посмотрел на белоснежный, изящный и грациозный как птица будущего самолет, услышал трель кукушки и дятла на ближайших деревьях. Улыбнувшись окружающему миру, он с гордостью прошептал – одним лишь умом Россию не понять. В ней необходимо жить, её нужно чувствовать, и верить в её дремлющую силу!
После Максим Орлов по-особому, с улыбкой и почтением кивнул окружающему его пространству природы, силе её и красоте её духа, и взошёл по трапу в пассажирскую капсулу самолета, с её футуристическими сиденьями, в которых уже удобно расположились его друзья, оперативные агенты агентства Современных Революционных Технологий.
Белоснежный трап занял своё положение, загерметизировал корпус и пассажирскую капсулу. Через некоторое время оба самолёта, издавая гул, сравнимый с парой спорткаров взмыли в воздух. Отлетев друг от друга на безопасное расстояние, зависнув над верхушками сосен, погружённых в ночную дрёму, самолёты устремили носы к небесам и дали залп своими революционными двигателями. Белые, словно приведения в ночи, два футуристических самолёта сотрясли ночное пространство звуковым щелчком перехода в сверхзвуковой полётный режим и растворились в ночном небе, набирая всё большую полётную скорость с каждой секундой, следуя каждый в своём направлении. Ни один современный радар, ни одна цифровая фотокамера в данный момент не в силах была запечатлеть полёт двух аппаратов, которые так шустро набирали высоту.
Африка. Эфиопия.
Арба Минч. Ночь.
В гостинице Бекеле Мола Хотель, на южной окраине города Арба Минч, Евгений Левицкий, расположившись в гостиничном номере, точнее в арендованном бунгало, сидя за столом в полной темноте смотрел на экран лэптопа. В данный момент он просматривал происходящие действия в номере дальнего бунгало, и параллельно слушал разговоры двух американских агентов АНБ, быстро переводя их диалог на собственное полноценное восприятие.
Ранее, сфотографировав агентов и выслав информацию главному аналитику агентства Современных Революционных Технологий, Евгений Левицкий получил обратную информацию о месте их базирования в данной стране. По-видимому, американцы выжидали благоприятного момента, и не спешили лезть вдвоём на закрытое горнодобывающее промышленное предприятие, принадлежащее одному крупному европейскому промышленнику, имеющему возможное прямое или косвенное отношение к Лиги Двадцати Двух. Данное предприятие занималось извлечением золота из недр земли, но это лишь служило очередной завесой. Однако золото там было и служило дополнительной прибылью. Налоги уплачивались в срок и в установленном порядке, аудиторские проверки со стороны эфиопских властей не выявляли злостных нарушений техники безопасности на производстве, а имело направляемые взятки, снимали нежелательное внимание с объекта.
Получив необходимую информацию, Евгений Левицкий в полной мере применил мастерство езды, и, срезав дорожный путь на арендованном автомобиле, обогнал американцев, прибыл в отель раньше них на целый час, успел заселиться сам, под видом фотокорреспондента одного из старейших журналов России. Данный журнал с его ста пятидесяти летней историей был первым в Мире в своём научно-популярном страноведческом роде. Читатели, кому была близка не только тема путешествий, но и расширение познаний в различных областях науки, с великим удовольствием ждали новые выпуски на прилавках.
Узнав бунгало американцев, оперативному агенту не составило сложности аккуратно проникнуть в их жилище, и установить прослушивающие устройства. Сами американцы остановились в данной гостинице под видом сотрудников из конкурирующего журнала с иным мировым именем. Но роль и цель у них была иная, впрочем, такая же, как и у самого Евгения Левицкого. Занятная ирония, все делали, по сути, общее дело.
Спустя какое-то время американцы прибыли в гостиницу и стали вести свой открытый диалог, не подозревая о том, что по близости затаился конкурирующий агент из ведомства, им неизвестного.
Евгений Левицкий преспокойно сидел на обычном деревянном стуле за столом возле окна и открытой балконной двери. За ней, дверью, через которую проникал тёплый воздух, простирался ночной вид зеленеющих лесов и чудесная панорама на прибрежные воды озёр Чамо и Абайа. Между ними возвышался вулкан, именуемый Тоса Суча, входивший в состав живописного Национального Парка Нетч Сар. Склоны недействующего вулкана с высотой более чем полутора тысяч метров были покрыты зеленеющими деревьями, а перед возвышениями, на сочных равнинах заповедника, днём при свете яркого солнца можно было лицезреть стада зебр, жирафов и прочих парнокопытных обитателей Эфиопии. Сейчас же была непроглядная ночь, и пение птиц и отдалённые звуки музыки у бара на территории небольшого комплекса нарушали ночную тишину старого отеля. Какофония звуков, непринуждённо возмущала окружающее пространство, на которое опустилась очередная тёплая безоблачная эфиопская ночь. И чёрное, как уголь небо окрасилось яркими перемигивающимися созвездиями.
Евгений Левицкий выпил теплого чая с лимоном из термоса, закрыл его и поставил на стол рядом с лэптопом. Номер у него был довольно простенький, впрочем, как и сама гостиница, давно не видавшая качественного по европейским меркам ремонта. Старая и потёртая постояльцами, но крепкая мебель, всё еще работавшая сантехника, фунциклирующий на последнем дыхании кондиционер, еле справляющийся с дневной жарой. Однако дружелюбный персонал и живописные виды, открывающиеся взору с балконов бунгало, перекрывали придирчивость к той обстановке, которую привыкли видеть обычные туристы, для которых количество звёзд на табличке гостиницы значат больше, чем атмосфера, её окружавшая.
Евгений Левицкий всегда считал, что шикарно обустроенные номера, фешенебельные гостиницы и пафосный комфорт, наличие холодильника с постоянно доставляющимся охлаждённым пивом, плазменного телевизора с любимым каналом и постоянным выходом в интернет, с доступом на социальные сети делали путешествие ничтожно обыденным и скучным. Глубинное изучение страны, её живописных природных ареалов, флоры и фауны, созерцание необычайных мест, архитектурных и исторических достопримечательностей, исследование новых территорий, а именно тех, посещение которых не предлагает гид, работающий при отеле или принимающей стороне. Фотографирование не только на фотоаппарат, а собственными глазами и сохранение картинок в собственную интеллектуальную память, и заполнение её ячеек эмоциональными позитивными вибрациями – вот то, чем дорожил он, неугомонный путешественник. Белоснежные песочные пляжи с шелестящими пальмовыми листьями, валяние на лежаках, тропические коктейли с зонтиком под шум прибоя и звуки мелодичной музыки на общем фоне красного заката на горизонте, также бывали в его туристической стезе, но они быстро наскучивали ему.
– Каждому своё – прошептал Евгений Левицкий, вспомнив любимый гамак, натянутый между двумя берёзами в собственном загородном доме, выстроенном на опушке леса где-то в Подмосковье, машинально соотнеся его с не менее обожаемым гамаком, натянутым между двумя кокосовыми пальмами на территории уютного бунгало, стоящего на белоснежном песчаном побережье где-то на Багамах. Агенты агентства Современных Революционных Технологий с умом тратили свои финансовые средства и частенько приглашали друг друга к себе в гости отдохнуть между проектами.
Взглянув на часы, Евгений Павлович сверился в уме с общим таймингом. Команда оперативных агентов и друзей должна была прибыть в установленное место точно в срок, а это значит, что у него есть двадцать минут на активные действия, перед окончательным выездом из отеля. Он договорился с администрацией отеля о том, что берёт бунгало лишь на сутки, чтобы переночевать и рано утром уехать на фотоохоту. Менеджер за стойкой на ресепшне согласился с данными условиями, увидев огромный профессиональный фотоаппарат, удостоверение фотокорреспондента и номер арендованного автомобиля. Эти вечные фотоохотники приезжали сюда в поисках лучших кадров Национального Парка Нетч Сар. Манящий видами парк, с его живописными растительностью и рельефом долинами, предгорьем, вулканом, расположенным между двумя озёрами, и биологическими обитателями здешних природных красот.
Евгений Левицкий посмотрел на экран лэптопа, на двух агентов. Нажав на кнопку на коммуникаторе, лежавшем рядом с компьютером, Левицкий шутливо проговорил – парни, извиняйте!
В бунгало, что было через несколько других, двое людей не спали в эту тёплую африканскую ночь. Один из них сидел за столом и перекачивал фотографии в память своего лэптопа. Другой человек разложил на кровати оружие и оборудование для предстоящей операции. Балконная дверь была закрыта, плотные по фактуре шторы были задернуты, и они были уверенны в том, что их никто не слышит, и никому нет дела до них. Африка.
В момент заселения в номер они проверили его на предмет подслушивающих устройств и не найдя таковых, расположились в нём. После они выехали на осмотр деревень, пострадавших от вируса. Приехав к ночи обратно в гостиницу, оперативные агенты АНБ впопыхах не удосужились провести проверочную процедуру, да и она бы не дала видимых результатов. Евгений Левицкий мастерски разместил микроустройства визуального и звукового слежения на основе революционных технологий, разработанный русскими инженерами-кибернетиками.
– Ник – обратился к Нортону Майкл, занимаясь проверкой оборудования для проникновения на закрытый объект – ты связался с командованием? Когда прибудет подкрепление?
– Связался. Они ждут от нас исчерпывающих данных о состоянии объекта – быстро ответил сидящий за столом Ник, попутно разглядывая фотографии мёртвых тел эфиопских жителей на фоне деревушке – только после отчёта они вышлют подкрепление в должном количестве.
– К чему они так тянут? – проговорил Майкл, вынимая обойму из серебристого пистолета и глядя на патроны в ней собранным взглядом, полным раздумья.
– Аналитики… – отмахнулся Ник Нортон и перещёлкнул фотографию – всё хотят просчитать, перестраховаться. В то время как это самое время проходит, становясь историей. Надо начинать скорей! – и, выключив просмотр фотографий, заблокировав лэптоп, Ник встал из-за стола.
Повернувшись к Майклу, сидящему на краю кровати, он почувствовал лёгкое головокружение и накатившую слабость, укрепляющуюся во всём теле.
Майкл, вдохнув прохладный воздух, навиваемый жужжащим кондиционером, почувствовал головокружение и странный сладковатый привкус на языке. Посмотрев на Ника мутным взглядом, Майкл начал было говорить, но тут почувствовал, как взгляд мутнеет ещё больше, картинка плывёт и проваливается в липкую темноту.
– Твою мать, какого чёрта?!… – только и успел вымолвить Нортон. Пошатнувшись, он прошёл несколькими шагами в сторону Майкла, и неуклюже завалился на свою кровать перед тем, как мягкий свет в пространстве плывущей комнаты перед его взором полностью погас. Опьянённое сознание заволокла темнота безмятежности.
Два американских оперативных агента Агентства Национальной Безопасности уснули крепким сном.
Через несколько минут Евгений Павлович Левицкий, одетый в прозрачный полиэтиленовый комбинезон с головы до ног, аккуратно и стараясь не привлекать к своему нелепому виду возможного внимания, зашёл к американцам в бунгало с бутылкой элитного виски, которую нёс в руке, одетой в перчатку. В другой руке он нёс чемоданчик с оборудованием. Собрав все прослушивающие устройства и устройства визуального наблюдения, вынув из кондиционера аппарат, выделяющий в пространство мощное ароматического снотворное, Евгений Левицкий обшарил номер на предмет дублирующих устройств, установленных американцами с помощью своего оборудования. Не обнаружив жучков, он быстро собрал оружие и оборудование американцев в их же сумку, засунул её под кровать и уложил агентов так, как бы они естественно и удобно для себя могли спать. Поставив бутылку дорогого виски на стол и подложив под неё конверт кремового цвета из бумаги, доставленной специально из Америки. Изъяв жесткие диски из их ноутбуков, всю информацию и забрав материалы исследований, Евгений Левицкий ещё раз оглядел простенькую комнату и двух спящих американских агентов, Ника и Майкла.
Улыбнувшись широкой и доброй улыбкой, он проговорил про себя – простите, но эту партию мы берём на себя, друзья… – И после этого умозаключения Евгений Левицкий ещё раз осмотрелся. Не выявив никаких устройств слежения, он незаметно вышел из бунгало американских агентов с увесистой сумкой в руке, проверяя, не следит ли кто за ним. На дворе была непроглядная ночь, и посетители данной гостиницы были или в разъездах, или спали после долгого дня путешествий по стране и фотографирование живописных ландшафтов и озёр заповедника.