![](/files/books/160/oblozhka-knigi-kto-my-343706.jpg)
Текст книги "Кто мы"
Автор книги: Александр Кальнов
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)
– Время смещается? – вопросил Кристофер, щурясь от солнечных лучей, которые поневоле начали резать глаза и добавлять тепла организму.
– Одна часть команды вылетает в Африку через несколько часов. Кристиан с Софией отправляются в Бразилию сегодня вечером. Я присоединяюсь к ним – проговорила Анабэлла, стоя посередине аллеи и под шорох листвы деревьев смотря на потухший дисплей коммуникатора в серебристом исполнении. В почти зеркальном дисплее отражался весь окружающий мир, а именно редкие кучевые облака, проплывающие по голубому небосводу, птицы, пролетающие в нём, высокое дерево за её спиной и её лицо, преисполненное решительности.
– Обстоятельства – проговорил Кристофер Берковский. Подойдя поближе к дочери, взяв её за плечи и посмотрев в её загадочные глаза своим не менее таинственным взором, он нежным тоном добавил. – Прошу тебя, будь предельно аккуратна, Анабэль. И присмотрись к Софии Никольской. Если ею заинтересовался Кристиан, так активно, значит это не просто мимолетное увлечение. И возможно, она его стоит.
– Хорошо отец, исполню и проанализирую – мило улыбнувшись, мягким тоном ответила Анабэлла, обняв отца за талию и прижавшись щекой к мощной груди главы семейства.
– Помни, Вы, дети мои – это поистине всё, что у меня есть и чем стоит дорожить на этом свете – ответил Кристофер Берковский, вдыхая сладкий аромат своей дочери её духом и запах шампуня – а остальное, всё материальное – это постоянно меняющиеся мелочи жизни. Берегите себя!
– Будем отец. Таков ведь наш рок. И мы не отступим! – проговорила Анабэлла, чувствуя то, как сердце отца забилось чаще.
После этого Анабэлла поцеловала в щеку отца и быстрым шагом пошла по аллее к роскошному дому. Время сборов пришлось перенести с завтрашнего дня на день сегодняшний. Хотя вещей особо брать не представлялось, лишь личные повседневные вещи и предметы гигиены, остальное предоставит агентство Современных Революционных Технологий и гостеприимный высокотехнологичный борт яхты «Peregrinus».
Сам же Кристиан Берковский, задумавшись о сути происходящих изменений, которые в будущем повлияют не только на его семью, и передовое секретное агентство, но и на всё человечество в целом, неспешно пошёл за тем, чем он пошёл первоначально и по-человечески обыденно, а именно за овощной провизией в приусадебную теплицу.
Время позднего завтрака с витаминным салатом и доброй порцией сваренной каши настало, ровно, как и настал момент истины и разрешения тайны цивилизации Антарктиды. Но даже сам Кристофер Берковский лишь отдалённо и смутно представлял то, что в действительности скрывали тысячелетние льды.
Фазенда Сокольских.
Он был в курсе новых перемен. И то, что он наметил ещё тогда, на острове в Тихом океане, вспомнив, кто он такой. И сейчас это уже нельзя было откладывать на будущее. Однако такое можно было делать лишь в особых случаях, и просто так использовать это было как минимум нельзя.
Завтра предстоял вылет в Москву. Он вместе с Кристиной ввёл родителей в курс дела о скором заказе на очередной проект, сулящий не только хорошую прибыль компании, но и установление новых деловых связей, способных развить компанию. Родители поверили, но были недовольны тем, что их дети снова срываются по делам, пробыв так мало времени.
Медленно, но верно к южному жаркому краю подкрадывался вечер, ведя за незримую руку яркий солнечный диск по синему безоблачному небосводу к горизонту. Часа в четыре, после того как мужчины закончили установку столбов под новую аллею для виноградника, и все родители уехали в магазин за обыденными покупками, довольствуясь открытым искренним общением между семьями, которые готовились объединиться. Вечер вновь предстоял быть весёлым и по-семейному домашним, уютным, с жаренным на мангале мясом, свежим овощным салатом, сочными фруктами, размеренными разговорами о сути бытия, будущем семьи, общества, государства, Мира. Эти темы никогда не выходили из круга внимания двух семей. В данный момент Кристина и сестра Сокольского остались в доме одни. Они занимались приготовлением еды к вечерним посиделкам, суетясь на просторной кухне, мило при этом беседуя на жизненные девчачьи темы и слушая лёгкую музыку.
Александр Сокольский зашёл к себе в комнату, вынес из неё сотовые телефоны, потом вновь вернулся в просторную и лаконично обставленную современной мебелью спальню, задёрнул синие шторы поплотней, закрыл, но не запер на замок дверь. Затем он огляделся по сторонам и сел на светлый пол прямо посередине комнаты.
Слегка сгорбившись поудобней и обхватив руками чуть разведённые колени, взявшись левой рукой за правое запястье, Александр с удовольствием закрыл глаза и глубоко вдохнул полной грудью. То, куда он намеревался отправиться, выходило за повседневные рамки человеческих прогулок по знакомым маршрутам среди каменных городов или манящей свежестью природы. Эта прогулка требовала больше чем отрешение от реальности человеческого, эта прогулка вынуждала покидать тело сознание, но при этом держать с биологическим организмом прочную энергетическую нить, по которой нужно было вернуться в свой дом, в своё вместилище, в запутанную сеть нейронов. Эту методику он обрёл полтора года назад, точнее его научило существо, которое открыло ему и Кристине одну маленькую Вселенскую тайну.
И сейчас, Александр Сокольский вновь направлялся к нему. Едва заметно улыбнувшись на правую сторону щеки и тронув морщинками уголки губ и глаз, юноша в красно-синих шортах с рисунком сюрреалистических цветочков с голым загорелым торсом и сходившими на нет остатками от царапин и порезов на теле, почувствовал всю силу своего интеллекта. Лёгкая вибрация прошлась от головного мозга по всему телу и размеренными импульсами принялась высвобождать сознание. Сердечный ритм выровнялся, давление пришло в оптимальное состояние, ровное дыхание стало расширять границы восприимчивости внутреннего мира и мира, окружающего организм, весь потенциал обострился. Путешествие началось.
Энергия, с самого зарождения интеллектуальной сущности, обитавшая в биологической массе серого вещества из нейронов и синапсов вырвалась из черепной коробки, трансформировавшись в невидимое парящее в пространстве облако. Его биологические человеческие карие глаза и чёрный хрусталик был закрыт веками и ресницами, но сейчас, паря в пространстве комнаты он видел её лучше, чем собственными глазами в реальности. Всё сейчас обретало звенящие чёткостью грани и формы, где каждый элемент пространства при ежесекундном желании поддавался детальному рассмотрению, будто бы ты смотришь на это через увеличительное стекло и видишь потоки энергии, проходящие через грубую и тонкую материю. Опустившись через толстое перекрытие между этажами и на доли секунд, почувствовав его железобетонное составляющее, словно привкус клубники во рту, он увидел с высоты потолка на первом этаже сестру блондинку, стоящую в шортах и футболке жёлтого оттенка, и рядом с ней свою любимую вторую половинку.
Кристина, одетая в чёрные шортики и однотонную футболку, чистившая ножом картошку, резко обернулась и посмотрела на белоснежный потолок, в то место где были пока что выключены осветительные изогнутые люстры. Всматриваясь в пустое пространство потолка с гладко выбеленной ровной поверхностью, она почувствовала его присутствие. И улыбнулась.
Младшая сестра Сокольского, заметившая странную реакцию Кристины посмотрела удивлённым синим взором в ту сторону, но не заприметив ничего особого, вопросила обыденным тоном возвращаясь к своему кулинарному исполнению – интересно, чем там брат занимается?
– Наверное, в интернете сидит. Путешествует по виртуальной вселенной – проговорила вслух Кристина, понимая, куда на деле собрался Сокольский, подключив свой концептуальный, но старый как их собственная Галактика Вселенский Wi-Fi55
Wi-Fi – Wireless Fidelity (беспроводная точность). Беспроводная передача данный.
[Закрыть] без ограничения радиуса действия.
– Вечный турист – ухмыльнулась сестра Сокольского, продолжая нарезать овощи для борща, сидя на деревянном стуле за широкой барной стойкой, обложив себя вымытыми овощами и периодически отпивая домашний абрикосовый сок годичной выдержки.
Энергетическое сознание, парящее в пространстве и времени, услышало звуковые колебания и трансформировало их в слова для восприятия. Кристина вдруг ощутила на щеке будто бы нежный поцелуй знакомых до мурашек губ, и притронулась к тому месту, где были её родинки в форме треугольника. Улыбнувшись, она выпустила в пространство беззвучную мысль – возвращайся скорей! – и, получив положительный ответ с ласковой интонацией в своём сознании, она была услышана.
Незримое энергетическое облако покинуло железобетонное и кирпичное пространство дома, вырываясь за его пределы, стремясь в синеву неба. Поток сознания несся сквозь разные слои атмосферы, на доли секунд ощущал холодок от меняющейся температуры и скорости прохождения через пространство, но продолжал дышать биологическими лёгкими и тем свежим воздухом кондиционируемой комнаты, ощущая аромат свежесрезанных тёмно-красных бутонов роз, стоящих в резной хрустальной вазе на тумбочке возле кровати. Связь между потоком энергии сознания и биологическим организмом не прерывалась, и это было важно. Человеческое биологическое тело, а именно лицо и мимика вновь вздёрнулись в ухмылке. Тем временем путешествие продолжалось.
За секунду оказавшись возле планеты Луна, незримое облако пронеслось над тем местом пустынного молочного оттенка рядом с большим кратером, где электронно-механические существа, роботы, находились на завершающей стадии проекта, а именно сборки каркаса здания первой Лунной Базы. Другие высокотехнологичные электронные существа начинали монтировать обшивку на первых её уровнях. Оценив картину слаженной процессии действий, поток сознания с ещё большим ускорением понесся в межпланетном космическом пространстве вакуума, следуя далее.
Ускоряя себя в тёмном веществе, ощущая соприкосновение с потоком сознания веществ, субатомных частиц и вездесущей энергии, оставшейся в пространстве после Большого Взрыва, биологическое тело ощутило рядом с собой присутствие иного существа, облизнувшего ногу. Кошка. Но нужно следовать дальше. Ускоряясь ещё больше, покидая Солнечную Систему с её удивительным строением планет, шедших миллиарды лет по своему задуманному маршруту, энергетический поток перешёл в межзвездное пространство, ощутив ещё большее присутствие радиации, электромагнитного космического излучения, межзвездных магнитных полей, тёмную материю и наполняющий её абсолютно прозрачный межзвёздный газ.
Вопреки обывательскому мнению, космическое пространство, его вакуум и тёмная материя не были абсолютно пусты, и избавлены от элементарного и сложного вещества. В межзвёздном пространстве была своя структурная составляющая, и именно она сейчас помогала энергетическому потоку цепляться за новые расстояния, преодолевая световые года в тот момент, когда в биологическом организме и окружающем его человеческом Мире шли миллисекунды. Разрезая пространство времени и материи, черпая из неё энергию для путешествия, он рвался в тёмном пространстве, огибая потоком сознания спиралевидные и линзообразные Галактики, одинокие или связанные гравитационным полем в звёздное скопление, имеющее уникальный световой спектр, форму, массу. Поток сознания знал конечный пункт межгалактического маршрута, и вновь ускорил своё движение, преодолевая очередные парсеки за доли секунд, вопреки человеческим законам об измерении скорости на единицу времени. То, чего пока нельзя было измерить или зафиксировать прибором, придуманным человеком, нельзя было нарекать невозможным.
Узрев в тёмном космическом пространстве искомое звёздное скопление голубого оттенка, энергетический поток сознания, впитав силы из космического пространства, устремился туда.
Преодолев очередные немыслимые расстояния, сознание приближалось к спиралевидной Галактике, к Солнечной Системе, по строению похожей на Солнечную систему в Галактике Млечного Пути.
Проносясь рядом с солнечной короной, ощутив корональные выбросы массы плазмы и солнечного ветра в пространство, поток сознания, связанный с биологическим телом ощутил урчание животного рядом с ногой. Но не время было возвращаться.
Окинув незримым оком космическую панораму строения Солнечной системы из семи планет, шедших по своим круговым орбитам вокруг светила, и оборачивающихся вокруг своей оси, Сокольский вновь улыбнулся своим биологическим телом. Несколько из этих близлежащих к светилу планет выглядели безжизненными и однотонными в своём световом спектре серого цвета и однообразной рельефной поверхности. На них отсутствовала жизнь. Однако, третья планета от Солнца была столь схожа размерами и цветовой гаммой, единым зеленеющим континентом, и окружающей водной стихией, с его родной, что напоминала потоку сознания собственный дом, планету Земля, бывшую Пангею66
Пангея – (с греческого) всеземля, единый материк, континент.
[Закрыть]. Когда-то давно, на планете Земля материки разошлись, образовав причудливые формы континентов. Здесь же, стремясь к атмосфере Планеты Пангеи, он наблюдал единый огромный континент эллипсовидной формы с изрезанными границами, внутренними морями и реками, озёрами, окружённый единой водной стихией. Панталассом.
Врезавшись на немыслимой скорости в верхние слои атмосферы яркой вспышкой, для обозначения себя, пройдя сквозь редкие кучевые облака и материю, ощущая насыщение пространства кислородом, он вдохнул потоком сознания воздух Пангеи и ощутил его чистоту. Биологическое тело между тем ощутило запах домашнего питомца, лежащего возле ноги. Наблюдая заснеженные горные хребты и зеленеющие равнины, девственные леса с высоты полёта, он отмечал различные дискообразной формы города из синего, голубого и фиолетового оттенка материала.
Устремившись к центру Первого Города, энергетический образ и сознание Сокольского достигли того места на окраине инопланетного мегаполиса, где проводил свой миллионные век Он.
Энергетический поток сознания воспарил в пространстве и времени, окружённый вздымающимися к небу километровыми домами круглых и спиралевидных, многогранных форм из синего стекла, сияющего импульсами света. Был светлый обыденный день, и яркое солнце, стоящее в зените синего небе, с редкими проплывающими по нему облаками, придавало здешнему Миру тепло и гармонию. Казалось, что небо и окружающие его дома были единым целым, как и единый Океан, окружавший этот загадочный континент.
Поток сознания материализовался для простоты видении картины Мира и восприятия новой реальности, для узнаваемости всеми окружающими его трёхметровыми инопланетными гигантами, по форме строения тела отдалённо похожими на человеческое. Их тонкие ноги от кончиков своих словно иголки соприкасались с землёй, и, уходя к телу, утолщались, будто хвост змеи. Талия у них была тонкой, и казалось она сантиметров сорок в диаметре, поднимаясь вверх и расширяясь в торсе до размера человеческой, но без какого-либо мышечного рельефа. Плечи их было слегка изогнутые в дуге, и руки, похожие по строению на ноги от плеч уходили вниз и утончались. Кисть и пальцы отсутствовали. Эллипсовидная голова держалась на тонкой шее. И так как здешние существа были связаны между собой интеллектуально, телепатически, питаясь энергией Вселенной, рот, уши и нос у них попросту отсутствовали. Видели они окружающую среду ощущая её, взаимодействуя на энергетическом уровне с ней. И для них это было совершенней, чем просто глаза человеческие и уши, воспринимаемые звуковые колебания среды. Они впитывали все колебания и возмущения среды, пропуская абсолютно всё через свой организм, сознание, выделяя среди всего потока нужное, желаемой.
Сокольский незримым потоком обрёл точно такое же строение тела подобно местным существам, но цветом он окрасил себя ультрамариновым. Он был светлее тёмно-синего и означал, что он здесь дружелюбный гость, и прибыл он с планеты той, что была их домом изначально.
Синего оттенка высокие здания, стоявшие прямо на земле с сочной растительностью и цветами, которые вымерли на человеческой планете. Изогнутые стеклянные лавки приглашали далёкого космического путника присесть и отдохнуть, и насладится видом просторных лаконичных площадей, аллей и вымощенных прозрачным стеклом улиц с растительной декорацией, взглянуть на толпы трёхметровых инопланетных существ, идущих в пространстве этого Мира.
У каждого из местных существ была персональная цель в обществе, идеи, совместные дела и стремление к развитию, заложенное в их высокоинтеллектуальных головах. Ему, юноше с планеты Земля, всегда казалось странным при посещении этого Мира то, какие жизненные цели они преследуют? Как они, живя сотни тысячелетий, продолжают при этом размеренно существовать в гармонии, не стареть морально, интеллектуально? Как они создают для себя и поддерживают желание жить в парах, едином обществе, желание развиваться дальше столь долгие года? Почему они не хотят останавливать свою процессию жизнедеятельности трансформацией интеллекта в виде смерти, покинуть своё тело, свой дом, перенестись в другой мир, воплотившись в иную интеллектуальную сущность? Какая у них мораль, мечты и ощущения? – размышлял юноша исключительно про себя. Своим биологическим телом и мимикой лица он изобразил глубокую задумчивость.
Прошагав на кончиках длинных ног до кругообразной площади, окружённой фонтанами из стекла с чистейшей водой, в центре озера которого из воды возвышалась четырёхсотметровая статуя. Выполненная из сияющего и пульсирующего светом хрусталя, она изображала существо их интеллектуального вида, которое держит на своих, казалось бы, никчёмных змеевидных руках другое инопланетное существо иного строения формы тела. Существо, спасённое из огня разрушения иной планеты, которому они нашли новый дом.
Юноша, ощущал этот Мир через вездесущую энергию и её потоки. Видя его лучше, чем глазами, ощущая энергию и структуру материи, из которой исполнено хрустальное изваяние на пьедестале из живой воды, ощущая вкус этой материи и цветовой спектр, запах окружающего Мира и присутствие других существ, также мимолётно любующихся сим творением, окружённым круглой площадью и высокими зданиями круглой формы, Сокольский вновь почувствовал его. И обернулся.
Навстречу ему, ультрамариновому гиганту шагала пара существ их вида, высотою метра три и оттенка неба голубого. Аео шёл со своей спутницей жизни Аио, с той, с кем они последними покинули планету Земля, создав собственным желанием новый биологический вид интеллектуальной разумной сущности. Тогда они вложили в сознание будущей человеческой сущности все возможности свои, но и заложили регулятор ограничения способностей, преодолеть который можно было путем энергетического, интеллектуального и морального просвещения.
Подойдя к разумному существу ультрамаринового цвета, пульсирующего плавным ритмом, Аео и Аио грациозно склонив свои головы, связали три интеллекта в один.
– Несу добро я вам от Мира нашего из бывшего вашего к настоящему вашему – мысленно проговорил юноша, контролируя потоки энергии, связывающие его сознание с сознанием двух существ, чувствуя при этом незримую прочную нить, по которой в любой момент времени можно было уйти домой.
– Приветствуем тебя. Мы рады твоему визиту. Ты быстро учишься, наш юный друг – мысленно ответили в унисон Аео и Аио, сияя голубым светом, озирая трёхметрового гостя в похожем теле. Им было лестно ощущать, что вид разумной сущности, поняв технологию трансформации сознания, смог проделать столь долгий путь, разделяющий Миры и целые Галактики межзвёздным пространством.
Обозрев гостя, Аео добавил мысленно – твой путь сюда тебя привёл с константами и переменными вопросами и формулами размышлений, ответив на которые ты сумму хочешь получить свою? И сделать вывод для принятия решений тобою в Мире том, где ты живешь сейчас?
– Всё верно, прародители. Есть ряд вопросов к вам – ответил юноша, окинув здания оттека синего и высотою в километры, едва уловимо пульсирующие световым излучением.
– Внимаем мы тебя, и поясним – мысленно ответила Аио, изящно разведя руками и воздвигнув к небесам их синий цвет с исходящей аурой энергии.
– Вы создали гигантов тех, что прилетели на планету нашу после гибели их Солнечной Системы симметричной? Вопросов к вам не счесть… – задал свой первый вопрос юноша в ультрамариновом оттенке трансформированного в инопланетное тело сознания. И доступ для других сопутствующих приоткрыл.
– Аиооиа. Мы их не создавали. Другие это были существа. Они решили воспроизвести свой вид в той Солнечной системе симметричной, где обрели гиганты те свой первый дом. – Ответил Аео, рисуя образы гигантов, которых юноша описывал ему, предоставляя картины из памяти своей и то, что сталось на том острове в Тихом океане, и какую правду он узнал. Аео и Аио была известна история той расы с тёмно-синими глазами, с оттенком пепельным волос и ростом равным их.
– Сколь сложны комбинации… – ответил юноша мысленным способом, ощущая при этом проходящих рядом с ним других разумных дружелюбных по энергетике существ, идущих по своим маршрутам среди широчайших аллей и бесконечных улиц, тянущихся и плавно извивающихся между исполинскими зданиями, дышащими воздухом и светом, но не показывая при этом внутреннее содержание своё.
– Сама Вселенная и жизнь её, её детей – цепочка сложных комбинаций. Мы неустанно изучаем, апробируем и строим собственные теоремы, доводы и обличаем факты для себя, и для иных существ инопланетных. Взаимодействуя культурами, накопленными знаниями и продолжая жизнь для будущих свершений, мы ищем вместе те ответы на вопросы, которые в сознании твоём витают постоянно. – Ответила Аио, то существо без внешних признаков мужского или женского начала, но энергетически она принадлежала ко второму существу, неся в своём энергетическом потоке частицы женственности, ласки, красоты её ауры.
– Теперь задумайся. Вы, существа с пока ещё порогом ограниченного интеллекта, сами создаёте вид разумной жизни в новых формах клеточных и электронных, и наделяете сознанием других и тех – ответил Аео, окинув ощущением энергетическим всю панораму площади гигантского фонтана и скульптуры перед собой, и образ существа ультрамаринового цвета. Домыслив скоротечно, он вновь добавил, разумы связав – вы сами стали проводить игру, в которую намного ранее до вашего создания вступили многие десятки тысяч разумных существ, рассеянных по видимой Вселенной. Однако, как и у тебя, в их сознании есть главный и неразрешимый коалицией существ вопрос – что было до рождения самой Вселенной? Какой она была в те времена, когда она лишь в сжатом состоянии была, и что границы внешние её насильственно сжимало, окружало. Какая собственная необузданная страсть и смысл заставили её взорваться и расшириться до тех неощутимых граней, образовав неисчислимые Галактики, Миры, в которых мы сейчас живём и развиваемся? Вот твой вопрос центральный, юный друг. А что касается твоих моральных истязаний о жизнях тех, что загубил ты собственными действиями, при этом защищая мирное существование других, то это и не хорошо, но и не плохо. Во всех известных нам Мирах, цивилизациях интеллектуальных существ, имеются свои контроллеры гармонии добра и зла. Тебе и выпала такая участь. И ты прекрасно знаешь сам, как адекватно поступать при каждом новом повороте жизненных моментов, спасти или прервать очередную жизнь. Но помни юный друг, баланс ты собственный нарушить можешь, ведь ты свободен в выборе своём, но тёмные оттенки действий породят не только боль персонально для тебя, страдать другие существа при этом будут, и посему всегда оценивай момент и перспективу, которая от действий сложится твоих
– Не понимаю. Вы создали разумную жизнь при расхождении Пангеи, а это сотни миллионов лет назад. Аиооиа появились на собственной планете миллионы лет назад? Наш род древнее? Тогда куда ушли ваши потомки, кто жил на разошедшейся Пангеи, до современных дней человеческого общества? И где следы цивилизации, культуры, быта их? – вопрос задал свой юноша, своим биологическим телом ощущая, как любимый домашний питомец вновь трётся об ногу и мурчит, обнюхивая своим влажным холодным носом кожу на ноге. Погладить бы её сейчас по серой шерсти, но прерывать контакт общения никак нельзя.
– Ответы ты найдешь. Ищи, и укрепи сознание, терпение и веру – ответила Аио, едва заметно голову склонив и ощутив цветы и землю под ногами, тот зеленеющий ковёр травы и примитивных многоклеточных биологических существ, переползающих с листка на лепесток.
– Иначе не могу – ответил юноша сознанием для прародителей – Ещё вопрос. Аиооиа, им стоит доверять? И могут скрываемые ими технологии и знания подвергнуть гибели наш общий современный дом? Я ощутил, что тень сомнения и недоверия имеется у их потомков в процессе созидания с нашим видом – вновь вопросил юноша в обличии ультрамариновом изящном, видя, как рядом пропархало органическое существо, похожее на бабочку с оттенками цветов похожи на палитру красок, выведенных человеком.
– Они должны повествовать тебе об этом сами, за них не можем мы держать прямой ответ. Они разумны и свободны относительно своих идей, поступков и решений – ответили синхронно Аео и Аио, решив лишь приоткрыть завесу тайны – но их скрываемая истина и жизненные факты связанны с крушением их Мира. И не томи себя, задай открыто им интересующий тебя вопрос. Они поймут, и вы тогда возможно правильно ответите совместно на все те вопросы, при этом смоделировав едино верное решение, которое спасёт ваш угасающий в процессе жизни общий дом. Сейчас же юный друг тебе мы посоветуем от нашего желания вобрать в свой разум много больше веры в силу и способность к безграничному развитию собственного интеллекта и накопления энергии, витающей в тебе и каждом человеке вида твоего. И стоит приготовиться, как люди ваши говорят, морально воспринять иную перспективу знаний, которые откроете в ближайшем будущем все вы.
– Спасибо за ответы – потоком мысли обозначил юноша, опять окинув взором ощущения пространство, и двух существ голубоватого оттенка пред собой.
– Останешься у нас ты долгим гостем? Или спешишь вернуться ты в свой дом? – вопросила Аио, едва заметно на бок голову склонив и обведя рукой пространство зеленеющей аллеи перед круглой площадью с исполинским изваянием стеклянным существа их вида, пульсирующим светом голубым. По кругу площади и озера, в котором изваяние брало начало, бежали бьющие живой водой фонтаны и в озеро свою субстанцию вливали, и плавали в нём птицы яркие окраской и причудливые форм своих, далёким образом напоминая грацию белых лебедей.
Юноша, прощупывая пространство невидимыми потоками энергии, рисовал в себе детальную картину окружающего пространства с его многообразием живых существ, различием скульптурных изваяний. Наслаждаясь осознанием окружающего и происходящего, он, вновь пройдя по связующей нити биологическим телом улыбнулся и создал сейчас в инопланетном мире вокруг себя пульсирующую ауру довольства жизненным моментом.
– Есть времени отрезок малый у меня, хочу я насладиться домом вашим, впитать в себя его прекрасное начало, но нужно в собственном мне доме вершить баланс и начатое мною и моими близкими друзьями действо. – Ответил юноша хозяевам Пангеи – Но я хотел бы посмотреть на панораму города Второго, что с водной гладью Мирового океана прикоснулся после завершения строительства его. Хочу узреть закат я тот, что облака окрасит тёплых красок солнечных лучей.
– Эстетика – прекрасное начало в переменных человека, и стоит это бесконечно развивать в себе. И близок сей момент, ты вовремя. Успел – проговорила Аио, и создала с собою рядом круглой формы воздушную прозрачную платформу, оттенка синего под стать и окружающую цветовую гамму.
Взойдя на круглую платформу, за ней последовал Аео, по праву рядом со своею парой встав, и мысленно докончив фразу триалога – закат светила здесь поистине красив. И в каждом мире он, по-своему, прекрасен, вдохновенен, уникален. Проследуй с нами и открой ты для себя всю чувственность, великолепие природной созданной энергии момента.
Ступив на тонкую прозрачную округлую платформу, сознание Сокольского почувствовало на теле ультрамариновом порывы ветра от поднятия платформы вверх.
Платформа неслась всё выше, попутно огибая других существ, парящих на дискообразных платформах из стекла.
Пролетая над мегаполисом из синего стекла, пульсирующего теплом и светом, он, юноша обозревал все здания километровой высоты и более, все площади округлых и иных геометрических форм. Все парки зеленеющих лесов, в которых толпы тех существ ходили. И впереди, на горизонте показался он, великий и единый Океан.
Второй город в форме полумесяца был выстроен вдоль линии береговой. Песчаный, белоснежный, шириной в сотню метров пляж был девственным и чистым от строений, и окружали его растения высотою метров в пятьдесят. Похожи они были на те пальмы, что видел юноша в своих частых путешествиях по миру человеческому на различных островах, с растущими и зеленеющими папоротниками, благоухающими яркими цветами.
И здесь аналогичная присутствовала фауна и флора. И уносящиеся ввысь пальмы всё с той же аурой, красотой, свободно шелестели листьями раскидистыми от порывов ветра, что гнал на берег могучий и неразделенный Океан. В пространство континента привнося солёный запах и волну на берег нагоняя, разбивая о песок, рождая белые барашки с бурлящей пеною морской.
На горизонте проплывали кучевые облака, и ветер вездесущий их в причудливые формы составлял, друг друга хаотично сталкивая, разделяя. И солнце яркое торопилось к горизонту не спеша. А пальмовидные деревья, изгибаясь, всё клонились серыми стволами к белоснежному песку, но большинство из них создали щит живой пред Океаном, стволами гордо в небо синее стремясь.
За рощей шёл Второй, по значимости, в данном Первом регионе город, и здания его к кристально чистым возвышались небесам. Среди них на платформах существа парили с умыслом в пространстве, то вверх, то вниз, то вбок спеша.
Платформа, на которой юноша стоял с Аео и Аио, неслась к бескрайнему, залитому вечерними лучами солнца побережью.
И вот достигнув линии прибрежной, сошли они с платформы и вступили на песок, тепло которое впитала каждая песчинка, в ногах своих почувствовали все. Они здесь были не одни. Другие существа голубоватого оттенка по парам и компаниям разбитые смотрели Мира и природы красоту, ведя беззвучную беседу относительно концепции Вселенной и идей, которые необходимо им реализовать. Сам юноша в ультрамариновом оттенке тела прошёлся по песку вперёд, к стихии водной приближаясь и наблюдая за волнующимся Океаном, за энергетикой его и бесконечными просторами той водной массы, которую он глубоко любил и обожал, и почитал до преклонения в своём далёком Мире от сего. Аео и Аио на месте всё стояли и взирали мощь клонящегося к горизонту с каждою минутою краснеющего солнца, лучи его, сквозь облака оттенка алого простреливающие подмечая для себя и ощущая их прикосновение на теле собственного существа.