355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр Фролов » Похождения Прокошки и Игнашки » Текст книги (страница 3)
Похождения Прокошки и Игнашки
  • Текст добавлен: 21 октября 2016, 21:57

Текст книги "Похождения Прокошки и Игнашки"


Автор книги: Александр Фролов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

VII. Внутри Луны

Только зарозовела снежная гора и заблестела стеклянная пустыня от лучей маленького солнца, – ребята проснулись, разбуженные небывалым и неслыханным доселе шумом. По пустыне прямо на них летела черная громадная гора, усыпанная белыми пятнами. Она была еще очень далеко, и трудно было понять: не то от быстрого движения, не то еще отчего, вокруг этой горы были тучи белых комьев. И не успели ребята глазом моргнуть, как над пропастью, по всей ее линии, остановились тысячи крылатых машин на полозьях, с горами черного стекла, на котором, как птицы на скале, сидели маленькие люди, одетые в белые, точно резиновые, костюмы, с масками на лице.

Потому что одежда плотно облегала тело, люди казались голыми белыми мальчиками. У плеч людей и на ногах были какие-то шумящие трещотки с распускающимися крыльями. Как только машины остановились у пропасти, все белые люди, из которых одни летели, а другие были на машинах, кинулись осматривать трещину. Потом они, как мотыльки, быстро слетелись в одно место, и один из них, держа в руках какой-то аппарат, начал им передавать приказания. Аппарат говорил, как человек, но на таком непонятном языке, что Игнашка с Прокошкой ничего не могли понять. Но то, что говорилось, было, должно быть, тревожно: выслушав говорившего, маленькие люди быстро разлетелись по всей пустыне и видимо что-то стали искать. Часть из них полетела по направлению к горе. У самого подножья горы спокойно стояла белая корзина, на которой спустились Игнашка с Прокошкой. Как долетели люди до горы, как увидали корзинку, приняли ее за невиданного зверя, испугались, да, очертя голову, кто как и куда – от ней. Их испуг быстро Заметили другие. Со всех сторон бросились им на помощь. Все взлетели на высоту – и к горе. Кружатся над корзиной, кричат что-то, а спуститься боятся.

Игнашке с Прокошкой и чудно и смешно.

– Вот чудаки: летать умеют, а корзинки боятся.

…как голубь, из артели, раз на корзину

Наконец один из них осмелился и колом, как голубь, из артели – раз на корзину. Ничего – стоит корзина, не кусается. Тут все спустились. Обступили корзину – дивятся. Лопочут что-то по-своему. Осторожно так взяли корзину, притащили к своим машинам.

Успокоились. Взялись за дело, по которому приехали. Машины быстро были приведены в движение; они распластали свои полозья, встали над трещиной, и стеклянная масса, что была на них, стала вливаться в трещину и заделывала ее. Сами маленькие люди почти ничего не делали: они только управляли машинами, а те, проезжая над трещиной, заделывали ее так чисто, что не оставалось никакого следа. Когда вся работа была кончена, они снова слетелись в кучу, и начальник их что-то им сказал аппаратом. В этот момент Игнашка с Прокошкой уловили и поняли одно слово: луналиты.

Да, это были жители луны – луналиты. После собрания они быстро разместились на своих машинах, положили на одну из них корзину, и едва Игнашка с Прокошкой успели сесть в нее, как машины сорвались с места и понеслись пустыней, аж у наших ребят в ушах зазвенело. Спасибо шарикам красным, а то бы лицо и тело Игнашки с Прокошкой морозом сожгло. Мчатся. Черно вверху. За спиной свисла гора, впереди – темнеющая стеклянная пустыня. Около машин также быстро летели одиночки. Вдруг все они, как пчелы, осыпали машины, машины на ходу выпустили снизу какие-то щиты, щиты со всех сторон закрыли машины, и все очутились словно в какой коробке. Никому ничего не было уже видно.

– Люнолизю! – раздался резкий крик одного из руководителей. Маленькие люди ухватились руками, кто за что мог. Сильный толчок, словно машины влетели в запертые ворота; потом гробовая тишина, покачивание, машины откинули с боков свои щиты, и Прокошка с Игнашкой увидели, что они летят над какой-то землей. Одиночки-луналиты спорхнули с машин и, как белые птицы, полетели рядом. Летели над чем-то высоко; внизу, как разлитое молоко, белый свет; спускались ниже – ни очертаний города, ни зданий. Свет стал раскалываться на маленькие солнца, в пролетах черные пятна, ленты прозрачной воды, в роде в речках. Солнца ярче, темные пятна четче, теплее воздух. Уже ясно видно, что над лесами летят, над озерами, но нигде никакого жилья. Скользят машины почти по земле, ныряют, как вальдшнепы, в аллеях леса.

Сел и около большого озера, окруженного деревьями. Луналиты сняли с лиц маски и стали раздеваться.

О-о, какие это были красивые люди! Маленького роста, как пятилетние мальчики, они, видимо, были энергичные и сильные. Их тела, голые, белые до прозрачности, отличались гибкостью, и в то же время были упруги, как резина. Чистые лица, без растительности, говорили за то, что все они мужчины. Теперь слышен был их говор, певучий такой, нисколько не похожий на говор людей Земли.

Сняв с себя белые костюмы, луналиты оделись в яркие цветные набедренники, на плечи они накинули какие-то крылатки, распускающиеся, как крылья, они даже их пробовали, взмахивая ими. Золотистые, как солома, волосы на голове ничем не прикрывались.

Когда все они оделись, крылья летательных машин сомкнулись, и они напоминали в таком виде нечто в роде овального большого яйца. Никем не управляемые, машины поползли к озеру и через минуту скрылись под водой.

Игнашка с Прокошкой едва успели выпрыгнуть из корзины. Корзина была подхвачена двумя луналитами и все они, сверкая яркими набедренниками, распустили свои крылатки-крылья и улетели.

Игнашка с Прокошкой остались на берегу озера и долго смотрели в ту сторону, куда полетели эти маленькие красивые и нарядные люди.

…и долго смотрели в ту сторону,
куда полетели эти маленькие
красивые и нарядные люди

– Ну, Прокошк, у нас с тобой хороши шарики, а у них, брат, дело не хуже нашего: летают.

– Я думаю, полетим и мы – только бы узнать, как это у них и где они живут.

Ничего не оставалось Игнашке с Прокошкой, как пойти в направлении, куда полетели луналиты. Перед ними было два пути: полем чистым и лесом. И в поле и в лесу светились огоньки, указывающие куда-то дорогу. Наступила ночь куда темнее земной ночи кругом ничего не видно.

Огоньки в лесу и огоньки в поле не светили, а словно брызгали светом, и свет лежал длинной полосой, как луч прожектора, теряясь где-то далеко-далеко; было немного душно, точно перед грозой, и парило. Хотелось ветерка.

– Я бы сейчас никуда не пошел, – сказал Прокошка. – Давай заночуем вот тут, около озера, а завтра видно будет. Все равно этих леших не догонишь.

– Пойдем.

Ребята сели на траву, на опушке леса, недалеко от озера и собрались было закусить. Есть хотелось страшно, по в их распоряжении ничего не было, кроме шариков.

– И в дурацкий же край мы попали! – рассерженно произнес Игнашка. – Хоть бы где какое жилье.

– Может быть, и есть где, да не видно сейчас – темно. Живут же где-нибудь эти летуны.

Огоньки вдруг погасли и стала черная темень. Ребята уснули.

Спалось крепко на открытом воздухе. Не то во сне, не то наяву подходил к ним какой-то человек и спрашивал: – Игнашка и Прокошка, куда вы попали? Вернее, это им снилось, потому что, когда они проснулись, около никого не было. Перед глазами открылось чудо. Где они? Вместо голубого неба, что-то в роде стеклянного белого потолка. Он, как сплошное солнце, только не огненное и не красное, а белое, как серебро, раскинулся над ними и поливал все таким светом, что был яркий белый солнечный день.

– Вот так небо! – произнес Прокошка, указывая пальцем вверх. – Его рукой достать можно.

– А смотри, деревья какие! – ахнул Игнашка. – Лопухи на них, а не листья.

Деревья были с розовой корой и с зелеными листьями, похожими на слоновьи уши. Ветерок был очень слабый, и они еле покачивались, тихо звеня, словно металлические. В лесу, в темной густоте, виднелись кусты мелких растений увешенные цветами всех красок: белые, желтые, синие, голубые, оранжевые, черные, золотистые и матовые. Попадались цветы больше человеческой головы и цветы меньше булавочной головки, которые светились, как огоньки. Пахло так, что, без привычки, кружилась голова. Но что больше всего поразило ребят – это трава, тонкая, как волос, и такая зеленая, словно она только что выросла. Ею была покрыта вся земля, и земля – не черная, не рыжая, а пепельная, мягкая, как песок. Всюду трава, леса, озера, зеленая, в белом солнце утопающая равнина и много-много птиц. Они пели и кричали всеми голосами, на все лады и были, как цветы: разных цветов и разной величины. Таких птиц ребята никогда не видели: они были красивее попугая, красивее павлинов и ручные, как куры.

Игнашка с Прокошкой так увлеклись виденным, что забыли про свои шарики и стояли видимыми. Птицы ходили около них, садились им на голову и даже, пробовали щипать их за волосы.

Одна, вся красная, большая птица, с черным клювом и зелеными глазами; роста побольше гуся, с золотистым хвостом трубою, подошла к ним вплотную и, с любопытством оглядывая ребят, прямо их удивила.

– Я с Земли! Я с Земли! – человеческим голосом закричала она.

– Я с Земли! Я с Земли!

– Слушай ты, голубушка, – обратился тогда к ней Прокошка, – скажи, пожалуйста, где бы нам ваших людей тут найти?

– Я с Земли! Я с Земли! – снова закричала она, ничего не понимая и больше ничего не умея выговорить.

– Брось ты ее к шуту, – сказал Игнашка, заметив нечто в роде яблок. – Пойдем вон яблоки рвать.

Местами росли деревья, имевшие листья, напоминающие белые ленты, и плоды в кулак, цвета апельсина и формы гриба подберезника.

– А ну-ка, рви, Прокошк: это по нашей части.

Прокошка забрался на дерево, сорвал несколько штук плодов и бросил их Игнашке.

– Да-а, вот это яблоки! – с восхищением произнес Игнашка, улепетывая за обе щеки: – Как мед!

– Теперь, друг, не пропаде… – весело, было, начал Прокошка, но оборвался на полуслове и яблоком свалился с дерева. – Игнашка, бегим – медведи!

Лесом, не спеша, шло целое стадо каких-то зверей, очень похожих на медведей, но не медведи. Они были большого роста, с коричневой лохматой шерстью и с хвостами, как у лошади; морды их были круглые, как шар, с глазами, словно горящий уголь. Из маленького рта торчали у всех длинные красные языки.

Старые звери шли спокойно, малыши бегали, резвились, играли. Несмотря на то, что Игнашка с Прокошкой были видны зверям, они прошли к озеру, не обращая на них внимания.

Ребята успокоились. Но конца неожиданностям в это утро не было. Только что они вышли из лесу, видят – издалека, словно камни брошенные, прямо к озеру летят два луналита.

– Прокошка, тсс! – тсыкнул Игнашка, хватая его за руку.

Легли на землю. Шарики в руки. Ползут невидимо на опушку.

Луналиты сели на землю – стали. Хлопая крыльями, к ним подбежала красная птица и радостно закричала:

– Я с Земли! Я с Земли!

– Знаем, знаем, – ласково, языком Игнашки с Прокошкой, ответили луналиты, поглаживая птицу. Больше этих слов они, должно быть, не знали, потому что стали лопотать по-своему. Не боясь зверей, луналиты прошли к озеру. Туда сошлось для питья много зверей, слетелась масса птиц, степью к озеру бежали красивые лошади, рогатые олени, козы и еще какие-то, доселе неизвестные, животные. Озеро было велико, озеро было чисто. Луналиты подошли к берегу, поискали там что-то в траве – и откуда вдруг что взялось: солнце брызжет светло, ярко, вверху ни туч, ни неба, а над лесом, над лугом, над всей степью зеленой хлынул такой дождь, что минуты не прошло, как Игнашка с Прокошкой были мокрые.

– Вот это ловко искупали! – произнес Игнашка, зорко следя за тем, что делали луналиты. А луналиты, пока шел дождь, поснимали с себя свои костюмчики – и в озеро.

Купаются, резвятся, играют, как рыбки, и не подозревают того, что Игнашка с Прокошкой замыслили. Ползком, ползком, к берегу, цап одежду луналитов – и в лес.

– Ну, милые, – говорит Игнашка, – теперь вы не улетите. Шалишь. Примеряй-ка, Прокошк, попробуем, полетим мы в их одежде или нет.

– Давай!

Одели. Прыгнули. Руками замахали. Тпрр – не летит дело. Болтаются луналитские юбчонки, шелестят, а толку никакого.

– Знаешь что, – предложил тогда Игнашка, – давай их самих сейчас поймаем да расспросим, где они живут и как летают?

– А что же? давай!

Сговорившись о плане наступления, ребята пошли к берегу и стали ждать. Только луналиты из воды, – это были красивые две девочки, – у Игнашки с Прокошкой при виде их руки опустились. Сил не хватило броситься на девочек. Стоят смотрят на них… А те, заметив, что на берегу нет их одежды, залопотали что-то по-своему и заметались…



VIII. Кто кого перехитрил

И не хотели, было, ребята девочек захватить, но обстоятельства заставили. Луналитки если и растерялись первое время, то не потому, что им лететь не на чем, а потому, что случаев еще не было, чтобы на луне кто-нибудь воровством занимался. Их удивила пропажа.

Оправившись, Игнашка с Прокошкой увидели, что луналитки подошли к дереву и… оказалось, хотели позвонить по телефону, чтобы, значит, им прислали летательные юбочки.

Тогда Прокошка говорит Игнашке:

– Как, друг, не финти, а нам их не миновать арестовать.

– Я и сам так думаю – ответил Игнашка. – Эдак они сейчас опять получат крылышки и фьють! – свистнул он, – ищи ветра в поле.

– Так как же?

– Надо действовать. Ты кидайся на одну, я на другую. В охапку обеих и – каля-маля, девочки, где вы тут живете, и все такое.

– Значит, решаем… Только, вот, какую ты схватишь и какую я? Мне вон та с звездовыми глазами нравится, а ты хватай серебристую. Идет?

– Идет.

Только, было, серебристая луналитка хотела что-то в телефон сказать, Игнашка с Прокошкой в своем натуральном виде как выскочат, – да прямо на них. Те так и присели: бери без сопротивления. Даже не крикнули, лишь лица руками закрыли.

– Эх, вы, трусишки! – победоносно сказал им Прокошка. – Не бойтесь нас.

Залопотали обе, а рук от лица не принимают. Дрожат, как в лихорадке.

– Слушайте, девочки, – обратился тогда к ним Игнашка, отводя от их лиц руки. – Мы же вам ничего худого не сделаем. Мы с Земли… Скажите, где вы тут живете?

– Каля, маля, таля, валя – залопотали обе, с ужасом глядя на Игнашку с Прокошкой, которые, по сравнению с маленькими луналитками, были настоящие великаны.

– Ни черта у них не поймешь, что они лопочут… курду, бурду, – шуры, мурлы – попробовал, было, заговорить Прокошка, рассчитывая на то, авось его поймут. Мысль была та, что, дескать, укажите нам путь, где же все-таки ваше жилье.

Игнашка это же самое стал объяснять им руками, а ногами топал о землю и доказывал, что они снизу, с Земли, прилетели на Луну.

– Вы понимаете, мы с Земли, оттуда – указывал он на пол.

– Я с Земли, я с Земли – выговорили обе, как та красная птица.

– Стой, Игнашка, дело идет на лад! Заговорили.

– Мы с Земли! Мы с Земли! – кричали Игнашка с Прокошкой.

Те – опять:

– Я с Земли, я с Земли.

– Брось ты, Прокоша, это дело. Неси лучше. их юбчонки, авось они тогда будут поласковей.

Прокошка принес их юбочки. Обрадовались. Ручки протянули.

– Ээ, девочки, это уж дудки, – погрозил он им пальцем. – Вперед покажите, как это на них летают… а уж потом… – и он жестами стал, их спрашивать, как надо обращаться с их юбками, чтобы можно было летать.

Серебристая луналитка, должно быть, поняла, что хочет Прокошка и стала еще настойчивей протягивать ручки: дескать, давай, я покажу.

– А не удерешь? – сказал он ей, указывая рукою вверх.

Засмеялась хитро и замотала своей хорошенькой маленькой головкой.

– Ну, как думаешь, Игнашка: дать ей юбку али нет?

– Дай, только смотри в оба, чтобы того!… не улетела.

Луналитка оправилась от испуга и, видя, что эти невиданные ими доселе существа плохого им ничего не делают, улыбнулась и стала надевать юбочку. Надев ее, она побежала к берегу озера, куда бросился за нею и Прокошка, думая, что она уже удирает. Вот тут-то Прокошка с Игнашкой и догадались, в чем дело, и почему они не сумели летать. Оказывается, юбчонки-то луналиток они забрали, а крылышки-аппараты для ног не заметили. Когда серебристая луналитка взяла эти крылышки и подвязала их к своим ногам, то… Игнашка крикнул:

– Прокошка, держи!

– Прокошка, держи!

Прокошка схватил луналитку за ногу, но та нажала какую-то кнопку в аппарате: крылышки заверещали, юбочка надулась, и Прокошка, держась за ногу луналитки, поднялся кверху.

– Игнашка, держи! – крикнул он, барахтаясь ногами в воздухе. – Тпру! – кричал он на луналитку, дергая ее за ногу. – Тпру, говорю, а то оторву ногу!

– Игнашка, держи! – крикнул он,
барахтаясь ногами в воздухе.

Луналитка с звездовыми глазами, видя, как Прокошка барахтается в воздухе, от души смеялась. А серебристая луналитка, не обращая внимания на крики Прокошки, поднималась все выше и улетала все дальше.

Тогда Игнашка, видя, что товарища уносит луналитка, быстро накинул на себя юбчонку, подвязал к ногам крылья и, к удивлению самого себя, поднялся от земли.

– Стой! – закричал он, пускаясь вдогонку. Летя, он размахивал руками и балансировал ногами и тут же заметил, что, делая так, он дает себе направление, какое ему хочется.

Ага, – подумал он, – так вот, в чем тут дело! Подожди ж ты!

Только было хотел он нападать на лету, в это время оставшаяся внизу луналитка шасть опять к телефону. Игнашка, заметив это, колом на землю и цоп ее в охапку и с собой кверху. Серебристая луналитка видя, что ее догоняет Игнашка, стала трясти ногой, чтобы сбросить прицепившегося Прокошку. Тот понял ее маневр и свободной рукой поймал ее за вторую ногу. Стиснул крепко, дескать: шалишь, милая. Луналитка, потеряв возможность балансировать ногами, не могла уже дать лету желательное направление и полетела тише. А Игнашка все нагонял и нагонял. Близко уже. Поровнялся. Схватил луналитку за руку и все четверо опустились вниз.

– Так вы вот тут какие! – начал Прокошка, обращаясь к серебристой луналитке. – А ну-ка, раздевайся!

…и оба друга взвились над полем

Надев на себя ее юбчонку, он подвязал к ногам крылья, и оба друга взвились над полем. Думалось, что без их помощи луналитки теперь не обойдутся. Каково же было их удивление, когда звездоокая луналитка как свистнет, так что по полю ветер загулял; глядят ребята: полем чистым на ее свист целое стадо белых коней примчалось. Сели на двух из них луналитки, и все стадо кинулось полем и вскоре скрылось из виду.

– Вот это штучки, – заметил Игнашка.

– Вали, теперь нам не страшно.

Ребята летели низко над степью, решив найти жилье луналитов.



IX. Все-таки добрались до жилья

Летят наши ребята, балуясь по воздуху, а внизу пока только ковер зеленый, озера, леса и никакого жилья – одни звери да птицы бегают. Равнина столь гладкая, что нигде бугорка не видно. На второй день заметили они большой величины памятник в поле. Видят: стоит каменный человек, очень похожий на земного – спустились. На памятнике надпись по-земному; Игнашка с Прокошкой хоть одну зиму, но учились; читают по складам:

Когда луна стала остывать и жизнь на поверхности прекращалась, луналиты гибли и могли бы совсем погибнуть – этот человек-луналит первый подал мысль организовать жизнь внутри луны. Его считали сумасшедшим, ему не верили, что можно жить внутри луны, но прошли века, очень много погибло луналитов, потому что сразу не поверили своему герою, и все-таки жизнь заставила луналитов уйти с поверхности луны в ее нутро и тут организовать красивую, хорошую жизнь.

– Ты, понимаешь, Игнашк, в чем тут дело – то теперь! Луна когда – то, видно, горячая была, как печка, и люди на ней жили, а как, значит, захолодало на ней, они, значит, и полезли к ней в пузо. А этот, значит, первый дорогу указал.

Памятник был очень большой, из белого металла, очень похожего на серебро. Он представлял вид человека во весь рост, упершегося ногой в лопату, уходящую в землю. Его сильное тело было напряжено: видимо, трудно было работать одному. А вокруг него стояли люди поменьше и вместо того, чтобы помочь ему, – посмеивались.

В этом месте ребят застала темь. Они устали и им хотелось спать.

– Раз есть памятник, значит, где – нибудь и жилье близко – сказал Прокошка. – Давай заночуем тут.

У ног памятника ребята и уснули. Спят.

У ног памятника ребята и уснули.

С трудом добравшись до своих, луналитки рассказали о том, что в их земле появились два великана-чудища, которые чуть-чуть их не погубили. Звездоокая луналитка – звали ее Зелентуя – была дочь знатока всех планет и их жителей, а Линегура была дочь главного распорядителя по охране стеклянного неба. Когда они услыхали рассказы своих дочерей, то немедленно дали знать охране, чтобы они приняли меры к отысканию чудовищ и их уничтожению. Не верить своим дочерям старые луналиты не могли, потому что в луне и понятия не имели о неправде; кроме того, знаток всех планет, изучая корзину Прокошки с Игнашкой, на которой они прилетели, тогда же определил, что она упала с другой планеты, разбила тогда им небо, и что теперешние чудища, появившиеся в их луне, того же происхождения, что корзина, и проникли в луну в тот момент, когда в стеклянном небе была трещина.

Сообщение было столь серьезно, что все встревожились, и в то же время было любопытно. Линегура сказала, что великаны хоть и очень велики, но не страшны, а даже красивы и, видно, молодые. Подтвердила это и Зелентуя, смягчив тем самым первое сообщение. Решено было поймать великанов живьем, но если бы оказалось, что нужны серьезные меры, то…

Собралось несметное количество войск – охраны неба. Несмотря на то, что луналиты отправлялись на борьбу и, кто знает, может быть, многим из них грозила смерть, они все-таки шли бодро, смело и охотно. Среди луналитов не было трусов – луналиты не знали страха.

Вооружившись маленькими кольцами, войско взвилось кверху и полетело. Зелентуя и Линегура летели впереди охраны неба, указывая путь к тому месту, где они встретили Игнашку с Прокошкой. Летят. А ночь темная – нарочно было приказано свет погасить везде. Летят молча, только крыльями шелестят. Подлетели к озеру, покружились, осмотрели все кругом – нет. Позвонили куда-то, и вдруг все пространство неба красным заревом полыхнуло. Между небом и землей ни одной точки, указывающей на то, что великаны летят. Луналиты понеслись над лесом. Лес обыскали. Нет. Вдарились к памятнику и… закружились над ним пораженные.

У самых ног героя-луналита, на золотых ступенях во весь рост лежали, видимо, Игнашка и Прокошка. Они так крепко спали, что ничего не слышали, что вверху делается.

– Они! – крикнула Зелентуя.

Игнашка проснулся. Приподнял немного голову, слышит – верещат вверху крыльями. А темно. Взглянул вверх – ничего не видно.

– Прокошка, – толкнул он друга, – вставай, брат, дело неладно. Нас должно быть поймать хотят.

– Кто, что? – спросил Прокошка, как следует еще не проснувшись и не понимая, где он.

В это время, словно дождь, посыпались на них кольца. Ребята вскочили. Чувствуют, что их, как паутиной муху, опутывают кольца; они летят на них, распускаются и запутывают, запутывают по рукам и ногам. И спрятаться нельзя – сверху их освещают.

– Игнашка, бери скорей шарики в руки – скомандовал Прокошка.

С большим трудом высвободивши руки, взяли ребята шарики и моментально исчезли из глаз луналитов. Один момент порвали они паутину, освободились и взлетели на воздух.

– Стреляй! – обозлился Игнашка.

Отнятыми когда-то у городовых револьверами ребята дали залп и… потому что воздух внутри Луны был несколько иной, чем на Земле, огонь от выстрела дал пламя, гул выстрела громом прокатился под хрустальным небом и с такой силой, словно что обвалилось вблизи. Прокошка с Игнашкой испугались, а луналиты, никогда не видевшие ничего подобного у себя, в безумном страхе попадали замертво.

Игнашка с Прокошкой, оправившись от испуга, спустились вниз и, чтобы обессилить охрану неба, стали у всех у них отбирать кольца. Луналиты лежали, не шевелясь, целое поле. Вдруг Игнашка крикнул:

– Прокошка, вон та девочка, что у озера мы поймали. Иди скорее.

– А у меня другая – ответил ему с другого конца Прокошка.

– Заберем их да летим дальше – предложил Игнашка.

– Идет.

Еле живых от страха захватили ребята Зелентую и Линегуру, – да скорее ввысь.

Птицы стали просыпаться. Пронеслись степью белые лошади, красных птиц стадо прошло; с хрустального неба бледный утренний свет упал. Игнашка с Прокошкой летели быстро, унося с собой луналиток.

Степь как будто начала кончаться. Вдали показался большой сад, выше деревьев выглядывали шпицы, башни и статуи людей.

– Игнашка, – обрадовался Прокошка, – кажись, город.

Затрепетали и луналитки в их руках при виде этого места.

В саду-парке с аллеями вместо улиц, в тени волосатых деревьев с корой всех цветов, стояли, словно игрушки, маленькие беседки, увитые настоящими цветами, отчего беседки казались букетами, брошенными в саду.

Игнашка с Прокошкой спустились неподалеку от города на площадке и сделали совещание, как им вступить в город: вместе с луналитками или одним, видимо или невидимо? После недолгого обсуждения, решено было Зелентую и Линегуру отпустить. Но прежде, чем это сделать, они еще раз попробовали с ними разговориться, думая узнать от них, куда это они попали. Событие у памятника и уже вторая встреча луналиток с нашими ребятами немножко уменьшили страх луналиток. Видя, что Игнашка с Прокошкой плохого им ничего не делают и сами они не только не страшны, а, наоборот, даже красивы – и в самом деле Прокошка с Игнашкой ребята были хоть куда: ни курносые, ни конопатые, ни рыжие – луналитки, разглядев их как следует, приняли их теперь не за чудовищ, а за особые существа в роде богов, о которых они слышали в школе от историка подлунного мира Лунопрозы, передававшего им, что когда-то очень и очень давно предки луналитов жили на поверхности Луны, где теперь хрустальное небо, и верили, что над ним были невидимые существа – боги.

Луналитки знали, что боги это сказка, но при виде живых необычайных людей, как Прокошка с Игнашкой, посылающих огонь, гром и умеющих быть невидимыми, они их приняли теперь за богов. Они стали улыбаться им и, когда Игнашка с Прокошкой заговорили с ними, Линегура достала маленькую книжечку, и подала ее Игнашке, – ей больше нравился он. Игнашка взял книжечку, повертел ее в руках и положил к себе в карман. Прокошка силился объясниться с Зелентуей, но оба смеялись и ничего друг у друга не понимали. Люди Земли сдружились с людьми Луны. Ребята указали им рукой на город – дескать, идите себе на все четыре стороны. Луналитки ушли пешком и все время оглядывались. В городе еще ничего не знали о случившемся и в нем было тихо, как на даче ранним утром.

Ребята указали им рукой на город

    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю