Текст книги "Герилья. Красные партизаны Латинской Америки"

Автор книги: Александр Колпакиди

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

13 января во время встречи, трое «палачей» озвучивают Карлусу Альберту приговор. Тот пытается спастись бегством, но его преследуют Флавиу Аугусту Невес Леан де Салес и Антониу Карлус Ногейра Кабраль, стреляя по ногам. Раненый, он пытается скрыться в доме на улице Бернарду, но здесь его настигают и убивают выстрелом в голову.

Тем временем, параллельно с реализацией собственных нападений, CR/SP вновь восстанавливает тесные связи с группами вооружённой борьбы, действующими в регионе. Начиная с августа 1971 года в формате единого фронта с PCBR и VAR-P были осуществлены следующие акции:

– 19 августа нападение на резиденцию коммерсанта Жайме Пазуэлло;

– 23 августа одновременный грабёж двух бензоколонок на улице Барата Рибейру и проспекте Виейра Соуту;

– 16 сентября нападение на бронированный грузовик «Банка Брадеско» и похищение 20 тысяч крузейро;

– 28 октября атака на отделение «Итало-Американского Банка» на улице Конде де Бонфин, во время которой был ранен патрульный полицейский;

– 30 октября налёт на ювелирный магазин «Missagea», где украдено 40 тысяч крузейро и множество драгоценностей.

8 ноября, усиленная прибытием из Сан-Паулу Юри Хавьера Перейры и Жозе Мильтоном Барбосой, региональная GTA исполняет грабёж Центрального Кооператива Производителей Молока, забирая из сейфа 50 тысяч крузейро, хотя согласно плану нападение должно было принести более двухсот тысяч.

Эти деньги отчасти пошли на выпуск третьего номера журнала «Ação», который увидел свет в середине ноября.

Ошибка руководства

После смерти Жоакима Камара Феррейры лишённая руководства организация перешла под командование Временного Национального Координационного Центра (Coordenação Nacional Provisória – CNP), куда входили ряд региональных координаторов ALN.

В январе 1971 года CNP выпускает документ под названием «Анализ трёх лет борьбы», где, посредством самокритики, организация пытается приблизиться к позициям «Группы 28-ми» (коллектив боевиков, проходивших обучение на Кубе, вставший в оппозицию новому командованию и проводимому им курсу) и сочувствующего ей «Массового Фронта».

Отсутствие жёсткого руководства по-прежнему сказывается на работе организации: в январе начинаются проблемы на Северо-востоке.

В отсутствии там координатора, группа из Пернамбуку, без санкций и разрешения организации преобразуется во «Фронт Освобождения Севера и Севера-востока» (Frente de Libertação Norte-Nordeste). CNP вынужден признать новую организацию, дав ей полную свободу тактических действий, но настояв на стратегической связи с ALN. Руководство делает всё, чтобы сохранить единство разрушающейся структуры.

Рост разногласий по поводу дальнейшего развития, начавшихся с демарша прокубинской «Третьей Армии ALN», закончился для одного из членов CNP крайне печально: сначала Марсиу Лейте Толеду был лишён своего статуса в руководстве и понижен до звания обычного боевика «Группы огня», а затем и вовсе убит.

Позиции Марсиу Лейте, напрямую высказанные им Временному Национальному Координационному Центру, будут иметь для него самого самые трагические последствия: он был казнён по обвинению в «развитии пораженческой и отступательной тенденций». Утром 23 марта 1971 года руководители организации получают письмо от Марсиу, написанное им в комнате пансионата в квартале Индианаполис, Сан-Паулу.

Три фразы, выведенные жирным шрифтом, красуются на первой странице:

«Революция не имеет определенного срока и никуда не спешит», «Не спрашивать разрешения ни у кого на совершение революционных действий», «Не бояться делать ошибки! Лучше совершить ошибку, чем не делать вообще ничего». Каждая фраза, принадлежащая Карлусу Маригелле, была подкреплена личным опытом Марсиу Лейте.

Работая над документом, этот молодой человек, должно быть, размышлял о тех трагических переменах, произошедших в его жизни в 1968 году, когда он ещё являлся членом Бразильской Коммунистической Партии и студентом факультета Политической Социологии Университета Макензи в Сан-Паулу.

У него была невеста Мария Инес, с которой он проживал вместе в съёмных апартаментах на улице Консоласан, планируя выстроить крепкую семью.

Но романтические милитаристские концепции, эксплуатирующие образ Фиделя Кастро и Че Гевары, притянули молодого человека к Карлусу Маригелле, который поведёт таких же как и он к захвату политической власти посредством вооружённой борьбы.

Импульсивный идеалист Марсиу покидает БКП, для того, чтобы в начале 68-го присоединиться к «Коммунистической Группировке Сан-Паулу». Письмо командованию являлось концентрацией всех сомнений, терзаемых Марсиу. «Я подвергаю критике сложившуюся ситуацию тотального оборончества, поскольку наблюдаю полное отсутствие воображения, необходимого для выхода из кризиса. Эта задача является очень серьёзной, поскольку на карту поставлено доверие к методу избранной нами борьбы.

Тупик, в котором мы оказались, угрожает подрывом революционного движения Бразилии, полным застоем и последующим его вымиранием». Этот пессимистический тон на корню подрубал надежды, возлагаемые на воинственную революционную методологию, воодушевлённую кубинским примером, и буквально загнавшую в угол «Национально-Освободительное Действие». Марсиу вспомнил свой первый арест в 1968 году, когда полиция пронюхала о его намерениях посетить Кубу.

Скрыв свою связь с группой Маригеллы, он был выпущен через три дня.

Вспомнил он и попытку улететь в Гавану через Рим 6 августа того же года, когда его вновь задержали в аэропорту Рио-де-Жанейро. Снова проведя несколько дней за решёткой, он оказывается на свободе. Наконец, он достигает своей цели, и почти два года живёт на Острове Свободы под псевдонимом «Карлос». За это время он научился обращаться с оружием и взрывчаткой, постиг азы теории городской и сельской герильи. В июне 1970 года он тайно возвращается в Бразилию, чтобы принять участие в вооружённой борьбе.

Учитывая его острый ум и знания, полученные на Кубе, Марсиу быстро движется вверх по иерархической лестнице ALN. В конечном итоге, он становится одним из членов Национального Координационного Центра.

Однако, после смерти Жоакима Камара Феррейры, он на долгих четыре месяца потерял всякие контакты с организацией, и не мог их восстановить. Преследуемый властями, он перемещался по стране, пытаясь выйти на связь со структурой.

В начале февраля 1971 года он впервые публично, в форме дружеского диалога, излагает другим членам CNP своё неприятие методологии и политической траектории «Национально-Освободительного Действия». Но товарищи рассматривают данный демарш просто как нарушение внутренней дисциплины, а не как акт самокритики.

Находившийся в глубоких сомнениях, Марсиу отказывается от поста регионального координатора ALN в Гуанабаре. Но, после короткого периода размышления, он всё-таки решается взять на себя эту ответственность, однако решение о назначении его в Рио-де-Жанейро уже отменено. Более того – его выводят из состава CNP. Именно тогда Марсиу присоединяется к «Группе огня» Сан-Паулу, в составе которой принимает участие в нескольких ограблениях. Его недовольство растёт:

«Я вошёл в эту группу, надеясь, что мы будем действовать в определённых рамках автономии, и применять свои знания и умения на пользу движения… Я сражался в группе около двух месяцев, и испытал большое разочарование в методах и целях этой структуры…»

Этот молодой человек рассматривает свою работу в «Группе огня», как «изнурительную», полную «колебаний перед лицом врага».

В конце письма Марсиу отказывается от революционной иллюзии, комментируя своё решение покинуть организацию: «нет никакой возможности продолжать терпеть ошибки и политические промахи, совершённые руководством, и которые уже нет возможности исправить.

/…/

Я никогда не был и не буду карьеристом, оппортунистом или пораженцем.

Я не стесняюсь, и не скрываю своих убеждений. Я буду продолжать работать на благо революции, потому что это мой единственный путь. Я буду стараться быть эффективным там, где это больше всего нужно, и отвечать за всё сделанное лично».

Письмо к руководству было подписано именем «Висент» – псевдонимом, избранным Марсиу после своего возвращения в Бразилию с Кубы.

После того, как послание было передано товарищам, в тот же день, 23 марта, Маурсиу был приглашён на встречу для подробного объяснения своих позиций. Захватив револьвер 38 калибра и самодельную гранату, он отправился на улицу Касапава. Он ещё не знал, что «Красным Трибуналом» он обвинён в предательстве. Он никак не думал, что недовольство организации его замечаниями вылилось в смертный приговор.

Возле дома 405 по улице Касапава, Марсиу был расстрелян двумя своими бывшими товарищами по Временному Национальному Координационному Центру – Юри Хавьером Перейрой и Карлусом Эужениу Сарменту Коэлью да Паз. Получив семь пуль, он умер на месте.

«Национально-Освободительное Действие» взяло на себя ответственность за это убийство, выпустив следующее коммюнике:

«Мы выслушали товарищей, непосредственно связанных с ним, и приняли решение. Революционная организация, сражающаяся с режимом, не может позволить никому иметь информации больше, чем требуется только для его работы. Тем более не может позволить поддерживать пораженческие и отступательные настроения в своих рядах. Каждый товарищ, принимая на себя ответственность, должен осознавать последствия этого шага.

/…/

Таким образом, никаких отступлений быть не может. Политические разногласия всегда будут уважаться. Но отступления тех, кто взял на себя ответственность, никогда! Защита наших кадров и структуры от пораженческих тенденций, является стратегическим вопросом. Революция не позволяет отступать!

Или свободная Родина, или все умрём за Бразилию!

«Национально-Освободительное Действие»

Убийство Марсиу Лейте Толеду вызвало волну недовольства внутри организации Юри и Карлус Эужениу, единолично вынесшие и исполнившие смертный приговор в отношении своего товарища, были временно выведены из состава CNP.

В попытке искупить свою вину, Юри Хавьер Перейра отправляется в Гавану, где вновь пытается вести переговоры с «Группой 28-ми» («Третьей армией ALN»), но результат оказывается более чем печален: диссидентский коллектив официально откалывается от ALN, образуя чуть позже «Народно-Освободительное Движение» (Movimento de Libertação Popular – MOLIPO). В добавок ко всем бедствиям, «Национально-Освободительное Действие» к концу года теряет большую часть своего «Массового Фронта» в Сан-Паулу, который так же переходит на позиции MOLIPO.

Наблюдая за медленным, но верным крушением структуры, лидеры группы бразильских боевиков, находящиеся за рубежом, – Роланду Фратти, Аргонаута Пачеко да Силва и Риккардо Сараттини, – предлагают реформировать политическую линию организации. Таким образом возникает «Ленинская Тенденция ALN» (Tendência Leninista da ALN – TL/ALN), охватившая своим влиянием практически всю заграничную структуру «Национально-Освободительного Действия». В августе TL выпускает документ «Необходимая самокритика», в котором излагает свою точку зрения на стратегию развития организации.

Ответом становится текст «ALN и Единство революционной левой», выпущенный национальным руководством 25 августа, и позднее опубликованный в третьем номере журнала «Партизан» в сентябре 1971.

Здесь главной причиной всех бед бразильской революции назван не милитаризм, а отсутствие единства революционной левой, которая так и не сделала качественного скачка, так и не смогла объединить своих сил в борьбе с диктатурой. Более того – с каждым месяцем революционные силы всё больше распыляются, чему содействует процветающий в левых рядах оппортунизм и мелкобуржуазное поведение, приводящее к отказу от исполнения приказов, пороку самодостаточности и анархизму.

Было очевидно, что ALN не намерен отказываться от своих милитаристских позиций последних лет. Ещё более усугубляло ситуацию деятельность Карлуса Эужениу Сарменту, который, находясь во главе «Тактической Вооружённой Группы» Сан-Паулу, пошёл по пути чистого спонтанеизма, осуществляя без разбора множество самых различных, и, в основном, ненужных акций, подвергая риску всю организацию, что давало ещё один повод для критики стратегии ALN.

В конечном итоге, национальное руководство решает избавиться от одиозного командира – в октябре Карлус Эужениу был отослан на Северо-восток для развития там сельского сектора.

Тогда же в октябре 1971 в рядах бразильских боевиков намечается новый всплеск интереса к документам, выпущенным «Ленинской Тенденцией».

Пытаясь пресечь оппозиционные воззрения, на следующий месяц командование запускает в обращение декларацию, в которой руководители TL иронично именуются «левыми интеллектуалами из разряда летописцев и книжных червей, принимающими ту или иную точку зрения на волне «моды», но никак не революционерами». Насмешливый тон национального руководства весьма напоминает резолюции VI Конгресса Бразильской Коммунистической Партии, который, в своё время, с той же степенью юмора критиковал «авантюристские» позиции Маригеллы и Алвиса.

Чуть позже, в попытках отвоевать расположение заграничной «диаспоры», ALN выпускает «Письмо к зарубежным товарищам» и документ «Анализ конъектуры бразильской революции»: проникнутые воинственным духом послания, в которых, взывая к «первоначальным тезисам Маригеллы», члены национального руководства пытаются уверить товарищей в необходимости дальнейшей «активной защиты».

В конце 1971 года командование публикует «Ориентации для зарубежных товарищей», в которых, с критической точки зрения, рассматривает успехи групп, проходивших обучение на Кубе. Четыре «Армии ALN» (последняя, состоявшая всего из семерых человек, находилась на острове с конца 1970 по июль 1971) были обвинены в отходе от революционных идеалов, т. к. большинство из членов этих контингентов, за редким исключением, отказались возвращаться в Бразилию. Те же, кто вернулся, привнесли в организацию искажённые кубинскими инструкторами политические и идеологические позиции, что содействовало медленному разрушению структуры.

Подобного рода послания, естественно, никак не содействовали установлению единства между бразильской и зарубежной частью ALN.

Разгром ALN в Минас-Жерайс

С приездом из Гуанабары в 1970 году Альду Са Бриту де Суза Нету, дела группы ALN из Белу-Оризонти (штат Минас-Жерайс) пошли на лад.

Предприимчивый комбатант, имевший значительный опыт вооружённой борьбы, взялся за строительство инфраструктуры и логистической сети, необходимой для развития вооружённого действия в регионе. Вскоре он пришёл к выводу, что для дальнейшей деятельности группы требуются деньги.

6 января 1971 года группа огня совершает налёт на «Национальный Банк Минас-Жерайс» в Белу-Оизонти. Около пяти часов вечера четверо вооружённых боевиков выскакивают из подъехавшего к отделению «Фолксвагена» – трое забегают внутрь, а Мильтон Кампус де Суза остаётся контролировать вход. Охранник заведения был легко обезврежен, после чего его, а так же всех находившихся внутри клиентов и сотрудников, налётчики загоняют в туалет, где и запирают. Управляющий агентством выдаёт революционерам 89 тысяч крузейро наличными и 4 тысячи банковскими чеками.

Всё складывалось как нельзя лучше до того момента, как вблизи отделения случайно не появился сотрудник Военной Полиции, заинтересовавшийся происходящим внутри. Нервничавший Мильтон Кампус извлекает револьвер и начинает угрожать солдату: вся эта гротескная сцена привлекает внимание прохожих, скопившихся близ дверей банка в ожидании зрелища. Не ожидав такого развития событий, Мильтон ничего другого не придумывает, как спрятать оружие и более-менее спокойно уйти в город, бросив свой пост. Спустя полчаса он будет арестован.

Тем временем, находившиеся внутри трое налётчиков были весьма удивлены, когда увидели близ входа толпу народа. Выйдя, один из боевиков бьёт первого попавшегося гражданина по лицу, яростно крича, что это ограбление и все они должны лечь на землю лицом вниз. Шум и крики возле финансового учреждения приводят к появлению на месте происшествия патрульного автомобиля. Комбатанты заскакивают в свой «Фольксваген» и пытаются скрыться. За ними с включённой сиреной неотступно следует полицейская машина.

Не рассчитывая на подобный исход операции, налётчики даже не имели экстренного плана бегства. В итоге, они случайно выехали на улицу, где располагался Отдел по борьбе с бандитизмом, агенты которого присоединились к погоне.

В квартале Флореста беглецы решают бросить автомобиль, попытавшись уйти от погони пешком. Но этого боевикам не дали сделать преследователи. Начинается интенсивная перестрелка, во время которой случайной пулей был убит четырнадцатилетний подросток. Тем временем, боевику Маркусу Нонату де Фонсеке удаётся остановить автомобиль «Aero-Willys», на котором он и покидает место боя. В тот же момент Ньютон Мораес и Альду Са Бриту забегают в один из близлежащих домов, продолжая отстреливаться на ходу. Мораес, в конечном итоге, сдался без сопротивления, а Альду, попытавшись бежать через окно, получил ранение, от которого и умер утром следующего дня.

Аресты Ньютона Мораеса и Мильтона Кампуса, вкупе с гибелью главного координатора, приводят к полному демонтажу структуры ALN в Минас-Жерайс.

Избежавшие арестов участники структуры бегут в Сан-Паулу.

Ленинская Тенденция

В то время как вернувшиеся в Бразилию члены «Третьей Армии ALN», недовольные руководством, рвут все связи с организацией и образуют собственную группу (MOLIPO), элементы «Национально-Освободительного Действия», находящиеся за пределами Бразилии, и так же не согласные с проводимой политической линией, пытаются посредством теоретических изысканий переориентировать организацию.

На Кубе Риккардо Сараттини Филью, Роланду Фратти и Аргонауту Пачеку да Силва формируют т. н. «Островную группу», претендующую на роль координационного организма всех находящихся за рубежом боевиков ALN.

Троица, невзирая на возможную реакцию национального командования, заявляет о необходимости реформирования политической стратегии в соответствии с «ленинскими постулатами» о связи революционных организаций с массами.

Вскоре «Островная группа» устанавливает связи с Жозе Мария Криспином, представителем ALN в Италии, напрямую связанным с «Бразильским Информационным Фронтом» Мигеля Арраеса. Тот посещает Кубу и в ходе личной встречи полностью поддерживает новые ориентиры, заявляя, что их необходимо донести до всех представителей зарубежной «диаспоры» ALN, дабы сформировать внутреннюю тенденцию.

Фратти и Сараттини отправляются в Чили, где в среде осевших боевиков «Национально-Освободительного Действия» уже процветают самокритичные настроения, благоприятствующие развитию новой идеологической линии.

Во время многочисленных дискуссий, Фратти был избран делегатом для переговоров с национальным руководством Бразилии. Кроме того, именно он составляет документ «Необходимая самокритика», который становится отправной точкой истории «Ленинской Тенденции ALN» (Tendência Leninista da ALN – TL/ALN). В послании, датированном августом 1971 года, критикуются нынешние позиции организации, изолированной от масс вследствие слепого милитаризма, и выстроившей структуру, неадекватную поставленным задачам.

Отклонившаяся от правильной линии организация забыла, что «революция является продуктом деятельности масс». Это отклонение связано с двумя факторами: «присоединением к организации мелкобуржуазных элементов, особенно, студентов, проникнутых радикальным духом» и «влиянием на эти элементы фокистских тезисов Реже Дебре».

Первый фактор привёл к усилению городских вооружённых акций, никак не связанных с массами, в то время как второй содействовал отказу от работы в массовом движении и игнорированию необходимости создания революционной партии (Мобильной Партизанской Колонны).

Осуждая ультрарадикальные позиции ALN, зарубежные диссиденты подняли руку на самого революционного пророка Маригеллу, который, по их словам, «рассматривал экспроприации банков как критерий политического воспитания кадров», что привело к «включению в организацию множества мелкобуржуазных радикалов, в ущерб справедливому ленинскому тезису о необходимости привлечения в революционную партию рабочих и крестьян».

Продолжая свою критику, TL заявляет, что внутри организации построен «настоящий культ городского партизана», а концепция «свободной тактики» привела к гибельному спонтанеизму и отказу боевиков от исполнения приказов собственных же координаторов.

Для исправления «левацкого уклона» и коррекции политической линии ALN, диссиденты предложили план, состоявший из пяти пунктов:

1) Разработка широкой программы, объединяющей все базовые социальные слои и классы в общей стратегии национально-освободительной и демократической революции;

2) Организация единого фронта нового типа, охватывающего не только политические организации и партии, но и другие силы, заинтересованные в революции, главным образом, рабоче-крестьянские;

3) Необходимость создания «революционной марксистской партии», возглавляющей революционный процесс, так как отсутствие оной не позволяет направлять и развивать «высшую стадию классовой борьбы – вооружённую борьбу». Для этого диссиденты предложили созвать конгресс, который бы не только определил структуру и политическую линию, но и организовал военно-политическую школу для подготовки профессиональных революционных кадров;

4) Формирование «Революционной армии народа» (Exército Revolucionário do Povo), способной переломить хребет установленной в Бразилии системы военно-бюрократической диктатуры. Диссиденты не отвергали априори необходимые для создания такой армии формулы «очага» или «мобильной колонны», или же стратегии «осаждения города деревней» и «всеобщего городского восстания». Вообще не касаясь темы непосредственного строительства ERP, «Ленинская Тенденция» предложила трансформировать «Тактические Вооружённые Группы» в «Отряды вооружённой пропаганды» (Destacamentos de propaganda armada – DPA), являющиеся главным инструментом активной политики как в городе, так и в деревне. DPA, в отличие от GTA, не будут иметь тактической автономии, но будут действовать исключительно под руководством военно-политического комиссара. Подчёркивалось, что не все члены такого отряда должны быть марксистами: достаточно лишь принятия национально-освободительной и демократической программы ALN;

5) Необходимость развития внешней политики, и в частности, установления связей с мировой социалистической системой. Игнорируя советско-китайский конфликт, «Ленинская Тенденция» призывает крепить отношения не только с Кубой, но и с другими странами, поддерживавшими вооружённую борьбу в Третьем Мире. Кроме того, рекомендовалось наладить контакты с прогрессивными организациями капиталистического мира, и, прежде всего, с революционными группами в Латинской Америке, дабы вписать движение в Бразилии в «континентальный революционный процесс».

Документ, синтезировавший в себе позиции зарубежных боевиков, начавших сомневаться в истинности путей, указанны Маригеллой, подвергся ироничному издевательству со стороны национального руководства ALN в Бразилии.

Отметим, что TL/ALN отнюдь не выступала с фракционистских, раскольнических позиций: на самом деле, было предложено с помощью всеобщего конгресса реформировать вооружённую организацию в сражающуюся марксистскую партию. Отвергая «авангардистский милитаризм» ALN, заинтересованный «исключительно в подготовке комбатантов, а не политических солдат», диссиденты предсказывали скорую смерть организации в случае продолжения следования воинственной линии.

Убийство Эннинга Альберта Бойлессена

Действия бразильских революционеров вызывали опасения у крупных предпринимателей, боявшихся, что эскалация насилия может дестабилизировать находившуюся на подъёме экономику. Кроме того, коммерсанты боялись похищений.

Значительное присутствие представителей коммерческих кругов Сан-Паулу на торжествах и церемониях, проводимых военным правительством, публично демонстрировало поддержку бизнесменами работы, направленной на борьбу против городской герильи, весьма беспокоящей общество.

55-летний Эннинг Альберт Бойлессен являлся датским предпринимателем, принявшим в 1959 году бразильское гражданство. Постепенно, с помощью связей в верхах бразильского политического и коммерческого сообщества, он поднимается по карьерной лестнице топливной корпорации «Grupo Ultra», становясь, в конечном итоге, председателем совета директоров.

С воодушевлением приняв военный переворот 1964 года, предотвративший, по его мнению, установление в стране «левого синдикализма», он не раз оказывал моральную (по крайней мере) поддержку правительству, позволяя себе даже публичные высказывания против действий революционных группировок.

Любитель искусства и крупный меценат культурно-просветительских сообществ, Бойлессена так же волновали и социальные проблемы страны.

Именно на его деньги был создан «Интеграционный центр Школа-Работа», готовящий квалифицированные рабочие кадры.

Однако, для «Народного Революционного Авангарда» Бойлессен являлся «агентом ЦРУ» и покровителем репрессивных структур, финансирующим специальные отделы по борьбе с «подрывными элементами». Не в силах осознать изменение общественных настроений и гибельность своей стратегии борьбы, революционные группы не верили, что государство самостоятельно расправляется с вооружённым подпольем. Они были склонны доверять различным слухам, повествующим о прямой поддержке органов охраны правопорядка крупными бизнесменами и североамериканскими спецслужбами.

Итак, в ходе очередного обсуждения будущих акций единого революционного фронта, Карлус Ламарка, командир «Народного Революционного Авангарда» передаёт через Эрберта Эустакиу де Карвалью представителю «Революционного Движения Тирадентис» Андре Камаргу Герра листок с тремя именами:

Эннинг Альберт Бойлессен – директор «Grupo Ultra»

Пери Ижель – президент «Grupo Ultra»

Себастьян Камаргу – президент строительной компании «Camargo Correia».

Причём напротив имени Бойлессена Ламарка поставил крестик, указав его как основного кандидата на ликвидацию.

Наблюдение за бизнесменом началось в январе 1971 года.

На собрании MRT 17 февраля Бойлессен «официально» был приговорён к смерти «революционным трибуналом». Неделю спустя, осознав, что без участия более опытных товарищей исполнение столь сложной операции невозможно, лидер «Революционного Движения Тирадентис» Деванир Жозе де Карвалью внёс предложение о привлечении к акции ещё нескольких боевиков из «братских» структур. Бойлессен выигрывает ещё несколько недель жизни.

Смерть Деванира, который был убит 5 апреля в перестрелке с полицией, вообще поставила под вопрос само исполнение акции. Члены MRT Димас Антониу Каземиру и Жильберту Фариа Лима, полные решимости во что бы то ни стало реализовать убийство в виде мести за гибель своего руководителя, обращаются к командирам «Тактической Вооружённой Группы» ALN Карлусу Эужениу Сарменту и Жозе Мильтону Барбосе с просьбой оказать помощь в подготовке и реализации акции.

Таким образом, сформированная из представителей MRT и ALN «Революционная Команда имени Деванира Жозе де Карвалью», 9 апреля приступает к финальной подготовке.

Первая попытка 14 апреля сорвалась – поджидавшие Бойлессена близ домаего детей палачи не знали, что предприниматель экстренно уехал по делам бизнеса в Гуанабару. Решено было перенести операцию на следующий день.

Около 10 часов утра 15 апреля 1971 года, в момент, когда предприниматель сел в свой автомобиль в Аламеда Каза Бранка и собирался было ехать на службу, две машины с членами «Революционной Команды» заблокировали ему путь. С левой стороны подошёл Юри Хавьер Перейра, и, просунув руку с пистолетом в ветровое окно, попытался выстрелить в бритую голову бизнесмена, но промахнулся. Бойлессен, воспользовавшись моментом, выскочил из машины и в панике помчался прочь. Это было бесполезно. Жозе Мильтон Барбоса, подошедший с правой стороны, выпустил в спину предпринимателю автоматную очередь.

Юри так же три раза выстрелил. Пошатываясь, раненый Бойлесен прошёл ещё несколько метров, а затем упал на тротуар. Хавьер Перейра сделал последний контрольный выстрел, снеся бизнесмену практически всю левую сторону лица.

Близ тела боевики оставили листовки, озаглавленные «К народу Бразилии:

«Есть ещё много таких же, как и он, и мы знаем, кто они. У всех их будет такой же страшный конец, независимо от того, сколько времени это у нас займёт. Важно то, что теперь они везде и всегда будут чувствовать за спиной поступь Революционного Трибунала. Глаз за глаз, зуб за зуб!».

Вся операция длилась не более двух минут. Свидетелями произошедшего стали десятки прохожих, торопившихся в этот час на работу.

ALN в Сан-Паулу в 1972

После неопределённости конца прошлого года и потери нескольких важных кадров, новый 1972 год боевики «Национально-Освободительного Действия» встретили в приподнятом настроении. В четвёртом номере журнала «Партизан», вышедшем в январе, чётко прослеживаются оптимистические настроения и надежды на скорое возрождение герильи в Бразилии. Надежды эти подкрепляются описанием семидесяти пяти различных вооружённых акций, исполненных революционными организациями в течение 1971 года в Сан-Паулу.

Антониу Карлус Бикалью Лана, вставший у руля «Тактической Вооружённой Группы», реформирует её, создавая внутри GTA две «Группы огня». На волне поднявшейся эйфории, 10 января ALN, с целью получения материалов для издания очередного номера журнала «Venceremos», осуществляет одновременные налёты на колледж «Фернанду Диас» и кадровое агентство на улице Маэстру Элиас Лобу, захватывая, в обще сложности, около 130 тысяч крузейро.

Спустя неделю, 18 числа, был арестован один из боевиков GTA Жильберту Тельму Сидней Маркес, который тут же указывает властям местонахождение своей конспиративной квартиры, на которой схвачена его подруга, так же участница «Вооружённой Тактической Группы», Элиана Потигара Маседу.

Распутывая связи арестованных, 20 января полиция выходит на след координаторов одной из групп огня Алекса де Паула Хавьер Перейры и Жельсона Рейшера. Остановленные на дорожно-пропускном пункте на проспекте Республики Ливан, революционеры выходят из своего «Фольксвагена» и открывают по агентам шквальный огонь из автомата и пистолета, убивая одного сотрудника, и тяжело раня другого. Игнорируя все предложения о капитуляции, оба комбатанта сопротивляются до самой смерти.

22 числа в ловушку попадают Жозе Перейра да Силва и его жена Гастон Люсия де Карвалью Бельтран, прибывшие на одно из раскрытых мест встреч.