Текст книги "Клятва Темного Лорда"

Автор книги: Александр Прозоров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Идет! – крикнул Дедята, и его сын торопливо пробежал по траншее назад, встал в самом начале.

Под елями и вправду показался снежный бурун, быстро двигавшийся к незваным гостям. Вот он сблизился с уже пробитой траншеей – и из-под наста вырвался на открытое место крупный бурый зверь.

– А-а-а!!! – закричал Избор и побежал на него.

Шатун рыкнул, рванулся навстречу, прыгнул, широко расставив лапы, дабы не дать добыче отвернуть в сторону. Варвар, наоборот, чуть пригнулся, ударил кулаком под челюсть зверя и тут же врезался под нее плечом, обнимая медведя, поднимая, напирая всей массой. На миг противники застыли, словно в танце, но Избор оказался сильнее и завалил врага на спину, давя плечом на шею. Шатун рычал и щелкал челюстью – но она лежала на спине охотника, и достать клыками хоть что-то медведю не удавалось. Его хватка тоже видимого вреда человеку не причиняла. Когти замшевую стеганку пробить не могли, а силы поломать противнику ребра зверю не хватало. Избор и сам кому угодно ребра мог поломать.

Минуты через полторы таких объятий шатун понял, что надо менять тактику, ослабил объятия, подтянул лапы. Избор быстро опустил руку и выхватил нож.

Взмах!

Всеми четырьмя лапами шатун отшвырнул человека, отбросив на добрых десять шагов, – но было поздно. Нож уже торчал в его груди.

Всего один укол – но нанесенный точно в сердце.

– Великие прародители, дружище, да ты мастер! – восхитился красотой стремительной схватки Битали.

– Твой был крупнее, друг мой, – скромно признал дикарь.

– Может, это и мясо, – вздохнула Юлиана. – Но все равно медведя жалко.

– Не было бы жалко, не была бы ты человеком, – неожиданно похвалил ее Дедята. – Но как врага ни жалей, кровавую работу все едино исполнять надо. Повеселились, и будя. Теперь давайте грузить.

В этот раз охотники возвернулись не просто поздно, а далеко за полночь. Однако требования ритуала не знают жалости и исключений – и на рассвете парус опять помчал молодых чародеев вверх по реке…

Больше всего Битали опасался, что и на четвертый день варвары найдут ему какое-нибудь очень важное занятие, но все обошлось. Гостя даже не будили, и потомок Темного Лорда смог безмятежно проваляться на постели почти до полудня, а потом спокойно погулять вокруг усадьбы. Радуясь отдыху, юный маг даже тренировок затевать не стал – одно пропущенное занятие ничего не изменит.

Однако после пятого корсовинга Избор опять поднял гостей еще до рассвета и вместо привычных просторных овчинных полушубков вручил приталенные короткие дубленки на волчьем меху.

– Скорее собирайтесь! У нас всего полчаса. Оружие и палочки не берите, там этого не надо. Идем!

Все вместе они вышли из усадьбы, спустились к реке. Избор провел гостей к навесу за лодками, к стоящему за ним сарайчику, вошел внутрь, протиснулся между развешанными сетями, толкнул вторую, внутреннюю дверь, подал руку Юлиане, потянул к себе, вместе с ней шагнул в полумрак. Битали прошел следом, на миг ощутил хорошо знакомое подташнивание, головокружение, темноту в глазах.

– Где мы?

– Здесь, – толкнул наружную дверь варвар, и они вышли в морозный лес, в редколестный сосновый бор. Похоже, далеко амулет перемещений их не унес. Та же тайга, то же время. – Пошли!

Избор двинулся вперед, разбрасывая ногами снег. Здесь его было совсем немного – широкую, метра в полтора, дорожку явно недавно чистили.

– Здесь номера, – пояснил дикарь. – Охотничий участок. Смертные часто на отдых приезжают.

Битали оглянулся на жердяной сарайчик. Пожалуй, никакого внимания такое строение привлекать не должно. Возможно, в плохую погоду смертные тут даже прятались, не догадываясь, что находятся в волшебном месте.

– Никто случайно через дверь к вам не проходил.

– Может, и проходил, – не оглядываясь, пожал плечами Избор. – Токмо с нашей стороны двери крепкие и всегда закрыты. Коли и пройдут, то просто за соседнюю комнату примут. Покрутятся да и вернутся.

Он вышел на накатанную дорогу со следами автомобильных шин, повернул влево. Еще пять минут пешком – и за очередным поворотом открылся бетонный навес и желтый автобус перед ним.

– Успели, – удовлетворенно кивнул варвар. – Он в одиннадцать отъезжает.

Двери машины открылись, водитель помахал рукой.

– Привет, охотовед! – И мужчина оглянулся назад. – Ну-ка, кто там на заднем диване греется? Освобождайте место! Нашему Избору на других сиденьях не поместиться.

– Я с гостями, Михалыч. – Варвар пожал смертному руку. – Это Битали и Юлиана.

– Хорошего вам дня, ребята! – кивнул молодым людям одетый в свитер крупной вязки смертный. – Забегайте, грейтесь. Не май месяц на улице?

– Здорово, Избор! Как дела? Отцу привет передавай! – Варвар шел через салон, здороваясь по пути с каждым из смертных. – Слыхал, неделю тому звероферму прибрежную разорил кто-то?

– Шатун поднялся, – бухаясь на задний диван, ответил дикарь. – Мы с отцом его уже взяли, так что не потревожит больше, не беспокойтесь.

С юным магом и девушкой пассажиры тоже поздоровались, но уже не так тепло.

– Ты там больше никого не видел, охотовед? – спросил водитель.

– Нет!

– Тогда поехали, чего бензин понапрасну палить.

Двигатель зарычал, и автобус выкатился на дорогу, уверенно разогнался, мчась сквозь близко подступающий, заиндевевший лес. Примерно через час лес отступил, по сторонам дороги появились домики, быстро набравшие этажи, и вскоре машина остановилась на просторной площади белого от снежных завалов, холодного, но шумного города.

Смертные явно не догадывались, что должны страдать от мороза. Они бегали, румяные и веселые, смеялись, кидались снежками. Многие сугробы лежали не просто так, а были превращены в белые скульптуры: от простеньких домов с палисадами и резными ставнями, паровозов и слонов, до Санта-Клаусов в длинных шубах и с посохами, смеющихся девушек, скачущих лошадей и птиц с раскрытыми крыльями. Еще по краям площади находились прилавки, на которых лежали пирожки, круассаны, еще какая-то выпечка, а также платки, деревянные колотушки и игрушки, а кроме того – еще и лотки с мороженым! Мало того, что мороженым торговали – смертные мороженое ели!!!

Из-за снежных скульптур доносился хохот.

– Что там, Избор? – поправила на голове шапку Юлиана.

– У смертных сегодня день города. – Варвар свернул на тропинку между снежной русалкой и какой-то волосатой головой, вылезающей прямо из земли. – Гуляют.

Склон пошел резко вниз, расчерченный множеством ледяных спусков, по которым катались на санках и круглых толстых плюшках дети и взрослые, а дальше, в низине, возвышалась могучая крепость из снежных блоков и глянцевый из-за наледи холмик. И там и там шла возня. Крепость кто-то пытался штурмовать, карабкаясь под градом снежных комьев, а вот холмик…

– Что там? – указал на него Битали.

– Игра такая у смертных. «Царь горы» называется. Кто на макушку холма забрался, сел там выше остальных, тот и выиграл. Ты вроде потомок Темного Лорда? Верховенство доказать сможешь?

И опять северные дикари пытались взять его «на слабо»!

– Ладно. – Юный маг подтянул шарф выше на лицо. – Смотри!

Он присел на корточки и лихо скатился с ближайшей горки, потеряв равновесие и закувыркавшись лишь в самом конце, вскочил на ноги, разбежался, налетел на ледяной холмик, ловко поднялся по нему почти до самой вершины и… И тут завладевший холмом мальчишка ловко отпихнул какого-то парня – тот, покатившись вниз, снес потомка Темного Лорда, вместе с ним улетев к самому подножию. Утешило лишь то, что уже через секунду сюда же скатился и мальчишка.

– Что, съел? – весело крикнул он пареньку и тут же полез обратно вверх. И с ходу поднялся метров на пять, но тут его нагнал парень, дернул за штанину:

– Не торопись!

Мальчишка, соскользнув, поехал вниз, парень стал забираться дальше.

– Помоги! – съехав, толкнул Битали в бок мальчуган.

Каким-то шестым чувством юный маг догадался, чего от него хотят, подставил сложенные руки. Смертный поставил ногу в ладони, Кро резко выпрямился, толкая его вверх, и уже через миг малой догнал своего противника, толкнул в бок, и они оба с хохотом покатились в сторону.

Битали снова полез наверх, добрался почти до середины. Тут его подловил кареглазый паренек:

– Не спеши, приятель! – И легкий толчок лишил Битали опоры.

– Ах ты… – Он покатился вниз, сопровождаемый злорадным хохотом.

Впрочем, кареглазый очень скоро и сам улетел головой вниз, едва не сбив Кро, опять штурмующего гору. Еще через миг его опять попытались спихнуть – но он успел отклониться, поддернуть к себе руку, лишая смертного опоры, потом дернул другого за штанину и посторонился, пропуская мимо, забрался чуть выше, увернулся от пинка, быстро наполняясь азартом, дернул конкурента сам, поднялся еще немного… И когда до вершины оставалось уже рукой подать, он вдруг ощутил сильный толчок в плечо.

– Фигушки, аристократ!

– Юлиана! – Кружась, Битали полетел вниз по склону, кого-то сбивая, за кого-то безуспешно пытаясь уцепиться. Но все же ухнулся к самому подножию. И ничуть не удивился, когда сверху свалилась раскрасневшаяся рябая.

– Предательница! – толкнул он девушку в сторону. Она, смеясь, прокатилась на спине, вскинула руку.

– Ты туда посмотри! – На самой вершине холма гордо восседал могучий Избор. – Скинем?

– Давай!

Они вместе ринулись наверх, но варвара дружным толчком спихнули сразу трое смертных, потом разъехались, их место занял еще какой-то плечистый гигант, однако тоже не удержался.

С пятой или шестой попытки Битали все же завоевал свою гору – на краткий миг плюхнувшись на нее животом. Но тут же кто-то толкнул юношу в пятки, и он устремился вниз головой под обрыв, крича смертным:

– Береги-и-ись! – и выкатился к ногам Избора и Юлианы.

– Ты как, дружище? – спросил его варвар.

– Жарко… – пожаловался Кро, стягивая с головы шапку.

– Так, может, мороженого?

– Давай! – вместе с ним выдохнула и девушка.

Они вернулись на площадь, взяли по брикету, уселись на скамейку, объедаясь не таким уж и холодным угощением, когда к ним подбежал остроносый тощий паренек с покрытым частыми родинками лицом:

– Избор, городские в крепости засели! Помогай!

Варвар вопросительно покосился на Битали. Тот быстро запихнул в рот остатки брикета и кивнул:

– Да не вопрос!

– Вперед, мои храбрые воины! – встала Юлиана. – Я сейчас доем и тоже победю!

Появление под стенами громадного «охотоведа» сразу изменило положение. Он с легкостью стал забрасывать снежками даже самых высоких защитников, в то время как приезжие мальчишки и девушки кинулись на стены. Городские отбивались, как звери. Битали дважды падал, получив на голову большой снежный ком – снег забился за ворот и ссыпался по спине, – но снова поднимался и все же наконец прорвался наверх.

Хорошо не первым – мог бы сгоряча и переборщить, добиваясь победы. Но смертные не переступали черты, не добивались своего любой ценой – никто из них не ударил «врага» даже в шутку. Самое большее, что позволялось в этой битве, – это толкаться, напрыгивать плечом, спихивать на обледенелый обрыв. Поэтому сражение опять закончилось смехом, пусть и с особым торжеством «деревенских».

Гордые собой победители отправились на площадь, где отметили удачу калачами, баранками, пряниками и чаем из самовара.

– А ты молодец, парень, – прихлебывая чай из стеклянного граненого стакана, подошла ближе к нему круглолицая румяная деваха в красном платке и рысьем полушубке. – Видела я, как рвался. Весь как снеговик, а все едино наверх карабкаешься! Я бы давно сбежала. Это откуда такие наезжают?

– Из Ла-Фраманса, – особо не задумываясь, признался Кро. – Меня Битали зовут.

– Меня Кариной, – отведя в сторону чай, девушка обняла его и неожиданно поцеловала в щеку. – Лавраманс – это в какую сторону?

– Это мои гости, Карина, – вырос за спиной юного мага Избор. – Из Франции приехали на места наши посмотреть.

– У-у-ух ты… – удивилась смертная. – Надолго?

Битали отрицательно покачал головой.

– Жалко. А то заезжай, у нас в Погах тоже неплохо. Охотовед, вон, знает.

– Если получится, – пообещал Кро.

– Карина-а!!! Айда на ватрушках кататься!

Девица оглянулась на призыв, отставила стакан, опять глянула на Битали:

– Пошли?

– Пошли, – пожал плечами потомок Темного Лорда.

Изрядной деревенской толпой они катались со склона, штурмовали гору, еще раз выгнали городских из крепости – однако те не ушли и, собрав ватагу, налетели, посбрасывали со стен уже приезжих. Потом все вместе, линия на линию, играли в вышибалу, а потом вдруг оказалось, что уже темно и у всех вот-вот начнут уходить автобусы.

– Поги! – напомнила Карина, обняла Битали еще раз, поцеловала в щеку и убежала вместе с подругами.

– Ну ты и ловела-а-ас, аристократ лощеный! – немедленно поставила диагноз рябая.

– Так ведь ничего не было, – с грустью пожал плечами юный маг.

– Это потому, что тебе не повезло, парень, – похлопала его по плечу Юлиана. – А то был бы ты уже и взнуздан, и охомучен.

– Ерунда. Мне никто, кроме Франсуазы, не нужен.

– Да ты не бойся, моя карамелька, я ей не скажу.

– Нам пора! – объявил Избор. – Занимайте места.

Вскоре все тот же автобус увез их и еще нескольких смертных далеко в ночь, в темную глухую тайгу. На остановке варвар распрощался с водителем и пассажирами. Битали и Юлиана последовали его примеру, спустились на хрустящий снег. Через десять минут, успев изрядно подмерзнуть на ветру, они вошли в жердяной сарайчик, тут же выскочили с другой стороны и быстрым шагом ворвались в гостевой двор.

Здесь было тепло и уютно. В просторном очаге полыхало пламя, оставаясь единственным источником света, отчего просторная зала казалась полной кровавых танцующих призраков. Хозяева сидели за столом, на котором из угощения были только кувшин, большая вилка, нож и две кружки. Однако у очага, на вертеле, медленно крутился мясистый окорок.

– Спасибо, ваше величество, – обежав двор, Юлиана поцеловала в щеку Снежану, потом мечника. – Спасибо, дядюшка Дедята. Я к себе, переодеваться!

Рябая умчалась. Избор проводил ее взглядом, поклонился:

– Батюшка, матушка… Я тоже переоденусь. Мокрый весь, много снега за шиворот насыпали.

– Чудесный праздник, мечник, – оставшись наедине с хозяевами, сел на лавку Битали. – Жалко, вы его не видели.

– Мы уже не раз на таковых бывали, гость дорогой, – пожал плечами варвар. – Сегодня решили пропустить. Притомились зимой нынешней. Хлопотная выдалась.

– В ваших землях даже смертные считают войну за веселье, – покачал головой юный маг. – Они играют в штурмы, сражения и захват власти.

– Они любят забавляться, – согласился мечник.

– Ваши колдуны веселятся вместе с ними.

– Кто же может запретить магам развлекаться?

– Вы не видите разницы между людьми и смертными, Дедята. Вы и правда заодно?

– Мы не нарушаем Хартию, мой мальчик, – вступила в разговор женщина. – И не выдаем своего существования. Наши смертные не знают о мире колдовства.

– Но между вами и ними нет никаких границ.

– Наш мир суров, мальчик с янтарными глазами, – склонил голову набок варвар. – Здесь трудно выжить в одиночку. Мы не можем строить дома месяцами. Чтобы успеть, пока тепло, надобно собираться всем миром и делать это за два-три дня для каждой семьи. Здесь не зазимовать в сарае под плащом. Попавшему в беду нужен нормальный теплый дом. Из-под наших сугробов не накопать корешков. Если голодному не дать припаса из своего погреба, он не протянет и одного дня. Чтобы жить здесь, каждый из нас должен быть всегда уверен в соседе и сам без колебаний прийти на помощь, пусть даже себе в убыток или с изрядным риском. У нас неважно, знатен ты или безроден, маг ты или смертный, богат или беден. У нас ценится только одно: по совести ты живешь или нет? Мы соблюдаем Хартию, Битали, раз уж ушли с нею из Большой Войны. Но тебе будет полезно знать, что никогда за всю историю наших земель, смертные не сожгли здесь ни одной ведьмы и ни одного колдуна.

– Ты хочешь сказать, мечник Дедята, что можно жить иначе, не так, как мы? Жить без графов и баронов, без крови и принуждения? Без страха перед смертными и без их покорения?

– Я ничего не говорил, мальчик с янтарными глазами, – с улыбкой покачал головой варвар. – Это был просто праздник, Битали. Обычное веселье смертных и затесавшихся в их толпу чародеев. Все остальное ты додумал сам.

Мечник пожал жене руку, встал, вонзил вилку в бок сочащегося жиром окорока, срезал тонкую румяную полоску.

– Если вы живете в мире совести и дружелюбия, мечник, то почему и смертные и люди постоянно играют в войну и грезят битвами?

– Не мы придумали этот мир и его правила, Битали, не мы его создавали, – покачал головой бородач. – Нам остается только послушно эти правила соблюдать. Что же делать, коли в наших землях регулярно появляются то шатуны, то графы, то взбесившиеся лисы? Работа для охотника может возникнуть в самый неожиданный момент, к ней нужно быть всегда готовым. А достойная дичь – гордость для добытчика. Вот, попробуй, мой мальчик. Уже прожарилось или еще нет?

Варвар протянул гостю вилку с ломтем медвежатины. Битали принял, прожевал, кивнул:

– Очень вкусно. Думаю, уже готово. – Он чуть отступил и поклонился. – Надеюсь, мадам и мсье, вы не обидитесь, если я ненадолго отлучусь, дабы переодеться к ужину?

* * *

Восьмое путешествие в святилище началось в снегопад. Огромные снежинки – хлопья размером с кулак – валились плотной стеной, из-за чего видимость сократилась всего до двух-трех десятков шагов. Тем не менее попутный ветер Избору удалось вызвать. Правда, совсем слабенький, и путь к святилищу занял целых четыре часа вместо уже привычных двух.

В самом зале, конечно же, было чисто и тепло, однако так темно, что Битали пришлось использовать заклинание «альба» и развесить по стенам два десятка магических огоньков.

Ритуал успел стать привычным, посему без особых разговоров Избор расстелил шкуры, а Юлиана забралась на алтарь, поджав под себя ноги. Юный маг вытянулся на полу, прикрыл глаза, начал глубоко дышать, наполняя тело яркой энергией и готовясь вновь увидеть ее потоки, заиграть эфемерными струями потаенного могущества природы и колдовства, принять их в себя и стать ее повелителем…

Однако, когда здешняя сила переполнила тело юного мага, оно вдруг словно разорвалось, и Битали оказался в светлом помещении, стены которого увивали зеленые лозы, под потолком сиял жаркий ослепительный шар, а пол выстилали ровные плиты бледно-серого гранита. В центре помещения стоял прямоугольный стол, отполированный до зеркального блеска, перед ним замерли три фигуры: плечистый мужчина, женщина с длинными русыми волосами, заплетенными в косы, с матерчатой лентой на лбу и белыми височными кольцами, украшенными многолучевой звездой, и круглолицый курносый мальчик между ними.

Далеко не сразу Битали догадался, что это не люди, а каменные изваяния. Семья перволюдей, которым поклонялись смертные до последних здешних холодов.

Послышалось цоканье – в святилище вошли несколько человек в замшевых одеждах. Среди них были и мужчины в брюках и куртках, и женщины в длинных туниках, застегнутых на плечах петлями на деревянные палочки. Они деловито расставили на столе угощение: лесные ягоды, мелко нарезанные коренья, мясо, рыбу, – склонили головы:

– Приди к нам, великий праотец, приди, матушка, приди, первый из людей. Разделите трапезу общую, примите нашу пищу, поделитесь мудростью своею…

Гости расселись за столом, стали кушать, пододвигая к статуям то одну, то другую миску, уговаривая попробовать. Наконец один из мужчин от обычной застольной болтовни перешел к тревожащей людей теме.

– Пророчества наши приносят тревожные вести, великий праотец. Обещают холод и голод, муки, дальний тяжелый путь. К тебе обращаемся, великий: яви силу свою, простри длань свою над нами, спаси детей рода своего от бед, ибо тяготы грядут невыносимые…

– Сил моих хватит на многое, дети мои, – внезапно ответила скульптура. Битали даже подпрыгнул от неожиданности. – Но понимаете ли вы, чего просите? Сытость и покой рождают лень и слабость. Отнимают разум, заливают жиром тела. Сильными, храбрыми и мудрыми становятся лишь те, кто смог пройти испытания. Испытание смертью, болью и горем. Испытание голодом, предательством и страхом. Честь не падает с небес, ее обретают, преодолевая лишения. Неужели вы готовы променять честь на сытость? Мудрость на сладость?

– Что проку от мертвого храбреца, праотец? Зачем мудрость голодному? Смилуйся над детьми своими, избавь от мук напрасных, избавь от вымирания! Пророчества твои пугают нестерпимостью, а испытания похожи на проклятия!

– Вы боитесь проклятия смертью, изнеженные дети мои? – сурово ответил истукан. – Будь по-вашему, я прокляну вас жизнью! Вы не станете умирать, пока не справитесь с бедами. Вам придется возрождаться снова и снова до тех пор, пока вы не исполните долга чести пред собой и людьми!

С этими словами каменный истукан внезапно повернул голову и посмотрел Битали прямо в глаза. Этот взгляд хлестнул словно плетью – юный маг вскрикнул и отскочил… И понял, что стоит в прохладной сумрачной пещере, в нескольких шагах от подстилки.

– Что случилось, друг мой?! – отпустил руку Юлианы северный варвар. – Ты лежал спокойно, и я не ожидал ничего опасного.

– Ритуал завершен, – хрипло ответил Кро. – Мне пора возвращаться.